Меня нужно купить

В один момент моя судьба изменилась. Звёзды, словно наугад подброшенные монетки, предсказывали мне гибель. Каждый мой шаг мог привести к краю пропасти, с которой так легко сорваться вниз, в неизмеримую бездну. Я шагала по тонкому мосту через океан мятежных страстей.

Любая мелочь могла как привести меня к огромному счастью, так и перечеркнуть само моё существование. Отражения моих личностей сменяли друг друга, и я не знала, какой вариант мне выбрать. Да и выбирала по сути не я. Сама судьба тасовала карты, и я не была уверена, что смогу выиграть в этом неравном поединке.

Меня больше нет… Лишь множество отражений сражаются за место под солнцем, чтобы стать реальностью. Меня уничтожали, истязали, меняли. Каждую секунду существования. Я играла в игру, правила которой были мне неизвестны.

В этот день все звёзды стояли неправильно, и каждый мой поступок мог привести к гибели, словно шагаешь по тонкому мосту через бушующий океан страстей.

Иногда самая незначительная мелочь способна изменить нашу жизнь и нас самих на долгие годы. Изменить полностью, заменить одну личность другой.

Андрей в корне изменил меня.

Он меня изменил, исковеркал, уничтожил.

Меня больше нет…

Танюха буквально висела на мне, умоляя придти на день рождения. Она говорила, что будет классно и весело, и что нам, красивым девушкам, полезно иногда "оторваться". Не то, чтобы она была моей подругой, но я невольно взяла над ней шефство, так как нас посадили рядом на курсах администраторов зала.

Её безграничная тупость поистине умиляла. Для этой девушки калькулятор был очень сложной техникой, и она свято верила в то, что чтение портит внешность, так как от этого появляются морщины.

Она казалась выходцем из любых мужских анекдотов про типичную глупенькую блондиночку. Впрочем, она выглядела, как гламурный ангел: синие глаза (она носила цветные линзы), крашенные в белый цвет волосы, очень красивое лицо и тоненькая, хрупкая фигурка.

Мне она казалась совершенно безобидной, и втайне я считала её умственно-отсталой. А юродивым отказывать грешно.

День рожденья полностью оправдал мои ожидания: был скучным, нарочито гламурным и бесконечно длинным, да ещё и девичником. Подруги Тани оправдывали поговорку: скажи, кто твой друг, и я скажу, кто ты.

Их разговоры сводились к подробностям их былых пьянок, перепихонам и количеству травы, которую они выкурили.

С горя я начала пить ненавистный коньяк. Я смотрела в окно на постепенно загорающиеся окна соседних домов и думала, как бы так понезаметнее уйти.

Единственный человек, кого я знала, была сама именинница, которая исполняла работу официанта и повара, гоняя на кухню, как бешеная стрекоза.

И тут раздался звонок в дверь – Таня завизжала, и послышались мужские голоса. Вялая женская компания мигом оживилась и помчалась туда же.

Вскоре в комнате появилась Таня, с трудом тащившая за собой двух упирающихся парней. Один из них шустро уселся возле меня, отсадив оттуда Таню, убрав её тарелку на противоположный конец стола.

Другие девочки отчаянно пытались привлечь его внимание.

– Андрей, ты меня помнишь? – упорно скандировала хорошенькая брюнетка Ксюша. – Отсядь от Оксаны, и вообще, ты ведь не любишь таких слащавых блондинок.

Парень повернулся в её сторону и небрежно бросил:

– Единственное, чего я не люблю в девушках, это наглости и навязчивости. Отстань, а?

Ксюша не расстроилась, а захихикала, восприняв это как комплимент.

– Андрюша, не разочаровывай меня, я о тебе совсем другое слышала, – сказала она, прищурив глаза.

– Не трогай моего братика, – влезла в разговор Таня, присев на колени к Андрею и целуя его в щёчку.

Какая-то рыжая девица с огромными оголёнными буферами, вскочила, громко включила музыку и сказала, угрожающе двигая могучими бёдрами:

– Давайте будем танцевать!

– Да какие танцы, давайте лучше курнём! – предложил второй парень.

– О, как чудесно! – обрадовалась компания. По кругу пошли сигаретки с травой. Я была в таком горе, что решила: либо я курну, либо попаду в дурдом.

Андрей выхватил у меня сигаретку и прокомментировал:

– Я очень хочу попробовать вкус твоих губ, хотя бы так. Пока что! – с нажимом подчеркнул он.

После травы унылую компанию было не узнать: все смеялись и любили друг друга. Андрей меня, по-моему, даже слишком.

Так как на все его авансы я вела себя, как дохлая устрица, то та рыжая девка тут же его у меня выхватила и уволокла на балкон.

Мы устроили такой крик, что к нам зашли в гости соседи, явно не с намерением поздравить Танюшку. Именинница снова повисла на мне и начала канючить:

– Оксаночка, ты же мне поможешь. Ты ведь не бросишь меня среди этой горы грязной посуды!

Андрей в обнимку с рыжей и в компании всех остальных девиц направился к выходу, многозначительно сказав Тане:

– Я ухожу, и есть вероятность того, что я не вернусь ночевать. Он даже не глянул в мою сторону.

«Вот дрянь!» – подумала я, расстроившись.

Я убирала, проклиная свою нерешительность, глупую застенчивость, джинсы. Думала, что могла бы одеться более ярко, моя фигура это вполне позволяет.

Таня решила вообще увильнуть от уборки и снова заканючила:

– Мне надо закурить, я пойду за сигаретками.

Я повернулась от раковины:

– Если ты уйдёшь, я тебя прибью. У тебя совесть есть? Я мою ТВОЮ посуду, а ты собираешься слинять. Кому это надо, в конце концов?

– Ладненько, я быстренько, – промяукала Танюша, натягивая стильную розовенькую курточку.

Хлопнула дверь. Я осталась одна. Ночью, в чужой квартире. В компании грязных тарелок. Определённо, мне везёт. Я со злостью швырнула кухонную мочалку в стену.

– Что ж ты так слабо? – ухмыльнулся Андрей, вырисовываясь в дверном проёме, – нужно тарелку швырять как минимум.

– Ты вроде собирался заночевать в приятной рыжей компании. Выгнали? – посочувствовала я.

Андрей стряхнул снежинки с воротника.

– Предпочитаю златокудрую компанию, – пробежав взглядом по моему телу, добавил он.

– Размечтался! – высокомерно ответила я.

– Отчего же так? Я тебе не нравлюсь? Может, кофе попьём? – он подошёл ко мне почти вплотную.

– Потому что. Нет. Да, – поочерёдно ответила я на все его вопросы.

К моему удивлению, он понял меня (мы ведь вместе курили!) и принялся готовить кофе.

– Какой ты пьёшь?

– Крепкий и очень сладкий.

– Представляю, какая ты в постели.

– Ого! – сказала Таня, – ну у вас и разговор.

Мы даже не заметили, как она появилась на кухне.

– Ты вроде собрался с Алкой ночевать! – продолжала появившаяся сестричка.

– Какие вы наивные, – ответил он, ухмыляясь и бесстыже заглядывая в вырез моей кофточки.

– Таня, ты спать хочешь? – поинтересовался он.

– С кем? – в ответ поинтересовалась она.

Андрей вытолкал её из кухни и со вздохом облегчения закрыл за ней дверь.

Тут мы услышали звонок в дверь. К нам ввалился Игорь в обнимку с Таней.

– Я тут ждал маршрутку, а её нет, – растеряно лепетал он.

– Может, потому что три часа ночи, придурок? – разозлился Андрей.

– Да ладно, зато мне будет с кем спать! – и Таня радостно уволокла его с собой.

– Ну, что, красавица, здесь или у меня в комнате?

Я удивленно приподняла брови.

– А ты думаешь, у тебя есть какие-то варианты выбора?

ГЛАВА 2

Я проснулась с жуткой головной болью и огромным провалом в памяти.

Открыв глаза, я увидела нависающее надо мной лицо Андрея. Я вскрикнула. Он, конечно, симпатичный парень, но…

– Ксюш, ты чего? Я тебе кофе принёс, а ты кричишь! – обиделся он. Парень услужливо протянул мне маленькую фарфоровую чашечку.

Я попыталась приподняться и поморщилась.

– Убей меня! – с чувством попросила я.

– Ну, зачем же так? У меня совсем другие планы на тебя, красавица. – Его взгляд скользнул куда-то в район моих бёдер.

Если бы я могла, я бы покраснела.

С трудом взяв чашечку, я начала вливать в себя горькое пойло.

"Кофе он готовить не умеет, – с грустью подумала я. – И это явно не единственный его недостаток".

– Кстати, тебе тут какая-то Анечка звонила, я с ней немного пообщался. Такая милая, – Андрей протянул мне мобильный.

Я недоуменно покрутила мобилку, не в состоянии придумать, что с ней делать. В голове стучали отбойные молотки: я курила травку в первый и последний раз в жизни.

– С тобой так приятно спать, ты так хорошо пахнешь, – говорил он. – И всё время стараешься прижаться ко мне поближе, – продолжал он, мечтательно улыбаясь.

Я перебила его россказни:

– А больше никто не звонил?

– Ну, ещё разгневанные родители. Что-то кричали, когда я взял твой телефон и сказал, что ты спишь, – безразлично ответил он.

И в него полетела диванная подушка. Не без моей помощи, конечно.

ГЛАВА 3

К сожалению, имея от природы не только светлые волосы, но и светлый ум, я понимала, что Андрей мне не позвонит. Во-первых, он молодой и красивый. Во-вторых, разбалованный мажор (об этом я наслышана от Тани). А в-третьих, он мне не обещал звонить, и вообще, если на то пошло, у него и номера моего-то нет.

Но всё равно я с надеждой смотрела на телефонный аппарат. Андрей мне понравился, как никто и никогда прежде.

Я так зациклилась на Андрее, что была рада отвлекающему маневру в виде моей подруги Ани, которая завалилась в гости, как обычно, без приглашения. Это была классически красивая блондинка с зелёными глазами. Красота Ани, к её сожалению, была настолько правильной, что становилось неинтересно, словно какая-то математическая формула, в подлинности которой никто не сомневается, поэтому никто не пытается её разгадать.

Судьба Ани начиналась трагически: молодые родители (папе – 16, маме – 15), на 6 лет оставили её в страшной глухомани у бабушки. В этом жутком селе не было ни одной машины, ни единого магазина, не говоря уже о каких-то развлечениях. Бабушка была безумной, поэтому в доме не было книг. К тому же, суеверие мешало старухе завести электричество. Так что автоматически отпадали: холодильник, телевизор и прочая современная техника.

Они топили дровами, а освещали дом свечами.

Единственная причина, почему родители Аню всё-таки забрали, заключалась в том, что ребёнку нужно было ходить в школу. В столице её никто не ждал: двадцатилетняя мамаша занималась своей красотой, а папа ушёл в бизнес.

Аню подобрали «добрые» сектанты, и девочка ходила проповедовать и продавать книги. Единственные убеждения девочки строились на дремучих суевериях бабушки и бреднях, которыми «кормили» свою паству проповедники. Аня боялась сказать о ком-то плохое слово, естественно, не имела негативных привычек и даже парня.

Секта была интересной: они постоянно ожидали Судного дня, во время которого выживут лишь кристально чистые люди, поэтому Аня старалась быть идеальной.

Мы с ней решили прогуляться возле озера. Я красочно рассказывала об Андре.

Аня изрекла два тезиса. Первое, что: «Если Богу угодно, то мы будем с ним безумно счастливы». Второе: «Что если я предполагаю в этом человеке возможность своего грехопадения, то нужно с ним немедленно рвать, ибо в этом – козни Сатаны».

Так как Анюта сама себе противоречила, я не знала, что и думать. С горя решила позвонить Тане. Для меня она являлась единственным источником информации о милом моему сердцу Андрее.

Трубку взял какой-то молодой человек. Почему-то на английском языке он сообщил мне, что Таня ещё спит. «Боже, до чего они напились!» – ужаснулась я.

Информацию я с него не «выбила», и осталась в расстроенных чувствах. Мне казалось, что любовь всей моей жизни прошла мимо меня.

Я чуть ли не плакала, а Аня утешала меня притчами о Добром Самаритянине.

Когда я вернулась домой, то с ужасом узнала, что, пока я гуляла с Аней и пыталась дозвониться Тане, мне оказывается, на домашний номер звонил какой-то мальчик. Я чуть не упала в обморок от горя, мне хотелось повернуть время вспять. Следуя женской логике, я во всех несчастьях обвиняла Аню с Таней.

Уже поздно вечером, когда я потеряла последнюю надежду на его звонок, раздалась трель телефона.

Это был ОН.

– Привет, ты меня помнишь? – издевался Андрей.

– Ну, да, – взяв себя в руки, небрежно ответила я. – Наверное, ты Андрей.

Парень скромно согласился с моим логическим выводом.

Он поинтересовался, не болит ли у меня голова. Потом повисла неловкая пауза.

– Ну, пока, – прервала я наступившую тишину.

В его голосе прорезался испуг:

– Ну, что ты! Давай увидимся как-нибудь.

Я по непонятной причине, следуя той же женской логике, тут же перехотела его видеть.

И я начала «лепить» отмазки: «Я устала, погода ужасная, мне завтра рано на работу…»

И он решил меня обмануть:

– Ксюш, но я всё равно возле твоего дома, выходи, или я к тебе сам поднимусь.

Теперь испугалась я, представив, что я предстану перед ним без косметики и с не расчёсанными волосами.

– Ну, мне же нужно привести себя в порядок!

– Хорошо, сколько тебе нужно времени? – он засмеялся.

– Где-то около часа, – несмело сказала я.

– Хорошо, выезжаю, – ответил он, и я поняла, что он ещё у себя дома.

Мы посмеялись, и напряжение неловкого разговора было снято.

ГЛАВА 4

Мы встретились, с ним было удивительно легко. Странно, общаешься с человеком впервые и чувствуешь абсолютную лёгкость и раскованность. Словно окунаешься в детство, становишься ребёнком. Купаешься в бесконечном восхищении его взгляда.

Нас притягивало друг к другу, и мы не представляли, как раньше могли жить врозь.

На его воротнике таяли снежинки, он поправил капюшон, соскользнувший с моих волос: «Не мёрзни, лапочка».

Мы оказались очень близко друг к другу, он улыбнулся, погладил меня по щеке – и мы застыли во времени.

Мы стояли долго, и я думала о том, что это мгновенье – самое прекрасное в моей жизни.

Первая драгоценность, как мне тогда казалось, которую я нанизывала на нить будущего ожерелья своей судьбы.

Я возвращалась домой и, засмотревшись на своё отражение в зеркале лифта, искала недостатки, размышляя, почему он так меня и не поцеловал. Он просто прошептал мне на ушко: «Спокойно ночи». Я же знала, какой он бабник! А тут он даже не взял меня за руку!!!

***

Через несколько дней я сидела дома у Тани. Андрей был на занятиях, а белокурая красотка в коротких розовых шортиках с умильным видом красила ногти. После моего рассказа она широко распахнула синие глаза (Она когда-нибудь снимает линзы?!) и пробормотала: «Ты уверена, что это был мой брат? Насколько я знаю Андрея, ты бы через пять минут лежала бы уже под ним с раздвинутыми ногами!»

Аня, которую я не так давно познакомила с Таней, тихо сидевшая в уголке, робко подала голос:

– Ну, может у него к тебе какой-то другой интерес?

Таня засмеялась, чуть не пролив на себя лак.

– Оксана, Андрюша случайно не просил тебя освободить квартиру на полчасика, чтобы он туда Аллочку привёл?! Хотя нет, может его планы заходят дальше? Например, он на тебе женится, убьёт и продаст твою квартиру вместе с родителями и купит венок с надписью: «Умерла Ксюша, горюет Андрюша!»

А тут, как чёртик из табакерки, в кухню тихо прокрался Андрей, затем поаплодировал со словами:

– Да, Таня, запах этого лака разгладил твою последнюю извилину!

Аня почему-то покраснела и с интересом уставилась на красивого блондина.

– Ты Андрей? – блеснула она гениальностью.

– А ты блондинка? – сыронизировал он.

Затем замахал руками, скривился, схватил меня за руку и потащил в коридор с словами: – Оставим этих Эйнштейнов нюхать эту отраву!

Мы оказались у него в комнате. Андрей развалился в кресле, а я с интересом рассматривала корешки книг – это были учебники, которые он явно не открывал с момента получения их в библиотеке. Я старалась не поглядывать на кровать.

Андрей улыбнулся и заговорил:

– Знаешь, есть такая замечательная игра: раздень её взглядом, и я думаю, насколько далеко заведёт меня фантазия.

– На стриптиз не надейся! – быстро ответила я.

– Ты тоже, – улыбнулся он. – А насчёт стриптиза – мне достаточно сестрички, которая постоянно просит у меня застегнуть ей лифчик и ходит по квартире в нижнем белье.

Его взгляд остановился на моей груди: – А знаешь, я уверен, что когда-нибудь ты меня очень порадуешь.

– А ты на кого учишься? – решила я сменить щекотливую тему.

– На криминального юриста, – ответил он.

– Это твоё призвание?

– Да нет, это очень нудно, но я собираюсь в будущем делать всё, что захочу, и что бы мне за это ничего не было. Например, – оживился он, его глаза заблестели: – Если я когда-нибудь захочу изнасиловать какую-нибудь куколку, то я буду уверен, что она меня не засудит.

– Тогда засудить тебя сможет только девушка-судья, – ответила я.

Андрей дёрнул меня за руку и усадил на колени.

– А ты не девушка-судья? – его губы практически коснулись моих. Я отрицательно покачала головой.

– А в семье прокуроры есть?

Я снова покачала головой. Я уже буквально ощущала его возбуждение, и мне стало очень жарко. Я ожидала, что он меня поцелует.

Андрей скользнул взглядом по книжным полкам.

– Ты представляешь, всю эту муть нам нужно читать!

– Андрей, ты издеваешься? – разочарованно спросила я.

– Почему? – он улыбнулся, глядя на мои губы.

– Ну, – пролепетала я, не могла же сказать ему прямо: «Поцелуй меня!»

Он словно прочитал мои мысли: «Что ты молчишь? Скажи прямо, чего хочешь. И получишь даже больше. Это так просто».

Я наклонилась ближе и совсем легко коснулась губами его губ. Его рука скользнула по моей талии. Словно ураган, в комнату ворвалась Танюша. Бесцеремонно развалившись на кровати в бесстыжей позе, она начала рассказывать о новом номере журнала «Космополитен».

Мне захотелось её прибить.

– Кстати, Аня уже ждёт тебя в коридоре!

Я удивилась, потому что не понимала, зачем Тане нужен мой уход.

– Ну, ты и проводи Аню домой, – медленно проговорил Андрей, глядя на Таню.

Не знаю, как объяснить волнение, охватившее меня тогда. Ещё ничего плохого не случилось, но в воздухе выразительно задрожали первые капли надвигающейся грозы. Фигурально выражаясь, конечно. Но я ощутила это напряжение и повела плечами, тревожно оглянувшись по сторонам.

– Нет, нет, мне уже пора, – мне очень захотелось уйти, убежать, как можно дальше из этого дома и от этих людей. Мне были свойственны подобные перемены настроения, и подобный переход от счастья и наслаждения к печали и тоске позволил мне взять себя в руки и оценить своё поведение. В конце концов, я не хотела становиться ещё одной подстилкой этого лощёного красавчика!

– Хорошо, зайчик. Я проведу вас обеих, – Андрей снова одарил меня своей волшебной улыбкой, и я забыла тревогу, которая не успела окончательно поселиться в моём сердце.

ГЛАВА 5

Мы увлекались друг другом всё больше и больше. Наши отношения были игрой: детской и одновременно очень взрослой, чистыми, и в то же время воспламеняющими кровь. Мы возбуждались, кажется, доходили до предела, но не переступали черту. Разговор про постель был табу.

«Ты меня хочешь?» – спрашивала я, охваченная страстью.

«А ты как думаешь?» – вместо ответа он прижимался ко мне ближе.

Разговоры, разговоры… Так много слов и ничего более… Таня не верила моим рассказам о платоничности наших отношений и громко смеялась мне в лицо.

Не знаю, может быть, виной всему были мои заверения в том, что он может не рассчитывать на секс. Хотя, если бы я была на его месте, я бы себя уговорила.

В пылу моих отношений с Андреем, совмещая работу с учёбой, я совершенно забыла об Ане и не могла уделять ей время. Однажды я с ужасом поняла, что мы не виделись уже три месяца.

Когда она мне звонила, я отмахивалась от неё, как от надоедливой мухи. Андрей был для меня на первом месте и затмевал всё вокруг.

Как-то раз я зашла к Андрею и увидела рядом с Таней незнакомую девушку. Я мельком, с долей ревности, оглядела её: кукольное, смазливенькое личико, макияж, удачно подчёркивающий правильные черты лица, красивые пепельные волосы, короткое золотое платье, длинные стройные ноги.

Только когда она со мной поздоровалась, я с изумлением узнала мою когда-то убогую Аню. Я вдруг поняла, что у меня появилась новая соперница.

– Теперь Анечка моя лучшая подруга! – обнимая её, хихикнула Таня. – Ты ж у нас девушка занятая. Это мы, молодые, свободные…

Когда вошёл Андрей, и Аня кинула на него алчный взгляд, я поняла, что окончательно потеряла подругу.

Я подумала, что Андрею будет сложно не замечать Анюту, учитывая, что теперь они с Таней постоянно тусуются в его квартире в полуголом виде.

Интуиция как всегда, не обманула. Аня действительно позарилась на моего парня.

Через несколько дней Аня пригласила нас в гости. Забросив ножки на спинку дивана, бывшая скромница томно пускала кольца дыма (и когда только научилась?!) и рассказывала про свои первые интимные приключения, пускаясь в настолько глубокие подробности, что мне было стыдно её слушать.

– Я так полюбила носить чулки с недавнего времени, – кокетливо говорила она, демонстративно задирая юбку и показывая кружевные резинки. – Классно, да? – спросила она Андрея, челюсть которого лежала уже на полу.

Мне тут же захотелось уйти, я вообще не понимала, как в таком дурдоме можно находиться. От скромницы, которая ещё недавно была в секте, одевалась более чем скромно и раздавала религиозную литературу, Аня слишком быстро стала похожей на дешёвую проститутку. Хотя, кто знает её расценки?

Не обращая на меня внимания, она смеялась, задирая ноги до потолка, демонстрируя свои кружевные трусики. Андрей, как дрессированная собачка, послушно вёлся на все эти дешёвые фокусы. А я… я слишком себя уважала, что бы опускаться до сцен ревности.

Когда мы оставались вдвоём, он был таким, как прежде, но стоило этой расфуфыренной кукле взмахнуть хвостом – и он тут же принимал стойку. Ани в нашей жизни стало слишком много. Кому-то из нас нужно было уйти. И мне очень не хотелось быть этой кем-то…

ГЛАВА 6

Благоприятным периодом для Ани в целях обольщения Андрея оказалось моя зимняя сессия. Я с головой погрузилась в учёбу, игнорируя друзей, работу, родных, развлечения. Как сомнамбула, я блуждала по дому с немытыми волосами; комната, заваленная невообразимым количеством учебников, напоминала апофеоз войны с картины Васнецова.

Андрей исправно звонил по нескольку раз в день, вежливо выслушивал рассказы о моих студенческих страданиях и послушно соглашался с тем, что встретиться с ним мы не можем. По крайней мере, в ближайшую неделю или две…

Анютка, словно хитрая мышка, учуяла запах Андрюшиной свободы и рьяно взялась за него. Таня, всё-таки сохраняя какие-то остатки совести (вспоминая мои многочисленные услуги, помощь и т. д.), с нажимом сообщала об Анютиных проделках. Я невнимательно выслушивала эти отчёты, не отрывая глаз от учебника «Исторической грамматики», в голове роились таблицы спряжений плюсквамперфектов, страшные схемы происхождения гласных звуков, дифтонги и ужасные монофтонги. Господи, ну какая здесь возможна любовь?..

Ситуация ухудшилась, когда я сдавала украинскую литературу. Список из 52 писателей и обязательное выучивание 28 стихов не оставляли возможностей даже для приятной мысли, не говоря уже про действия. Где-то на середине списка я медленно, но уверенно начала сходить с ума. Это выражалось в том, что я подлавливала своих родителей в самых неожиданных местах и выразительно декламировала им длинные поэзии. Замок родительской спальни лишил меня и этих неблагодарных слушателей.

Но у меня осталась моя бедная серая кошка, которая, правда, спала во время моих «выступлений», но меня это не останавливало. Я была на пороге безумия.

Мои титанические усилия, естественно, увенчались успехом: я блестяще сдала сессию. Когда я сообщила об этом Андрею, он очень обрадовался и сразу пригласил меня в гости, отметить «моё возвращение к жизни». Я догадалась, что он намекает не просто на совместное распивание чая…

Я решила проверить свою догадку и позвонила проверенному информатору Тане (она была такой дурой, что всем всё выбалтывала), и спросила напрямую: «Собирается ли Андрей затащить меня в постель?»

Таня радостно сообщила: «Конечно! Вы ж уже давно встречаетесь».

Я очень разозлилась и пошла к нему с единственной целью: высказать всё, что я о нём думаю…

ГЛАВА 7