Анекдот

Газеты с почтительным вниманием передают такой анекдот:

Яснополянские крестьяне обратились к гр. Толстому с просьбой вступиться за общину.

Толстой попросил об этом Олсуфьева и других знакомых членов Государственного совета.

И вот при обсуждении закона 9 ноября[1] Олсуфьев и другие «знакомые» горячо защищали общину.

Неправда ли, как все это нравоучительно? Сразу видишь, как делается история.

Сегодня мужички попросили насчет общины – и глядишь, уже за них стараются в Государственном совете. Простая случайность, что у гр. Толстого мало оказалось «знакомых» в Совете. Будь у него этих знакомых больше половины Совета – закон 9 ноября провалился бы, и уцелела бы исконная община.

Завтра можно проделать подобное фабричным рабочим.

Обратятся рабочие к гр. Толстому или другому влиятельному лицу, например, с просьбой выкупа государством фабрик и заводов и передачи их производительным артелям. А Толстой или другое влиятельное лицо попросит своих друзей и знакомых внести подходящий законопроект.

– Поддержи, – скажет, – пожалуйста, а то меня знакомые рабочие просят.

– Изволь, – ответит тот, – поддержу!

И поддержит. И если у Толстого или другого влиятельного лица окажется достаточно «знакомых» в Думе или Совете, – глядишь проект пройдет, и фабрики и заводы попадут в руки рабочих.

Подобные анекдоты передаются читателям с самым серьезным видом.

И сам гр. Толстой с серьезным видом выслушал яснополянских мужичков и обещал «поддержать».

Вместо того, чтобы сказать им:

– Просьба ваша бесполезна. Я могу написать о ней в газету, могу взывать к общественному мнению. Но если я попрошу защищать ее «по знакомству» в Государственном совете, – надо мною будут куры смеяться.

1

Речь идет о столыпинском законе от 9 ноября 1906 г., который давал право крестьянам на выход из общины и который ознаменовал начало осуществления ряда столыпинских законопроектов, направленных на окончательное разрушение общины, на дальнейшее закабаление и разорение крестьянства.