Эргархия: Ночная Группа

Редактор Леон Иванов

Редактор-корректор Ольга Нуждова

Художник Дмитрий Ляляков

© Константин Ворон, 2024

ISBN 978-5-0059-2751-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие к 1-му изданию

С Константином Вороном мы познакомились в Киеве в первой половине 80-х годов прошлого века. Он был в числе гостей, посещавших занятия в группе «Н», где мы занимались психической саморегуляцией.

В группу эту я попал несколько странным способом.

Во время очередного медосмотра в университетской поликлинике (я учился на втором курсе филфака Киевского университета) мы разговорились с врачом Галиной Н., энергичной дамой средних лет в хорошей физической форме. Разговор плавно перетек на тему паранормальных способностей. Неожиданно Галина спросила: «А ты хотел бы заниматься в группе, которая реально развивает эти способности?» Ощутив захватывающую дух возможность окунуться в неизвестное, я тут же согласился.

Группа «Н» находилась под традиционной «крышей» паранаучных эзотерических группировок того времени – НТО радиоэлектроники и связи имени А. С. Попова. Задачей, поставленной перед группой, было освоение методик подготовки операторов сложных систем. Под эту задачу, как я позднее начал понимать, составлялись отчеты, направляемые в советские надзорные инстанции, и выделялось некое мизерное финансирование. Конкретнее, речь шла об оптимизации процессов распознавания малозаметных (околопороговых) сигналов и оперативного реагирования на них в системах человеко-машинных интерфейсов. Занятия, несмотря на столь узко сформулированные цели, включали элементы самого широкого спектра разнообразных систем: йоги, цигун, боевых искусств, энергетического массажа, танца и даже обучения живописи. Но основными были техники работы с вниманием: его концентрации на определенных объектах и распределению (деконцентрации) по всему полю восприятия.

Мы занимались в полуподвальном помещении жилого дома. Оно было оборудовано под ЖЭКовский клуб. При взгляде на плакаты на стенах становилось ясно, что замысел устроителей заключался в создании ячейки, в которой жильцы повышали бы уровень политической грамотности и глубже пропитывались ценностями социалистической культуры. Наверняка устроители были бы шокированы, узнав, что подвал используется для повышения уровня грамотности парапсихологической.

Помещение находилось в центре города. Вела группу Галина. Название группы – «Н» – произошло, скорее всего, от первой буквы ее фамилии. Кроме Галины, с нами постоянно работало еще несколько инструкторов.

Инструкторы приглашали на занятия людей, якобы обладавших способностями к тонкому восприятию подпороговых сигналов и воздействий. С приглашенными мы должны были проводить различного рода психические интеракции. Среди гостей был и Константин. Некоторым из них, Константину в том числе, разрешалось даже вести отдельные занятия. Для меня, советского студента, неожиданно выяснилось, что в обществе существует весьма широкий круг людей, на практике занимающихся тем, о чем я урывками читал в замусоленных эзотерических самиздатовских переводах книг, написанных индусами или англичанами в конце XIX – начале XX века. Сформировалось целое Движение.

Деятельность этих людей не оставалась незамеченной окружающими. Не понимая сути и порой немного побаиваясь участников Движения, им придумывали разнообразные прозвища. Звучали названия: «эзотерики», «психонавты», «погруженцы», «йоги», «энергетики», «маги». Наиболее массовый и всем известный термин «экстрасенсы» непосредственно по отношению к участникам Движения почему-то не использовался. Внутри самого Движения тоже не было единого мнения, как все это назвать. Кроме психической саморегуляции, говорилось о практиках работы с энергией внимания. Применялись некоторые другие названия.

О том, что существовало еще одно тайное наименование для посвященных – Движение деев, или Эргархия, я узнал от Константина только много лет спустя.

Константин был лет на пять-семь старше меня, давно участвовал в Движении и знал многих его видных участников, чем я похвастаться не мог. Нас сблизил, с одной стороны, интерес к экзотическим магическим практикам, а с другой – стремление сохранить рационально-скептическое отношение к наблюдаемым явлениям.

Ранней осенью 2009 года я в очередной раз приехал в Москву. В столице было запланировано несколько дел. Среди них – встреча с Константином.

Мы не виделись около двадцати лет, но время от времени обменивались письмами по электронной почте. В одном из них Константин написал, что ему срочно нужно со мной повидаться. Встречу назначили у Института русского языка Российской академии наук на Волхонке, где я числился сотрудником.

Мы встретились у дверей Института русского языка.

С заговорщическим видом он сказал:

– Отлично, что ты нашелся. Есть дело.

И увлек меня в ближайшее кафе на Гоголевском бульваре, где я нередко сиживал с институтскими коллегами. Мы провели около часа, вспоминая общих знакомых и обсуждая ситуацию в Киеве. Напомню, в 2008—2009 годах Украину сотрясал экономический и политический кризис. Пусть и не чета нынешним событиям, но по тем временам он казался достаточно серьезным.

Затем Константин заявил:

– Теперь к делу. Я пишу тайную историю Движения деев сквозь призму своего собственного пути. Ты должен помочь мне сохранить и опубликовать ее, когда придет время.

– Но почему я? Я давно прекратил занятия и сейчас ничем, кроме написания научных статей, лингвистических экспертиз и переводов, не занимаюсь.

– Я не могу публиковаться под своим именем. Это очередная привязка к повседневности, а мне необходимо избегать их. Ты находишься у нас в запасе, и сейчас для тебя пришло время действовать.

Я недоуменно посмотрел на него.

Он подтвердил:

– Да, да. Те, кто вступил на путь деев, в отставку не выходят. Разве что у них бывает длительный отпуск, как у тебя. То, что ты больше не показываешься в наших кругах, можно считать скорее преимуществом, чем недостатком.

Представление о себе, как о бойце резервного отряда Движения деев, мне, разумеется, льстило, но казалось бесконечно далеким от действительности. По поводу привязок мне тут же пришла в голову строка из песни Бориса Гребенщикова с описанием обряда чод: «Идет йогин на кладбище отсекать привязанности».

Между тем Константин продолжал:

– И потом, ты большую часть времени живешь в Германии. У вас там спокойно. Ты сможешь без особых усилий сохранить рукописи и опубликовать их, когда придет время. Возможно, и с финансированием что-то организуешь. А со мной может произойти всякое.

«Ну вот, – подумал я, – наконец прозвучали более здравые аргументы».

– А когда, ты считаешь, придет время?

– Я должен пройти этап Двойки, а весь мир при этом переползет из Единицы в Двойку. Тогда и опубликуешь.

– Что еще за Двойка и Единица?

– Наберись терпения. Прочтешь первую часть истории и поймешь. Сейчас я пускаться в объяснения не буду.

Я был заинтригован и согласился. Сказал Константину, что нам нужно держать связь по телефону и электронной почте. Если он передумает и решит опубликовать историю раньше самостоятельно, он должен мне сообщить.

Он кивнул:

– Разумеется.

В потоке повседневных дел я начал потихоньку забывать о нашей беседе. И тут, по прошествии шести лет, Константин позвонил мне и объявил:

– Первая часть готова.

Вскоре после этого по электронной почте пришел сам текст. Выполняя обещание, я его публикую.

Рукопись выходит в основном в авторской редакции. Это почти документальное повествование в жанре, который можно было бы в духе нынешних тенденций назвать аугментированной реальностью.

Книга представляет единственную в своем роде историю Движения деев, или Эргархии, – доселе толком неизвестного общественности синтетического направления в рамках широкой отечественной традиции саморазвития.

Глазами непосредственного участника событий читатель будет наблюдать становление личности практикующего и, вероятно, сможет самостоятельно сделать первые шаги по пути Эргархии.

Книга является путеводителем по чрезвычайно эффективным практикам Движения деев. При последовательном выполнении они приводят к полному раскрытию волевого потенциала личности, ломают привычную картину окружающего мира, а также позволяют с достаточной степенью свободы влиять на окружение и изменять его в нужном направлении.

Ценность повествования – не только в точной передаче атмосферы Движения Эргархии, но и в детальном описании методов и приемов работы. В нем могут найти для себя много полезного все, кто стремится заглянуть за известные грани собственной психики. Например, еще раз убедиться, что какие-то упражнения они выполняют правильно, а какие-то практики, возможно, ни к чему не ведут. Все же необходимо предупредить: полномасштабные занятия без опытного инструктора категорически не рекомендуются.

Повествование основано на реальных событиях. Еще живые участники событий смогут узнать себя: кто-то легко, кто-то не очень. При этом присвоенные Константином псевдонимы вместо имен и фамилий делают такое узнавание практически невозможным для тех, кто в событиях не участвовал.

Если кратко рассмотреть культурно-философские корни описываемого пути, то, кроме очевидных параллелей с ритуалами славянского язычества (славяно-языческий привкус присутствует уже в самом названии «деи»), западной магией, арканологией, путем тольтеков, или нагуализмом, как он представлен, например, у Карлоса Кастанеды и его «школы», или в практиках индейцев уичоли, напрашивается и менее очевидная параллель с тибетской йогой – традицией шести йог Наропы. Во второй из этих йог йогин также взращивает в себе особое иллюзорное тело – отдаленный аналог Волевого Существа у Константина, которое затем используется для трансформации.

Леон Иванов

Мюнхен – Москва, июль 2015 года

Предисловие ко 2-му изданию

После выхода в свет первого издания книги «Ночная группа» Константин как в воду канул. Я начал беспокоиться, но от него ничего не было слышно.

Тем временем в мире все ярче начали проступать и укрепляться признаки наступления Времени Перемен, о котором писал Константин. Возникло четкое ощущение трещины между эпохами. Нагляднее всего этот раскол времен проявился в сфере политики и межгосударственных отношений. По прошествии первого десятка лет нового тысячелетия существующий уклад перешел в стадию тихого и поначалу мало заметного увядания. К середине второго десятилетия новой эпохи процессы распада ускорились. Вследствие этого единственный оставшийся глобальный гегемон перешел к тактике более активного «высасывания свежей крови» из разных государств – поначалу лишь слабых, а затем попытался поживиться за счет второго, поверженного бывшего глобального гегемона, в процессе переворота 2014 года оттяпав у него солидный кусок бывших имперских владений. Бывший гегемон почти десятилетие переваривал это событие, а затем (внезапно не внезапно, но в симметричную дату – вспомним, что заседание Совета Федерации, в ходе которого было утверждено решение о вторжении, проходило 22.02.2022) решил укусить в ответ. Вследствие этого процесс демонтажа старого глобального уклада преобразовался из вялотекущего в обвальный.

Несмотря на обилие анализов и прогнозов, посыпавшихся как из рога изобилия после начала нового военного конфликта на европейском континенте, до сих пор никто не может с уверенностью сказать, во что все выльется. Что случится с такими понятиями как научно-технический прогресс, цивилизация потребления, гуманитарные ценности, человеческое достоинство? Останутся ли они на вершине пирамиды ценностей, или им на смену придет нечто другое? Ожидает ли человечество динамичное «продолжение истории», серая и скучная «постистория» или вовсе печальный «конец истории»? «Другое», если оно и грядет, пока не спешит обозначать свои контуры. Посему в концептосфере сталкиваются всевозможные спекуляции, строятся дихотомии и отслеживаются бифуркации. Но определенность не наступает. Прогноз, с которым многие все же согласны – что глобализм в его нынешнем виде не сохранится. В результате можно представлять себе сценарии, например, более «крупнокусковой» или более дробной фрагментации мирового социума. При крупной фрагментации закрепится разделение мира на обширные регионы (наподобие Евразии, Остазии и Океании у Джорджа Оруэлла), в которых воцарятся технократические диктатуры с электронным контролем граждан, вплоть до вживления им интерфейсов ЦНС-машина.

Сценарий более дробной фрагментации может реализоваться в результате разрушения индустриальной инфраструктуры в ходе затяжного экономического кризиса, который вызовет цепочку банкротств основных глобальных производственных предприятий, что в свою очередь приведет к массовой люмпенизации населения, падению уровня образования и возможному бунту против компьютеров и электронного контроля.

В ходе реализации любого из сценариев фрагментации может дойти до обмена ядерными ударами между переставшими понимать друг друга центрами силы. Сработает этакий вывернутый наизнанку эффект Вавилонской башни: все способны говорить на английском, но друг друга напрочь не понимают. В этом случае следует ожидать возрождения Средневековья во всей его красе – с обширными обезлюдевшими в процессе ядерного «обмена любезностями» непригодными для жизни территориями и отдельными заселенными анклавами на разных континентах, которым волею случая и/или старательной подготовки повезет пережить ядерный апокалипсис, но при этом вряд ли удастся сохранить современные технологии и умение ими пользоваться.

Глядя на подобные сценарии, нетрудно прийти к выводу, что в культурной динамике реализуется тенденция, о которой писали сторонники этногенеза – Николай Данилевский, Константин Леонтьев, Освальд Шпенглер, Арнольд Тойнби, Лев Гумилев, а также их последователи и единомышленники. Возможно, реализуется несколько иначе, чем О. Шпенглер и А. Тойнби это себе представляли – не в виде одного лишь заката Европы и уж вовсе не в начале XX века. Скорее происходит следующее: в послевоенном XX веке быстро сформировался глобальный даже не супер-, а мегаэтнос на англосаксонской культурно-политической основе, который, не успев оформиться, тут же «состарился» и начал «закатываться», поскольку перетащил в себя все «накопленные возрастные ошибки и сбои», т.е., болезни, немощи и перверсии исконного (уже весьма немолодого) англосаксонского суперэтноса.

Идеи сторонников этногенеза сопоставимы с представлениями приверженцев двух враждующих между собой более современных концепций – идеи «конца истории» Фрэнсиса Фукуямы и «столкновения цивилизаций» Сэмюэля Хантингтона. Разница – в понимании деталей и возможных исходов. «Этногенетики» считают, что западный культурно-исторический тип переживает упадок, переход в стадию «вторичного смесительного упрощения», деградирующей эклектики. Жители «первого» Запада, а за ними, к сожалению, и обитатели бывшего «второго мира» (прежде всего, русского мира, который без сомнения принадлежит к христианской, и, таким образом, в представлениях «мирового Юга», западной культуре) утратили жизненную перспективу, устали и обленились. Имевшие выраженную индивидуальность культуры выродились в обезличенную стандартизованную «цивилизацию». Последняя по Ф. Фукуяме будет продолжать существовать и далее, лишь углубляя свою унификацию, и в ней не останется места ни для какой «истории». По С. Хантингтону, напротив, стремление к культурной самоидентификации в мире «цивилизации» сохранится. В этом он сближается с «этногенетиками». В пользу концепции С. Хантингтона говорят импульсы в направлении реактивации тюркского мира, украинский пассионарный всплеск, пассионарный контрвсплеск ДЛНР, призванный вдохнуть новую энергию в русский мир, и некоторые другие явления.

Ныне солнце Запада, похоже, действительно клонится к закату. Прокси-война двух, по сути, западных культурных фракций, которые вдруг начисто перестали понимать друг друга – лишь наиболее яркое свидетельство этому. О доверии между ними речи никогда не шло, но было хотя бы некоторое взаимопонимание, основанное на прагматических соображениях.

Теперь же вся «прагматика» оказалась смыта эмоциями, среди которых преобладает возмущение подлостью и коварством другой стороны, наигранное у политиков и искреннее у простых людей.

Утрата взаимопонимания стала проявлением общей тенденции современной культуры к монологизации, патернализму, потере способности к слушанию и равноправному диалогу, недопущении даже мысли о том, что могут существовать какие-то другие верные точки зрения кроме своей собственной.

Если отвлечься от войны (пусть это и не легко), можно заметить, что в социуме наметился разрыв между небывалыми достижениями технологий, прежде всего, информационных и биологических, с одной стороны и ветхими политическими, административными и коммерческими структурами с другой. Не понимая сути происходящего, политика пытается все зарегулировать громоздкими правилами и директивами, а крупный бизнес перехватить инициативу и использовать новые технологии, чтобы усилить эксплуатацию в ее самом неприкрытом марксистском значении, одновременно с помощью подконтрольных СМИ отвлекая внимание от факта существования таковой.

Перед лавинообразным нарастанием неопределенности многие мировые лидеры и управленцы пребывают в растерянности. В результате их ответами на «вызовы» становятся старые, привычные, «инерционные» реакции, в основном сводящиеся к установлению новых запретов и ограничений и замене относительно комфортных законов для граждан или правил для сотрудников более жесткими и неудобными, наконец к явному пренебрежению экономическими и социальными интересами своих же стран и народов. В принципе, все это позволяет говорить о начавшейся «деменции» структур, принимающих решения и отвечающих за развитие в крупнейших мировых центрах силы.

Некоторые центры начали применять стратегию распространения «управляемого хаоса», пытаясь извлечь из этого пользу. Инициаторы хаоса не учли одного: хаос весьма плохо, если вообще управляем и к тому же заразен. В результате основные «сеятели хаоса» и сами оказались им охвачены. Это проявилось в частности в том, что на соответствующих территориях в ходе глобальной пандемии 2020—2022 были достигнуты рекорды в абсолютных цифрах заболеваемости, углубился раскол между крупнейшими политическими силами, активизировались движения, мягко говоря, не способствующие стабилизации и устойчивому развитию, в том числе, откровенно экстремистские и террористические политические и религиозные группировки. На фоне этого поощряется все более широкий диапазон сексуальных перверсий, которые одна за другой объявляются нормами сексуального поведения, в социальный оборот вводится представление о множестве полов, за которым, вероятнее всего, последует и легализация множественных личностей в сознании одного индивида, и т.д., и т. п. Создается впечатление, словно кто-то ищет, какие еще грехи из старых священных книг можно объявить добродетелями и пытается это планомерно реализовать. Многое из того, что воплощается сейчас, еще пару десятилетий назад было описано футурологами и просто прозорливыми писателями. Среди наиболее ярких публикаций такого типа – вышедший в 1997 году «Новый Мировой Порядок. Тезаурус» Константина Крылова.

Распространение деструктивных влияний усугубляется размыванием понятия истины даже в ранее солидных глобальных СМИ. Бойцы информационного фронта, поощряемые и/или принуждаемые владельцами СМИ и политиками, незаметно подменили понятие «подлинная информация» понятиями «наша информация», или «информация, удобная для текущей политической конъюнктуры». В результате на экранах и страницах СМИ вместо истины и лжи друг с другом сражаются различные комплексы «фейк-ньюсов». Термин «зомбоящик» превратился из злой метафоры телевизора в краткую техническую характеристику функции данного электроприбора.

Как ни странно, распространяющийся хаос все же приносит отдельным игрокам весомую практическую выгоду. Наиболее состоятельная глобальная прослойка продолжает неукротимо богатеть. Forbes выяснил, что состояния богатейших людей мира, например, за 2020 год возросли в среднем на 20% или в абсолютном выражении примерно на 2 триллиона долларов. Для сравнения указанный прирост примерно в 4 раза превышает доходную часть бюджета такой страны как Россия за тот же год. Тенденция перетока капитала от бедных, не очень богатых, и немножко богатых (состояния которых едва превышают заветную планку в 1 миллион в твердых валютах) к безобразно богатым не меняется на протяжении всего периода «нового хаоса». Невольно закрадывается конспирологическая мысль, что сверхбогатые как раз и затеяли всю эту заваруху, чтобы еще сильнее обобрать всех остальных. А если и не затеяли, то безусловно подхватили и поддерживают ее продолжение.

В итоге остается лишь питать надежды, что мировое сообщество не уйдет в полный разнос и протянет еще немного, расходуя накопленную ранее инерцию стабильности. За это время в ходе очередной «ротации элит» ключевые посты в мировой политике и экономике займут здравомыслящие и решительные люди из «незападных» стран и культур, которые найдут наконец способы успешного выхода из состояния деструкции и хаоса на новые горизонты развития. Или, как сказали бы персонажи данной книги, из состояния неуверенной, хаотичной Двойки в насыщенную новыми возможностями и перспективами Тройку.

На этом не весьма радужном событийном фоне Константин вдруг объявился и сообщил, что у него все идет по плану. Была середина 2020 года. На мой вопрос, куда он пропадал, он заявил, что в одиночестве отсиживал свою Двойку, и не стал вдаваться в дальнейшие подробности. Мне только удалось выяснить, что он на какое-то время покидал Россию.

По поводу первого издания первой книги Константин заметил, что мы с ним все сделали неправильно, из-за чего ему крепко досталось от Инструктора.

Я попытался возразить, что первое издание получило множество позитивных откликов читателей.

Константин сказал: «Мы чрезвычайно благодарны читателям за добрые отклики. Поэтому вдвойне необходимо сделать все от нас зависящее, чтобы не искажать картину, в частности, не адресовать никого к традициям, к которым описанное не имеет отношения.»

Далее он пояснил: «Первое издание книги по настоянию издательства получило название „Тайные практики ночных шаманов“. Это неправильное название. В моем повествовании нет никаких шаманов, ни ночных, ни дневных, а есть Ночная Группа. Неверное название, возможно, породило и ложное восприятие книги некоторыми читателями. Одни искали шаманские рецепты управления миром и не находили их. Другие, особенно те, кто был прямо или косвенно вовлечен в описываемые события, или просто осведомлен о них, вместо поиска скрытого смысла и перспектив своих и чужих практик, стали спорить, кто прячется за той или иной кличкой. Когда я вернулся в Россию и принес книгу Инструктору, он долго издевался надо мной, называя мои строчки претенциозной халтурой и советовал для начала поучиться на литературных курсах. Я огорчился и решил переписать книгу заново, а заодно дописать вторую книгу, которую к тому времени уже начал. Но на этот раз так, чтобы угодить взыскательному вкусу моих наставников. Изменил стиль, добавил несколько эпизодов и отказался от развития повествования в строгой хронологической последовательности. В целях большей ясности ввел не только описание событий, но и линию изложения учения деев.»

Я спросил, чем я могу помочь в исправлении ситуации, и не проще ли ему теперь издать книги об Эргархии самому. Он ответил: «Нет, в организационном плане ничего не изменилось. Просто нужно, чтобы исправленное издание первой книги и вторая книга увидели свет как можно скорее.»

Теперь и первая, и вторая книги перед вами. В свете того, что одной из тенденций настоящего времени стала всеобщая цифровизация, издание литературы на бумаге превратилось в весьма непростое и небыстрое начинание. Следуя духу времени, мы издаем обе книги онлайн. Надеемся, вскоре за ними последует и третья.

Леон Иванов

Мюнхен – Москва, сентябрь 2022 года