Китан 4: Архипелаг забытых островов

Глава 1. Под белым флагом.

Шум волн, скрип весла, лязг цепи, шуршание паруса – эти звуки наполнили всю мою повседневную жизнь. Как и крики надсмотрщика и щелчки кнута, за которыми раздавались вскрики людей.

– И раз! Ровнее держи, сволочь! Весло – это тебе не женская ножка, его гладить не нужно! – Надрывался надсмотрщик, приправляя свою брать, ударами кнута. – Вы должны быть единым организмом, работать веслами, синхроннее, чем танцуют мальчики в облегающих гульфиках на праздниках благородных! Если из-за вас мы прибудем в порт даже на сутки позже, я попрошу у капитана и самолично высеку спину каждого из вас, до кровавых лохмотьев!!

Он прошел меж рядов лавок, за которыми сидели пристегнутые цепями рабы. С налитыми кровью от недосыпа глазами, он возвышался над каждым из бедолаг, поигрывая орудием наказания. Дойдя до конца, он от души стеганул по спине щуплого раба, и, сплюнув на днище, уселся на свой табурет.

– Зря старается. С той дерьмовой похлебкой, которую и пищей-то назвать язык не повернется, у людей попросту нет сил грести еще сильнее. – Повернувшись ко мне, тихо сказал сосед.

Тут он, конечно, был прав. Кормили корабельных рабов просто ужасно: рыбные потроха, разбавленные жиденькой похлебочкой, маленький сухарь хлеба и стакан воды в сутки. С таким рационом даже полностью здоровый мужчина уже через месяц столь адских условий, когда необходимо было прикладывать максимальные физические усилия, мог не выдержать. Большинство рабов выглядели как иссушенные скелеты, непонятно каким образом продолжавшие поднимать тяжеленные весла.

– Если рабам дать достаточно пищи и время для отдыха, в их головах обязательно станут бродить мысли о бунте и неповиновении. – Тяжело проронил я.

Сказал я это слишком громко и, испугавшись того, что мои слова могут долететь до ушей надсмотрщика, я обернулся, лягнув металлическим ошейником, к которому крепились звенья цепи. Нет, вроде пронесло. Пузатый ублюдок, отложив плеть, добивал свою порцию пищи, совершенно не обращая внимания на гребцов. Свою норму запугиваний и наказаний он уже исполнил и с чистой совестью приступил к трапезе. В ближайший час можно было немного расслабиться, не боясь, что за это тебя стеганут кожаным кнутом.

– Хе-хе. Ну ты и выдал, Китан! Бунт, неповиновение. Хе-хе, кхе-кхе. – Закашлялся в густую белую бороду мой сосед. – Да какое может быть, к демонам, неповиновение, когда мы за ноги и шеи, прикованы цепями к этому проклятому кораблю!

– Ключи у надсмотрщика. Рабов здесь много, если все…

– Тихо! – Старик огляделся по сторонам. – Тихо! Не болтай лишнего. Пару-тройку лун назад сидела здесь парочка отчаянных сорвиголов. Вроде как наемниками были с южного материка, прежде чем в рабство попасть. Они тоже бунт планировали, да рабов на него подбивали. Так сдали их! Другие рабы и сдали, за прибавку к питанию да место у передних весел. Тех двоих сперва исхлестали, так что лишь клоки кожи с них свисали, а после выбросили в открытый океан.

– Сурово. Но ведь рабов действительно много. Если захватить ключи да освободить всех, шанс есть.

– Нет шанса. – Опустил усталые глаза сосед. – Рабов много, но все они истощены до предела тяжелой физической работой и отсутствием питания. Многие морально сломлены и готовы лишь исполнять приказы надсмотрщика.

– Ладно-ладно, понял. Расскажи лучше о команде корабля. – Решил пока сменить тему я.

Как раз вышла подходящая минутка, так как барабанщик, стоящий у самого начала гребных лавок, и задающий ритм гребли, немного сбросил темп. Видимо, корабль поймал парусами попутный ветер и капитан решил дать рабам немного отдохнуть. Не из жалости. Нет. Просто в случае чего, если понадобится быстро убегать или догонять жертву, силы гребцов еще понадобятся.

– Команду? Хм. Ну да, тебя ведь принесли сюда без сознания. Хм. – Сосед пожевал бороду, расправляя уставшие плечи и работая затекшими пальцами. – Начнем с того, что корабль называется «Бурый Восход» и относится к классу «шахи». Корабли этого класса более других любят использовать пираты в здешних водах. Они отлично приспособлены к длительным океанским переходам, но при этом достаточно подвижны и неплохо вооружены для скоротечного боя. В общем идеальные суда для пиратов архипелага.

Тудум-тудум!

Барабан заиграл в более высоком ритме, и нам с соседом пришлось ускориться, быстрее работая веслом.

– Кхе-кхе. Что до команды. – Продолжил между тем старик. – Десятка два абордажной команды, десяток лучников-застрельщиов, расчеты двух скорпионов, ну тех орудий, что на палубе располагаются. Команда еще есть, ну всякие там рулевые, впередсмотрящие, я не силен в корабельных терминах, всех не знаю, но их еще десятка с два. Корабельный маг есть. По штату два или даже три положено, но у нас только один. Ах да, капитан еще – этот маг, правда, не знаю в каком он ранге. Но бакалавр, это точно. Ну и корабельные офицеры, разумеется. Боцман, шкипер, начальник орудий, командир абордажников, навигатор. Всех не упомню, но думаю, ты понял.

– С твоих слов вырисовывается не такая уж и большая команда. Нас примерно столько же будет.

– Тфу ты! Все о том же. – Косо глянул на меня сосед. – Забудь, выбрось эти бредовые мысли из головы. Бежать с корабля в открытом океане невозможно. А бунт… Часть перебьют, а для остальных это будет уроком. Да ты даже первый десяток подговорить на это дело не успеешь, как тебя сдадут, а затем повесят на рее. Гребцов здесь с полсотни, но мы не члены команды, мы рабы и дело наше – грести.

Старик отвернулся от меня, показывая, что разговор окончен. Я же тяжело вздохнул, закрыв глаза и машинально работая руками в заданном барабаном ритме.

Воспоминания, словно когти демона впивающиеся в мягкую плоть, пронзили мое сознание. Три недели как я находился на борту этого проклятого корабля. Почти месяц, как я попал в рабство и был прикован цепями к лавке, вынужден был изо дня в день, надрывая мышцы и спину, грести проклятое тяжеленное весло.

Гибель Клайва, Мишель, многих моих товарищей, болью отдалась в душе. Особенно гибель американца. Ведь пиратам мы попались по собственной глупости. Пройдя такой путь, пересекая кишащие тварями леса, выживая в схватках с зеленокожими гоблинами, так глупо и необдуманно попасться. Нас схватили, словно глупых куропаток, попавшихся в ловушку охотников. Причем, сами пираты эту самую ловушку и не выстраивали, удивившись этой случайной встрече не меньше, чем мы.

Очнулся я лишь спустя несколько суток. Голова раскалывалась, мышцы затекли от долгого пребывания в неудобной позе. Едва шевеля конечностями, я попытался подняться на ноги, но внезапно ощутил рывок, бросивший меня обратно на пол. Мне потребовалось долгих две минуты, чтобы понять, мои ноги и шея, были скованы металлическими обручами, к которым крепились цепи. Сам же я лежал на полу, в постоянно раскачивающейся комнате.

– Очнулся, дикарь?

Дверь открылась и в помещение вошел мужчина, одетый в серую, испачканную копотью ливрею. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы опознать мага. Не особо сильного, но все же мага.

– Ты понимаешь наш язык, раб? – Между тем поинтересовался маг.

Слово «раб», меня сильно зацепило, но я все же решил пока не качать права, особенно учитывая мое нынешнее плачевное состояние. Так что я просто кивнул, не сводя глаз с засуетившегося у столика мага. Тот же, возился с многочисленными склянками и хрустальными приборами, даже не бросая взгляда в мою сторону.

– Повезло тебе, раб. Когда матросы приволокли сюда твою тушку, я уж было подумал все, отмучался дикарь. Вывихи, переломы, треснувшие ребра, большая потеря крови. Да весь твой организм, словно наизнанку вывернули. Пришлось потратить много сил, манны и дорогостоящих лекарств, чтобы поставить тебя на ноги. Если бы не дефицит рабов, которых мы так и не смогли захватить в этом походе, я бы с тобой и возиться не стал. Выбросили бы твою тушку в воду и дело с концом.

Долго возиться со мной корабельный маг не стал. Убедившись в том, что чувствую я себя более-менее сносно, он кликнул надзирателя и пару матросов, которые отконвоировали меня в соседнее помещение, ну или нижний трюм, где за вбитыми в днище корабля лавками сидели многочисленные гребцы.

Первые дни выдались самыми тяжелыми. Организм еще не успел оправиться от полученных травм, когда на него взвалили новую физическую нагрузку. А нагрузка была такая, что в первые дни моя спина была буквально сплошь покрыта рубцами от прилетающих ударов кнута. Надзирателю явно не нравилось как новый раб старался в любой удобный момент, немного передохнуть да дать возможность отдохнуть уставшим мышцам. Удары следовали один за другим, кнут свистел, высекая кровавые полосы на моей спине.

– Работай, раб, солнце еще высоко! – Обнажив гнилые зубы в усмешке, пророкотал надзиратель. – Таких дерзких как ты, я быстро ломаю. Седмица-другая и будешь мне ноги целовать ради лишнего куска хлеба. А еще раз посмотришь на меня так косо, я привяжу тебя к столбу и буду стегать, пока кожа лохмотьями не слезет!

Пусть я и был скован цепями, тело ломило, а источник был пуст и искорежен, не позволяя применить даже малейшее магическое усилие, пропускать такие слова я не собирался. Плевать, кем себя возомнил этот пузатый ублюдок, но я собирался продать свою жизнь подороже. Во всяком случае, примерять на себя участь раба я точно не собирался. Именно в тот момент, когда я уже собирался повиснуть на спине уходящего надсмотрщика, чьи-то сильные пальцы, словно когти грифа, впились в плечи.

– Тихо, парень. Спокойнее. Если ты хочешь дожить до старости, то вырабатывай в себе терпение и смекалку. – Прозвучал у меня над ухом тихий старческий голос. – Терпение поможет пережить самые суровые времена, а смекалка не позволит в них вступить. Словно в кучу навоза.

Так я и познакомился со своим соседом по лавке и гребле этим проклятым веслом. Лагрим был невысоким мужчиной, с болезненно белой кожей, и потускневшими голубыми глазами. Из-за долгого пребывания в темном помещении, где отсутствовал солнечный свет, его легко можно было спутать с призраком. Особенно, учитывая его длинную седую бороду и выступающий сквозь тонкую без малейшей капли жира кожу, скелет.

Лагрим не только спас меня в тот момент, но и на все ближайшее время стал моим близким другом и наставником. Он не был магом, и в этом плане ничего не мог дать. Но прежде, чем попасть в рабство, старик полжизни провел, преподавая в Сгарском университете. Он стал тем самым ключом, что открыл мне двери познания в новый мир. За то время, что мы провели, вращая веслом, он поведал мне об истории различных стран, посвятил в геополитику, объяснил структуру построения общества в различных уголках мира, и рассказал о взаимоотношениях между различными классами общества.

Лагрим оказался для меня самым настоящим кладезем информации и я был готов днями и часами слушать его рассказы и объяснения о различных событиях, происходивших в истории той или иной страны. Все это было для меня ново и я, словно губка, впитывал себя знания, которыми делился сосед. Пусть я и был прикован цепями, пусть находился в незавидном положении раба, но знания о внешнем мире, попросту не могут быть лишними.

Да и надолго задерживаться в рабстве я, разумеется, не собирался. Стоило только восстановить свой источник, собрать силы и дождаться подходящего момента. Но сейчас об этом можно было лишь мечтать, ведь искореженный, искалеченный источник восстанавливался удручающе медленными темпами. Даже в тот раз, после предательства Аган, когда я едва не выжег себя изнутри, источник силы восстановился куда быстрее. Всего через неделю, я уже мог использовать простейшие заклинания, через две, он почти приобрел свою обычную яркость. Но в этот раз, все было не столь радужно. Прошло уже больше трех недель, а все, на что я был способен – это зажечь крошечную искорку на кончике пальца. Да и то, на это уходили все силы, что я копил в течение дня.

К счастью, когда мое бессознательное тело принесли к корабельному магу, источник находился в столь плачевном состоянии, что был совершенно не виден постороннему наблюдателю. Если бы пираты знали что за веслами у них сидит маг, то со мной, поступили бы совершенно по-другому. С каждым днем, когда источник постепенно возвращался в норму, я все больше опасался, что маг заметит всполохи силы у себя под носом. Пока высшие силы меня миловали, и корабельный маг был занят куда более важными делами, чем приглядываться магическим зрением к рабам. Но сколько еще будет длиться подобная удача – я не знал.

– Знаешь, Китан, Архипелаг забытых островов или как его называют в народе, пиратский архипелаг – это удивительное природное и историческое явление. В прошлом, кхе-кхе. Когда великие империи соперничали между собой за укрепление сфер влияния и расширение колоний на восточном материке, эти острова играли важнейшую роль в торговых и военных маршрутах. Именно через них проходили важнейшие логистические коридоры, происходили переброски войск и товаров. Да-да, самые крупные тамошние города изначально закладывались переселенцами из окраин империй. Это сейчас там выросли пиратские порты, не дающие покоя торговым судам, пересекающим океаны. А раньше весь архипелаг был поделен между империями и еще несколькими крупными королевствами, участвовавшими в колонизации. Они выстраивали первые гавани, возводили дома и укрепления. Позже паромные и лодочные переправы между островами. Налаживали верфи и запускали кораблестроение.

Лагрим мог говорить бесконечно, в красках и с восторгом смакуя каждый момент истории, в подробностях превознося то или иное событие. Я же, навострив уши, старался уловить и запомнить каждое его слово, попеременно оглядываясь через плечо и подмечая, не подобрался ли к нам надзиратель. На общение между рабами был наложен строгий запрет и, пойманные за подобным, легко могли быть высечены пузаном, а после засажены по разным местам, дабы исключить возникновение новых разговоров. К счастью для нас, шума в трюме было предостаточно, так что тихий монолог старика, не долетал до лишних ушей. Скрип весел, монотонный бой барабана, шум волн, свист паруса, кашель, лязг цепей – все это создавало целую какофонию звуков, за которой мы могли скрывать свои перешептывания.

– История – это интересно, Лагрим, но раз уж мы плывем на этот архипелаг, может, расскажешь мне о его современном устройстве? – Тихо попросил я. – В первую очередь меня интересует главное – это единое государственное образование? Как там с законами, и какие порядки?

– Боги милостивые! Да о каком единстве и законах ты говоришь, когда речь заходит о пиратах. Это ведь преступники: беглые каторжники, убийцы да насильники – самые натуральные отбросы общества, связавшие свою жизнь с морским разбоем. На архипелаге множество различных пиратских кланов и островов, в укромных бухтах которых, они скрывают и ремонтируют свои суда, готовясь к новым рейдам. Обычно это крошечные островки, на которых есть одно-два маленьких поселения. Закон… закон в таких поселениях устанавливается и поддерживается самими пиратами. Так что он не только разнится от поселения к поселению, но и легко может игнорироваться. Особенно если кланы начнут междоусобную разборку или решат, что их ущемили в доле добычи.

Старик замолчал и мы, опустив головы, стали грести быстрее. Проходящий мимо надсмотрщик, лишь окинул нас злым взглядом, а секунду спустя уже стегал по спине впередисидящего раба, который, по его мнению, прикладывал не достаточно усилий.

– Подобных пиратских кланов на островах, как блох на бродячей собаке. Порой они объединяются и заключают альянсы ради грабежа особо зубастой добычи. Затем подобные союзы быстро распадаются, а вчерашние союзники, без зазрения совести, режут друг друга почем зря. Другое дело обстоит в крупных городах. На архипелаге их всего три и контролируют их самые крупные пиратские обледенения. Вот там действительно царит закон и порядок. Назначенные управляющие, наводят порядок и поддерживают соблюдение правил, которым должны следовать все без исключения. Это действительно крупные города, со множеством жителей, защитными бастионами и городской стражей. Там крупные порты и верфи, где можно капитально отремонтировать свое судно или заказать новое. Рынки, банки, всевозможные лавки, торговые союзы и ростовщики со всего мира. Именно там пираты сбывают наворованное добро, после чего прокучивают заработанные деньги.

– А торговцы не боятся соваться на пиратские острова?

– Чего им бояться? Прежде всего, они покупают защитную грамоту у одного из пиратских кланов. Таких торговцев запрещено трогать, чем те, собственно говоря, и пользуются, выкупая здесь нужные товары и продавая их на материке. Я тебе даже больше скажу: отдельные страны находятся с пиратскими кланами в добрых отношениях.

– И мы плывем в один из таких городов? – Поинтересовался я.

– Хе-хе. Сперва, зайдем в клановый порт, ну а дальше, обязательно посетим город Мирдам. Особо добычи в плаванье не было, но матросы устали и желают отдохнуть. Да и капитану нужно пополнить припасы перед новым рейдом. Но если ты решил посмотреть город – забудь. Мы – рабы, и дальше этого трюма нас не пустят. На землю сходит только команда.

Старик говорил еще долго, в красках расписывая взаимоотношения тамошних жителей, купцов и пиратов. Я же глубоко задумался, слушая его вполуха. В сущности, для меня из того положения раба, в котором я оказался, был всего один выход. Пытаться бежать сейчас, было попросту некуда, поскольку вокруг океан и бескрайняя голубая водная гладь. А значит, лишь на земле у меня появится, пусть и не большая, но все же возможность бежать из рабства. Конечно, все зависело от скорости восстановления моего источника, ведь без магии шансов покинуть этот трюм я не видел. И вот как раз здесь дела обстояли далеко не самым лучшим образом. Источник восстанавливался столь удручающе медленно, что впору было хвататься за голову. С другой стороны – была небольшая надежда, что преодолев определенную грань исцеления, источник станет восстанавливаться гораздо быстрее. Но это были лишь мои домыслы, которые оставляли немалую почву для волнения.

– С дороги!

Раздавшийся крик заставил меня вздрогнуть, а сидящих рядом рабов, боязливо сжаться, вращая головами в ожидании наказания. Но ударов не последовало, ведь крик здоровенного лысого детины был направлен вовсе не на гребцов, а на пузатого надсмотрщика, зазевавшегося и не успевшего уступить дорогу. Лысый откинул пузана со своей дороги, словно безвольную, невесомую куклу и, как ни в чем не бывало, рванул дальше меж лавок, к задней комнате.

– Интересно, это на кой помощнику капитана так срочно наш маг понадобился? – Задумчиво протянул старик. – Чую, грядут неприятности.

– Работать, сволочи!

Надрываясь, орал толстяк, безостановочно нанося удары кнутом, вымещая свою злость на неспособных дать ему отпор рабах. Его красное лицо обливалось потом, зубы были сжаты, а тройной подбородок, подпрыгивал, складываясь гармошкой при каждом движении. Не будь на мне сейчас кандалов, я бы с превеликой радостью объяснил этому выродку рода человеческого, почему так делать не стоит. Но нет. Не сейчас. Старик был прав, всему свое время. В этот миг я дал себе клятву, если выберусь из этой переделки, то любым способом найду пузатого, и закончу наше неприятное знакомство.

– Правый борт, поднять весла! Левый борт, ускориться! Барабанщик, усилить темп! – Выйдя из комнаты, отдал приказ Лысый. И уже повернувшись назад, добавил. – Почтенный Но-аш, запускайте уже свою проклятую машину. Времени совершенно не осталось. Вокруг туман и впередсмотрящий заметил их лишь сейчас. Капитан приказал запустить двигатель в ближайшие пять минок, так что вы уж постарайтесь.

С этими словами лысый быстрым шагом пересек трюм и, громыхая сапогами, скрылся на лестнице. Гребцам было не до того, они изо всех сил, старались выполнить приказ, подстроившись под новый ритм барабана. Надсмотрщик вновь свирепствовал, стараясь выжать из уставших и изможденных рабов последние соки.

– Что происходит? – Шепнул я Лагриму.

– Одно из двух: либо мы заметили подходящую цель и готовимся к погоне, либо совсем неподходящая цель заметила нас, и мы готовимся драпать. – Хихикнул старик. К счастью, занятой поркой пузан его не услышал.

– А двигатель? Тот лысый сказал магу, чтобы он двигатель запустил, я сам слышал.

– Конечно, на корабле есть двигатель. Это такое устройство, толкающее корабль вперед по воде с внушительной скоростью.

– Я знаю что такое двигатель. – Шикнул на пустившегося в объяснения старика, я. – Меня интересует, на кой чёрт мы гребем эти треклятые весла, раз на корабле есть как парус, так и двигатель?!

– Ха-ха, кхе-кхе. Ты поражаешь меня знаниями в одной области, и их полным отсутствием в другой. Порой мне кажется, что ты из благородных, ведь у тебя чистая и хорошо поставленная речь, но ты не знаешь столь простых истин, которые знает даже ребенок!

Старик замолчал, дожидаясь пока надсмотрщик пройдет мимо, наседая на очередного бедолагу в переднем ряду. Пожевав бороду, он продолжил.

– Сам по себе двигатель – это не роскошь. Почти все капитаны устанавливают его на свои суда. Роскошь – это постоянно заправлять его. Ведь кристаллы-накопители корабельных двигателей могут заряжать лишь маги воды. Стоит это баснословных денег, да и зарядка проводится сразу двумя-тремя магами в течение седмицы. Ну, время, конечно, варьируется, в зависимости от силы мага, но думаю, ты понял. Так что капитанам проще содержать полсотни гребцов-рабов, чем расходовать драгоценную манну на обычный путь. Само устройство включают только в тех случаях, когда нужно догнать особо шустрого торговца. Ну, или убежать от особо ретивого конкурента, или патрульного корабля.

В следующий миг раздался оглушительный грохот, а затем свист пролетаемого снаряда и шипение воды. В ответ с нашего корабля раздалось сразу два взрыва и ответные «подарки» удалились в сторону противника.

«Морская романтика, чтоб ее черти взяли!». – Подумал я, активнее работая веслом.

Глава 2. Город пиратов.

– Эта проклятая жара доконает меня быстрее, чем гребля этим демоновым веслом и отсутствие нормальной пищи!

Логрим потянулся и его старые кости громко хрустнули. Мне было больно смотреть на своего соседа. По сути, он превратился в иссушенный скелет, в котором по непонятным причинам, все еще теплилась жизнь. Если бы не очевидные доказательства обратного, я бы предположил, что он был мертвяком, поднятым опытным некромантом. Конечно же, все рабы выглядели не лучшим образом. Особенно те из них, кто провел за веслами не один год. Но старик был исключением даже из этого правила.

Частенько захаживающие в наш трюм по своим делам матросы, из раза в раз спорили, делая ставки на то, сколько еще протянет мой сосед. Из их разговоров я понял, что многие уже расстались со своими деньгами, уверенные, что прожить он долго не сможет. Но к их безумной печали, Логрим все еще был жив и сейчас, сидя рядом со мной, самозабвенно гонял вокруг себя мух и комаров. Мелкие кровососущие паразиты заполнили наш отсек корабля, когда мы еще только подходили к берегу. И теперь, жужжа, словно насмехаясь над неразумными людьми, комарье устраивало себе самый настоящий кровавый пир. Одетым в одни набедренные повязки, прикованным к лавкам рабам, было не просто отбиваться от роя кровососущих паразитов, желавших воткнуть свои жала в исхудавшую плоть невольников.

– Проклятые паразиты! Больше мошкорья, чем на этих островах я встречал лишь на эльдорских болотах в южных провинциях империи. – Пожаловался старик, хлопком убивая очередного кровососущего гада.

– Да плевать я хотел на комаров. Не понимаю, почему ты так спокоен, когда корабль, вот уже двое суток стоит в этом проклятом порту. – Зло прошептал я. – Ты вообще уверен, что капитан решит зайти в Мирздан, прежде чем выйти в новый рейд?

– Уверен. – Безмятежно отозвался сосед. – Нынешний рейд был совсем неудачен в плане добычи. Капитану нужно объясниться перед своими союзниками по альянсу. Да еще пережить голосование, ведь за место неудачливого лидера будет разворачиваться самая настоящая битва.

– А если…

– Никаких если! – Отрезал старик, косясь на других рабов, сидящих неподалеку. – Сегодня-затра корабль пойдет в Мирздам. Команде нужно отдохнуть и пополнить запасы продовольствия. Здесь это сделать не выйдет.

Логрим молчал несколько минут, задумчиво глядя в потолок и жуя свою бороду. Наконец, он вздохнул, сложив на груди руки, прислонился спиной к веслу. Его помутневшие глаза уставились на меня, словно желая прочитать мысли.

– Не переживай, Китан. У тебя появится возможность бежать с этого треклятого корабля. И появится она в самое ближайшее время. Просто действуй, согласно нашему плану. Поверь, я здесь уже пять долгих лет и за это время продумал план побега до мелочей.