- -
- 100%
- +
ИДУЩИЕ ВПЕРЕДИ ДОЖДЯ
(поэтический сборник)
ВЕЛЬД
Эпиграф
Я вижу, как рвется струна моих дней
Никто никогда не сыграет на ней
Никто никогда не поймет этих нот
Никто никогда за окно не шагнет
Никто никогда не увидит Восход
Никто никогда не запомнит меня
Никто никогда не добудет огня
Никто никогда не нарушит покой
Никто никогда не простится с листвой
Никто никогда стену лбом не пробьет
НИКТО НИКОГДА НИЧЕГО НЕ ПОЙМЕТ.
Осеннее танка
Осенью падают листья
Это – закономерность
Но я отчего то скучаю
И так же, как эти листья,
Все падаю, падаю, падаю…
***
Я поднял трубку телефона
Набрал твой номер. За окном
Звучала музыка метели
И ветер в мой стучался дом.
Я ждал. Кого сейчас услышу?
Но вдруг ты подошла сама
И понял я: пришла зима
И в трубку телефона дышит.
***
Тоска восседает на троне
Я выпит тоскою до дна
Опять на моем небосклоне
Холодная светит луна
В душе моей музыка стынет
И нечем ее отогреть
Вокруг ледяная пустыня
В которой живет только смерть.
***
Настольная лампа – источник бессонниц
Меня притянула к себе, словно бездна.
И вот я, прикованный мыслью к бумаге,
Сижу, словно каторжник.
Только я счастлив,
По-своему счастлив мгновением этим
И знаю, что завтра оно повторится
И это – мое. И никто не отнимет его у меня.
Это вечное право – себя самого
каждый день создавать
Из ветра, тумана, дождя или снега
И пусть в этой жизни другого не будет
Мне, если по сути, другого не надо
В серебряных строках ночного тумана
Готов жить я вечно и что мне до жизни,
Которая где-то проносится рядом,
Когда у меня есть перо и бумага,
Настольная лампа и ночь за окном.
***
Кто я? Огонь? Или отблеск огня?
Свет дальних звезд или нового дня?
Музыка или почетный оркестр?
Актовый зал на две тысячи мест
Или уютная комната в доме?
Кто я? Иголка в колючей соломе?
Ветер, гуляющий в поле окрест?
Норд или Ост? А, быть может, Зюйд-вест?
Кто я? Внимательный шелест дождя?
Радуга в небе чуть-чуть погодя?
Или угрюмые мрачные стены?
Есть ли какие во мне перемены?
Хоть что-нибудь изменилось во мне?
Все та же тень на холодной стене
Так же стоит у меня за спиной
Кто же по жизни шел рядом со мной?
Сам я иду? Иль ведет кто меня?
Кто я?! Огонь? Или отблеск огня?!!
Поэт
Мне спокойные дни не нужны
Свыкся я со своими грехами
Я порой вижу странные сны
Их еще называют стихами
И дожди их печатают мне
Словно звонкое злое стокатто
Строчки тихо звенят в тишине,
Как бриллианты в четыре карата
И плевать, что в печати их нет!
Честь моя здесь совсем не задета
Ведь высокое званье – Поэт
Для меня выше чина поэта.
Рождение Поэта
(К .Бальмонту)
Недосказанность, неприкаянность
Непонятная и звенящая
Очарованность и загадочность
Святость хрупкая, настоящая
Это яркое и неявное,
Что присуще В Ночи Рожденному
Навсегда и вовеки славное
Станет именем Окрыленному
И придет этот Час, венчающий
Сумасшествие и Величие
И с Небес ему всепрощающе
Бог дарует свое обличие.
***
Да! Я страдаю манией величия!
Я строю Космос по ночам из строчек
Я звезды разбиваю, словно лампочки
И перекрасил в черное Зарю.
Так я хочу! И что мне до того,
Что вы другое лицезреть хотите
Я, кажется, слугой не нанимался
И денег за работу не беру.
Пускай все будет так. Мне это мило.
А если кто-то хочет по-другому,
Вот вам луна и небо.
Вот вам краски,
Дерзайте и творите. Бог вам в помощь!
Стихи
Непричесанный ветер гуляет окрест
Непричесанна утром моя голова
Непричесанной стаей с насиженных мест
В мои строки слетаются птицы-слова
Я кормлю их с ладони и глажу рукой
Шелест чистых страниц, словно крыльев, вокруг
И прозрачная музыка льется рекой,
Замыкая во мне заколдованный круг
И рождается в этой священной реке
Как напиток из солнца, сомнений и снов
Лихорадочным пульсом на хрупком виске
Ощущение новорожденных стихов.
***
Не все на свете можно объяснить
Не все, что в мире есть, дано измерить
Когда течет ручей, ты хочешь пить
Когда надежда есть, ты хочешь верить
Но нужен ли очередной вопрос?
И что с того, что ты ответ узнаешь?
Ты думал, что во сне опять летаешь,
А оказалось, что ты просто рос.
Воспринимай все так, как видишь сам
И ты откроешь многое впервые
Стремиться к неизведанным мирам
Почетнее, чем знать, что есть такие.
И музыка – гармоний тонких нить
В иное лишь тебе откроет двери
Не все на свете можно объяснить,
Не все, что в мире есть, дано измерить!
***
В водовороте черных дней
Порой сверкнет полоска света
Но это – верная примета
Что следом дни еще черней.
И черно-белыми штрихами
Раскрашен, словно зебра я
Судьба, как черная змея,
Удавкой давит (суть – грехами)
Смеется, злобы не тая
Развернут серый день, как знамя
И с ним в строю – судьба моя
Ночная фиалка
А. Блоку
Все проходит, и мысли полет
Очень часто для многих как праздник
Красота неприступных высот
Лишь достойных по-прежнему дразнит
Блекнут яркие в прошлом цвета
К ним желания нет возвращаться
Жизнь все так же скучна и пуста
И Земля продолжает вращаться
Но когда умирает листва,
То от боли никто не заплачет.
Наступившая осень мертва
И уже невозможно иначе…
Обреченные жить без весны
Мы тускнеем. И все же мне жалко
Королевну забытой страны,
Что зовется Ночная Фиалка.
Посвящение
Украсьте собою любую мечту,
Дарите себя сумасшедшей надежде,
Ловите любую звезду на лету
Не будьте, как раньше,
Не будьте, как прежде.
Дерзайте! Творите!
К ногам Вашим свет склонится
И все будет в нем вам подвластно
Восход на плече Вашем лентой атласной
Сверкнет. И любые слова здесь напрасны,
Когда есть всего одно слово: Поэт!
***
Как хотел бы я быть носорогом!
У него очень толстая кожа.
И к нему не пристанут с вопросом:
"Почему не похож ты на птицу?"
Я хотел бы стать маленькой льдинкой
У нее очень легкая смерть,
Если кто-то ее отогреет…
Я хотел бы жить в облике облака
И всегда быть воистину белым
А еще больше я бы хотел
Быть стремительным северным ветром
И взрывать небо яркой метелью…
Но не дай бог мне быть светофором!
Знать и помнить всего лишь три цвета:
Красный, желтый, зеленый…
***
Достаточно тонкого стона –
И все равновесие – к черту!
Хрусталь не выносит движенья
Покой очень хрупок и нежен.
И вроде бы видимость формы,
Но нет той гармонии лета
Никто не поймет, отчего же
Вдруг дождь расчертил нашу жизнь.
Достаточно крохотной капли –
И сель разбивает преграды
Пред всесокрушающей бурей
Бессильны любые мосты…
Когда же придет озаренье,
Возникает опять совершенство,
Мы будем теряться в догадках –
Что этому было причиной?
И кто знает, что будет дальше?..
Вельд
Увядающий запах осенней листвы
Где-то бродят во мне африканские львы
И выходят порой по ночам из меня
Марсианские хроники судного дня,
Не прожитого после кончины Земли
Исчезающий мир Сальвадора Дали
Оставляет предчувствие новых миров,
Бесконечных и странных, как тень моих снов.
Не понять, не поверить, не принять вовек
Этот тонкий намек на растаявший снег
Никому не дано одинаковых грез
И у неба свое толкование звезд
На стене проступает зеленый рассвет
Там, где был четкий контур, теперь его нет
Африканские львы выступают вперед
И малиновый день, и янтарный восход
Завладели планетой, но прячутся в тень
И янтарный восход, и малиновый день.
Я увижу лишь то, что увидеть хотел
И у каждого свой здесь рубеж и предел
Ослепительный Бредбэри дарит мне Вельд
Оживающих образов.
***
Когда заплеванный асфальт
Пронзит предутренняя слякоть,
Проснется наконец-то город
От бреда, что зовется снами
Опять зловонные машины
Разрежут улицы на части
И снова напрягутся нервы
На паутине проводов
А люди, как велит программа,
Заложенная с их рожденья,
Наполнят этот мертвый город,
Который любит только мертвых
И стрелки четким, мерным шагом
Печатать станут день насущный…
…А на столе, среди объедков
Погаснет огонек свечи…
***
Что осталось всем нам от разбитых корыт
От летящего в небе от нас журавля
Лишь подкова над дверью моею висит
Но от стука копыт не дрожит уж земля
Я на стену прибил свой ковер-самолет
В выходной натравлю на него пылесос
По ночам еще снится безумный полет
Только утром опять понимаю, что рос
И осколки мечты выжигают глаза
Только слезы камнями застынут в груди
Да еще кое-где седина в волосах
Словно отблеск кометы на Млечном Пути.
***
Усталость на землю спустилась
Туманом и серым дождем
Тоска, как болезнь обострилась,
Но мы перемен и не ждем
Мы лето вернуть не сумели
Молчит его звонкая медь
Ведь птицы давно улетели,
А больше здесь некому петь
Как будто кто пьет мою душу
И ночью опять и опять
Луну, словно спелую грушу
Пытается ветер сорвать
Поблекли везде акварели
Как грустно на это смотреть
Ведь птицы давно улетели,
А больше здесь некому петь
Морщины причудливой сетью
Гармоний нарушили нить
Был мой горизонт раньше светел,
Но некому больше светить
Как много мы сделать хотели
Теперь ни за что не успеть
Ведь птицы давно улетели,
А больше здесь некому петь
Январская стужа диктует
Условия зимних ночей
Все воет метель, все тоскует
И хочется выть вместе с ней
Я знаю – в холодной постели
и мне суждено умереть
Ведь птицы давно улетели…
Ощущение Вечности
Ощущение Вечности входит в мой дом,
Приняв облик тумана в раскрытом окне
Ощущение Вечности – мы с ним вдвоем
Одиночество вновь прикоснулось ко мне
Небо больше не дарит лазурных тонов
Где теперь буду краски я теплые брать,
Чтоб раскрасить хотя бы осколки миров,
Тех, которые мне никогда не собрать.
Ощущение Вечности входит в меня,
Паутиной морщин оставляет свой след
Озаряет чело мое знаком огня –
Древней тайны созвездий, галактик, планет.
Ощущение Вечности будет со мной
И не даст мне бесследно, как искра, сгореть…
Жаль, что в Мире у Вечности облик иной
Здесь ее называют обыденно – Смерть.
Последняя Осень
Пустые глаза оловянного цвета
у неба, нависшего грудью над бездной
Во мне растворилось последнее лето
И что-либо делать уже бесполезно.
Уже не вернуть к жизни вечную жажду
Лишь листья желтеют, как страшное знамя
Я больше вернуться к началу не жажду
И кто к нам придет – тот уйдет вместе с нами
Открытая книга туманных предчувствий
Немногим откроет величие тайны
Немногим по-прежнему страшно и пусто
Среди одиноких и каменных зданий
И только дрожащие стрелки однажды
Замрут на часах в бесполезном вопросе
Нет чувства вины и предчувствия жажды
Царит над Землею Последняя Осень!
Перед Рождеством
Сегодня с утра идет снег
Я жду с нетерпением ветра
Он должен опять принести
Все новости этого дня
А время, как верный мой пес,
Идет всегда рядом со мной
И все же чуть-чуть отстает
Буквально на пару шагов.
Рисует мороз на стекле
Мой быстро растаявший сон
И я вдруг опять узнаю
Свое отражение в нем
Картины волшебных миров
Меня изменили совсем
И только все те же глаза
Горят на оконном стекле
А снег все идет и идет
И, словно большой леопард,
Который себя по бокам
Бьет нервно дрожащим хвостом,
Дрожат небеса. И вокруг
Не видно уже ничего
И ветер куда-то пропал
В ночном беспорядке небес…
А снег все идет и идет…
НА ГРАНИ
1993-1994 г.
Марине Хлебниковой
"Объясните льву, что он свободен…"
Среди осколков лопнувших сердец
В привычной тесноте тяжелых зданий
Теряет всю воздушность очертаний
Изысканного зодчества венец!
Законам притяжения Земли
Себя мы преподносим в виде дани
Свободен только тот, кто здесь живет
На острие. На лезвии. На грани!
***
Паук бетонных перекрестков
Сверкает красными глазами
И темно-серый грязный воздух
Скрипит натужно тормозами
Глазницы неумытых окон
Сверкают грозно, как зарницы
И двери транспортного ада
Перечеркнули все границы
Петля асфальтовых полос –
Ножом мне в горло город врос!
***
Звезда, догорев, упадет, затерявшись во тьме
Паденья ее не заметит, пожалуй, никто
Ведь сколько на небе сверкает еще этих звезд
На наш век их хватит.
И что нам до этой звезды?
Пускай себе падает!..
Состояния
I
Разорвано небо в объятьях ночи
Луна ненормально и дико хохочет
Туман сладострастно насилует землю
Я голосу разума больше не внемлю
Уходит по капле надежда из вены
Я долго со звездами был откровенным
Но где-то сейчас догорает закатом
Все то, что мне дорого было когда-то
Деревья от страха и ветра трепещут
И люди, похожие больше на вещи,
Не знают, что струны легко очень рвутся
В своей толстокожести им не проснуться.
Сегодня от боли никто не проснется
А сердце лишь только однажды взорвется
Но только не вместе пока еще стрелки
И время, подобно стремительной белке,
Все мчится вперед – и все время по кругу.
Когда же в глаза мы посмотрим друг другу?
II
Я завтра умру. А, быть может, и позже.
Мой мозг тишина, вероятно, размозжит
И капли его превратятся в созвездья
И снова, как раньше, здесь буду везде я
Ничто не изменится. Только на свете
Останется меньше сердец, что всем светят.
III
Проклятие снам – смерти сладким коктейлям!
Проклятие мягким и вязким постелям!
У сна – привилегия вновь возвращаться
К чему обольщаться? Кому обольщаться?!
Осталось так мало волшебных иллюзий
Мечты утонули в загаженном шлюзе
А вера, как старая, дряхлая шлюха,
Опять потирает бесплодное брюхо
Сегодняшний сон так похож на вчерашний
Но только немногим по-прежнему страшно
А сон возвратится, но будет короче
Не хватит нам снова сегодняшней ночи
Не хватит и дня для прозрения духа
В душе воцарилась тоска и разруха…
Но я ухожу от тисков конъюнктуры
Всю жизнь я писал лишь свои партитуры
Мне очень так внезапно язык развязала
Свеча догорает, тепла же так мало
Но воск сохраняет причудливость формы…
Постурбанистический постскриптум
Будь проклят вечно, город серых снов!
Его мне не понять, хоть я старался
Увидеть в нем хоть что-то для души.
Но логика его неумолима.
И грязным небесам она подстать,
Которые за горло держат прочно
Меня.
И я не в силах это небо
Считать своим.
Дарю я это небо
всем вам,
Ведь вы давно уже привыкли
Такое небо видеть над собой.
А я уйду из этого кошмара,
Где смрадно дышит воспаленный ветер,
Где желтое в горячке бредит солнце
И липким потом капают дожди…
А город будет жить своею жизнью
И так же неотступно, серой тенью
По улицам его и площадям
Прохаживаться будет
Смерть моя!
Птицы
Птицы зимою
Не выживают.
Холодно птицам
В небе остывшем
Мертвые крылья,
Северный ветер
В ледяном небе –
Призраки в белом
Тусклые звезды,
Блеклое солнце
Давит птиц сверху
Мертвое небо
Белое пламя
Сердце сжигает
Рвутся на части
Души и крылья
Песня из горла
Кровью прольется
Хлынет зарею
В мертвое небо…
***
Останутся в памяти лица и вещи
Хмурый туман, нелюдимость асфальта,
Восход, на меня посмотревший зловеще
И ветер, звенящий пронзительней альта
Запомнится эхо в парадных подъездах
Запомнится вакуум жутких подвалов
Души,
Потаенных, как чья-то надежда,
И грязных, как лужи ночных тротуаров
Религия сонных кварталов меня проклянет!
В глазах растворится ночная тревога
И звезды, пронзенные светом и болью
Останется только лишь жизни убогой
Безумная вера с продажной любовью
И будет все так же катится по кругу
Обыденный мир с его статусом строгим
Останется в памяти серая вьюга,
Которая в ад настилает дороги
Останется вспышка, хлестнувшая разум
Замерзший февральский потрепанный вечер
И звезды застынут мгновенно и страшно
Когда из окна я шагну им навстречу!
Религия сонных кварталов
Меня проклянет…
***
Намешаю немного тумана
Пополам с безысходной тоской
Буду тупо, свирепо и пьяно
Перемешивать зелье рукой
Чуть добавлю луны серебристой,
Выпью залпом отраву до дна…
… небо будет пронзительно чистым,
Когда вдруг я шагну из окна.
***
Смотрю в окно я. У виска
Луна печальная застыла
С той стороны стекла тоска
В глаза мне смотрит. Так уныло
И мрачно начался сюжет
Поэмы о Вселенской Скуке…
Лишь ветра бешенные руки
Небесный теребят жилет.
Во мраке холодно до блеска
До звона инея в глазах
Неумолимо и прелестно
Ко мне подкрался робкий страх
И постучался сердцем в грудь
Вдруг, как по коже сотней лезвий,
Одна другой все бесполезней
Промчались мысли.
Не уснуть
Сегодня страшной ночью этой
Моя она и не моя.
Ночь словно черная змея,
Вползает траурною лентой,
Проникнет в душу, выпьет мозг
И растворится свежей кровью.
Луна, приникнув к изголовью,
Застынет, как холодный воск.
Письмо
Ты мне пишешь который уж раз
Упрекаешь за то, что молчу
Знай: случится с тобой что – сейчас
Прибегу, приплыву, прилечу.
Но пока за окном темнота
Где теперь ты – не знаю я сам
Где-то здесь – я. А ты – где-то там
И моя комнатенка пуста!..
Ты мне пишешь, но почта опять
Как и раньше – полнейший бедлам.
Или адрес могла затерять
Или индекс – давно по нулям
Чистый лист на столе. Я сижу
За окном все шумят поезда
Я сегодня тебе напишу
Знать бы только – кому и куда!
***
Я привыкаю жить любя
Совсем не то, что я хотел бы
Любить. И без чего б не смог
Я дальше жить и быть счастливым.
Я привыкаю жить, любя
Совсем не тех, кто мне судьбою
Дарован в жизни был однажды
И кто судьбой моей не стал
Я привыкаю к мыслям. Тем,
Что мне несвойственны вначале
Когда-то были. Но теперь
Они ко мне приходят сами.
Я привыкаю ко всему!
Тому, что происходит нынче
И нет, пожалуй, ничего.
К чему бы я не смог привыкнуть.
Я привыкаю и к себе…
Верней, к чужому человеку,
Который скоро станет мной…
Теперь уже довольно скоро.
***
…Все продолжает сниться
Листва над головой
В руках твоих синица,
Но где журавль твой?
Тебе опять не спится,
Покоя нет глазам,
Душа твоя, как птица,
Все рвется к небесам
И сердце вновь томится,
И позабыт покой…
В руках твоих синица,
Но где журавль твой?
Мечты остались где-то
И ты живешь сама
Мы все так ждали лето,
Но вот пришла зима…
Лишь иногда забыться
Хотелось мне с тобой…
В руках твоих – синица,
Но где журавль твой?!
И голые деревья срывают с неба снег
В руках – комочек перьев
И сердце, не поверив, вдруг замедляет бег…
Ангел
(Письмо-отчет БОГУ)
… А этот город сотворен из дождей
И даже в лицах у людей– лишь слякоть
Но я пытаюсь походить на людей
И под плащом стараюсь крылья спрятать
Хитон мой… как это у них… Прикид!
Давно стал серым, как людские души
В трамвае вывихнул крыло… Болит.
Порою кажется – вот-вот задушат!
Да, стало сложно прятать нимб
И сделать глупое лицо… Мне – сложно!
А ведь иначе здесь не станешь своим