Развитие геополитических взглядов в США. Влияние геополитических взглядов американцев на стратегическую культуру государства
- -
- 100%
- +
Поэтому история повторилась – США вступили в войну в конце 1941 года, но только на Тихом океане – против Японии, а в Европе они начали воевать не раньше лета 1944 года, после мощного продвижения Красной Армии на запад на всех фронтах. Создание трёхсторонней антигитлеровской коалиции произошло только после того, как СССР показал: несмотря на тяжёлые поражения, он может сокрушать врага и побеждать самостоятельно. Не отрицая роль армии США в разгроме фашисткой Германии, следует подчеркнуть, что даже на заключительном этапе войны три четверти личного состава германского вермахта воевали на востоке Европы – против Советского Союза.
Исключительно в духе концепции атлантизма во время Второй мировой войны американцы вместе с британцами без всякой военной необходимости превратили в руины Дрезден, Гамбург, Кёльн и многие другие немецкие города. И это было сделано демонстративно, с целью запугать военно-воздушной мощью своего союзника по антигитлеровской коалиции, поскольку было понятно, что после окончания войны именно с Советским Союзом, упорным геополитическим конкурентом, придётся делить Европу по-новому.
Число погибших во Второй мировой войне составило около 65 миллионов, из которых американцев – не более 400 тысяч. Но в эти годы промышленное производство США выросло в 2,5 раза, занятость населения была полная, люди зарабатывали больше, чем могли потратить. Такая особенность развития американской экономики, в которой периоды войны совпадали с достатком и подъемом, а мирные – с застоем и упадком, во многом повлияла на мировоззрение рядового американца. В его представлении война, в которой его государство занимает выгодную позицию главного подрядчика – удачный бизнес. Война вывела промышленные предприятия США на высокие уровни эффективности. В сравнении с производственными возможностями разрушенной экономики Европы это создавало несоизмеримый разрыв.
Если Америка девятнадцатого столетия ощущала себя отличной от Европы и противопоставленной ей, то Америка после Второй мировой войны определяла себя как лидера всего западного мира, а доллар стал единственной мировой валютой. Американцы ещё в начале ХХ века поняли, что не обязательно держать под контролем интересующие их государства, так как это затратно. Они всем начали предлагать экономическое сотрудничество, которое переходило в политическое, и в военное. Нередко американцы собственноручно разжигали конфликты, чтобы оправдать необходимость такого сотрудничества, а в конце концов – предлагали вступить в семью союзников США и всего «свободного и прогрессивного мира». Такая геополитическая методика давала Америке возможность процветать, как никогда раньше.
В результате Соединённые Штаты Америки превращались в гегемона, который превосходил по мощи все бывшие великие державы Запада вместе взятые. Здесь под геополитической гегемонией понимается лидерство, которое основано на предоставлении благ, а также использовании механизмов принуждения. Их сочетание должно обеспечивать выполнение правил, когда они устраивают гегемона, или заставлять других согласиться изменить правила, если гегемон сочтёт это необходимым. Эти два элемента создают систему стимулов для государств, которые принимают решение, примыкать ли к гегемону. Примкнувшие постепенно вплетаются в сеть формальных и неформальных институтов, межэлитных социальных отношений, призванных обеспечить лояльность союзников гегемона и готовность их нести издержки ради целей, определяемых геополитическим проектом.
Помимо прибыли военных лет, Америка использовала любые возможности, которые открывала для неё геополитическая динамика военного времени. Вот как иллюстрировал это крупнейший американский политолог – Збигнев Бжезинский (1928 – 2017) в своей книге «Стратегический взгляд: Америка и глобальный кризис», которая вышла в свет уже в начале XXI века: «Принципиальное неприятие [президентом] Рузвельтом колониализма не мешало ему проводить захватническую политику в основных нефтяных странах Ближнего Востока. В 1943 году, беседуя с британским послом в США у карты Ближнего Востока, Рузвельт высказался без обиняков: „Персидская нефть ваша. Иракская и кувейтская – пополам. Но саудовско-аравийская – наша“. Так началось обернувшееся впоследствии серьёзными проблемами политическое вторжение США в этот регион».
В 1944 году США и Великобритания подписали энергетическую хартию, в которой подразумевалось, что действовать на мировом нефтяном рынке они будут согласовано. Тогда же они поделили на сферы влияния между собой весь Ближний Восток. В развитие этих намерений годом позже США и Саудовская Аравия заключили между собой пакт, который заложил основы разработки саудовских нефтяных месторождений силами исключительно американских компаний в обмен на гарантии Вашингтона по защите королевства от внешних угроз. К этому времени нефтяные компании США уже сооружали трансаравийский нефтепровод к ливанскому побережью Средиземноморья, а на саудовском берегу Персидского залива в городе Дахран американцы строили военно-воздушную базу. В последующие годы американские военные базы на берегах Персидского залива расположились также в Бахрейне, Омане, Кувейте, ОАЭ и Ираке, а акватория залива стала зоной ответственности Пятого флота США.
Не случайно, ещё в ходе сражения за Берлин, в апреле 1945 года британский премьер-министр Уинстон Черчилль предлагал американскому президенту начать полномасштабную войну против Советского Союза, используя немецких военнопленных в качестве «пушечного мяса». По плану «Немыслимое» 1 июля 1945 года вооружённые силы США и Великобритании вместе с остатками десяти дивизий вермахта должны были начать против СССР новую войну. Но авантюристов отрезвила проведенная советским командованием в канун этой даты перегруппировка сил Красной Армии. Она показала, что план «Немыслимое» советскому командованию известен, внезапность этой авантюры была утрачена и шансов на её успех не стало. Тем не менее, такая инициатива была вполне в духе британской стратегической мысли. Поэтому Бжезинский в книге «Великая шахматная доска: главенство Америки и её геостратегические императивы» (1997 г.) смог в духе атлантизма так характеризовать Великобританию: «Она является основным сторонником Америки, очень лояльным союзником, жизненно важной военной базой и тесным партнёром в принципиально важной разведывательной деятельности».
Накануне Потсдамской конференции против СССР был применён ядерный шантаж, связанный с успешным испытанием в США атомной бомбы и последующими ядерными ударами по Хиросиме и Нагасаки. После окончания Второй мировой войны американские военные признавали, что капитуляция Японии должна была произойти, «даже если бы атомные бомбы не были сброшены, даже если бы Россия не вступила в войну [против Японии], и даже если бы вторжение на Японские острова не планировалось». Поэтому атомная бомбардировка не имела военного смысла – это был акт устрашения, адресованный не столько японцам, сколько Советскому Союзу. Русские должны были понять глубину технического разрыва в вооружениях между ними и американцами. Когда Вторая мировая война подходила к концу, представители полусотни стран встретились в Сан-Франциско, чтобы разработать Устав ООН. Он вступил в силу через два месяца после капитуляции Японии, в октябре 1945 года.
Однако вскоре после ядерной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки план войны США против Советского Союза был составлен. Он учитывал, что Москва ещё не располагала средствами, которые представляли бы серьёзный ответ на американскую ядерную угрозу. Удар по советской территории планировалось нанести в период до 1948 года. Разработанный тогда американцами план «Тоталити» предусматривал атомную бомбардировку 17 крупнейших городов Советского Союза.
В 1947 году, исходя из геополитических интересов в набиравшем обороты противостоянии с СССР, Белый дом принял решение не допускать «экспансию советского тоталитаризма на свободные, независимые страны». Декларируемая Вашингтоном цель была в оказании политической, военной и экономической помощи «всем демократическим странам, находящимся под угрозой со стороны внешних или внутренних авторитарных сил». Это разворачивало внешнюю политику Соединённых Штатов от «изоляционизма» в виде отказа от участия в конфликтах, напрямую не затрагивающих США, к позиции возможного вмешательства в региональные конфликты в Евразии. В стратегическом смысле это было намерением закрепить статус глобальной державы и попыткой форсированного захвата ключевых географических и политических пространств в послевоенном мире.
В результате к 1949 году был разработан грандиозный замысел атомной бомбардировки 100 советских городов (план «Дропшот»). Ядерные бомбы, которые планировалось сбросить на советскую территорию, могли бы уничтожить большую часть населения страны и 85% её промышленного потенциала. Была выбрана даже дата начала войны – 1 января 1957 года. Причина – якобы акт агрессии со стороны СССР или его союзников. В рамках вооружённого конфликта союзниками США должны были выступать страны Британского содружества и Западной Европы, а также часть Китая, в которой не было установлено коммунистическое правление, и Филиппины. План «Дропшот» предполагал, что на стороне СССР могли выступить страны Восточной Европы, включая Югославию.
3. Эпоха холодной войны
В тот период времени США были единственной в мире страной, обладавшей ядерным оружием. К 1950 году запасы ядерного оружия в США насчитывали почти три сотни авиабомб. Однако уже в августе 1949 года на полигоне основного геополитического врага американцев – СССР, была испытана первая советская атомная бомба. Вручая высшие государственные награды разработчикам советского ядерного оружия, Сталин сказал: «Если бы мы опоздали хоть на год, на полтора года, вероятно, мы сами подверглись бы такому удару». Ядерное равновесие было достигнуто и американские расчеты показали, что США не сможет гарантировать нанесение Советскому Союзу непоправимого ущерба. Американские планы были отложены до других времен.
Но это была прелюдия к будущей так называемой холодной войне. Её эпохой в развитии международных отношений принято считать годы, длившиеся вплоть до развала Советского Союза. Это был период острой геополитической конфронтации между США и СССР. Идеи, на которых основывалась американская стратегия холодной войны, изначально были изложены в телеграмме, которую советник посольства США в Москве, дипломат и геополитик Джордж Кеннан (1904 – 2005) отправил в Госдепартамент в начале 1946 года. Длина этой телеграммы в 8000 слов ясно свидетельствовала о драматичности момента.
«Длинная телеграмма» Кеннана служила ответом на запрос из Вашингтона, который поступил в американское посольство в Москве. Требовалось объяснить причины, по которым СССР не поддерживает Бреттон-Вудскую систему денежных отношений и торговых расчётов. Эта система была установлена по результатам международной конференции в Бреттон-Вудс (шт. Нью-Гэмпшир, США) в 1944 году. Тогда по решению делегаций из 44 стран американский доллар был назначен главной мировой резервной валютой и привязан к золоту по цене 35 долларов за унцию. Конференция также положила основу международным финансовым регуляторам, таким как МБРР и МВФ. Джордж Кеннан, который пользовался большим авторитетом в Вашингтоне, в своей телеграмме предложил стратегию сдерживания Советского Союза. По его мнению, в случае геополитической изоляции СССР распадётся сам из-за присущих ему недостатков. Там же было заявлено о невозможности партнерских отношений между США и СССР, так как советское руководство, по мнению Кеннана, воспринимало Запад как главного врага, пытаясь всемерно посеять недоверие между западными странами и внутри них.
В России, какой бы она ни была – царской или советской, Джордж Кеннан усматривал варварское и отсталое общество. По его мнению, Россия управляется людьми, ищущим только одним способом – при помощи упорной борьбы не на жизнь, а на смерть – разрушения державы-соперницы, без всяких договоров и компромиссов с ней. Следовательно, СССР это государство, понимающее только «логику силы», но не «логику разума». Кеннан был уверен, что коммунизм не изменил дух России. Он только укрепил этот дух, сделал его более грубым и связал с безжалостной идеологией. Предложенное геополитиком в качестве ответа «мирное сдерживание» на десятилетия вперед определило политику США в отношении СССР. Такое понимание России повлияло и на геополитические установки Збигнева Бжезинского, который даже через двадцать лет после телеграммы Кеннана утверждал, что проблема Америки – не только победить коммунизм, но и покорить Россию, сделав её бессильной.
В трактовке Кеннана так называемое сдерживание предполагало отход от союзничества времен Второй мировой войны и делало ставку на удушение СССР, но оставляло за советской стороной возможность выбора. Либо поведение, рассматриваемое в США как неприемлемое, и – как результат – обострение отношений. Либо учет озабоченностей США для разрешения важнейших проблем. Однако изначально ядерная монополия вскружила голову американским политикам и в стратегию Вашингтона понятие «сдерживание» вошло как «сдерживание путем угрозы», как ставка на устрашение соперника.
Такой подход Вашингтона наряду с прочими факторами придал серьезный импульс скатыванию мира к холодной войне. Она была провозглашена весной 1946 года в знаменитой речи Уинстона Черчилля в Фултоне (США, шт. Миссури), когда он призвал Запад строить отношения с Советским Союзом на основе военного противостояния, в первую очередь – силами всех стран, разделяющих концепцию атлантизма. Такой призыв был поддержан Соединёнными Штатами. Это со временем заложило основу преобладания в Северной Америке и Европе основных политических ценностей, характерных для концепции атлантизма.
Современный британский историк Доминик Ливен раскрывает особый характер американо-британских отношений в эту эпоху. Он утверждает, что «британские государственные деятели и британское общественное мнение, будучи поставлены перед выбором и имея разные варианты, предпочитали союз с Америкой любому другому». По мнению Ливена тогда предметом озабоченности государственных деятелей был только трезвый просчет стратегических вариантов и рисков: «Соединённые Штаты обладали уникальной мощью. В основном их интересы совпадали с британскими. Даже для британских правителей, не говоря уже об общественном мнении, чувство общего языка, культуры и политических ценностей было также очень важно». Ливен образно раскрыл подноготную союзнических отношений Соединённых Штатов и Великобритании в деле поддержки мирового порядка, заявив что «если поскрести американца, обнаружишь британца».
Речь Черчилля в Фултоне была тщательно согласована с мнением американского президента. Незадолго до этого они оба читали восемь тысяч слов Джорджа Кеннана, поэтому суть речи Черчилля была весьма жёсткой. Там было заявлено «От Штеттина на Балтике до Триеста на Адриатике на весь континент опустился „железный занавес“. За ним оказались все столицы древних государств Центральной и Восточной Европы: Варшава, Берлин, Прага, Вена, Будапешт, Белград, Бухарест и София». Далее Черчилль утверждал: «Все эти знаменитые города и живущие вокруг них народы уже в сфере, которую я называю советской. И все они, так или иначе, подчинены не только советскому влиянию, но и жесточайшему и во многих случаях всё возрастающему контролю со стороны Москвы».
Таким образом, речь Черчилля высвечивала геополитическую цель США и Великобритании в холодной войне – вытеснить Советский Союз из европейской сферы влияния, возвратить его к границам 1941 года. Сделать это предполагалось без вооружённого конфликта – используя все средства, кроме войны горячей, ибо воевать с СССР напрямую было слишком рискованно. Но речь предусматривала необходимость пересмотра итогов Второй мировой войны, с тем, чтобы лишить Советский Союз геополитических плодов победы в ней.
В стратегии атлантизма на сдерживание СССР стал проявляться такой подход как окружение и, по возможности, удушение геополитического противника. Для этого «морская» сила окружает «континентальную» сетью военных баз, постепенно отрывая от её геополитических рубежей те государства, которые становятся союзными Америке. Именно такой алгоритм сдерживания СССР был принят в США в самом начале холодной войны. Во исполнение этих директив в двух разгромленных в ходе Второй мировой войны странах, которые до сих пор находятся под прямым военным контролем со стороны США, были размещены многочисленные американские военные базы: в Японии – более сотни, а в Германии – более полутора сотен.
В эту эпоху сложились уникальные условия тотальной экономической гегемонии США. Они были обеспечены тем, что к концу Второй мировой войны только экономика США имела показатели лучше, чем до вступления в войну. На американцев уже в 1945 году приходилось до 50% мирового ВВП, до 60% мирового промышленного производства и большая часть мирового торгового флота. Именно это позволило Вашингтону приступить к реализации так называемого плана Маршалла, который получил такое наименование по фамилии государственного секретаря США, выдвинувшего в 1947 году замысел помощи странам Западной Европы, чья экономика была разрушена войной. Официально «план Маршалла» действовал до конца 1951 года. Суммарно американская помощь составляла около 3% совокупного национального дохода стран-получательниц в этот период. На эту программу помощи США израсходовали, по разным оценкам, от 13 до 17 миллиардов долларов. Основная часть полученных денег по условиям «плана Маршалла» тратилась на закупку американской продукции и на доставку её американскими судами через Атлантический океан. Постепенно помощь смещалась в сторону закупки вооружений в рамках сотрудничества в НАТО, созданного через год после начала реализации «плана Маршалла».
Американские ассигнования по «плану Маршалла» выделялись с предварительным условием: Вашингтон требовал выведения коммунистов и социалистов из состава правительств тех стран, которые подписали договор о предоставлении помощи. Дело в том, что по окончании войны коммунистические и социалистические партии стали набирать популярность, получая от 20 до 35% голосов на выборах во Франции, Италии и Финляндии, около 10% голосов – в Бельгии, Дании, Норвегии, Нидерландах и Швеции. По всей Европе люди требовали земельной реформы, национализации и социальной защиты. «План Маршалла» предусматривал сбыт американских товаров, поскольку Соединённые Штаты стремились к реализации излишков своей сельскохозяйственной и промышленной продукции. Позже «план Маршалла» был применён и к Японии. Американцы желали распространить «план Маршалла» на все страны, которые были готовы принять соответствующие экономические и политические решения.
Соглашения, по которым осуществлялась помощь по «плану Маршалла», препятствовали свободной торговле стран-получателей такой помощи. В частности, была запрещена торговля между Западом и Востоком Европы. Нельзя было импортировать дешёвые восточноевропейские товары и приходилось ввозить более дорогие американские. При этом «план Маршала» почти на треть состоял из поставок нефтяных энергетических ресурсов. Американцы стремились заменить уголь в обеспечении европейской промышленности нефтью, поскольку в угольной отрасли европейских стран были сильные профсоюзы с ощутимыми социалистическими взглядами на государственную политику. В то же время рынок нефти контролировал международный картель, во главе которого были американские компании. Такая помощь углубила зависимость западноевропейских стран от Соединённых Штатов. Кроме того, 20% общей суммы помощи должно было погашаться путём экспорта европейского сырья, что облегчало проникновение американцев в колонии западноевропейских держав.
В результате США оказались основным бенефициаром «плана Маршалла» не только в смысле обретения постоянного рынка сбыта для своих товаров, но и в геополитической плоскости – через снижение коммунистического влияния на Западную Европу и строительство американских военных баз на континенте. Для прихода на европейские рынки американских корпораций после войны огромное значение имело присутствие американских войск в Европе, а также разгром в годы войны Франции, резкое ослабление Великобритании и поражение Германии, то есть тех держав, которые могли претендовать на какую-то лидирующую роль в Старом Свете.
Таким образом, «план Маршалла» стал программой интеграции экономик европейских стран в сферу зависимости от США. Он обеспечил настолько глубокое взаимопроникновение американских и западноевропейских элит, разделяющих взгляды атлантизма, что личные контакты политических персонажей Западной Европы, которые делали карьеру благодаря «плану Маршалла», получили огромный стимул. Затем эта схема была повторена для Японии, Тайваня, Южной Кореи и Гонконга.
Вплоть до начала 1970-х годов американский доллар повсеместно требовался для расчётов в системе мировой торговли нефтью. Но когда из-за недостаточного объёма золотых резервов Соединённых Штатов он превратился в не обеспеченную золотом денежную единицу, США и Саудовская Аравия, обсудив эту проблему, пришли к важному для Ближнего Востока соглашению. Согласно ему американцы предоставляют саудовцам военную поддержку, а в ответ Организация стран-экспортёров нефти (ОПЕК) берёт на себя обязательства торговать нефтью на мировых рынках только в американских долларах. В результате у всех стран, которые покупали нефть, возник искусственный спрос – им остро требовалась американская валюта. Этим самым было поддержано и продолжилось далее мировое доминирование американского доллара.
Современный французский геополитик Филипп Моро-Дефарж дал образное определение той динамике в мировом лидерстве, которая происходила в годы холодной войны: «Великобритания воспринимала США как сына, сделавшего блестящую карьеру. Она довольно спокойно отнеслась к переходу на роль верного помощника и уважаемого советника при сильном, но неотёсанном партнёре – Соединённых Штатах Америки». Перенимая опыт своих британских учителей, в частности – Маккиндера, американские геополитики достигли успехов, которые проявились уже в 1949 году при создании военно-политического блока НАТО – (North Atlantic Treaty Organization), то есть Организации Североатлантического договора.
Эта организация создавалась на основе разделения Европы на зоны послевоенного влияния между США и СССР. Именно по результатам войны европейские государства потеряли способность определять такие фундаментальные вопросы своей политики как оборона и возможность вступать в союзы с другими государствами. Европа была разделена между теми, кто действительно выиграл войну – между Вашингтоном и Москвой. Вне зоны их доминирования оказались только Австрия, Швеция, Финляндия и Швейцария. Прочие европейские страны, даже Франция, суверенитет как таковой потеряли.
Таким образом, североатлантический альянс был образован с целью лишения американских союзников возможности инициировать собственные геополитические решения и военные доктрины. В этом отношении он не отличался от Организации Варшавского договора, возникшего шестью годами позже в европейской зоне влияния СССР. Создание НАТО и последовавшее затем вступление в альянс таких стран, как Греция, Турция, Испания и Западная Германия, были оформлением тех границ господства США, на которые СССР соглашался в рамках их двусторонних отношений.
Создание НАТО полностью отвечало концепции атлантизма, но было направлено на то, чтобы отсечь у западноевропейских держав любые лидерские амбиции. Неслучайно Вашингтон в те годы активно ратовал за продвижение процесса деколонизации, который открывал американцам новые рынки. Появление НАТО стало закономерным продолжением «плана Маршалла». Соединенные Штаты стремились создать военно-политические инструменты, которые, с одной стороны, обеспечивали гарантии безопасности для американских компаний и банков, приходящих на новые рынки, а с другой – противостояли Советскому Союзу и советской внешнеполитической, военной и идеологической экспансии.
Признание Соединенными Штатами Израиля в 1948 году и усилия по переориентации своих западноевропейских партнеров на поставки углеводородов из стран Персидского залива уже к 1950-м годам сделали США неотъемлемым участником ближневосточной политики. Важным союзником США в противостоянии с СССР в этом регионе становилась Турция. В 1951 году американцы начали возводить на её территории военно-воздушную базу Инджирлик близ города Адана – в полусотне километров от южного побережья Турции. Спустя три года Вашингтон и Анкара заключили соглашение о совместном использовании этой базы.
В то же время США постепенно устраняли из числа своих экономических соперников Великобританию, которая по результатам войны стала сателлитом Соединённых Штатов и разрушилась как колониальная империя. Так, ещё в 1940 году, немцы на севере Франции окружили и прижали к проливу Ла-Манш в районе Дюнкерка крупную британскую группировку. Но в итоге остановились, не стали её добивать и даже не помешали британцам эвакуировать войска через пролив, на Британские острова. Это стало возможным, поскольку Лондон успел пообещать Вашингтону после войны передать в сферу влияния США Саудовскую Аравию, вывести из Америки британский капитал и распустить Британскую империю, чтобы американцы подобрали её осколки. Вашингтон в ответ на это стараниями своих деловых кругов, которые имели прочные отношения с Третьим рейхом вплоть до конца войны, сумел убедить Гитлера не громить окруженных около Дюнкерка британцев.