Развитие геополитических взглядов в США. Влияние геополитических взглядов американцев на стратегическую культуру государства

Позже, в 1942 году, не менее значимые события в судьбе Великобритании развернулись вокруг её военно-морской базы в Сингапуре. Она считалась узловой точкой оборонных обязательств Лондона перед Австралией и британскими колониями в Азии. Однако её потеря вследствие успешной операции японского десанта привела к тому, что Сингапур до конца Второй мировой войны оставался форпостом Японской империи на границе Тихого и Индийского океанов. Такое геополитическое поражение Лондона тем более способствовало сваливанию безопасности значительной части Британской империи в зависимость от Соединенных Штатов.

После окончания Второй мировой войны Соединённые Штаты, настаивая на свободе мировой торговли, выдвигали требования по ликвидации британской колониальной системы, что объяснялось желанием заполучить дополнительные рынки для американских товаров. Этому способствовала необходимость погашения долга, накопленного правительством Великобритании за годы войны. В результате к 60-м годам прошлого столетия британцам пришлось распустить свою колониальную империю. Вашингтон к этому времени успешно перенял весь британский инструментарий, наработанный ранее в имперской колониальной стратегии: создание военных баз в ключевых точках мира, организацию государственных переворотов в дальних странах с отправкой туда экспедиционных корпусов, а также использование санкций в целях блокады неугодных режимов.

Под санкциями обычно понимаются экономические и финансовые ограничения, которые дают возможность нанести ущерб геополитическим противникам, предотвратить или затруднить их действия. Санкции рассматриваются как средство влияния на поведение тех стран, действия которых не только угрожают безопасности США, но даже просто противоречат американским национальным интересам. Значительная часть санкций подразумевает блокирование финансовых операций в виде заморозки денежных активов в долларах и запрета на транзакции с отдельными лицами и организациями.

Вашингтон стремился расширить влияние стратегии атлантизма на регионы мира, которые хотя и не имели отношения к Атлантике, но исторически представляли собой зоны геополитической экспансии Великобритании. Не случайно первая серьёзная попытка реализации стратегии атлантизма была предпринята далеко от Атлантики – на Дальнем Востоке. В разгар гражданской войны на Корейском полуострове (1950—1953 годы) с войсками Северной Кореи сражалась более чем миллионная группировка войск коалиции стран Запада под командованием Пентагона. Это стало возможным, поскольку по политическим мотивам советский представитель не участвовал в заседании Совета Безопасности ООН, когда рассматривался вопрос о формировании миротворческих сил ООН для предотвращения Корейской войны. Поэтому сформированные миротворческие силы, по сути, были войсками США и их союзников. В дальнейшем эти «миротворцы» фактически воевали за одну из воюющих сторон, а именно – за Южную Корею.

Одна из причин разжигания военного конфликта на Корейском полуострове состояла в том, что в начале 1950-х годов экономическая и военная мощь социалистического блока государств Евразии росла стремительно. «Красная угроза» воспринималась американцами столь серьезно, что привела к появлению «теории домино» – веры в то, что победа коммунизма в одной стране приведет к ускорению его распространения на другие страны континента. Благодаря этой «теории» реальным геополитическим результатом и стала Корейская война.

Тем не менее, с неофициальной военной помощью Китая и СССР Пхеньяну удалось отстоять независимость северокорейского государства, и война закончилась в 1953 году перемирием между КНДР и Южной Кореей. Так внутринациональный, по сути, конфликт приобрел геополитическое измерение. Следствием этого явился не только раскол единой страны на два враждебных государства, но и долгосрочная напряженность в Восточной Азии, закрепившая конфронтационный баланс сил. До этого, в самый разгар Корейской войны американцы неоднократно рассматривали возможность сбросить ядерные бомбы на Китай, чтобы заставить его согласиться на прекращение обширной военной помощи Пхеньяну, в том числе и многочисленными китайскими войсками.

Однако, когда соглашение о перемирии со стороны сил, противостоявших КНДР, было подписано командованием сил ООН, это означало лишь прекращение военных действий, и поэтому ООН до сих пор де-юре пребывает в состоянии войны с Северной Кореей, несмотря на то, что КНДР с 1991 года – полноправный член ООН. После перемирия Северная Корея приняла программу создания собственного ракетно-ядерного оружия для предотвращения потенциального удара со стороны США в случае возобновления войны между Севером и Югом Кореи. Поэтому уже в 1955 году американский Совет по международным отношениям (СМО) в Нью-Йорке созвал сессию по теме «Ядерное оружие и внешняя политика», на которой главой совета был выбран Генри Киссинджер, преподаватель Гарвардского университета и по совместительству кадровый разведчик. Через год рабочая группа, возглавляемая Киссинджером, представила ядерную доктрину США.

Результат Корейской войны показал тот принцип американского геополитического мышления, который Дж. Фридман изложил в работе «Следующие 100 лет…»: «США всегда вмешивались не с целью чего-то достигнуть, а с целью помешать чему бы то ни было. США хотели помешать установлению стабильности в тех областях, где могла появиться другая сила. Их целью было не стабилизировать, а дестабилизировать». Чтобы сохранить свои стратегические позиции на Корейском полуострове, США открыли для товаров из Южной Кореи свой рынок, и это стало важнейшим условием возникновения южнокорейского «экономического чуда». Поэтому Фридман в своей статье с красноречивым названием «Соглашаясь с условиями Американской империи», опубликованной в 2015 году в американском геополитическом журнале, отмечал: «Преимуществом союзничества с Соединенными Штатами было вхождение в зону динамичной торговли, доступ к инвестиционному капиталу и технологиям. Некоторые государства, такие как Южная Корея, получили от этого союзничества немалую выгоду». Страна оказалась накрепко привязана к США, её экономика быстро пошла в рост – и уже к 1971 году бюджет страны перестал зависеть от американской помощи. Примерно в то же время и по тому же рецепту произошло и тайваньское «экономическое чудо».

Рассматривая факторы, которые двигали Вашингтоном в эту эпоху, Фридман признавал: «Америка была крупнейшей экономикой мира, она контролировала моря, строила базы по всему свету, располагала динамичной торговой и инвестиционной системой, приносившей выгоду странам, стратегически важным для Соединенных Штатов. Поэтому уже на заре холодной войны США начали вести себя как империя, временами осознанно». Военное присутствие американцев в любом, геополитически важном, регионе создавало рычаг давления и инструмент сдерживания при решении тех или иных международных проблем.

Имея военные базы в разных частях света, американцам стало легче перебрасывать войска в горячие точки, где не обошлось без участия Вашингтона. При этом американцы учитывали, что наличие в стане потенциального противника шаткой политической ситуации создаёт благоприятную почву для продвижения геополитических замыслов Вашингтона. Поэтому следующий, ещё более крупный военный конфликт с участием США, также начался с гражданской войны, теперь – на юге Индокитая. Вашингтон не замедлил в неё вмешаться в попытках изменить в свою пользу геополитическую ситуацию в этой части Евразии.

Военные действия начались, когда после ухода из Южного Вьетнама французских колонизаторов США сумели установить там проамериканский режим. Одновременно Соединенные Штаты начали экономический бойкот Северного Вьетнама, который поддерживал вооружённых противников режима в Южном Вьетнаме. Предлог для военного вмешательства Соединённые Штаты получили в результате инцидента в Тонкинском заливе Южно-Китайского моря между американскими и северовьетнамскими кораблями в 1964 году. По свидетельствам бывших сотрудников американских спецслужб, данные, которые повлияли на принятие Конгрессом США решения о начале военной операции во Вьетнаме, были сфальсифицированы.

В период 1965—1973 годов контингент американских войск в Южном Вьетнаме превышал 500 тысяч человек. Американцы сбросили на Вьетнам свыше 6 миллионов тонн бомб – больше, чем за всё время Второй мировой войны. От американских бомбардировок погибло 65 тысяч мирных жителей. В 1968 году США осуществили также бомбардировки соседних с Вьетнамом стран – Камбоджи и Лаоса, а в 1970 году даже предприняли вооружённое вторжение в Камбоджу. Долгое время в Лаосе и Вьетнаме с целью борьбы с местными партизанами Соединенные Штаты проводили военные операции по распылению химических реагентов, выжигавших там всё живое. Однако после длительной кровопролитной войны в Индокитае Вашингтону так и не удалось сохранить в Южном Вьетнаме проамериканское правительство. Тем не менее, американский военно-промышленный комплекс получил от войны во Вьетнаме значительные дивиденды.

Методы, которыми Америка действовала в Корее и в Индокитае, мало отличались от тех, что она применяла позже и в других странах, где развязывала военные конфликты. В ходе многих операций ЦРУ и Пентагона американцы в период холодной войны пытались свергнуть правительства более чем в 40 государствах и нанесли бомбовые удары в 25 странах. В результате погибло несколько миллионов человек. В ходе холодной войны лидеры проамериканских режимов получали от Вашингтона заверения о поддержке. Не важно, что за этим могло следовать в будущем – американцы легко сбрасывали ненужные им «активы», как только продолжение борьбы становилось нецелесообразным.

Однако, лишившись стратегической ядерной монополии, Соединенные Штаты попытались добиться геополитических преимуществ, наладив мирное сотрудничество с коммунистическим Китаем. Апофеоз такой политики случился, когда США стали поддерживать Пекин в его противостоянии с Москвой после испытания Китаем своей атомной бомбы в 1964 году. Генри Киссинджер, будучи в 1971 году советником американского президента по национальной безопасности, а также директором СМО, отправился в поездку в Пекин для переговоров с китайскими лидерами. В следующем году с официальным визитом президент США посетил Китай, и отношения между этими странами получили тенденцию к нормализации. После начала реформ в Китае в 1978 году Америка открыла свои рынки для китайского экспорта, обеспечила инвестиции в китайскую промышленность, пригласила тысячи китайских студентов в американские университеты – всё это способствовало стремительному росту и технологической модернизации КНР. В 1979 году между США и Китаем были установлены дипломатические отношения.

К этому времени начала формироваться цепь событий, которая привела к образованию у южных границ СССР дуги нестабильности. Важнейшие события этой цепи происходили в Афганистане и Иране. Именно тогда Советский Союз был втянут в роковую для его геополитической судьбы гражданскую войну в Афганистане (1979 – 1989). В 1980-е годы США и Китай сотрудничали, стремясь сделать советское вторжение в Афганистан всё более дорогостоящим и, в конечном итоге, бесполезным. После того, как СССР угодил в «афганский капкан», Вашингтон путём дезинформации о своих планах «звездных войн» сумел подстегнуть гонку вооружений и вогнать Советский Союз в непомерные траты на ВПК. Вдобавок к этому, важный союзник американцев в ту эпоху, Саудовская Аравия обрушила рынок нефти, что чувствительно ударило по советской экономике.

В соседнем Иране тогда правила династия шахов Пехлеви, которые чутко прислушивались к требованиям американского внешнеполитического курса, а также способствовали переходу под контроль западных корпораций иранских нефтепромыслов. Однако после государственного переворота в Иране, который произошёл в 1979 году, страна вернула контроль над нефтяными месторождениями и к власти пришли антиамериканские силы во главе с аятоллой Хомейни. Тогда против Ирана Вашингтон ввёл обширные санкции, а в 1980-х годах американцы инициировали пограничные споры между Ираком и Ираном, которые переросли в войну между этими странами. Такое вмешательство США привело к развязыванию одного из наиболее длительных вооруженных конфликтов в истории XX-го века, а итогом этой войны стали не только последствия применения химического оружия, но и сотни тысяч убитых на полях сражений.

Любопытное свидетельство о роли Соединённых Штатов в годы холодной войны оставил священнослужитель Православной церкви в Америке и богослов Александр Дмитриевич Шмеман (1921 – 1983). Потомок русских эмигрантов, он жил в США и преподавал в духовной семинарии и в Колумбийском университете. Вот его наблюдение: «У Америки нет с миром никакого общего языка, она всегда и со всеми говорит по-американски. Даже тысячи её „экспертов“ по международным делам заняты только „редукцией“ всего происходящего в мире к американским априорным схемам, которые – и в этом всё дело – американцы считают универсальными и, в сущности, единственными».

До сих пор это отчётливо сказывается на особенностях американской внешней политики, поскольку многие политические деятели в США обладают провинциальным взглядом на окружающий мир. Они живут в весьма самодостаточной стране, занимаются внутренней политикой, затем выдвигаются на высокопоставленные должности и там начинают принимать решения, для которых у них нет ни подготовки, ни культуры, ни знаний дипломатии, истории, географии. В силу геополитического положения США и особенностей их государственного устройства любое действие на мировой арене имеет смысл только во взаимосвязи с теми задачами, которые решаются внутри страны.