Гениальный мальчик

У Чехова описан в одном рассказе злой мальчик, подсмотревший, как его брат целовался с гувернанткой и потом терроризировавший их[1].

– Дай рубль, а то скажу маме, – грозит не по годам сообразительный мальчик.

И хотя брат с наслаждением готов оборвать ему торчащие уши, он вынужден сдерживаться и платить рубль.

Гувернантка с восторгом воткнула бы злому мальчику булавку в бока, но она тоже сдерживается и заискивает перед ним.

А злой мальчик сидит, положим, за чайным столом, когда собралась вся родня, и, ехидно скосив жульнические глаза на брата с гувернанткой, вдруг заявляет:

– Х-х-х-х, а я что-то знаю! А я что-то видел!

Однако каким невинным младенцем кажется этот добрый, безобидный шутник по сравнению с современным мальчиком, впитавшим в себя соки торжествующей морали и начитавшимся о подвигах Шерлока Холмса и Ната Пинкертона!

Вот перед вами такой милый, вполне современный, чересчур современный, мальчик, описанный в корреспонденции одной петербургской газеты.

Ему всего 14 лет (впрочем, по нашим временам, это очень много). Он гимназист третьего класса.

Начитавшись модной сыскной литературы, он возомнил себя превыше Холмсов и Пинкертонов.

Он – Тик Шерлоктон.

Этот Шерлоктон собирает шайку из своих единомышленников-одноклассников и начинает орудовать.

Облюбовывают солидного, богатого обывателя, о супружеской неверности которого носятся смутные слухи, и предпринимаются «расследования».

Начинается правильно и ловко организованная слежка за ничего не подозревающим господином. Перехватываются письма. Посылаются таинственные анонимные записки, – одним словом, весь аппарат уголовного сыска и сыскной уголовщины.

Самая доподлинная Privatdetektivgesellschaft. «Работа» венчается блестящим успехом. В руках скороспелого сыщика оказываются самые доподлинные доказательства неверности злополучного господина. И тут-то теплая компания начинает «реализовать» дело.

«Расследование» кончено. Наступает вымогательство.

Попавшемуся господину предъявляются «доказательства» и предлагается уплатить 100 руб. за «молчание».

И хотя уличенный муж с наслаждением растерзал бы нашего Шерлоктона, ему приходится мило улыбаться и раскошеливаться.

Не правда ли, занятная и, главное, характерная история?

Удача увлекла Шерлоктона и его сподвижников. Они осмелились до того, что начали уличать в прелюбодеянии своего же гимназического инспектора.

Ну, это сорвалось. Юные гении сами запутались в расставленных ими сетях, и проделки разоблачились.

Отец Шерлоктона был человек старых правил, не зараженный модернизмом, а потому применил к бедному Тику отмененное уже, по слухам, в России телесное наказание.

Конечно, идеи на руки не улавливаются. И непризнанный гений сыска не убедился папенькиным рукоприкладством. Он, как уверяет корреспондент, «не унывает и опять что-то задумывает».

Да и может ли розга выбить из талантливого мальчика дух сыска, если этот дух носится в воздухе, если им пропитаны стены домов и школ, вода водопроводов, страницы учебников, тела и души воспитателей?

Перепечатывается впервые.

1

Имеется в виду рассказ А. П. Чехова «Злой мальчик». Сюжет передан не точно.