- -
- 100%
- +
Я бегу.
Дыхание сбилось, заплечная сумка отдавила плечи, болтается за спиной, замедляет движение и больно бьёт по пояснице.
Пальцы судорожно цепляются за подол, задирая его, но ноги всё равно путаются в складках юбки.
Мой резерв на исходе, мгновенные прыжки даже на короткие расстояния больше не получаются.
Гончая у меня на хвосте, преследует по пятам. У меня больше нет пред ней преимущества. С магией на нуле остаётся только бежать.
С каждым новым шагом расстояние между нами сокращается. Она быстрее. В разы. Чувствую нутром её приближение и сердце в груди захлёбывается от страха.
Лес редеет, бежать становится чуть легче, впереди просвет. Еще рывок –и я спасена. До Академии ДРАГОН осталось совсем немного. Только бы добежать до территории и шмыгнуть за ворота. Там она меня не достанет.
Грудь печёт, всё тело как будто раскалилось и каждый новый маленький глоток воздуха обжигает лёгкие.
Я смогу. Ещё совсем немного.
Не чувствую ног, но они продолжают нести моё тело.
По внутренним ощущениям осталось несколько десятков метров –от Академии фонит магией за версту. У меня даже открывается второе дыхание, чувствую яркий прилив сил и… яростный рык гончей за спиной.
Она настигает.
Органы чувств обострены до предела. Слух улавливает и анализирует малейший шорох. Тварь, сотканная из мрака, замирает в секундной паузе – время как будто останавливается – слышу, как она отталкивается от земли.
Ум чётко отслеживает чужое перемещение – тварь летит в прыжке прямо мне на спину. Прежде, чем понимаю, что делаю, подпрыгиваю, руки сами хватаются за ближайшую ветку на пути, я подтягиваюсь, отталкиваясь ногами от ствола, помогаю забросить тело выше.
Слышится треск ткани. Зацепилась за сук?
— Помогите! — вырывается надсадный крик из пересохшего горла.
Юбка не пускает карабкаться выше. Сумка тянет назад, к низу. Не оборачиваясь, скидываю её с плеч, слышится треск поломанного кустарника. Вцепляюсь в ветку ногтями, судорожно сжимаю пальцы до побелевших костяшек.
Придушенный рык гончей говорит о том, что у неё что-то в пасти. Юбка не зацепилась, в неё вгрызлась тварь и пытается стянуть меня с дерева!
Крепкое дорожное платье трещит по швам, но не рвётся. Заклятие прочности не позволяет нарушить целостность изделия. Да, чтоб тебя!
Дую на шнуровку спереди по корсету – магии едва ли хватает, чтобы ослабить её.
Сильнее сжимаю ветку правой рукой, а левую выкидываю резко вниз. Позволяя платью сползти, выпутываю руку из рукава и перехватываюсь поудобнее. Проделываю всё тоже самое с правой. Платье скользит по телу вниз, пока гончая не сдирает его с меня полностью.
Дышать становится легче. Больше ничего не тянет и я мигом карабкаюсь выше, прячусь в густых ветвях разлапистого ельника. Ветерок холодит голую кожу. Я остаюсь в тонкой полупрозрачной сорочке, едва прикрывающей панталончики.
Обнимаю шершавый ствол, пытаясь с ним слиться и позволяю себе отдышаться.
Гончая подо мной яростно треплет по земле походное платье. Тварь с тёмно-серой лохматой шерстью, напоминающая огромного волка, только с приплюснутой мордой и большими клыками. Хоть бы до сумки не добралась.
Её отпугивает треск ветвей. Создание мрака шмыгает под куст, сливается с тенью, растворяясь пятном тьмы.
А на небольшую поляну под елью, на которой я прячусь, вываливается огромный парень с чёрными длинными волосами, забранными в низкий хвост и разметавшимися по плечам.
Он одет в спортивную форму –мягкие штаны и тунику без рукавов с низким вырезом, обтягивающую мощные бицепсы и не скрывающую раскаченную грудь, которая вздымается и оседает от тяжелого дыхания. На лбу выступила испарина, лицо с точёными чертами слегка раскраснелось и ткань туники тоже местами пропитана потом. Тренируется в лесу? Бегает?
Парню удалось спугнуть тварь, но, ведь, она же не сгинет просто так. Я грызу ноготь, судорожно соображая, что же делать? Попросить о помощи? Тогда придётся объяснять, почему меня преследует гончая. К тому же, не уверенна, что этот красавчик справится с ней. Ну, и не стоит забывать, в каком я сейчас виде.
Уйдёт же! А гончая останется.
Что же делать?
Парень замечает скомканное платье, зовёт:
— Эй, кто здесь? Кто звал на помощь?
Он подходит и наклоняется, рассматривая мою одежду.
Именно в этот момент тварь снова приобретает черты, воплощаясь из мрака. Она выскакивает из кустов, вцепляется челюстями прямо в мягкое место любопытному парню.
Я закусываю кулак, заглушая свой крик, сильнее вжимаюсь в ствол.
Красавчик оказывается не промах. Он резко заворачивается к твари, у которой остаётся в зубах клок, выдранный из его штанов. Ни я, ни тварь не успеваем отследить, как он молниеносно сворачивает воздушный поток удавкой и обвивает вокруг массивной шеи скалящейся гончей, капающей слюной.
Сначала по ушам режет жалобный скулёж, а создание мрака мерцает, пытаясь раствориться. Но воздушная удавка и поток магии не дают ей исчезнуть. Потом слышится хрип. Предсмертный. Мёртвое тело гончей падает на землю, превращаясь в густую тень. Парень пинает ногой тёмный сгусток и отшвыривает его обратно под куст.
Я сглатываю ком. Мне жаль живое создание, хоть это и порождение тьмы. Но здесь, либо оно, либо я. Это лучший исход, который можно было бы ожидать. Сама бы я не справилась.
Мой нежданный спаситель так и стоит ко мне задом, задумчиво рассматривает куст, а я пялюсь на его голую задницу, торчащую через разодранные штаны. Какие подтянутые, упругие ягодицы. Кончики ушей жгутся. Какая неловкая ситуация…
Я задерживаю дыхание, почти не дышу, чтобы не дай магинечка Елена, он меня не заметил!
Парень широко расставляет ноги и скрещивает на груди руки.
— Понравилась моя задница? — он даже не оборачивается, отчего сначала мне кажется, что он разговаривает с гончей.
Глава 2
Внезапно до меня доходит смысл вопроса, и жар бросается в лицо. Я понимаю, что так и продолжаю пялиться на разодранные штаны, вернее, на упругую часть мужского тела, которая торчит между клоками ткани. А этот… павлин! чтоб его гончая подрала. Хотя, она его и подрала… Этот павлин стоит ко мне спиной, сверкая задницей.
Он продолжает зычным голосом:
— Сейчас дырку прожжёшь на голой коже, кто бы там ни был.
Магинечка Елена! Откуда он знает, что я пялюсь именно туда? Сильный маг и чувствует мой взгляд? Щёки жгутся. Я хлопаю ресницами, расплескав жар, который, оказывается струится через глаза и понимаю, что потеряла контроль, выпустила все свои «горячие» эмоции наружу, как у меня обычно бывает при магическом истощении.
Всё смешалось: сбившееся от бега дыхание, смущение и едкий стыд, который лишь усиливается от понимания того, что я не просто пялюсь, а разглядываю непотребную часть мужского тела с любопытством, тайком, уверенная, что он не видит.
А он не только видит, еще и чувствует. О, нет. Снова кусаю кулак, уже не от страха. Только бы он меня не разоблачил.
Закрываю глаза, пытаясь потушить внутренний пожар. Я просто запыхалась после бега, пропиталась жгучим страхом, а потом смущением в такой пикантной ситуации. Ничего личного, павлин.
На смену благодарности приходит настырное желание послать красавчика куда подальше. Я разжимаю зубы –на кулаке остаются отметины и принимаюсь грызть ноготь, старательно отвожу глаза от парня и рассматриваю обстановку вокруг.
Я забралась очень высоко. Сижу на ветке раскидистой ели с мягкими хвойными лапами, которые скрывают меня от постороннего взгляда, хотя парень так и стоит задом, отслеживает мой взгляд магическим восприятием. Как я сюда залезла?
Не зря говорят –у страха глаза велики. А страх за свою жизнь закинул меня на такое дерево, на которое в обычной ситуации, без магии, я бы точно не забралась. Смотрю вниз и аж голова кружится. А нижняя к земле ветка так высоко, что я не понимаю, как я до неё допрыгнула. По стволу что ли вскарабкалась? Ага, ногтями по коре. Смотрю на поломанные ногти.
Я же сама не слезу, пока резерв не восстановится. Магинечка родная!
Но и его просить о помощи не хочу. У него даже задница какая-то высокомерная. Стоит. Плечи расправил, ноги расставил. Высится над поверженной гончей, корча из себя победителя.
Хотя, он и есть победитель и меня спас.
С тоской посматриваю на сумку, застрявшую в густом кустарнике. В ней есть магические горошины с платьями. Жаль, что я её бросила. Мне бы одну горошинку. Самой наколдовать наряд не получится.
Если бы только мой потенциал был повыше. Тогда не пришлось бы добираться до академии на перекладных, в надежде получить резервное место на день открытых дверей, когда делают добор на оставшиеся после основного приёма места. В этот день могут взять тех, чей резерв не дотягивает до заветных семидесяти баллов.
Мне всего-то пару пунктов не хватает. А те, у кого выше семидесяти, обязаны учиться в академии ДРАГОН по закону. Им и бесплатный портал предоставляют.
Скрещиваю пальцы, с тоской смотрю вдаль. С моей высоты видно пики на верхушках кованых ворот и шпили на башнях академии. Вздыхаю.
Перевожу взгляд обратно вниз. Пока я раздумывала над судьбой, тёмноволосый красавчик успел смыться. Не дождался.
Даже не знаю, чего я испытываю больше: облегчения, что мне не придётся объясняться и сверкать полуголым телом перед ним или досады на себя, что не попросила помочь. Ума не приложу, как я слезу с дерева без посторонней помощи.
Ну, как-то же я забралась? Ага, на страхе и адреналине.
Упрямо спускаюсь по веткам вниз, пока не долезаю до последней. Как же высоко от земли. Спрыгнуть не получится – так и шею свернуть недолго.
Присаживаюсь на толстый сук, свешиваю ноги и болтаю ими, вцепляясь руками за сук по сторонам. Раздумываю. Магии у меня мало, да и управлять ей толком не умею. А сейчас и вообще всё истратила.
А из-за ствола ели, на которой я так удобно разместилась, выходит чёрноволосый ободранец. Только со штанами у него уже всё в порядке. Всё-таки сильный маг. Хотя, странно ожидать чего-то другого от тех, кто учится в ДРАГОН. Завидую тихой завистью. Я-то примостилась перед ним на суку в полуголом виде.
Парень делает несколько шагов вперёд, демонстрируя теперь уже прикрытый зад, нарочито медленно разворачивается и снова скрещивает руки на груди. Лениво задирает голову, перекатывает во рту язык и смотрит на меня с хитрой ухмылкой.
— Какая красивая птичка прилетела, — он склоняет голову к плечу, рассматривает меня без малейшего стеснения.
Ногами мотать я перестаю, но руки отпустить страшно. Так и сжимаю ими сук. Даже прикрыться не получится.
— Отвернись! Не стыдно пялиться?
— Тебе на меня было не стыдно пялиться? — он и не думает послушаться, уголки губ ползут вверх. — Теперь моя очередь, — он переводит голову к другому плечу и улыбается.
Какая у него шикарная, белозубая улыбка. Красивая, как с картинок глянца. Такие милые ямочки. Слишком обаятельная. Чересчур притягательная. Смаргиваю. Вот это я залипла.
А глаза – огромные, бездонные, с густыми ресницами, тёмные. Не понятно какого цвета потому что зрачки расширились и полностью захватили радужки. Сглатываю. Как он на меня смотрит!
Парень скользит взглядом ниже, я скашиваю глаза следом за ним –куда это он теперь пялится? О, магинечка! Сорочка такая тонкая и почти прозрачная, почти ничего не скрывает. Моя грудь просвечивается и особенно явно видно сжавшиеся от холода тёмные соски.
Я сразу же смахиваю головой, шепчу слово, которое распускает мои белокурые волосы, стянутые в высокий тугой пучок. Длинные спутанные пряди рассыпаются по плечам, скользят ниже. Я дую, распутывая прядки и мотаю головой, помогая волосам прикрыть полуголое тело от чужих глаз.
Он тут же взмахивает рукой, волна магии перебрасывает все мои пряди за спину.
Парень нагло припечатывает:
— Мне так больше нравится.
Я округляю глаза, настырно мотаю головой, передёргиваю плечами, возвращая волосы на место, прикрываясь. При этом я перехватываюсь за сук покрепче, впиваюсь ногтями в кору, пытаясь удержаться и не свалиться. Приходится отфыркиваться, чтобы сдуть пряди, упавшие на глаза.
Нахал под деревом веселится, посылает поток магии, который взрывает мои волосы, разбрасывая их во все стороны. Меня откидывает назад, вслед за волосами. Я теряю равновесие, слышится скрежет царапающих дерево ногтей. Тело заваливается назад, переворачивается вверх тормашками, я лечу вниз головой, путаюсь в сползшей на глаза сорочке и визжу.
Правда, волосы и ткань лезут в рот, мешая орать погромче.
Я не успеваю как следует испугаться потому, что падение заканчивается в сильных мужских объятиях. Отплёвываюсь и мотаю головой, пытаясь выпутаться из задравшейся сорочки. Когда чувствую горячие пальцы на коже и до меня доходит, что меня нагло лапают, принимаюсь дёргаться всем телом сильнее и размахивать ногами, вырываясь.
— Пусти!
Чем яростнее я вырываюсь, тем крепче он меня прижимает – кожей чувствую разгоряченные стальные мышцы его тела и задыхаюсь от терпкого мужского запаха. Какой у него вкусный парфюм. Или это не парфюм? Дыхание затрудненно из-за сорочки на лице.
Мой наглый спаситель вдруг наклоняется ближе. Я даже замираю на секунду, перестаю вырываться от неожиданности. А он зубами сдирает ткань с моего лица, задев шелковистыми чёрными волосами по щеке. Я возмущенно вздыхаю, набирая побольше воздуха в лёгкие, собираясь заорать и снова задыхаюсь от мужского запаха, который кружит голову.
Не успеваю открыть рот, как он чуть отстраняется и резко выдыхает мне в лицо, сдувая непослушные пряди. Жмурюсь от неожиданности, потом распахиваю и возмущенно округляю глаза.
— Что? — он невозмутимо приподнимает густые чёрные брови. — Руки-то заняты.
А в следующий момент его лицо застилает весь обзор, он мурлыкает низким баритоном:
— Зато губы свободны, — наклоняется ниже, тянется ко мне губами?
Магинечка Елена, я никогда в жизни не целовалась с парнем по-настоящему. Тем более с таким красивым. И сильным. И наглым!
Что он себе позволяет?
Рефлекторно резко дую ему в лицо, неосознанно выпуская первое пришедшее на ум заклинание, которое отнимает жизненную силу потому, что магия закончилась. Чувствую тошноту –зря я это сделала.
Но уже поздно. Он замирает в паре сантиметров от моих губ –его лицо схватывает корка льда. Пару секунд я оторопело моргаю, рассматривая ледяную маску из точёных аристократических черт, густые брови и корни волос, припорошенные инеем.
Магинечка, морозильное заклинание вылетело. То, которое перед тем, как в холодильный ящик продукты убрать, использую.
Тиски объятий резко разжимаются. Я всё-таки лечу на землю и таки долетаю, приземляюсь мягким местом, тру ушибленное, подвывая грозному рыку над головой. Я съёживаюсь, подтягивая и обхватывая колени, жмурюсь, утыкаясь в них головой и подглядываю одним приоткрытым глазком.
Страшно так рычит. Не дракон ли часом? Наслышана про этих мажориков, которые в академии Драгон учатся.
Из-за истощения не могу сдержать эмоции, не могу удержать язык за зубами –он как будто живёт своей отдельной жизнью. Мне страшно до икоты, а язык бесстрашно бормочет, выбалтывая мои сокровенные мысли вслух:
— Ненавижу драконов.
Парень хватается руками за лицо, растапливая лёд. Маска стекает струйками по рукам, перетянутым жгутами мышц, по жилистой напряженной шее, капает на тунику.
Он убирает руки от лица. Я же утыкаюсь обратно в колени –смотреть страшно на обмороженную кожу синюшного оттенка. Прислушиваюсь к его дыханию –оно становится поверхностным и редким. Раздаётся шипение:
— Сдурела полоумная?
Снова приоткрываю один глаз, лепечу:
— Остудился немножко, — хотя теперь на его лицо смотреть даже еще страшнее.
Согреваясь после обморожения, кожа приобретает багрово-красный оттенок и отекает. Прямо на глазах красивое личико с точёными чертами превращается в отвратное одутловатое месиво. Я икаю и снова лепечу:
— Я не специально.
Он снова рычит и проводит пальцами по своим щекам, убирая отёчность и приводя себя в более-менее нормальный вид, сверлит меня недобрым взглядом. Теперь кожа на его лице нещадно шелушится.
— Какого Драго здесь вообще происходит? — наконец, и в его тёмную голову приходят здравые мысли, он задаёт вопрос, на который я не готова дать честный ответ. — Ты что здесь забыла? В таком полуголом виде?
Я огрызаюсь, защищаясь:
— Сливалась с природой. В тишине и мирном одиночестве. А ты выскочил на мою голову и всё испортил!
Он хмыкает, продолжает допытываться:
— Зачем тогда звала на помощь? И почему тебя преследовала гончая?
— Ничего меня никто не преследовал. Она просто выскочила из чащи и принялась грызть моё платье, вот! Я испугалась.
— Ну-ну, — красавчик, которого не портит даже шелушащаяся кожа, наклоняется и поднимает моё платье, встряхивает его, рассматривая.
— Отдай, — я так и сижу на земле, обнимая коленки и прячась за распущенными волосами, протягиваю одну руку, требуя вернуть платье.
Снова на его лице появляется шикарная очаровательная улыбка. Он смотрит на меня в упор, поигрывая платьем в руке:
— Возьми.
Наглый, вредный кретин.
— Отдай. Я не собираюсь устраивать бесплатный стриптиз и расхаживать перед тобой в одной сорочке.
— Чего я там не видел? — веселится дракон, продолжая вертеть платье в руке. — Или дальше ты только за шиллинги? — цепляется к случайному слову. — А как ты собираешься компенсировать мне ущерб? — свободной рукой он указывает на своё пострадавшее лицо.
— Сам виноват. Нечего было приставать. Да, и какой ущерб? У тебя уже всё нормально.
— Моральный, детка, — он так и удерживает довольную улыбку на лице. Красивая, конечно, но бесит. Лимончика ему не хватает.
Он достаёт дальше:
— Предлагаю начать с поцелуя.
— Сам себя целуй.
— Ах, так? Не хочешь передо мной в сорочке походить? — он приподнимает бровь, снова встряхивает моё платье, медленно складывает его, сворачивает в несколько раз.
Опять бросает быстрый взгляд из-под приподнятой брови, ухмыляется кончиком губ:
— Последний шанс, маленькая птичка. А то придётся тебе перед всей академией устроить небольшой стриптиз, — он засовывает свёрнутое платье под мышку и продолжает улыбаться. — Ты же здесь новенькая? Поступать на добор приехала?
— Пошёл ты!
Этот мерзавец и в самом деле разворачивается, с моим платьем под мышкой, усмехается:
— Теперь я точно пошёл. А ты наказана. Впредь поучись сдерживать дерзкий язычок, птичка.
Он собирается уйти с моим платьем! Наглец разворачивается и кидает через плечо:
— Я подожду за воротами, устроюсь в первых рядах.
Он и в самом деле уходит, оставив меня без платья. Драго его подери! Паршивый самодовольный болван. Хорошо, что он мою сумку в кустах не заметил.
Прищуриваюсь, сверлю его задницу злобным взглядом. Он ржёт, не оборачиваясь. Опять почувствовал? Щеки заливает жаром.
Свалился на мою бедную голову! Точнее, конечно, это уж я свалилась на него. Но, он сам виноват!
Голова кружится нещадно, тошнотворный ком подступает к горлу, меня выворачивает наизнанку. Последнее заклинание явно было лишнее, не стоило тратить жизненные силы –вредно для здоровья.
Это всё высокомерный павлин виноват!
Визуалы героев
Ашара
Дориан
Глава 3
Дориан
Лес всегда успокаивает, помогает сосредоточиться, сбросить напряжение. Люблю бегать в одиночестве.
Я бегу в размеренном темпе, погружаясь в медитативное состояние, прислушиваясь к своему дыханию и мыслям.
Академия ДРАГОН – дорогой ВУЗ, единственный в своём роде. Здесь учимся мы, молодые драконы, вылупившиеся из последней драконьей кладки, которая пролежала в драконьем ущелье более двухсот лет. А вместе с нами учатся вонючие людишки, одарёнными магическими способностями.
А всё из-за Архимага, действующего председателя Совета драконов, главного представителя по связям с человеческой общественностью, и по совместительству брата моего лучшего друга, Асгара. Это Архимаг продвигает политический курс на сближение с людьми, даже сам в качестве примера женился на природной ведьме.
Я смачно сплёвываю под ноги. Успокоиться не получается.
Хорошо, что хоть Асгар вменяемый, не ведётся на россказни влиятельного братца, который втирает свои байки про истинные пары. О том, что якобы драконы могут иметь истинную связь только с людьми, о том, что от таких пар рождаются чистокровные драконы, причём самые сильные.
Да, Архимаг заделал дочку со своей ведьмочкой. Теперь Ландия учится вместе с нами. Но, ни я, ни Асгар никогда не считали её драконицей. Так, полукровка…
Да, нас всего двадцать три: пятнадцать драконов и восемь дракониц, «последних из древнейших». Такими мы и являемся. Ведь, за последние триста лет мы –последние, кто вылупился из яиц натуральным природным способом. Но, это – не повод заставлять нас учиться с людьми!
С самого детства нас баловали. Нас боготворили. Нам внушали идеи о том, что мы избранные.
А теперь мы вынуждены терпеть под боком людишек –сырьевой придаток мира, который принадлежит драконам.
Вдыхаю глубже, пытаясь унять забродившую злость, отравляющую разум.
И ладно, нам худо-бедно приходится мириться с этими людишками, у которых хотя бы высокий магический потенциал, не боясь пришибить ненароком кого-нибудь без магии, так сегодня еще Академия открыла двери для донабора. Собираются принять на оставшиеся места тех, кто не дотянул до высокой отметки потенциала в семьдесят пунктов.
Драконий слух улавливает шуршание прелой листвы и травы под чужими ногами, хруст поломанных веток, хлестающих тело, сбившееся дыхание. Принюхиваюсь –пока не могу различить запах –слишком далеко. Похоже на погоню, нутром ощущаю зверя, преследующего жертву.
Жертва «моргает» – резво прыгает сквозь пространство на короткие расстояния. И как не боится строить порталы и так быстро прыгать в густом лесу? Можно не рассчитать и впечататься прямо в какое-нибудь дерево. После такого можно и не выжить.
Расстояния с каждым новым переходом становятся всё короче, время между прыжками всё дольше. Похоже, кто-то задыхается, стремительно теряя магический резерв.
Погоня движется в сторону Академии, в мою сторону –я не успел далеко отбежать от ДРАГОН. Я даже сбиваюсь с темпа. Любопытно.
Когда посторонние оказываются ближе, меня ждёт разочарование – улавливаю человеческий запах. Уже собираюсь развернуться и бежать в другую сторону, но слышу сначала треск порванной ткани, а потом и женский надсадный крик:
— Помогите!
Да, чтоб тебя! Кричит какая-то девчонка. Пусть и человечка, но её призыв о помощи пропитан холодным ужасом. Ладно, посмотрим, что там происходит.
Продолжаю бежать в прежнем направлении – она прямо впереди.
Выскакиваю на небольшую поляну – неудачно наступаю на ветку –раздаётся громкий хруст. И тишина. Никого нет. Куда все подевались?
Хм. На траве валяется женское платье. Всё чудесатее и чудесатее. Выкрикиваю:
— Эй, кто здесь? Кто звал на помощь?
Поляна пропиталась человечинкой, но у этого запаха какой-то странный интересный аромат –лёгкий ванильный привкус, и свежий налёт… невинности? Высовываю кончик языка, облизываю губу, пробуя запах на вкус – ум… изысканно.
Подхожу ближе, рассматриваю, наклоняясь.
Именно в этот неловкий момент меня застают врасплох. Я не чувствую запаха нападающего, не слышу шагов, только ощущаю опасность на интуитивном уровне. И вовремя. Я распрямляюсь, отскакиваю в развороте, оставив лишь клок ткани, а не своей задницы в пасти у хищной твари.
Откуда здесь взялась гончая, Драго подери? Вот почему я её не почувствовал –создание мрака, сотканное из тьмы.
Тварь щерится, готовится напасть.
Сворачиваю воздушный поток удавкой и обвиваю вокруг шеи гончей. Скулит, мерцает, но не даю ей исчезнуть –потом ищи ветра в поле –давлю сильнее. Наконец, создание мрака хрипит и падает скомканной тенью. Отшвыриваю ногой –аккуратненько под куст. Потом разберусь.
Сейчас интересно другое. Я чётко отслеживаю чужой любопытный взгляд. Прямо кожей. Голой. Через порванную ткань штанов. Любуется вкусненькая человечка? Аромат усилился. Она явно забралась на дерево и прячется в ветвях.
Напрягаю мышцы –знаю, что у меня отличная накаченная задница. Прямо нутром чую, как в воздухе вибрирует смущение. Не спешу восстановить разодранную ткань. Невинная человечка подглядывает, я красуюсь.
Она так вкусно пахнет, что возникает желание забрать её невинность. Ну, что ж, для удовлетворения мужских потребностей ни я, ни даже Асгар не брезгуем время от времени человечками.