Двуликие. Голос крови

– И еще один совет. Если вдруг полюбишь другого, беги. Так быстро и так далеко, чтобы я никогда вас не нашёл, поняла? Тебе бояться нечего, а вот его ждет смерть долгая и мучительная. Я своё отдавать не привык.

С этими словами Андрей вышел за порог и хлопнул дверью. На кухонном столе слегка подпрыгнули и звякнули оставленные сушиться стаканы.

Василиса устало опустилась на банкетку и закрыла глаза. Тяжелый разговор выпил из нее все соки, оставив внутри лишь пустоту и безнадегу. Вот и все. Ушёл. Да ведь она сама этого хотела. Может, ошиблась? Может, надо было вернуться? Вот и Андрею плохо, она же видела это своими глазами!

Нет, все правильно сделала. Пусть больно, пусть жаль и его и себя, но так надо. Лучше сейчас отмучиться и начать новую жизнь, чем жить вместе и каждый день ждать конца. Андрею-то что – он пару свою встретит и ускачет в закат, счастливый и полный надежд на будущее. А Василиса останется одна, без любимого, без детей, без надежды на счастье. Лучше начать процесс излечения сию же минуту. Пройдет время, боль утихнет, со временем Василиса замуж выйдет, детишки пойдут.

Только вот последние слова Андрея испугали девушку не на шутку – это что же получается, он ей запретил замуж выходить? Мерзавец какой! Ничего, со временем остынет, и дела ему не будет до какой-то там бывшей любовницы.

1.

С удовольствием потянувшись, Андрей вытащил сумку из багажного отделения и вместе со всеми направился к выходу из салона самолета. Можно было бы лететь бизнес-классом, да вот только билетов именно на сегодняшний рейс, как на грех, не оказалось. Егор настоятельно просил вернуться как можно быстрее, вот и пришлось бронировать то, что осталось – место не у прохода, не у окна, а как назло, в самой середине.

Не то, чтобы Андрей был снобом, но при его комплекции и с его обонянием летать эконом-классом – сущее мучение. Когда несколько часов сидишь, свернувшись в три погибели в толпе незнакомых людей, в голову начинают лезть всякие кровожадные мысли о том, что не мешало бы проредить ряды пассажиров.

Пройдя весь аэропортовский квест – кишку терминала, зал прилета, несколько эскалаторов, Андрей, наконец-то вышел из успевшего порядком осточертеть за последний час здания.

Он не был дома пять лет и невероятно соскучился! Вдохнув полной грудью загазованный воздух, мужчина поморщился – аэропорт находился слишком близко к городу, поэтому о чистом воздухе здесь можно было лишь мечтать. Честно сказать, за прошедшие пять лет он успел привыкнуть к опрятным и ровным европейским дорогам, обрамленным яркой зеленью, и достаточно чистому воздуху пригородов.

И все же он был рад, что вернулся. С удовольствием разглядывал надписи на родном языке, полубомжеватого вида мужичков-таксистов, зазывающих клиентов прокатиться куда душа пожелает. Даже запах подгоревших пирожков из буфета показался ему родным и аппетитным. Усмехнувшись, он подошел к буфету и поинтересовался:

– Почем пирожки с котятами?

Женщина как будто даже обиделась:

– Скажете тоже – с котятами! Неужто я злыдень какой – котятами людей кормить! Вот котят людями – это можно! – пошутила буфетчица. – Это самая что ни на есть курятина, причем свежайшая.

– Ну хорошо, давайте парочку!

Проглотив пару беляшей в мгновение ока, Андрей отправился в сторону парковки, одновременно вызывая такси через приложение. Он уже давно предпочитал сводить к минимуму общение с людьми – диспетчерами, секретарями, администраторами и прочими. Гораздо удобнее воспользоваться гаджетом – минимизировано влияние человеческого фактора, точнее и быстрее обрабатывается информация.

Такси прибыло через пять минут – вот что значит современные технологии! Объяснив водителю, как лучше всего доехать до санатория «Солнечный», Андрей устало откинулся на спинку заднего сиденья.

Интересно, зачем он так срочно понадобился Егору? По телефону тот ничего объяснять не пожелал, лишь попросил явиться как можно быстрее. Впрочем, Андрей был рад снова вернуться в родные края. Ему очень импонировали и Скандинавия, и Прибалтика, однако он, как ни странно, соскучился – соскучился по друзьям и родственникам, по жесткому зимнему морозцу, по безумному и порывистому весеннему ветру, по огромным необжитым и неухоженным пространствам. Не раз он ловил себя на том, что ощущает какую-то тесноту там, в благоустроенной Европе.

Все пять лет Андрей пахал как проклятый – под руководством Егора он практически с нуля организовал производство нескольких препаратов для людей и амбиморфов. Все эти препараты были побочным продуктом деятельности родственника Егора – Быстрицкого, да поджарят его черти в аду как следует! Самого Быстрицкого – подонка и алчного психопата, побочные эффекты созданного наркотика не заинтересовали, поскольку не сулили быстрой выгоды, однако главный врач клиники для амбиморфов – Михаил Артемьевич, весьма заинтересовался рецептурой и подключил к делу каких-то своих коллег. В результате мир получил несколько новых лекарств, превративших некоторые до сих пор трудно поддающиеся излечению болезни, в нечто почти безопасное и легко излечимое. Хоть какая-то компенсация обществу за то, что творил подонок Быстрицкий.

Дорога до «Солнечного» заняла почти час – санаторий находился в противоположной стороне от города. Выбравшись из такси, Андрей замер – до того приятно было вновь увидеть хорошо знакомые с детства места. Ему хотелось навсегда запечатлеть в душе этот миг – яркое летнее солнце, зеленые вековые сосны, высокую небесную синь с редкими жемчужными облачками. Здесь он провел существенную часть своей жизни и сюда, в конце концов, вернулся. Надолго ли? Хотелось бы навсегда.

Но уклад жизни амбиморфов предполагал строгую иерархию – как Егор скажет, так и будет. Прикажет вернуться – Андрей вернется. И так будет до тех пор, пока Андрей не встретит свою предназначенную пару. Тогда он будет вправе сам выбирать, где будет жить его семья. Впрочем, Андрея никогда не тяготило подобное положение вещей – амбиморфы всегда были довольно патриархальной и воинственной расой, поэтому авторитет вожака почти никогда не оспаривался. К тому же, на взгляд Андрея, Егор был достоин звания Главы Рода как никто другой. И отнюдь не потому, что они были друзьями с детства, а в силу моральных и физических качеств Егора. Такого умного, изворотливого дельца, но при этом порядочного человека еще поискать. К тому же Егор обладал каким-то врожденным чутьем на людей и обостренным чувством справедливости. Андрей был совершенно уверен, что если когда-то Лесной Род, которым уже несколько веков управляли Ларионовы, и был в самом расцвете, то именно сейчас, когда Егор взял бразды правления в свои руки.

Мужчина с интересом оглянулся по сторонам. Здесь почти ничего не изменилось – лишь появилась парочка хозяйственных построек, любовно украшенных деревянной резьбой и добавилось еще несколько больших цветочных клумб. Клумбы пестрели бархатцами и еще какими-то цветами, названий которых Андрей не знал.

Внезапно раздавшийся телефонный звонок отвлек от созерцания цветочного изобилия.

– Алло! Ну ты где? Мы тебя уже заждались тут. Славка с Клавдией ворчат, что жаркое стынет. А меня без тебя не кормят, представляешь? Сижу и на скатерть слюни пускаю. Друг, поспеши, иначе рискуешь увидеть мой хладный труп!

Услышав в трубке голос Егора, Андрей рассмеялся.

– Я уже здесь! Не прибедняйся, наверное, с утра уже десять килограммов мяса слопал. Тебя же фиг прокормишь, волчара! Сочувствую твоей жене!

– Вот свою заведи и ей сочувствуй!

– Да где же я ее возьму-то? Не всем же так везет, как тебе.

Голос Егора в телефоне стал серьезным.

– Глядишь, и на твоей улице праздник будет. В общем, мы тебя тут в столовой ждем. Пока ты по заграницам мотался, тут у нас кое-что изменилось и далеко не в лучшую сторону.

1.2.

Глядя на то, как парочка мелких амбиморфов пытается разнести столовую к едрене фене, Андрей усмехался. Забавные ребята – Егоровы наследники, мальчик и еще мальчик. У обоих словно вечный двигатель вшит в одно место. За последние полчаса они умудрились где-то найти ежа, свалиться с крыльца, сожрать пригоршню волчьих ягод и дважды подраться между собой. Хорошо, что маленькие амбиморфы очень выносливы, и им не опасны ни падения, ни волчьи ягоды.

Внезапная мысль выскочила откуда-то и попробовала прочно обосноваться в голове Андрея: а как будут выглядеть его дети? Будут ли они такими же бесстрашными, любознательными и энергичными? На кого они будут похожи?

Вероятно, это вирус какой-то в воздухе. Вирус, вынуждающий диких амбиморфов одомашниваться. Вот и Андрей его подхватил, понятное дело – от Егора. Тот с такой любовью и обожанием смотрит на жену и детей, что поневоле начинаешь примерять на себя все эти телячьи нежности и романтические сопли.

Усилием воли мужчина выгнал весь этот бред сивой кобылы из своей головы. Не то, чтобы он был противником брака и моногамных отношений, но считал, что каждому – своё. Егору – семью и детей, ему – вольные леса и любвеобильных самок. Зачем довольствоваться одной женщиной, если их много? Андрей знал, что однажды повстречает свою предназначенную пару, однако где-то рядом с этим допущением всегда маячил вопрос: а оно ему надо?

Мужчина решил, что не стоит забивать голову пока еще не существующими проблемами и сосредоточился на еде.

Некоторое время спустя со стола было сметено и жаркое, и пироги с мясом, и даже огромная фаршированная щука – даже по меркам двуликой расы Егор и Андрей всегда отличались отменным аппетитом. Принимая в расчет то, что оба сегодня еще не завтракали, можно было не удивляться тому, что через весьма короткий промежуток времени на столе не осталось ничего съестного. Лишь несколько веточек петрушки сиротливо лежали на тарелке – все, что осталось от фаршированной рыбы.

Дождавшись, пока Ярослава с детьми уйдет на пляж, Егор, наконец-то перешел от ни к чему не обязывающей светской болтовни к делу.

– Андрюх, я тебе очень признателен за то, что ты так быстро отреагировал и приехал. Теперь ты здесь гораздо нужнее, чем там – у меня каждый человек на счету, а тебе я доверяю больше чем кому-либо.

Андрей выжидающе смотрел на Егора, он был совершенно уверен, что из-за какой-то ерунды Глава не вызвал бы его так срочно. Что-то произошло в его отсутствие, но вот что?

Егор продолжил:

– Возможно, тебе покажется, что я говорю о каких-то неважных вещах или преувеличиваю, но поверь – это важно. От решения данного вопроса зависит, какой будет жизнь не только наша, но и наших детей.

– Я внимательно слушаю, Егор.

– За прошедшие пять лет количество межрасовых браков резко возросло, как ты понимаешь. По своей наивности мы полагали, что на нас снизошло величайшее благо – шансы каждого двуликого найти свою пару существенно возросли. Многие потерявшие надежду воспряли духом и не зря – теперь у некоторых из них есть дарованные Небом жёны и уже скоро появятся дети. Это хорошая новость.

Егор замолчал.

– А плохая? – осторожно поинтересовался Андрей?

– Плохая в том, что не всех эти межрасовые браки устраивают. С обеих сторон появились радикально настроенные смутьяны, с пеной у рта орущие, что надо запретить, не пущать, наказать, блюсти чистоту расы и так далее. Ну все как обычно, ты сам понимаешь – люди есть люди, а амбиморфы тоже люди.

– Это точно, – согласился Андрей.

– Это только одна из плохих новостей, но с этим мы бы разобрались как-нибудь. Однако есть вещи и похуже. Не все наши сородичи понимают, какая удача приплыла к ним в руки. Точнее, они понимают, но весьма специфически, каждый в силу своей ограниченности и средневековой отсталости. С самками амбиморфов такой проблемы не возникало, поскольку они всегда находятся под защитой своего Рода, даже когда выходят замуж. Кроме того, все они могут за себя постоять, поскольку зачастую по физическим возможностям ничем не уступают своим мужчинам.

Плеснув себе и собеседнику коньяку в крепкий чай, Егор продолжил:

– Человеческие же самки, как ты понимаешь, совершенно беззащитны – у них нет ни защиты Рода, ни физической силы, чтобы противостоять обидчику. Мы столкнулись с удивительно потребительским отношением к человеческим женщинам, причем иногда даже со стороны предназначенной пары, зачастую они просто выполняют роль инкубатора. Как ты понимаешь, никто не спрашивает у них согласия, хотят они вступать в союз или нет. Я уже не говорю о том, что теперь каждый двинутый на идее получения потомства амбиморф норовит затащить первую попавшуюся женщину, на которую у него встал хер, за угол и попытаться там пометить.

– Но это же идиотизм чистой воды!

– Согласен. Но это понимаем ты и я. А идиот не способен осознать – идиот он или нет. Что люди, что амбиморфы в этом плане одинаковы – есть умные и есть дураки, уровень интеллектуального развития у всех различается.

– А что же человеческая полиция?

Егор презрительно поморщился.

– А что они могут? В последние несколько лет полиция выполняет чисто декоративную роль. Ни полиция, ни человеческое правительство больше не обладают реальной властью. Мы заняли большинство ключевых постов в правительствах многих государств. Все эти песни о Сотрудничестве являются лишь байками для поддержания мифа о паритете двух рас. На самом деле мы давно держим в руках все бразды правления.

Мужчины немного помолчали. Егор чертыхнулся, отставил чашки с чаем в сторону и плеснул еще коньяка, теперь уже в стаканы. Затем, он протянул Андрею руку ладонью кверху.

– Посмотри на узор на моей ладони.

Андрей внимательно посмотрел на причудливый узор брачной вязи, и символ в центре. Затем перевёл вопросительный взгляд на Егора.

Тот пояснил:

– Символ Инь-Ян имеет гораздо больше одного смысла. О нем можно говорить бесконечно, но сейчас я хочу сказать вот что: в каждом явлении изначально содержится противоположный принцип. Простейший пример: Солнце – это благо? Да, но оно может высушить посевы. Тогда может быть, дождь – это благо? Да, но от чрезмерной сырости посевы сгниют. Абсолютная власть амбиморфов – это благо? Возможно, но только пока они не начинают вредить сами себе, пьянея от своей безнаказанности. Природа одарила нас величайшим благом – возможностью обзавестись настоящими семьями, вырастить сильное здоровое потомство. Но она же подложила нам свинью – наши инстинкты затмевают нам разум и подчас заставляют творить поистине подлые вещи.

– Я уловил твою мысль, – задумчиво проронил Андрей. – Но что ты собираешься делать с этим?

– Если мы не придумаем, как защитить человеческих самок от этого произвола, кто знает, сколько из них выживет, а сколько погибнут за последующие годы. Подумай, ведь где-то среди них ходит и твоя предназначенная пара. И никто не может утверждать, что в эту минуту она не подверглась нападению какого-нибудь не отягощенного интеллектом амбиморфа.

Андрей почувствовал, как внутри что-то похолодело и затем сжалось в тугую пружину, готовую в один момент распрямиться и нанести кому-нибудь сокрушительный удар. Выдохнув и усилием воли отогнав от себя страшную картину, он спросил:

– Чувствую, тут не обошлось без Ярославы?

Егор усмехнулся.

– Ты думаешь, я стал настолько сентиментальным? Конечно, Ярослава только поддерживает эту идею, ты её знаешь – она всегда на стороне слабых и обездоленных. Однако, в первую очередь, я руководствуюсь интересами нашей расы и своего Рода. Потребительское отношение к человеческим самкам в долгосрочной перспективе влечет за собой вымирание нашего вида. При таком положении вещей женщины будут гибнуть либо от ненадлежащего обращения со стороны партнера, либо от рук случайного амбиморфа, возомнившего, что перед ним дарованная небесами возлюбленная. Положение ухудшается тем, что сложно сразу определить – предназначенная перед тобой или нет, ведь узоры на ладони выступают только после сексуального контакта и укуса в шею. Ты же помнишь, я поначалу даже и не подозревал о том, что мы с Ярославой пара.

– Да, действительно.

Поговорив еще немного, мужчины разошлись – Егор отправился к жене и детям, а Андрей поднялся наверх, в свой номер, чтобы наконец-то как следует выспаться.

Приняв горячий душ, мужчина обернул бедра полотенцем и вышел из ванной комнаты. Пройдя несколько шагов до спальни, он вдруг уловил еле слышный шорох за дверью. Мигом переместившись, словно тень, он схватил предполагаемого злоумышленника за шею. Каково же было его удивление, когда злодеем, пробравшимся в номер, оказалась женщина. Более того – молодая девушка, черноволосая и темноглазая, невысокого роста, но с очень аппетитной грудью, которую Андрей смог внимательно рассмотреть, несмотря на застегнутую блузку. Лишь после этого мужчина обратил внимание, что девушка кажется ему знакомой. Может, он уже успел когда-то трахнуть эту красотку? Вполне возможно. Или… В этот момент мозг, наконец соблаговолил включиться и Андрей удивленно воскликнул:

– Василиса?

2.

С утра Василиса помогала Клавдии Георгиевне с подготовкой номеров – в летний сезон рук всегда не хватало. Вообще-то девушке полагался выходной, но от нечего делать она вызвалась помочь. К тому же, сегодня ожидался визит хозяина санатория – Егор Васильевич с женой и детьми обещал приехать на все выходные, а значит, все должно быть на самом высоком уровне – и питание в столовой, и обслуживание номеров.

Приведя в порядок несколько апартаментов, Василиса отправилась в прачечную, чтобы проконтролировать, хватит ли постельного белья на ближайшие дни. Следовало ожидать, что весь номерной фонд будет задействован – погода обещала быть жаркой, а значит, от постояльцев отбоя не будет.

Дорога в прачечную пролегала мимо столовой, где за большим панорамным окном Василиса заметила Егора Васильевича с семейством. Как раз сейчас весьма энергичные, но милые хозяйские детки пытались забраться на потолок.

Василисе показалось, что за столом вместе с Егором Васильевичем и его супругой сидит еще какой-то мужчина. Васька пожала плечами, одернула хлопчатобумажную футболку и зашагала дальше. Ей-то какое дело? Мало ли кто там может сидеть – в санаторий часто приезжали погостить друзья и родственники Ларионовых.

Внезапно сердце отчего-то подскочило прямо к горлу и забилось быстро-быстро, как будто желало вырваться из плена человеческой плоти на свободу. Испугавшись, девушка присела на первую попавшуюся скамейку и постаралась привести дыхание в норму. Что это с ней? Никогда раньше сердце Ваську не беспокоило, ну разве что когда душа болела за маленькую сестренку Ксюшку, с младенчества росшую без родителей. Наверное, это все жара проклятая, совсем измучила! Немного отдохнув, Василиса поднялась со скамейки и отправилась дальше.

Закончив с прачечной, жертва коварного климата решила, что на сегодня с нее достаточно. Прихватив учебник по уголовному праву, девушка подумала, что неплохо бы освежить в голове некоторые знания. Уже совсем скоро начнется новый учебный год, а Васька с первого курса была практически круглой отличницей и не собиралась терять этот статус. Еще бы – от этого зависело, учиться ей на бюджетной основе или платить за образование деньги. Лишних деньжат у Василисы отродясь не водилось, поэтому был только один способ получить достойный диплом – поступить на бюджет. И она поступила! А теперь была намерена удержаться там, во что бы то ни стало.

Растянувшись недалеко от воды на стареньком видавшем виды зеленом полотенце, студентка третьего курса юридического института Василиса Сибирцева углубилась в тонкости уголовного судопроизводства. Слабый ветерок слегка шевелил темные волосы на затылке, где-то неподалеку целеустремленный дятел преследовал какое-то несчастное насекомое, быстро стуча клювом по стволу.

Девушка сама не заметила, как задремала. Неизвестно, сколько бы длился ее сон, но все испортил телефонный звонок. Спросонья ничего не понимающая Васька начала лупить рукой по полотенцу, пытаясь найти источник шума. Наконец, виновник переполоха был найден.

– Алло! – хриплым голосом проговорила девушка.

– Васенька! Ты никуда не уехала случаем?

Голос Клавдии Георгиевны был слегка встревоженным.

– Нет, я тут на старом пляже.

– Ох, детка, ты там поосторожнее! Там дно опасное. И чего ты туда все ходишь? На новом пляже и кабинки, и шезлонги – все что хочешь!

– Зато тут тихо, спокойно. Ни единой души, кроме меня.

– Вася, не в службу, а в дружбу. Только что освободились еще одни апартаменты, сможешь их в порядок привести в течение двух часов? Некого больше отправить. Девчонки сегодня на втором этаже все – там завтра большой заезд. А выходной на неделе возьмешь, настоящий, чтобы на весь день.

– Конечно, сейчас я подойду.

Быстро собравшись, Васька потопала обратно к санаторию. Солнце уже клонилось к закату, поэтому возвращаться было не так жарко. Получив ключи от номера, девушка принялась за уборку.

Ей даже нравилась эта работа – превращать грязное в чистое, тут результат виден сразу, невооруженным глазом. Конечно, она не планировала всю жизнь работать горничной, поэтому и решила поступить в институт. И уж точно эта работа лучше работы официантки в клубе амбиморфов. Когда Василиса вспоминала «Коготь», внутри у нее все обрывалось от страха, хотя казалось бы – дело давнее, чего бояться?

Тогда ей было всего пятнадцать лет и лишь с возрастом она начала осознавать, чем ей грозила работа в том месте. Другие официантки делились историями о своих любовных похождениях, и Васька понимала, что все, что происходило в клубе, происходило по обоюдному согласию. Но надо же было такому случиться, что именно ее чуть не изнасиловал обдолбанный амбиморф, притом безо всякого обоюдного согласия!

Самое обидное, что он ей даже, в общем-то, нравился. И она даже успела по малолетству нафантазировать себе всякой романтической ерунды. Причина ее фантазий до отвращения банальна: от Андрея веяло несокрушимой спокойной силой, он казался надежным, как скала, за которой можно было укрыться от всех штормов и ураганов. Вкупе с бесшабашной мальчишеской улыбкой и искренним вниманием к ее персоне, он произвел на Ваську неизгладимое впечатление. Где уж тут было устоять рано потерявшей родителей, обремененной финансовыми проблемами и вместе с сестренкой слоняющейся по всяким подозрительным квартирам, сироте?

Разочарование наступило стремительно и страшно. До инцидента в ночном клубе Василиса немного идеализировала амбиморфов – они ей казались мужественными, сильными, мудрыми. А уж Андрей был вообще вне конкуренции! Эту силу она почувствовала на себе в полной мере и теперь вряд ли когда-нибудь забудет, каково это – лежать распластанной куклой под тяжелой тушей насильника, задыхаясь от ужаса, отвращения и беспомощности.

Спасибо Егору Васильевичу, вовремя подоспел! Неизвестно, что было бы с Васькой, если бы не он. И с Ксюшкой – ведь без Василисы о малышке совершенно некому было бы позаботиться.

Девушка поёжилась и постаралась прогнать плохие мысли.

Пока приводила номер в порядок, пока меняла постельное белье, не заметила, как прошло довольно много времени. Оставались лишь незначительные детали – расставить всякие мелочи по местам, да смахнуть пыль с журнального столика в спальне.

Василиса даже не успела понять, что произошло, когда что-то тисками сжало ее шею и прижало к стене, да так, что дух вышибло. Ее словно парализовало от охватившего ужаса – все это было так похоже на ту ночь, когда в клубе на нее напал двуликий. И запах, и ощущения, и эмоции – все было таким же. Василису захватил и закружил водоворот жутких воспоминаний. Вдруг сквозь увлекшее её за собой марево, девушка услышала хорошо знакомый голос, голос из ее кошмаров:

– Василиса?

***

Обнаружив, что в руках у него трепыхается не злобный наемный убийца, а всего лишь хрупкая девчонка, Андрей немедленно разжал руки и отступил в сторону. И с удивлением обнаружил, что Вася медленно, но верно сползает по стеночке на пол.

– Эй-эй! Ты чего? Тебе плохо, что ли? Васька, твою мать! Да что с тобой такое?!!!

Подхватив обморочную девицу на руки, Андрей, чертыхаясь, понес ее к кровати. Осторожно положив девушку на постель, мужчина замер в нерешительности. И что теперь ему с ней делать? Что вообще в таких случаях делают? Мужчина не мог вспомнить, чтобы кто-нибудь когда-нибудь падал перед ним в обморок. Бить по щекам? Лить на нее воду? Скорую вызывать? Ни один из вариантов не казался мужчине подходящим – бить женщину и лить на нее воду казалось крайне негуманным и антиджентльменским, а вызывать скорую – бесполезное занятие. Когда она еще приедет, эта скорая? До ближайшего поселка путь неблизкий.

Вспомнив, что в шкафчике в ванной видел нашатырь, Андрей устремился туда. Открыв дверцы шкафа, с облегчением убедился, что не ошибся.