- -
- 100%
- +
— Вы беременны!
Академская лекарша мягко улыбается. Её глаза лучатся бесконечной добротой.
— Что? — кажется, мои собственные глаза сейчас вылезут на лоб. — Но, я же девственница! — прикладываю два пальца ко лбу в обережном жесте. Заодно проверяю, на месте ли глаза. — У меня никогда не было мужчины.
Драго Единый в трех лицах, спаси и сохрани.
Мне смешно. Целительница что-то перепутала. Я заговорщицки шепчу:
— Непорочное зачатие?
Неосознанно складываю руки на животе. Все в порядке – живот, как живот. Плоский. Только кушать очень хочется. Последнее время я постоянно что-то жую. Вот, и сейчас ловлю себя на том, что грызу ноготь. За неимением чего-нибудь повкусней.
Фу-ты, как неприлично. Отдергиваю руку ото рта.
Можно подумать оказаться беременной, ни за что ни про что, прилично…
Прыскаю со смеху в кулачок.
— А вы – больше не девственница, — снова огорошивает лекарша.
Улыбка сползает с моего лица.
— Как это?
Не во сне же я потеряла невинность?
Чувствую, как загораются щеки. Сегодня ночью мне приснился до ужаса неприличный сон. Я плавилась от жара, сжигающего изнутри, в крепких мужских объятиях. Нежные, но требовательные губы шептали хриплым басом на ушко: “Ашара… я так по тебе соскучился, птичка”.
Голос казался знакомым.
Стоит его вспомнить, и меня пробирает волнительной дрожью.
Лекарша подливает масло в огонь, смущая сильнее:
— У вас был, по крайней мере, один мужчина.
По крайней мере? О чем она говорит? Хлопаю глазами.
Никого у меня не было!
— Да, вы не переживайте, — успокаивает добрая женщина. — С вашим будущим ребеночком все хорошо.
Она манит рукой наклониться к столу с зеркальной поверхностью, за которым сидит напротив меня. Водит пальцем, разворачивая изображение в мою сторону, сюсюкает:
— Вот, он – наш маленький. Вот, он – наш хорошенький.
Ничего непонятно. Чёрный фон и какие-то белые разводы – двигаются, переливаются. Как это она тут может разглядеть кого-то маленького и хорошенького?
Что за нелепая шутка? Кто решил надо мной поиздеваться? Ещё и лекаршу подговорил.
Отступаю на шаг от стола, скептически хмурюсь.
С виду – такая добрая, умная, безобидная женщина. Зачем она так шутит надо мной?
Целительнице мало, она никак не остановит свой странный бред:
— Только сказать папочке, все же придется. Ведь, папочка у нас – дракон!
Что? Я же простая человечка. Да, магичка с немаленьким потенциалом, но прежде всего, я – человек.
Это уже совсем не смешно. Хотя, и с самого начала – это была глупая шутка.
Мысленно перебираю в уме, кто мог устроить розыгрыш. Подружки? Откидываю идею.
Может, придурошные мажорики-драконы – любители поразвлечься за чужой счёт?
Да, какое им до меня дело?
Лекарша продолжает:
— Вы не сможете выносить плод без помощи дракона. Без крови отца плод убьет вас. Да, и погибнет сам.
Магинечка Елена! На секунду представляю, что, с виду, вполне адекватная женщина говорит правду. Если мой старший брат объявится в академии и узнает, он меня прибьет быстрее.
Мотаю головой.
Бред какой.
Отомщу недоделанным шутникам! Жёстко и беспощадно.
Спорить со старшими нехорошо. Ладно, узнаю, кто решил надо мной пошутить, еще поквитаюсь.
Растерянно разворачиваюсь и ухожу, не прощаясь.
Кажется, целительница что-то говорит мне вслед. Но, я больше не собираюсь выслушивать её белиберду.
Выскакиваю за дверь, как ошпаренная. Меня тут же оттесняет в сторону очередная студентка из толпящейся в коридоре очереди на целительский осмотр.
Оглядываюсь. Хочу всё рассказать Аланье и посмеяться вместе с подружкой. Она зашла на осмотр в соседний кабинет раньше меня. И должна была уже выйти. Но, подруги нет.
Девочки сообщают:
— Аланья выскочила от целителей в слезах и убежала.
Хм.
Всё странней и странней…
Неужели над ней тоже пошутили? Так же, как надо мной? Сказали, что она беременна?
Бедняжка Аланья, такая чувствительная натура… Поверила и расстроилась?
Надо найти подругу. И успокоить. Мы всё выясним, и тот, кто устроил эту подставу, хорошенько поплатиться.
Не замечаю, как в гневных раздумьях проскакиваю длинный коридор и пару лестничных пролетов лекарского крыла, с разгона вылетаю на улицу и…
Резко торможу.
Замираю, словно вкопанная.
Первая реакция – попятиться обратно. Но сзади, как назло хлопает дверь, ещё и выталкивая меня вперёд, поддав по мягкому месту.
Раздаются обидные смешки… драконов.
У, наглые, зарвавшиеся снобы! Управы на них нет в академии ДРАГОН.
Расселись на скамейках прямо перед лекарским крылом. Кому не хватило места присели прямо на газон.
Молодые крышесносные парни, красавчики, как на подбор: высокие, широкоплечие, в узких рубашках, обтягивающих внушительные мышцы, с широкими улыбками и белоснежными зубами – элита нации, «последние из древнейших».
Только на самом деле, эти драконы – оказывается, обыкновенные заносчивые снобы, с фальшивыми улыбками и презрением, спрятанном в уголках глаз.
Конечно. Все эти молодые драконы – последние отпрыски, вылупившиеся из кладки, пролежавшей на дне магического вулкана более трехсот лет. А больше драконы не откладывают яйца.
Это они решили так пошло пошутить надо мной и Аланьей? Может быть, над кем-нибудь еще?
Расселись, словно собрались смотреть бесплатное представленье.
Да, ходят слухи о том, что драконы могут иметь потомство от людей. Но, это не повод издеваться над нами, простыми человечками.
И угораздило же меня вылететь прямо на чешуйчатых гадов.
Вместо того, чтобы проскользнуть незаметно мимо, привлекала к себе всеобщее внимание.
— Эй, блондиночка-красотка!
— Иди к нам.
— Развлечемся?
Свистят, словно я – гулящая девка, бросают надменные взгляды, не пытаясь скрыть усмешек.
Это, действительно, они устроили тупой розыгрыш?
И теперь наблюдают за реакцией человечек, выходящих от целителей и огорошенных «приятной» новостью?
Задираю повыше подбородок. Не подам виду, что что-то произошло. Не доставлю такого удовольствия.
Иду, от драконов отворачиваюсь. Делаю вид, что я их не слышу.
А в голову отчего-то закрадывается предательское сомнение. Ну, не могу же я быть беременной? Я же, вообще, девственница. Я даже ни с кем никогда не целовалась по-настоящему.
Старший брат никого рядом ко мне не подпускал. А тут, в академии, я впервые в жизни осталась одна…
Целители ещё и кровь взяли на проверку. Надеюсь, когда они её проверят, шутки закончатся.
Меня хватает за рукав платиновый красавчик – Асгар. Самый отвязный заводила среди этой шайки. По совместительству названный братец моей второй лучшей подруги Ландии – дочери Архимага драконов.
А ещё, Асгар – самый безнаказанный из всех. Творит всякую дичь, не опасаясь огрести от нашего трусливого ректора. Ведь, по крови, Асгар приходится братом саму Архимагу драконов. Только Архимагу уже несколько сотен лет. Асгар же вылупился вместе со всем дурацким выводком лет двадцать пять назад. А росли они с Ландией, как брат с сестрой.
Какие же они разные!
Асгар тянет меня к себе ближе:
— Ашара, один маленький поцелуйчик, крошка!
Что? Платиновый дракон – мечта любой девушки в академии. Но, он – реально моральный урод. И совсем не в моем вкусе. А ещё, ёжусь, вспоминая, как он подсыпал мне рог единорога на вечеринке для первокурсников… Запрещенный возбудитель… И, как пытался воспользоваться ситуацией.
Рука неприятно жжётся в том месте, где он её схватил.
— Пусти! — дёргаю со всей дури так, что рукав трещит по шву.
Асгар перехватывает меня за локоток поудобней, касаясь пальцами оголившейся кожи и вызывая прилив раздражения.
Да, что же они все сидят, как истуканы, и никто не поможет? Гады! Противные драконы!
Асгар наклоняется ниже, а у меня к горлу внезапно подступает тошнотворный ком.
Теперь я сосредоточена на том, чтобы не опозориться ещё больше и не вырвать прямо на зарвавшегося дракона. Ну, если, он реально полезет мне в рот языком, я за себя не отвечаю… в горле застревает утренний завтрак.
Попытаться сдержаться? Или опозориться по полной, лишь бы платиновый кретин отстал.
За меня принимает решение кто-то другой.
Асгара от меня оттаскивают. Я глубоко вдыхаю, подавляя рвотный позыв и пялюсь на… парня моей мечты…
Огромный брюнет не уступает размерами платиновому гаду. Я заворожено разглядываю точеные черты: высокие скулы, чувственные губы, нос, который можно было бы назвать идеальным, если бы не раздувающиеся ноздри.
Мне кажется, или я заметила лёгкую струйку пара?
— Ик, — не сдержавшись, икаю под его суровым взглядом: зрачки в огромных тёмных глазах с густыми ресницами вытягиваются в тонкие линии.
За что он на меня так зыркнул? Это его дружок ко мне приставал.
Не могу сдержать вздох.
Ой… как нехорошо получилось. Уверена, все приняли мой вздох за восхищение. А выдохнула я разочарование.
Брюнет, оказывается, дракон. А я их ненавижу!
Странно, я уже больше месяца учусь в академии, а вижу красавчика с разметавшимися тёмными волосами первый раз.
Глава 2
Брюнет хорошенько встряхивает блондинистого гада. Какой контраст: иссиня-чёрные пряди на фоне платиновой белизны.
Асгар же расставляет руки в широком жесте примирения:
— Эй, Дори, полегче. Расслабься, друг.
Брюнет рычит:
— Какого Драго ты распускаешь лапы?
Асгар ржёт:
— Дориан, просто я заприметил тебя ещё издалека. Наконец, ты вернулся! Захотелось подразнить, — Асгар обнимает моего спасителя и хлопает по спине. — Дори – защитник сирых и убогих. Я был уверен, что ты не устоишь и кинешься защищать человечку.
Дориан?
А, вот имя звучит знакомо.
Последнее время в академии ходит столько слухов о помолвке молодых драконов. Все восхищаются красивой идеальной парой: роскошной драконицей Маришей и Дорианом.
И, если Маришу я видела много раз – особенно то, как она всем демонстрирует фамильное кольцо дракона, то с её женихом я сталкиваюсь впервые.
И отчего-то болезненно сжимается сердечко.
Жениха Мариши я представляла совершенно по-другому.
А в такого… я и сама с легкостью могу влюбиться.
Смаргиваю. Уфф... Что за странные мысли у меня в голове?
Нам чужого и за даром не надо. К тому же, этот Дориан – дракон. А я их с детства ненавижу. Не считая подружку Ландию, конечно. Её я полюбила всей душой. А этот Дориан – еще и один из противных заносчивых мажоров, близкий друг Асгара.
Гоню подальше странные неприличные мысли, пячусь задом, разворачиваюсь и тихонечко сбегаю. Пока драконы отвлекаются на Дориана.
На Дориана… который так и не выходит из головы.
Какой красивый, сильный и, наверное… добрый, благородный. Спас меня от вредного Асгара. Мое сердечко учащается, я с грустью понимаю – вовсе не от того, что я бегу.
Сворачиваю с дорожки в берёзовую рощу, чтобы срезать путь. Хочу скорее оказаться в комнате и расспросить Аланью про целительский осмотр. Хочу перестать думать о брюнетистом незнакомце, а сосредоточиться на планах мести его дружкам. Которые так не забавно нас разыграли с липовыми беременностями.
Гады!
Чуть замедляюсь, пока иду через берёзы. Как же здесь, в этой роще хорошо. Жмурюсь, когда на лицо падает солнце, пробиваясь сквозь ажурную листву. Яркое голубое небо над головой виднеется поверх сочных изумрудных крон. Прекрасный день, великолепная погодка, и такой красивый Дориан… Тьфу ты. Снова у меня в голове. Ну, вот, испортил всю картинку.
Я вдруг с налёта утыкаюсь во что-то головой. Упс… не во что-то, а в кого-то… высокого, твёрдого и упругого. Сначала разглядываю кожаные сапоги.
Чуть отступаю, поднимая голову выше – мой взгляд скользит по накачанному мужскому телу, останавливается на широкой груди с расстёгнутым на несколько пуговиц воротом рубашки и чёрных прядях на плечах.
Вот это мощь. Смаргиваю, поднимая голову выше на жилистую объемную шею.
Я уже знаю, кто стоит передо мной. Сглатываю и задираю голову выше.
Дориан.
Рассматривает меня потемневшими глазами и глубоко дышит.
Невольно и моё дыхание становится глубже. Я чую мужской запах, и у меня подкруживается голова. Судорожно выдыхаю, и тут же снова втягиваю воздух – не получается надышаться, как будто в березовой роще вдруг кончился весь кислород.
У Дориана тоже подрагивают крылья носа, когда он очень медленно втягивает воздух, чуть прикрыв глаза от удовольствия, едва заметно шевелит губами, как будто бы смакует меня на языке.
В мужской груди растёт утробное урчание. Это мурлычет его зверь?
Что происходит?
Из горла Дориана вырывается тихий хриплый рык:
— Аша-ааара…
Я вздрагиваю, услышав своё имя. Мы незнакомы, но он знает, как меня зовут?
А ещё рык прозвучал…знакомо?
Дориан рассматривает мой порванный рукав. Хмурится.
— И часто Асгар к тебе пристаёт? У вас с ним что-то было?
Этот красавчик задаёт нескромные вопросы. Вообще-то, его совершенно не касается моя личная жизнь. У него есть невеста – вот, с ней пусть и общается в подобном тоне.
Он тянется к моей руке.
Я так удивлена его поведением, что не могу пошевелиться. Лишь наблюдаю округлившимися глазами, как его пальцы гладят кожу в порванном рукаве. Мурашки разбегаются по телу и будоражат кровь, вызывая незнакомые ощущения…
Или знакомые? Я вспоминаю голос из своего жаркого сна. Краснею, вспоминая нескромные обрывки того, что мне приснилось. Чужие мужские прикосновения, так похожие на эти. Ласки, которые заставили стонать.
Еле успеваю сдержаться и не простонать вслух сейчас.
Да, что со мной творится?
Совсем не сравнить с тем, как меня лапал Асгар.
Нет. Не так. Что этот брюнетистый гад себе позволяет?
Свободная рука взлетает в воздух и отвешивает звонкую пощечину. А я отпрыгиваю задом. Только брюнетистый нахал хватается за мою руку, которую так нескромно гладил и дёргает на себя. Крепко к себе прижимает. Опускает голову ниже, склоняясь к моему лицу, и тянется губами в поцелуе.
Мне нестерпимо хочется почувствовать его поцелуй.
Но, так нельзя!
У меня с губ срывается заклинание – первое попавшееся, летит красавчику в лицо.
Дориан успевает уклониться – реакция у дракона на отлично. Он отстраняется и отворачивается в сторону, я провожаю мужские губы с сожалением. Незаметно облизываю свои. Отчего-то пересохли. Слежу за его тёмным взглядом.
Моё заклинание улетело и припечаталось на берёзе. Магинечка Елена! Морозильные слова, которые я говорю перед тем, как убрать продукты в холодильный шкаф. Ствол покрыт инеем на корке льда. Если бы заклинанье попало в лицо дракону – мало бы не показалось…
У меня возникает чувство де-жа-вю.
А в голове рисуется картинка обмороженного красавчика, который весь покраснел, припух и шелушится. Уже не выглядит таким крутым. Я еле сдерживаю смешок, улыбаюсь.
Он ухмыляется и говорит странные слова:
— Такое мы уже проходили…
О чём он? О морозильном заклинании? Так его еще в детстве учат. Это даже не школьная программа. Или у драконов всё по-другому? Хм. Наверное, за них всё слуги делают. Может их слуги ходят с ними даже в туалет?
Смешок всё же вырывается.
А, вот, Дориану больше не смешно. Он снова сверлит меня грозным взглядом и напрягает желваки.
Магинечка, Елена!
То целоваться лезет, то собирается прибить?
Ёжусь. Мы тут одни, среди берёз, подальше от посторонних глаз. Наедине с драконом. Как меня угораздило вляпаться в щекотливую ситуацию?
Он сам пришёл! Я его не звала…
Сегодня дурацкий день – день розыгрышей и приставаний от драконов.
Надо делать ноги.
Не успеваю дёру дать, как наглый брюнет зачем-то обхватывает мою голову руками, давит пальцами на виски.
Я вою не своим голосом:
— Совсем сдурел? Пусти. Я буду звать на помощь!
Дориан бормочет:
— Да, что ж такое. Что за дурацкий блок? Ничего не слышу.
Безумный, стукнутый на голову дракон! А я ещё им восхищалась. Примеряла на дракона роль парня своей мечты…
Хватаюсь за мужские пальцы, со всей дури впиваюсь острыми ногтями, с трудом отдираю от головы.
Дориан трясёт покарябанными руками и отступает на полшага.
Я тяжело дышу от напряжения. Мы скрещиваем недовольные взгляды и пялимся друг на друга.
Свалился на мою голову, недоделанный козлодракон. Или схватился за мою голову… Зачем?
Стоим. Играем в грозные гляделки. Я не отведу первой взгляд. Не собираюсь уступать. Пусть извинится.
Дориан отводит глаза первый.
Но лучше бы не отводил.
Его взгляд скользит по моему лицу, спускается ниже, на шею, а потом сразу ещё ниже – мне на грудь. Он словно трогает меня, раздевая. Дышит чаще. Я почему-то тоже. А ещё, глубже – так, что моя грудь ходит ходуном, вздымаясь и оседая. А Дориан чуть приподнимает и опускает голову в такт.
Вдруг мой довольно скромный вырез на корсете кажется таким глубоким, невольно хочется прикрыть его рукой. В груди нещадно бьётся загнанное сердце. Как будто после бега. Да, что это со мной? Я верно заболела.
Брюнетистый нахал тянется к моей груди рукой.
Что он себе позволяет?
Его вопрос немного отрезвляет, прогоняя пошлые фантазии:
— Что у тебя за артефакт?
Меня бросает из жара в холод. Липкий холодок пробегает по спине. У меня на груди кулон брата. Неужели невидимый артефакт проявился? Брат строго настрого приказал никому о нём не говорить.
Невольно прикладываю к груди руку. Но кулона я не ощущаю. Всё нормально. Не проявился. Ну, хоть прикрыла грудь от лап и глаз дракона.
Дориан же трогает брошь на моём плече.
— Что это?
Скашиваю глаза. Красивая серебряная безделушка с камушками в виде птички. Последнее время она всегда на мне. Пытаюсь вспомнить, откуда у меня появилось украшение, но… не помню. И почему я её всегда ношу? Даже когда ложусь спать, цепляю на ночную сорочку.
Бью наглого дракона по рукам.
Он свирепеет:
— Ну, всё, Ашара. Поиграла и хватит. Перестань обижаться. Заканчивай так себя вести. Давай нормально поговорим.
А я, значит, ненормально разговариваю?
Какой же странный этот брюнетистый незнакомый мне дракон.
Не понимаю, чего он хочет от меня.
Хотя, лукавлю сама перед собой. Конечно, понимаю. Как и все остальные наглые драконы в академии, хочет развлечься с человечкой. Без обязательств. Без отношений. Получить удовольствие и ничего не обещать.
Повидала я за месяц море слёз от человечек, которым драконы ничего не обещали…
И Дориан туда же. Несмотря на то, что у самого есть невеста.
Ума не приложу, что же ему ответить. Но, мне и не приходится ничего отвечать.
Злые вопросы и претензии Дориана перебивает нежный девичий голосок:
— Дориан, что здесь у вас происходит?
Из-за деревьев появляется роскошная драконица: высокая стройняшка с осиной талией, которую кажется можно обхватить рукой, с распущенными тёмными волосами, сверкающими в солнечных бликах, проникающих через листву. Высокую грудь подчёркивает глубокий вырез. Пухлые губки сердечком, раскосые глаза…
Сверкает и обручальное кольцо на её пальце, когда она укладывает хрупкую ручку Дориану на плечо.
Мариша. Невеста Дориана. Куда уж мне до неё?
Пока внимание Дориана переключается на драконицу, тихонечко отступаю в тень. Сначала пячусь задом, наблюдая за сладкой парочкой. Потом бочком.
Слышу недовольный голос Дориана:
— Чего тебе, Мариша? Зачем сюда припёрлась?
Какая грубость. Так разговаривать с невестой. А с первого взгляда Дориан произвёл на меня другое впечатление.
Хм. Просто за смазливым лицом и накачанными мышцами прячется такой же лицемерный сноб, как и вся остальная компания «последних из древнейших».
Я скрываюсь за деревьями, но «грею уши». Да, нехорошо, но я подслушиваю разговор.
Голос Мариши шелестит:
— Дори…
Вздыхаю. Какие нежности. И почему я так отреагировала на дракона? Странное беспокойство гложет изнутри. Как будто я… ревную? Да, что такое. Не может быть. Я вижу этого дракона первый раз.
— Дори, ну, что ты как мальчик? На побегушках? Бегаешь за какой-то юбкой?
Наслышана я, что у драконов зачастую свободные отношения. А Дориан, оказывается еще тот бабник? И Мариша ему позволяет? Надеюсь, они разговаривают не про меня.
Мариша продолжает:
— Ты ей не нужен. Ты что, не видишь? Игнорирует тебя, и даже по зыркалу разговаривать не хочет.
Щупаю карман с зыркалом. Ну, мне драконы не звонят…
Значит Мариша говорит не про меня.
Короче, этот дракон Дориан – отпетый бабник. Чего уж с него взять.
Дорогие читатели, рада вас видеть в новой истории!💖🌹
Надеюсь, начало вас заинтриговало. Автор будет безмерно рада поддержке – звездочка на странице книги /или кнопка –МНЕ НРАВИТСЯ с версии ПК/. Не забудьте кинуть в библиотеку, чтобы не потерять.
ЛИСТАЙТЕ ДАЛЬШЕ)))
Глава 3
Перестаю вслушиваться в их странные разборки и всё дальше удаляюсь.
Запыхавшись на бегу, ещё на подходе к нашей комнате в общежитии, слышу рёв из-за двери.
Аланья плачет.
Вот, дурёха. Повелась на пошлый розыгрыш драконов? Почему-то я себя убедила и больше не сомневаюсь, что именно они виноваты.
Толкаю дверь, залетаю.
О! Ландия у нас в гостях. Сидит на кровати Аланьи, которая уткнулась ей в колени и рыдает. Ландия гладит подружку по голове и по спине, тихонечко приговаривает:
— Не плачь, Аланья. Успокойся. Тебе нельзя переживать.
Я напрягаюсь. Это ещё почему нельзя переживать?
Нехорошее предчувствие сдавливает грудь.
Ландия показывает мне глазами подойти, чтобы помочь успокоить подругу. Шепотом здороваюсь и присаживаюсь к ним на кровать.
Мой боевой настрой исчезает. Я нерешительно выговариваю:
— Что случилось?
Аланья отрывает лицо от юбки Ландии, поднимает на меня заплаканные глаза и рыдает громче:
— Я беременна.
Я фыркаю на этот бред. Но как-то я больше не уверена, что это – бред. Слишком серьёзно выглядит рыжая драконица. А уж как убивается Аланья…
Я всё же проговариваю вслух свою идею:
— Ты веришь в эту чушь? Чья-то тупая шутка. Думаю, драконы виноваты, — но голос звучит жалко. Не удаётся убедить даже себя.
Аланья размазывает слёзы по лицу:
— Да… — громко шмыгает носом, — Они и виноваты.
Ландия протягивает ей носовой платок.
Подружка трёт покрасневшие щёки и распухший нос. Громко стенает:
— Я ничего не помню. Как это могло произойти?
Нервы на пределе. Я взрываюсь:
— Да, с чего вы взяли, что целители сказали правду?
Подруги вздрагивают, не ожидая такой бурной реакции, и теперь обе смотрят на меня. Пристально вглядываются мне в лицо. Аланья замирает, даже перестаёт рыдать.
А Ландия втягивает носом воздух. Я наблюдаю, как округляются её глаза, как зрачки вытягиваются в линии от удивленья. Она ошарашено спрашивает:
— Ты тоже?
Холодные мурашки пробегаются по голове, и кажется, что шевелятся волосы. Онемевшими губами переспрашиваю:
— Я тоже – что?
Ландия выносит приговор:
— Ты беременна?
Я даже оглядываюсь через плечо. Как будто это не мне. Как будто в комнате может быть кто-то ещё. Возвращаю затравленный взгляд подружке. Всё еще не верю.
— Я?
Ландия кивает.
Я отрицательно качаю головой.
Она всё нюхает и нюхает и более уверенно кивает:
— Да!
Ландия – дочь Архимага драконов и природной ведьмы. А значит, на половину драконица. У неё звериный нюх.
Смотрю на неё в шоке:
— Ты можешь ошибиться? — хватаюсь за соломинку, но понимаю, что это не поможет. Просто я не готова с этим согласиться.
Язык еле шевелится во рту. Спрашиваю:
— Непорочное зачатие?
Девчонки прыскают со смеху. Аланья окончательно перестаёт рыдать.
— Не-еее, — тянет Ландия. — У тебя был мужчина. И это, действительно, был – дракон.
— Мужчина? Дракон? — совершенно не укладывается в голове. — И, кто же?
Драконица пожимает плечами.
— Такое пока не унюхать. Слишком маленький срок. Можно определить по крови. Если сравнить.
Аланья часто моргает мокрыми ресницами, собирается продолжить плакать.
— Да, кто же из этих гадов признается? Никто не разрешит проверить свою кровь…
Меня интересует другой вопрос:
— Но почему мы ничего не помним?
Аланья сокрушается:
— Может драконы нас опоили и воспользовались ситуацией?
Вот, теперь ледяной волной пробирает до костей. А если это был даже не один дракон?