Русалочий плес

Схватив ружье, я не задумываясь бросился вверх по склону. Взлетев на него, я резко развернулся, вскинув ружье. Но ни погони, ни русалки на прежнем месте уже не было.

Не опуская оружия, я все также пятясь и натыкаясь на кусты, направился к ребятам. Руки тряслись так, что даже если бы русалка напала, шанс что я сумел бы попасть в нее равнялся нулю.

На плечо мне упала чья-то ладонь. Вскрикнув, я обернулся.

- Эй, полегче. – проворчал Никита, отодвигая от себя ствол моего ружья. – Ты чего бледный какой? Блевал чтоль?

- Нежный какой! – хохотнул Ахтим, мотая у меня перед носом холщовую сумку, из которой сочилась кровь. – Голова тут. Идем домой.

Я что-то промычал и двинулся за ними. Дорога назад была скорой, но я шел сам не свой, постоянно озираясь и вздрагивая от каждого шороха. Все сказки и байки разом стали явью. Я словно оказался в страшных рассказах Михалыча. Теперь это была уже не далекая и призрачная угроза и старое проклятие, а явь.

Я чувствовал ее присутствие. Она шла за нами невидимой тенью, скрываясь над головами в листве или скользила в высокой траве. Упавшая веточка, скрип осоки в овражке, внезапно налетевший запах тины среди сухого ельника – все указывало на ее присутствие.

Мои спутники, однако, ничего не замечали, громко и весело болтая на весь лес. Я же едва шел, молясь всевозможным богам, чтобы мы дошли до деревни. Ноги болели от непривычки, живот крутило и уже дико хотелось есть.

Ноги моей больше в лесу не будет никогда!