Дракон мятежной королевы

На далекой и высокой горе Валаад, среди облачных вершин, существует проход в мир богов. Там правит могущественный бессмертный дракон, чьи крылья сверкают ярче закатного солнца, а в глазах отражается мудрость древних времен.

Рядом с ним – его брат, страж и самый верный соратник.

Между двумя братьями царят мир и гармония, но лишь до тех пор, пока правитель мира богов не встречает свою судьбу в лице прекрасной девушки Адары.

Ее красота восхищает не только людей, но и тех, кто обладает сверхестественной силой. Брат дракона не может устоять перед ней, он пылает страстью, но едва соблазнив – понимает, что сотворил, и убивает несчастную, лишь бы Адара не рассказала обо всем мужу.

Однако правитель богов всеведущ – ничто не может скрыться от его мудрого взора. Когда он узнает о предательстве брата и учиненном страшном зле, неистово гневается, проклинает брата и, лишив его свободы, запирает в горе Валаад. Проклятие страшное, черное, необратимое.

Так страж оказывается пленником собственного порока. А люди прозывают его «Подгорным королем».

И сидеть ему под горой, пока не найдется тот, кто будет способен противостоять черному проклятию. А наградой герою станут несметные сокровища Валаада.

1

—Кто это? – облизнув пересохшие губы, спросила Киара у стоявшего рядом работорговца.

– Нианец, моя госпожа. Совсем дикий… Да вы и сами видели. Он даже языка не знает. Его только сегодня доставили на корабле.

– Сколько вы за него хотите?

Сердце стучало как бешеное, а ладони вспотели. Кольцо-артефакт на пальце нагрелось, сообщая хозяйке, что странный мужчина перед ней именно тот, кого она так долго искала. Неужели ей наконец улыбнулась удача?

На мгновение их взгляды встретились. Мужчина, нианец, усмехнулся, словно не он, а она сейчас стояла пред ним на коленях.

Кольцо на руке жгло, призывая сделать выбор.

– Ищете покорного слугу? – хрипло, с еле заметным акцентом спросил он.

Видимо, вопреки заверениям торговца язык мужчина все-таки знал.

В голове вдруг что-то щелкнуло, разум затуманился. Шум рынка остался далеко позади, а перед ней были лишь колдовские глаза с по-звериному узкими зрачками.

Киара моргнула и как во сне направилась к нианцу.

Мгновение, тот сделал резкий выпад, с легкостью сбросил с себя троих стражников, опутав цепью от кандалов шею девушки и прижав ее к своему телу.

Киара сразу пришла в себя, будто из воды вынырнула. Тяжело дыша, она попыталась дернуться, но тщетно. Боги, неужели ее только что околдовали? Ее, Хранительницу силы и магии всего королевства? Заставили идти на чужой зов, как бычка на веревочке…

– Я сверну ей шею, если вы не раскроете наручи, – потребовал мужчина.

Цепи от кандалов сильно нагрелись и болезненно жгли кожу. Видимо, сила чужестранца была такой большой, что даже антимагические оковы не могли полностью сдержать ее. Откуда он взялся здесь? Да еще и в качестве раба?

А в голове между тем набатом стучало: «Тот самый!», «Нашла!», «Наконец-то!».

До конца срока оставалось всего ничего. Время утекало сквозь пальцы, приводя Киару в отчаяние, и вот наконец – удача. Она нашла исток. Только тот не слишком-то рад их встрече.

– Отпусти, или тебя убьют, – прохрипела Киара, судорожно пытаясь придумать, как быть.

Раба, посмевшего причинить вред свободному, было разрешено убивать на месте в урок и назидание другим. Если он такой сильный, то почему не околдовал торговца, чтобы выманить ключ?

Вот только… Кажется, нианец даже не надеялся, что его безумный план сработает. Неужели он хотел… лишь умереть как можно быстрее?

– Пусть. Я не боюсь смерти, – засмеялся он, но этот смех был больше похож на кашель. – А вот ты прямо дрожишь – боишься.

«За тебя!» – мелькнула в голове злая мысль.

Стражники уже окружили их, того и гляди кто-нибудь ударит артефактом подчинения – любимой игрушкой работорговцев.

Вздохнув, девушка призвала свою силу, оборачиваясь змеей.

Маг, не ожидавший подобного, лишь неловко дернулся, когда она выскользнула у него между рук.

Стражники бросились с копьями в его сторону, намереваясь проткнуть непокорного мужчину.

Киара едва успела обратиться в человека и встать впереди, закрыв его своим телом.

– Сколько? – требовательно спросила она у торговца.

– Пять тысяч! – кажется, тот и сам сильно удивился названной сумме и затаил дыхание, ожидая торга.

– Я его покупаю.

– Он попытался убить вас! – подал голос один из стражников. – Госпожа, его надлежит взде…

Он не договорил, сникнув под взглядом Киары. Зато голос подал нианец:

– Попытался и могу сделать это снова. Лучше уйди в сторону и дай им сделать свое дело, девочка, – устало произнес он.

Как можно желать собственной смерти? Киара резко развернулась, придирчиво рассматривая мужчину. Смотреть ему в глаза она теперь опасалась. Если бы речь шла о ком-то другом, легко бы поставила на колени, навязав свою волю как единственно возможную. Но кольцо не могло ошибиться. Этот мужчина действительно тот, кто ей нужен.

Высокий, стройный, с различимым рельефом мускулов под тонкой рабской робой, темные волосы слегка вьются, отдавая едва заметной рыжиной на солнце. Кожа на руках покрыта каким-то узором. Может быть, это выбиты магические руны? Или в их стране принято так украшать себя?

Взгляд задержался на его ключице, откуда стекла под рубашку капелька пота.

– Ну что? Нравлюсь? – усмехнулся мужчина.

Киара прищурилась, раздумывая, что ответить наглецу, но с мысли ее сбил работорговец. Он суетился, боясь, что госпожа передумает или попытается сбить цену.

– Отдайте ему деньги, – приказала она сопровождавшей ее страже.

– Благодарю, покорно благодарю, замечательная покупка, – торговец расцвел на глазах. – Артефакт подчинения, вот. Это парный к тому, что вшит ему под кожу.

Он кивнул на свою руку. Вещица выглядела как кожаный браслет с зеленым камнем.

Подчиняющие артефакты вживлялись всем рабам без исключения, как только люди попадали в руки торговцев. Противиться этой магии не могли даже самые-самые искусные чародеи, что уж говорить о немагах.

К добру или к худу, но действие не было вечным. Год-два постоянного воздействия делало человека невосприимчивым. Вот только и один год – это достаточный срок, чтобы сломить волю и отбить желание к сопротивлению.

– Зачем я тебе? – прямо спросил мужчина, видя, что сделка вот-вот состоится.

– Как ты обращаешься к своей хозяйке, раб? – замахнулся на него торговец.

Подчиняющий артефакт, который он еще не успел отдать, замерцал зеленоватым светом. Поняв, что сейчас произойдет, Киара легко перехватила руку работорговца.

– Это больше не ваши проблемы, – предупреждающе произнесла девушка. – Отдайте.

Спустя несколько секунд на ее запястье закрепили тонкую полоску кожи. Кольцо вновь нагрелось.

– А за дерзость наказывать ты предпочитаешь сама, да? – Кажется, нианец откровенно нарывался.

Или для него это способ все-таки получить такое желанное избавление?

Киара на несколько секунд прикрыла глаза, а затем приказала:

– Иди за мной.

Лицо мужчины мучительно скривилось. Девушка опустила взгляд и увидела, как камень на браслете мигнул зеленым. Неужели артефакт сработал независимо от ее желания подчинить?

Путь до королевского дворца прошел в тишине. Киара любила гулять по улочкам Заира, нередко даже без стражи. Не любила брать повозки, предпочитая пеший ход. Вот только сейчас их маленькая процессия сильно нервировала. Впереди она, за ней нианец с кандалами на руках. Обычно Киара так не делала, но в этом случае не могла ручаться, что по дороге дикарь снова что-нибудь не выкинет. Тем более что он, как выяснилось, маг…

Бездна! Кажется, силой такого надолго не удержишь. Придется договариваться.

Вернувшись во дворец, Киара прошла прямиком в свои покои и, заведя в них раба, отпустила стражу. Спорить с Хранительницей никто не решился, хотя она прекрасно видела, как переглядывалась охрана.

Дикарь осматривался без особого интереса. Девушка много раз видела бедняков, попадавших в богатые дома, как они себя вели… Нианец не был бедняком. Его ничто не удивляло и не трогало.

– Присаживайся. – Сама Киара уселась на край кровати, а мужчине указала на кресло.

Камень на артефакте вновь мигнул зеленым, а мужчина сразу же исполнил приказ. Проклятие! И как теперь нормально разговаривать? Хотя, возможно, это даже и к лучшему. По крайней мере, она получит честные ответы на вопросы.

– Как тебя зовут?

– Амоа Ди Малех.

Ди? Она не так много знала о закрытой стране нианцев, но, кажется, приставка «Ди» у них означала аристократическое положение или что-то вроде того.

– Как ты попал на рынок рабов?

– Продал себя.

– Что?

Киара удивленно вскинула брови, не понимая, как такое возможно. Что могло его заставить?

Амоа отзеркалил ее выражение лица, перехватив на секунду взгляд. В голове снова зашумело.

– Хочешь меня… – он сделал длинную паузу, а затем приподнял все еще закованные в цепь руки, – освободить?

Девушка облизнулась, не в силах противиться разгоревшемуся желанию подойти к мужчине. Действительно, почему Киара все еще не сняла с него наручи?

Хранительница медленно поднялась с кровати и направилась к нему, с каждым шагом ощущая усиливающееся притяжение. Ключ не требовался, достаточно было магического импульса извне, чтобы снять цепь.

Она заскользила кончиками пальцев по выбитым узорам на плечах мужчины, любуясь перекатами мускулов.

– Освободи… меня… – повторил он, и девушка послушно потянулась к наручам.

Но стоило призвать силу, как та помогла сбросить наваждение. Киара остановилась буквально в последний момент, перенаправляя импульс с наручников на него самого.

Раб изогнулся и сдавленно зашипел. Что? Больно? А не надо было снова пытаться подчинить!

– Создатель тебя прокляни, я запрещаю тебе это делать со мной! Ты понял?! Не смей больше применять ко мне свой гипноз! – Девушка вцепилась ему в волосы, заставляя поднять голову.

Сердце стучало в висках, руки вспотели. Если артефакт не поможет и она снова попадет под действие чар нианца, то все бесполезно.

Как его с такой силой смогли удержать простые работорговцы? Нет, тут точно что-то нечисто!

– Зачем я тебе? – глухо спросил Амоа, но заколдовать еще раз не попытался.

– Я тебе расскажу. И… сниму оковы. Только обещай не применять магию без моего позволения.

Только сейчас девушка заметила, как близко они находятся друг к другу.

Ей стоило больших трудов, чтобы сдержать себя и не пустить снова в ход магию.

– Тебе достаточно приказать, госпожа. – Последнее слово он выделил интонацией.

Эти игры порядком надоели. Разозлившись на него и на саму себя, Киара громко произнесла:

– Тогда я приказываю. Не применять магию без моего позволения и не пытаться сбежать, – процедила она сквозь зубы, раздражаясь с каждой минутой все сильнее и сильнее.

Артефакт подчинения на запястье полыхнул зеленым.

– Как прикажете, госпожа, – процедил мужчина безо всякого почтения.

От этого злого неприязненного тона больно резануло по сердцу. Почему возникло ощущение, что она сделала что-то, о чем будет жалеть?

– Меня зовут Киара. Те, кто хорошо меня знает, зовут Кая. Если хочешь, можешь обращаться по имени, – тихо сказала девушка.

– Это тоже приказ, госпожа?

От усталости в голосе Амоа не осталось и следа. Сейчас в нем были лишь плохо сдерживаемые ярость и гнев.

– Нет.

Она кашлянула и, чуть наклонившись, наконец освободила его от цепи, на всякий случай все же оставив антимагические наручи на запястьях.

– Какая честь, – фыркнул он, покрутив затекшими руками.

Нет, этого наглеца определенно требовалось проучить! Больших трудов стоило сдержаться. Чтобы не сделать того, о чем пожалеет, Кая отошла от него на несколько шагов.

– Действительно честь. Я – Хранительница магии королевства Диагон. И я выбрала тебя своим истоком.

Амоа безразлично дернул плечами, показывая, что это ему ни о чем не говорит.

Кая вздохнула, прижав пальцы к вискам и собираясь с мыслями. Сложно объяснить постороннему то, что давно уже стало частью тебя. Ненавистной, неотделимой частью.

Она не могла стать матерью или выйти замуж. Или претендовать на трон, несмотря на близкое родство с правящей династией. Киара была проклята практически с рождения. И это проклятие медленно убивало ее. А через нее и всю ее семью. Отца, мать, младшую сестру. Время было их главным врагом. Срок почти подошел к концу. Единственный шанс на спасение – найти для нее исток. Человека, жизненная сила которого противоположна той, что течет в Киаре, и способная не дать проклятию завершить начатое.

Но стоит ли раскрывать Амоа всю правду прямо сейчас?

Вытянув руку вперед, Хранительница кивнула на кольцо на указательном пальце.

– Это семейный артефакт. Он способен улавливать ауры людей. Он указал, что наши ауры подходят друг другу.

– Подходят для чего? – Мужчина нахмурился и окинул ее долгим взглядом снизу вверх. Оценивающе хмыкнул.

Несмотря на всю уверенность и браваду, Киара почувствовала, как краска начинает приливать к щекам. Он что, думает, что она потратила такие деньги просто потому, что вдругзахотела его? За ее двадцать с лишним лет еще ни один мужчина не интересовал Киару настолько, чтобы платить за ночь с ним. И уж тем более пять тысяч золотом!

Вдох-выдох. Спокойно. Он – мужчина, какого еще ожидать от него хода мыслей? Но она – женщина. И должна быть хитрее, терпеливее… как затаившаяся змея. Нельзя контролировать человека, которому нечего терять. У которого нет желания выжить любой ценой, пусть даже не ради себя.

А ради цели?.. Нужно найти, нащупать эту цель. Или дать ему новую. Значит, нужно узнать о нем чуть больше. Односложные ответы не помогут. Сложно составить картинку, если не знаешь, о чем спрашивать. Но ведь спрашивать и необязательно. Иногда реакции говорят куда больше слов.

– Говоришь… сам себя продал? И ты при этом аристократ, – окончательно успокоившись, Киара обошла кресло, в котором он сидел, и встала сзади, разглядывая узоры на мужской шее, уходившие под рубаху. Кольцо на пальце нагрелось, и от его жара покалывало всю руку. – Сильный маг и, судя по твоему общению, привык приказывать.

Мужчина тихо усмехнулся, и Киара поняла, что не угадала.

– Но ты не всегда был аристократом.

О, вот теперь она явно попала в цель! Киара видела это по тому, как забилась жилка на шее, почувствовала, как от мужчины потянуло флером плохо сдерживаемых эмоций. Тогда она сделала еще одно предположение:

– Магом ты тоже был не всегда.

И снова в цель.

Обогнув кресло, Кая уже без стеснения села к нему на колени и осторожно дотронулась до колючей от щетины щеки нианца, заглядывая в его глаза с вертикальными зрачками, так похожими на звериные.

– Получив силу, ты совершил что-то, о чем жалеешь? – Она попыталась прочитать ответ по его взору. – Поэтому ты?..

– Я. Ни о чем. Не. Жалею, – процедил маг.

Его грудь часто-часто вздымалась, крылья носа раздувались, скулы побелели. Того и гляди взорвется.

От его слов по коже пробежали мурашки. Чистая, незамутненная ненависть. Ярость, почти не контролируемое бешенство, злость.

– Значит, у нас с тобой уже есть что-то общее.

Кая не собиралась сопереживать своему пленнику. Так почему же сочувствует ему? Неужели нианец как-то обошел приказ и снова околдовал ее?

– Общее? Вряд ли у меня есть хоть что-то общее с избалованной девчонкой, – ответил мужчина, постепенно успокаиваясь.

Кая улыбнулась. О нет. Он точно не родился благородным. Впрочем, чтобы сделать более конкретные выводы, нужно узнать подробнее о его родной стране.

Напоследок царапнув его ногтем по щеке, она с сожалением поднялась и подошла к окну.

На площади перед дворцом собирался народ – сегодня королевская семья произносила приветственную речь по случаю дня рождения наследного принца.

– А как насчет сотрудничества с избалованной девчонкой? – как бы между делом уточнила Хранительница.

Словно это было ей совершенно не важно и от этого не зависела ее жизнь и жизнь ее близких.

– Сотрудничества? Хм… Дай подумать. Это предполагает, что и я что-то получаю, – протянул Амоа, окончательно справившись с приступом гнева.

Кая смотрела в окно, не в силах сдержать улыбку. Так и хотелось сказать: «Ну-ну, не прикидывайся пустышкой, друг мой, я уже видела, какой огонь спрятан внутри тебя».

– Вот только не вижу ничего, что бы ты могла мне предложить. – Краем глаза Кая заметила, как маг развел руки в стороны. – Освобождать-то ты меня явно не собираешься.

Это точно не разговор раба с госпожой. Ни о какой покорности не шло и речи. Но пока на это можно было закрыть глаза. Киара не сомневалась в себе – она сумеет привить ему нужные качества.

– Почему ты не сделал этого сам? – Браслет полыхнул зеленым. – Ты уже дважды околдовал меня. Неужели торговцы людьми оказались сильнее Хранительницы Диагона?

– Насчет сильнее не знаю, но в антимагических наручах воздействовать на них не получалось. – Мужчина склонил голову набок, продолжая пристально рассматривать девушку. – Возможно, все дело в этой… как ты сказала? Ауре? Ты первая, кто поддался на зов, с тех пор как я оказался… где оказался.

Закончил он совсем тихо и даже отвернулся под конец фразы. Что же все-таки с ним случилось?

Прикусив губу, Киара напряженно размышляла, как поступить дальше. Этот человек явно не привык быть рабом и тяготился всем тем, что с ним произошло. Причем до такой степени, что был готов даже на смерть, лишь бы прекратить все это.

Девушка машинально дотронулась до горячего кольца-артефакта на пальце. Еще не проведя инициацию, она знала точно: он – тот самый. Единственный, кто может спасти ее. И Кая просто не может дать ему свободу. Физически не может. Ни через десять лет, ни через двадцать. А сколько продержится на нем эффект от артефакта подчинения? Полгода? Год? Если повезет, то и два. Но если она оставит все как есть, никто не сможет поручиться, что по истечении этого срока нианец не сбежит.

Резко развернувшись, девушка снова встретилась с ним взглядом. Сейчас от ее слов зависела не только ее жизнь.

– Что такое свобода по сравнению с тем, что тебя гложет? Я могу тебе дать куда больше, чем просто свободу. Как насчет мести?

– Мстить уже некому, – хрипло ответил мужчина, но Кая видела, какой яростный огонь снова блеснул в его глазах.

– О да. Именно поэтому тебя так распирает, когда ты говоришь о сожалениях? – с иронией заметила она. А затем, усмехнувшись, легко поддразнила его: – Нехорошо врать своей госпоже.

Амоа, поджав губы, опустил взгляд. А Киара мысленно выдохнула, поздравляя себя с первой, пусть и маленькой, победой. Ничего. У нее есть как минимум год, чтобы приручить его. Заставить быть зависимым от нее. Вытравить даже малейшую мысль когда-нибудь покинуть Киару. И если ради этого она должна помочь стереть в порошок его врагов… Что ж, она сделает это.

2

Когда Киара проходила по коридору, она слышала, как шушукались служанки, и замечала, как косились на нее стражники. Многие считали ее порождением Бездны, ведьмой, проводившей в подвалах замка нечеловеческие эксперименты. Порой девушке казалось, что все думают, что рабов она покупает лишь для того, чтобы съесть их, обернувшись змеей. Мысли об этом заставили усмехнуться. Плохая репутация порой служила отличной защитой.

Впрочем, наверное, стоило поменьше спорить с хранителями казны и оружия во время последних королевских Советов. Не хотелось бы, чтобы они настроили против Киары не только прислугу, но и знать.

Сегодня должен был состояться бал в честь дня рождения наследного принца, и ей, как Хранительнице, пропускать подобное мероприятие нельзя. Но прежде чем готовиться к балу, имелось еще одно дело.

Ее семья жила тут же, во дворце. Последнее время родители почти не выходили из своих покоев, очень ослабнув из-за проклятия. Но сестра пока чувствовала себя хорошо и тоже собиралась сегодня на бал.

Когда Кая вошла, отец – кузен короля, внук знаменитого Георга Завоевателя – сидел у окна, подперев голову рукой, и наблюдал за народными гуляниями на площади.

Кая тихонько подошла и опустилась перед седовласым мужчиной на колени.

– Папа, ты меня узнаешь? Это я, Кая.

Она потянула мужчину за руку. Тот встрепенулся и удивленно посмотрел на дочь, только заметив ее присутствие.

– Кая? Где ты? – Он рассеянно повертел головой, а затем обратил свой взор на Киару. – Вы не видели мою дочь? Мне кажется, я слышал ее голос…

Внутри все оборвалось, горло сжалось, но Кая постаралась не выдать смятения. Нужно быть сильной. Теперь у нее есть нианец, она обязательно все исправит, вылечит их всех…

– Я здесь, папа. Это я. Ты меня понимаешь? Это я – Кая. Твоя дочь… – мягко, почти по слогам, произнесла девушка.

– Бесполезно, он такой уже третий день. Ты бы знала, если бы почаще вылезала из своих гримуаров. – Киара обернулась на голос. Позади, оперевшись на дверной косяк и скрестив руки на груди, стояла ее младшая сестра, светловолосая красавица Лиара. – Хотя о чем я? Теперь у тебя новое развлечение. Раб? Наслышана.

– Лиара, я нашла… – Киара вскочила и, подбежав, положила руки сестре на плечи. – Этот человек, нианец… он и есть исток. Кольцо не может ошибиться! А если это так, то…

– Сколько раз ты уже так говорила? Сколько ритуалов проводила? – На глаза сестры выступили слезы. – Ни один не удался.

– До этого все было по-другому, я не была уверена. Кольцо не откликалось с такой силой… Но сейчас я уверена, этот – тот самый! – с жаром возразила Кая, пытаясь убедить сестру.

Лиара поджала губы, всем своим видом показывая, что не верит ни единому слову. И Кая не могла ее винить. Из-за проклятия и она была под ударом. Сестра видела, как быстро угасают родители, их разум, и боялась, что с ней произойдет то же самое.

– Киара? – тем временем вопрошал отец, посмотрев куда-то сквозь девушек. – Лиара? Идите обедать, а то урок танцев скоро начнется. Господин Дарий будет недоволен и опять пожалуется на вас маме.

Лиара всплеснула руками и, кинувшись к отцу, принялась что-то мягко ему говорить.

Киара же прошла дальше и зашла в комнату, где спала мама. Рядом с ней сидела служанка, которая при появлении Каи встала.

– Она приходила в себя? – отстраненно спросила Киара, наблюдая, как мама во сне хмурилась

– Нет, госпожа. Иногда стонет в бреду, иногда плачет. Зовет вас и госпожу Лиару…

– Если что-то изменится, пошлите за мной, – приказала Киара и поспешно вышла из комнаты.

Лиара все еще сидела рядом с отцом. Но Кая больше не смотрела в их сторону. Она больше не могла находиться здесь. Как же больно видеть, как близкие страдают, и понимать, что во всем виновата ты.

– Кая! – услышала она голос сестры вслед, но ноги снова несли девушку вверх по лестницам и дальше по бесконечным коридорам замка.

Слуги с живыми букетами и с украшениями для предстоящего бала сновали то тут, то там. Подготовка к празднику была в самом разгаре. Встречные люди косились на Хранительницу и спешно пробегали мимо, отводя взгляд, – должно быть, выглядела она не слишком хорошо.

Понимала ли она сейчас купленного сегодня невольника, готового свести счеты с жизнью? Киара была готова умереть, если бы это помогло родным. Но долгие годы поиска избавления натолкнули на неприятное открытие: ее смерть ничего не решит, а лишь ускорит действие злых чар.

Кая уже почти дошла до своих покоев, вдруг поняла, почему на нее все смотрят. Дотронувшись до щеки, почувствовала влагу – по щекам текли слезы, а она этого даже не ощущала. Хранительница магии королевства Диагон разревелась у всех на глазах. Какой позор!

Пытаясь успокоиться, покрутила рукой, сплетя пальцы в руну невидимости, и, напитав узор магией, призвала силу. Прошедший по телу холодок дал понять, что чары сработали. Нужно куда-то зайти, чтобы утереть слезы и привести себя в порядок. Негоже хозяйке появляться перед рабом в таком виде. Если он почувствует слабость, Кая уже не сможет повлиять на него. С такими, как он, нельзя быть слабой.