Отряд хищных, семейство псовых
- -
- 100%
- +
Айрат настолько погрузился в свои мысли, что не сразу услышал женский крик.
Вообще-то места были тихие, хоть и окраина города. Вокруг – частные владения зажиточных бизнесменов и высших милицейских чинов, двухэтажные домики с балконами и ухоженные сады. Чуть дальше – за заброшенным парком и озером – железнодорожная станция. Видеокамеры, натыканные на каждом углу, на каждых воротах – сигнализация. И все же он побежал туда, где кричали, скорее, по привычке, чем по здравому рассуждению.
Кричала молодая женщина, стоявшая на одной из аллей парка. Одной рукой она намертво вцепилась в ручку коляски со спящим ребенком, другой пыталась оттолкнуть приближавшихся к ней мужчину и женщину. На первый взгляд – приличные люди, одетые дорого и со вкусом: на мужчине черное пальто и шляпа, женщина в мутоновом полушубке. Но опытный глаз Айрата сразу отметил, что тонкая корочка льда на лужах не раскалывается под их ногами, да и двигается странная пара слишком бесшумно и молчаливо, не реагируя на крики до смерти напуганной женщины. Перед глазами будто моргнул красная лампочка, тело самой собой напряглось, готовясь к прыжку.
Наверно, впервые за долгие годы работы командир растерялся. Оборотиться на глазах всего таун-хауса? Но он, в отличие от Дины, стирать память у людей не умеет! Кинуться на помощь в человеческом обличие? Тогда он не успеет, он точно не успеет спасти и женщину, и ребенка. Кто-нибудь из вампиров наверняка успеет схватить добычу – человеческие дети для них что-то вроде лакомства. Судя по тому, что решили напасть в таком людном месте – очень голодны. И тут их жертва, женщина, которая кричала, повернулась, заметив присутствие нового свидетеля.
Теплые глаза цвета спелого фундука были не испуганными, скорее – решительными до безумия, страшными. На миг весь мир стал оранжевого цвета, весь-весь, от белесого осеннего неба, до буроватой земли. Айрат кинулся вперед, на ходу доставая из кармана серебряный нож с выгравированной на рукояти собакой, кинул его женщине, а сам бросился на вампиров, сбивая мужчину с ног.
– Это не люди! Они убьют вас и ребенка! Бегите!
Биться в человеческом обличие было непривычно.
Молниеносным движением Айрат вытащил из кармана Макаров, передвинул рычажок предохранителя вниз и нажал спусковой крючок. Звук выстрела эхом прокатился по узким пустым улицам, засыпанным опавшей листвой, взметнулась с деревьев стая птиц, залаяли собаки. Времени оставалось немного – сейчас жители домов поднимут переполох.
Не успела гильза отлететь в сторону, как Айрат снова нажал спуск, на этот раз для выстрела потребовалось только легкое нажатие – пистолет перешел в режим одинарного действия. Осталось шесть патронов.
Первый выстрел застал вампиров врасплох, продырявив мужчине живот. Айрат планировал после второго, смертельного, вскочить на ноги и заняться вампиршей, которая могла попытаться скрыться или напасть на человека, но события развернулись совершенно неожиданно.
«Это та гадина, которая гнала наших по городу!», – взревела обезумевшая тварь и прыгнула оборотню на спину, сдавив шею и ребра. Он не успел ничего сделать – смертельно раненый вампир, лежащий под ним, мертвой хваткой вцепился в рукава куртки, его пустые черные глаза уже начали стекленеть, но он давал своей подружке шанс прикончить врага.
Самый действенный способ убить оборотня – напасть на него со спины, вцепиться в него, ломая ребра, и выпустить кровь или просто задушить. Теряя сознание, Айрат так и не выпустил из руки ставший бесполезным Макаров. Он был готовя умереть, как всегда. Молился только об одном – успеть ранить кровососку, не дать ей добраться до женщины с ребенком.
Но вдруг вампирша ослабила хватку и захрипела. Хрип перешел в невнятное бульканье, и на лицо командира основного боевого отряда брызнуло что-то горячее и липкое.
Кровь.
Не успев понять, что же произошло, Айрат почувствовал, что хватка вампирши ослабла, зубами вцепился в горло лежащей под ним твари, заставив расцепиться стальные объятия, затем вскочил на ноги так быстро, будто его оттолкнула сама земля.
Вампирша упала на землю, как куль с мукой, но размышлять над этим было некогда. Айрат подбежал к ней, схватил обеими руками за голову и одним мощным рывком, как курице, сломал шею. И только после этого заметил, что из ее спины торчит рукоять его собственного серебряного ножа.
Запал прошел, Айрат стал двигаться уже не так быстро. Раззадоренное сердце бухало тяжело и часто, голова отказывалась соображать после двух бессонных ночей. Он обернулся и увидел ту самую женщину, которую прибежал спасать.
Да какая женщина – девчонка лет девятнадцати, бледная как мел, с трясущимися губами и широко распахнутыми глазами. Длинные волосы растрепаны, одежда запачкана грязью. Она не убежала, а откатила в сторону коляску и всадила нож в спину вампирши, которую считала обычной женщиной! Зачем?!
– Пожалуйста, помогите нам дойти до дома, – сказала, подходя к нему, и Айрат заметил, что сильно хромает.
И что теперь делать?
Она видела, как незнакомый мужчина впивается зубами в горло врага, а затем ломает шею женщине. Но не кричит, не убегает, а просит помочь. А в газах пляшет все та же безуминка.
– Это были не люди, вампиры, – неожиданно для себя, заговорил он. – Они хотели съесть вас. И я… тоже не человек. Но я не вампир, я оборотень. Мы боремся с вампирами.
Девушка слабо улыбнулась, отперевшись спиной о ствол дерева. Шок?
– Я поняла.
– Мое присутствие… вас не пугает?
– Вы спасли жизнь мне и дочери, – слабо пожала она плечами.
– Но почему вы не убежали? Вампиры не последовали бы за вами туда, где много народа. Они интересовались в первую очередь мной.
– Это было бы нечестно, – пожала плечами девушка, прикрыла глаза и начала сползать вниз.
Айрат бросился к ней и обнял за талию, поддерживая. Вроде, она не ранена, просто сильное нервное потрясение. Надо и вправду помочь добраться до дома.
– Откройте глаза. Слушайте меня. Надо как можно быстрее дойти до дома. Вы живете далеко? нет? Это хорошо. Надо чтобы никто ничего не заметил. Я помогу. Опирайтесь о мое плечо, будто мы гуляем.
Девушка открыла глаза и послушно пошла с ним.
Одной рукой Айрат поддерживал ее, другой катил коляску (ребенок так и не проснулся), и у него возникло очень странное ощущение. Оно шевелилось, как маленький зверек, где-то внутри, давно забытое и сладкое, как воспоминания из детства.
Всю дорогу до дома они молчали. Айрат не спросил, ждет ли ее кто-то, но квартира оказалась большой, пустой и темной. Пока девушка переодевала малыша и перекладывала в кроватку (ребенку было не больше полугода), командир прошел в ванну, чтобы привести себя в порядок – ему еще предстояло возвращаться домой. Зеркало отразило перекошенное лицо со зверской гримасой, сжатые зубы и ярко-желтые глаза. Куртка забрызгана кровью.
Умывшись холодной водой и наскоро отчистив одежду, Айрат прошел на кухню, куда перебралась девушка. Он ожидал вопросов, упреков, страха – но ничего этого не последовало. Девушка подбежала к нему, уткнулась лицом в грязную мокрую куртку и заплакала, тихо и беспомощно. А он неловко гладил дрожащие плечи и мягкие кудрявые волосы и не знал, что ей сказать.
– Спасибо, – неожиданно, сказала девушка.
Она выглядела теперь намного более спокойной, глаза снова приобрели человеческое выражение, взгляд стал осознанным.
– Наверно, вы теперь сделаете так, что я ничего не буду помнить, да? Мне бы не хотелось запоминать этот ужасный вечер.
– Да, конечно. К сожалению, не сегодня. Сам я не умею такое вытворять, но завтра один из наших людей навестит вас. Все, мне нужно идти домой. Да и муж ваш, вероятно, скоро вернется.
– Он сегодня ночует на работе. Не уходите, пожалуйста. Мне страшно.
Так они и провели всю ночь – девушка, не раздеваясь, легла на диван, укрывшись пледом, а он, обернувшись псом, всю ночь дежурил рядом. Ушел только под утро – открыл окно на кухне и спрыгнул на землю, благо, этаж был первым. В этот же день в ту квартиру наведалась Дина и стрела все воспоминания об ужасной встрече. Стерла…
– Айрат, как ты думаешь, мы уже искупили свой грех? – голос Дины вернул к действительности.
– Что?
– Ну, мы убиваем, но не для собственной выгоды и вообще не просто так. Может, наша цель хоть как-то оправдывает это? – с пытливой жадностью Динка вглядывалась в глаза своего командира, готовая поверить.
Под таким взглядом соврать Айрат не мог. И хотя четким, проверенных научно ответов у него и не было, он смог дать то, что имел – свое мнение.
– Нет, ни одна из целей не оправдывает убийство, – рассеянно ответил он. – Но, став оборотнями, мы и так лишились надежды на спасение. Поэтому жизни людей намного важнее наших душ. Если они у нас, все-таки, есть.
– Но мы не же не превращаемся в прах, в отличие от вампиров. Как-то мрачно все получается. Неужели нам совсем не на что надеяться?
– Гитлер и Сталин тоже в прах не рассыпались. Мрачно все получалось бы, если б вампиров стало очень много, а людей мало. А надеяться мы можем только на то, что такого никогда не случится.
– Пойду отнесу Есею пирожков, – решила Дина, вставая.
Все же она оказалась большой умничкой.
_______________
Небо уже темнело, сумерки растекались по улицам, приглушая все краски. Постепенно зажигались окна домов. Начало осени здесь, на окраине города, было особенно красивым – деревья только начали ронять золотистые листья, газонная трава не спешила желтеть. Керамические гномики и феи выглядели нарядно.
Большой серый пес подошел совсем вплотную к окнам первого этажа, будто тянулся к человеческому теплу. Он неотрывно смотрел на то, как в одной из комнат на диване сидит молодая девушка в домашней одежде с распушенными волосами и, качая на руках ребенка, тихо поет.
Лицо девушку было радостным и умиротворенным, голос бархатным. Чуть позади нее на письменном столе стояла настольная лампа, выхватывающая из темноты простую обстановку большой полупустой комнаты. В электрическом свете казалось, что волосы девушки сами по себе источают желтый свет. И тут в звякнул ключ в замочной скважине входной двери. Ребенок вздрогнул, но не проснулся. Девушка осторожно переложила его в кроватку и босяком побежала в коридор – встречать мужа с работы.
Серый пес отвернулся от окна и медленно пошел прочь, низко опустив лохматую голову.
2. Иан
Нас будет ждать драккар на рейде и янтарный пирс Валгаллы, светел и неколебим, -
Но только через танец на снегу, багровый Вальс Гемоглобин.
Олег Медведев «Вальс гемоглобин»
По гулким коридорам разносился вой сирены. Беспрестанно хлопали двери, звучали громкие приказы, кто-то ругался матом, взлохмаченные собаки носились из стороны в сторону, возбужденные, рычащие. Полнейший хаос.
Основная боевая группа Альмагеста сидела в общей комнате, напряженно вслушиваясь в творящийся вокруг бедлам.
Четверть часа назад Айрата срочно вызвали к начальству, и он до сих пор не вернулся. Сирена означала, что произошло что-то из ряда вон выходящее: массовое убийство, восстание, переворот. Всем хотелось бежать, расспрашивать встречных, ведь дорога каждая минута! Но командир велел ждать, и никто его не ослушался. Только сейчас все они осознали, что Альмагест – это не только основная рабочая группа, но и несколько дополнительных, группа людей-спецназовцев, врачи, психологи, биологи…
Неожиданно на стене ожил громкоговоритель, серьезный мужской голос резко и отрывисто заговорил: «Внимание! Всем бойцам собраться в главном холе, повторяю, всем бойцам собраться в главном холе. Полная боевая готовность».
В комнату ворвался Айрат с безумными глазами и чужим хриплым голосом приказал всем сесть.
– Совершено массовое нападение на людей, в нескольких разных частях города. Убита почти сотня человек, в том числе, много людей, близких к оборотням… в том числе семья начальника Азамата, – жена и двое детей.
Дина окаменела.
Азамат был не только начальником всего Альмагеста, но и просто хорошим другом для нее и для остальных. Они несколько раз бывали у него в гостях, любовались детьми – у дочек был редкий песочный цвет глаз, как у отца. Что-то внутри Динки оборвалось, и она поняла, что если б сейчас оказалась один на один со стаей вампиров, то бросилась бы на них, не раздумывая. Айрат, между тем, продолжал.
– По тревоге подняты дополнительные подразделения, из них спешно формируются рабочие группы. Нам в помощь дадут еще троих. Поедем на одно из мест происшествия, – он отвел глаза, развернулся и быстрым шагом понесся по коридору.
Они собрались в опустевшем холе, вооруженные до зубов. Их ждали трое мужчин, хмуро кивнувших Айрату. До места ехали на двух машинах с сиренами, выжимая запредельную скорость, хотя и знали – не успеть. Вампиры не станут сидеть и дожидаться их приезда.
Районное отделение милиции, типовое невысокое здание с удобными пандусами и плацем, окруженное полосатой лентой и людьми в форме. Все зеваки разогнаны, район оцеплен, движение перекрыто. На лицах милиционеров – гремучая смесь отвращения, ужаса и ненависти. Он расступились перед восьмеркой Альмагеста, пропуская их внутрь, и Айрат ловил на себе уважительные взгляды. Эти люди в форме, сами немало повидавшие, ждут помощи от них, от собак?
– Командир, – обратился к нему один из офицеров. – Прикончите этих тварей, только вы это можете сделать.
Айрат вздрогнул и ничего не ответил. Он хотел приказать Дине остаться снаружи, но не успел – она пулей кинулась вперед.
То, что предстало глазам оборотней, не поддавалось никакому описанию – кровь, кровь, кровь, как в кино. Зловоние разлагающейся органики, и то, что только с трудом можно было назвать человеческими телами.
Дина вскрикнула и закрыла рот руками, ее трясло, как в лихорадке. Трансформации произошла мгновенно – никто из них не успел понять, как потерял человеческий облик. Глаза застилала красная пелена – ненависть.
«Душа человека – в его крови, а кровь источает твой запах». Весь мир исказился… Каждый из этих восьмерых, даже новички, раньше до оперативной работы не допускавшиеся, слышали давно отзвучавшие крики людей – страх, боль и недоверие. Неужели кто-то на этом свет способен, не колеблясь, разрезать на части живое, шевелящееся тело? Превратить его в бледный манекен?
Страха не было. Страх есть там – в обычной жизни, с обычными людьми. Которые ходят на работу и плачут из-за потерянного кошелька. Которые верят в прекрасное «завтра» своих детей и всего человечества. А пред оборотнями, как мусор, валялись клочки окровавленного, раздавленного «завтра», растоптанного, уничтоженного, растерзанного. Хищники убивают быстро, перекусив артерию, задушив, сломав шейные позвонки. А эти твари – они играли людьми, им доставляло удовольствие мучить. Таких тварей невозможно бояться – их можно только ненавидеть. И уничтожать.
И хотя силы были не равны, и хотя вампиры напали неожиданно – кто-то из этих ребят сумел выхватить пистолет и попасть в тварь. Тяжелый, затхлый запах вампирьей крови серой струйкой вился в воздухе. Оскалив зубы и зарычав так, что даже Айрату стало не по себе, Дина метнулась к двери.
Кажется, кто-то из посторонних заметил их – неважно. Главное – успеть.
По пути Айрат лихорадочно соображал. Итак, нападений совершено несколько, значит, действовали не только опытные вампиры – таковых в городе мало – но и новички. Новички еще очень похожи на людей, они не умеют превращаться в летучих тварей всегда по своему желанию, летают плохо. Интересно, старшие станут их охранять и уводить в безопасное место или бросят, как отработанный материал? Как мало, в сущности, им известно о вампирах!
Айрат бросил Дине мысленную команду – скорей, могут улететь, и она припустила со всех ног. Это не страшно, что не хватает дыхания. Это не страшно, что их может ожидать засада. Восьмерых хорошо подготовленных оборотней взять сложно.
Это не страшно – умирать во имя какой-то цели.
Они ждали, они действительно ждали, затаившись на крышах узкой улицы. Два десятка вампиров, прикрывавшие отступление самых молодых. И каждый из оборотней был за себя, он не мог помочь остальным.
Тагай упал на землю и раздавил противника, катаясь по асфальту. Ему повезло больше остальных – он сминал легкие черные тени, как картонные манекены, ломая крылья, лапы и шеи. На Тагая навалился тот, который сохранил образ человека – он опутывал лапы, не давая подняться, он достал пистолет и метил в голову.
Одна из крупных тварей повалила черную собачку на землю, но ей пришел на помощь рыжий пес. В отличие от остальных, Ессей и Дина сражались вместе, быстрые, легкие. Они кусали противников и мгновенно отскакивали, не пытаясь перекусить артерию и сломать шею – только отравить, пустить зловонную кровь. Дина машинально слизывала с морды свою и чужую кровь – голова была разбита, Есей пытался отодрать от себя самую верткую из тварей. По счастью, та зацепилась за одну из цепочек на шее оборотня, но так и не сумела добраться до горла.
Хуже всех пришлось новичкам – они растерялись от такого количества целей, носились бестолково и пропускали удары. Но все же основные силы вампиров пришлись на Айрата. Крылатые и человекоподобные твари обездвижили его и рвали на части. Из оборотней только Закир принял человеческое обличие, достал два коротких клинка и начал прорубаться к командиру, не пытаясь атаковать, а только уворачиваясь от страшных челюстей. Он выглядел жутко – весь в крови, с яростными глазами и перекошенным лицом. Он прорвался к Айрату и горячо шепнул в самое ухо: «Держись, командир, я вызвал подмогу».
Потом – не было ничего. Только слепая ярость, желание убить и ранить как можно больше врагов. И где-то на заднем плане – боль, почти что чужая, немеющее от напряжения тело и болезненная слабость от яда. Выстрелы, боль, снова боль. И становящиеся все тише звуки, и одна мысль на восьмерых – я все сделал правильно, теперь – не страшно.
____________
Еще не открывая глаз, Айрат понял, что жив.
Он рывком сел. Все та же улица, лужицы крови на земле, запах смерти, запах тлена и еще… серебриста струйка песьего запаха, солоноватого, похожего на морской. Землистого цвета лицо врача из Альмагеста, сидящего на земле и наспех зашивающего плечо Ессея.
– Все живы? – Айрат услышал собственный хриплый, надсадный голос, сведенный страхом.
Вот теперь страх нахлынул с удвоенной силой.
Кто из них сегодня? Врач молча кивнул куда-то вбок и продолжил заниматься Есеем. Но Айрат видел теперь только искореженное, будто размазанное по асфальту изящное тело, разбросанные черные волосы и сладкую улыбку Закира. Целые куски тела была вырваны вампирьми зубами. Он спас своего командира, он выполнил приказ, и больше его в этом мире ничего не держало. Айрат вспомнил, что мальчишке было двадцать семь, что он так и не успел обзавестись семьей и что у него единственного из всей пятерки были родители. И что Закир любил повторять стихи одного японского пилота-камикадзе, написанные во время второй мировой войны. Красивые стихи, очень уместные.
Знаешь, мама, завтра я стану ветром,
По священной воле разящим свыше.
Я прошу тебя о любви и вере,
И прошу – сажайте у дома вишни,
Я увижу, мама – я стану ветром.
– Он умер за тебя, – прошептал кто-то рядом.
Айрат молниеносно оглянулся. Динка. Нос сломан, все лицо в крови, на щеке глубокие порезы, но командир сразу почувствовал – ничего серьезного.
– Всем нам, наверно, есть, ради чего жить, если в случае беды кто-то способен встать между нами и смертью.
– Оборотни остаются людьми, пока у них есть что-то, важнее жизни, – словно ответила на его мысль Дина, сплевывая кровь, – несколько зубов у нее было выбито.
Все верно. Неважно, что думает сам Айрат, главное, что этот мальчишка считал его важнее себя. Это – ЕГО выбор. И если он готов был расплатиться за него сполна – то этот выбор правильный, что б об этом не думали остальные.
– Двое новеньких погибли, – сообщила Дина. – Есей в тяжелом состоянии. Но помощь пришла вовремя, могло быть и хуже. Весь вампирский молодняк ушел.
– Найдем тварей, – прошипел Айрат, стискивая кулаки.
– Только сначала вам надо поправиться, – заметил подходивший доктор.
Руки его дрожали от усталости и напряжения, но вдали уже слышался вой сирены машины скорой помощи.
– Тут рядом расположен детский сад, – совсем тихо добавил врач. – Туда ходит моя дочка. Если б они вышли на охоту на пару часов раньше… Я горжусь тем, что могу хоть чем-то помочь вам.
Я не стою, мама, твоей слезинки,
Я вернусь – мы вечно идем по кругу.
И я буду видеть твои морщинки,
И на плечи лягут родные руки
В самом высшем, славой слепящем миге.
________________
Она смотрела на себя в зеркало в ванной, смотрела на отражение испуганного, безумного лица.
С первого взгляда казалось, что оно осталось прежним – мягкий подбородок с ямочкой, круглые щеки, длинный нос и черный излом красиво очерченных бровей. Изменились только глаза, еще детские, круглые черные глаза, унаследованные от бабушки – донской казачки. Теперь по краю радужки струилась золотая канва, а зрачок был ярко-алым.
Из забрызганного водой зеркала на девчонку смотрел монстр.
Боже, что угодно, только не это! Она достала из аптечки опасную бритву, которой бабушка вскрывала ампулы с лекарством и закатала рукав рубашки. В фильмах показано все детально – резать руку от локтя до кисти, опустив в теплую воду. Только бы успеть! Скоро придут тетя и куча остальной родни. Девушка закрыла глаза и поднесла бритву к локтю – знала, что может потерять сознание от вида крови и не довести дело до конца. Раньше ее очень страшила смерть (особенно после смерти отца), а теперь знала – есть вещи и намного страшнее.
Надрез… Боже, как больно! Надо глубже, намного глубже!
И тут незнакомые руки железной хваткой схватили ее.
– Умереть не умрёшь, а вот руки можешь потерять из-за тромбоза капилляров.
– Я все равно это сделаю. Вы не сможете следить за мной все время. Я больше не человек. Я монстр.
Девушка не открывала глаза, она держала перед мысленным взглядом образ того страшилища, которого видела в зеркале прошлой ночью – черной собаки с огненными глазами, со звериной жаждой крови в пересохшем горле. Дина знала, что стоит хоть на миг расслабиться – и пропадет вся решимость, случится непоправимое.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.