- -
- 100%
- +
Часть первая – Превратности судьбы
1
Безразлично взирая боковым зрением наотчужденных изажатых заботами людей, молодой человек спортивного телосложения с тонкими чертами лица спешил с утра в понедельник на работу. Как и окружающие онощущал неприятное давление начала рабочей недели. Голова с едва проснувшимися мыслями оставалась жутко тяжелой. Особенно скверно былов транспорте, когда, спустившись с эскалатора, он увидел хвост с шумом уходящегопоезда и толпу людей на перроне. Минуты три пришлось наблюдать приток и скопление людей. При посадке какая-то молодая женщина уперлась емулоктем в живот. Внутри нестерпимо закололо, он вздрогнулируками резко отпихнул ее, искоса взглянув на нежданноеявление прекрасного пола.
«Вот гнида!» – почти вслух оскалился он и отвернулся.
На душе былонеспокойно. Проснувшиеся от неожиданной боли назойливые мысли напомнили о хамском звонке коллектора накануне выходного дня. В перспективе торчала просрочка погашения кредита из-за больших неоправданных трат за последнее время.
«Че я еговзял? Далась эта заграничная поездка в такую дальивсего на неделю, только в долги залез…» – лениво проворачивалось и свербело в мозгу.
От движения транспорта,с раздражающими глаза и уши захлопывающимися дверьми, резкими толчками вагонови бесшабашно напористыми в толпе скейтбордистами, тупо звенело в голове, словно невидимые демоны и бесформенные фантомы напоминали о мрачном дыхании бездушной цивилизации.В этой беспрерывной утренней толчее молодой служащийподспудноощущал себя малоприметным муравьем или натруженной пчелкой итолько ноги, как у послушной лошади, самипривели его в рабочий офис.
«Как жестремномотаться сюда каждый божий день» – выдохнул он,остывая после напряжения спешки.
–Арсений Петрович, что-то вы сегодня такой хмурый? – улыбнулся непосредственный начальник, почти всегда встречавший егоутром.
«Что тебе нужно от меня, жопа аккуратная и приползающая сюда за час до начала работы» – подумал молодой человек, но сдержался и процедил:
–Привет, Борис Иванович…Вы, словно не покидали рабочее место…
Обращением по имени отчеству и на «вы» они немного презрительно подчеркивали должностные различия и едва заметную несовместимость характеров, хотя оба былидвадцати семилетними ровесниками.
Несмотря на явное опоздание подчиненного начальник говорил спокойно, будто продолжая вчерашний разговор.
–Арсений,мне вдруг пришло в голову, что мы неправильно спланировали выполнение контракта, да и логистика слишком примитивная…
«Вечно он все думает, рассуждает…Эта рожа протокольная…» – вошедший напряженно снимал одежду и убирал ее в шкаф.
–Не понимаю я тебя, хочешь заработать еще больше? Ведь вроде и так все организовано хорошо. Что еще нужно?
–Если приглядеться, резервы еще есть – начал было Борис, но видя раздражение на лице сотрудника, немного осекся и медленно закончил фразу, – Ты же знаешь…совершенству нет предела…
–Вот это, Боря, ты правильно подметил, но деньги – далеко не совершенство.
–Интересно ты заговорил. Я-то по простоте душевной думал, что ты из породы вечно недовольных, а у тебя философия…
–Да! Представь себе.
Арсений немного помолчал, отодвигая кресло и включая компьютер, и вновь вспыхнул:
–Вот представь, – он намеренно повысил голос, – Что мы идем с тобой в тайге. Заблудились, истощали и все направлено в нас на выживание и поиск выхода из этой трудной ситуации. У тебя за плечами рюкзак с долларами, а я налегке. И кто из нас найдет этот самый выход?
–Думаю, что я, – спокойно не без ехидства улыбнулся молодой начальник.
–Почему это?
–Потому, чтобы что-то найти, надо успокоиться и напрячь абстрактное мышление.
–Твое абстрактное мышление напоминает раздумья на толчке, а тут настоящая жизнь, суровая проза жизни.
–Я понял, на что ты намекаешь. Ты со своей стройной фигурой побежишь быстрей…
–Вот именно, когда нас будет преследовать какой-нибудь голодный хищный зверь.
Борис опять улыбнулся.
–С фантазией у тебя все в норме. Я собственно уважаю и ценю тебя из-за нее. Она бывают очень даже полезной. А вот вспыльчивость до добра явно не доведет, а может оказаться роковой.
–А вот дикий зверь не будет рассуждать про добро и зло ина твои доллары даже не посмотрит.
–А может проникнется, что там за спиной что-то невкусно, и отстанет от меня?
–Размечтался ты, Борис Иванович, совсем! И не посмотрит он на него.
–А может, я брошу этот рюкзак ему в пасть, он подавится и даст мне возможность убежать?
–Не думаю, – теперь уже улыбнулся Арсений, глядя на фигуру начальника, – Скорее он больше разозлится. Зверь значительно умней, чем слабый похотливый человек, и понимает настоящие ценности – кто тут вкусней…
–Ну, уж и похотливый. Скорее это относится к тебе. Вот ты нарисовал картину с этой самой тайгой. А какой бы мы искали выход? Найти дорогу, выйти к людям? Или ты собирался остаться там и искать эти самые ценности среди зверей?
–Просто сама жизнь нам подсказывает, что деньги выдумали слабые и жадные люди, им недостаточно быть сытым и здоровым, а сразу хочется еще и еще…Это же разврат!
–Ну вот, договорились – теперь уже и разврат. Надеюсь, что ты не собираешься отказываться от зарплаты?
–Нет. Не собираюсь. Но люди уже достали, вечно спешат куда-то, толкаются, скоро начнут кусаться.
–Прямо, закусали его, – пробурчал Борис, – Чувствую, что ты не в духе, -вздыхает он, выходя из комнаты, – Ладно посиди, успокойся, а потом заходи ко мне, хочу посоветоваться…
Арсений спокойно включил компьютер, настраиваясь на работу, начал просматривать почту.
В комнату из коридора медленно, одна за другой,входят две молодые девушки – сотрудницы. Арсений улавливает стойкий запах табака.
–Накурились спозаранку, – недовольно бросает он.
–Это Люда, я уже не курю, -ласково отзывается миловидная девушка с голубыми глазами.
–Разве?
–А я думала, что ты более внимательный, – возмущенно отреагировала Люда.
Девушки садятся за свои офисные столы, поправляя слегка нарушенные прически и макияж. Чтобы не наблюдать за этимАрсений демонстративно выходит, не скрывая раздражения.
–Странно, Вика, что тебе так нравится этот себялюбец. Вот, к примеру, Борис намного привлекательней, с уверенным характером и даже чем-то интересней его, как мужчина, – глядя на красивую девушку, назидательно продолжает подруга.
–А почему ты обращаешься по этому поводу ко мне?
–Ты же у нас… красавица.
–Не преувеличивай, – опускает глаза подруга, -Думаю, ты не считаешь себя уродиной. Что касается Бориса, возможно, он по-своему интересен, но совершенно не спортивный и скоро превратится в бесформенный мешок.
–Ну это все относительно. Не исключено, что твой Арсений будет еще полней, да и еще скрытым алкоголиком через лет пять-десять.
–Неужели?
–Самое важное в человеке – характер, а здесь явная неуравновешенная психика, если не сказать патологическая слабая натура. И к тому же безбашенная. Она может привести ко всему.
–Не нагнетай. Это ты из зависти, что он на тебя не смотрит.
–Ой-ой. Да он меня просто побаивается.
Резко повернувшись Люда в порыве добавляет:
–А вот Борис другой, он пытливый и целеустремленный. А фигура? Придет время, и он поставит перед собой задачу выглядеть безупречно. Мне кажется, сейчас просто у него нет стимула.
–Уж не хочешь ли ты стать таким стимулом?
–Может быть.
Арсений вошел в комнату неожиданно.
–Точите лясы с утра, – съязвил молодой человек, садясьв кресло.
–Конечно, точим, – Люда демонстративно выходит за дверь.
–Что ты к ней цепляешься?– нежно говорит девушка.
–Извини, но порой мне кажется, что она готова меня растерзать.
–А ты считаешь, что не за что.
–Не знаю. Мне нравятся умиротворенные и спокойные, как ты.
–Но пропадаешь целую неделю, не обращая на меня никакого внимания, – вздыхает Вика.
–Ты знаешь, сплошные проблемы каждый день, не обижайся, -подходит он и мягко кладет руку на ее плечо.
–Тем не менее, мне надо кое-что тебе сказать…
–Только что-нибудь хорошее, а то сегодня с утра затрахали совсем.
–Конечно, хорошее, – улыбнулась она, -Может мы вечером зайдем, как обычно, в кафе, посидим, тогда и скажу…
–Вик, после работы бегу по делам, надо еще заехать на почту, там уже неделю лежит посылка от родителей…
–Посылка от родителей? Это неплохо…Ну ладно, тогда скажу сейчас.
Она внутренне немного напрягается, но говорит мягко и уверенно:
–На той неделе я точно узнала, что беременна…
Арсений молча смотрит на девушку и лицо его темнеет с каждой секундой, но спохватившись, он все-таки собирается и напускает на себя тень внимания и интереса:
–Ты уверена?
–Сначала показал тест, а в пятницу подтвердил врач…Ты я вижу расстроился?
–Да нет, что ты? – Арсений пытается сгладить свой испуг и некоторый страх, – Но надо что-то предпринять.
–Ничего предпринимать я не собираюсь.
–Хорошо, хорошо, что-нибудь придумаем, – тихо вторит немного сконфуженный молодой человек.
«Во, блин, полоса невезения. Как теперь выбираться?» – лихорадочно протестует он про себя.
Входит Люда, перебивая разговор.
–Воркуете, голуби, – говорит она, чувствуя важность разговора молодых людей, – Арсений Петрович, – нарочито важно произносит девушка, – Начальник просил вас зайти. Он планирует с вами срочно поехать к подрядчику.
Молодой человек, тяжело вздыхая, быстро выходит из комнаты.
Весь рабочий день для Арсения прошел, как в тумане, он весь окунулся в заботы службы, отвлечься на свои мысли было практически невозможно. Они с Борисом ездили на транспортную фирму, смотрели склады и технику и согласовывали проект логистики, включая характеристики тары. Фирма имела достаточный опыт, но с их товаром соприкасалась впервые и поскольку не придавали значение его специфике, для них просматривались налицо довольно простые ошибки и недочеты. Борис настаивал на более простых приемлемых способах упаковки, но надежном креплении при погрузке, Арсений давал конкретныеиважные предложения. Подрядчик сначала сопротивлялся, не желая менять наработанные методы, но после обеда и переговоров с руководством фирмы под давлением опытных менеджеров подрядчики были вынуждены согласиться. Борис при этом настоял на сокращении затрат при транспортировке.
Приехали они на фирму в нескольких километрах от города на красивой и современной машине Бориса. Дорогой назад попали в небольшую пробку, причина которой, как оказалось, была серьезная авария. Медленно проезжая около места ДТП, Борис обратил внимание Арсения на разбитый дорогой мотоцикл и беспорядочно лежащих на шоссе два красивых остроносых ботинка. Врачи скорой помощи в это время занимались пострадавшими.
–Ты знаешь, что может означать эта покинувшая хозяина обувь? – спросил Борис.
–Нет, не знаю, – не очень внимательно ответил сосед справа.
Борис посмотрел на своего приятеля и понял, что тот задумался о чем-то и глубоко ушел в себя.
–Ну и очень хорошо, – тихо говорит он, устремляя глаза на дорогу.
При подъезде к городу онпредложил довезти Арсения домой.
–Спасибо, выбрось тут у ближайшего метро, – сухо отреагировал подчиненный.
–Ты все-таки озадаченный какой-то занозой сегодня, – улыбнулся на прощанье Борис.
–Слушай, Борис Иванович, дай мне отпуск, что-то устал, просто невмоготу.
–Пожалуйста, только не сейчас, а через недельки две-три, – насторожился начальник, – Может все-таки подбросить к дому?
–Нет, надо немного развеяться, да и тут совсем рядом – буркнул, выходя из машины, Арсений.
Очутившись на тротуаре молодой человек,не глядя по сторонам, задумчиво двинулся вперед. Утренние заботы о растратах ушли немного назад и сейчас всплыли конкретные слова подружки.
«Вика, конечно, неплохая, добрая и мне нравится, но так неожиданно стать отцом – достаточно посредственно…и даже примитивно, да и время ли делать это сегодня…Она действительно ничего не будет предпринимать…Надо убедить ее, поехатькуда-нибудь прогуляться, отвлечь ее немного. Но, где достать денег…Новый кредит только усугубит ситуацию …».
На него опять нашел прилив недовольства и неуверенности. Арсений в толпе пересек неизвестный перекресток. Незнакомое расположение домов немного рассмешило.
«Так можно и заблудиться» – мелькнуло в голове.
Он посмотрел в смартфон и удостоверился, что метро совсем рядом и вдруг вспомнил, что находится совсем близко от дома своей бабушки. Для этого надо было повернуть направо и пройти через небольшой парк.
«Деньги-то неплохо бы взять у«бабукина» – с улыбкойглотнул он сочный осенний воздух.
Его прародительница давно жила одна и боготворила внука, часто заменяя ему в младенчестве даже маму. Онаи сегодня сохранила эту более осмысленнуючерез поколениематеринскую любовь и всегда быланесказанно рада помочь. Будучи уже в возрасте, она перевела на него квартиру и даже неоднократно предлагала при необходимости взять немалый кредит для его нужд, но дочь в письмах постоянно отговаривала ее.
Зазвонил телефон.
–Вика, очень хорошо, что ты позвонила, -выслушал он её первые слова, – Послушай, меня…Нет, ты не права, подумай хорошо.
Арсений был возбужден, как никогда, он говорил напористо, даже убежденно и очень надеялся на положительный результат.
–Конечно, прекрасно…А это напрасно, Вика!…Конечно, ты дорога мне…Я достану денег…Надо отвлечься…Я думаю…Но этот котик не поцелует любого…Неужели не ясно, что я вовсе не такой… Вика, вот только не надо так!…
Войдямашинально в металлические широкие ворота, Арсений очутился в небольшом уютном парке, где, не привлекая внимания прохожих, прогуливались виднеющиеся вдали и поблизости пенсионеры и молодые мамы с колясками. При разговоре онпочти не замечал весьма необычного и не лишенного прелестикусочка природы среди многоэтажек домов на окраине крупного жилого района. Осенняя дорожка плавно перешла на деревянный мостик, который слегка возвышался над неширокой речкой, пересекающей парковый ландшафт и несуразно петляющей, образуя множество заводей и даже глубокие омутыдля любителей ловли мелких рыбешек среди зарослей кустов, высокой травы и небольших островков камыша. Если приглядеться, кое-где можно было заметить обгрызенные бобрами стволы некрупных деревьев. Цветастая листваразноголосым невидимым шелестом не нарушала тишину и благоухание осенней природы. Погода была пасмурной в преддверии мороси и трудно было не чувствовать тонкие запахи опадающих листьев, и едва уловимые нежные дуновения тихой воды от слабого речного течения. За последние годы этот уголок городской флорыбыл неплохо обустроен широкими деревянными проходами, мостками и рассредоточенными по всей территории лавочками, соединяемымиудобными асфальтированными дорожками. Удачно были использованы имеющиеся здесьот старых времен небольшие водоемы и ухожены крупные величаво стоящие деревья. Местная фауна и флорапестрели дикими утками,городскими голубями и иными неугомонными пернатыми, включая появившихся совсем недавно лесных горлиц и даже соек.
Арсений очень увлекся разговорами почти кричал, размахивая руками, будто реализуя спланированный сценарий.
2
В довольно пасмурный осенний день двое накинувших на голову капюшоны пожилых людей шли по желтеющей дорожке теряющего листву парка. Несмотря на отсутствие солнца, деревья и кусты пропитывались теплотой влаги воздуха и издавали неповторимый аромат созреванияприроды,понятный и доступный только этому времени года. Идущие не спеша немолодые люди невольно ощущали этот необычный сочный воздух и чувствовали глубокое окружающее умиротворение, располагающее к пространным размышлениям.
Навстречу неожиданно на них надвигалась странная фигура, закутанная в шерстяной шарф. По энергии шага она принадлежала молодому человеку, который не сдержанно и очень эмоционально громкоразговаривал сам с собой, жестикулируя руками в толстых спортивных перчатках.
–Сколько же стало ненормальных людей, – тихо почти про себя буркнул Викентий.
Инна ответила не сразу, только когда этот странный человек был уже позади:
–Ты совсем отстал от жизни. У него в ухе блютуз…Человек обсуждает какую-то важную тему…
–Блютуз, блин, я не понял вообще, мужчина это или женщина, – он хотел выругаться, но сдержался, – но, согласись, со стороны он похож на сумасшедшего.
Инна промолчала, а Викентий завелся:
–Этот тип задолбан насовсем. Важные темы надо обсуждать глаза в глаза, иначе они вряд ли уж важные…
Дорожка впереди была пуста, и Викентий задумался.
Совсем недавно он увидел соседа с туманным, размазанным по двору взглядом и удивился, что тот его не узнал и прошел, будто мимо стены. Вскоре во двореуслышал – болезнь Альцгеймера. Викентий не преминул заглянуть в интернет. Странное заболевание гласило – провалы памяти с неожиданными гнетущими воспоминаниями,раздражительность, галлюцинации, агрессия, чередующаяся с апатией, со временемболезнь прогрессирует и быстроприводит к неминуемой смерти.
Приятно было лишь имя знаменитого доктора, открывшего и изучившего это заболевание – Алоис. Викентий мысленно представил искания и не лишенныестрасти опыты этого необычного доктора. Его имя напоминало экзотический цветок и именно в этом Викентий невольно ощутил к нему некое романтическое доверие, воображая приятное лицо. Это приносило некоторое легкое успокоение. Он вспомнил легенду о черном тюльпане и улыбнулся.
После всплеска эмоций Викентий невольно обернулся назад-фигурана дорожкеисчезла, будто ее никогда и не было.
«Да, собственно, этот цепкийотверженный цветокскоро ждет и меня…» -продолжал он вяло размышлять по инерции.
Себя Викентий ощущал довольно здоровым. Казалось бы, что может изменять в тебе каждодневная жизнь в зрелом возрасте. Как-то незаметно ухудшилось зрение, постепенно привык к очкам, потом стал обращать внимание, что обзор видимости тоженемного сузился, при движении иногда задевал за что-нибудь, стала заметна скованность и уже не та сноровка, как раньше. К этому он быстро привык, но поневоле становился осторожней, неуверенными где-то даже занудным.
«В дикой природе к этому времени меня уже давно одолели бы хищники» – рассуждал он, – «А все-таки все эти старческие изменения ведут нас все настойчивей куда-то,напоминая о разных, ранее неизвестных болезнях…Раньше заболит и быстро проходит… Сейчас женеожиданно подвернется нога, которая, конечно, разойдется со временем, но вдруг опять неожиданно также невзначай заставит вспомнить о себеи все больше ноет и переходит в хронику… Терпению надо учиться у растений» – продолжал он, глядя на природу, -«А так ничего, главное,чтобы мысли продолжали волновать, и радоваться окружающей жизни».
Явнымстариком и «рыхлым мешком с отжившими пространными мыслями» он себя не ощущал. Серьезных изменений или большого ухудшения здоровья и приближения старости Викентий пока не чувствовал, хотя появлялись и даже ощущались некоторыепроявления этого неминуемого процесса.
«Скорее «просранными» со своими доверчивыми надеждами очень похожими на умственный чирей…» – улыбался он про себя, имея в виду своетупое бездействие приразрушении родной и великой страны.
Неприятны были мысли о том, что окружающая жизнь когда-то потечет и без его участия, а тело будет гнить под двухметровой толщей земли. И даже некое бессмертие души, о котором сегодня говорят все, кому не лень, все-таки гласило о неопределенности, загадочности и бессмысленности самой жизни каждого индивидуума, начертаннойпомимо воли человека.
«Все-таки принцип неопределенности, провозглашенный немецким физиком Гейзенбергом, кстати с очень похожей фамилиейнаАлоиса,имеет свой закономерный физический смысл, хотя и малопонятный простому смертному…»– рассуждал он уже и об этом.
–Ну, что ты замолчал, оглядываешься, как испугавшийся мальчишка, – подала голос Инна, -Явот все думаю, как быстро пробежало время…Совсем недавно девочкой весело гуляла по улице, неописуемо радовалась дождю, снегу, искрящимся падающим снежинкам.
–Пожалуй, действительно мечтательныймальчишка, ты права, – нехотя выдавил из себя Викентий, асам подумал: «Во, блин!Мысли-то у нас похожи…»
–Что мешает радоваться сегодня?
–Мешает все.
–Тебе полезно почитать детективы…
–Это ты к чему?
–Чтобы тренироватьмозги…
–Сам тренируй!
Викентий вновь задумался: «А детективы нудныес однойстороны, но забавная вещь…Смотришь вроде все понятно заранее… и изюминка всегда в мелочах…»
–Знаешь, что мне пришло в голову? – продолжил он уже вслух.
–В твою голову всегдаприходит совсем не то, что нужно.
–Чтобы избежать ненужных воспоминаний, надо их записать на сторонний носитель…
–Что ты несешь?
–Но вопрос, как? – будто не замечая колкости, продолжал Викентий, – Это не просто. Мы пишем историю общую, но у каждого она своя. Несомненно, где-то она обобщается и на генетическом уровне возвращается в следующих поколениях.
Инна молчала, и он продолжал:
–Можно записать жизнь нашего мозга на носитель и дать ему возможность развиваться уже самостоятельно, как бы независимо от тебя…И еще странно, что с годами время бежит так стремительно…Может мы начинаем мыслить медленнее…
–А при чем тут это? Просто становимся старыми…
–По Эйнштейну время замедляется при приближении кскорости света, а мысль, мне кажется близка к этой скорости…Как тебе такое соображение?
–Сядь лучше и покак…
–А ты поразмысли сама…, – будто не замечая унизительного упрека, продолжал Викентий.
–Как тебе втемяшить в башку, что невозможно замедлить или переписать жизнь…
–Возможно все. Главное поставить задачу.
–Поставь себе в задницу…
Викентий вдруг представил всю глубину пришедшей ему догадке существования жизни и самой вселенной.
«А что, если кто-то не случайно выключает наш житейский компьютер? И что надо делать, чтобы оттянуть этот процесс?» – размышлял он уже про себя.
–В заднице можно жить вечно, нопопробуй выдавить из нее свое заскорузлое и пожелтевшее «я»– решил все-таки парировать Викентий.
–О! Это практически твое постоянное состояние – вылезание из именно этого места.
– А интернет, из которого ты не вылезаешь,уничтожает не только твое и мое «я», но и всех остальных, – повернулся к ней Викентий, не обращая внимание на очередной выпад жены, -Всякие там блютузы и всевозможный информационный унитаз черезгаджетыпоглощает не только меня…
–С тобой невозможно разговаривать.
–Да. Я тоже замечаю, что молчание – прекрасная штука и не мешает мыслям.
Викентий еще долго пытался про себя рассуждать на эту тему ипришел к довольно трезвой мысли -немного успокоиться.
«Когда человечество научиться пересаживать мозг в какую-то бионическую среду – это и будет некой флэшкой или диском считывания мозга. А искусственная почва даст возможность нанезависимое развитие мозговой деятельности в отрыве от тела.»
–Неплохо придумано, – вдруг вслух произнес пожилой человек.
– От твоих заморочекдавно голова болит, – отфутболила Инна, – Меня пригласила подруга погостить у нее недельку под Москвой…Поедешь со мной?
–Ну уж уволь, дорогая…Твои подруги меня только раздражают.
–Чем это они тебя дразнят так?
–В основном бестолковыми разговорами и прежде всего ограниченными мыслями…
–А…, – многозначительно промычала Инна, – Понятно… Как хочешь…
И действительно, через день,недолго думаяи почти не собираясь, жена уехала в Подмосковье.
–Приеду к следующему четвергу. Еда в холодильнике, картошку сваришь себе сам…
–Хорошо, – утвердительно кивнул Викентий, не зная радоваться или горевать по ее отъезду.
Сначала без привычных разговоров стало немного скучно, но уже через пару часов он ощутил некоторую радость от того, что никто не теребил его заботами о нем же самом. Так прошел остаток дня, и посмотрев перед сном любимую программу«Неизвестная вселенная»,он был удовлетворен, что не надо было растолковывать или пояснять свое мнение о ней.
«Одиночество очень даже успокаивает» – размышлял он, засыпая один в постели.
Он долго ворочался, что-то мешало ему перейти в спокойное русло неосознанной власти подсознания, но всеже сон постепенно завладел им почти до утра.
Перед самым пробуждением, Викентия сразила непонятная фигура толи женщины, толи мужчиныс омерзительным и одновременно чем-то влекущим к себе проникновенным погружением. Взгляд этого фантома был скрыт огромным зеркалом очков, в руке торчало подобие сигары явно дурманящего зелья. Трудно было определить, что он выражает и даже, что он делает или предполагает осуществить. Некий позыв неопределенности и назидания, нагнетания внимания и страха неизведанного покоя. Викентий во сне остро ощущал мучение души и одновременно расслабление своего тела. Онпочувствовал, что сон был не случайным,заметно его оздоровил и поставил все жизненные ресурсы на свое место. Резкое пробуждение его насторожило, хотянаутро он неожиданноощутил трепещущий нервжизни.