Игры Проклятых

Я остановился в начале коридора, глядя на закрытую подвальную дверь. Тонкая деревянная, покрытая потрескавшейся желтой краской, с большой чугунной, потемневшей от времени ручкой, дверь не внушала доверия. Да и само пространство перед ней было будто бы окутано легкой дымкой угольно черного цвета.

Желание подойти туда и установить датчик-артефакт испарилось. В это мгновение я пожалел о том, что решил отправить сопровождавшего нас наемника с Штерценом. Сейчас, стоя перед своей целью, меня терзали страхи и сомнения. Я далеко не пугливый человек. В детстве на спор с ровесниками прыгал с десяти метровой отвесной скалы в воду. Там тоже было страшно. Но тут… Тут я прекрасно осознавал, что опасность реальна. По спине пробегали легионы мурашек, а затылок прострелило чувство внимательного взгляда, будто бы кто-то наблюдает за мной.

Я обвел взглядом пустой коридор и даже оглянулся за спину, чтобы убедиться, что за мной ни ого нет. Минуты медленно утекали, а я все никак не мог решиться сделать шаг. В голове набатом звонил тревожный колокол, предупреждающий об опасности. Все внутренние чувства буквально вопили немедленно убираться из этого места.

В чувства меня привел луч заходящего солнца, упавший мне на лицо. Взглянув в окно, я увидел красный диск заходящей за горизонт звезды. Времени почти не осталось. Наконец, переборов свой страх и заставив замолчать тревожно вопящую интуицию, я достал из кармана датчик и решительно сделал шаг в густой полумрак коридора.

Чем ближе я приближался к двери, тем сильнее нарастало чувство опасности. Не выдержав, я извлек из-за пояса выданную мне дубинку, сжимая ее в правой руке, а в левой удерживал датчик. Оружие в руках и подготовленные мною боевые заклинания придали мне уверенности и оставшиеся шаги к двери я сделал уже без внутренней дрожи.

Подойдя к двери, я опустился на корточки, уложив на пол артефакт и проведя по кристаллу в центре пальцем, наполняя его манной. Прибор засветился и темная шкала в самом низу кристалла стала быстро поднимться. В обычном месте, не связанном с некромагиеей, этот прибор фиксировал присутствие некротических миазмов на уровне один-три процента. В этом же доме, когда мы делали замеры в других комнатах он указывал от восьми до пятнадцати процентов, что явно свидетельствовало о присутствии в доме слабых сущностей. Однако тут у двери, ведущей в подвал счетчик не останавливался – шкала уже прошла тридцать процентов и поднималась выше.

Я со страхом наблюдал, как поднимается темный дым в глубине кристалла, проходя отметку в пятьдесят процентов и продолжая расти. В этом доме обитают не просто духи или призраки, созданные некромантом. Тут в подвале находится нечто, с чем нашей разношерстной компании не стоит встречаться.

Счетчик уже превысил планку в семьдесят процентов и продолжал поднимться. Волосы у меня на голове встали дыбом, а по телу прошел озноб. Внезапно сделалось ужасно холодно, изо рта стало вырываться морозное дыхание. Маленький, с ноготь размером, кристалл, вставленный в боковую пластину артефакта загорелся красным светом. Это был индикатор, предупреждающий о нахождении в пределах десяти метров потусторонней сущности.

Я вскочил на ноги, резко подняв голову. Сквозь подвальную дверь, мне на встречу выплыл призрак мужчины. Бледный как сама смерть с перерезанным горлом, из которого на пол падали призрачные капли крови, исчезающие не добравшись до земли. Призрак вытянул вперед руки, поплыв в мою сторону. Его рот раскрывался, будто он что-то пытался говорить. Однако звуков или слов я не слышал, вокруг стояла звенящая тишина, нарушаемая лишь бешеным биением моего сердца.

Мои нервы были взвинчены до предела и когда призрак приблизился ко мне на расстоянии вытянутой руки, я как копьем нанес дубинкой ему удар в грудь. В месте соприкоснувшемся с серебряной нитью, окольцевавшей навершье моего орудия, из призрака стал струиться белый туман. Как кровь, он стекал по одежде духа, оставляя на полу следы эктоплазмы.

От моего удара призрак отшатнулся, прикрыв белыми руками место удара. Однако не исчез. Я же рассчитывавший на совершенно другой эффект, взмахнул своим орудием и нанес еще один удар. В этот раз с замахом и приложив силу, нанес удар, попав призраку в голову. Серебряная нить задымила, во все стороны брызнули капли эктоплазмы. До этого момента молчавший призрак взвыл нечеловеческим голосом и, развернувшись вокруг своей оси, скрылся в стене.

– Они не появятся до захода солнца. Сейчас все совершенно безопасно, не волнуйся – Передразнил я мастера Ибруса.

Опустив взгляд, я увидел индикатор, который в спешке забыл на полу. Сейчас немного уняв сердцебиение и даже начав восторгаться своей победе над потусторонней сущностью, я собирался его забрать. Но стоило мне взглянуть на него, как сердце снова ушло в пятки. Лампочка на боку стальной панели безприрывно мигала красным светом, предупреждая о многочисленных духах, окружающих меня. Но сильнее всего меня напугал центральный прибор, показывающий процент наполнения помещений некромагией. Он застыл на отметке в девяносто один процент. Как я помнил из объяснения мастера, если индикатор показывает семдесят процентов, то мы имеем дело с могущественной потусторонней душой, обладающей огромной силой. Когда же я его спросил про девяносто и выше, мастер только усмехнулся и сказал, что в таких случаях стоит без оглядки бежать, так как со столь могучим духом под силу справиться только серьезным боевым магам.

И это было именно то, что я собирался сделать. Развернувшись на пятках и, оставив на полу мерцающий индикатор, я, что есть сил бросился по коридору прочь от злосчастной двери. Из стен стали появляться многочисленные призраки: мужчины, женщины и даже дети. Они тянули ко мне свои призрачные руки, желая схватить меня и остановить, погрузив в свои ледяные объятия. Но они были слишком медлительны. Я несся по коридору, сломя голову и лишь раз притормозив, когда на моем пути прямо из пола вынырнула голова призрака. Не сбавляя скорости, я нанес удар дубиной и от соприкосновения с нитью, голова немедленно скрылась обратно в пол.

Мимо окна я буквально пролетел, но тех мгновений мне хватило, чтобы бросить мимолетный взгляд. Солнце скрылось за горизонтом. На дворе стояла ночная мгла. Это было невозможно, я пробыл у двери в подвал не более двух-трех минут. Солнце не успело бы опуститься. Однако оно зашло и теперь в особняке мы были не одни. Я прибавил скорости, едва не опрокидывая мебель, несся к столовому залу, где меня должны были дожидаться Шторцен с наемником.

На одном из поворотов мне пришлось остановиться. Из стены выплыли сразу две тени, преградив мне дорогу. Мужчина и женщина стояли поперек коридора, протягивая ко мне руки. Их рты раскрывались в немом крике, на лицах застыло выражение ужаса. Я сделал шаг назад, глядя в их глаза, буквально переполненные муками и страданиями. И только одна мысль удерживала меня от того, чтобы сломя голову броситься бежать в обратном направлении. Если я не доберусь до вестибюля, то в доме появится еще один призрак, с таким же ужасом на лице, преследующий живых.

Эти мысли придали мне сил и, сделав рывок к духам, я швырнул дубинку в лицо мужчине. Одновременно с этим я активировал одно из запасенных заклинаний и всадил огненный шар в женщину. Если серебряная нить призраку не повредила, а лишь заставила убраться с дороги, скрывшись обратно в стене, то огненный шар попавший во второго духа, буквально разметал его на мелкие кусочки, которые застыли на стенах и полу лужицами эктоплазмы.

Оборачиваться и смотреть, что происходит, я не собирался. И так знал, что духи продолжают меня преследовать. Вместо этого я рванул дальше по коридору и, спустя десяток секунд, влетел в столовый зал восточного крыла. Однако, к моему глубочайшему разочарованию он был совершенно пуст. Похоже, что мои напарники не стали меня дожидаться и, увидев скрывающееся за горизонт солнце, решили подобру-поздорову вернуться в вестибюль, где у нас была установлена надежная защита. В принципе – верное решение, вполне логичное в такой ситуации. Однако мне от этого не легче.

Следовало решить, как добраться до безопасного места. Самый простой путь – выбить одно из окон зала и по двору добраться до парадного входа. Но еще во время инструктажа мастер предупреждал, что делать этого нельзя ни при каких обстоятельствах. После захода солнца, сам дом превращается в некое подобие разумного существа. И если в коридорах и комнатах ему заметить тебя будет непросто, то попробуй ты покинуть дом, он тут же тебя обнаружит и тогда за твою жизнь я не поставлю и ломаной монеты. Так говорил мастер. И его словам я верил. В таком случае оставался только один путь – тот, которым мы пришли в восточное крыло. Но он был достаточно длинным и по пути придется пройти мимо множества комнат. А именно комнаты представляли для меня наибольшую угрозу, так как там любят устраивать ловушки призраки.

Но выбора у меня не было. Оставаться в зале больше нельзя было. Со всех сторон ко мне несся ледяной воздух. Дыхание спирало от холода и изо рта вырывались клубы пара. Верный признак того, что духи уже рядом. Приняв решение, я быстрым шагом направился по длинному коридору, петляющему по восточному крылу и соединяющему его с центральным корпусом.

Шел я быстрым шагом, попутно сплетая заклинания «Пространственного скачка» и еще один огненный шар. Обидно было, что пришлось оставить брошенную дубинку на полу. Но поднимать ее – не было времени, я и так ощущал дыхание холода у себя на затылке. Промедли я еще пару секунд, и был бы окружен голодными духами.

Тишина пугала. Я шел по коридору в абсолютной тишине, лишь звук моих собственных шагов разрушал повисшую завесу молчания. Это было странно, до центрального крыла было уже рукой подать, а я не слышал голосов оставшихся там товарищей.

К счастью, за те несколько минут, что я блуждал по коридору, мне не встретился ни один дух. Вокруг было абсолютно спокойно, даже ледяное дыхание, преследующее меня от самого подвала, пропало. Да еще и чувство, что за мной следят, тоже пропало. Я больше не ощущал на себе пронзительного взгляда, который до этого, казалось, буравил мне затылок. Я даже смог немного расслабиться, решив, что угроза отступила, и больше не останавливался перед каждой открытой комнатой, внимательно прислушиваясь не столько к звукам, сколько к своей интуиции и внутренним ощущениям. За свою беспечность я и поплатился.

Всего два поворота оставалось до центрального корпуса, я как раз проходил мимо одной из распахнутых дверей, когда из бокового прохода, соединяющегося с главным коридором, ударила пронзительная волна воздуха. Порыв был столь сильным, что меня, словно пушинку, подняло и забросило в гостеприимно распахнутые двери. Но стоило мне только попасть в комнату, как дверь захлопнулась, отгораживая меня от единственного источника света, лившегося из окна коридора.

Придя в себя и поднявшись с пола, я осмотрелся. Меня забросило в некое подобие чулана. Окон тут не было и здесь царил идеальный мрак. И так взвинченные до предела нервы, натянулись гитарной струной. Меня накрыли паника и страх. Хотелось бежать, влезть на стену или забиться в темный угол и молить всех богов, чтобы не оставили в трудную минуту, снизойдя в своей помощи до жалкого смертного.

Выхватив из-за пояса кинжал, подаренный мне отцом, я не задумываясь ударил им себя в ногу. Брызнула кровь, боль резанула по телу, заставив согнуться обхватив рукой раненую ногу. Но она же привела меня в чувства, паника отступила и вернулась возможность мыслить аналитически. Вскинув руку, я зажег на ладони огненный шар, осветивший тусклым светом комнату, отбрасывая страшные тени по углам.

Прямо передо мной стояла женщина в белом платье, сжимая в руках зонтик. Издав душераздирающий крик, я упал на спину, выставив перед собой ладонь с заклинанием, пытаясь загородиться им от призрака.

Спустя секунду, я почувствовал, как покраснели мои щеки. Хорошо, что этого никто не видел, иначе позора можно было не обобраться. К счастью, призрака в комнате не было. Девушка была нарисована на картине. Я поразился, насколько точно неизвестный мастер смог изобразить живого человека на полотне. Однако оставался вопрос, что такая картина, занимавшая едва ли не половину стены, делает в каком-то чулане. Это было странно, а все, что странно в эту ночь, представляет собой особую опасность. Вскинув руку, я заставил огненный шар подплыть к картине и он повис между нами, отгораживая меня от произведения искусства.

Почувствовав некоторую толику безопасности, я подошел к двери, дернув на себя ручку. Дверь была заперта. Попытался выбить ее ударом плеча и даже всадил в толстые дубовые доски кинжал. Но дверь не сдвинулась ни на сантиметр.

– Саван подери! Вот это я попал!

Оставаться в комнате было нельзя. Это лишь дело времени, когда призраки меня найдут, и отбиться от них в этом замкнутом помещении не было ни шанса. И тут я вспомнил об универсальной отмычке, подаренной мне господином Тобиасом. К счастью, сегодня с утра я положил артефакт в карман. Как знал, что пригодится. Достав связку ключей, я приложил один из них к замочной скважине двери. И, о чудо, она распахнулась.

– Помоги. – В полной тишине раздался голос, от которого веяло могильным холодом. – Он не оставит вас. Он придет, как пришел за всеми нами. Даже выбравшись из дома, вы не спасетесь. Он найдет вас везде. Уничтожьте его, остановите это, пока не стало поздно.

Медленно повернув голову, я встретился взглядом с девушкой, нарисованной на картине. Она сменила позу и теперь смотрела мне прямо в глаза. Огненный шар, висящий перед картиной, мигнул и погас, погрузив комнату во мрак. И лиши нарисованная девушка продолжала светиться бледно-белым светом. Она сделала шаг и ее нога ступила за край полотна, опустившись на каменный пол комнаты.

Это было уже слишком. Заклинания вспыхнули в моем сознании я буквально выкрикнул слово ключ и два огненных шара сорвались с моей руки, ударив в картину. Я не стал наблюдать, чем это закончится, развернувшись, бросился по коридору в центральный корпус, не обращая внимания ни на что.

В себя я пришел только когда выбил плечом дверь. В главном зале центрального корпуса горел свет. Мастер Ибрус, Жанна и Олаф сидели за столом в центре соленого круга и неспешно беседовали. Заметив меня, с перекошенным от ужаса лицом влетевшего в вестибюль, они вскочили с мест. Олаф схватится за клинок.

– Илькар, мальчик мой! Что происходит? Почему ты один? – Подскочил ко мне мастер.

Я окинул взглядом светлый вестибюль – ни Шторцена, ни моих товарищей и наемников тут не было. Значит я добрался сюда первым.

– Мы разделились. Шторцен с сопровождавшим нас наемником отправились провести замеры на веранде.

– Только не говори мне, что ты в одиночку сунулся к подвалу?! – Сурово спросил Ибрус.

Что я мог на это ответить? Теперь идея, провести замеры в одиночку у предполагаемого источник аномалий, не казалась мне столь хорошей.

– Шторцена накрыла паника и, если бы я не отправил с ним наемника, парень мог бы натворить глупостей. Да и времени до захода солнца не оставалось, пришлось принимать тяжелое решение.

– А ты смелый, парень. Не у каждого бы хватило мужества в одиночку сунуться в самую сердцевину осиного гнезда. – Одобрительно хлопнул меня своей тяжеленной ладонью по плечу Олаф.

– Оставь его, Олаф, времени почти не осталось, солнце заходит, а наши группы еще не вернулись.

Я посмотрел в окно вестибюля и, к своему ужасу, обнаружил, что солнце еще только садится за горизонт. Красный диск медленно скрывался за далекими домами, освещая своими последним лучами землю. Как такое могло быть? Я совершенно точно видел в окне коридора, что солнце село.

– Илькар приди в себя. Что у тебя произошло? Духи не должны были появиться до захода солнца. – Мастер был взволнован.

Я коротко поведал историю своих злоключений, не забыв упомянуть слова девушки призрака с картины. Мой рассказ встретили в гробовом молчании. Во взглядах, бросаемых на меня, читалось недоверие и сомнения. И я их прекрасно понимал. Поверить в такое было сложно.

– Мальчик мой. Ты уверен, что тебе это не привиделось? Я понимаю, стресс и шоковое состояние, могли вызвать даже галлюцинации. – С сомнением в голосе сказал Ибрус.

– Уверяю вас, мастер. Такое не могло привидеться.

– Значит ты утверждаешь, что возле подвала артефакт показывал свыше девяносто процентов заражения некромагией? И при этом во всех остальных помещениях процент не превышал пятнадцати. Могу я взглянуть на прибор? – мастер протянул руку.

– Я оставил его там, у двери в подвал. – Покраснев сказал я. – Пришлось срочно уходить, ситуация была чрезвычайна.

– Ну разумеется. – Спокойно сказал мастер Ибрус. – Что скажешь об этой удивительно истории, Олаф?

– Вам виднее, мастер. Это вы специалист в области магии. Но мое мнение, парень не врет. Слишком уж связно звучат его слова со множеством подробностей. Такое весьма не просто выдумать.

– Да струсил он просто. – Влезла в разговор Жанна. – Струсил и сбежал, бросив прибор и оружие. Вы посмотрите на него, бледный как смерть, глаза бегают от страха. В штаны небось навалил и теперь придумал историю, чтобы оправдать себя. Всем известно, что призраки не могут появиться до захода солнца.

– Придержи язык, Жанна. Это как минимум неприлично обвинять в таком своего коллегу. Однако твоя история действительно выглядит весьма фантастически. Особенно тот момент, где датчик показывал свыше девяноста процентов. Чтобы ты знал, если процент заражения выше девяносто, то в доме находится как минимум полтергейст или лич. А я могу тебя уверить, что мои приборы, способные засечь даже песчинку на океанском дне, не обнаружили в доме заражения свыше тринадцати процентов.

Стоя в защитном круге и выслушивая пояснения от мастера, я действительно начинал сомневаться в произошедшем. Его слова звучали убедительно, мастер говорил со знанием дела и если бы я не столкнулся лично с духами и не видел бы своими глазами показания прибора я бы поверил ему.

– Мои товарищи до сих пор не вернулись. Как бы то ни было, солнце уже зашло. И если, как вы утверждаете, призраков на моем пути быть не должно было, то теперь они совершенно точно есть. Необходимо найти моих товарищей.

Ответить мастер не успел, боковая дверь распахнулась и в вестибюль вошла Аглая, а в след за ней, удерживающий на вытянутой руке посох наемник. Выглядели они помятыми, все перемазанные пылью и сажей.

Я бросился к девушке, подхватив ее под руки, помогая усесться за стол. Перепачканное копотью лицо, пыль в волосах и на одежде, руки покрытые мелкими царапинами. Аглая схватила со стола кувшин с водой, наполнив до краев стакан, залпом его осушила.

– Что у вас произошло? Где парень? – Между тем, допытывался мастер у наемника.

– Льер маг остался в западном крыле. Похоже, нам удалось обнаружить нечто весьма интересное. Вам стоит на это взглянуть мастер.

– Мы нашли источник, приманивающий призраков в особняк. – Сказала уставившаяся на горящую на столе свечу Аглая.

– Источник в западном крыле? Вы не путаете? Мои сканеры четко указывали, что источник находится в восточном крыле в подвале. – Удивленно переспросил Ибрус, протерев носовым платком вспотевший лоб.

– Льера права. В одной из комнат при осмотре счетчик у молодого мага стал фиксировать сильные выбросы некромагии. Заинтересовавшись, мы обнаружили в центре комнаты стол с выложенными на нем книжными листами.

– Наших с Араганом знаний достаточно, чтобы с точностью установить, что это и есть источник. Уверяю вас, фонит от этих листов некромагией. Мы пытались подойти к столу, но он будто бы окружен неким заклинанием, не позволяющим подойти к нему.

– Это очень интересно. Как я понимаю, ваш напарник остался рядом с источником?

– Да, мы с Араганом установили пару защитных заклинаний и начертили соляной круг. Так что он сейчас в относительной безопасности. Араган сам хотел вернуться и привести вас, но вокруг стали появляться духи и возвращаться в центральный корпус в одиночку стало небезопасно.

– Срочно отправляемся туда. – Возбужденно сказал Ибрус, бросившись собирать в сумку свои артефакты. – Нужно немедленно заблокировать источник в магически герметичном контейнере. Это остановит духов и позволит очистить от них дом.

– Мастер, вы забыли, что Шторцена и второго наемника до сих пор нет. И мы понятия не имеем, что с ними случилось. Они были гораздо ближе к центральному корпусу, чем я. И по всем расчетам должны были вернуться первыми. Но даже если их что-то задержало по пути – уже прошло немало времени, а их все нет. Необходимо срочно отправляться им на помощь.

– Дорогой мой мальчик, мы прибыли в этот особняк за источником. И только он мне нужен. Не знаю, что их задержало, но это не наши проблемы. Уверяю тебя, Визир Чез – опытный солдат, он вытащит Шторцена и пока мы будет разбираться с источником, дождется нас в вестибюле.

– Но мастер…

– Я все сказал! – Резко бросил Ибрус, зло глянув на меня. – У нас нет времени. Источник может самопроизвольно перемещаться по дому. Это единственное разумное объяснение, почему раньше мои сканеры указывали на подвал.

Однако внезапно на мою сторону встал Олаф. Подняв с пола свою сумку с вещами и закинув ее на плечо, он сказал, глядя на своего нанимателя.

– Илькар прав, мастер. Как вы верно заметили, Визир опытный солдат – в свое время он служил под моим началом и я хорошо его знаю. В подобной ситуации он должен был схватить Шторцена и привести его обратно в центральный корпус. И то, что их тут нет, вызывает не шуточное беспокойство.

– Что ты предлагаешь?

– Отправляйтесь с госпожой Аглаей к источнику. Инзарт вас сопроводит. Мы же с Илькаром отправимся в восточный корпус. Нужно срочно найти нашу потерю или оказать им помощь, если они в таковой нуждаются.

Скривившись, мастер лишь рукой махнул, показав, что согласен с выдвинутым предложением. И подхватив свои вещи, не оглядываясь, зашагал в сторону западного корпуса. Наемник отправился за ним.

– Береги себя, Иль. – Вставшая из-за стола Аглая, обняла меня и клюнула губами в щеку.

Выходящая поледеней из вестибюля Жанна, закрыла за собой массивные двери.

– Не переживай за них. Справятся. – Приободрил меня Олаф. – У нас с тобой куда более тяжелая задачка. Так что не будем медлить.

И, развернувшись, он заспешил в сторону коридора, ведущего в восточный корпус. Возвращаться в тот ужас из защищенного всевозможными средствами зала категорически не хотелось. Ноги не слушались и мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы переступить через порог и пойти вслед за охранником.

– Говоришь, они направились к веранде? – Задумчиво проговорил Олаф, внимательно следя за окружающей обстановкой.

– Когда мы разделились, они направились туда. Возможно, не дождавшись меня в условленном месте, они направились к подвалу.

– Сильно в этом сомневаюсь. Чез не отправился бы в столь опасную точку, имея за спиной балласт в виде Шторцена. Скорее, он вернулся бы в вестибюль и захватил подмогу. А так как этого не произошло, я могу предполагать самое худшее.

– Возможно, они попали в ловушку точно так же как и я. Если бы не универсальный ключ отмычка, я бы не выбрался от туда. Может быть они сейчас как раз сидят в одной из комнат.

– Вероятно, так и есть.

Однако тон, каким Олаф произнес эту фразу, был диаметрально противоположен его словам. Старый сержант не верил в это и я его прекрасно понимал. Шторцен, пусть и никудышный маг, но боевые заклинания в его арсенале присутствуют. Попади они в ловушку в запертой комнате, он бы смог вынести дверь. В конце концов, мы бы их услышали. Однако в доме стояла тишина. Слышен был лишь звук наших шагов, эхом отдающий от стен в полной тишине.

Мрачные темные коридоры сменяли один другим, глядя на нас темными провалами открытых дверей, за которыми клубилась кромешная тьма. Олаф будто бы этого не замечал, уверенно пробираясь сквозь густую завесу мрака. И лишь единожды остановился у очередного поворота, внимательно прислушиваясь и даже нюхая воздух.

– Веранда за этим поворотом. – Едва слышно прошептал ему я.

Олаф лишь кивнул, извлекая из ножен клинок, показывая рукой, чтобы я следовал за ним, держась за спиной. Медленным шагом он вышел в коридор, заканчивающийся выходом на веранду. Тут было гораздо больше света и можно было различить потрескавшуюся краску, облупившуюся со стен. Магические светильники под потолком, заросшие паутиной, обломки мебели и разорванные холсты картин развешанных по стенам.

Так же бесшумно мы продвигались вперед и уже через несколько метров перед нашими взглядами предстала веранда. Я ожидал увидеть пустое помещение, в крайнем случае со следами борьбы и применения боевых заклинаний. Но на веранде был человек. Не призрак, я узнал его сразу, не смотря на то, что он сидел к нам спиной в глубоком кресле. Это был сопровождавший нас наемник Визир Чез. Он сидел совершенно неподвижно, завернувшись в свой плащ и накинув на голову капюшон. Длинный посох с навершием, обмотанным серебряной нитью, лежал у него на коленях. Наемник придерживал его одной рукой.