- -
- 100%
- +
Вступление
Это роман о размышлениях и стратегических решениях Иосифа Виссарионовича Сталина в определенных исторических ситуациях.
Все написанное ранее о жизни «отца народов», включая «Батум» Михаила Булгакова по мнению самого героя беспощадно приукрашено в ущерб исторической правде.
Для одних личность Сталина – это непреклонный диктатор и параноик, другим она представляется реально справедливым и эффективным человеком во власти. Все признают, что он добился многого, в том числе гигантских успехов развития страны и победы в Великой Отечественной войне.
Но сегодня после возврата нашего общества к капитализму немало людей, особенно молодежь, не знают и не воспринимают его яркие незаурядные способности в реализации идеи Маркса освобождения человека от эксплуатации капитала, а также в беспрецедентном солидарном братском объединении народов России и послевоенной восточной Европы и Азии на основе социалистических преобразований.
Решения этого политика всегда своевременны и решительны как внутри страны, так и во внешней политике к окружающему и враждебно настроенному капиталистическому миру.
Известно много не лишенных восхищения высказываний о Сталине противников-антикоммунистов, в том числе Черчилля, Трумэна и даже самого Гитлера, но хочется упомянуть оценки послов США в СССР Гарримана и Девиса, которые неоднократно встречались и непосредственно работали с ним и руководством страны Советов в предвоенные 30-е и 40-е годы.
«Сталин обладает глубокими знаниями, фантастической способностью вникать в детали, живостью ума и поразительно тонким пониманием человеческого характера. Я нашел, что он лучше информирован, чем Рузвельт, более реалистичен, чем Черчилль и в определенном смысле наиболее эффективный из военных лидеров».
«Он держался очень просто, но одновременно величественно, производил впечатление человека сильного, собранного и мудрого. Ребенку бы понравилось сидеть у него на коленях, а собаке ласкаться у ног».
Необычно скромный и беспристрастный Сталин возвеличивал себя всегда естественно и просто. Он резко отреагировал на напечатанную в ноябре 1945 года хвалебную статью Черчилля о его высокой оценке на посту верховного главнокомандующего. Сталин в это время находился на отдыхе и «глубоко не продуманное» решение о печати статьи приняла оставленная «на хозяйстве» четверка – Молотов, Маленков, Берия и Микоян.
«Это ошибка! Все эти похвалы нужны Черчиллю, чтобы усыпить свою запятнанную совесть! Он маскирует тот факт, что он сам и его лейбористы создают враждебный буржуазный блок против СССР. Мы не должны помогать этим денежным мешкам! У нас самих теперь есть довольно управленцев, которые приходят в свинячий восторг от похвал капиталистов. Это не дело, с угодничеством перед иностранщиной нужно бороться жестко и до конца. Если же мы сами публикуем эти ядовитые речи, то сами насаждаем низкопоклонство и угодничество! Не стоит и говорить, что советские руководители не нуждаются в чьих-то похвалах. Что касается меня лично, то такие похвалы только коробят меня».
Все речи и доклады Сталин готовил сам, писал он очень кратким доходчивым и понятным каждому языком. Еще в 1917 году Владимир Ильич Ленин был приятно удивлен четким 70-ти строчным отчетом Сталина о положении дел на юге России.
Несмотря на то, что практически невозможно описать человека в отрыве от того необычно сложного революционного и военного времени, автор не заостряет внимание читателя на достижениях Сталина, а привлекает его внимание к своевременному принятию решительных мер в тот момент, когда что-то мешает продвижению вперед.
Повествование романа с применением художественных образов окружающих героя, сподвижников и близких друзей строится на наиболее значимых эпизодах его жизни, начиная с детских и юношеских лет, потом на революционном переломе России и в дальнейшем при определении стратегии и тактики развития страны в качестве главы государства. Автор пытается посмотреть на «отца народов» глазами современника. Ему хочется проникнуться его внутренней философией, которая зиждилась на глубоком знании жизни, понимании значимости учения Маркса и Ленина, детальном владении геополитической и научной информацией о нашей стране и мире. Не исключена из внимания читателя личная жизнь Сталина, его постоянное самосовершенствование, глубокие знания русской истории и культуры при необычной скромности воспитанного в христианских традициях беспристрастного человека.
На фоне того, как при всеобщей поддержке народа Иосиф Сталин неотступно приводил страну к победам в очень трудные годы страны всего двадцать девять (1924-1953) лет, автор надеется, что современнику после знакомства с романом станет более понятно сегодняшнее 35-летнее после горбачевской «перестройки» мало результативное метание власти в строительстве демократического общества.
Глава первая – Детство и юность.
1
С горы по каменистой дороге спускались два мальчика-подростка. Старший, лет 13-ти, рябоватый с опущенными и наполненными раздумьями глазами шел немного впереди. Он, как и его младший приятель, чувствовали себя на этой тропе легко и свободно.
– Завидую тебе, Симон, как ты ловок и подвижен в играх с ребятами.
– Да ты тоже не уступаешь в этом…
– Не скажи, …моя искалеченная сухая рука все-таки дает о себе знать.
Симон хорошо знал, что мальчишеское развлечение – схватить на ходу заднее колесо кареты не прошло однажды бесследно для Сосо, и руку затянуло, повредив сухожилие. Он был тогда рядом и, вспомнив этот досадный эпизод, с сожалением посмотрел в сторону друга.
Позади оставался знакомый пейзаж величественной горы, похожей на огромный холм с остатками древней завораживающей взгляд крепости. Она всегда привлекала мальчишек, здесь можно было представить себя правителем или героем-воином, охраняющими горные свободные просторы. Друзья-приятели часто забирались сюда и, сидя на причудливых каменных глыбах, смотрели вниз, размышляя каждый о своем.
– Да ерунда, Сосо.…К этому можно привыкнуть…
– Нет, – твердо произнес друг, – Надо трезво смотреть… Мать говорит, что физическая работа теперь не для меня…надо лучше учиться и посвятить себя службе.
– Така скучна жизнь уж точно не для меня, – пнул ногой, лежащий на пути камешек Симон, – Твои родители вечно спорят о твоем будущем …и не могут поделить тебя…
Пологая дорожка среди выжженной скудной травы спиралью опускалась к наполненному церквами и невысокими строениями городу. Первым сверху на пути был русский храм с одинокой купольной маковкой.
–В нашей семье детей не осталось кроме меня…Несмотря на то, что они давно живут отдельно, я люблю и уважаю и мать, и отца… В отношении моего будущего они по-своему правы…
Сосо любил читать книги и был более молчалив, хотя глаза его всегда загорались от мечтательных забав в кругу сверстников. Оба мальчугана часто хороводили в компаниях местной детворы и были неразлучными друзьями. Один учился в городском, а другой в духовном училище и оба старались говорить между собой по-русски. Симон в отличие от Сосо успевал по многим предметам очень плохо. Не переживая об этом, он с нескрываемым пренебрежением относился к постижению знаний и часто мечтательно говорил:
– Разве можа суха зубрежка сравнить с приключениями и свободой… Я так благодарен Робен Гуд, что он был на свете.
И сейчас он бойко воскликнул:
– Не надо про скучна жизнь…
–Приключения, конечно, хорошо, но знания не менее привлекательны…Вот сколько раз тебе говорил, что надо говорить – «кому» – Робину Гуду!
– А мне все равно – «кому» или «камо»!
– Сам ты Камо, – улыбнулся старший приятель, – Я думаю на следующий год поступить в Тифлисскую семинарию. Айда со мной!
– Ну, нет, Сосо… Это уж слишком. Ты же знаешь, что я вообще не для учения…
– Знаешь, Симон, каждому начертан свой путь… Учиться – всегда хорошо и это будет главным в моей жизни, причем учится не из-под палки, а пытаться узнать где-то даже больше самого учителя…
– Это как …больше?
– Доходить до всего самому…пропускать через себя… К примеру, ты знаешь историю нашей местности, сколько раз эта крепость была завоевана, и кто когда-то стоял во главе живущего здесь народа?
– Я никогда не думал об этом…
– Но ведь живут здесь разные люди: армяне, грузины, русские…Разве это не интересно?
– Не знаю…Уж больно красиво ты говоришь…
– Я тоже не все это знаю…и не хочу быть простым слово охотником, который только показывает свои знания, а копни поглубже…только пшик!
– Это правда…Я тоже не хочу быть так…Хочу больше делать…
–Для этого надо много знать.
– Чего еще знать?
– Симон, не надо спешить, а все хорошо обдумывать…
– Я согласен, что простому люду, как нам, туговато в жизни…
– Это не простой вопрос…Надо найти себя…
– Так вот, Сосо, я сделаю все, чтобы жизнь наша изменилась к лучшему… Мне кажется, только дружба и братства может самым лучшим…Это так безоблачна.
– Ну-ну, – улыбнулся вкрадчивым и лукавым взглядом друг, – Только говори – «безоблачно».
Несмотря на частичную скованность руки и рябое лицо от перенесенной в детстве оспы, Сосо всегда привлекал в себе всеобщее внимание. Оставаясь ярким изобретателем в компаниях активных сверстников он нередко придумывал что-то новое, а Симон становился непревзойденным прекрасным исполнителем задуманного, его сноровка и даже некоторая дерзость всегда восхищала и непременно сопутствовала удаче.
Небольшой городок, где они жили, был наполнен небогатыми людьми многих национальностей, но это никого не смущало и не противоречило духу единства жителей. Сосо был из грузинской семьи, а у Симон – из армянской. Оба имели свободолюбивый и не подчиняющийся никому характер. Однако первый продолжал проявлять в образовании немалые способности, а второй нарочито оставался косноязычным, очень плохо говорил по-русски, но всегда прислушивался к старшему другу, который настойчиво его поправлял по части знаний и произношения. Через год Сосо с отличием окончил училище и по желанию матери после стажировки у местного священника успешно поступил в православную Тифлисскую духовную семинарию.
Скоро жизнь Симона тоже кардинально изменилась, его исключили за неуспеваемость из училища, и он перебрался в Тифлис на заработки, где поселился у тетки.
2
В семинарии молодого юношу ждала суровая, если не сказать иезуитская дисциплина, но он с энтузиазмом осваивал немалый объем требуемых знаний и имел репутацию хорошо успевающего ученика среди преподавателей. За успехи в учебе, его уже звали теперь полным именем Иосиф, и он получал неплохую стипендию. Прилежный ученик пел в хоре, читал не только книги священного писания, у него скоро проявились и способности к литературе, Иосиф зачитывался произведениями Шота Руставели, очень любил и знал наизусть поэму «Витязь в тигровой шкуре», восхищался Пушкиным, пытался и сам писать стихи. Идеи православия вошли в подростка без сопротивления, но поиск экстремальных ощущений и всего нового остался на всю жизнь. Этот выбор пути вместе с кротостью желания знаний проникал в его душу свободно через христианскую религию.
Здесь у него появились новые друзья и он, как и раньше, был общителен и привлекал внимание сокурсников своей серьезным отношением к жизни и будущей профессии, которая несла в себе особенные ценности: умение прекрасно отличать добро от зла, стараться защитить права простых людей
и следовать идеям социальной справедливости.
Преподавание порой было не совсем обычным, один уже немолодой учитель обучал их жесткому, если не сказать жестокому и даже зловещему взгляду, который, по словам учителя, способствовал бы авторитету и духовному влиянию священнослужителя. Далеко не у многих нашлись подобные способности, но Иосифу нередко удавалось быть положительно отмеченным на этих занятиях.
Среди друзей выделялся Александр, открытый, приятной наружности юноша с ярко выраженными чертами коммуникабельности и солидарным отношением к простым трудовым людям. Однажды он посоветовал Иосифу пойти с ним на почти подпольное собрание молодых рабочих городской типографии. Будучи сам выходцем из простой трудовой семьи, Иосиф сразу глубоко проникся мыслями и чаяниями этих людей. И молодой человек теперь уже не ограничивался только семинарскими занятиями, а пытается найти литературу о свободе труда без эксплуатации капитала. Уже на втором курсе неугомонный нрав пятнадцатилетнего юноши знакомит его с подпольными группами русских марксистов Закавказья, которые оказали на него огромное влияние. Хорошо зная русский язык, он на первых порах помогал распространять революционные идеи и сам с интересом изучает «Капитал» Маркса. Эта работа современного философа – экономиста впервые раскрыла перед ним противоречия реального состояния существующего буржуазного строя и заставила глубоко задуматься о выборе своей дальнейшей судьбы. Знакомится он и с работами Ульянова, Мартова, Плеханова.
На одной из встреч с рабочими Иосиф был заворожен выступлением обаятельного и необычно интеллигентного товарища «Аракела», который детально и подробно охарактеризовал состояние теории и практики марксистского революционного движения в России и призывал к активной борьбе за свободу пролетариата в Закавказье. От коллег Иосиф уже слышал о его огромном авторитете среди Тифлисских рабочих и подошел к нему после собрания.
– Товарищ Аракел, ваши доводы очень интересны и злободневны, хотя я уже далеко не новичок и сам руковожу ячейкой рабочих железнодорожных мастерских.
Эти слова были встречены доброжелательной улыбкой.
– Я уже слышал много хорошего о вашей социал-демократической группе, Коба, так кажется вас величают подпольщики?
– Да, вы правы…
– Курнатовский Виктор Константинович, член Российской Социал-демократической рабочей партии, – представился новый знакомый, – Сам я из Риги, но петербургским партийным центром направлен на революционную работу в Тифлис.
– Неужели в Петербурге так интересен наш регион? – не унимался Иосиф.
–У вас как раз самая гуща событий, ведь развитие капитализма очень связано с Бакинской нефтью, о которой мечтает весь буржуазный мир. Сам Владимир Ульянов настоял, чтобы здесь был активный представитель большевиков.
– Ульянов Ленин! – восхищенно произнес Иосиф, – Вы с ним знакомы?
– Да… Еще по енисейской ссылке.
– Я читал его работы еще под именем Владимира Ильина, особенно запомнилась «Развитие капитализма в России».
– Похвально, молодой человек…
– Какие же задачи стоят перед нами конкретно сейчас?
– Их много, в теории все ясно и понятно, но нужно распространять газету «Искра», непременно расширять сеть ячеек среди рабочих, неплохо бы организовать демонстрацию, чтобы люди почувствовали свою солидарность…еще нужны средства для реализации этих проектов…Мы собираем на перспективу пока у рабочих…
– А не лучше ли отнять эти средства у богатых воротил, например, банкиров…
– Интересная мысль… Главное можно ли организовать такого рода деятельность молодой частью подпольной группы? Подумайте. Партия будет вам очень признательна.
– Хорошо. У меня есть некоторые задумки на этот счет.
Новый представитель партии быстро нашел общий язык с Иосифом и стал его политическим наставником и учителем революционного движения. Скоро и Иосиф уже считал нового товарища из Петербурга своим кумиром в политической борьбе, который научил его теоретическим основам классовой борьбы. Совместное проведение собраний значительно расширило создание новых кружков русских марксистов. Иосиф получал дополнительно интересующую его политическую литературу, последние статьи газеты «Искра» и становится одним из образованнейших и начитанных людей в этой области в здешней подпольной среде.
После этой встречи Иосиф активно начал прорабатывать специальные вылазки подпольщиков – боевиков в составе проверенных пятерок для неожиданных налетов на богатых промышленников и карет казначейства. Деньги все до копейки после экспроприации или «эксов», как говорили налетчики-боевики, шли на организацию революционной работы и поддержание людей, оказавшихся в царских застенках. К этой работе он активно привлек своего давнего друга и теперь уже соратника «преданного делу революции» Симона, получившего от него кличку «Камо». Детали операций Иосиф скрупулезно прорабатывал сам, прибегая порой к неожиданным решениям, вплоть до переодевания в полицейских и жандармов. Сам же Иосиф по рекомендации подполья не участвовал в налетах. Почти все задуманное с легкой руки Камо было благополучно осуществлено, и его слава налетчика уже пугала, а порой и приводила в трепет местную полицию. Камо до конца жизни остался верен своему другу, оставляя последнего в тени прославивших его похождений. Однажды в Тифлисе был таким образом ограблен филиал Азербайджанского банка на баснословную сумму несколько сот тысяч рублей. К сожалению, все добытые деньги были очень большими купюрами и привлекали внимание. Тогда комитетом партии было принято решение отправить Камо за границу для размена купюр. В Германии его выследили и арестовали. Чтобы избежать наказания, он прикинулся умалишенным. Немецкие полицейские решили проверить это и применили жесточайшее испытание – расширение зрачков при ожогах его тела огнем. Камо напряг всю свою волю, преодолел эту немыслимую проверку и был выпущен на свободу. Покинув Германию, он продолжил революционную борьбу. После этого имя Камо становится хорошо известно в кругу российских революционеров.
На втором курсе семинарии молодой человек был с головой поглощен работой революционного движения в борьбе с самодержавием. Это обстоятельство не было не замечено руководством Тифлисского духовного ведомства, и Иосифу было отказано в стипендии, без которой он в силу бедности родителей не мог продолжать обучение. Формальной причиной отчисления была неявка на экзамен.
Перед тем, как покинуть стены семинарии, Иосифа вызвал к себе на беседу ректор архимандрит Серафим.
– Молодой человек, я вызвал вас чтобы сообщить, что мы не имеем возможности оплачивать ваше дальнейшее обучение…, – он намеренно не называл реальные причины отчисления – участие в социальных массовых собраниях.
– Мне уже сообщили, владыка.
– Жаль, но такова ситуация…Вы хороший и способный ученик…
– Но вокруг много нового…, опустил глаза Иосиф, – Буду начинать жить и в миру…
– Я понимаю, у нас жесткая дисциплина, с такой закалкой вы можете быть достойным гражданином…
– Спасибо, владыка…
– Повторю, мне жаль прощаться с вами, молодой человек, у вас неплохие способности, вы скромны, аккуратны и, …я бы добавил, имеете определенные возможности в постижении истинных знаний о человеческой душе.
– Вы же знаете, владыка Серафим, что в силу бедности моих родителей, я не могу продолжать учение без стипендии.
– Да-да. Но это вопрос мы могли бы решить. Тут несколько другие обстоятельства. До нас доходит информация, что вас одолевают смутьяны-дьяволы революционеры.
– Почему же сразу дьяволы? – улыбнулся Иосиф.
– Послушайте, Иосиф… В вашем имени звучит христианская история мира, – посмотрел на него внимательно архимандрит.
Иосиф немного смутился.
– Да. Именно так. Образ Христа хотя и косвенно, но прочно связан с ним. Ведь человек с именем Иосиф, был прижизненным отцом Иисуса по велению пришедших сверху волхвов…Несмотря на божественное происхождение Христа, Иосиф, несомненно, участвовал в его воспитании и становлении…Как много недосказанного, но очевидного, – почти прошептал последние слова владыка.
Молодой человек отвел глаза в сторону. Он никогда не задумывался об этом, но с самого раннего детства чувствовал неукротимое стремление ко всему новому в реализации задуманного. Присутствие некой неведомой силы вселяло надежды правильности выбранного пути.
– Видите ли, молодой человек, – продолжал архимандрит, – Иногда надо быть немного выше мелочных интриг политики. Сильный человек верит в себя, в Бога, который в нем единственно самом.
– Но посмотрите, владыка, как несправедливо устроен наш земной мир…, начал было Иосиф.
– Я все это знаю. Но поверьте мне, все ваши мысли и может правильные усилия и устремления принесут не меньше зла, чем пользы. И чем больше кажущейся пользы вы ощутите, тем больше будут вас топтать ногами и ненавидеть…
– Почему, владыка?
–Так устроен мир, где добро и зло идут рука об руку вместе. Есть добро благословенное богом…оно и есть истина благоденствующего добра
над злом.
– Но почему кругом такая несправедливость?
– Приятно, что вы задумываетесь о жизни других, но здесь одного детального обдумывания очень мало.
– Мало?
– Для восприятия истины мало рассудка, должна быть вера.
– Я согласен… и верю…в борьбу.
– Вам не понять, но это не всегда угодно Богу…Идите и помните наш разговор. Я искренне хочу, чтобы у вас сложилась жизнь хорошо…Скажу еще на прощание…Жизнь вне церкви с вашим характером будет не так проста, как кажется…Много соблазнов и заблуждений охватывают молодую душу…
– Но существуют и другие не менее прогрессивные учения…
– Наслышан о ваших увлечениях… «В словах правды нет» и добавлю от себя…необходима внутренняя интуиция…Надеюсь, что глубина ее взращена временем пребывания в наших стенах…на нее надо опираться…
Иосиф молчал, а владыка продолжал:
– Как бы там не говорили…но самое главное борьба с самим собой…Это ощущение благостного одиночества…или постоянное присутствие в себе частицы Бога…
– Понимаю, владыка.
–Если хоть чуточку понимаете, желаю вам успеха…и не забывайте, что вы выросли душой здесь… Если жизнь когда-нибудь поднимет вас чуть выше…над другими, не уподобляйтесь гордыни и оставайтесь всегда кротким к окружающим…Бог постоянно посылает подсказки и надо только их правильно понимать…
Иосиф молчаливо опустил взгляд.
– Слушай подсказки сверху, сын мой…Мне кажется, тебе это дано…Или будет дано…
Возможно, не случайно вскоре Иосиф взял себе партийную кличку «Коба», которая на церковнославянском звучит, как «Волхв».
3
После отчисления из семинарии Иосиф вынужден был найти способ существования в городе и несколько лет проработал наблюдателем погодных условий и неба в геофизической Тифлисской обсерватории. Казалось совсем неслучайно жизнь привела его к природе и звездам, в них было что-то мистическое, спокойное и неизменно надежное. Жил Иосиф тоже при обсерватории. Работа не отнимала много времени на периодические обходы и записи приборов, она давала и возможность заниматься революционной деятельностью. Иногда он приглашал свою ячейку сюда в обсерваторию и проводил собрания. В 1901 году по этой причине в это тихое учреждение неожиданно нагрянула полиция, правда Иосиф благополучно скрылся, после чего перешел на нелегальное положение и уже не имел постоянного места жительства.
Профессиональная революционная работа требовала большого напряжения, осторожности и каждодневного внимания к мелочам своего существования. Он шесть раз был арестован, но постоянно сбегал из тюрем и мест заключения. Скоро Иосиф стал хорошо известен в кругу революционеров подпольщиков в Тифлисе и Баку под псевдонимом «Коба».
Будучи увлеченным, а потом и посвятившим себя подпольной работе, Иосиф с этой поры себе уже не принадлежал. Оставаясь скрупулезно внимательным, скромным и аккуратным он предпочитал многому в жизни доверие товарищей. Иосиф скитался по чужим квартирам и холодным гостиницам. Непреодолимое желание жизни, вера в будущее и безоглядная молодость влекла его вперед к борьбе за справедливое общество.
Несмотря на эти трудности, Иосиф поддерживал дружбу со своими сверстниками по семинарии. Однажды он встретился со своим верным другом Александром, который пригласил его в свой дом и познакомил с младшей сестрой. Иосиф с первого же взгляда был сражен красотой этой девушки. Не ускользнуло от него, что она была модно и со вкусом одета в легкое платье. По рассказам брата она была в курсе необычной жизни Иосифа, которая казалась ей не лишенной романтики и притягательных мечтаний о самоотверженных и неуловимых героях.
– Я много слышала о ваших победах в борьбе за светлое будущее, – сразу призналась она.
Иосиф был очень смущен вниманием, считая себя не из красавцев и не имеющим опыта взаимоотношений с женским полом. Он хорошо знал о своей малоподвижной руке, слегка заметной хромоте от рождения, не говоря уже о том, что лицо было еще с детства покрыто оспиной рябью.
– Ничего особенного в моей жизни нет, – вежливо ответил молодой человек, – Просто чаще приходиться думать о других…
Глаза девушки искренне засветились. Она была в возрасте цветущего женского тела, глаза острые и насыщенные внутренней силой. Сраженный устремленным на него вдохновенным искренним взором молодой красивой женской плоти Иосиф первый раз в жизни пожалел, что сам не красив и не сказочно богат. Он опустил глаза, преклоняясь перед живостью необычной человеческой красоты. Ему хотелось уйти от этого наплыва чувств, но Като, так звали ее, не отпускала его взглядом и притягательным вниманием. При всей скромности гостя она не могла не заметить его особого едва уловимого мужского обаяния.