Игры Проклятых

Покупая у очередного мага за копейки сломанный боевой жезл или ожерелье с нестабильным проклятием, мастер возился с этими артефактами в своей пристройке к дому, переоборудованной под мастерскую. Восстанавливая и заменяя неисправности, проводя новые или накладывая старые магические потоки. И когда артефакт приходил в нормальное рабочее состояние, он продавал его за огромные деньги. Продавал, разумеется, без лицензии на артефакт, из-под полы. Так что его поделки пользовались огромным спросом как среди криминального мира, где было необходимо скрыть все следы, если пройдется бросать артефакт, так и среди дворянчиков низкого пошиба, не способных купить настоящий, так сказать, чистый артефакт.

– Ты опоздал. Из-за тебя мне пришлось простоять за этим гребанным прилавком лишние полчаса. За это время приперлись еще три клиента, которым срочно понадобились новые светильники. Так что теперь ты мне должен.

Эту тираду из-за стойки пропищала миниатюрная блондинка. С тонким, просто до ужаса раздражающим, голосом. Кстати, и таким же раздражающим всех вокруг характером. Жанна – единственная из работников мастера, кто уже успела закончить академию и официально вступила в первый круг, получив диплом школы крылатого меча. На этом основании, она мнила себя едва ли не правой рукой мастера Ибруса. Ее вечные придирки, нравоучения и бесконечные капризы способны были вывести из себя даже святого.

Мы в коллективе старались, насколько это вообще возможно, избегать ее общества. А когда мастер, ставил одного из нас, работать с ней в паре – день можно было сразу вычеркивать из жизни, ибо эта особа выпьет из тебя все соки чайной ложечкой, изничтожая нервную систему окружающих. Единственный из наемных работников, кто был способен с ней общаться дольше пяти минут и при этом не закипая, мечтая убить это белокурое создание, был Олаф. Просто потому, что Жанна его откровенно побаивалась и в его присутствии старалась сдерживать себя, позволяя себе лишь такие вот безобидные на ее взгляд нападки.

– Здравствуй, Жанна. Я пришел вовремя, даже раньше на несколько минут. – Сказал я примирительным тоном. – Так что, за прилавком ты отстояла свое время. И, разумеется, я ничего не должен. Особенно тебе.

– Ты будешь еще спорить со мной?! Пару месяцев тут отработал и уже возомнил себя гениальным специалистом по артефактам?

– Да нет, просто не хочу в очередной раз выслушивать твои истерики на пустом месте. Я, давеча, медитацией занимался. Очень рекомендую – хорошо успокаивает нервы. Особенно такие расшатанные и не уравновешенные как у тебя.

– Весьма остроумно. А скажи мне, мой дорогой Илькар, твой почти полностью пустой резерв это запланированный подарок мастеру? – Язвительно спросила девушка.

Ответить мне было нечего. Ритуал действительно вытянул из меня всю манну. И объяснить это как-то мастеру будет весьма не простым делом.

– Мастер Ибрус уже начал работу в мастерской. Прекращайте трепаться. Илькар, переодевайся и иди к мастеру. Он наказал по твоему приходу срочно отправить тебя к нему. – Вмешался Олаф.

В мастерской уже во всю кипела работа. Несколько дней назад один из членов семьи Леувар, знатного, но обедневшего рода, принес на продажу одну из семейных реликвий. Сперва, меня весьма удивило, что дворянин, пусть и из угасающего рода, пришел продавать ценный артефакт не в центральный магазин магии, где дали бы справедливую цену, а к не известному в широких кругах перекупщику. Но все вопросы отпали, стоило мне увидеть сам артефакт. Он явно был проклят.

Дворянин, представившийся Пентрином Леувар, выложил на столик сверток. Все подобные сделки проводились на втором этаже дома, где в отдельной комнатушке, обустроенной для ведения переговоров, мастер принимал особых посетителей. Обычно он делал это в одиночку. Однако в тот раз пригласил на переговоры меня.

Жемчужное ожерелье, состоящее из сорока перламутровых жемчужин, нанизанных, на шелковую нить, даже без магической составляющей, выглядело весьма дорого. Но стоило мне взглянуть на него магическим взглядом, как стала понятна причина, по которой мастер пригласил меня для ведения переговоров. В нашей мастерской я единственный выбрал своей специализацией некромантию. И в ауре, окружающей ожерелье, паутиной пронизывали нити темной магии.

– Что скажешь, Илькар?

– Трудно ответить, мастер. Это совершенно точно проклятый артефакт. Направление – некромантия или милифистика, точно сказать без дополнительной проверки сложно.

– Это ожерелье принадлежало самой Мартиане Леувар – магу четвертого круга, весьма могущественной проклинательнице.

– Значит, милифистика… – Задумчиво протянул мастер, глядя на продавца. – Само изделие весьма хорошей работы. Однако разобраться с функциями этого артефакта будет довольно непросто. Так что обойдется вам данная манипуляция в двести золотых.

– Я понимаю. По этой причине я и пришел к вам, уверен, вы сможете разобраться и впоследствии продать этот артефакт во много раз дороже. Скажем, семьсот золотых.

– Помилуйте, уважаемый Пентрион. Вы пришли ко мне не только лишь за этим. Но и для того, чтобы покупатель столь интересной вещицы не задавал лишних вопросов. Я же вообще готов забыть имя и внешность столь уважаемого продавца. Четыреста золотых. И это моя последняя цена.

Получив ожерелье и выплатив, явно довольному сделкой дворянину оговоренную сумму, мастер вот уже два дня ночевал в своей мастерской. Пытаясь изучить все потаенные аспекты, попавшего в его руки артефакта. К этой работе он привлекал и меня. И если раньше, помогая мастеру, мы лишь поддерживали уже созданные им заклинания. То в этот раз мастер доверил мне куда более сложную работу.

Переодевшись в рабочую одежду и накинув на себя кожаный передник, я распахнул дверь, ведущую в пристройку.

Мастер стоял посреди комнаты, колдуя над столом, на котором в окружении кольца, выложенного из хрустальных сфер, лежало то самое ожерелье. И судя по исходящему из рук мастера мощному магическому потоку, ритуал находился на своей финальной стадии.

– Поддерживай. Аккуратнее, дуралей! Еще немного и ты собьешь правильную геометрию фигуры! – Крикнул мастер.

Обращался он к, стоящему в углу, Шторцену. Маленькому щуплому парню с детским веснушчатым лицом и ярко рыжими волосами, уроженца Анатинского королевства. Не смотря на его меленький рост и детское личико, за которые многие воспринимали его ребенком, он был учеником третьего курса школы Изумрудной Звезды. В данный момент он стоял за импровизированным пультом, на котором ярко светились, созданные мастером, вспомогающие заклинания.

Я не стал их отвлекать от дела и, молча усевшись на стоящую у стены лавку с накинутой на нее курткой матера, принялся наблюдать за чужой работой, как всегда стараясь запомнить плетения и потоки, создаваемых моим работодателем заклинаний.

Спустя пятнадцать минут мастер опустил руки, достав из кармана носовой платок, вытер со лба, обильно выступившие капли пота. Оглянувшись на все еще стоящего за пультом Шторцена, резко спросил:

– Результат?

– Отрицательный, мастер.

Ибрус задумчиво поскреб трехдневную щетину, переводя взгляд с одного заклинания на другое.

– Ты вовремя явился, Илькар. Наконец, я могу с абсолютной точностью сказать, что к проклятиям и вообще милифистике, это ожерелье не имеет отношения.

– Я всего несколько месяцев, как обучаюсь на первом курсе, мастер. Достаточно сложно не совершать ошибки с таким легким багажом знаний как у меня.

– В том то и дело, что ты не ошибся. И последний ритуал это подтвердил. Это некромагия.

– Некромагия, мастер? Но это же магия поднятия мертвых тел и их трансформация в более продвинутые формы нежити. Вы хотите сказать, что с помощью этой штуки можно поднимать мертвых?

Отложив доску с результатом теста и подойдя к столику, стоящему в углу, мастер наполнил из кувшина полный стакан воды и залпом его осушил. Я наблюдал как его заостренный кадык на обнаженной шее ходит ходуном. Напившись и поставив стакан на место, он ответил:

– Сомневаюсь, что ожерелье использовалось именно для этих целей. Если я правильно все понял, это ключ, отпирающий весьма интересный и специфический замок. Боюсь, я не смогу сдержать обещание, данное мной господину Пентриону. И нам еще раз придется с ним переговорить. – Мастер повернулся ко мне и, впервые за сегодня, внимательно меня оглядел. – Издеваешься, парень? У тебя почти пустой резерв.

– Простите, мастер Ибрус. Сегодняшняя медитация прошла немного не по плану. И не смотря на то, что я смог достичь источника, пришлось выложиться на полную.

Мастер ругался минут пять, обвиняя своих работников в целом и меня в частности в полной некомпетентности и не способности оценить ту милость, что предоставляет им высокое начальство. После чего, отправил меня в качестве наказания на целый день за кассу. Что самое удивительное, он не стал вычитать из моей зарплаты штрафы, как это частенько бывало с тем же Шторценном, который вечно опаздывал, чем жутко бесил работодателя.

– Поздравляю с прорывом к своему источнику сознания, Илькар. – Сказал мне Шторцен, которого мастер отправил на второй этаж за необходимым ему оборудованием.

– Тяжелый сегодня был ритуал?

– Да уж, не из простых. Едва смог удержать постоянно ускользающую фигуру. – Внезапно мой собеседник воровато оглянулся и, наклонившись ближе ко мне, прошептал: – Мастер нашел что-то весьма интересное помимо того, что нам рассказал.

– С чего ты так решил? – Полюбопытствовал я.

– Я конечно не специалист в области рунной магии, но результаты видел своими глазами. Это ожерелье – непросто ключ к какой-то там двери. В него заложены явные командные функции. И об этом мастер нам не сказал ни слова.

– Тебе бы не помешало научиться держать рот на замке. – И, увидев, как напрягся Шторц, быстро добавил. – Пойми, нам с тобой платят такую щедрую зарплату не только для того, чтобы мы стояли за кассой и оказывали помощь в мастерской. Но так же и за молчание. И как любит говорить мастер – не стоит задавать лишних вопросов, ответы на них могут стоить кому-то жизни.

– Да ладно тебе! Я просто поделился с тобой своими наблюдениями. Странно это, вот и все.

– Мастер мог вообще нам ничего не рассказывать. Ожерелье его, мы его работники, с чего бы ему делиться с нами секретами? Завтра любой из нас может уйти и начать разбалтывать то, что тут видел каждому встречному. Я бы тоже не рискнул, при таком раскладе, посвящать нас в свои тайны.

Шторцен замолчали и вскоре мы с ним разошлись. Он поднялся по лестнице на второй этаж, я же сменил за стойкой приема посетителей Жанну. День тянулся как обычно. Скука за стойкой и обслуживание редких покупателей, заглядывающих в лавку для покупки всяких мелочей.

Сидящий в своей нише Олаф считал, что на рабочем месте языком не треплются. Так что даже собеседника, чтобы скоротать время у меня не находилось. К счастью, работал в лавке уже не первый день и в небольшой полочке, скрытой от глаз, под самым нижним ящиком стола у меня лежали на такой случай несколько научных пособий по некромантии.

День сменился вечером. Стрелки весящих на стене часов с огромным квадратным циферблатом показали на цифру семь. Уже скоро пора было закрывать лавку. Посетителей не было и я, отложив книгу по магии, взялся за журнал отчета, в который было необходимо вносить все покупки, сделанные за твою смену. Обычно после закрытия лавки мы оставались еще на час-два, помогая в мастерской закончить очередной артефакт. Однако мой резерв еще до конца не восстановился и я надеялся, что мастер отпустит меня сегодня пораньше.

Дверь, ведущая в мастерскую, открылась и из нее вышла Жанна с растрепанными волосами и следами подпалин на одежде. Личико у нее было чумазым и она баюкала правую руку, на которой виднелся след ожога.

– Олаф, тебя мастер вызывает. Иди срочно в мастерскую, нужно перенести скрижали со стен. – Выйдя в зал, сообщила девушка.

– Что у вас там произошло? – Удивленно спросил я. Впрочем, не очень рассчитывая получить ответ, от этой неуравновешенной личности.

– Проводили очистку с одного боевого жезла. И этот крысенышь Шторцен задел предохранительное заклинание. Мастер успел погасить большую часть удара, но мне немного досталось. – К моему великому удивлению ответила девушка.

– Сочувствую.

Жанна скривила личико, всем своим видом демонстрируя, что на мое сочувствие чихать она хотела. И развернувшись на каблуках, ушла обратно в мастерскую в след за Олафом.

Я же, оставшись в лавке в гордом одиночестве, склонился над стойкой, продолжив заполнять журнал. Выводя каллиграфическим подчерком ровные ряды букв и цифр. В тот момент, когда я, наконец, закончил с делами и поставив жирную точку, захлопнул журнал, собираясь идти закрывать лавку, прозвенел колокольчик.

Меня жутко раздражала эта странная традиция – вешать в лавках колокольчики над входной дверью. Первое время его звон мне приходился по душе. Однако с каждым новым клиентом во мне копилось раздражение. И в очередной раз, услыхав звон, я мысленно скривился, послав проклятие на ни в чем не повинный кусок железа. Подняв голову от стойки и натянув дежурную улыбку, я уже хотел было поприветствовать посетителя. Но разглядев визитера, лишь удивленно выпучил глаза.

– Господин, Тобиас? Чем могу быть обязан? – Спросил я своего старого знакомого. Не то продавца в магазине магических товаров, не того смотрителя библиотеки.

– Льер Илькар, какая встреча. Боги уже который раз, пересекают наши дороги. Не ожидал встретить вас здесь.

– Взаимно господин Тобиас. Вы по делу пришли?

– Да, хотел повидать своего старого доброго друга Ибруса. Пару дней назад, наводил на чердаке своего дома порядок, и обнаружил в старом сундуке, одну интересную вещицу. Как я понимаю, это весьма сильный, однако довольно специфический артефакт. Вот и решил ее подарить другу, раз уж мне он совершенно без надобности.

И жестом заядлого фокусника, достал из кармана, связку, с ладонь размера железных палочек, пристегнутых к большому металлическому кольцу. Мне хватило одного взгляда, что бы понять, что в руках моего знакомого, действительно артефакт. При чем артефакт, весьма старый, и судя по переполняющей его мощи, достаточно мощный.

– Господин Тобиас, мастер сейчас немного занят в мастерской. Не думаю, что он сможет вас принять прямо сейчас. Однако если вы подождете несколько минут, я сообщу о вашем визите.

Но гость, казалось, меня даже не услышал. Он внимательно разглядывал меня, хмуря брови, будто пытался что-то разглядеть в моей груди. Мне даже на секунду стало неловко от такого пристального внимания. Однако старик, заметив мой взгляд, будто очнулся и, проведя ладонями по лицу, поспешил объясниться:

– Приношу свои извинения за столь бесцеремонное внимание. То, что вы видели только что, молодой льер, была жалкая попытка создать некое подобие магического взгляда.

– Магический взгляд – весьма простая способность, которой обучают в самом начале пути. И я впервые вижу, чтобы для активации взгляда, было необходимо такое сосредоточение.

– Вы забываете, молодой человек, что я не маг, а ведун. И в обычных условиях для активации, как вы выразились, «простейшего приема» мне потребовался бы специальный артефакт. К счастью, в этой лавке разлито буквально море свободной эссенции, излучаемой всеми этими артефактами. Так что я все же смог активировать взгляд, пусть и с большим трудом.

– И что же вы увидели, если не секрет.

– О, весьма интересную вещь. Зайдя в лавку и увидев вас, я предположил, а теперь и убедился, что в недавнем времени вы достигли своего источника сознания.

– Вы совершенно правы – это произошло сегодня утром.

–Поздравляю вас, молодой льер. Вы еще на одну ступеньку приблизились к вершинам могущества.

– Боюсь, на моем пути этих ступенек будет просто не счесть.

– Хехехе. – Прокашлялся в ладонь старик, явно сдерживая смех. – Жизнь каждого человека сложна, а путь тернист. Особенно путь мага. Но руки опускать не стоит. Я вижу в вас искру, присущую людям, у которых есть цель.

– Боюсь в данный момент, особой цели у меня нет.

– Это не страшно. Такие люди как вы не могут умереть в своей постели, в кругу семьи. Вы всегда стремитесь к самым вершинам и неважно, достигаете ли вы пика или нет. Но след в Истории за собой вы оставляете.

Непринужденно общаться с этим человеком мне было чрезвычайно трудно. В первую очередь из за того, что я совершенно не понимал его собственные цели. Тревожный звоночек в моей голове беспрерывно предупреждал меня об опасности. Стоящий напротив меня старик, улыбался, был расслаблен и совершенно не представлял для меня угрозы. Но все внутренние чувства буквально вопили, предупреждая меня об угрозе. И с каждой минутой бороться с этими чувствами было все труднее.

– А что касается вашего предложения – предупредить мастера Ибруса. Пожалуй, не стоит. – Старик протянул руку и выложил на стойку артефакт, который держал в руках. – Раз уж у вас сегодня столь праздничный день, пускай это станет вашим подарком. Уверяю вас, молодой человек, дарю вам его от чистого сердца.

– Вы же хотели отдать его мастеру?

– Эх, у Ибруса столько артефактов и денег, что если этот один не попадет в его загребущие ручки, мир не перевернется и на Плато не ринется стадо мертвых. Берите-берите, молодой льер. Для вас этот артефакт может сослужить хорошую службу. В отличии от твоего мастера, который бы продал его уже на следующий день.

– В таком случае, я с благодарностью принимаю ваш подарок, господин Тобиас. – Сказал я, через силу заставив себя улыбнуться старику.

В конце концов, он был совершенно не виноват в том, что у меня к нему сложились столь противоречивые чувства. Он ничего плохого мне не сделал, а его речи всегда были весьма благосклонны. Да и помогал он мне уже не раз. Поэтому я в очередной раз заставил замолчать тревожный колокольчик в моей голове.

Мы поболтали еще с десяток минут, обсуждая различные мелочи. Я поделился с собеседником историей пробуждения своего источника, разумеется без особых подробностей.

Господин Тобиас, внимательно меня выслушал. В нужных местах кивая головой и сочувственно цокая языком. Видимо его действительно заинтересовала моя история. По крайней мере, слушал он меня очень внимательно, периодически задавая уточняющие вопросы.

– Интересно. Уверен, что вы в своем рассказе, упустили много интересных подробностей. И в дальнейшем, если уж вы решили скрывать информацию о деталях пробуждения источника, рекомендую вам хорошенько проработать историю. В вашем рассказе множество мелочей, к которым опытный переговорщик сможет придраться. – Старик в задумчивости покрутил свою бороду. Глядя в пространство отсутствующим взглядом. – То, что вы мне рассказали, уважаемый льер Илькар, весьма странно. Уверяю вас, за свои годы я общался с немалым количеством магов. И не один из них не сталкивался ни с чем подобным.

– Жаль. Честно сказать, я не хочу обращаться к своим преподавателям в школе, пока не пойму природу, данного явления.

– А вот это совершенно верное решение, молодой человек. Никогда не знаешь, что может принести тебе беду. И уж в магии всегда нужно полагаться только на самого себя.

Старик понял из моего рассказа гораздо больше, чем я планировал ему сообщить. Это меня напрягло, ведь не знаешь, в каком обществе он может взболтнуть эту информацию.

– Не стоит так сильно переживать, молодой льер. – Увидев мое напряженное выражение лица и неправильно его истолковав, сказал Тобиас. – Удивительные и необычные вещи частенько происходят. В том числе и во время ритуала прорыва к источнику сознания. Вот, помнится, недавно читал книгу великого философа и исследователя магии Астораха Честера, где он описывал, не поверите, миноры великих домов прошлой эпохи.

– Миноры? Вы имеете ввиду земляные наделы?

– Нет-нет. Дело в том, что раньше все члены великих домов одновременно являвшихся аристократами были магами. И их источники сознания, в отличии от современных магов, выглядели не как некие островки, а как целые постройки, связанные между собой нитями, обедняющими всех членов семьи.

– Постройки?

– Трудно сказать. Даже сам великий Честер не до конца разобрался в этом вопросе. Однако он утверждал, что у каждого великого дома был свой Минор. У одних он выглядел как замок, у других как башня. Но смысл не в этом, а в том, что это, можно сказать, был единый источник, используемый всеми членами семьи. И соответственно, каждый из членов великого дома мог войти в этот минор. Кстати, как я понимаю, именно таким способом велось общение между членами семей на расстоянии. Вы только представите себе, каково это иметь такую возможность!

Я представил. И, честно сказать, меня подобная информация сильно напрягла. Тобиас продолжал говорить, рассказывая о других интересных особенностях пробуждения источника. Я же лихорадочно размышлял, стараясь припомнить все, что когда-либо слышал о великих домах и аристократии прошлого.

А припомнить удалось немногое. И вовсе не по тому, что я плохо учился в школе или пропускал уроки истории. Просто об исторических событиях и личностях в них участвовавших вплоть до окончания второй великой войны и миграции выживших на спасительные земли Плато было известно до боли мало.

– Господин, Тобиас. – Прервав собеседника, начавшего повествовать о своем внуке, я. – Расскажите немного подробнее о великих домах прошлой эпохи.

– Кхм. Боюсь, это слишком обширная тема, для короткого разговора. А мне уже пора уходить. Солнце уже, знаете ли, зашло и до дома мне идти долго. Если вас действительно заинтересовала эта тема, приходите в библиотеку. Уверяю вас,там предостаточно информации по данной теме.

– Спасибо за совет. Во время прошлой нашей беседы, мне помнится, вы советовали мне книгу, как раз о великих домах. Не напомните ее название?

– Трактат «О великих домах прошлой эпохи» уже известного вам Астораха Честора. В этой книге действительно немало предоставлено информации. В том числе и о Минорах аристократии. Однако если вы хотите найти конкретно эту книгу в нашей библиотеке, вас постигнет разочарование.

– В таком случае, возможно, вы мне подскажете, где ее можно приобрести?

Старик в задумчивости взглянул на меня, проведя пальцем по столешнице. И достав из внутреннего кармана камзола небольшую записную книгу, что-то быстро в ней написал. Вырвав лист, он протянул его мне.

– Это адрес одного из малоизвестных книжных складов. Им заведует один мой знакомый. Обратитесь к нему, сообщив, что вас прислал я. Даже если у него этой книги не будет, за определенную плату он сможет вам ее достать.

Поблагодарив господина Тобиаса, я спрятал листок в карман. Книга была мне совершенно необходима. Что в принципе не мешало мне, обратиться к Лауриетте, попросив пошерстить в библиотеке в поисках интересующей меня литературы.

Мой собеседник уже покинул лавку, а я все глядел на закрытую входную дверь, слушая затихающий звон колокольчика. Я член старинного аристократического дома прошлых эпох? Ни отец, ни мать никогда не упоминали ни о чем подобном. Мой прадед купил землю и построил на ней ферму более семидесяти лет назад. Сам он прибыл в Дементию из Империи, где работал простым стеклодувом. Да и по материнской линии особых людей, выделяющихся из среднего класса, я не знал.

Как там говорил господин Тобиас? Все члены великих домов прошлых эпох были магами. Сомнения буквально разрывали меня на части. Ведь в моей семье я – единственный маг. Да и то, с моим потолком в третьем круге, особо выдающимся магом мне не быть. В чем же дело? Что это была за башня? Действительно ли Минор древних родов? Слишком много вопросов. Но в этот раз ответы на них я собирался получить. И в первую очередь нужно было обратиться за помощью к единственной девушке в столице, которой я мог доверять.

– Илкар, ты чего завис?

В лавке появился Олаф. Меня всегда удивляло, как такой здоровый человек, в котором больше ста килограмм веса, может так бесшумно перемещаться? Да и дверь в мастерской уже давно не смазывалась и при открытии немного поскрипывала. Однако смотрите, я даже не заметил его появления.

– Приходил знакомый мастера Ибруса. Но услышав, что мастер занят, ушел обещав зайти в следующий раз.

Понятливо кивнув, Олаф прошел мимо меня, принявшись запирать входную дверь. Чем я и воспользовался, тихонечко спрятав в карман все еще лежащий на столике артефакт. Конечно, старик подарил его мне. Но к чему были лишние вопросы. Меньше знаешь, крепче спишь, как любит говорить мой отец.

– Мастер тебя отпускает на сегодня. – Справившись с замками, сообщил мне охранник. – Но завтра будь в мастерской к двенадцати. Кстати, почему мастер позволяет тебя так поздно приходить?

– С утра у меня занятия. Мы договорились об этом еще во время приема на работу.

Собравшись и попрощавшись с Олафом, я вышел на темную улочку. Фонари горели где то вдали и их тусклого света не хватало, чтобы осветить всю территорию. Каждый раз, выходя с работы поздно вечером, я задумывался над тем, как же власть все же ворует деньги буквально на всем. Ведь Дементия – это одно из самых богатых государств на Плато. А столица – это лицо королевства. Нет, конечно, центральные улицы, проспекты и респектабельные кварталы вполне себе ухожены и хорошо освещены в ночное время. Но что стоило чиновникам вместо того, чтобы положить деньги себе в карман установить осветительные сооружения на всех улицах?