Огромный. Злой. Зеленый

© Новикова Т. Вострова Е., текст, 2024

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2024

Глава 1

Дверь открылась, и в ВИП-ложу вошел мой худший на свете кошмар – моя мать.

Она брезгливым и презрительным взглядом оглядела присутствующих, остановившись на мне.

– Ах ты, малолетняя… – Ее губы почти беззвучно произнесли ругательство. – Парни, забирайте ее. Нечего невесте за день до свадьбы шляться по злачным местам.

Шестерки матери вышли вперед, но Дит выставил руку, ограждая меня от них.

Увидев это, мать пришла в бешенство.

– Вы хоть представляете, кто я такая? Я Эльвира Орлова! Этот город – мой. Уберите руку, или мои люди вам ее сломают, – прошипела она.

Перед глазами в момент пронесся весь сегодняшний вечер. Как я сбежала из дома и чудом проникла в этот клуб. Мать собиралась продать меня и мою девственность одному из своих компаньонов по бизнесу. Свадьба назначена через день. Мой план был простым и вместе с тем невыполнимым. Я собиралась отдаться первому встречному в клубе, спровоцировать скандал, который мать не смогла бы замять. Пусть моя репутация безнадежно испортится, плевать. Зато свадьба гарантированно не состоится.

И все почти удалось. Симпатичный, пусть и немного мрачный мужчина, сидевший сейчас рядом, пригласил меня в ВИП-ложу, и если бы мать не вломилась сюда, то мой план исполнился бы. У него было необычное имя Дитрих, два кольца в левом ухе, и он говорил с едва заметным акцентом.

– Поздно! – наконец отмерла я, вцепившись в руку, загородившую меня от матери. – Я уже переспала с ним!

Если Дитрих и удивился моему заявлению, то виду не подал. А вот мать пришла в бешенство.

– Ах ты, маленькая… – Оскорбление было словно пощечина. Электричество, освещавшее ложу, начало коротить, и свет жалобно замигал. – Не пойдешь сама – я тебя отсюда за волосы выволоку. А что до твоей девственности, то у меня есть хороший хирург на примете, он тебя зашьет, и завтра будешь как новенькая. Ты меня поняла? И только попробуй что-нибудь ляпнуть своему жениху! Свадьба состоится, и точка.

Видя, что ее шестерки медлят, мать сама вышла вперед и схватила меня за плечо.

– Вы что, не местный?! – взвизгнула она, когда Дитрих грубо отодвинул ее, вставая с места и преграждая путь. – Я же сказала, я – Орлова. И никто в нашем городе не смеет со мной связываться!

Вот черт! Я мысленно кляла себя последними словами. Моя мать способна на многое, и последнее, чего бы мне хотелось, – это чтобы кто-нибудь платил вместо меня за мою самонадеянную глупую надежду спастись.

– Прошу прощения, госпожа Орлова, – между тем усмехнулся мой защитник, – я действительно не местный, недавно приехал в город, но, думаю, вы тоже обо мне слышали. Мы должны были с вами встретиться через пару дней. Но для меня честь иметь возможность представиться раньше.

В этот момент его облик вдруг начал меняться. Он стал выше, шире в плечах. За свою жизнь я успела повидать многое, но такого – никогда. Никогда еще кожа человека не становилась на моих глазах насыщенно-зеленого цвета.

– Дитрих Адрон. – Его две серьги так и болтались в одном из теперь уже заостренных и вытянутых ушей, торчащих из жестких, черных, длинных, до плеч, волос. Вот только выглядело это настолько брутально и опасно, что на миг я пожалела, что не осталась сегодня дома.

– Орк, – процедила моя матушка. Однако, несмотря на то что она старалась держать лицо, я видела, как в глазах на мгновение промелькнул настоящий ужас.

И вот это уже придало уверенности мне. Если боится моя мать – ведьма стихии земли и природы, – то, кажется, у меня действительно появился шанс.

– К вашим услугам. – Зеленый отвесил шутливый поклон. – И раз уж так вышло, что я случайно обесчестил вашу дочь, то я заявляю на нее свои права. Как настоящий мужчина, готов жениться хоть сейчас.

В воцарившейся тишине было слышно, как заполошно стучит мое сердце.

В смысле «жениться»?! Как жениться?! Мне нельзя выходить замуж! Я вообще-то специально сюда пришла за свободой.

Еще и орк… это же вообще ни в какие ворота… он же огромный… и зеленый…

Материнские приспешники переводили обеспокоенные взгляды с нее на Дита, потом – на меня. Клянусь, на их лицах читалась безысходность. Драться с орком они точно не хотели. Зубов недосчитаются. Тут без вариантов.

– Думаю, мы можем все уладить по-человечески, если можно так выразиться. – Голос матери наполнился медовым ядом. – Напомните, а с какой целью вы собирались со мной встретиться?

– Разве забыли? Я должен оценить вашу картину. Я владею реставрационной мастерской, занимаюсь куплей-продажей предметов антиквариата. На днях мне звонила ваша помощница, и мы договорились о встрече. Ну, неудивительно, что запамятовали. У вас столько дел. Дочь вон замуж выдать нужно.

Он говорил так буднично, словно только что не заявлял на меня права. Я начала было пятиться к выходу, но Дитрих почти ласково схватил мое запястье гигантской лапищей и оскалился в полный рот.

– Не спеши, малышка. Мы с тобой еще не закончили. С вашего позволения, мы пойдем, – обратился он к застывшей столбом матери. – Вы немного остынете, я с невестой поближе познакомлюсь. А завтра встретимся, как вам такая идея?

– Да как ты…

– Тш-ш. – Он приложил огромный палец к материнским губам. – В вашем возрасте нельзя нервничать.

А затем отпихнул загораживающего выход мужика (тот отлетел к соседней стене) и быстрым шагом вышел в общий зал. Прямиком на танцпол. Тут хоть и было темно, но гарантирую, что двухметровую тушу орка все увидят.

Но не успела я напомнить, что вообще-то нельзя показываться обычным людям в боевом обличье, как Дитрих вновь обратился в себя прежнего. По щелчку пальцев. Моментально.

Долбила музыка, рядом обжималась какая-то парочка.

– Схватите их! – кричала за нашими спинами матушка, пока мы прорывались сквозь шумную толпу.

– Какая нервная женщина, – закатил Дит глаза. – Врагу не пожелаешь такую тещу.

Он вывел меня на улицу через черный вход, щелкнул брелоком сигнализации. Черный внедорожник, что стоял в трех метрах от нас, приветственно мигнул фарами.

М-да, этому орку подходит такая тачка. Она же гигантская. Я в нее не влезу без пинка.

– Садись, – отвесил мне тот самый пинок Дит, подпихнув под бедра. – Надо поговорить.

– Не о чем мне с тобой говорить, – разозлилась я. – Отпусти меня! Немедленно!

– А как же поруганная честь? – Орк завел мотор, и авто грозно рыкнуло. – Как же женитьба? Ладно, а если начистоту: выбирай, с кем тебе сейчас лучше остаться. Со мной или с мамашей.

Он молчал, но я сама знала ответ.

Первые минут десять ехали молча. Я тупо пялилась в окно, пытаясь сдержать нервную дрожь. Всю свою сознательную жизнь я старалась не доставлять матери лишних проблем. Она воспитывала меня одна, много работала, и я ей была очень благодарна за ту жизнь, что она мне дала и обеспечивала. Я всегда и во всем старалась подстраиваться под нее и ее решения. Свадьба с ее компаньоном стала красной линией. Это было то, с чем я не могла согласиться, а она не желала и слушать отказ.

Но сейчас, когда все зашло так далеко, правильно ли я делаю, доверяя свою жизнь незнакомому мне мужчине, да еще и орку?

– Ты так и не сказала, как тебя зовут, – словно прочитав мои мысли, прервал затянувшееся молчание мужчина. – Я, конечно, наводил справки о твоей матери, когда ехал сюда, но вот ее дочь как-то во внимание не принял.

– Тая. Таисия Орлова, – отозвалась, припоминая, что он говорил в клубе. – Так, значит, в город вы приехали ради «Мойр»?

– М-м? – Он нажал на газ, чтобы успеть проехать на мигающий желтый свет, и меня на миг вжало в кресло.

– Картину, которую мама хотела выставить на аукцион. Там изображены три мойры, плетущие нити судьбы. – Я была рада поговорить хоть о чем-то отвлеченном, что хорошо знала. – По документам, которые есть у нас, она относится к началу девятнадцатого века, но на самом деле, я думаю, это шестнадцатый…

– Можно будет отправить микрообразец на спектральный анализ, – оборвал мои рассуждения Дит. – Но вообще интересное совпадение. Приехать оценивать картину, изображающую богинь судьбы, и встретить при этом собственную судьбу, так сказать.

В его голосе мелькнул сарказм. Кажется, он и сам был не слишком рад тому, как все обернулось. Какого же черта тогда устроил все это представление? Решил поиграть в героя, спасающего попавшую в беду даму?

– Я не собираюсь за вас замуж, – упрямо скрестила на груди руки.

– В таком случае тебе стоило остаться в клубе с матерью.

В этот момент машина резко затормозила, и от того, что я так и не успела пристегнуться, меня бросило вперед. Если бы не Дит, выставивший руку, я обязательно разбила бы нос о торпеду.

– Ты не пристегнулась. – Он неодобрительно поцокал. – Не забывай в следующий раз.

У меня аж зубы заскрипели от нравоучительного тона.

Дит вышел из машины, обошел ее и открыл мне дверь.

– Мы приехали.

Это был один из самых роскошных и пафосных отелей города, в самом его сердце. Старинный особняк тысяча восемьсот сорок девятого года, рядом с которым всегда водили экскурсии. Я почему-то считала, что орки неприхотливы и непривередливы, но этот любитель антиквариата, похоже, был исключением.

Я искренне пожалела, что предавалась жалости к себе, вместо того чтобы гуглить, кто такой этот Дитрих Адрон, в лапы к которому меня угораздило попасть.

Прикинула, сколько будет стоить здесь ночь.

– У меня нет с собой столько денег, – на всякий случай предупредила мужчину.

– Разве я похож на того, кто не оплатит невесте свадебный люкс?

От иронии в голосе Дита мне стало дурно. С него станется купить тот самый люкс чисто из вредности. А мне потом где от него прятаться? В джакузи?

Но оказалось, что покупать ничего не нужно. Мы миновали стойку регистрации – девушка-администратор слишком уж обворожительно улыбнулась Дитриху – и прошли прямиком к лифту. Третий этаж. Повсюду мрамор и позолота, начищенные до блеска зеркала, картины с видами города во все стены.

Мужчина приложил золотистую ключ-карту к датчику, и дверь открылась.

Это был, конечно, не люкс, но номер королевских размеров, состоящий из двух комнат. Одна только кровать чего стоила. Клянусь, на ней можно укладывать четырех человек одновременно. Ну или двух орков. Огромные окна выходили на центр города. В ванной комнате – настоящая ванна на львиных ножках.

Красотища!

Впрочем, проблемка имелась.

– Я не буду спать с вами в одной комнате, – заявила я, осмотревшись.

Кровать была всего одна. Да, гигантская, но единственная. В гостиной имелся кофейный столик с двумя полукруглыми диванчиками, но на таких не уляжешься.

А ведь поговаривают, что орки очень темпераментны и агрессивны, особенно в боевой форме. Не хотелось бы мне делить с ним «брачное ложе».

– Увы, ничем не могу помочь. – Дит ослабил галстук, расстегнул пуговицы на рубашке. – Если я сниму тебе отдельный номер, это будет чревато последствиями.

– Какими же?

– Неприятными, – уклончиво ответил орк. – Для всех нас. Тая, давай договоримся. Ты будешь себя хорошо вести, а я постараюсь, – он сделал акцент на этом слове, – к тебе не приставать. Я не собираюсь покушаться на твою честь, но либо мы сотрудничаем, либо возвращайся к матери. Тебя никто не держит.

Черт. Знает ведь, на что давить. Даже не взбрыкнешь, потому что деваться мне некуда. Искать новый клуб и вновь пытаться по-быстрому сбагрить девственность первому встречному? С моей удачливостью следующей «жертвой» окажется какой-нибудь быдловатый гоблин.

– Хорошо. – Я уселась на кровать, сложила ладони на коленях как примерная девочка. – О чем вы хотели поговорить?

– Я собираюсь сделать тебе предложение, от которого нельзя отказаться. Ты помогаешь мне, а взамен освобождаешься от матери. Навсегда.

Звучало заманчиво. Но во всем этом мне не нравилось, что Дит начал снимать рубашку. Э-э-э. Он обещал не приставать. А очень сложно не приставать, когда ты полуголый…

Впрочем, я оценила размер и количество кубиков пресса, а еще татуировку на предплечье. Вены бугрились на сильных руках.

Этот мужчина понравился мне с первого взгляда, и сейчас я поймала себя на дурацкой мысли: жаль, что мой недавний план не осуществился. Наверное, было бы неплохо, стань он моим первым.

– Что от меня требуется? – Я сглотнула, отмечая, что орк взялся расстегивать ремень.

Он глянул на меня искоса и ответил:

– Ужинать будешь?

Вместо ответа я пискнула нечто невнятное вроде «мне надо в туалет» и позорно сбежала от решившего устроить мне внеплановый приват мужчины.

Вот ведь… ОРК!

Что вообще я о них знала? Да фактически ничего. Моя мать была ведьмой, всю свою жизнь я провела, зная о существовании нечисти, о том, у кого какие приметы, кто чем питается и от кого лучше держаться подальше.

Нечеловеческие расы в большинстве своем старались прятать свои секреты, чтобы не оказаться в слабой позиции, да и меня с детства больше готовили к управлению маминой фирмой и противостоянию людской бюрократии, а не к тому, как случайно не спровоцировать зеленую нечисть броситься на меня в порыве скуки.

Или как не спровоцировать себя саму.

Закрывшись в ванной комнате, включила воду. Сам кран казался произведением искусства, как и раковина. Моя мать ни за что бы не оценила.

Она считала эталоном «деревенский» стиль, предпочитала только натуральные материалы. В детстве я считала, это оттого, что мама такая хорошая и заботится об экологичности, пока не увидела, как из деревянного стола в ее комнате выросли сучья и ветки, которыми она подвесила одного из провинившихся помощников за ноги.

Что было с ним потом, я не знаю: никогда больше бедолагу не видела.

Вытащила из кармана телефон – пять пропущенных, но ни одного от мамы – все от ее секретарши. Впрочем, сама мама звонила мне очень редко.

Смахнув уведомления в сторону, открыла браузер: «Дитрих Адрон. Антиквар».

– Ого…

В первых двух ссылках была информация о бизнесе, но вот в третьей всплыла статья одного известного СМИ.

«После трагической гибели известного бизнесмена Серпа Урмановича Адрона его состояние унаследуют дети…»

Открыв, пробежалась взглядом. Дитрих оказался одним из трех братьев, о которых шла речь в статье. Но вот что странно. Судя по тому, что там писалось, двое старших получили куда больше, чем он. Горнодобывающее предприятие «Молния» унаследовал Златон Адрон, крупнейшее логистическое предприятие по морским контейнерным перевозкам «Посейдон» досталось Платону. Дитрих на фоне этого, казалось, не получил почти ничего. Ну не считать же какое-то мелкое охранное предприятие действительно равноценной долей по сравнению с двумя такими гигантами, как «Молния» и «Посейдон»?

Вернувшись назад в поисковик, пробежалась еще по нескольким ссылкам.

Он изучал историю искусств в Оксфорде, после этого получил магистерскую степень, окончил несколько программ NABA в области изобразительного искусства…

Никогда бы не думала, что буду чувствовать себя неучем и полнейшей невеждой рядом с орком.

Я подозрительно покосилась на дверь ванной, пытаясь соотнести все эти регалии с образом огромного зеленого великана.

Сейчас, если верить открытым источникам, Дитрих владел реставрационной мастерской, которую основал самостоятельно, и тем самым охранным предприятием, доставшимся от отца.

В дверь постучали, отчего я дернулась, чуть не уронив телефон в раковину.

– Нам принесли ужин. Надеюсь, ты любишь морепродукты? Ни на что не намекаю, но они хороши, только если есть сразу.

Судя по насмешливому, слегка раздраженному тону, это можно было расшифровать как «закругляйся и выходи».

Если честно, я опасалась застать в комнате полностью обнаженного орка. В голове отчетливо нарисовался образ лежащего мужчины, чьи стратегически важные места прикрыты только подушкой. Мол, присоединяйся.

Но нет. К счастью, штаны на Дите имелись. Он сменил джинсы на домашние брюки, а вот о футболке не позаботился, поэтому теперь я могла рассмотреть и пресс, и переплетения вен, и родинки на бледной (спасибо, что не зеленой) коже.

Щеки стремительно покраснели.

С парнями я раньше особо не сталкивалась. Особенно с такими… м-м… фактурными.

Дитрих с аппетитом поедал паэлью за кофейным столиком в гостиной и жестом пригласил присоединиться. Казалось, мой недавний побег его совсем не волновал.

– Устрицы здесь прекрасные, а вот осьминог получился жестковат, – прокомментировал он.

– Может быть, все же обсудим, что от меня требуется?

Я уныло глянула на обилие тарелок. Живот призывно заурчал (так волновалась, что толком не ела с самого завтрака), но меня мутило от непонимания, а потому кусок в горло не полез бы.

– Хорошо. Я предлагаю заключить взаимовыгодный контракт. Как ты относишься к женитьбе?

– Плохо!

– А если женитьба фальшивая? Ты получаешь мою фамилию, мою охрану, статус моей супруги, в котором тебя никто не посмеет тронуть. Опять же, от матери будешь независима. Ах да, на время брака я предоставлю тебе карту с деньгами на личные расходы, поэтому о финансах тоже можешь не беспокоиться.

– А взамен? – уточнила с интересом.

По всему получалось, что меня либо возьмут в рабство, либо разберут на органы.

– А взамен ты должна изобразить такую любовь, чтобы мои братья от зависти позеленели. И не только братья. – Он хмыкнул и прищурился, как мне показалось, недобро.

Так, словно вспомнил о чем-то, что ему совершенно не понравилось.

– И все? – От удивления я придвинулась к орку поближе, словно пыталась по лицу понять, в чем подвох. Но, судя по тому, как мужчина облизывался, ужин его интересовал куда больше, чем наша сделка. – Вы ведь понимаете, что, если я соглашусь, у вас будут большие проблемы с моей матерью?

– Наверное, – фыркнул он.

– Вы не знаете мою мать, она…

Я закатила глаза, набирая в грудь побольше воздуха, чтобы рассказать, с кем он в конце концов собрался связаться. Что за маской деловой бизнесвумен скрывается мстительная и жестокая ведьма, не брезгующая в своем арсенале никакими методами. Но Дит меня перебил.

– Поверь, если ты согласишься, то это у твоей матери будут проблемы со мной, – мрачно изрек он.

– В этом городе заправляет она! – в сердцах воскликнула я, не понимая его непробиваемой самоуверенности. Даже если он крут, как вареные яйца, нельзя же так легкомысленно относиться к своей безопасности.

– То-то она сейчас сидит в машине около отеля, потому что ее не пустили внутрь, – подмигнул мне он.

– Мама? – Сердце пропустило удар. Представила, как сейчас на порог комнаты заявляется Эльвира Орлова и силком, перемежая оскорбления магическим воздействием, утаскивает меня домой.

Нервно передернулась и вскочила с диванчика. Подошла к окну, пытаясь в ночном сумраке и неверном свете фонарей разглядеть ее электрокар.

– Иди сюда. – Дит дернул меня за руку.

Покачнувшись, я в одно мгновение оказалась в объятиях мужчины. Он наклонился к моей шее, и от горячего дыхания по спине поползли предательские мурашки. Свободной рукой орк поправил занавеску, словно нарочно предоставляя лучший обзор с улицы.

– За нами сейчас следит не только твоя мать. На улице фотограф. Нас снимают, давай попозируем.

Он зарылся рукой в мои волосы, окончательно растрепав их, начал делать расслабляющие массирующие движения, а затем развернул нас так, чтобы лиц было не видно, зато с улицы создавалась полная иллюзия горячего страстного поцелуя.

– Больше страсти, детка, – ухмыльнулся Дитрих. – Такое чувство, что ты сейчас сознание потеряешь, и совсем не от удовольствия. Хм. Ты вообще когда-нибудь целовалась?

– Ну, так… – прохрипела я.

Целовалась, конечно, но не всерьез: в щечку или быстренько в губы. Чмок, и все.

Мама любила повторять, что девушка должна быть чиста телом и душой, что всем парням от меня требуется только одно. Знала бы я, что это «одно» она собирается сбыть ради своей выгоды, – каждого без исключения парня района перетискала бы по очереди.

Но, увы, я была послушной девочкой, хорошо себя вела и боялась мальчиков как огня. Я ждала кого-то особенного. Кого-то, кто смог бы сделать меня счастливой, увезти из дома, показать мир.

Ну-ну, дождалась.

Жуткого зеленого орка с серьгами в ухе.

Глава 2

Знаете, что самое страшное? Самое страшное, что во всей этой фальшивке было больше страсти, чем во всех моих поцелуях, вместе взятых. Наверное потому, что ладонь Дита лежала на моем затылке, дыхание его жгло мои губы, а взгляд был сосредоточен и тяжел.

Я чувствовала его интерес…

Совсем как тогда, в ВИП-ложе, но теперь к обычному желанию примешалось что-то еще, мне не понятное.

Запретное. Пугающее.

Но от того невыносимо интересное.

– У-у-у. Сама невинность. То есть мне придется тебя испортить? – присвистнул Дитрих, и глаза его опасно сверкнули.

Я испуганно дернулась.

– Да не в том смысле! – хмыкнул он и отодвинул меня от окна. – Ладно, покрасовались и хватит. Уверен, твоя матушка там от бессилия воет. Вон аж ветер поднялся. Теперь пройдемся по тезисам. – Он задумчиво почесал бровь. – Я не самый плохой вариант для брака, но мне требуется полное твое подчинение. Ты не должна задавать лишних вопросов, не должна мне прекословить, особенно – в людных местах. Запомни фразу: «Да, любимый» – и повторяй ее как можно чаще.

– А если я буду с чем-то не согласна?

Ветер действительно завывал с такой силой, что готов был перерасти в штормовое предупреждение. Стекла тряслись, деревья гнулись, как тонкие веточки.

Но успокаивал тот факт, что от маминого гнева меня отделяют не только толстые стены отеля, но и Дит. Уверенный в себе, спокойный, нерушимый как скала.

– А кто-то спрашивает твое мнение? – гаденько подмигнул мне Дитрих, вернув обратно в бренную реальность. – За уход от матери придется заплатить. Разве ты не хочешь быть свободной? Пусть твоя свобода и означает, что принадлежать ты будешь мне.

В окно что-то ударилось. То ли камень, то ли птица.

Я поежилась и прошептала:

– Хочу. Я очень хочу быть свободной. Что нужно подписать?

Сказала и тут же ужаснулась своим словам, так дико это прозвучало. Нет, я определенно не собиралась ничего подписывать не глядя и всегда старалась читать даже лицензионные соглашения в программах, на которые обычно никто не смотрит. Но вот условия того, что он мне предложит, знать хотела. И если это будет какой-то письменный договор, будет проще понимать, на что я, в конце концов, иду.

Верить кому-то на слово просто потому, что от одного прикосновения становится то жарко, то холодно, я не собиралась.

– Подписать? Хм… – Дитрих в задумчивости постучал себя по губам указательным пальцем, от чего я невольно снова на них посмотрела. Идеально очерченные, изогнутые в насмешливой полуулыбке хозяина положения.

Почти силой заставила себя отвернуться. Не о том я сейчас думаю, ох, не о том.

– Да, пожалуй, попрошу своего юриста составить брачное соглашение. Подпишем его заранее, до церемонии. А теперь слушай легенду.

– Какую еще легенду?

– Легенду нашей неземной любви, разумеется. – В голос Дита прокрались обольстительные нотки. Он провел по моей руке кончиками пальцев снизу вверх, словно бы любовался ею. – Скажем, какая-нибудь банальная история. Познакомились в интернете, переписывались. Когда я по работе поехал в твой город, договорились встретиться. А затем искра, буря, безумие…

Он смешно поиграл бровями и залихватски тряхнул головой, отчего сережки в его ухе весело качнулись. Я не удержалась от улыбки.

– Просто так меня из дома мама никуда не отпустит, – подхватила я сочинение легенды, хотя, в общем-то, в том, что я говорила, вранья не было. – Так что я настояла на срочной свадьбе.

Дит снова задумался, по лицу казалось, что он сейчас проводит сложные математические расчеты.

– Я приезжал сюда два раза в прошлом месяце, так что впервые мы могли встретиться уже тогда. Да, так будет правдоподобнее. В общем, избегай подробностей, но, надеюсь, примерно ты поняла, о чем говорить.

Судя по тому, как важна была для него та самая «правдоподобность», мой благородный спаситель альтруизмом совсем не страдал, и наша свадьба очень сильно была нужна не только мне, но и ему самому. Вряд ли он так переживал, что в нашу любовь поверит моя мать. Значит, спектакль предназначался для кого-то с его стороны.

Я так погрузилась в собственные мысли, что не заметила, как Дит сел на кровать и потянулся к пульту от люстры.

– Завтра у меня запланировано много деловых встреч, так что, если ты не возражаешь, я бы лег спать.