Слепой. Человек в черном
- -
- 100%
- +
– Ладно. Не придуривайся. Ты знаешь, о ком говорю. Вольный стрелок. Из бывших. Кличка у него Слепой. А так, как мне добрые люди нашептали, Глеб Сиверов. Хотя, кажется, теперь он по какой-то другой ксиве живет. Он меня тогда подставил. А я такого не прощаю.
– И что ты хочешь делать?
– Душа жаждет крови.
– А при чем здесь я?
– Найди мне Слепого! А я тебя отблагодарю. По-царски. У меня с конца девяностых заначки еще остались.
– Но я правда не знаю, о ком ты базаришь…
– Не финти! Он и тебя тогда заловил. Только почему-то отмазал. А меня подставил и сдал. Ты не бойся! У меня только к нему интерес. А ты живи, еще сгодишься.
– Ну, хорошо, – сдался Чуб, поняв, что отпираться бессмысленно, – я поспрашиваю своих.
– Вот и ладненько! А то: «Не знаю… Не понимаю…» – хмыкнул Бык и добавил: – И не вздумай от меня прятаться. Из-под земли достану.
Когда Бык отключился, Чуб со злостью ударил по рулю. Это был тот случай, когда говорят, что даже не влип, а завяз. Завяз не только он, но и Слепой, человек, который в свое время реально спас ему жизнь. Такое не забывается. Самым неприятным было то, что найти Сле-
пого мог не только он, Чуб, но и Бык. По наводке или случайно.
Посоветоваться в этом деле Чубу было не с кем. Нужно было все продумать самому. И не просто продумать, нужно было действовать. Немедленно отыскать и предупредить Слепого. А тут еще этот Вадик, турфирма, гувернер… Все одно к одному.
Но первым делом нужно было все-таки предупредить Слепого. Телефон его был записан у Чуба в мобильнике под именем Глаз.
Чуб набрал номер, но Слепой был недоступен. Оставалось надеяться, что тот на лето съехал куда-нибудь из столицы подальше.
Вздохнув, Чуб завел мотор и поехал в турфирму.
Турфирма «Алые паруса» была расположена недалеко от центра, в обычной трехкомнатной квартире на втором этаже ожидающей капитального ремонта «хрущевки». Чуб как-то заезжал туда по просьбе кого-то из пацанов, передавал деньги той самой дамочке, что рулила этим суденышком. Подчиненные, ясное дело, звали ее Еленой Ивановной. Но Чуб по старой памяти называл ее Ленок, хотя она, в отличие от госпожи Закревской, красила волосы в рыжий цвет, делала высокие строгие прически и мини не носила.
Когда Чуб, постучав, зашел в ее кабинет, она сняла очки, окинула его удивленным взглядом и, чуть надув губки, выдохнула:
– Ты?!
– Ну, во-первых, здравствуйте, – проворчал Чуб, усаживаясь на стоящий перед ее столом стул.
– Привет, – пожала она плечами и, быстренько свернув висевшую на мониторе информацию, спросила: – И какими судьбами?
– Да вот решил развеяться.
– Ну, ты, я слышала, себе богатую даму нашел…
– Ну, допустим, не я ее нашел, а она меня.
– А что, есть разница? – хмыкнула Елена Ивановна.
– Есть, Ленок, есть…
– Но ты, я слышала, собираешься жениться?
– Хорошие у тебя уши. Хорошие, большие уши, просто локаторы… Ох и много чего ты слышишь, Ленок…
– Так это правда? – переспросила она, не обращая внимания на его ерничанье.
– А если правда, то что? – спросил Чуб, окидывая Елену Ивановну своим фирменным соблазняющим взглядом.
– Если ты действительно собираешься жениться на госпоже Закревской, то я навряд ли тебе смогу помочь… – сказала она сдержанно.
– В смысле? – не понял Чуб.
– Ты же, наверное, насчет свадебного путешествия…
– Ну, может, и свадебного путешествия… – пожал плечами Чуб.
– Так у нас для вас вряд ли что найдется. У нас все туры для среднего класса, недорогие, – предупредила Елена Ивановна.
– А может, мы жадные!
– Не знаю, как ты, а госпожа Закревская для своего бойфренда, думаю, ничего не пожалеет.
– Как знать, как знать… – покачал головой Чуб и улыбнулся.
– Так ты по делу или так? А то у меня работы море. Сам же видел. Лето. Клиенты. Лагеря…
– Вот-вот, я про лагеря у тебя и хочу спросить.
– То есть? – не поняла Елена Ивановна.
– Ну, есть ли у тебя что-нибудь подходящее для подростка-экстремала? Чтобы его затянуло. И он не сбежал оттуда на завтрашний день, – поинтересовался Чуб.
– А для кого это, если не секрет?
– Да какой тут секрет. Для сына Закревской.
– А… – кивнула Елена Ивановна. – Ну тогда экстрим экстримом, а условия должны быть божеские. Вот, скажем, под Москвой лагерь есть, туда многие богатые люди своих детей за приключениями отправляют. Живут в палатках, на берегу реки. Песни под гитару поют, костры жгут, в лес по грибы-ягоды ходят…
– Нет, его под Москву нельзя. Близко слишком. Сбежит.
– Хорошо, есть еще Крым. По горам лазят, в море купаются.
– А вот это ничего, подходит.
– Заезд через две недели, – сказала Елена Ивановна и добавила: – Цена вопроса…
– А раньше ничего нет? – перебил ее Чуб.
– Раньше нет. Там пока что украинские дети отдыхают. Смену они, смену мы…
– Понятно, – кивнул Чуб. – А нет у тебя чего-нибудь вот просто сейчас, завтра. Цена не имеет значения.
– У нас нет, но я сейчас пробегусь по сайтам наших конкурентов, может, что-нибудь найду.
Елена Ивановна опять надела очки и вышла в Интернет.
– Ну что? – нетерпеливо спросил Чуб.
– Вот, есть одна путевка в скаутский лагерь на Иссык-Куле. Полнейший экстрим. Только, у них там все, похоже, сорваться может. Вон написано, что им два воспитателя нужны и врач. А отъезд уже послезавтра.
– Давай мне адрес этой фирмы.
– Какой? Электронный, виртуальный или реальный.
– Давай все, – махнул рукой Чуб.
– Подожди, я сейчас туда позвоню, может, они по Интернету нам продадут. Я как посредник еще и денежку получу.
Елена Ивановна, не выходя из Интернета, набрала на мобильнике номер и ласково проворковала:
– Это «Шхуна»? Гарик? Это «Алые паруса». Я тебе на Иссык-Куль туриста нашла. Да я знаю, что дети до восемнадцати. Ему до восемнадцати. Давай я тут у себя все оформлю и тебе по факсу пошлю. Чтобы не гонять человека. Документы по факсу, деньги на счет. Да какой процент! Ладно, возьму процент. Ладно. Я спрошу, – кивнула Елена Ивановна и добавила: – Спасибо тебе. Спрошу, спрошу…
– Ну что, получилось? – спросил Чуб.
– Обижаешь, – улыбнулась Елена Ивановна. – Конечно получилось. Садись заполняй документы. Деньги на бочку и послезавтра с вещичками своего пацана отправляй на Иссык-Куль в лагерь «Атлантида»!
– А что ты там обещала спросить? – поинтересовался Чуб, разглядывая бланки.
– Да они воспитателя одного все еще не нашли. Просили, чтобы я поспрашивала. – Может, ты хочешь туда поехать?
– Нет, я не хочу. То есть я не могу.
– Ах да, у тебя же свадебное путешествие, – язвительно хмыкнула Елена Ивановна.
– Сам я не поеду, но вот человека, может, им найду, – заявил Чуб, у которого вдруг появился план.
– Попробуй. А то у них все сорваться может, – попросила Елена Ивановна.
– Только ты, знаешь, перезвони им, скажи, что я дома все бумажки заполню. И завтра им сам отвезу. А деньги можешь и сегодня им отправить.
– Хорошо, давай, – кивнула Елена Ивановна.
– Спасибо, Ленок, – сказал Чуб, окидывая Елену Ивановну сладким, ощупывающим взглядом.
– Иди, не поясничай! – проговорила Елена Ивановна, махнув рукой и слегка смутившись.
Чуб взял бумаги и, выйдя на улицу, прежде, чем сесть в машину, еще раз перезвонил Слепому.
Глава 2
У Глеба Сиверова это было едва ли не первое за последнее десять лет лето, которое он мог провести так, как просила душа. Его давние хорошие знакомые, отправившись на Канары, отдали ему ключи от своего за-
городного дома, построенного не в охраняемом коттеджном поселке, а на берегу живописного лесного озера. Оставалось загадкой, как удалось им получить разрешение на то, чтобы теперь собственнически любоваться на плавающих в озере среди лилий лебедей и собирать землянику на никем не вытоптанной солнечной полянке. И это всего в нескольких десятках километров от Москвы.
Вчера утром Глеб отвез за город своих близких. А сам вернулся, чтобы за ночь подготовить квартиру к ремонту. За эти годы даже переклеить обои не получалось. Почему-то именно летом обязательно случалось что-нибудь экстраординарное. И Глеб Сиверов, Слепой, которого, даже после того, как он попытался отойти от дел, высокопоставленные чины никак не хотели исключить из числа особо ценных тайных агентов, вынужден был бросать все и действовать там, куда его посылали, в, так сказать, предлагаемых обстоятельствах.
Но теперь, как это известно было Глебу, тот, кто мог выдернуть его из постели среди ночи и отправить на край света, взял отпуск. А всем остальным он был вправе отказать.
Из той глухомани, куда он отвез своих близких, на мобильник было не дозвониться, с рабочими было договорено, и он, чтобы ничто его не отвлекало, трубку свою отключил. И взялся за уборку.
К утру квартира была к ремонту готова. Глеб планировал дождаться рабочих, передвинуть вместе с ними мебель, обозначить им фронт работ и минимум неделю не появляться в городе. Его ждали рыбалка, уха с дымком, шашлыки, грибы, которых теплое дождливое начало лета обещало немало. И главное – тишина, которой так не хватало в городе. А теперь у него оставалась еще пара часов, чтобы вздремнуть. Садиться за руль не выспавшись ему тоже не хотелось.
Глеб лег в постель, не проверяя неотвеченные звонки, поставил будильник на восемь и тут же провалился в сон.
Поскольку устал он порядком да и организм настроился, очевидно, на долгожданный отдых, сновидения его не тревожили. А проснулся он, как всегда, за пять минут до будильника и, взяв мобильник, проверил-таки на всякий случай непринятые звонки. Один из них, точнее, двадцать из них весьма его удивили. Это был парень из люберецкой группировки, Чуб, который был у него в разработке лет десять назад. Время от времени Слепой выходил на него. И тот даже пару раз ему помогал. Но сам Чуб никогда к Слепому за помощью не обращался. Тем более было удивительно увидеть его номер на дисплее мобильника. Что и почему так его встревожило? Слепой даже стал подумывать о том, не позвонить ли Чубу перед отъездом. Но долго раздумывать ему не пришлось. Сам Чуб позвонил еще раз. И Слепой нажал на кнопку связи.
– Привет, – сказал Чуб и в своей обычной манере рванул с места в карьер: – Кто на трубе, узнал?
– Допустим, – сдержанно отозвался Слепой.
– Ты сейчас где?
– А зачем тебе?
– Ладно, ты скажи, в Москве?
– Допустим.
– В общем, братан, линять тебе надо. Немедленно. Залечь на дно и даже пузыриков не пускать.
– Что так? – спросил Слепой, понимая, что Чуб впустую говорить не будет. И если предупреждает об опасности, то наверняка она, эта опасность, уже стоит где-нибудь на пороге.
– Быка помнишь? – продолжал Чуб.
– Ну да, как же его забудешь, – пожал плечами Слепой.
– Так вот, Бык откинулся. И жаждет крови. Твоей крови. А от него, знаешь, муха не улетит.
– Ну, допустим, я не муха… – пробормотал Слепой.
– Потому и звоню. Он убить тебя поклялся.
– Так чего ж ты не с ним? – спросил Глеб.
– У меня перед тобой должок имеется. Как говорится, жизнью тебе обязан. Ну, считай, и я тебе жизнь
сейчас спасаю. Имей в виду, Бык уже в поиске. Не сегодня завтра тебя вычислит. Так что, где бы ни был, съезжай немедленно и подальше.
– Подожди. Может, лучше мне с ним встретиться и, как это там у вас говорится, побазарить? – предложил Слепой.
– Да не станет он с тобой базарить! – раздраженно рявкнул Чуб. – Шлепнет и вся недолга.
– Так что же мне теперь всю жизнь от вашего Быка бегать?
– Подожди. Он нас всех достал. У нас с пацанами с ним свои терки. Никто теперь под него ложиться не будет. Он же сейчас бабки требовать станет. А у нас давно совсем другой расклад. Мы сами этого козла уберем. Но не сразу. По-тихому. А ты пока что отдохни где-нибудь подальше от столицы.
– Ну, я тебя обрадую, как раз сейчас уезжаю за город, отдыхать.
– И как далеко твое отдыхайло от столицы находится?
– Да недалеко, но глушь такая, что и мобильник не берет.
– Нет, это нам не подходит.
– Что ты раскомандовался: подходит, не подходит. Это ж я туда еду, а не ты…
– Потому и беспокоюсь.
– Меня там близкие мои ждут.
– Нехорошо это… – с тревогой в голосе проговорил Чуб, а потом добавил: – Но ты сам-то хоть теперь туда не сунься. А то выследят, мало не покажется ни тебе, ни твоим близким. Это ж не кто-нибудь, а Бык. Он хоть козел, но дело свое знает.
– А что ты предлагаешь?
– Есть у меня одна тема. Приезжай сейчас в турфирму «Шхуна», на месте и побазарим.
И Чуб продиктовал Слепому адрес.
– И вот еще что, – добавил он на прощание, – никому не открывай!
– Да ко мне сейчас рабочие должны прийти, – сказал Слепой и, услышав звонок, направился к входной двери.
– Какие рабочие! Я говорю: не открывай! Ты что, Быка не знаешь?!
– Жди меня в этой твоей «Шхуне»! – сказал Слепой и, отключив мобильный, на всякий случай нащупал к кармане пистолет.
Заглянув в глазок, он убедился в том, что это действительно рабочие, те самые, что приходили оценивать предстоящий фронт работ, и спокойно открыл двери.
Рабочий, который вошел первым, выкрикнул:
– Осторожно!
Из-за его спины тут же показался наставленный прямо на Слепого пистолет, и в квартиру, разогнувшись, заскочил высоченный громила.
– Ну вот и встретились! – гаркнул он.
Слепой ногой выбил у него из руки пистолет, выбежал на площадку, оттолкнул опешивших рабочих и метнулся вниз по лестнице. Нужно было немедленно предупредить ожидающих его за городом близких, а лучше всего перевезти их в другое, более надежное место.
Слепой остановил проезжавший мимо «мерседес» и попросил довезти его до ближайшей станции метро. Уже в машине он набрал номер надежного друга, которым настолько дорожил, что обращался к нему за помощью лишь в случае крайней необходимости. Он был едва ли не единственным, кто знал, где Слепой собирался провести ближайшие несколько дней и где уже были его близкие.
– Слушай внимательно, – сказал Слепой без всяких вступлений, – немедленно увези моих в надежное место. Я, когда вернусь, сам тебя найду.
Затем Слепой спустился под землю и, проехав пару станций, вышел неподалеку от турфирмы «Шхуна», которая, в отличие от «Алых парусов», располагалась в современном, обшитом голубоватым стеклом высотном офисном здании. Правда, занимала она, как понял Сле-
пой, всего пару комнат на втором этаже. Чуб ожидал его в одном из кабинетов. И хотя тот был в черных очках и натянутой на лицо кепке с длинным козырьком, Слепой сразу его узнал. Чуб сидел у стола и заполнял какие-то бумаги.
Когда Слепой вошел, Чуб отреагировал четко и быстро. Он направился Слепому навстречу и, радостно улыбаясь, громко произнес:
– А вот и наш бэбиситтер, воспитатель, или, как говаривали недавно, пионервожатый!
С этими словами он подошел к Слепому и начал трясти ему руку, при этом приговаривая:
– Здравствуйте, Глеб Иванович, безмерно рад вас видеть.
Глеб, который в последнее время официально существовал совсем под другим именем, застыл, с трудом скрывая недоумение.
– Вот ваш паспорт. Я все заполнил, – продолжал весело наступать Чуб и, наклонившись, шепнул Слепому на ухо: – Все оформлено, проплачено. Ты летишь с детьми на Иссык-Куль, в лагерь экстремального туризма.
Слепой только покачал головой. Его жизнь за несколько последних часов менялась, как картинки в калейдоскопе. И похоже, это еще не конец, а только начало.
– Мы, девушка, на минутку отлучимся и сейчас вернемся, – проговорил Чуб, увлекая Слепого в коридор.
Тот, не зная, куда деваться от такого напора, только покачал головой.
– Хорошо, а я пока что паспортные данные в договор внесу, – с улыбкой кивнула девушка за столом.
Когда они вышли в коридор, Чуб плюхнулся в стоящее в холле кресло. Слепой сел рядом.
– В общем, все, что я мог, я сделал, – заявил Чуб. – Документы новые я тебе достал, ты теперь тренер по восточным единоборствам – Глеб Иванович Северцев. Едешь в лагерь воспитывать трудных подростков. Все бумажки я за тебя оформил. Только расписаться тебе осталось – и все.
– В какой еще лагерь? – недоуменно спросил Слепой.
– Как «в какой»? Я, что ль, тебе не сказал? – начал уже дурачиться Чуб. – Лагерь экстремального туризма для подростков «Атлантида», расположенный у озера Иссык-Куль.
– Где-где?.. – переспросил Слепой.
– У озера Иссык-Куль, – повторил Чуб.
– Подожди, Чуб. Я не собираюсь ехать ни в какой лагерь…
– Ты в этот лагерь не поедешь. Ты туда полетишь, – с ухмылкой поправил его Чуб.
– А чего это ты, по какому праву, позволь узнать, все за меня решаешь? – недовольно повел плечами Слепой.
– Слышь ты, не кипятись, это для тебя единственная возможность уйти целым от Быка, – сказал Чуб резко. – И вообще, я тебя не для этого сюда позвал. Лагерь – дело решенное. Тебе нужно немедленно убираться из города. Тебе здесь мельтешить нечего. Пока ты Быку на глаза не попался.
– Как это «пока не попался»? – пожал плечами Слепой. – Бык у меня сегодня с утра дома был.
– То есть как это?
– Как-как… Собственной персоной. Мне своих нужно было предупредить. Поэтому я дело до конца не довел…
– До какого конца! – по-своему понял слова Слепого Чуб. – Я же тебе сказал, что мы сами с Быком разберемся! Еще не хватало, чтоб он тебе на хвост сел!
– Нет. Чего-чего, а хвоста я не подцепил, – заверил его Слепой.
– Будем надеяться. Но у меня, лично у меня, к тебе дело есть. Да не задаром.
– Что еще за дело?
– В общем, ты, когда в лагерь этот прилетишь, присмотри там за пацаном одним, за Вадиком Закревским. А его мамаша тебе за это приличную сумму выложит. Задаток завтра перед отлетом я тебе передам.
– Что значит «присмотри»? – поинтересовался Слепой.
– Ну, чем-то вроде телохранителя при нем послужи.
– Вроде или телохранителем?
– Точнее будет сказать, гувернером-телохранителем. Кроме чисто физической опасности, будешь защищать его от дурного влияния. Он пацан хороший, но сложный. Отца рано лишился. А мать, что мать… Одно слово, женщина…
– А что у него с отцом случилось? – спросил Слепой. – Как он погиб?
– Да может, и не погиб. Пропал он без вести.
– Где?
– Да где-то в Польше. У него здесь фирма стройматериалов была. Но он, чтобы жена с сыном ни в чем не нуждались, еще машины, как в молодости, по старой памяти гонял. Ну и однажды поехал и не вернулся.
– И что с его фирмой?
– Да теперь все в порядке. Его бывшая жена, госпожа Закревская, лучше его со всем хозяйством управляется.
– Сама? – удивился Слепой, который не очень-то верил в бизнес-таланты женщин.
– Можно считать…
– Что, может, ты помогаешь?
– Да есть люди… – обтекаемо ответил Чуб.
– Люди?
– Ну да, покруче, чем она, будут. Друзья ее мужа по бизнесу.
– Друзья по бизнесу? – покачал головой Слепой. – В бизнесе, Чуб, друзей не бывает. Там только конкуренты. И ты хочешь сказать, что конкуренты помогают ей продвигать ее бизнес?
– Ну да… А что здесь такого? Она же женщина. Мало чего в этом бизнесе сечет. Ну, мужики и решили ей помочь по старой памяти. Они, как я понял, и мужу ее помогали, и ей помогают…
– И она в курсе этой их помощи?
– Да нет! Ты что! Она терпеть не может, когда кто-то в ее дела суется. Я им информацию про все ее дела по-тихому сливаю. А они кумекают, как и что. И страхуют. Но даже с их помощью у нее не все гладко идет. В последнее время совсем, как я понял, забуксовала…
– С их помощью?
– Ну да. Даже с их помощью и то буксует. А представляешь, если бы ее одну оставили, один на один со всеми ее проблемами?!
На это Слепой только хмыкнул:
– Ты что, и правда думаешь, что конкуренты ей с твоей подачи помогают?
– Ну да… – пожал плечами Чуб.
– Да… Ты, брат, даешь… – задумчиво покачал головой Слепой. – Правильно говорят: «Болтун – находка для шпиона».
– Подожди, что ты хочешь сказать?! – возмутился Чуб. – Ты хочешь сказать, что они меня вместе с ней обули?
– И, боюсь, в дырявые сапоги, которые не починишь…
– В смысле?
– Почему ты уверен, что твои заказчики используют твою информацию не в своих целях?
– То есть?
– То есть ты сообщаешь, с кем она встречается, о ее планах, о сделках, которые планируются, а они…
– А они проверяют, надежны ли эти партнеры, и, если видят, что они могут кинуть Закревскую, делают все, чтобы сорвать сделку…
– И много таких сделок они с твоей подачи сорвали? – спросил Слепой.
– Не знаю, я в эти дела не лезу, – пожал плечами Чуб.
– Да, – вздохнул Слепой, – а тем временем бедную женщину обдирают как липку.
– Да че ты гонишь! Как это может быть?!
– Да просто. Госпожа Закревская сделку готовит, ты сообщаешь о ней своим покровителям, надо понимать, ее конкурентам, а те эту сделку и перехватить могут, и сорвать, какие-то коммерческие тайны рассекретить, выставить ее в невыгодном свете…
– Я как-то об этом не подумал… – пробормотал Чуб. – У нее и правда в последнее время, как я понял, несколько важных сделок сорвалось. Она переживала, а я думал, что это ее от ошибок друзья ее мужа застраховали.
– Я ж тебе говорю, Чуб, в бизнесе друзей не бывает, – повторил Слепой. – Я так чувствую, что ее дела тебя волнуют больше, чем дела ее, как ты думаешь, благодетелей.
– Да мы вообще с ней пожениться решили…
– Опаньки…
– Ты думаешь, меня накололи?
– Почему накололи, деньги ж тебе платят. И хозяйка, и ее конкуренты. Ладненько устроился, Чуб!
– Фу ты! Так меня развели да еще и подставили! Если Закревская узнает, что я… Она меня и близко к себе не подпустит! Может, все-таки ты пургу гонишь?
– А ты проверь! Если ты мне не веришь, слей, как ты выражаешься, какую-нибудь не обязательно реальную, можно и фальшивую информацию и понаблюдай, как твои заказчики засуетятся. Сам не сможешь – людей найми. Если ты за хозяйку, или теперь уже и невесту, надо понимать, свою печешься.
– Ладно, попробую. Тут еще этот Бык ни к селу ни к городу нарисовался.
– Да с Быком я и сам разобраться могу, – пожал плечами Слепой.
– Нет, Быка оставь мне. А ты давай вали подальше отсюда!
– За кого ты меня принимаешь?! Чтобы я от какого-то Быка бегал?! Да никуда я не поеду! А сунется еще – буду стрелять на поражение.
– Как ты не понимаешь, с Быком по-тихому разобраться надо. У него такие покровители, что если что,
ни тебе, ни твоим родным жизни не будет. Говорю тебе, один выход сейчас в этот лагерь тебе ехать. И бабла срубишь – за то, что в лагере этих пацанят смотреть будешь, и за то, что Закревской сынок будет все время под твоим неусыпным взором.
– А как ты собираешься Быка по-тихому убрать? – спросил Слепой.
– Это мое дело. И еще. Я уверен, что ты у Быка под колпаком. Поэтому придется сделать ложный ход. Чтобы тебя совсем в другой стороне искали. Девушек в агентстве я уже предупредил, что, если будут о нас спрашивать, они должны сказать, что ты поехал в лагерь в Крыму. В Крым они сегодня группу отправляют. Но я Быка из Москвы постараюсь не выпустить. Мы сейчас с тобой на вокзал поедем, на перроне покрутимся, с детьми этими побазарим. А завтра ты уж один прямо к самолету на Бишкек пригребешь. И вперед.
– Как я понимаю, отступать мне некуда. Ты уже все решил.
– Ты сам подумай, так здорово все совпало!
Тут в коридор выглянула девушка, которая оформляла документы, и сообщила:
– У меня перерыв уже начался. Зайдите распишитесь!
Они вошли, и Слепой, сверившись со своим новым паспортом, расписался в нескольких бланках.
– Ну вот, а теперь в Крым! – сказал Чуб, вручая Слепому его документы и многозначительно кивая девушке, которая уже встала из-за стола.
– Я все помню, – кивнула она, – не волнуйтесь, все будет так, как вы просили.
– Какой там у них поезд и вагон? – поинтересовался Чуб.
– Вот тут я вам все написала, – сказала девушка, протягивая белую картонку с записью. – Поезд Москва-Симферополь, пятый вагон. Только Михаила Карловича предупредите, что вас могут искать.
– Не волнуйтесь, девушка, все будет в шоколаде, – кивнул Чуб. – Спасибо вам. Я, если все сделаете, как я просил и как вы мне обещали, потом еще вам доплачу.
– Я всегда исполняю свои обещания, – обиженно поджала губки девушка.
– Ну и ладненько, тогда пошли, – бодро сказал Чуб.
Когда они вышли в коридор, Слепой заявил:
– Если Бык действительно сидит у меня на хвосте, думаю, мне сейчас на вокзал лучше одному податься. Без тебя. А то он заподозрить что-нибудь может.
– Может, – кивнул Чуб. – Но мне же все равно придется его по ложному следу пустить. Так что здесь уж будь что будет. Да, а вот в аэропорт я тебя провожать не буду. Я Вадика туда провожать буду. И ты уж, будь добр, внешность свою чуть притуши. Чтобы они, если за мной увяжутся, тебя не узрели.