Принадлежу ему

АЛЕКС 4 ГОДА НАЗАД.

Сижу в своём кабинете и уже четыре часа не могу работать, эта несносная девчонка никак не выходит из моей головы. Утром я проснулся раньше чем она. Выхожу из душа в одном полотенце, а вторым вытираю голову.

– Что ты здесь делаешь? – она натянула простынь до шеи и смотрит на меня своими большими синими глазками и не понимает что произошло. И я вижу что она ничего не помнит.

– Принимал душ, это ведь моя квартира. Куда правильнее было бы спросить, что ты сама тут делаешь.

– Хорошо. Почему я в твоей постели и почему я раздета?

– Ты в моей постели, потому что ты сама ко мне пришла, а раздета ты, потому что была изрядно пьяна, что бы сама себя раздеть. Это пришлось сделать мне.

– Ты видел меня голой?

– Не только видел. – я наклоняюсь к ней, беру за подбородок, смотрю в глаза. Она не отводит взгляд, я тоже. Затем я делаю то, чего сам от себя не ожидал. Я целую ее. Каких-то несколько секунд, и наверное мне было бы плевать на этот незначительный для меня поцелуй, но она ответила мне на него. Я прервался и снова смотрю ей в глаза. Она сильно покраснела, губы приоткрыты, зрачки расширены. Она возбудилась? спрашиваю я сам у себя, после чего я заканчиваю свой ответ

– Но и мял под собой. – Я отпрянул от нее, подхожу к шкафу, достаю боксеры. Смотрю на Клер, снимаю полотенце и надеваю трусы. Она смотрит на меня несколько мгновений, затем натягивает на голову простынь. Мне не показалось, она впервые видит обнаженного мужчину…

– О, нееет… Мы не могли. Я не могла. Мы не общаемся. Ты мой брат. Я бы это помнила.

– Ну во первых, если мы не общались, то это не значит, что мы не могли переспать. А во вторых я тебе не брат. Это факт. Кстати, если хочешь можешь сходить в душ. Думаю тебе пойдёт это на пользу.

– Ты мой брат. Наши родители живут вместе и любят друг друга. Почему я не помню, что между нами что-то было,? Я бы это точно запомнила…

– Ты была сильно пьяна и возможно поэтому не помнишь. Но это не значит, что между нами ничего не было. И да, мне обидно, что ты не помнишь…

– Где моя одежда? – она растеряна. Её щеки горят со стыда и она готова провалится сквозь кровать, лишь бы не слышать о том, что произошло и не смотреть на меня. А это забавно. Будет знать, как плясать на барной стойке бухой.

– Твоя одежда постирана и поглажена. Висит в ванной на вешалке.

– Отвернись.

– Зачем?

– Мне нужно переодеться.

– Прошлой ночью ты не была такой стеснительной…

– Пожалуйста.

– Нет.

Тогда она оборачивается в белую хлопковую ткань и проходит в ванную. О, да…Я это сделал. Мы стали старше, а значит доставать я ее могу по взрослому.

Я вызвал ей утром такси. А сам сижу в кабинете и не знаю, как прогнать ее из своей головы. Ее кожа как бархат, глаза как незабудки, а волосы длинные и густые как шелк. Ее запах до сих пор стоит в моем носу-лайм и ананас . Такое впечатление, что рядом с ней я нахожусь в тропиках на необитаемом острове. И есть только я, и она. И мне нужно что-то сделать, чтобы привлечь ее внимание. Черт. Что происходит в моей голове…Я не спал почти всю ночь, лежа на спине я слушал ее запах и запах алкоголя, что она выпила, но меня это ни сколько не отталкивало, а наоборот даже возбуждало. А когда она повернулась и легла мне на грудь, мне так и хотелось пробудить несносную девчонку и наказать, за то, что она со мной делает.

У меня так и не получается поработать нормально и я решаюсь поехать к отцу в дом. Нужно поговорить с ним. Пока еду, обдумываю разговор с отцом, который нам предстоит. Заезжаю в ворота Милл-Вэлли, проезжаю мимо леса, мимо большого сада и выкручиваю руль на парковку

Двухэтажный большой деревянный дом серого цвета, все окна в пол, либо почти, но широкие. Три небольшие террасы, пару маленьких балкончиков, один большой балкон совместный с двумя спальнями. В доме пять спален и в каждой своя ванная комната и гардеробная. На заднем дворе большой бассейн, так же в него установлено в один из углов джакузи. Бортики оснащены наземными фонарями. По краям стоят шезлонги.

Выхожу из машины и вижу отца. Стоит у гаража.

– Привет, пап.

– О, привет сынок. Оли, к нам Алекс приехал – кричит он куда-то в глубь помещения. Дверь машины открывается и от тудого выглядывает Оливия.

– Здравствуй Алекс. Милый нам нужно ехать. – и она садиться обратно.

– Извини Алекс, я действительно спешу и это очень важная встреча. Если у тебя нет дел, то останься или заедъ вечером. Мы вернемся правда около десяти… – он смотрит на меня с сожалением, что если бы не дела, то он бы остался, ведь я стал здесь редким гостем. Я подхожу к нему и пожимая руку хлопаю ему по спине.

– Да ничего отец, езжай, а я останусь и подожду вас. Моя комната свободна?

– Алекс, твоя комната всегда будет твоей, даже если ты не будешь приезжать годами. – он смотрит на меня уже с укором.

– Спасибо.

– Клер тоже дома. По моему, она пошла в хамам. – отец останавливается у машины, поворачивается ко мне лицом

– Алекс, я прошу, не обижай ее.