Дневник Константина

Пролог

– А ты все пишешь… – сказал Нэлл со свойственной ему язвительностью.

– Я скоро уезжаю, – ответил я, – и хотел бы закончить до этого времени.

– Слушай, я уже спрашивал, но тогда ты так толком ничего и не объяснил. На кой ты все это делаешь?

Нэлл подошел к столу и взял в руки один из дневников.

– В этом мире есть сотни вещей неизвестных ни тебе, ни мне. Пусть даже то, что сейчас нас окружает и не вызывает у тебя особых чувств, могу поспорить, в детстве ты был тем еще исследователем, – я усмехнулся. – Ну и допустим мне, приплывшему с другого конца света, ваша культура в новинку и очень интересна.

– Я ни в жизни не стал бы копаться в таком дерьме, из-за какого-то там «интереса», – он нервно кинул книжку обратно на стол и поправил съехавший рукав. – И в любом случае, как на счет оплаты?

– Ах да!

Я подорвался с места и подошел к шкафу. Надо же! Как я мог забыть? Стоило с самого начала догадаться зачем он сюда пришел…

– Всего должно быть сто пятьдесят венко́в. Можешь и этими толстолобыми дать.

Стоя к нему спиной, я закатил глаза. «Конечно! Округлил в свою пользу! Молодец!..» – раздалось в голове.

– Вот, тут ровно.

Я переложил ему в руку три толстенных пятислойных венка.

– Приятно иметь с тобой дело.

Он демонстративно подкинул монеты, мастерски словил их в воздухе и отправил в карман.

– Ну ты это, если будешь рядом и нужна будет помощь – заходи.

– Конечно, Нэлл, обязательно.

Засунув руки в карманы, он последовал к двери. Остановившись в проеме, он еще раз обернулся на меня.

– Слушай, если не секрет, куда ты направляешься дальше?

Я поставил последнюю точку на страницах дневника и закрыв его ответил:

– В северный город – Сулфур.

1

«…Мы подошли к нужному дому, стрелка на компасе четко указывала на него и ярко светилась. Эрл сказал, чтобы я был предельно внимателен – это было мое первое серьезное задание. Я кивнул. Он повернулся к двери, постучал и спустя какое-то время, она открылась. За ней стоял мужчина, поживший циклов шестьдесят пять не меньше, одет он был весьма просто – как рабочий, коих сотни в этом городе.

– В-вы… из гвардии? – настороженно произнес он. Удивительно, ведь обычно нас не узнают, то ли по причине того, что мы работаем по большей части в ночи, то ли, потому что в мы целом редко появляемся на людях… Так же, как и они…

Эрл качнул головой в подтверждение его слов, после чего мужчина отошел, а мы прошли в дом. Его мы попросили остаться снаружи.

В доме было уютно, в коридоре лежал ковер с изображением гор, стены, крашенные в приятный пастельный цвет, и светильники из кристаллов на металлических подставках. Все указывало на достаток этой семьи. Мы шагнули чуть дальше. Нужно было изучить дом: сосудом могло быть все что угодно. Эрл остался внизу, а я направился на второй этаж. Тот почти ничем не отличался от первого. Проходя по коридору, я заглядывал во все комнаты. «Зачем им столько комнат? Семья большая? Но здесь ни души!» – подумал я. Ничего подозрительного, помимо этого, я не нашел, просто запомнил отдельные элементы, чтобы далее их можно было использовать при допросе. Хотя, чтобы вот так сразу обнаружить что-то, нужно было иметь огромный опыт, да и контакт с жертвой в первую очередь. После проверки всего второго этажа я спустился и решил пойти на голоса, которые доносились из соседнего помещения.

Кухня и столовая одновременно – так часто делают – у самой большой стены горел камин, а за столом сидел Эрл и девушка. Она выглядела хорошо – домашнее серое платье, туфли, длинные волосы и ухоженное лицо, видимо хозяйка дома и… жертва.

– Это очень интересно, обязательно потом сам приготовлю, – произнес Эрл и записал что-то в блокнот. По-видимому, он уже приступил к расспросу. В нашем деле самое главное – найти несостыковку, поэтому мы стараемся копать как можно глубже. Кажется, они меня заметили.

– О, вы уже тут? – произнесла девушка и, потянувшись к небольшому чайнику, добавила: – Чаю?

– Нет, спасибо, – ответил я и посмотрел на Эрла, тот отрицательно покачал головой, кажется, ничего дельного он пока не нашел, как и я собственно…

Прошло еще минут десять, «опрос» для «газеты» подходил к концу, но ничего так и не было ясно. «Что же нам делать? Цель нужно устранить, но ни одной дельной наводки мы не обнаружили. В таком случае, единственное что нам остается делать это…»

– И последнее… – сказал Эрл.

«Что он хочет спросить? Неужели есть еще какие-то варианты?»

– У вас есть какие-нибудь страхи, необычные привычки или другие особенности? – закончил он.

«Что?! Так напрямую? Это же опасно, – запаниковал я, – а что, если оно поймет? Хотя, в нашем случае, вероятно это лучший вариант».

– Что вы имеете ввиду? – спросила она, крепче взяв в руки очередную чашку с чаем. Она сжимала ее, впитывая тепло, словно искала в нем защиту.

– Ну, мы как-никак раскрываем дух граждан Сулфура, так что интересно… – попытался выкрутиться Эрл.

– Вы ведь из ассоциации…

Эрл застыл, как и я. Девушка слегка поникла. Мы оба поняли – она в сознании! Она все понимает! Нужно как можно быстрее узнать все что можно и уничтожить сосуд, пока оно не заметило перемен! Я замешкался, а Эрл мигом скинул глупую маску газетчика и напрямую задал вопрос:

– Тогда вы знаете зачем мы здесь, скажите ваш страх!

– Даже не знаю, – нервно произнесла она и задумалась. – Я пауков боюсь! Все боятся пауков… – и измученно улыбнулась.

«Может она и не одержима вообще? Мог ли компас дать сбой?» – подумал я, но в это время девушка поставила чашку обратно на блюдце и застыла. Ее глаза быстро расширились, и она мигом отстранилась от стола закричав:

– Чай! У меня аллергия на этот чай!

Мы с Эрлом вздрогнули. Он, не теряя ни единой секунды, вытянул левую руку в сторону, перчатка словно лед над костром растаяла, а по руке потекла темная густая жидкость, моментально твердея и приобретая форму длинного меча. Он быстрым взмахом ударил чайный сервиз, который стоял на столе, и тот разлетелся на осколки, а стол распался на две части.

– Успели? – тихо произнес я, одной рукой уже доставая стрелу. Да, реакции в такие моменты мне не хватало. Эрл посмотрел на девушку – она была без сознания.

– Готовься! – быстро произнес Эрл и сделал шаг назад. Я, последовав его примеру, так же отступил и натянул тетиву. Конечно, мой арсенал не выглядит солидно, всего три стрелы на весь бой, ведь мой лук не предназначен для затяжных сражений, однако, каждая из этих стрел могла убить чудовище.

Девушка слегка дернулась, после чего начала издавать странные звуки, такое чувство, что она задыхалась или скорее захлебывалась.

– Оно перебралось в ее тело! Это цивус! Уничтожение вторичного сосуда не убило его!

– Но!..

– Все вопросы оставь на потом! – перебил меня Эрл.

Девушке в это время стало хуже: её начало трясти, черная пена взбивалась в ее горле и выходила наружу, покрывая лицо и затекая под одежду. В тряске она упала со стула на пол. В эти моменты самое ужасное это то, что ты ничего не можешь сделать и остается лишь наблюдать… Все затихло. Мы стояли в полной готовности, девушка лежала на полу, больше не подавая признаков жизни.

– Нельзя убивать жертву в процессе. Если оно перебралось в нее, то необходимо дать ему выбраться. И только тогда мы сможем убить его, не задев девушку, – грозно и быстро напомнил мне Эрл.

Спустя еще мгновение комнату заполонили звуки разрывающейся плоти. Гигантские волосатые изломанные в нескольких местах лапы терзали горло молодой домохозяйки и вылезали наружу. Тело приняло неестественную позу и покрылось непрозрачным, достаточно твердым, но все же стекающим в некоторых местах веществом. Картина странных метаморфоз, происходящих с бедной девушкой, наконец завершилась и теперь всю зону кухни перед нами занимал огромный паук.

Эрл сразу бросился в атаку. Я же замешкался и получил удар лапой, которая порвала ковер и пробила пол. Отлетев в какой-то шкаф, я сломал его спиной и упал. Эрл в это время уже успел подрубить ноги существа. Паук был слишком огромен для этого помещения, так что его движения были неуклюжи и медленны. Встав, я моментально пустил стрелу в лапу паука, которая застряла в глубинах дощатого пола. Черная плоть под оглушительный визг существа разлетелась, и паук упал на брюхо. Эрл уже успел залезть на него сверху.

– Давай, Эрл! – выкрикнул я, в то время как он уже замахнулся мечом.

Паук взбесился и начал впиваться в пол обрубками своих лап и челюстями. Он как будто знал, что то, на чем мы стоим, по прочности не превосходит спичечный коробок. Эрл пошатнулся. Пол под нашими ногами затрещал, и секунду спустя мы со всем барахлом из комнаты провалились вниз.

Это был подвал, как выяснилось позже, весьма просторный. Откашливаясь, я встал, подобрал отлетевший в сторону лук со стрелой и осмотрелся. Все в густой пыли, но я слышу, что существо тут и оно борется с Эрлом. «Стоит ли мне стрелять?» – подумал я и направил лук в пыльную неизвестность. Внезапно все звуки прекратились, я остался один на один с этой пылью, темнотой и собственным прерывистым дыханием. «Что произошло? Эрл победил?» Я не двигался с места ожидая чего-то…

Боль. Она наступила так же внезапно, как и следующий за ней укус. Я услышал хруст собственных костей. Находившись в пасти паука, я пересекся с ним взглядом. Картинка расплылась. Глаз у чудовища становилось все больше, и они все сильнее выделялись на фоне наступающей тьмы…»

Мой собеседник прервался и глотнул воды.

– Очень интересно. И что же было дальше? Вы, как я вижу, ха-ха, сидите тут в целости и сохранности, что не соответствует концу истории.

Моим собеседником был Генри – мужчина чуть старше меня, смотритель ящеров, а также бывший член гвардии.

– Меня спас Эрл. До сих пор восхищаюсь его героизмом. Ему пришлось прикончить кошмар, чтобы спасти меня… Девушка погибла, а я был спасен припасенным листом Эго.

– Эго, ну да, можно было догадаться, – я сделал короткую запись на эту тему. – А девушка, ее можно было спасти?

– Конечно. В то время, как жизнь кошмара зависит от сосуда, то есть жертвы, то жизнь ее самой не зависит от него. Если убить кошмар и не задеть жертву внутри, то ее можно спасти.

– Но Эрл ведь просто избавился от кошмара, почему тогда девушка погибла?

– В попытках спасти меня, Эрл отрубил кошмару голову, а вместе с ней и голову бедной хозяйки…

– Мне очень жаль – сказал я, на секунду прекратив писать.

– Эрл еще несколько дней убивался по этому поводу. А я… Я ушел из ассоциации.

– Получается, вы ищете этих… кошмаров, верно? И как работает компас?

– Вообще-то это секретная информация, но я бы вам рассказал, да вот только сам не знаю. Мм… Точнее не понимаю. Это магический предмет.

Генри встал с кресла и пошел к полкам на стене.

– Однако я могу вам его показать – он взял с одной из них небольшую бордовую коробочку и вернулся на место. – Мне его дал сам Эрл, в честь прощания.

Генри открыл коробку. В соответствующей по форме выемке лежал восьмиугольный компас. Он, кажется, был сделан из золота, но под стеклом, кроме стрелки из некоего красного кристалла, ничего не было.

– Эта стрелка загорается и указывает на новую жертву, когда появляется кошмар.

– Удобно. А вы получали сигналы после конца службы?

– Я не открывал его с того дня, как он мне его подарил… – глаза Генри смотрели на недвижимую стрелку компаса. – Больше мне рассказать нечего.

– Ага… собственно поэтому меня к вам и отправили. Информацию вы мне дали, а что-то серьезнее рассказать не способны… Вы не обижайтесь, то, что вы мне рассказали непременно очень интересно, однако хотелось бы узнать поподробнее обо всем, что тут происходит и происходило на протяжении последних циклов.

– Но вы же достаточно известный путешественник, неужели вам не дали доступа к информации?

– Не то, чтобы я прям знаменитость, однако, спасибо за комплимент. Вы правы, я ходил в гвардию, но меня лишь развернули и отправили сюда.

– Вот ведь!.. Нашли к кому присылать с такими вопросами!

– Может вам все же известно что-то еще? Ну, не как члену гвардии, а простому гражданину.

– История города или что-то вроде того?

– Именно! Если можете рассказать, был бы очень признателен.

– Что ж, я думал вы уже давно всю подобную информацию знаете, но если просите…

– Я в городе лишь первый день, так что еще даже освоиться толком не успел.

– Понимаю. Так и с чего мне начать?..

– В основном, меня интересуют именно те события, которые происходят тут последнее время, но кратко о городе тоже можно пробежаться.

– Хорошо. Сулфур – город на северо-западе от столицы, население насчитывает около пятидесяти тысяч жителей, однако, большинство из них – это приезжие рабочие. Город в основном славится своими серными шахтами, так как с западной стороны нас окружает горный хребет. Сера тут добывается и перепродается в другие города и королевства.

– А почему вы не обрабатываете ее прямо тут?

– Видите ли, этим магам не нравится сидеть в таких «пыльных» городах, поэтому есть отдельные поселения, где происходит оборот серой и другими горными ресурсами.

– В их духе.

– Думаю именно месторождение серы не дает городу умереть, не смотря на последние события.

– Вот с этого момента поподробнее.

– Все началось с первой зафиксированной смерти. Хотя волнения начались еще раньше. Инцидент 939 цикла. Гора Ксилл – центр сулфурских шахт – наконец открыла свои двери для посещений спустя много циклов. В первые же дни сорвался один из подъемников, и забрал с собой жизни целой университетской группы.

– Но причем тут кошмары?

– Да, событие кажется абсолютно несвязанным с нынешней ситуацией, но люди верят, что с этого все и началось. Расследование ничего не показало, музей и гору снова закрыли. Событие было шокирующим и на долго въелось в память людей, а после, как водоросль к металлу, к этому приросли первые мистические смерти. Погибшие не имели никаких физических повреждений, поэтому, почти сразу за это дело взялись маги. Дело оказалось сложным и к нам прислали одного из магов ордена. Чем именно он занимался в то время никто не знает, однако то, что он узнал стало бесценной информацией, которой мы пользуемся и по сей день. Твари, которые пожирают людей изнутри – это кошмары. Если точнее – это некие магические существа, которые рождаются из страхов. Подробнее о них может рассказать только сам Аркус, он же маг и основатель ассоциации. Довольно добрый парень, хотя на первый взгляд так не скажешь. Среди магов ордена он почти самый младший, однако, уже так браво взялся за помощь людям… не все маги высшей лиги таким могут похвастаться.

– Организация, как там ее… «Кошмарная гвардия» или как-то так, верно?

– Да, Аркус почти сразу после завершения исследования принял решение о том, что тут нужен особый отряд. Ему выделили деньги из казны, дали людей, время, и вот уже под конец сезона пошел первый отбор солдат для борьбы с ожившими кошмарами.

– Отбор? Чтобы быть охотником нужно обладать чем-то особенным?

– Да, к сожалению, обычной физической силы недостаточно для того, чтобы бороться с кошмарами. Отбор представляет собой ритуал, в ходе которого ты получаешь свое оружие. Детали ритуала я не знаю, во-первых, так как я не маг, а во-вторых, я его не проходил.

– Но у вас ведь есть оружие, верно?

– Это правда, однако я получил его естественным путем. Как я и сказал, я не понимаю всех тонкостей проведения ритуала, но примерно знаю, что происходит. Суть в том, что кошмар нельзя победить обычным оружием, для этого нужно особое. Особенное оно потому, что состоит напрямую из отрицательных эмоций, и в ходе сражения мы буквально перебиваем кошмар чем-то более сильным.

– Клин клином вышибают, понятно.

– Верно. Так вот, оружие это формируется в сознании, из страхов, своих или чужих. По сути, оружие которым мы сражаемся, это те же кошмары, но другой формы. Возвращаясь к моему случаю: если обычный человек подвергся атаке кошмара, но сам поборол свой страх, то он способен получить оружие без всякого постороннего влияния. Со мной так и произошло. Я был рад и думал, что был избран для этой работы, но первая серьезная миссия расставила все на свои места… Теперь я никогда не отмою эту кровь с моих рук…

– Лично я так не считаю. Эрл подарил вам жизнь не для того, чтобы вы ее остаток карали себя за это.

– Может и так…

– Время все лечит.

– Надеюсь…

– Ладно! Ну вот, говорили, что ничего не знаете, а вон сколько разной информации я от вас получил – я закрыл свой дневник. – Большое спасибо!

– Да ладно, про город вам вообще кто угодно мог рассказать. А про кошмары… Пусть Аркус и пытается все скрыть, но ситуация с каждым днем становиться все хуже. Народ пока молчит, но скоро все может измениться.

– Поэтому Я здесь – чтобы узнать правду! Стоит попытаться, чтобы меня пустили дальше порога, – вторую часть я пробормотал себе под нос.

– Вы говорили с Аркусом? Не думаю, что он бы вам отказал.

– Нет, знаете, я до него не дошел. Считаете мне стоит до него достучаться?

– Да, не думаю, что он будет против пообщаться с вами.

– Хорошо, раз так – я встал с кресла, – значит мне снова стоит их посетить.

Я пожал руку Генри и направился к двери.

– Прошу прощения! – прокричал Генри, когда я только взялся за ручку. – Можно вопрос?

– Конечно.

– Господин Константин, а зачем вы это делаете?

– Ха-ха! Просто мне интересно! – сказал я полный энтузиазма и, махнув плащом, покинул дом.

Меня зовут Константин

– Откуда мне начинать?

– Да вот, с самого начала.

1

– Мы приехали – произнес кучер.

– Да, спасибо, – я закрыл дневник, достал из своего мешочка на поясе пару венков1 и передал мужчине. – Вот, полагаю этого достаточно.

Он быстро пробежал взглядом по монеткам на моей ладони, после чего одобрительно кивнул и взял их.

– Хорошего вам дня! – сказал я и вышел из повозки.

Я оказался в самом центре города. Пришлось потратить какое-то время, чтобы добраться сюда с окраин, где жил Генри. Все вокруг выглядело отлично, не хуже столицы, если не считать большого количества рабочих прямо на улице. Дома тут хоть и не были из белого камня, однако сочетание бревенчатых опор и перекладин, каменно-кирпичных стен и острых двускатных крыш, устремляющихся прямом в небосвод, давало свой пост-средневековый шарм. Но не думаю, что кто-либо еще тут разделяет мое восхищение подобной архитектурой, учитывая нависающую из-за всего этого «угрозу», подчеркнутую вечным дымом, валящим из каждого дома. Порой улочки совсем уж узкие и запутанные, из-за чего часто приходиться делать круг по главной дороге, чтобы не заплутать. Там-то места хватало и на пару телег, едущих бок о бок, и на толпу людей, идущих то ли на работу, то ли на рынок, что для некоторых одно и тоже. Как и было сказано, улица была наполнена рабочими и торговцами, которые, судя по рассказу Генри, тут только для погрузки серы и дальнейшей ее перевозки в более крупные города, поэтому всему вокруг сопутствовало гигантское количество повозок больших размеров.

Город постоянно принимает новоприбывших гостей из всех уголков Аутема, так что гостиницы и бары самые часто встречающиеся здания и конечно же чем ближе к центру – тем дороже. На ближайшее время я остановился в гостинице «Пыль». Наверно, не самое лучшее название, однако в том, что она комфортная для проживания и к тому же еще и дырку тебе в кармане не сделает, я уверен. Со средним заработком в семьсот-восемьсот венков можно вполне себе неплохо жить в какой-нибудь съемной комнатушке у богатого торговца, если цена на хлеб на местном рынке не переваливает за четыре монеты, однако путешественники по контракту получают гораздо больше, но и расплачиваются за такое богатство чаще всего жизнью. Рабочие со своими пятьюстами и шестьюстами венками, учитывая то, что они не платят за аренду рабочих мест проживания, умудряются и одежды себе прикупить и голодными не остаться. Хоть слухи об опасности работы путешественником известны всем, все равно то и дело находятся новые смельчаки, готовые пожертвовать своей шкурой на благо королевства, ради первопартийной вышивки и свежего мяса.

Перешагнув порог, меня сразу встретил уютный холл – белые стены, украшенные затейливыми узорами, а также множество растений самых разных цветов и оттенков. Впереди была деревянная стойка, от входа к ней вел ковер с интересной вышивкой, кажется, это было изображение гильдии магов или как ее еще называют – Орден Первородных магов. Правда уже далеко не все там действительно приемники первого мага, но в их силе сомневаться не приходиться. По обе стороны от ковра стояли столики с подобием кресел и по одному небольшому дивану на каждый.

– Добрый день! Добро пожаловать в Сулфур! Вам комнату на двоих? – произнесла девушка за стойкой.

– Добрый, нет, я один. Мне бы что-нибудь повыше, да потише.

– Хорошо, могу предложить одноместный номер на третьем этаже.

– Кухня имеется?

– Нет, к сожалению, номера с полным набором комнат только на первом этаже. Но с обратной стороны здания имеется ресторан. Жителям гостиницы там положена скидка.

– Отлично. А чайник я могу заказать?

– Его можно приобрести за дополнительную плату.

– И сколько за ночь? С чайником.

– Десять венков за ночь. Чайник можно брать отдельно, когда надо, пять венков.

«Дороговато, но все равно дешевле ее конкурентов»

– Хорошо, давайте.

– И чайник?

– Да.

Она записала что-то в книжку перед ней.

– Ваше имя?

– Константин.

Ее удивленное лицо снова устремилось в книгу, после чего она вырвала страницу и положила на стойку, а рядом чернодрев2.

– Вы должны подписать тут, – сказала она и ткнула пальцем в листок. Я взял веточку и, быстро пробежавшись глазами по условиям, поставил свою подпись. После того как договор был скреплен печатью, меня проводили в номер.

Номер соответствовал стилю гостиницы: одна большая комната с чистой, белой, заправленной кроватью, двумя тумбочками, столом, стулом и окном с видом на город, укрывающийся в горном массиве. В качестве освещения было пару «живых» ламп – очень интересная технология, которая основана на чувствительных водорослях3 и кристаллах4. На стене висела картина королевского замка из столицы. «Когда-нибудь я снова туда попаду» – подумал я и закрыл дверь.

Я скинул плащ и шляпу на стул после чего, упал на кровать. «Какая же она мягкая!» – вскрикнуло мое тело. Сколько я не спал? Около двух ночей, не меньше. Эта белая пелена затмила мой разум и тело, я полностью отдался ей и вскоре заснул.

2

Я проснулся, когда солнце уже пробилось через мое окно и закрытые веки. Поднявшись с кровати, я осмотрелся: все тот же отель, все та же комната. Я уже перестал удивляться просыпаясь здесь, все чаще забывая о прошлом.

В дверь постучали: «Господин Константин, вы проснулись?» Я встал с кровати, надел обувь и подошел к двери.

– Да, вы что-то хотели? – произнес я, открыв дверь. За ней стояла та самая девушка с «регистратуры» гостиницы. На ней была зеленая юбка, до колен, светлая кофта и жилетка чуть более темного, болотного оттенка. Каштановые волосы завязаны в хвостик, а в руках она держала маленький металлический чайник.

– Я заходила к вам вечером, но вы уже спали. Это чайник, который вы заказали вместе с номером, – произнесла она и протянула его мне.

– Да, спасибо, могли просто оставить на тумбе, я бы сообразил.

– Ничего, – сказала она, в тот момент как я забирал у нее чайник. – Если вам что-то понадобиться – обращайтесь. Приятного отдыха!

– Спасибо.

Девушка ушла. Я закрыл дверь, поставил чайник на тумбу и снова лег на кровать.

– Сегодня мне нужно снова попытаться попасть в здание «Кошмарной гвардии» и поговорить с… – монолог прервался, пришлось проверить дневник, чтобы напомнить себе имя, – …с Аркусом. Да.

Я уже успел там побывать до встречи с Генри, к которому меня и послали после небольшого разговора с одним из участников. Но теперь меня очень интересовал именно этот человек, маг и глава гвардии. Вопрос лишь в том: как мне к нему попасть? Просто так меня вряд ли подпустят к такому важному человеку, но попытаться стоит.

Сев на край кровати, я потянулся к местному чайнику, одному из множества интересный технологий. Как мне объяснил один из торговцев, с которым мне посчастливилось пообщаться во время моего путешествия, этот металлический чайничек снабжен двухслойным дном, нижняя часть – это теплопоглощающий металл, для того чтобы не прожечь стол, на котором он стоит (хотя я встречал версию и без такого слоя, женщина пользовалась им как утюгом во время кипячения), и второй слой агностали, особый вид металла, в составе которого используются чувствительные водоросли. Щепотка магии и бывший прибор алхимиков работает на благо любителей горячих напитков. При касании некоторой точки на чайнике, агносталь начинает нагреваться, и продолжает это делать до того момента, пока вода не закипит, после чего достаточно быстро остывает. Такой агрегат, на самом деле, достаточно сложен в изготовлении, так что и стоит достаточно, однако в связи с его большой популярностью имеется повсеместно.