Виски для пиарщицы

Глава 1

Я стояла в толпе в зале прибытия аэропорта и не могла дышать от волнения. Ещё немного, и настанет счастливый момент – мы снова встретимся с Виктором.

Наша романтическая история чрезвычайно запутана, даже провода от наушников не смогли бы свернуться в такой тугой клубок. Мы с Виктором знакомы уже больше трёх месяцев, и у нас даже был секс. Целых два раза. Два раза за три месяца – это надо умудриться. Для влюблённых, сгорающих от страсти друг к другу, это настоящий рекорд. Новый год, конечно, бывает ещё реже. Но не намного.

Но сейчас самолёт коснётся взлётной полосы, и мы, после долгих недель невыносимого ожидания, снова будем вместе. И проведём вдвоём чуть больше суток.

Жизнь – жестокая штука.

Как я соскучилась! Все полтора месяца разлуки мы почти ежедневно разговаривали по скайпу. Разговоры, обсуждения, совместное молчание… Да, мы очень сблизились. Но разве виртуальное общение может заменить поцелуи, нежные прикосновения и жаркие объятия?

…Рейс из Женевы уже приземлился, Виктору оставалось пройти паспортный контроль. Я едва не подпрыгивала от нетерпения в толпе других ожидающих. Подумала, что неплохо было бы встретить любимого сразу голой – чтобы не терять ни минуты из отпущенного нам ничтожного времени и немедленно приступить к делу.

Да, интересная идея. Думаю, многие были бы в восторге. Но кто-нибудь обязательно позвонил бы в психушку. А что такого, если разобраться? Просто девушка ужасно истосковалась по своему парню!

И вот, наконец, появился Виктор! Для меня он был настолько прекрасен, что казалось, его фигуру окутывает сияющая аура.

Виктор бросил на пол сумку, выпустил ручку чемодана и подхватил меня на руки. Его крепкая шея для того и предназначалась – чтобы на ней висли девушки. Вернее, одна-единственная девушка. Мы сразу же начали лихорадочно целоваться, так, словно боялись, что злые силы уже через мгновение опять нас разлучат.

– Как же я соскучился, Рита! – выдохнул Виктор. – Это невыносимо!

– А завтра ты опять улетишь! Так неправильно! – в отчаянии воскликнула я. Мысль о скором расставании жгла, как раскалённое железо.

– Но сегодня целый день в нашем распоряжении. Плюс ночь. И утром кусочек. Да мы богачи!

– Мы нищие!

– Какая же ты строптивая девочка! Обязательно надо возразить своему начальнику, да?

– Ха! Забыл? Ты мне давно не начальник!

– Да неужели? Ты ничего не перепутала, моя радость? Я только-только начинаю становится твоим полновластным начальником.

– Серьёзно?!

– Сомневаешься? Поехали скорее, я введу тебя в курс дела и проинструктирую по твоим должностным обязанностям.

– Поехали, – прошептала я, чувствуя, как по телу прокатывается жаркая волна.

О, какие меня ждут инструкции… Могу представить! Всё сладко замирает внутри от этих преступных мыслей!..

– Извините! – послышался откуда-то сбоку нерешительный голосок.

Мы с Виктором, не разъединяя объятий, удивлённо обернулись.

Рядом, молитвенно сжав руки на груди, стояла пухленькая девица и смотрела на нас во все глаза – так, словно находилась в кинозале и была готова прослезиться на финальной сцене душещипательной мелодрамы.

– О, это так романтично! – восторженно воскликнула девушка. – Боже! Вы такие красивые! О-о, я сейчас заплачу! – в её глазах действительно заблестели слёзы. – Ой, извините, я не представилась… Здравствуйте, Виктор Николаевич! А вы, наверное, Маргарита? Здравствуйте. Виктор Николаевич, вы меня не узнали? Я Елизавета. Вы проводили со мной собеседование по скайпу. Спасибо, что одобрили мою кандидатуру! Михаил Иванович сказал, что вы прилетите буквально на сутки. И я взяла на себя смелость приехать в аэропорт, чтобы познакомиться с моим непосредственным начальником.

– Елизавета, я вас узнал. Доброе утро, – Виктор удивлённо посмотрел на свою новую подчинённую.

Я тоже пристально и ревниво её отсканировала. Ещё бы, ведь эту девицу приняли на моё место. Целый месяц «Армада» прозябала без рекламного менеджера – объявление о вакансии висело на десятке сайтов. Я желчно порадовалась, что новым кандидатам предлагалась зарплата в тридцать тысяч, в то время как мне генеральный директор платил шестьдесят.

А я не ценила. Только когда осталась без работы, поняла, что совершенно зря возмущалась скупостью владельца компании.

В глубине души я почему-то надеялась, что Михаил Иванович подловит меня в каком-нибудь общественном месте и упадёт к моим ногам с воплем «Маргарита, вернись, я всё прощу, без тебя нам никак!». И при этом будет рвать своими страшными ручищами остатки волос на голове и одновременно подбрасывать в воздух целые пригоршни розовых лепестков – так, чтобы они красиво падали на меня сверху.

Как ни странно, мои фантазии почему-то так и остались фантазиями. Гендиректор, оказывается, спокойно нанял нового специалиста. Незаменимых людей не бывает, как бы высоко я ни оценивала мои заслуги перед «Армадой».

– Мы могли бы с вами встретиться завтра в офисе, – нахмурился Виктор. – Сегодня, вообще-то, воскресенье.

Его глаза, только что сиявшие радостью, вмиг превратились в две голубые льдинки – острые, колючие. О, я прекрасно помню этот мрачный взгляд. Им частенько одаривал меня директор по маркетингу, когда мы только начинали работать вместе. Ему всё не нравилось, он считал, что в отделе царит бардак.

Новенькая смутилась под суровым взглядом шефа.

– Виктор Николаевич, но завтра на девять утра у меня назначена встреча в телецентре… Я побоялась, что мы разминёмся, и мне так и не удастся познакомиться с вами лично. А вот ещё! Михаил Иванович приказал вам передать, – девушка протянула объёмную папку. – Это для завтрашнего совещания. Гендиректор просил подготовиться, проанализировать свежие данные.

Нет, только не это! Да она издевается, что ли? У нас с Виктором совершенно нет времени на изучение офисных документов. Столько всего надо успеть… Да мы ещё ни разу спокойно не полежали на кровати, как белые люди! Сначала занимались сексом в прихожей гостиничного номера, потом – в душевой спортивного комплекса. И это всё! Даже влюблённые подростки, придирчиво контролируемые родителями, успевают наворотить гораздо больше, чем мы – взрослые свободные люди!

Но увы, я должна помнить, что Виктор ненадолго вырвался из Швейцарии не только для того, чтобы порадовать меня десятком головокружительных оргазмов, но и чтобы навести порядок в своих рекламно-маркетинговых владениях.

Эх! Что же это…

– Извините, я понимаю, что помешала вам… – виновато защебетала Елизавета. – Мне так неудобно! Всё, я убегаю, убегаю, больше не буду вас задерживать!

Елизавета сделала попытку испариться, но ей не удалось.

– Стоп! – остановил Виктор. – Раз мы встретились, подготовьте, пожалуйста, к завтрашнему дню медиаплан на первую половину октября. Особый акцент сделайте на жилом комплексе «Манхэттен». Плюс ваши идеи и внезапные озарения – чем больше, тем лучше. Записывайте, всё пригодится.

Новенькая испуганно заморгала. Она смотрела на Виктора едва ли не с ужасом.

– Виктор Николаевич, но ведь… но ведь… Я только неделю работаю. Я ещё не вошла в курс дела.

– Так входите, – раздражённо бросил мой добрый принц. – Почти такое же задание вы получили от меня три дня назад, но результата я не дождался. Надеюсь, завтра вы скинете ответ на корпоративную почту или передадите в письменном виде.

– Хорошо, – убито промямлила девушка.

Мне стало её жаль. Я вспомнила, как шесть лет назад устроилась в «Армаду», и на меня сразу же обрушилась лавина информации. Как было трудно! Да что там, на новом месте всегда трудно. Даже запомнить кого как зовут – и то мозги кипят. Когда ещё вольёшься в новый коллектив с его интригами и подводными камнями. А уж с первой недели моментально включиться в работу и показать какие-то результаты – нет, это не реально!

Я искренне посочувствовала бедной девице. Пожалела её ещё и потому, что понимала: вскоре сама окажусь в подобной ситуации.

***

– «Манхэттен»… – мечтательно произнесла я и положила правую руку на колено Виктора. Левой держала руль. Красная «тойота» летела по шоссе в направлении к городу. – «Манхэттен» – это конфетка. Как же мне нравится этот комплекс! Он такой же своеобразный и роскошный, как и «Султан».

Я сдвинула руку с колена и погладила джинсовое бедро.

– Внимание! Вы вошли в опасную зону! – «электронным» голосом объявил Виктор. – Внимание! Опасность!

– Что? – засмеялась я.

– Убери руку, а то мы до города не доедем. И смотри на дорогу.

Как же он любит командовать! Легко сказать – «смотри на дорогу», если взгляд, как магнитом, притягивается к его лицу, фигуре… Я бы вообще не отрывала от него глаз, любовалась бы им бесконечно.

Красивый!

Но так странно видеть Виктора в джинсах, ветровке и кроссовках. Столько раз он появлялся передо мной в своих безупречных костюмах и белоснежных рубашках. А теперь сидел рядом в предельно демократичном образе. Студент? Спортсмен? Да, непривычно. Усталый, немного помятый, он сейчас совсем не напоминал холёного топ-менеджера процветающей компании.

В аэропорту в первое мгновение встречи мне показалось, что Виктор окутан мерцающим ореолом – словно какое-то божество или новогодняя ёлка. Но сейчас я видела, насколько он измучен. Похудел, обозначились скулы, под глазами залегли тени.

Месяц, проведённый в больнице у кровати больного ребёнка, его вымотал. Но и такой – утративший внешний лоск, уставший, истерзанный – он был ещё более дорог мне. Жалость тонкой иглой входила в сердце, она вносила терпкую ноту в любовный напиток. Из-за неё он становился уже не просто пьянящим, а колдовским – один глоток, и ты пропала.

Навсегда, на всю жизнь!

Мы ехали в «Легион» – там, на пятнадцатом этаже башни из светло-жёлтого кирпича находилась квартира Виктора. Как минимум на двадцать часов – если забудем о сне – мы можем превратить стильные апартаменты в арену гладиаторских боёв или огромное брачное ложе размером в шестьдесят квадратных метров. Не будем себя ограничивать. Мы так долго ждали этой возможности, и мы заслужили это счастье.

Глава 2

Драгоценное время утекало – на одном из перекрёстков из-за аварии образовалась большая пробка. Я нервно барабанила пальцами по рулю. Мы медленно подползали к месту ДТП. Автомобили, огибая разбитые машины, беспорядочно толпились, как стадо овец… Наконец проскочили. Я с удовольствием вдавила поглубже педаль газа.

– Как тебе Елизавета?

– Ревную! – искренне призналась я.

– Ревнуешь? – удивился Виктор. – Вроде бы, я не давал повода.

– А я не о тебе. Я «Армаду» ревную к новому сотруднику… Столько лет я занималась там рекламой и пиаром. Обидно, что эта Елизавета будет теперь везде лезть своими пухлыми ручками. А если напортачит? Кстати, День города прошёл, а мы… нет, вы не приняли в нём участия! Хотя жилые комплексы, построенные «Армадой» – неотъемлемая и прекрасная часть городского облика. Отличный информационный повод, чтобы напомнить о себе во всех СМИ.

– Сама виновата! Зачем уволилась?

Я отвернулась от Виктора и сделала вид, что пристально слежу за «маршруткой», нахально вытесняющей меня с полосы.

– Алло, Маргарита Андреевна, я с вами разговариваю! Не надо игнорировать шефа.

– Ах, простите, Виктор Николаевич, немного отвлеклась. А что вы спросили?

– Что у вас произошло с генеральным? Он молчит, ты молчишь. Партизаны. Правды ни от кого не добьёшься. Как ты могла уволиться?

– Я не увольнялась. Михаил Иванович сам меня уволил, – нехотя призналась я.

– Не может быть! Генеральный не идиот, чтобы избавляться от таких специалистов.

– Меня подставила Василиса. Не знаю, что с ней случилось. Говорит, бес попутал. Подсунула мне пачку документов, а среди них – две липовых платёжки на двести пятьдесят тысяч рублей. А я на автомате их подмахнула.

– Подмахнула? Даже не прочитав?!

– Прочитала, конечно. Телевизионная реклама – о’кей, реклама на билбордах – тоже о’кей. Всё как обычно. Я каждый месяц такие документы подписывала на протяжении шести лет. Ты ведь тоже не проверяешь на детекторе купюр каждую пятитысячную? Василиса подкопила бумажек и выдала мне их пачкой. Кто же знал, что у неё от жадности крыша съедет? Михаил Иванович решил, что мы эти деньги на двоих поделили. Немножко ругался матом, – я сокрушённо вздохнула.

Да уж, немножко! О, как он ругался! До сих пор мороз по коже.

– Ужасная история, – Виктор покачал головой.

– Но Василиса, к счастью, призналась, что к её авантюре я не имею отношения.

– Так зачем же ты уволилась?

– Я не увольнялась! Василиса во всём призналась уже после того, как Михаил Иванович нас с треском выставил за дверь. А он своё слово обратно не берёт.

– Сильно бушевал?

– Ну-у… Да.

– Бедная моя девочка, – Виктор протянул руку и погладил меня по голове. – Попала же ты в историю! А почему раньше не призналась? Я целый месяц недоумевал… Да-а, генеральный, наверное, вам устроил. В гневе он страшен, я уже видел. А так – отличный мужик. Только импульсивный.

– Поэтому не хотела ничего тебе рассказывать, чтобы не портить твои отношения с Михаилом Ивановичем.

– Давай я с ним поговорю, и ты вернёшься!

– О, нет. Не надо за меня просить, это унизительно. Проехали и забыли. Я вот-вот найду себе другое тёплое местечко.

Враньё. За целый месяц так ничего приличного и не нашла. Предложений хватает, но всё не то. А вернуться в «Армаду» тоже не смогу. При воспоминании о страшной сцене в кабинете директора становится тошно. Как же он орал, какими ужасными словами обзывал!

– А обо мне ты подумала? – возмутился Виктор. – С кем мне работать? С этой клушей Елизаветой?

– Вовсе она не клуша! Очень симпатичная девушка, – тут же возразила я.

Честно говоря, Елизавета сразу мне понравилась. Особенно понравились её пухлые щёчки и толстый живот, мягкой булкой нависающей над поясом юбки. Пришлась по душе её безразмерная кофта и лодочки без каблуков. Правда, не очень понравились глаза – глубокие, карие, и волосы – каштановые, густые, блестящие. Зато несколько розовых прыщиков, замазанных тональником, меня просто очаровали! Надеюсь, от десятичасового рабочего дня и перекусов на офисной кухне (кофе, шоколадки, пончики с лимонной помадкой) эти мелкие прыщики начнут размножаться так же быстро, как кролики.

Вот какая я добрая!

А что делать? Эта девушка теперь будет работать вместе с Виктором. Почему-то не хочется, чтобы любимого окружали сплошь голливудские дивы.

– Елизавета – варёная клуша. Я же с ней разговаривал. Хотел зарубить и её кандидатуру тоже, но генеральный на меня наехал. Надул обиженно губки, сказал – знаешь, Витя, тебя только Маргарита устроит. Да, он угадал. Тем не менее, от Елизаветы отвертеться не удалось. Директор взял её по знакомству – у девушки влиятельные родители, они попросили пристроить дочку… Риточка, а ты не могла бы ввести её в курс дела? – вдруг жалобно попросил Виктор.

– Вот ещё! – фыркнула я. – Меня уволили, а я буду с ней нянчиться?

– Пожалуйста, малышка. Ты же рекламный гений. А она абсолютно не догоняет. Нет, конечно, в качестве исполнительной девочки на побегушках её можно использовать, так же, как и наших парней. Но генерировать идеи, выстраивать концепцию, творить, придумывать, как это делала ты, она, конечно, не сможет. Пожалуйста, солнышко, хоть немного объясни ей? Дай контакты, с кем ты работала на радио, телевидении, где заказывала наружную рекламу.

– А что я буду за это иметь?

– Шикарную компенсацию, – сразу же пообещал Виктор. – Я даже готов выдать аванс натурой. Прямо сейчас, только доедем до дома.

– Натурой? Звучит заманчиво!

– Вот! Соглашайся! Я буду стараться изо всех сил, чтобы ты не осталась разочарована. На всё пойду, лишь бы закрыть брешь в отделе маркетинга и рекламы. Если ты немного поднатаскаешь эту красавицу, мне будет работать гораздо проще.

– Прямо сейчас ничего не обещаю, – вредно заявила я. – Отвечу после того, как получу аванс.

***

За шесть часов мы испробовали все виды секса. Выяснили, что он может быть диким, нежным, необузданным, томным, быстрым, долгим, варварским, изысканным… Отличные физические данные Виктора и десять лет, отданных мною художественной гимнастике, позволяли нам творить самые невероятные вещи.

Всё это было прекрасно, бесподобно и освящено законами природы. Мы выстрадали в разлуке право делать всё, что угодно, и всецело принадлежать друг другу. Мы снова убедились в том, что созданы друг для друга. У меня на глазах наворачивались слёзы нежности, а сердце пыталось разнести грудную клетку – оно там не помещалось. Мне казалось, сейчас оно взорвётся от любви, и во все стороны полетят осколки рёбер.

– Предлагаю завести персональный порноканал. Будем выкладывать видео. Денежек заработаем! – задыхаясь сказал Витя на шестом часу марафона.

Он выглядел так, словно по нему пробежало стадо мамонтов. По лицу и груди струился пот, щёки горели, волосы прилипли ко лбу. А у меня опухли губы, и я вся превратилась в комок нервов, в одну сплошную эрогенную зону.

– Отличная идея! – обессиленно выдохнула я и вдруг судорожно всхлипнула.

– Ты что? – испугался Витя. – Плакать собралась? Если карьера порнозвезды тебя не прельщает – забудь! Я же пошутил! Только не плачь…

– Это от любви… Я так тебя люблю!

– Милая…

Потом мы валялись на кровати, не в силах пошевелиться и доползти до телефона, чтобы заказать еду.

– Прошу тебя, иди, – простонала я из подушек. – Ты мужчина, ты должен. Накорми свою женщину. Возьми телефон и закажи стейк. В том кафе, как в прошлый раз. Большой сочный стейк размером с Гренландию. Иначе я сейчас умру от голода.

– Я должен, – повторил Виктор и накрыл лицо подушкой. – О-о-о, мои ноги… Да блин! Сейчас.

Но мы так и не смогли выбраться из постели – уснули, отключились. Я проснулась первой и некоторое время смотрела на четкий профиль моего спящего воина, тихо умирая от любви. Мысль о том, что скоро мы опять расстанемся, была невыносима.

Не хочу!

***

– Сколько времени потратили впустую, – вздохнул Виктор, посмотрев на часы. – Уже десять. Как же мы так вырубились?

– И поесть не заказали.

– И даже не потанцевали… Танцевать-то будем, малышка? Румба, бачата, танго – что выбираешь?

– Ты издеваешься, да?

Мы сидели рядышком на краю кровати. Тяжёлая рука Виктора свисала с моего плеча, я перебирала пальцы, гладила вены. Украдкой посматривала кое-куда… Нет, всё, приплыли, боеготовность нулевая. То, что раньше таило угрозу, было похоже на сталь, окутанную нежнейшим шёлком, и восхищало своей мощью и необузданной энергией, теперь уныло болталось, как насмерть замученный хорёк. Что ж, в принципе, я и сама ощущала себя обессиленной.

И ужасно голодной.

– А поехали в ресторан? – вдруг предложил Виктор. – Ты в состоянии передвигаться? Доползём как-нибудь до такси. Пообщаемся в одетом виде, поедим чего-нибудь вкусного. А ещё мне хочется тобой похвастаться. Пусть все видят, какую обалденную девчонку я отхватил.

– Но у меня наряд… совсем не для ресторана. Тогда сначала заедем ко мне?

– Постой, я же купил тебе платье! – вспомнил Виктор и удивлённо постучал себя кулаком по голове. – Я тормоз! Сейчас!

Он встал с кровати и направился в сторону холла, а я, провожая его взглядом – широкая спина, крепкая попа, длинные ноги – успела пять раз тихо умереть. Счастье, нежность, гордость опутывали меня невесомыми нитями, я барахталась в них и задыхалась от любви.

Я тоже хочу похвастаться Виктором. Мне достался бесподобный мужчина. Он безупречен… Какое у него тело…

– Держи! – Виктор вернулся в спальню и положил мне на колени платье из невесомой ткани.

– Ах!

– Примеришь?

Прохладная ткань соскользнула вниз, приятно задевая грудь, спину, бёдра.

– Потрясающе, – восхитился Виктор. – Всего за две секунды мой пупсик-голыш превратился в роскошную леди. Давай отрежу этикетку. Тебе нравится?

Я рассматривала себя в зеркало. Чёрное платье без рукавов село идеально. Я сразу почему-то подумала, что Виктор – эстет и собственник. Почему он не выбрал какую-нибудь легкомысленную вещичку – на бретелях и с кружевными вставками? Это платье превращало меня в изящную статуэтку из чёрного обсидиана – всё очень строго, закрыто. В нём можно ходить даже на работу.

Которой у меня нет!

– Спасибо! Купил в женевском аэропорту?

– Скоро я стану там любимым клиентом. Требовал выдать мне размер XS, ты же мне кажешься такой малышкой. Но продавщица – кстати, русская – уговорила взять на два размера больше.

– И правильно сделала!

– Я ей показал твоё фото.

– Сколько у тебя моих фото!

– Миллион. Мы с Гришей любуемся, и это нас спасает в минуты уныния. Но давай-ка побыстрее. Выдвигаемся через десять минут.

– Ещё бы найти моё бельё. Ты не видел, куда оно улетело?

Одежду опять разметало взрывной волной, как и в прошлые два раза. Я сразу вспомнила, как мы бегали по раздевалке спорткомплекса, пытаясь отыскать мой лифчик.

– Похоже, это наш фирменный стиль, – констатировал Виктор через несколько минут безуспешных поисков.

– Ты постоянно всё раскидываешь! Сеятель!

– Протестую! Я очень аккуратный паренёк. Просто у тебя особое бельё – ползучее, с повадками гусеницы. Где ты его покупаешь? В следующий раз зайду в Женеве ещё и в отдел нижнего белья. Будет проще сразу всё привезти, чем вскрывать паркет в поисках твоего лифчика.

– Нашла! – радостно закричала я. Кружевной аксессуар почему-то висел на кофе-машине, как чепчик. – Ура! Так, а где колготки?

***

Мы приехали в пафосный ресторан в центре города, где интерьер пугал византийской роскошью, а в сиянии свечей подавали на блюдах морских гадов и всякие изысканные деликатесы. Таксист с улыбкой посматривал на нас в зеркало заднего вида, а мы притаились на сиденье и не шевелились, упиваясь близостью друг друга. Я гладила руку Виктора и каждые две минуты подносила её к губам. А он целовал меня в макушку. За окном мелькали огни ночного города, мелкие капли дождя на стёклах автомобиля вспыхивали, как жёлтые топазы.

Если честно, сейчас я бы согласилась заскочить в какую-нибудь забегаловку и съесть пирожок с капустой – лишь бы побыстрее. Мой дневной рацион составлял чашку кофе с кусочком сыра – так я позавтракала. А Виктор последний раз ел в самолёте.

– Умираю от голода! – хором сказали мы и тут же засмеялись.

Девушка-официантка повела нас в гардеробную комнату.

– Итак, Марго, ты согласна? Проведёшь инструктаж с Елизаветой? Я же хорошо отработал аванс? Нет, ну скажи? Хорошо? Да?

– Да, да, не переживай, – засмеялась я. – Неужели можно в этом сомневаться? Ты был прекрасен… Ладно, уговорил. Займусь Елизаветой, – я вздохнула. – Подготовлю себе достойную смену. Надеюсь, девица не совсем тупая.

– Она вовсе не тупая, – заверил Виктор. – Просто уровень не тот. Но ты хотя бы её подучишь. Отлично! Значит, завтра на работу едем вместе. Думаю, Елизавета не долго пробудет в телецентре. Когда вернётся, ты ею займёшься. А я тем временем поиздеваюсь над маркетологами.

– Нет-нет, в офис не поеду! Не хочу лишний раз попадаться на глаза Михаилу Ивановичу.

Тем более, что скоро мне и так предстоит встретиться с генеральным. Я же решила вернуть полмиллиона, истраченные им на погашение моего кредита. Уже подала заявку в банк, на днях её одобрят, и я получу необходимую сумму – возможно, уже во вторник. В результате Михаил Иванович останется при своих, а я опять буду с кредитом.

Но Виктор ничего этого не знает. Должна ли я всё подробно ему объяснять? Думаю, у него и своих проблем хватает. И вбивать клин в его отношения с генеральным мне тоже не хочется…

Раздевшись в гардеробе, мы направились в зал и сразу же нос к носу столкнулись с другой парой. Я подняла глаза и вздрогнула. Прямо перед нами, перекрывая путь своей широченной фигурой, стоял Михаил Иванович. Генеральный директор «Армады» – собственной персоной. Он буравил меня злым взглядом.

Глава 3

Михаил Иванович был не один, а со спутницей.

Его обнимала за гигантский бицепс роскошная дама элегантного возраста, похожая на испанку: иссиня-чёрные волосы, убранные в тугой высокий узел, яркие чёрные глаза, капризный алый рот. Знойная красавица возвышалась над Михаилом Ивановичем – она была на высоких каблуках.

Женщина производила сильное впечатление, она искрилась и вспыхивала, как золотой позумент на костюме тореадора, и притягивала взгляд своей несдержанной и выразительной красотой, явно незнакомой со скальпелем пластического хирурга. Её зрелость явственно читались в морщинках у глаз, но это только добавляло ей шарма.

Прозвучал нестройный хор взаимных приветствий, и на мгновение все замерли. Гендиректор продолжал щуриться и обстреливать меня шрапнелью. А потом перевёл взгляд на моего спутника и сразу же улыбнулся.