В кривом зеркале (28 марта 1909 г.)

Говорят: «ласковое теля две матки сосет».

Почему-то это выгодное положение ласковых телят особенно успешно использовано нашими херсонскими, в частности одесскими, деятелями.

Так, например, просматривая списки кандидатов, баллотировавшихся в городскую думу, я с истинным умилением и восторгом заметил, что два человека – М. М. Толстой и А. А. Анатра[1] – фигурировали не только в двух, но даже в трех списках. И, разумеется, в конце концов были выбраны в гласные, ибо какой-либо список должен был пройти.

Эта беспроигрышная лотерея уподобляется сосанию не двух, а целых трех маток.

Расскажите этот случай какому-нибудь европейцу – и он сочет его за скверный анекдот. Представьте себе, например, кандидата, который при выборах в Государственную думу одновременно фигурировал бы в списке правых, октябристов, кадетов и левых!

Это был бы какой-то универсальный депутат, вроде того, как есть таинственные целебные воды, помогающие и против ревматизма, и против желудочной боли, и от нервного расстройства, и от секретных болезней, способствующие подъему энергии и рощению волос.

– К чему вы стремитесь, баллотируясь в гласные думы? – спросите вы такого универсалиста.

– Занять думское кресло, – вот все, что сможет ответить он вам.

Точь-в-точь как говаривал блаженной памяти полковник Скалозуб:

Сосание двух маток, как выясняется, свойственно не только нашему городу, но и нашей деревне.

Об этом чистосердечно поведал депутат Херсонской губернии гр. Стенбок-Фермор.

Расписывая прелести «умеренно-правого» положения в думе, он говорит:

«Мы занимаем весьма выгодное положение среди правых и октябристов».

Еще бы! Правые ценят в них «правоту», умеренные и аккуратные октябристы – умеренность. И те и другие считают их своими и рады им, они же, в свою очередь, могут свободно сосать и справа и слева.

Отсюда понятно, почему, по словам почтенного депутата, «партии умеренно-правых для успеха и влияния совсем не нужно ее увеличение, гораздо важнее иметь больше единомышленников в соседних фракциях».

Совершенно правильно: чем меньше телят и чем больше маток, тем выгоднее телятам.

Это двойственное положение наших херсонцев и одесситов, вероятно, вытекает из такого же двойственного положения самого здешнего края.

В самом деле. Юг России в хозяйственном отношении, особенно в сельскохозяйственном, представляет весьма прогрессивное явление. Здесь преобладает капиталистическое производство. А капитал, держащийся на научно-техническом прогрессе, должен питаться вообще прогрессивным развитием.

И вот наши Стенбок-Ферморы сосут от сосков прогресса (промышленного, конечно).

Но, с другой стороны, как хорошо пользоваться благами покровительства, таможенных пошлин, успокоения, земских начальников, малоземелья (мужицкого, конечно), сильной власти и прочей «правоты», когда это дает лишний доход.

И они с тем же успехом и жаром сосут от сосцов реакции.

То же самое творится и в городе. С одной стороны – свобода торговли, прогресс, экспорт, просвещение, вольная гавань, конституция – сосец громадный и обещающий полтину на рубль.

С другой стороны – премии, успокоение, уменьшение тарифа, дешевые рабочие руки, казенные поставки, патриархальные отношения – сосец отменный и обещающий не менее рубля на рубль.

Как же после этого не запихать себе в рот оба млеконосных сосца, сулящих вместе рубль с полтиной на рубль.

Как же после этого не поместиться в двух, трех, десяти, эн плюс единица списках, раз этим путем обеспечено кресло в думе?

А различия «направлений», «платформ» – это ведь одна «идеология». Ведь в конце концов думское кресло от того не изменится, что сидящая на нем часть тела прошла по тому, а не по другому списку!

Да здравствует кресло, а на «идеологию» наплевать!

1

М. М. Толстой – крупный помещик, реакционер; А. А. Анатра – одесский промышленник.

2

Цитата приведена неточно.