Истинная проблема для дракона

— Где твой приказ о зачислении? — огромный платиновый красавчик наступает на меня, тянет руку, ни капли не сомневаясь, что я ему сейчас отдам документ.

Ага. Щас. Два раза.

Я за этот грант на обучение в престижной Академии ДРАГО душу выложила. Пахала не покладая рук, не спала ночами, поесть толком некогда было.

— Пошё-ёл ты… — вырывается прежде, чем успеваю прикусить язык.

А потом и реально прикусываю, не успев выплюнуть ругательство, потому, как наглый дракон неожиданно резко дергает за наплечную сумку, я захлопываю рот так и не договорив. Получается неудачно. Прикусываю не только язык, но заодно и нижнюю губу. У меня вырывается стон.

Зато в сумку успеваю вцепиться обеими руками. Срабатывает рефлекс –своё не отдам. Тем более, что там запрещенные контрафакты. Не хватало, чтобы их кто-то увидел –проблем не оберёшься.

— Ты чё такая дерзкая, пустышка человеческая?

Нашёлся, блин, дракон недоделанный на мою голову. Он и не думает пустить, тащит сумку, а заодно меня вместе с ней, пока мы не сталкиваемся лбами. У меня вырывается новый стон –больно же.

Его светлые волосы рассыпаются по моему лицу. Захлебываюсь терпким мужским запахом с привкусом мускуса, который будоражит что-то глубоко внутри.

От растерянности моя хватка слабеет, сумка оказывается в чужих ручищах загребущих. Уууу… И пока он не отодвинулся и не успел в неё залезть, шиплю:

— А приказа там нет. Всё самое дорогое ношу при себе.

Язык мой –враг мой. Надо было уж совсем его откусить. Моё «при себе» –было совершенно лишним.

Сумку мне не возвращает, закидывает себе на плечо, а лицо, перекошенное злостью, вдруг исчезает из поля зрения. Это он уже меня дёргает за плечо, разворачивает задом и прижимает спиной к своему твёрдому накачанному телу –так крепко и так непозволительно близко. Его ручища впивается в талию, не даёт сдвинуться ни на миллиметр.

Тонкая ткань платья не спасает от того, что я чувствую прямо кожей его рельефные мышцы. И то, как тяжело вздымается мужская грудь. А в волосах запутывается его нос и тяжелое дыхание вызывает мурашки на коже.

Всё из-за злости, конечно. Это взаимно.

И от безысходности.

Вывернуться не получается –я словно зажата в тиски. Его вторая ручища ощупывает моё тело. l_gDYhyD Зачем-то он трогает грудь, касание наглых пальцев обжигает прямо через ткань. Думает, я там прячу приказ?

Бездумно опускаю голову и открываю рот –получается дотянуться –кусаю за палец, который уже почти забрался в декольте. Одновременно отбрыкиваюсь, что есть мочи и чуть не падаю потому, что он отталкивает. Шипит, трясёт укушенным пальцем:

— Стерва бешенная! У тебя хоть прививка от бешенства сделана?

Я собираюсь огрызнуться и уже открываю рот, когда вижу в другой его руке мой приказ о зачислении. Гад умудрился залезть мне в карман. Хлопаю ртом, судорожно соображая, что делать дальше.

Он машет бумажкой у меня перед носом, присоединяет к ней еще парочку приказов, которые ему сами вручили мои недалекие сокурсницы.

Девчонки испуганно жмутся в сторонке перед воротами в дорогой ВУЗ –который наша мечта с глянцевых картинок журналов. Единственная в своем роде Академия, где учатся молодые драконы –«последние из древнейших», вместе с людьми, одаренными магическими способностями.

Мы приехали на двухмесячную стажировку в престижный ДРАГО –максимум, который можно выгрызть упорным трудом и усердием в нашей провинциальной академке для простых людей без магического потенциала – счастливый билет в лучшую жизнь.

Стою. Пялюсь на такие дорогие бумажки, выстраданные потом и бессонными ночами зубрёжки. В руке у наглого блондина.

Эти молодые крышесносные парни встретили нас у входа на территорию Академии. Красавчики, как на подбор –высокие, широкоплечие, в узких рубашках, обтягивающих внушительные мышцы, с широким улыбками и белоснежными зубами –элита нации, «последние из древнейших» -драконы, которые вылупились из кладки пролежавшей на дне вулкана более трехсот лет.

Только на деле, эти драконы –оказывается, обыкновенные заносчивые снобы.

Девчонки растаяли и поразявили рты. Наивные провинциальные дурочки. На вопрос: «Зачем пожаловали милые барышни в скромную обитель ДРАГО?», они разулыбались, раскраснелись, полезли показывать приказы о переводе на обучение.

Кто же даёт документы на руки всяким …незнакомым чешуйчатым гадам?

Сокурсницы поверили в их чистые помыслы и добрые намерения? Только не я.

Я сразу просекла их фальшивые улыбки, презрение, спрятанное в уголках глаз, надменные взгляды, которые драконы бросали сверху вниз.

Обидно. Девчонки притихли, прижались друг к дружке, их мелко потряхивает. Бросают на меня осуждающие взгляды. Я их уговорила приехать. Я же сейчас дерзила платиновому придурку.

Еще с приютских времён я точно знала, никому нельзя давать спуску, с самого начала –иначе тебя задвинут, будут издеваться, и ты потом уже ничего не исправишь. Я никому не позволю вытирать о себя ноги.

Внутри всё дрожит от страха. И от несправедливости. А еще ужасно досадно, аж скребёт под ложечкой –как меня может оскорблять этот красавчик? Его лицо перекошено издевательской ухмылкой, которую хочется стереть грязной вонючей тряпкой.

Платиновый красавчик цедит сквозь зубы:

— Нам здесь не нужны человечки, — демонстративно втягивает ноздрями воздух. — Ещё и без магического дара, — кривится, типа разнюхал, что у нас нет потенциала.

Но яркие голубые глаза отчего-то сверкают азартным блеском и полыхают жаром, мне кажется, что зрачки на секунду вытягиваются в линию, но тут же схлопываются обратно в большие чёрные точки –его зрачки расширены. Испепеляют меня пронзительным взглядом.

Ему вторят рослые дружки:

— Нищенки.

— Оборванки.

— Вам здесь нет места. Убирайтесь к себе в заднее место мира.

Я суживаю глаза и цежу, вторя его интонациям:

— Подвинетесь, не локомотивы.

Я храбрюсь, но моё самолюбие стёрто в прах. Я так привыкла к мужскому вниманию, что до конца не верится, что это сейчас со мной происходит. Только я виду не подам.

Хочется, чтобы вредный блондин встал на колени и молил о моей благосклонности, ползал и лобызал подол юбки, вымаливая прощения за оскорбительное отношение.

Только … он меня опережает, как будто читает мысли. Выплёвывает, словно яд:

— На колени. Проси прощение за оскорбление.

Это же моя реплика! Он нагло передрал, озвучил мысли. Только почему-то всё наоборот.

Он вытягивает вперёд руки с приказами, собираясь порвать.

Я давлюсь невысказанными гадостями и хватаю ртом воздух. Нахал победно ухмыляется.

На моей-то бумажке стоит маг.защита. Я выкупила дорогущую страховку на последние деньги. В дороге может случиться всё, что угодно. А, вот, девчонки решили сэкономить, посчитали меня транжирой, а маг.защиту –расточительством.

— Ну. Живо, — давит блондин.

Девчонок жалко.

Его пальцы сжимаются на бумажках, так что видно, как побелели костяшки –эко его проняло, сейчас пар из ушей повалит. Или из ноздрей? Откуда там он у них валит? Зря не удержала язык за зубами. Сглатываю. Во рту соленый привкус –это когда губу прикусила.

Гад. Ты мне ответишь за мою кровь! Я тебе сама кровушку еще попорчу.

Ноги закаменели. Отказываются сгибаться. Дракон смотрит в упор. Он уже внутреннее торжествует. Улыбка прокрадывается в уголки жестких губ.

Заставляю себя опуститься вниз, прямо рухнув на подкосившихся ногах, больно ударяюсь о каменную плитку. Глаз не отвожу, передавая через взгляд всё, что о нем думаю. Он понимает, чего мне стоит встать на колени, и весь его облик кричит о том, что от этого ему лишь веселее. Он потешается надо мной!

Делает медленный шаг ближе.

Он забавляется, загнав меня в угол. Вернее, коленками в землю. Мое дыхание вырывается со свистом. Я даже не знаю имени гада, но я его уже ненавижу! Прямо чувствую, как ненависть льется из моих глаз. Его не пронять.

Щёки пылают –он добился своего. Приоткрываю рот –мне трудно дышать, в груди печёт.

Я проиграла. Начало. Но не всю игру. Ты пожалеешь, козёл!

Больше не могу смотреть на эту самодовольную морду с тонкими аристократическими чертами.

Всё-таки отвожу взгляд. Гад становится так близко, что чуть ли не утыкается мне пахом в лицо.

Драго милостивый, у него, что – возбуждение? Почему-то меня пробирает мелкая дрожь. Извращенец. Снова сглатываю. Закатываю глаза вверх. Скорее чувствую, чем вижу ухмылку –он видел, куда я пялилась. Сам виноват, зачем подошел так близко?

Он так доволен, что изо рта показывается кончик языка? О чём он думает?

В ушах раздается треск порванной бумаги. Блондин жестко рвёт наши приказы на мелкие кусочки, его желваки ходят ходуном –он тащится от того, что творит. Он рвёт с остервенелым удовольствием. Улыбается и бросает мне в лицо.

Клочки разлетаются в разные стороны, парят белыми хлопьями в воздухе и оседают мне на одежду, застревают в волосах и медленно планируют на мощеную подъездную дорогу. Ветер подхватывает бумажки, разносит в разные стороны, забирая у моих подруг надежду на светлое будущее.

Зачем же я встала на колени, если он все равно порвал приказы?

У нас билет в один конец. Чтобы вернуться в наше захолустье за новыми приказами и обратно понадобится пару недель. На портал у нас денег нет. А это значит, что стажировка отменяется. Для моих подруг. Но не для меня. Мысленно клянусь им, что отомщу.

Но платиновая зараза не останавливается.

Он щелкает пальцами –из воздуха появляются свитки.

— Вам здесь не место. Хочу убедиться, что вы не вернетесь. Мне нужны ваши согласия на отказ от обучения. С клятвенным заверением.

Он переключает внимание на девчонок. Их лица белее простыней. Бедняжки трясутся от страха.

Я поднимаюсь с коленей, складываю на груди руки:

— Не делайте этого, девочки. Он ничего не может вам сделать. Разве, что такой большой и всесильный дракон поднимет руку на слабую девушку?

Хочется уколоть побольнее. Совсем сбрендил кретин.

Если девчонки дадут отказ –следующий черёд мой. И если, приказ мой находится под магической защитой, и стоит повернуть тоненький ободок колечка на пальце –окажется у меня в руках целым и невредимым. То, с клятвенным соглашением дела обстоят потрудней.

Девочки синхронно смотрят на меня с одинаковым жалким виноватым видом.

— Эша, мы передумали. Правда. Мы расхотели здесь учиться.

— Не очень-то и хотелось с самого начала.

И то, правда, это я их уговорила составить компанию. Размахивала перед ними яркими проспектами, зачитывая перечень дисциплин и доступных проектов, завлекала картинками с глянцевых журналов, на которых красовались в том числе вот эти самые гадские «древнейшие».

В реальности они выглядели даже еще более сногсшибательно, чем на картинках. Но, картинки не отражали их внутренний мерзопакостных характер.

И если мои талантливые сокурсницы прельстились драконами и перспективами, то мне не до светлого будущего. Меня больше интересует насущное настоящее. Я рассчитываю хоть что-нибудь разузнать о названной сестре, с которой мы выросли в приюте –самом близком человеке в моей жизни. Ей повезло больше –обладая магическим потенциалом, Эмили удалось поступить в ДРАГО.

Последний раз мы разговаривали месяц назад. А потом Эмили уехала из Академии и больше я о ней не слышала.

Платиновый мерзавец задаёт стандартный вопрос:

— Вы подтверждаете клятвенные соглашения?

Девочки в унисон пищат: «да». Свитки щелкают, впитывая голосовое подтверждение.

Он снова оборачивается ко мне. Вопросительно изгибает бровь. В воздухе между нами, ветер треплет третий свиток. Шелест волшебной бумаги действует на нервы.

— Твоя очередь, —он щурится, выжидает, думает, что снова продавит меня.

Выдерживаю наглый взгляд голубых глаз. Добавляю дерзости в голос:

– Ты меня не надуришь снова. Да и козырей у тебя больше нет.

Болван усмехается, стаскивает мою сумку с плеча и перекидывает её из одной руки в другую.

— Что? Небось все документы, да и деньги на проезд в сумке? Куда ты без нее? Как доберешься в свою мухосрань?

Ну, положим, все документы, да и шиллинги я зачаровала всё той же страховкой. Никуда они от меня не денутся. А, вот, контрафакты в сумочке –это уже не шутки.

Не обладая магическим потенциалом, я прикупила себе кое-что в дорогу на черном рынке. Кто еще защитит бедную сиротку, если не она сама? Да и для поиска Эмили, неизвестно еще что мне понадобится из прикупленного арсенала.

Но, вредному гаду никак нельзя об этом узнать. Хорошо, что он думает, что я трясусь за шиллинги и документы.

Срываясь с места, пытаюсь выхватить сумку, буквально падаю на здоровенного блондина всем телом, в надежде вырвать своё кровное и родное. Но он шестым чувством улавливает моё движение, перебрасывает сумку дружку, и ловит в объятия.

Дракон обхватывает руками, притискивает сильнее, горячо шепчет на ушко:

— А ты, оказывается – маленькая потаскушка? Бросаешься на мужиков? Так сильно хочешь меня?

Бархатный голос шепчет с такой интимной интонацией, что мелкая дрожь пробегает от ушка, по шее и исчезает где-то в районе груди. Магинечка Елена, чувствую, как жгутся кончики ушей и корни волос, когда доходит, как именно он меня назвал.

Краем глаза вижу, что его дружок трогает застёжку на сумке. Сейчас его шандарахнет для начала –мало не покажется, потом придётся объяснять откуда у меня такие дорогие приблуды. Про то, что лежит в сумке –я вообще молчу и тихонечко постанываю про себя. Ой, нет. Простонала я вслух.

Блондинистый подлец принимает на свой счёт. Его руки гладят мою спину. Слышится тихий утробный рык, застрявший в его горле. Это его дракон что ли? Тоже на меня злится? Или мне просто кажется от страха?

Я выкрикиваю:

— Я согласна!

— Быть моей? — уточняет блондин, его зрачки вытягиваются в тонкие черные линии.

Я так перепугана, наблюдая за пальцами его дружочка, которые возятся с застёжкой на сумке, что не улавливаю суть вопроса. Зато успеваю тыкнуть фальсификатор голосового согласия на колечке с янтарным камушком, и громко кричу:

— Да. Подтверждаю клятвенное соглашение.

Видимо, от неожиданности, хватка моего мучителя ослабевает, у меня получается вырваться, бегу, хватаю свою многострадальную сумку –слава Магинечке, застёжка не успела сработать и отскакиваю подальше от уродской компании, к своим сокурсницам.

Блондин выглядит довольным, как кот обожравшийся сметаны. Сладко щурит аристократические глазки. Догонять не спешит.

— Так бы и сразу, — он смеется, глядя мне в лицо.

Мы с девочками жмемся ближе друг к дружке в поиске защиты. Что они себе позволяют?

«Последние из древнейших», самые снобские снобы, которых я когда-либо видела в жизни, один за другим идут за ворота. Последним уходит блондин. Он прикрывает ажурные кованые створки и пялится на меня через изящно изогнутые прутья, увитые железными лианами и цветами.

Его дружочки ржут. Кто-то из них говорит:

— Посторонним вход воспрещен.

А тонкие жесткие губы блондинистого нахала складываются в беззвучное слово: «Увидимся». Он облизывает нижнюю губу и отворачивается.

Мы с девочками стоим у ворот, которые захлопнули у нас перед носом, пялимся в широкие накачанные спины здоровенных драконов.

«Даже не представляешь, как скоро», — мстительно думаю про себя, поворачиваю колечко на пальце –в моей руке появляется приказ.

РАДА ВИДЕТЬ ВАС В НОВОЙ ИСТОРИИ!!!

Глава 2

Асгар, дракон - «последний из древнейших».

— Где твой приказ о зачислении?

Протягиваю руку. Человечка смотрит прищуренным взглядом из-под чернющих густых ресниц. Злится. Они умеют чувствовать? Люди –что бабочки-однодневки, их жизнь коротка, появляются и исчезают, не оставив следа. Люди –что пыль под ногами. Сырьевой придаток, обслуживающий персонал.

Длинные светло-русые волосы человечки развевает ветер –шелковистые пряди переливаются на солнышке. Щечки раскраснелись, губки того и гляди задрожат. Старается держать невозмутимое лицо. У неё плохо получается. Эмоции перехлёстывают через край. Она переходит границу дозволенного, выкрикивает яростно:

— Пошё –ёёёл ты…

Ну, всё. Моё терпение лопается, как мыльный шарик, со звоном в ушах. Срываю её сумку с плеча. Прикусила бы язык малышка. Язычок таким милым мордашкам совсем для другого нужен.

Как смеет эта человечка оскорблять меня? На глазах у друзей и пары других человечек.

Она роет себе могилу!

Хотел просто по-хорошему отправить их домой. Теперь я буду втаптывать её в грязь. Пусть глотнет унижения. За свои слова и поступки надо платить.

— Ты чё такая дерзкая, пустышка человеческая?

Сам достану приказ о зачислении. И прежде, чем порвать, заставлю вымаливать прощение.

Что за моду взял ректор пригревать под крылышком нашей престижной Академии всякое отребье? Наивные недалекие человечишки! Докатился до того, что уже и без магического дара собирается взять на стажировку.

Зараза цепляется в сумку, как утопающая за соломинку и сталкивается со мной лбом –паршивка! Аж, звёздочки сыпятся перед глазами, а я вдыхаю тонкий нежный аромат волос и понимаю, что у меня давно не было женщины –наверное, с неделю уже. Чувствую возбуждение.

Она стонет, наверное, от боли, а у меня моментально каменеет между ног. Хочу, чтоб еще немного постонала у меня в руках.

Человечка провоцирует, говорит, что приказ носит при себе. Злит. Бесит.

Хм. Хватаю и прижимаю спиной к себе. Уууу… какое хрупкое нежное тело, узкая талия, наверное, поместится в обхвате моих рук. Ближе, красавица, прижмись-ка сильнее –придавливаю рукой, не позволяя дёргаться. Безумно заводит её страстное желание вырваться. Страстная маленькая дрянь.

Между нами одежда, но моё тело вспыхивает жаром, хочу убрать эту тонкую преграду. Утыкаюсь носом в волосы –так её запах чувствуется сильнее. Вдыхаю её злость.

Будет стонать и извиняться. И ползать передо мной на коленях.

И, может быть, сделаю одолжение –отымею по-быстрому, где-нибудь в укромном уголке.

Щупаю тело. Впитываю её лёгкую дрожь. Боится? Хочет меня? Они все хотят.

Хах, нащупал приказ в кармане. Слишком просто. Хочу потрогать грудь. Упругая, еле помещается в ладонь –как я люблю. Хочу добраться пальцем до соска, но эта дрянь умудряется укусить.

Оставим ласки на потом. Сейчас стерва должна извиниться.

Когда она видит приказ у меня в руке, то захлопывает свой миленький ротик с колким поганым язычком. Так-то лучше. У, хочется почувствовать этот язычок в другом месте. Напряжение распирает между ног.

Ухмыляюсь и медленно цежу сквозь зубы:

— На колени.

Наслаждаюсь моментом. Ну? Подчинится поганка? Сладкий миг упоения и торжества.

Из последних сил сдерживаюсь, чтобы не порвать в мелкие клочья вонючие бумажки, руки чуть ли не трясутся от нетерпения. Надо потерпеть. Сначала пусть стерва станет на колени.

Она прикусывает губу. Оооо… и падает ниц! Передо мной.

Глаза пылают яростью, но она стоит на коленях с гордо расправленной спиной. Делаю шаг ближе.

Жаль, что мы не одни. Не помню, когда такой стояк был в последний раз. Как бы в штаны не кончить. Хочется в этот непослушный рот.

Она смотрит на моё возбуждение. Потом на меня. Щёчки пылают, пухленькие губки слегка приоткрыты. Так и быть, сделаю одолжение и отымею. Попозже. У человечек нет денег на портал, надо поставить девчонке маячок. До вечера далеко не уйдут.

Ииии… с треском рву дурацкие бумажки о зачислении, кайфую, наблюдая за выражением на её лице.

Будет знать, как оскорблять и противиться моим приказам.

В голове вспыхивает идея, и уже не отпускает. Хочу её клятвенное согласие на интимную связь. Её строптивое сопротивление заводит похлеще любых податливо разведенных ног. Добровольно данную магическую клятву невозможно обойти. Но попытаться сопротивляться можно.

О! Я уже весь в предвкушении. Представляю, как её тело добровольно отдаётся мне против воли, мечущейся в голове и ненависть, пылающую в глазах.

Заодно кину ректору на стол отказы её подружек от обучения –чтоб не повадно было устраивать благотворительные мероприятия для человеческих отщепенцев с окраин.

Призываю три соглашения. Два об отказе для мямлей-подруг и одно с разрешением на интимную связь –специально для одной строптивой стервы.

Мало с тебя просто встать на колени. Я тебя как следует накажу, дрянь.

Она так боится остаться без сумки, что подтверждает согласие голосом, даже не заглянув в него. Будет сюрприз, детка.

Девчонки называют заразу по имени. Эша –повторяю про себя. Мысленно проговариваю: «Эша, открой ротик, детка. Соси, Эша. Умничка, детка». Поправляю рукой между ног.

Смотрю на растерянных девиц, жмущихся друг к дружке за кованной оградой. Им в Академию входа –нет.

Не могу отказать в удовольствии, губы сами складываются в беззвучное «Увидимся», детка Эша –договариваю про себя.

Она не сломалась, продолжает сверлить грозным взглядом. Заводит, стерва, Драго её подери. Нет, я лучше сам. Выдеру, сидорову козу.

Большая просьба! Если история заинтересовала, тыкните звёздочку ⭐(кнопка "мне нравится" если с PC-версии ), добавьте в библиотеку, чтобы не потерять, ПОДПИШИТЕСЬ на автора, если еще не подписаны)))

Заранее благодарю.

Ваша Лана. ОБНИМАЮ!

Всем хорошего настроения!

Кто не знает, как это сделать, смотрите инструкцию)))

Глава 3

Эша Киртис

Компаньонки даже не позавидовали, увидев приказ в моей руке. Дружно закатили глазки, открестились от желания учиться в Академии и поспешили восвояси.

Нет, еще, конечно, высказали своё строгое неодобрение и порицание. Моим манерам и поведению. По их словам, выходило, что я сама драконов и спровоцировала, что мне надо учиться вести себя достойно настоящей леди и сдерживать эмоциональные порывы.

Скатертью дорожка, милые сокурсницы. Спасибо и на том, что составили компанию в дороге.

Я отошла подальше от ворот и полезла через кованый забор. Само препятствие невелико – ещё не по таким заборам мы с Эмили лазили в детстве.

А вот длинная юбка мешает. Спрыгивая со стороны Академии, цепляюсь оборкой за острые кованные верхушки и приземляюсь кувырком. Почти не больно, мотаю головой стряхивая запутавшиеся травинки. Проблема в разодранной по низу подола юбке.

Доставка вещей прибудет лишь к вечеру. Сокурсницы попросили развернуть их сундуки в обратную дорогу. Так спешили убраться подальше от наглых драконов, что поручили разобраться с багажом мне.

Ну, да ладно. Разодранные оборки мотаются ближе к низу. Надеюсь, ректор не заметит.

Тащусь по газону в главное административное здание. Затем прячусь в тени деревьев, перебираюсь мелкими перебежками по стеночке, чтобы не дай Магинечка, никто из драконов не заметил.

Выдыхаю лишь перед ректорским кабинетом. Время обед –секретарши не оказывается на месте. Понимаю, что голодна. Надо бы поспешить, оформиться и сбегать в столовую. Надеюсь, начальство на месте.

Вежливо стучу и тут же толкаю дверь, не дожидаясь разрешения. Застываю на пороге.

Ректор-то в кабинете – сидит за большим рабочим столом из красного дерева, прямо напротив двери. Он отрывает взгляд от стола, от клятвенных соглашений, лежащих перед ним, смотрит на меня тёмными грозными глазами с фиолетовым отливом.

Суровое мужественное лицо с резкими чертами, волевым подбородком, с мелкими морщинками у глаз и угрюмыми складками на лбу. Какой красивый ректор в Академии.

А рядом с ним, сбоку от стола ошивается другой красивый …платиновый блондин. Ежусь под взглядом льдистых голубых глаз, прокалывающих насквозь, насаживающих меня словно бабочку на острую иглу. Он не подаёт вида, что удивлён, но я вижу злость в уголках глаз. Его холод замораживает, пробирается ледяной струйкой по позвоночнику.

Вторая ледяная струйка обвивается вокруг шеи, затрудняя дыхание. Потому, что если этот гад положил моё соглашение на стол ректору, то непременно вскроется подлог с фальшивым голосовым подтверждением. И, первое –такие штучки вне закона, а второе –на меня насядут с дачей показаний о том, где я его раздобыла.

От ректора не укрывается наше с блондином немое противостояние, он обращается к дракону:

— А ты сказал, третья студентка вообще не приезжала.

Судорожно соображаю, что происходит. Понимаю, что на столе у ректора всего два соглашения. Значит, моего там нет. Выдыхаю и отмираю, чувствую, что могу двигаться. Захожу внутрь.

Сдавать «древнейших», конечно, не собираюсь. Ябедничать –это не мой стиль.