Я – Рюрик!

Глава 1

После гибели Хёгни много дней подряд Альрик никак не мог успокоиться и, пытаясь отвлечься от грустных мыслей, стал наблюдать за действиями своего старшего брата. Находясь постоянно с ним рядом, он с удивлением увидел, как быстро тот повзрослел. Ничего детского уже не осталось в его облике. Антон как-то незаметно превратился в очень уверенного в себе человека. Слова и приказы, слетающие с губ княжича, были весомы и значительны. Иногда казалось, что их произносит не молодой человек, а убелённый сединами воевода.

Вернувшись в Ладогу, Антон велел прежде всего расчистить от пожарища территорию города и крепостные сооружения. Он надеялся, что не всё превратилось в пепел и город удастся восстановить.

Его надежды оправдались. Дома и дворы были построены достаточно далеко друг от друга, поэтому многие из них лишь частично обгорели и остались целы. Сохранилась даже значительная часть крепостного тына, проходящего по суше промеж речных берегов. Да и оставшиеся в городе местные жители старались как могли потушить пожар, благо воды вокруг строений имелось много.

И закипела работа.

Викинги и ратники рубили поблизости лес, таскали заготовленные брёвна в крепость, меняли сгоревшие венцы у домов и обугленные части крепостных стен.

В делах и заботах незаметно пролетели несколько дней.

Молодой ярл с удовольствием орудовал топором, очищая от коры стволы берёз, заготовленных для тына. Однообразные действия успокаивали его, отвлекая от нескончаемых дум о Лесе и Хёгни.

Неожиданно он уловил какую-то суматоху среди строителей.

Оказывается, ещё рано утром рыбаки на быстрой лодке принесли в крепость весть о плывущих по реке шести чужих драккарах. А теперь и дозорные заметили их.

– Похоже на то, что возвращаются из похода люди ярла Фроуда! Вот только почему драккаров так много? Бери лук и побольше стрел, – прокричал вездесущий Флоси, проходя мимо Альрика. – Наши викинги с ратниками уже выводят лодьи с той стороны крепости в реку. Нам же нужно до их подхода продержаться на берегу!

Ни о чём не думая, ярл подобрал с земли свой кожаный мешок с оружием и устремился вслед за Флоси.

Быстро вскарабкавшись по лестнице на деревянный настил, он увидел вдалеке серо-зелёные паруса.

Когда до них уже было не более двух сотен локтей, зоркие глаза Альрика разглядели стоящего на носу огромного драккара человека с длинными седыми вьющимися волосами, которого он не мог ни с кем спутать.

– Так это же Бейнир! – воскликнул молодой ярл, радостно вскидывая вверх руки. – А с ним викинги моего деда ярла Харальда на трёх драккарах. Позади них три новогородские лодьи. Ты же помнишь, как Антон отправил к нашему деду посланников из Новогорода с просьбой о помощи, а совсем недавно ещё две лодьи из дельты Невы? Мне кажется, я вижу Сигара. Видимо, он повстречался в пути с Бейниром, и теперь все целёхонькие плывут сюда. Представляешь, как обрадуется конунг!

– Фу-у-у! – облегчённо выдохнул Флоси. – Конечно, можно помахать секирой или мечом, но не мешало бы и отдохнуть. Что-то я стал староват для таких игрищ!

– Не прибедняйся, дружище, мало кто может с тобой сравниться в битве, – хлопнул его по плечу рукой молодой ярл. – Пойдём встречать Бейнира. Это хорошо, что он снова будет среди нас!

Но первым на пирсе оказался Антон в окружении десятка ратников.

Альрик услышал приветственные слова княжича, в которых улавливалась горечь:

– Я надеялся, что драккаров и викингов ярл Харальд и Мэва пришлют больше! Хорошо ещё, мои лодьи уцелели и с тобой встретились! А почему так долго вы добирались сюда?

– Мы тоже рады видеть тебя, княжич! – широкая улыбка появилась на лице сошедшего по трапу на деревянный настил Бейнира. – Вижу, что ты по-прежнему горяч и нетерпелив!

– Не обижайся, друг, за мою резкость, – Антон стремительно шагнул вперёд и обнял покачнувшегося викинга за плечи.

– Ну вот, с этого и нужно было начинать! – буркнул тот, с трудом высвобождаясь из могучих объятий. – А где твой брат Альрик?

– Здесь, здесь я! – молодой ярл с трудом протиснулся сквозь стоящую толпу и ткнулся лбом в грудь своему бывшему наставнику.

– Ишь ты, повзрослел сильно! – голос Бейнира потеплел, и руки его слегка дрогнули.

– Как там мать с дедом поживают?

– Надеются, что ты в Биармии не задержишься и вернёшься править своим фьордом! Так твоей судьбой распорядились боги! – викинг пристально посмотрел в глаза молодому ярлу. – Мэва часто выходит на берег и долго смотрит, не мелькнёт ли вдали парус. Она ждёт вас обоих. Слышишь меня, Антон? Твоя мать страдает.

– Не знаю, смогу ли я когда-нибудь снова вернуться в наш посёлок. Надеюсь, сам всё понимаешь, – княжич нахмурил брови, словно обдумывая что-то. – Пойдём в крепость, там за столом поговорим и решим, как дальше действовать станем.

Прихлёбывая из глиняной чаши пиво, Бейнир внимательно слушал подробный рассказ княжича о подготовке к походу, плавании по рекам и озёрам, захвате крепостей и ярле Фроуде.

– Да-а-а, – наконец протянул он, изучив лежащую перед ним карту. – Когда драккаров и воинов немного, то приходится пускать в ход ум и хитрость. Я вижу, тебе удалось завоевать почти весь этот край, но вот здесь остались ещё две крепости. Чьи они? Похоже, туда даны тоже не успели добраться?

– Ты правильно мыслишь, Бейнир! – хмыкнул Антон, склоняясь над картой и пальцем очерчивая на ней окружность. – Тут земли большого и сильного племени кривичей. Их главный город Изборск. Он защищает Биармию со стороны озера Чудь и реки Великой от набегов эстов и ливов. Мне кажется, местные вожди остались верны новогородским князьям. Нужно лишь показать им нашу силу и правильно повести разговор. Когда они узнают, что я приплыл из Новогорода посадником от князя Гостомысла, обязательно отворят ворота. Думаю, местные жители не захотят воевать с нами.

– А вторая крепость такая же?

– Сказывают, чуть меньше. Стоит она на озере Белом, потому зовётся Белоозеро! И сторожит та крепость пути водные от озёр Великих к реке Итиль, которая всю Биармию пересекает, а дальше по Хазарии протекает.

– Что ж, будущей весной нужно туда отряды наших воинов послать да свои гарнизоны в крепостях поставить. Согласен со мной?

– Можно успеть сделать это ещё до осени!

– Тогда тебе придётся свою дружину на несколько частей поделить. А ты не забыл о викингах ярла Фроуда, которые в поход ушли? Когда они в город вернутся, хватит ли у тебя сил с ними совладать? А ведаешь ли, где нынче ярл Фроуд прячется и сколь много при нём народу осталось?

– Не обижай меня, Бейнир, я давно уже не мальчик! Ярл Эйнар и Клепп меня всему научили, – негромким, но твёрдым голосом заговорил Антон. – Ты видел в дельте Невы крепость? Нет? А сторо́жи на берегу озера? Вот от них я знаю загодя о приближении врага. Ярла Фроуда, о котором речь ведёшь, совсем не опасаюсь. Пленники рассказывали, что не так много воинов у него было, а драккаров всего три. Когда они войдут в нашу реку, то попадут в западню.

– Я тебя понял, княжич, – улыбнулся викинг. – И как же ты решил дальше действовать?

– У нас теперь десять кораблей. Думаю, что держать их все под стенами одной крепости незачем! Да и тяжело будет разместить в домах и прокормить столько воинов до весны.

Антон помассировал затылок, затёкшие мышцы шеи и посмотрел в глаза Бейниру.

– Хочу оставить тут пять драккаров, – снова заговорил он. – По две лодьи отправлю в Изборск и Белоозеро, а ещё одну – к Свиру в захваченную у Греджерса крепость на Онего-озере. За оставшееся лето и осень наши люди смогут построить себе жильё и запастись мясом и рыбой.

– Ну и кого куда отправишь? – на лице Бейнира молодой ярл увидел удивление и даже восхищение.

На мгновение чувство гордости за старшего брата охватило его, вызывая учащённое сердцебиение в груди.

– Пора моим братьям становиться князьями! – рубанул ладонью воздух Антон. – Негоже всю жизнь княжичами зваться! Потому отдаю Изборск Альрику. С ним поплывёшь ты, Бейнир! Будешь ему во всём помогать. Двух драккаров с викингами вам хватит, чтобы захватить крепость.

– А как же Рослав? – обалдело выговорил ярл.

– Они с Флоси тоже на двух лодьях поплывут на Белое озеро. Ну а к Свиру я пошлю Сигара. Пущай этот жёсткий воин помогает сотскому твёрдой рукой и мудрым советом.

– Но не в твоей власти наделять родичей городами и княжьими званиями! – вступил в разговор молчавший доселе Рослав. – То одному князю Гостомыслу дозволено!

– Не забывай, брат, что я его преемник, – хохотнул великан. – Можешь считать себя пока моим посадником, но город твой! Придёт пора, и я назову вас с братом пред всем народом князьями.

– Н-д-а-а! – буркнул Бейнир. – Скор ты на решения, княжич! Хотя правильные они и разумные. Видать, потому люди к тебе тянутся и конунгом зовут. Знать, за дела уважают сильно.

За разговорами совет вождей незаметно и плавно перешёл в пир.

Голоса мужчин становились громче, а движения резче. Чаши и кубки наполнялись полнее, глаза людей блестели ярче.

Альрик заметил, как со спины к Бейниру подошёл викинг с кожаным мешком в руке и что-то шепнул ему на ухо.

Оба тут же посмотрели на Антона и громко засмеялись.

– Ну-ка, ну-ка, что там у вас? – по-ребячьи вытянул шею великан.

– Прости, княжич, чуть было не забыл о подарке, который велела передать тебе Мэва.

Бейнир одним движением руки сдвинул в сторону стоящие перед ним на столе чаши и блюда, а на освободившееся место рывком поставил мешок.

В нём что-то негромко звякнуло.

– Вот точно так же когда-то давно у нас во фьорде ярл Эйнар, Клепп и Мэва подарили мне мечи, кольчугу и броню, – задумчиво произнёс Антон.

– И ты не ошибся: всё это оружие и доспехи лежат в мешке.

Альрик с восхищением наблюдал, как на стол легли два меча в кожаных ножнах, отделанных золотыми бляшками и узорчатыми накладками. Их рукояти переплетали золотые и серебряные нити, тускло мерцающие при свете очага.

Антон не удержался и потянул за рукоять лезвие одного из мечей.

Оно вылезло на свет всего лишь на несколько дюймов, но и этого хватило молодому ярлу, чтобы разглядеть отполированную сталь клинка с непривычным синеватым отливом.

– Не стоит ворошить прошлое, – негромко сказал великан, загоняя лезвие обратно в ножны. – Негоже таким оружием сражаться! Оно только для праздников годится. А вот их у нас ещё долго не будет!

А на столе перед Бейниром уже искрилась мелкими металлическими кольцами кольчужная рубаха с короткими рукавами. И тут же из горловины мешка появился иссиня-чёрного цвета куполообразный шлем-полумаска, а вслед за ним викинг разложил в один ряд пластинчатые поножи и поручни из незнакомого странного жёлто-чёрного металла.

Но и это оказалось ещё не всё.

Бейнир поднял над головой массивный панцирь в виде бочонка, сделанный под стать шлему.

У молодого ярла появилось нестерпимое желание хотя бы кончиками пальцев прикоснуться к переплетению многочисленных пластин разной формы, создающих ощущение не только мощи, но и какой-то лёгкости и воздушности.

– А Мэва подарок нашего врага ярла Эгиля передала? – ехидно улыбнулся Антон.

– Не беспокойся, княжич, он тоже тут!

Появившийся последним из мешка сверкающий металлом щит прямоугольно-выпуклой формы с торчащей из центра небольшой конусообразной пикой заставил Альрика широко открыть глаза.

И тут же у него в голове промелькнула мысль о том, что на свете есть, оказывается, умелец, способный сотворить такое чудо.

Поставив щит рядом с лежащими на столе мечами, Бейнир сел на скамью.

Наступила долгая тишина.

– Что будешь делать со всем этим богатством, конунг? – подал голос Флоси.

– Пока ещё не знаю, – пожал плечами великан и повернулся лицом к Бейниру: – Скажи, а почему ты смеялся, когда принесли мешок?

Альрик видел, как седовласый викинг слегка смутился от неожиданного вопроса, но не отвел в сторону взгляд.

– Я представил, как ты пытаешься облачиться в кольчугу и надеть панцирь! – улыбка растянула губы Бейнира. – А руки и голова в дырки не пролезают!

– Ха! – фыркнул княжич. – Об этом я не подумал! Придётся отдать всё Альрику. Он легко в кольчужку влезет. Унесите оружие. Завтра с ним разберёмся. Нынче велю всем отдыхать, речи говорить, песни петь.

После этих слов, произнесённых братом, молодой ярл откинулся на резную спинку скамьи и приготовился слушать хмельные разговоры викингов, из которых можно было узнать много интересного для себя.

Глава 2

По сложившейся за долгие годы привычке после обильной еды он сидел в кресле за столом и задумчиво наблюдал за снующими подле очага женщинами. Движения их были размеренны и скупы. Отблески огня и человеческие тени в полумраке плясали по бревенчатым стенам сруба, завораживая ярла, невольно погружая в воспоминания о своей беззаботной жизни на побережье Ютландии. Там правил его отец ярл Торстен, который приходился ближним родичем конунгу Хеммингу из клана Скьёлдунгов.

Казалось, всё благоприятствовало процветанию посёлка, в котором проживал Фроуд, но неожиданно от какой-то неизвестной и странной болезни умер конунг. Началась долгая и жестокая война за власть между разными кланами.

Победа осталась за Инглингами.

Их конунг Хорик начал мстить всем, кто поддерживал в той войне ставленника Скьёлдунгов Харальда Клака.

Дошла очередь и до посёлков ярла Торстена.

Узнав о намерениях нового конунга, отец Фроуда собрал всех своих людей, посадил их на пять больших кнорров, поджёг дома, постройки и отплыл от берега вечнозелёной родной Ютландии. Четыре драккара с викингами сопровождали их в этом походе, больше похожем на бегство. Да и как ещё можно было назвать переселение многочисленного рода в никому не известные чужие земли.

Беглецы благополучно доплыли по Варяжскому морю до острова Готланд, откуда продолжили свой путь совместно с купцами, направлявшимися в неведомую данам Биармию. На её окраине ярл Торстен намеревался начать новую жизнь.

Жена Фроуда Эстрид плыла на кнорре вместе с жителями посёлка, а ярл Торстен на большом морском драккаре прикрывал их с тыла. И лишь маленькая дочка Карин тайком пробралась на драккар своего отца и спряталась от него за мачтой.

Так уж случилось, что сильный шторм разметал корабли флотилии по бескрайним просторам моря.

Когда буря стихла, они бесследно исчезли.

И только три уцелевших драккара, как стайка водоплавающих птиц, медленно плыли вдоль незнакомого берега чужой страны.

– Здесь я уже бывал! Мы на окраине Биармии! – кормчий Торбен, по-старчески прищурившись, всматривался в очертания суши. – Это залив. В него впадает река. Она выведет нас на большие озёра и другие реки. По ним можно попасть в Гардарики. Что будем делать дальше? Ты теперь средь нас ярл, командуй!

Походило на то, что их долгое путешествие закончилось.

Фроуд высадил на берег с трёх своих драккаров измученных болтанкой викингов неподалёку от хорошо укреплённой крепости в дельте реки. Можно было, конечно, подняться на вёслах вверх по течению, но оставлять у себя в тылу сильное укрепление не хотелось. Фроуд уже собирался начать его штурм, но всё же решил вступить в переговоры с местными вождями.

Ему удалось выяснить, что хозяин здешних мест князь Волемир, а также его преемники давно не появлялись на морском побережье, реках и озерах, не меняли крепостные гарнизоны, оружие не присылали. Казалось, они совсем забыли об этих землях, хотя дань требовали присылать исправно.

Предложил тогда Фроуд племенным вождям вместо войны свою защиту в обмен на ту дань, что в казну Новогорода они отправляли. Недолго думали начальные люди и открыли городские ворота.

И после этого сумел он без большой крови войти в другие крепости и даже в самую крупную из них, расположенную на мысу в форме длинного узкого языка, в месте слияния двух рек неподалёку от Нево-озера.

Вот так и стал он настоящим ярлом и правителем этого обильного края с его многочисленными реками и озёрами, наполненными рыбой, а также бескрайними лесами, населёнными разнообразной живностью, начиная от бобра и заканчивая медведем.

Зверьём тем и богател здешний народ. Лишь только мороз сковывал льдом водоёмы, ватаги охотников устремлялись в леса на промысел. Да оно и понятно: мех шкурок высоко ценился во всех странах и составлял основу торговли подвластных ярлу племён и родов.

С них Фроуд и его люди собирали дань.

Когда же приходила весна, викинги на своих драккарах выходили в залив и совершали набеги на дальние посёлки по берегам и на бесчисленных островах Варяжского моря.

По первости вместе с ними в плавание отправлялся и ярл.

Не добыча его интересовала. Он искал следы своих пропавших в море родичей: отца и жены. Но тщетно. Через несколько лет, осознав бесплодность поисков, Фроуд перестал покидать город.

И вот теперь налаженная за десяток лет жизнь в его стране рухнула.

По рекам и озёрам прошлись бывшие хозяева здешних земель во главе с посадником Антоном, присланным сюда князем Биармии и Гардарики. Воинов у него набралось не так уж много, но города и посёлки в округе он как-то удивительно быстро повоевал.

Пришёл черёд крепости ярла.

Лодьи новогородцев встали супротив её деревянных стен в реке Волхов и Ладожке, а ратники расположились вокруг стен.

Началась осада.

Фроуд ничего не мог противопоставить дружине новогородцев. Он понимал, что его викинги до осени не вернутся из набега, а кроме них, помощи ему было ждать не от кого. Хотя источников воды в городе хватало с избытком, запасов пищи почти не имелось. Да и не ожидал ярл в эту пору нападения врагов на крепость, не готовился к войне. Потому даже стада овец и коров оказались в руках новогородцев.

Голод взял людей за горло очень быстро. Первыми недостаток пищи на себе почувствовали маленькие детишки. Их несмолкаемый плач и укоризненные взгляды, обращённые к взрослым, доводили Фроуда до бешенства. Ярл приказал Эдмунду раздать из собственных кладовых все имеющиеся съестные припасы женщинам с детьми.

Единственным утешением ему служило то, что не знали окружившие крепость ратники о подземном ходе, ведущем под крутой берег реки. В случае крайней нужды он мог через него вывести из города часть людей. Да ещё телохранитель Ассер чуть ли не каждую ночь выбирался на берег реки и возвращался в крепость под утро с овцой на плечах. Как воин ухитрялся под самым носом у новогородцев пробираться в стадо, убивать одно животное и незамеченным притаскивать тушу домой, об этом Фроуд старался не думать. Ярл был просто безмерно благодарен храброму воину. Да и женщины, которые с утра в больших котлах варили мясную похлёбку, пытаясь накормить ею как можно больше людей, не жалели хвалебных слов.

И всё же враги узнали тайну крепости. Может, выследили Ассера, иль виной тому стала дочь ярла Карин, иногда убегающая ополоснуться в реке.

Штурмовой отряд викингов княжича Антона под утро проник в подземный ход, ворвался в город, перебил стражу и распахнул настежь ворота.

Началась резня.

Воспользовавшись сумятицей, ярл с десятком человек прошли по подземелью и затаились в густом кустарнике под берегом реки.

Они дождались, когда дымом от горящих домов заволокло русло и стоящие напротив крепости лодьи вынужденно поднялись на пару сотен локтей вверх по течению.

Фроуд со своими людьми тут же пустились вплавь через реку.

Уже выходя из воды на противоположном берегу, ярл обернулся и увидел свою дочь Карин на палубе ближайшей лодьи. Руки девушки были связаны за спиной, а какой-то высокий сухощавый воин тащил её к борту, пальцем указывая в сторону Фроуда и что-то гневно крича ей в лицо.

В бессилии заскрежетав зубами, ярл бросился в лесную чащу вслед за своими спутниками.

Совсем недавно это было, а казалось, что целая жизнь прошла.

Фроуд пошевелился в кресле, принимая более удобную позу.