Пятая печать

Моим родителям, борцам за власть советов и жертвам советской власти,

ПРЕДИСЛОВИЕ

«Предисловие служит объяснением цели сочинения, или оправданием и ответом на критику».

Когда государство хочет, чтобы его любили, оно лукавит, называя себя Родиной. В романе автора – конфликт между любовью к Родине и ненавистью к государству. Врут простодушные летописцы и продажные историки, заявляя: «Государство, – есмь народ». Правду сказал Людовик 14-й: «Государство – это я!». Самыми яркими государственными кумирами были Сталин и Гитлер. Нет их, но осталась вечно живущая многомиллионнорылая безмозглая биомасса, создающая новых кумиров – быдло.

Книга «Пятая печать» – второе издание «Репортажа из-под Колеса Истории». Переиздавая роман к своему восьмидесятилетию, автор изменил название романа на более символичное. Прежнее название романа было громоздко и публицистично, хотя идеально соответствовало динамичному стилю романа, написанному так, как в русской литературе ещё никто не писал: глаголами настоящего времени! Этот необычный стиль, в форме репортажа, усиливая динамику повествования, приближает содержание романа к дню сегодняшнему. А одна из задач книги – связь времен.

Я считаю: то, что роман информативный – это хорошо, художественный – прекрасно, но главное достоинство романа в том, что он заставляет подумать над темами, которых не было в русской литературе, в частности: о чувствах и мыслях человека, живущего в тоталитарном государстве, среди людей, оболваненных пропагандой до животного состояния. Одиночество интеллектуальное более трагично, чем одиночество Робинзона.

Деспотическому строю при техногенной цивилизации нужен не думающий «хомо сапиенс», а запоминающий и соображающий придаток к компьютеру или станку. «Придаток» должен знать то, чему он научен, и уметь жить «без проблем». Всеми средствами, от эстрады до детектива, формируется мышление современного «придатка», умеющего сноровисто, как обезьяна ищущая блох, выкусывать, то бишь, вылавливать информацию (слово, фабулу), а не погружаться в философские размышления, перечитывая и переосмысливая прочитанное, чувствуя удовольствие от чьих-то неординарных мыслей, красоты и живости языка.

Узкая специализация на работе, убожество поп арта в быту, низвели современного образованца на уровень компьютеризированного скота с рефлексами на секс и интеллектом на уровне 1-й программы ТВ. Поэтому в современной России не смогли жить миллионы самых талантливых людей. Почему распался Советский союз, где так много внимания уделялось образованию? Почему так быстро оскотинились советские люди, кичившиеся своей высокой нравственностью? Ответ – в репортажах романа.

За последние два десятка лет в России не появилось ни одного режиссёра, композитора, писателя! Судя по этому, одичание России идёт быстрее, чем это предсказывает автор. Языческие истуканы до небес Зураба Церетели; тошнотно тягучие жестокие сериалы Михалкова; крикливый идиотизм попсы; гламурные детективы из графоманской жвачки и другие «творения эпохи вЫрождения» подтверждают пророчество:

«не будет уже в тебе никакого художника, никакого художества» (От.18:22).

Чем и когда закончится вырождение России? Ответ на этот вопрос в эпилоге. Книга эта «преждевременная». Она не для современных скотов, пачками жующих бессмысленные миниатюры плоды соития миниталанта с миниумом. Но, судя по письмам читателей, полученных автором после первого издания книги, есть читатели, которых книга «зацепила». К сожалению, не бывает так, «чтобы было хорошо и всё, и всем!» И, с разрешения автора, я отвечаю на претензии читателей.

Во-первых. Кое-кто считает недостатком книги «насыщенность жаргонизмами», потому что герои романа не пользуются канцеляритом из газет и журналов, который теперь называется «литературным языком», а говорят по-русский, так, как говорили до телеэпохи: с перчиком и юморком. Каждый персонаж говорит на языке своего края, профессии, сословия, возраста. Изругали и «феню», назвав её «неприличным языком». Что ж, и Пушкина ругали за то, что «бессмертному языку Ломоносова и Державина» предпочел он бойкий народный язык, который считался «низким» и «неприличным»!?

Но Пушкин и Лермонтов даже на языке «ненормативной лексики», создали замечательные стихи и поэмы. Жаль, значительная часть их творчества не дошла до читателя из-за цензуры двадцатого века, подобной чопорной бабушке из анекдота, сочинённого автором этого романа:

– Василёчек! Такого плохого слова нет в русском языке!!

– У тебя, бабушка, его нет, а у меня – есть!! Я им писаю!

Говорить о «чистоте русского языка» бессмысленно. Нет в мире «чистых» языков! Если кто-то сомневается – пусть, в наказание, прочитает роман «Слово о полку Игореве» без перевода! Но когда персонажи «Пятой печати», вместо слова «голова», говорят: «соображалка, бестолковка, забывальник, набалдашник, кумпол, котелок, черепушка, шарабан, тыковка и тп», – то критики ругают за это: «жаргон, слэнг, диалект»… А ругают-то не по русски, а по французски, по-английски, по-гречески!! Так кто засоряет русский язык??! И что создали, кроме назиданий, блюстители «чистого языка»?

Для читателей, не знакомых с прекрасным многообразием русской речи, прилагается к роману словарик русского народного языка. Его я рекомендую читать подряд. Слова из него легко запомнятся благодаря своей яркости и образности. А. Солженицын сказал о фене: «в будущем процесс пойдет еще решительней и все перечисленные слова тоже вольются в русский язык и составят его украшение.»

Во-вторых. Кому-то не нравится то, что «книга написана весело для своего трагического содержания». Да, смешного в романе много. Кое-что страшно смешно, а, кое-что, так смешно, что страшно. Если, поправляя галстук, вы видите в зеркале ухмыляющуюся морду гориллы, – это смешно, но страшно. Смех в книге – не телевизионное смехачество для недоумков. В «Пятой печати» смех подчеркивает трагизм повествования, напоминая, что «смешное – страшно, а страшное – смешно»!

В третьих. Проницательные читатели считают: «герой романа противоречив, не патриотичен». Не противоречив калькулятор, ибо противоречивость – следствие мудрости, которая видит предмет разностороне. Тем более, если речь идёт о многогранной России. Любить Родину – ещё не повод гордиться этим! С гордостью любят Родину мозгодуи, любят профессионально, по почасовой оплате, как дешевые проститутки. Автору чужда их продажная любовь к Родине. Его любовь к России – любовь без взаимности. Строки романа, полные иронии, подчас, и гнева, проникнуты сыновней болью за беспутную, глупую, оскотинившуюся Россию, об которую каждый проходимец, походя, вытирает ноги, обворовывая её и насилуя. В словах автора горький смех.

В четвёртых. Многих читатели сетуют на то, что судьбы героев обрываются неожиданно и симпатичные герои либо погибают, либо исчезают в круговерти событий. Такова жизнь! Вспомните о друзьях с которыми вы попрощались до завтра, а, оказалось, – навсегда. Тем более, это – репортажи! Это сиюминутно и без прикрас!

В пятых. Есть читатели, которые восхищаются книгой, как историческим романом на приключенческой канве. И недоумевают: «зачем в книге столько цитат из Библии, которые мешают читать интересную книгу, ведь, читатель, всё равно, их пропускает?» Объясняю: эта книга не для тех, кто выбрасывает конфету, чтобы жевать обертку! Эта книга не о совершенствовании мастерства вора Рыжего, а о становлении души и духа человека в тоталитарном государстве, где в основе воспитания страх, ложь, ненависть. Книга о страшных плодах такого воспитания. Это не только исторический роман. Это увлекательная духовная книга, не для тех, кто

«видя не видят, и слыша не слышат, и не разумеют» (Мф. 13:13)

Роман «Пятая печать» – книга о пути человека к Богу. О романе «Пятая печать» можно сказать словами из «Откровения»:

«И взял я книжку из руки Ангела и съел её; и она в устах моих была сладка, как мёд; когда же съел её, то горько стало во чреве моём.» (От. 10:10).

Если книга, несущая горечь познания, приятна для чтения – не признак ли это литературного совершенства!? Но «талантливая книга нуждается в талантливом читателе» (Уитмен). О неординарности книги можно судить по чуду проникновения автора в суть текстов Библии, текстов не понятых и изгаженных попами.

По глубине мыслей, заложенных в романе, это роман будущего, если будущее не возврат в стаю обезьян. Трудно автору писать не в своё время и для читателей не своего времени, ибо время, как мачеха, не любит чужих детей. Понимая это, автор, всё-таки, не следует благоразумным советам: снизить уровень книги до детективно компьютерного мышления современного читателя. Не следует автор совету Иисуса Христа:

«Не бросайте жемчуга вашего пред свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас» (Мф.7:6).

Своим мудрым советом пренебрегал Иисус Христос: не Он ли разбрасывал жемчужины мудрости перед свиньями?! И кончилось это торжеством народного свинства. Но мне будет жаль, если автор, вняв благоразумным советам литературных доброжелателей, отредактирует роман по вкусам современного всероссийского свинарника. Я надеюсь, что автор последует словам Апостола Павла:

«Для меня очень мало значит, как судите обо мне вы, или как судят другие люди, судия же мне Господь»! (1Кор.4:3).

И будет, будет! автор «бросать жемчуг перед свиньями», как Иисус Христос и Апосол Павел, «в поисках человека среди людей»!

А в заключение предисловия, мне приятно сообщить читателям о том, что «Пятая печать» – не единственная книга автора. На восьмом десятке лет автор перестал лазить по горам и пещерам, ходить под парусом и сплавляться по рекам, зато написал и издал романы и повести: «Вы – боги», «Свет и тьма», «Что есть человек?». К сожалению, это не реклама творчества автора, а «информация к размышлению», так как по требованию РПЦ, при активном содействии ФСБ, книги писателя А.Войлошникова изъяты из библиотек и книжных магазинов после передачи власти над Россией ФСБ и церкви. Это не конституционно, но какой закон может быть в стране с нерушимым союзом православия и опричины!?

Это содружество по-иезуитски долго изводило А.Пушкина, заставило Н.Гоголя сжечь 2-й том «Мёртвых душ», этим убив автора, организовало травлю Л.Н.Толстого с отлучением его от церкви и преданием анафеме, и, прямо в издательстве, сожгло новый роман Лескова, который издавался вместе с ироничным эссе: «Мелочи Архирейской жизни», где автор добродушно подшучивал над церковью. Узнав об этом, Лесков умер от инфаркта. В России писателю, если он не столь угодлив, как два Михалкова, надо иметь здоровое сердце.

Доставалось и российской науке от союза охранки с православием. Например, книга Сеченова: «Рефлексы головного мозга» была, по наущению безграмотных попов, сожжена охранкой в типографии. Гебня и церковь – два проклятья, которые от Ивана Грозного «доднесь тяготеют» над «страной рабов» – Россией, – обеспечивая духовное вырождение народа, за которым следует физическое.

Автор некролога о Гоголе И.Тургенев, публично предъявил православной церкви доказательные обвинения в убийстве ею Гоголя, после чего был арестован охранкой и, просидев месяц в тюрьме, год находился под домашним арестом. После этого, Тургенев покинул Россию, понимая, что невозможно быть честным человеком и жить в условиях поповского мракобесия и произвола охранки в самой дикой стране мира – России. Вдали от российских попов и сексотов охранки, Тургенев дожил до глубокой старости, написав книги, которыми гордится мировая литература. В «стране рабов» это было невозможно: в России вечны только поповство и опричина.

Как чёрный спрут, душит интеллект народа двуглавый симбиоз гебни и поповства, развращая народ страхом, ложью, ненавистью, безысходностью, бескультурием и БЕЗВЕРИЕМ! – оставляя русским людям один выход: в дикое невежество православной церкви, а оттуда – в беспробудное пьянство. Самые трагичные российские реформы, такие, как введение крепостного права (рабство № 1) или ограбление народа с преступным соучастием Алексия 2-го (рабство № 2), были совершены с участием, а то и по инициативе чуждой и ненавистной русскому человеку православной церкви. Преступления гебни и поповства – одна из тем романа.

Книги автора, изданные ранее, изъяты из магазинов, библиотек в 2002 году церковными мракобесами в союзе с гебнёй. Впрочем, многим читателям эпохи вЫрождения России уже не понятны книги автора. Их не могут читать читатели с душами замыленными графоманской литературой. Книги автора слишком мудры и художественны, они содержат информацию, требующую неспешных размышлений, а на это способны не многие из современных читателей.

А для умеющих читать (а не просматривать), эти книги захватывающе интересны, потому что написаны не только о том, о чём не писала бездарная советская литература, но и потрясающе художественно, как в СССР не писал никто. И, несмотря на трагическое содержание, книги автора написаны весело, потому что человека, жизнерадостнее автора, я не встречал. Репортажи автора по-юношески дерзки и задорны, потому что если Господь даёт молодость человеку, то даёт её не на временное пользование, а на всю жизнь!

ПРИМЕЧАНИЯ:

Цитаты в тексте книги,

выделенные тонким курсивом и приведенные без ссылки на источник, взяты из книги А.Дюма «Граф Монте-Кристо»,

а

выделенные жирным курсивом со ссылкой на источник, взяты из Библии.

ПРИЛОЖЕНИЕ

Словарь к роману «Пятая печать»

Некоторые из этих слов имеют несколько значений, но в прилагаемом словарике указаны только те значения, в которых эти слова применяются в тексте, чтобы это не было «похоже на турецкую фразу Мольера, которая так сильно удивляла мещанина во дворянстве множеством содержащихся в ней понятий». (А. Дюма «Граф М-К»)

АВТОЗАК – авто для заключенных.

АЗОХН ВЕЙ! – ой-ой! (евр.)

АЛЛЕС ГУТ УНД КРИГ КАПУТ – всё хорошо и войне конец (нем.)

БАКЛАН – скандалист.

БАЛОЧКА – базарчик

БАН – вокзал.

БАУЭР – крестьянин (нем.)

БАРГУЗИН – северо-восточный ветер на Байкале.

БАСКО – хорошо (уральск. дДиал.)

БЕРДАНА – сумка с лямкой.

БЕРЕГИНЯ – языческая русалка. (рус.)

БИР-БИР – давай-давай! (тат.)

БИТЫЙ ФРЕЙ – «тертый калач» – идиома.

БОКА – часы

БОМОНД – избранное общество (фр.)

ВЕРТАНУТЬ – вырвать из рук.

ВЕРТУХАЙ – надзиратель

ВЕТОШНЫЙ КУРАЖ – гордиться бедной честностью.

ВОХРА – военизированная охрана.

ВТОРАЯ РЕЧКА – расстрельное место во Владивостоке.

ВТОРОЙ ФРОНТ – продукты по «леэнд-лизу».

ВШИВИК – рубль (пренебрежительно)

ВШИВКА – бедняк

ВЫДРА – отмычка к дверям ж.-д. вагона.

ВЫТЕРКА – ж.-д. билет.

ГЕШЕФТ – торговля. (евр.)

ГОНЯТЬ ПОРОЖНЯК – пустословить.

ГОП-СТОП – грабеж на улице.

ГРАНТ – разбой.

ГРЕБОВАТЬ – пренебрегать (уУр. дДиал.).

ГРОНИ, ГРОНИКИ – деньги, денежки.

ГУЖЕВАТЬСЯ – весело проводить время.

ДВА-ШЕСТНАДЦАТЬ – делай, как договорились (диал.)

ДЕРБАНКА – дележка.

ДОМАШНЯК – вор, живущий дома.

ДПР – детприемник-распределитель.

ДРОМОМАНИЯ – «охота к перемене мест» (диагн.)

ДУРКА – дамская сумочка.

ДЫШАТЬ ТИШЕ – быть осторожным.

ЕЛЬНЯ – региональное воровское сообщество.

ЖЛОБ – грубый, жадный.

ЖМОТ – скупой.

ЗАПАДЛО ДВИНУТЬ – напакостить.

ЗАРУБКА – клятва.

ЗАХАРЧЕВАННЫЙ – приблатненный.

ЗАЦИКАВЛЕННО – заинтересованно (укр.)

ЗВЕЗДОХВАТ – вор высокого класса.

ЗЕХЕР – шуточка (евр.)

ЗОЛОТАЯ ТЫРКА – удачная кража.

КАЛИМЕРА – здравствуй! (греч.).

КАРНАЧ – начальник караула.

КЕРЖАК – коренной уралец, старовер. (диал.)

КИКСА – хлызда, обманщик, ненадежный.

КИСА – мягкий кошелек (кисет).

КИТ – крупный преступник.

КЛЕЙ – верное дело.

КНАЦАТЬ – смотреть, замечать.

КНОКАТЬ – высматривать.

КОДЛА, КОДЛЯК – компания.

КОЛУН – киллер.

КОЛХОЗНИК – простак, невежа (ругательство).

КОМИЛЬФО – человек с хорошими манерами. (фр.)

КОМ! – иди! (нем.).

КОМСОМОЛЕЦ – заключённый, (большие стройки в СССР наз. «комсомольскими»).

КОТЛЕТКА – пачка денег.

КРАСНУХА – товарный поезд.

КРАХ – нищий.

КРОМАНЬОНЕЦ – человек каменного века.

КУГУТ – деревенщина.

КУЛЁР ЛОКАЛЬ – местный колорит (фр.)…

КЭРЭА – контрреволюционная агитация.

ЛАВЭ НАНЭ – денег нет (цыг.).

ЛАФА – благодать.

ЛАЖА – обман.

ЛЕПИЛА, САНЛЕПИЛА – врач.

ЛИВЕР – наблюдение.

ЛИШЕНЕЦ – лишенный гражданских прав.

ЛОКШ – неудача, пустослолвие.

ЛОПАТА, ЛОПАТНИК – бумажник.

ЛОХ – простак.

ЛЯРД – американский пищевой жир.

МАЗЁЛ – мягкий узел с тряпьём.

МАЙДАН – поезд (не путать с укр. – «площадь»!)

МАЙДАНИТЬ – воровать в поездах.

МАКЛЕВАТЬ – думать, прикидывать.

МАРВИХЕР – умелая кража, высокая квалификация.

МАРА, МАРУХА, МАРОЧКА – сожительница.

МОЗГОДУЙ – лектор- пропагандист.

МОЙКА – бритва.

МСТИТЬСЯ – казаться (диал.).

МУЛЬКА – ерунда, враки.

НАКОЛКА – наводка, указание.

НАЦМЕН – татарин (нац. меньшинство).

НАЧКА – тайник. (вВыначить – достать;. зЗаначить

– спрятать;. оОтначить – отнять.)

НА ШАРАП – дерзко.

НЕ СВЕТИТ – НЕ ЛИЧИТ – «ништяк», «ничего».

НИТ ГЕДАЙГЕ! – не унывай! (евр.).

НИХТ ФЕРШТЕЙН – не понимаю (нем.).

НО ПАССАРАН! – не пройдут! (исп.)

ОБОРОТКА – месть, расплата.

ОЛЖИР – Особый Лагерь Жен Изменников Родины.

ОСОДМИЛ – общество содействия милиции.

ОТВЕРТКА – отвлечь, заставить отвернуться.

ОТВОД – сам процесс отвлечения внимания.

ОЧКОВАТЬ – бояться.

ПАДЛА – плохой. НЕ В ПАДЛУ – не плохо.

ПЕРЕДОК – передний край на фронте.

ПЕХА – внутренний карман в пиджаке.

ПИСКА – миниатюрный ножик-бритва.

ПИСАТЕЛЬ – тот, кто режет карманы «пиской».

ПМП – полевой медпункт.

ПО ЖЕЛЕЗЯКЕ – замётано! Согласен!

ПОНТ – обман, шутка, отвод глаз.

ПОПКА – охранник на вышке.

ПРАЦЕВАТЬ – работать (белорус.)

ПРИХОД – начало опьянения.

ПУХЛЫЙ – богатый, денежный.

ПШЕСТКО – всё (польск.)

РАЗНУЗДАТЬ ЗВЯКАЛО – распустить язык.

РАКЛО – никчемный.

РАСКОЦАТЬ – открыть.

РЕМКИ – одежонка (диал.).

РОГ – неформальный лидер.

РОГА… Замочить р. – попасться.

Лезть на р. – рисковать, нарываться.

Ломать р. – спешить без столку.

Мочить р. – отбывать срок.

Обломать р. – усмирить.

Переть р. – работать.

Совать р. – лезть не в свое дело.

Шевелить р. – действовать.

Шерудить р. – думать.

РОЖОН – острая палка – погонялка для скота.

РУБЛЬ (довоенный) – стоил около доллара.

РУЛЬ – вожак.

РЫБА или РЫБИЙ ЯЗЫК – разговор жестами.

САДИК, САДИЛЬНИК – посадка в транспорт.

САЗАН – богатый, денежный.

САКОВАТЬ – отлынивать

САРМАК ВЯЧИТ – деньги есть.

СЕЧЬ – понимать, замечать

СИВАРЬ – крестьянин, деревенщина.

СИДОР – мешок с лямками.

СИЗО – следственный изолятор.

СКРИПУХА – корзина.

СКУЛА – внутренний карман.

СЛАБО – боязно.

СМЕРШ – военное учреждение для расстрелов населения и военнослужащих.

СООБРАЖАЛКА – ум, интеллект.

СОПЛО – нос.

СОРОК! – дай докурить!

СТО ПЕРВЫЙ КИЛОМЕТР – запрет на жительство ближе 100 км от обл. города.

СЮЖЕТ – объект, намеченный для кражи.

ТАСС – Телеграфное агентство Советского Союза.

ТИТИ-МИТИ – денежки.

ТОХЕС – задница (евр.).

ТУШЕВКА – прикрытие рук карманного вора.

ТУШИ СВЕТ – «плохо дело» – идиома.

УГОЛ – чемодан.

УРОСИТЬ – хныкать (диал.).

УРКАЧ – молодой преступник.

УРЫЛЬНИК – лицо, ночной горшок.

ФАЙНЫЙ – хороший, славный (диал.).

ФАЛ – нарядный чемодан.

ФИНТ – хитрость.

ФИФА – молодая элегантная женщина.

ФЕРШТЕЕН – понимать (нем.).

ФОРСЫ – солидные деньги.

ФРАЙЕР – мужчина не вор. «Ф. дешевый»

– чужой для воровской среды.

ФРЕЙ – мальчик не вор.

ФРЯ – женщина не воровка.

ФРАЙЕРНУТЬ – обокрасть, обмануть.

ФРАУ – женщина (нем.).

ФРОНС – иностранец.

ХАБАРА – доля.

ХАБАЛКА – бойкий деловой бабец.

ХАЗА – дом, убежище.

ХЕЗАТЬ – оправляться по-большому.

ХЛЫЗДИТЬ – нарушать договор.

ХЛЯТЬ – идти.

ХОДИТЬ СОННИКОМ – красть у спящего.

ХРУСТ – рубль. ХРУСТЫ – деньги.

ХУДОЖНИК – тот, кто «расписывает» – (режет карманы «пиской»).

ЦВЕТНОЙ – вор в законе.

ЦЕНТРОВОЙ – лидер.

ЦОРЕС – беда (евр.).

ЦЫМИС – «изюминка», вкус. (евр.).

ЧАЛДОН – коренной сибиряк (сСиб. дДиал.).

ЧМЕНЬ – кошелёк

ЧСИР, ЧЕСИК, ЧЕС – член семьи изменника Родины…

ШАРА – рынок.

ШЕВЕЛИТЬ ХВОСТОМ – делать противозаконное.

ШЕР АМИ – милый друг (фр.)