Как завести дракона

Поправка семнадцать-три

– … конец века Мечей  и Клыков стал для королевства Азерберт серьезным испытанием. В тогда еще маленьком королевстве пресеклась прямая ветвь наследования, и претензии на престол выдвинуло несколько кандидатов, в том числе Вайеты, Кингсманы, Сивенсоны, Баллиоли и Хардманы. Кто мне ответит, что общего было у этих славных фамилий? – наставник резко поднял голову от серьезного фолианта, а я тут же сделала вид, что увлеченно записываю.

За четыре года в университете делать старательный вид я научилась в совершенстве.

– Они все были драконами! – восторженно пискнул голос справа.

– Именно, – удовлетворенно крякнул наставник, – И поскольку в те времена наша страна развивалась под протекцией более сильного… и не существующего нынче королевства Блэрия, именно правитель Блэрии вынес решение в пользу Хардманов. Но он просчитался. Его расчет был на то, что ставленник усмирит гордых мятежников и упрочит протекторат. Но он не догадывался, что именно Хардманы тайно стояли у истоков всех волнений и попыток сбросить чуждую власть. И при поддержке все тех же сильных родов они закрепились на троне, добились уважения азербертцев, а когда Блэрия ввела войска, чтобы наладить новый кровавый режим, подняли восстание. Как вы помните, спустя несколько лет им удалось выиграть войну, а позже и серьезно подвинуть Блэрию, что стало началом ослабления прежде великого королевства…

Помним помним.

Уж фамилию нынешней королевской ветви мы точно помним – кажется, это первое, что нам рассказали, когда мы попали в класс.

Стоило отдать должное тем, кто готовил попаданцев к «большому миру».

С нами и правда занимались – историей, географией, законами и традициями, учили основным речевым оборотам, а также тем поведенческим навыкам, которые могут пригодиться позже. Осваивались мы и со своими дарами – кто хуже, кто лучше, а некоторые сразу знакомились и с будущими профессиями.

Магия здесь была больше связана с возможностями оборотней обращаться в животных и вытекающими отсюда физическими свойствами – ускоренной регенерацией, магическим огнем, скоростью, крыльями, лапами и хвостами. А также с дарами, что, как пояснил как-то один из наставников, ехидно на меня поглядывая, во многом был завязан на особенности «нрава и ваших примет по рождению».

Так что  у кого-то был теперь дар видеть болезни в виде потемнения частей тела, кому-то далась способность воздействовать на предметы, а кто-то так и продолжал краснеть, если вдруг на спине появлялся идиотский гребень…

Афлек оказался одним из самых перспективных – ему был даже присвоен высокий ранг и запись в вверительных документах «подающий надежды». Его гибкость и острый ум оказались дополнены в Гроуридже способностью открывать почти любые замки, а также умением «толкать» противников с помощью направленного воздуха.

– Ты же первый на очередь теперь в помощники Крестного отца, – восхищалась я, когда он, наконец, разобрался со всеми возможностями и был направлен на специальное «боевое» обучение.

После расспросов пришлось рассказать про итальянскую мафию, но моего друга это не впечатлило – кажется, кое-кто обладал патологической честностью, тогда как я уже посматривала в сторону нарушения закона. Но до этого не дошло – из-за очередной случайности, что, как известно, не случаются.

В тот день мы втроем отправились гулять и осматривать город – несмотря на бурчание, даже Афлека очаровали каменные закоулки, узкие домики, некоторые из которых были раскрашены в яркие цвета, а также миленькие загогулинки и палисаднички, разбитые возле симпатичных особняков Блэтфорта.

Нам было интересно и весело, сверху светило яркое солнышко, цветочки манили своими ароматами.

В общем-то сразу было понятно, что дело шло к беде…

Мы углубились в хитросплетения каменных коридоров и закоулков в поисках неведомых сокровищ, а нашли группку непонятных личностей, которые при нашем появление гадко осклабились. Уж не знаю, чем они там занимались прежде, но судя по тому, как насторожились и переглянулись, стало понятно – займутся теперь нами.

Они и двинулись к нам – ну там трубку курительную попросить или солнечные часы…

Золотом я, понятное дело, не засветилась от предвкушения радости.

Афлек, пусть и был тонкий как щепка, тут же задвинул нас с Симоной за спину.

А та подытожила мрачно:

– Не невинные, это точно.

Мы приготовились драться не на жизнь, а насмерть – тем более, что кое-какие приемы Афлек уже освоил, и когда первый мужик сделал резкий рывок, сумел сбить его с ног резким порывом – и не известно, чем бы все закончилось, но в этот момент раздался повелительный голос, как-то резко затормозивший эту мизансцену:

– Стоять.

Из проулка выдвинулся… дракон.

Не то, что я бы определяла их на глазок, но сложно было не заметить чешуек на лице и сияющих зрачков, которые  появлялись у представителей этой расы при частичной трансформации.

Он был молодым – не старше меня –  невысоким и изящным даже, да еще и  с белокурыми локонами. Может кого-то это и сделало похожим на девчонку, но точно не в его случае. От некрупной фигуры и симпатичного лица так и несло смертельной опасностью.

– Нападение. Да еще на беззащитных попаданцев… – начал он лениво, коротко глянув на наши браслеты, а потом повернулся к банде, – Серьезно? Хотите чтобы сюда сбежались все окрестные стражники? Впрочем, не важно, что вы там думали – я и так вижу, что идиоты. Считайте, что уже сбежались – даю вам пару секунд, чтобы исчезнуть, а потом применяю поправку семнадцать-три.

Тех моментально сдуло.

– Мы не беззащитные! – насупился Афлек.

– Спасибо, – кокетливо улыбнулась Симона и подмигнула.

– А что за поправка? – уточнила я.

Мне и ответили, все с той же ленивой усмешкой:

– Драконы высшего ранга имеют право применять смертельные заклятия и дары, если вдруг покажется, – последние два слова он произнес с нажимом, – что им грозит серьезная опасность. Им или тем, кого они защищают.

Таким образом у меня появился еще один друг. Блондинистый яр Эльфин Томас.

А также новое хобби – изучение местных законов…

Вода с травами закончилась, а перебор воспоминаний, как ни странно, принес успокоение. Я улыбнулась и посмотрела на на уже меркнущие огни столицы.

В конце концов, все могло сложиться гораздо хуже. Но у меня есть крыша над головой, пусть и скромная, но интересная должность, а также приглашение блондинчика проехаться завтра, в мой выходной, к циркачам, которые расположились на окраине Блетфорта.

Кофе из желудей

– Вот и зачем ты на своем лощеном автомобиле сюда приехал? – проворчала, протискиваясь в образовавшуюся щель. Улочка, которая вела к моему дому, была столь узка, что втиснутый в эти рамки самоходный экипаж проезжал едва – а уж о полноценном раскрытии дверей и речи не шло, – Предлагала же встретиться возле набережной.

– Я тоже весьма рад тебя видеть, – в голосе яра Эльвина Томаса прозвучала безупречно-насмешливая вежливость, перед которой даже я была бессильна, – Во-первых, этому автомобилю уже много лет, так что назвать его лощеным  – значит пойти против истины. Во-вторых, я не могу позволить тебе столько ходить пешком, тем более, по моему приглашению. Ну а в-третьих, твоим соседям, что прилипли сейчас к окнам, обязательно нужно о чем-то поговорить… Разговоры – это пища для ума. Ты же хочешь умных соседей?

– Напомни мне никогда не встречаться с тобой в суде, – вздохнула. – С твоей дотошностью и въедливостью я сдамся уже на первых фразах.

– Ты там встретишься со мной только в единственном случае – если тебе понадобится поверенный или же защитник, – ответил совершенно серьезно.

Улыбнулась чуть неловко.

Автомобиль, немножко похожий на черный котелок на колесах с вытянутым носом, с грохотом покатился по неровным мостовым. И вроде бы не задевал ничего, но выдохнула я только тогда, когда мы попали на более широкую улицу и поехали в противоположную от центра сторону.

В том районе я еще не была, потому смотрела с любопытством, тем более что разговаривать при таком грохоте было проблематично.

Блэтфорт считался самым крупным городом цивилизованного мира.  Здесь уже построили несколько вокзалов, две линии наземного метро и современные мосты, да и движение местами было довольно интенсивным, причем правила использовались пока минимальные, а дорожной разметки и знаков не наблюдалось.

И, в то же время, это был город, пропахший древностью и трущобами.

Я знала – благодаря лекциям – что городские власти и сама королевская семья, проживавшая на территории резиденции в самой богатой части столицы, стремятся сделать все, чтобы сократить количество бедняцких кварталов и нищих, предлагая местным дельцам выгодные условия, если они будут строить там заводы, а также обучать местных жителей.

Но знала и то, что процесс этот не быстрый. И все еще с интересом смотрела на слишком яркие для  землянина контрасты средневековья и вполне себе современности.

Мы ехали довольно долго, и даже тарахтение двигателя перестало заглушать тарахтение моего желудка. Эльвин вырулил на край дороги – тротуары здесь были редкостью – и повернулся ко мне, насупившись.

– Почему ты не сказала, что голодна? Я бы отвез тебя в приличное место.

– Ох, мне подойдет и неприличное, – махнула рукой и жадно огляделась, – Не хотелось время терять. Смотри, вон харчевня – и даже чистая на вид.

– Котлетная? Ты готова к трем порциям мяса за раз? – он скептически осмотрел меня.

– А если туда? – ткнула я пальцем в соседнее здание.

– Они так и не сняли знак «только для мужчин». А ты хоть и ходишь постоянно в брюках, вряд ли сойдешь за моего брата.

Вздохнула.

Как я могла забыть об этих идиотских правилах? Впрочем, не стоит жаловаться – Блэтфорт был более чем прогрессивен и большинство приличных едален уже пускали женщин.

– Смотри, там на углу желонья. Наверняка в ней найдется и завтрак, – наконец предложил яр.

Радостно кивнула.

Желоньи в столице пользовались бешенной популярностью в столице и являлись вместилищем городской жизни.  Причиной этому послужил тот факт, что в свое время они были единственным общественным местом, где даже яры не считали зазорным вести свои дела. Желоньи служили одновременно конторами, залами для деловых встреч и совершения сделок, аукционными залами, прибежищем поэтов и театралов.

Пульсом Блэтфорта.

А самое главно, в них подавали желон. Замену моего любимого напитка – кофе из желудей. Дубы здесь, возможно, были не идентичны земным, но желуди родили крупные, глянцево-коричневые. И  эти желуди очищались, обжаривались и мололись до состояния порошка на манер кофейных зерен. Вот только в отличие от того же кофе, желон благотворно действовал на здоровье, успокаивал нервную систему и дарил приятную, а не тахикардическую бодрость.

Ранним утром в таких заведениях к желону можно было получить разве что вчерашнюю булочку с маслом, но сейчас мы уже могли рассчитывать на полноценный завтрак из яиц, свежей выпечки и тонких ломтиков буженины.

Я едва подавила в себе желание поскакать как девчонка в радостном предвкушении. От вчерашнего расстройства не осталось и следа, погода, компания и планы на день радовали, как никогда, и ничего не предвещало того…

В общем того, чему и суждено было произойти.

Блэтфортская история ужасов

Несмотря на то, что Эльвин ежеминутно морщил свой аристократический, по драконьи чувствительный нос – ну да, к тонкому растительному аромату желона и сдобы  примешивался запах жареного бекона и рыбы – поели мы замечательно. Для меня-то и вовсе был пир, с учетом того, что полноценно я ела только в обед прошлого дня.

Азерберт и его столица не сказать, что являлись гастрономической меккой – пища здесь, особенно в простых забегаловках и лавках, торговавших хлебом и колбасами навынос, была тяжелой и лишена воображения. Копчености, соленая рыба и рубленая печень в сочетании с пресными клубнями и пудингами из бобов составляли рацион большинства жителей. Овощи превращали в теплую, с трудом диагностируемую массу, мясо вечно пересаливали, а сладости, напротив, вязли проторностью на языке.

Но в целом я приноровилась выбирать то, что было не лишено вкуса и здравого смысла.

Мы снова сели в автомобиль и остановились уже на незримой границе  из замерших экипажей и машин, за которой, собственно, и начинался бродячий цирк.

– Мне казалось, что это должны быть… ну не знаю, фургоны и танцующие на поляне клоуны, – смотрела я с удивлением на целый городок, состоящий из домиков, имитаций гор и леса, настоящих каруселей, скрипящих проржавевшими цепями, и огромных палаток и шапито различного – судя по разномастным табличкам и разного цвета полоскам – назначения.

– Из какой дыры ты пришла, говоришь? – уточнил насмешливо яр, а я лишь закатила глаза на привычную подначку. Пожалуй, он был одним из немногих, кто и правда искренне интересовался моей прежней жизнью, и путем хитрых вопросов – ну адвокат же – вызнал больше всех о Земле. И однозначно проникся.  А теперь кричал, – Осторожно!

Это уже на мою неосторожность.

Согласна, вляпаться сейчас в «лошадка приходила» было бы верхом неблагоразумия. Впрочем…

– А разве драконы не могут применять магический огонь для очищения?

– Ты серьезно предлагаешь использовать священное пламя  как половую тряпку? – ужаснулся Эльвин с аристократической брезгливостью.

Хихикнула.

Вот нравился он мне и все тут. Впрочем, исключительно как друг – да и сам блондинчик не давал повода подумать, что он как-то неровно дышит по отношению ко мне.

Пока я раздумывала, уместно ли использовать в данной ситуации этот фразеологизм, поскольку дыхание дракона тоже было священным, мы уже дошли до импровизированных арочных ворот, где с нас взяли две мелкие блестящие монетки – манки – и, поклонившись, пропустили внутрь.

– Дорогу, дорогу, пропустите клетку с самым свирепым хищником во всем Гроуридже!

– Сладости, элья, тягучки, пиво, фасоль…

– Ох, скорей ко мне, красавица, погадаю, ой нагадаю.

– Только сегодня! Только три представления! Не пропустите выступления на арене – силачи и жонглеры, гимнасты и эквилибристы!

– Через пять минут – самый романтичный спектакль, только для влюбленных!

Я вертела головой во все стороны, а ноги сами несли меня то туда, то оттуда, во все стороны меня рвали запахи, краски, брызжущее во все стороны веселье – для столь раннего времени здесь было довольно много народу, а уж циркачей и работников, «голодных» до клиентов – еще больше. Так что я едва поняла, как, но уже получила какие-то конфеты, громко смеялась в кривые зеркала и выудила таки свое предсказание, такое же иносказательное, как «настоящие» астрологические прогнозы на Земле.

– Нет-нет-нет, – уперлась обеими ногами, когда Эльвин потащил меня к карусели, которая даже издалека пугала своей допотопностью и отсутствием мер безопасности. – Это ты слетишь если что, а мне падать будет больно.

– А если туда?

– А там что?

С любопытством  посмотрела в указанную сторону и ничего не поняла. Вроде бы и наспех сколоченное здание, и деревья, и что-то каменное…

– «Подземелье ужасов»?  – прочитала неуверенно руническую надпись.

– Самые ужасные ужасы Блэтфорта! – подскочил услужливый мальчишка, что заведовал входом и платой,  – Вам несказанно повезло, почтенные – обычно на этот аттракцион огромная очередь, а сейчас вы будете там одни.

Он еще и бровями поиграл, паршивец такой.

Я с сомнением посмотрела на деревянные вагонетки:

– Их как-будто украли с рудников.

– Уверен, так и было, – хмыкнул мой провожатый и усадил в рассохшееся корыто, в котором для удобства установили лавочку, а потом кинул парнишке деньги, – Мы едем.

Тот радостно осклабился и с трудом, но опустил огромный рычаг.

Вагончик дернулся и медленно покатился в темноту.

И я тут же завизжала, потому как на нас обрушился котел огненной лавы…

– Интересный эффект, – с удивлением произнес Эльвин.

Как оказалось, комната страха в мире магическом получается очень настоящая благодаря магии, артефактам и всяким настройкам, так что визжать можно было вовсю. Чудовища натурально нападали, уж если огонь – то с ревом и во весь рост, а если дракон, то ощущение, что тебя прибьет его машущими крыльями. Вагончик двигался медленно, периодически меня так и пыталось что-то схватить, потому я хваталась за руку друга и зажмуривала глаза.

Кайф, в общем.

– Смотри!

Я приоткрыла один глаз и восхитилась – мы будто оказались в каменной пещере, где на фоне ярко-красных светящихся стен  плясали человеческие фигуры, а за резким поворотом, судя по чавкающим звукам, нас уже ждали. Багровое зарево было настолько сильным, что даже руки казались в таком освещении ярко-красными, а в глазах начало рябить…

Стоп.

Красные пальцы?

Когти?!

Вы это серьезно?!!

Или я просто испугалась… детского аттракциона?

Времени думать дальше не было.

– Эльвин! – завопила ему на ухо.

– Что? – он аж подпрыгнул.

– Ты мне доверяешь?

– Да, но при чем тут…

– Тогда прыгаем!

– Что?

– Выпрыгивай из вагонетки!

Дернула его на себя и вывалилась почти из вагончика – у Эльвина получилось не в пример удачнее.

Корыто тем временем скрылось за поворотом.

Друг перевел на меня удивленный взгляд, но спросить ничего не успел: там впереди вдруг раздался взрыв и на нас с грохотом полетели камни…

Блэтфортская история ужасов – 2

– Священное пламя, откуда они взяли столько настоящих булыжников? – было первым, что я услышала от Эльвина, когда уши, оглушенные грохотом, согласились слышать в принципе.

Потрясла головой и ощупала эту самую голову. Вроде целая. Все-таки драконы это не только ценный огонь и невыносимый снобизм – это еще и пара квадратных метров крыльев и частичная трансформация.

Крыльями нас яр и прикрыл от падавших камней и щепок, а еще, похоже, магией. И теперь сердито отфыркивался  от пыли, пока я жадно рассматривала в полутьме, как два графитовых полотна с серебряными прожилками истончаются до дымки и втягиваются в человеческие руки.

В своей драконьей ипостаси Эльвин мне не показывался прежде. Хотя я просила. И почему-то был резок и смущен в этих своих отказах. Так что действительно желанное я так и не рискнула произнести.

«Покатай меня, большая ящерица!»

Это здесь считалось дурным тоном.

Как и просьба обратиться, показать зубки и прочие варианты. Причин такому отношению я не находила – яры не стеснялись своих ипостасей, а гордились ими – и потому решила, что дело, скорее всего, в каких-то древних ритуалах и традициях. Ну вроде того, что обращаться надо по делу, а не ради капризов попаданки.

– А я думала крылья у тебя белые будут.

– Почему? – он прекратил отряхиваться.

– Потому что ты блондин, – развела руками.

Смешок.

– Нет, цвет дракона не от этого зависит, а от породы и фамилии. Чем чище цвет, тем древней и неразбавленный кровь.

– Твоя… очень древняя? – спросила заинтересованно. То что он яр, сильный маг и в столь раннем возрасте оказался при великолепной должности городского защитника наводило на определенные мысли, но я никогда не требовала подробностей. Наши отношения строились на взаимном любопытстве и дружеской симпатии, и точно не предполагали, что я буду пасовать перед его родословной.

– Достаточно древняя, – глянул на меня настороженно. Будто ожидал, что я тут же изменю свое поведение. Например, начну вешаться на него и проситься замуж.

Кивнула.

Мы осмотрелись, но ничего не поняли. Вокруг лежали руины – будто мы оказались не в симпатичном домике с аттракционами, а в пещере в горах. Или древнем замке.

– Основательно сделали… – пробормотала.

– Как ты поняла? Я про взрыв.

– Я рассказывала тебе о своем даре… ну, в целом. Так у него есть и физические проявления, – со вздохом поведала о своих когтях.

Эльвин выглядел удивленным.

– А ведь это… удобно.

– Кому? – смутилась.

– Ну при твоей профессии. Как тебя еще не растащили на множество кусочков твои же коллеги?

– Ах ты… – шутливо ударила его по руке.

Наша перепалка сделала свое дело – мы окончательно пришли в себя и начали ощупывать пространство в поисках выхода. Впереди делать было нечего – там от взрыва все покорежило и поломало так, что не протиснулся  даже ребенок.

Так что было решено идти и копать назад, туда, откуда мы приехали. Жаль только каких-то на самом деле серьезных действий совершить мой друг-дракон не мог – слишком велика  была вероятность повторного обвала, если бы он попытался обратиться и пробить нам дорогу, или повторно бахнул драконьим пламенем.

Не знаю сколько времени прошло – монотонность работы по уборке камней и всяких стройматериалов, вкупе с полумраком, который Элвин чуть разбавил магическими огоньками, а также острой жаждой вдавило меня в подобие анабиоза.

Час, два – не меньше.

А потом у меня запульсировал браслет на запястье.

– Эльвин!

– Я вижу,   – кивнул он энергично и начал еще быстрее пробивать нам дорогу, используя и заклинания, и собственные руки.

Кажется, навстречу нам тоже кто-то пробивался.

Браслет пульсировал все сильнее. Получается, наставники не врали – он не только ограничивал меня в правах и передвижении в течение двух лет, но и действовал как маячок.

Дело пошло веселее. Нет, мне не было страшно и прежде, что мы задохнемся или еще что  – не с Эльвином точно. Но сам факт, что нам помогают, что нас не бросили, а очень даже желают видеть на свежем воздухе придавал мне сил.

Хм… много народу желает. И не только видеть, похоже…

Потому что когда я, наконец, выползла в раскопанный проем, подталкиваемая другом сзади, то увидела целую толпу.

Понятно, что в связи с таким событием здесь должны были собраться и стражники, и какое-никакое руководство цирка, и даже праздная публика, но то, что их будет столько,  а место будет оцеплено, и во главе я увижу чуть ли не все руководство управления, в том числе коммандера Констанса Лондона,  моего коллегу Мэтью и хмурого яра Декстера Кингсмана  – этого я точно не ожидала.

И вряд ли они появились здесь ради простой попаданки.

Даже забыв отдать честь – или в этой ситуации надо присесть в реверансе? вечно путаю – я резко повернулась к другу и прищурилась:

– Ты что…переодетый принц в гриме?

Четверо на месте происшествия, не считая попаданки

Эльвин не успел отреагировать на мой вопрос. Ему помешал чужой голос с прохладной ленцой:

– Разве попаданкам не показывают портреты членов правящей семьи?

У меня аж кудряшки распрямились от этого тона и слов. Растянула губы в нарочитой улыбке и повернулась:

– Яр Декстер Кингсман… Уверена, вы и об этом знаете со стопроцентной точностью.

Хмуро уставилась в льдистые глаза, явно давая понять, что его «любезность» по отношению к попаданкам как-то слишком нелюбезна. Но сухарь в твидовом костюме даже бровью не повел. Лишь наклонил немного голову и изучил внимательно  – от кудрявой макушки до грязных пяток, будто по одному только внешнему виду был готов поставить и диагноз, и мотив.