Legacy of Hell

Глава 1: Как я здесь оказался?

Каждый человек считает себя главным героем своей истории. Кто-то — эпоса о великом завоевателе, кто-то — трагедии о неразделённой любви, кто-то — комедии положений с хроническим невезением. Но я никогда не думал, что моя история окажется веб-новеллой. Причём сомнительного качества. Судя по стартовым условиям.

Последнее, что я помню чётко, — запах старой бумаги. Школьная библиотека, апрель за окном, я готовился к экзамену по истории. В руках — учебник с потёртым корешком, на странице — параграф про феодальную раздробленность. Я зевнул, почесал переносицу, перелистнул страницу. И в следующее мгновение мир выключили.

Не моргнул, не провалился в сон, не потерял сознание. Просто — щелчок. Как выдернули штекер из розетки, а потом вставили обратно, только в другую розетку. Другой ток, другая схема, другая реальность.

Я стоял на земле. Под ногами — серая, почти чёрная трава, которая не колыхалась от ветра, потому что ветра не было. Воздух стоял плотный, тяжёлый, с привкусом серы и ещё чего-то металлического, что царапало горло при вдохе. Небо — не небо. Багровая пелена, будто кто-то размазал закат кистью по стеклу, и эта пелена мерцала, переливалась, пульсировала. И в ней кружили тени — не птицы, не облака, а просто сгустки движения, которые я не мог идентифицировать.

Рога. Я понял это не сразу. Сначала я просто поднёс руки к голове, потому что лоб нестерпимо чесался — и нащупал два твёрдых отростка, тёплых, чуть шершавых, растущих прямо из черепа. Два сантиметра в длину, изогнутых назад, словно у молодого козла. Я дёрнул один — тот дёрнулся вместе с кожей, и по темени прошла острая боль. Настоящие. Приросли.

— Так, — сказал я вслух, чтобы услышать свой голос. — Это не сон.

Голос звучал нормально. Чуть хрипловато, но нормально.

Я огляделся. Лес. Деревья — если это можно было назвать деревьями. Кора — серая, с красными прожилками, листья — будто вырезанные из тёмного стекла, они не просто росли — они ловили свет снизу, от земли, и переизлучали его тусклым фиолетовым. Пахло гнилью и свежестью одновременно. Противоречие, которое мозг отказывался обрабатывать.

А вдалеке, за этим лесом, — город. Нет, города. Мегаполисы. Гигантские шпили, уходящие в багровое небо, стены из тёмного камня, мосты, перекинутые между башнями на высоте, где должны были летать облака. Огни — не электрические, а живые: жёлтые, красные, зелёные, они мерцали, пульсировали, как сердцебиение гигантского зверя. Рядом с этими городами человеческий Нью-Йорк выглядел бы деревней.

Я стоял на поляне и пытался переварить увиденное. Где я? Почему у меня рога? Почему воздух тяжелее, чем должен быть? И почему у меня такое спокойное, почти любопытное настроение, тогда как положено впадать в панику?

Демон появился бесшумно. Я просто повернул голову — и он уже стоял в трёх метрах справа. Рост под два метра, кожа — цвет обугленного дерева, глаза — две янтарные щели без зрачков. Рога: четыре штуки, две пары, закрученные в разные стороны, как у древнего барана. Одет в простой тёмный плащ, под которым виднелась кольчуга из колец, похожих на позвонки.

— Ты кто? — спросил он. Голос — низкий, с металлическим обертоном. Не вопрос — требование ответа.

Я моргнул. В груди — ни страха, ни удивления, только усталая готовность объяснять очевидное. Чувство было странным, будто я просыпался в этом теле уже не первый раз.

— Я… человек, — сказал я. Осторожно, пробуя слова на вкус. — Я из другого мира. Был в библиотеке, читал учебник, а потом — бах. Оказался здесь. Понятия не имею, как это работает.

Демон наклонил голову. Сделал шаг ближе. Запах — прелый мёд и железо.

— Человек? — переспросил он. Губы — тонкие, почти невидимые — растянулись в кривую усмешку. — В аду не бывает людей. Ты новорождённый, просто ещё не понял.

— Новорождённый? — я ткнул пальцем в свой рог. — Я не помню никакого рождения. Я сидел в библиотеке, я зубрил даты, я… — я замолчал. — Какой сейчас год?

— Год правления шестого круга, — равнодушно ответил демон. — Триста семьдесят первый цикл после исчезновения Дабуры. Ты вообще что-нибудь понимаешь?

— Ничего, — честно признался я. — А где я? Кроме того, что «в аду».

— Это духовный ад. Основной. Ты стоишь в лесу Пепла, в шестидесяти километрах от столицы — Города Корон. — демон ткнул пальцем в сторону мегаполиса. — Туда, если хочешь жить, идти не советую. Без документов, без рода, без покровительства — убьют на въезде. Или хуже.

— Хуже — это что?

— Сделают инкубом в публичном доме, — сказал демон так спокойно, будто речь шла о погоде. — Или продадут алхимикам на органы. Демонов восстанавливать дорого, а свежие тела идут по хорошей цене.

Я сглотнул. Вот теперь появился страх. Маленький, но острый, как заноза.

— Но я же человек, — сказал я. — Людей нельзя продавать?

Демон засмеялся. Смех — как скрежет камней в бетономешалке.

— Людей в аду нет. Вообще. И никогда не было. Твоя форма — демоническая. Ты просто неуклюжий новичок. Посмотри на себя — рога вылезли, кожа чуть темнее, чем у людей… Ты похож на демона, просто забыл, как им быть. Это бывает. Иногда души перерождаются с перебитыми воспоминаниями. Через пару недель придёт в норму.

— А как мне проверить? — спросил я.

Демон на мгновение задумался. Провёл рукой — когтистой, с пятью суставами — по подбородку.

— Проверка крови. Самая простая. Хочешь?

— Да.

Я протянул левую руку. Демон вытащил из плаща тонкий стилет — чёрный, с волнистым лезвием — и быстрым движением полоснул по ладони. Я ожидал боли — её не было. Только лёгкое покалывание, как от иголки. Но порез не заживал, а просто… существовал. Из него сочилась тёмно-красная, почти чёрная жидкость.

Демон поднёс стилет к носу, понюхал. Его лицо — если это можно было назвать лицом — вытянулось.

— Странно, — сказал он. — По консистенции — человеческая. Почти. Но запах… — Он снова понюхал. — Запах нечеловеческий. Слишком концентрированный.

Он обернулся к деревьям. Из тени вышли ещё трое. Один — с человеческим телом, но с головой гиены. Два других — похожи на тёмные силуэты, размытые по краям, как будто состояли из дыма. Они молчали, но смотрели пристально.

— Ты уверен, что человек? — спросил демон с гиеньей головой, и его голос звучал как хриплое эхо.

— Я был человеком, — сказал я. — В прошлой жизни. Или в этой. Я не знаю, как тут работает время.

— Время у нас идёт нормально, — фыркнул первый демон. — Ладно, жди. Я позову старшего. Он разберётся.

Он исчез так же бесшумно, как появился. Я остался стоять с тремя тенями, которые не двигались и не говорили, просто висели в воздухе как капли дождя. Минута прошла. Вторая. Комары — если это были комары — не кусали, а просто кружили вокруг, оставляя за собой светящиеся следы. Я поймал одного пальцами — он оказался крошечным светлячком с игольчатыми крыльями. Отпустил.

И тут первый демон вернулся. Вместе с ним — другой. Высокий, почти под три метра, с кожей цвета старой меди. Шесть рогов — три с каждой стороны — и глаза-лампы, горящие тусклым белым светом. Он был одет в чёрную мантию с золотыми нитями, которые складывались в сложный узор — гексаграммы и круги.

— Покажи, — сказал старший демон. Голос — как скрежет гравия.

Первый демон протянул стилет с моей кровью. Старший взял, поднёс к лицу, закрыл глаза. Вдохнул. Выдохнул. Открыл глаза — белый свет стал ярче.

— Азазель, — сказал он. Голос упал на пол-октавы. — Асмодей. Мефистофель. Три линии.

Он посмотрел на меня. В его взгляде не было враждебности — только изумление, смешанное с чем-то похожим на голод.

— Ты тройной полукровка. Кровь трёх королей демонов. Как такое возможно — я не знаю. Никто из нас не знает. У них не было детей. Вообще. Ни у одного из четырёх императоров не было прямого потомства, задокументированного в последние три тысячи циклов. А ты — ходишь, дышишь, и у тебя кровь трёх.

Гиеноголовый демон сделал шаг назад. Его глаза расширились — насколько это было возможно при его анатомии.

— Ты шутишь, — сказал он.

— Я не шучу, — ответил старший. Он повернулся ко мне. — Тебя убьют, парень. Завтра, через неделю, через месяц. Как только слух дойдёт до королевских дворцов — тебя разорвут на части, чтобы понять, как ты устроен. Либо сделают оружием. Либо — образцом для экспериментов. У тебя два выхода: бежать на нижние круги, где никто не проверит твою кровь, либо — умереть сейчас, здесь, без мучений.

Я моргнул. Холод прошёл по позвоночнику, но вместо ужаса я почувствовал странное спокойствие. Будто смотрел на себя со стороны. Знаешь, когда в веб-новелле у протагониста вдруг открывается имба-способность — и все вокруг офигевают, а он такой: «ну, окей, бывает». Вот это было похоже на то. Только тут имба-способность была не способностью, а приговором.

— Я не хочу умирать, — сказал я. Голос — ровный, почти безразличный. — И не хочу убегать. У вас есть, — я запнулся, — есть библиотека? Место, где можно почитать про этот мир?

Старший демон приподнял бровь. Одна из шести.

— Библиотека? Ты только что узнал, что у тебя кровь трёх сильнейших королей, что тебя хотят убить — и ты спрашиваешь про библиотеку?

— Я гуманитарий, — ответил я. — И я действительно ничего не понимаю. Пока не прочитаю — не пойму. Кто такой Азазель, кто такой Асмодей, почему это важно, почему это опасно… Мне нужна информация. А когда я её получу, я уже смогу что-то решать.

Наступила тишина. Секунд пять никто не дышал.

Потом старший демон расхохотался. Звук был похож на разрываемое полотно.

— Ты — первый новорождённый, который вместо паники — спрашивает про читальный зал. Да, есть. В Городе Корон, главная библиотека ада. Но вход туда — для граждан, а гражданство тебе не дадут без родового сертификата.

Я улыбнулся.

— Тогда сделаем так. Вы не выдаёте меня, я не сбегаю, а вы даёте мне неделю. И я вам покажу, на что способен человек с кровью трёх королей. Если я выживу — вы получаете союзника. Если нет — вы ничего не теряете.

Демоны переглянулись. Гиеноголовый тихо прорычал:

— Он безумен.

— Может быть, — сказал старший. — Но безумцы в аду живут дольше, чем умники. Хорошо. Одна неделя. Если ты не докажешь свою ценность — мы сами отведём тебя к ближайшему алхимику.

— Договорились? — переспросил старший демон, и в его голосе сквозило сомнение. Он явно не привык, чтобы новорождённые торговались.

Я кивнул, изобразил на лице серьёзность, а внутри у меня закрутилась мысль: «Ага, ага. Сейчас прям. Договорились мы. Я тебе покажу, что я смываюсь в первый же час, найду какую-нибудь дыру и буду там тихо жить, пока не пойму, что к чему. Никаких тебе алхимиков, никаких экспериментов».

Старший демон махнул рукой, и тени расступились. Я не стал ждать повторного приглашения. Развернулся и рванул в сторону города. Трава под ногами хрустела, как сухие кости, воздух свистел в ушах, а рога слегка вибрировали от бега — непривычное ощущение, но я быстро привык. Мегаполис приближался. Чем ближе я подбегал, тем отчётливее видел детали: стены из чёрного камня, покрытые багровыми прожилками, башни, уходящие в небо, мосты, перекинутые между ними на головокружительной высоте. Внизу, у основания стен, кипела жизнь — толпы демонов, существ, которых я не мог классифицировать, шум, гомон, запахи — жареного мяса, серы, пота и ещё чего-то сладковатого, что щекотало ноздри.

Я сбавил шаг, перешёл на быстрый шаг, стараясь не выделяться. Но как не выделяться с рогами на голове и человеческим обликом? Хотя, судя по тому, что я видел, демоны бывали всякие: и с копытами, и с крыльями, и с несколькими головами. Мой набор — подросток с рожками — был даже слишком обыденным. Затеряться легко.

Мысли метались. Документы. Старший сказал, что без документов в город не пустят. Значит, есть бюрократия. А раз есть бюрократия, есть и те, кто эти документы подделывает. В любом мире, где есть бумажки, есть жулики. Вопрос — где их искать и чем платить.

Валюта. Чёрт. Я не знаю, какая тут валюта. Души? В классических представлениях — души. Но я не хочу продавать свою, и уж тем более не хочу торговать чужими. Наверняка есть что-то более материальное. Камни? Металлы? Энергия?

Я начал судорожно перебирать в голове всё, что знал об аде из книг, фильмов, игр. Набралось негусто. В «Божественной комедии» — круги, в «Потерянном рае» — политика. В современной поп-культуре — демоны торгуют контрактами, но это не про валюту. В общем, мой багаж был смехотворен.

Тогда родилась идея: подкуп. Проверяющие на входе — они же бюрократы, значит, продажные. Если я найду, чем их заинтересовать, может, пропустят без бумаг. Но чем? У меня нет ничего, кроме одежды, в которой я оказался — джинсы, футболка, лёгкая куртка. Не богатство.

Я подошёл к воротам. Огромные створки из чёрного металла, украшенные рельефами — сцены битв, падения, огонь. В очереди стояло несколько десятков существ: кто-то был похож на людей, кто-то — на насекомых, кто-то — на сгустки тьмы. У всех были какие-то бумаги, свертки, сумки. Стоял гул голосов, смех, рычание.

У входа — два охранника. Огромные, под три метра, с кожей цвета запёкшейся крови, в доспехах, украшенных шипами. У каждого в руках — алебарда с лезвием, которое мерцало серебристым светом. Они проверяли документы, иногда задавали вопросы, иногда кивали и пропускали.

Я отошёл от очереди в сторону, к небольшой каменной лавке, где сидел старый демон. То есть он выглядел старым — седая шерсть на морде, обвисшие рога, глаза мутные, как у слепого. Он сидел и ковырялся в каком-то механизме, похожем на часовой. Рядом с ним стояла коробка с инструментами.

— Извините, — обратился я к нему, стараясь говорить вежливо. — Можно вопрос?

Старик поднял голову, прищурился. Нос — как клюв, морщинистый лоб.

— Спрашивай, — проскрипел он.

— Какая у вас тут валюта? — спросил я. — Чем платят за товары, услуги, документы?

Старик отложил механизм и уставился на меня с любопытством.

— Валюта? — переспросил он. — Основная — эссенция. Духовная энергия, которую добывают из манокамней или из тел умерших. Меняют на монеты — медные, серебряные, золотые. Есть ещё бартер. А тебе зачем сейчас такая информация?

Я замялся. В голове промелькнул план, и я, не подумав, ляпнул:

— Ну, я хотел подкупить охрану… — и тут же осёкся. Понял, что выдал свою задумку.

Старик резко подался вперёд, схватил меня за запястье когтистой лапой. Сила была неожиданной.

— Подкупить охрану? — прошипел он тихо, но с ужасающей интенсивностью. — Ты с ума сошёл? Если кто-то прознает, инквизиторы убьют не только тебя, но и всех, кто стоял в очереди, и охрану тоже. Они не разбираются. Инквизиторы — это закон. И закон у нас один: без документов — вход воспрещён. Попытка подкупа — смертная казнь на месте. Даже не надейся.

Он резко отпустил меня и вытолкнул из очереди. Я пошатнулся, чуть не упал. Несколько демонов обернулись, но тут же отвернулись — не их дело.

— В чем проблема сделать документы сейчас, если ты новенький, их в кабинке рядом с воротами делают, всего то нужно имя и кровь, а ты придумал убить тут всех! — раздраженно проскрипел старик, — Убирайся, — буркнул старик. — Пока цел.

Я отошёл подальше, к небольшому камню, и сел на него, обхватив голову руками. Вокруг гудел город, пахло серой и жареным мясом, а в груди разрасталось отчаяние. Вход закрыт. Документов нет. Валюта — эссенция, которой у меня нет. Подкуп — смертельно опасен. Инквизиторы… Кто они такие? Почему их боятся даже демоны?

Я поднял голову и посмотрел на город. Гигантские башни, огни, жизнь. А зачем мне туда? Кроме как в библиотеку. Библиотека — это единственное место, где я могу узнать, что происходит, кто я такой, что за кровь у меня, почему это опасно. Библиотека — мой единственный шанс.

Но туда не попасть без документов. Замкнутый круг.

Я сидел, смотрел на ворота и чувствовал себя полным идиотом. Человек в аду, с кровью трёх королей, с планами на подкуп, а в итоге — просто сидит на камне и ничего не может сделать. Да и кто эти короли такие вообще.

— Эй, — раздалось сбоку. — Ты чего такой скисший?

Я поднял голову. Рядом стоял демон — небольшой, с фиолетовой кожей и ярко-зелёными глазами. Он был одет как менестрель — в пёстрый камзол и широкополую шляпу с пером. В руках он держал лютню с тремя струнами.

— Не твое дело, — буркнул я.

— Обижаешь, — сказал он и присел рядом на корточки. — Я — Бард, видишь? Моё дело — развлекать и помогать. Особенно новичкам. Ты не похож на местного. У тебя запах… человека.

Я напрягся. Опять кто-то распознаёт.

— Не бойся, — быстро сказал бард. — Я не сдам. Я таких, как ты, много видел. Новорожденные все такие. Я могу помочь. За небольшую плату.

— У меня нет денег, — сказал я.

— А кто говорит про деньги? — усмехнулся бард. — Услуга.

Я нахмурился. Начинался какой-то сомнительный бартер.

— Какая? — спросил я.

— Будущая. Если ты мне понадобишься, я тебя найду, странный демон.

— Идёт, — сказал я и пожал руку. — Но все таки сначала покажи, как попасть в город.

Бард улыбнулся, сверкнув острейшими зубами.

— Есть такие ребята. Они делают проход через подземные ходы под стеной. Но они берут плату — не деньгами, а знаниями. Ты им расскажешь пару фактов о мире людей, а они тебя проводят. Устраивает?

Я вздохнул. Похоже, такова реальность ада — торговля информацией.

— Веди, — сказал я и поднялся с камня.

Бард подхватил лютню и зашагал в сторону от ворот, в переулок между домами, где пахло гнилью и сыростью. Мы пошли по узкой улочке, где стены были покрыты чёрным мхом. Я следовал за пёстрым камзолом и думал о том, что библиотека — это не единственная цель. Мне нужно узнать, кто такие инквизиторы, что за эссенция, почему моя кровь такая особенная. И главное — как мне вернуться домой или хотя бы прижиться здесь.

Глава 2: Первое падение

Бард двигался быстро, почти скользя между тенями. Его пёстрый камзол мелькал среди тёмных стен, а лютня позвякивала в такт шагу. Я едва поспевал, спотыкаясь о корни, торчащие из земли, и мысленно ругал себя за доверчивость. Но назад дороги не было — в городе меня ждали инквизиторы, алхимики и прочие радости этой жизни.

Через десять минут мы остановились. Бард ткнул пальцем в стену, заросшую чёрным мхом, который пульсировал и дышал, как живой организм.

— Здесь, — сказал он. — Вход.

Присмотревшись, я заметил, что в одном месте мох был содран, обнажая грубую кирпичную кладку с узкой щелью — на полметра в ширину, уходящей вниз. Из неё тянуло сыростью и металлом.

— Кто там? — раздался голос — хриплый, грубый.

Из-за стены показались двое. Они были похожи на бандитов из старых фильмов про мафию — если бы мафиози были ростом под два с половиной метра, с клыками и кожей цвета старого кирпича. Один держал дубину с шипами, второй нацелил арбалет.

— Мы договорились, — сказал бард. — У меня клиент. Хочет пройти. Платит знаниями.

Коренастый с дубиной ухмыльнулся.

— Знания? Ну-ну. Говори, — он кивнул на меня. — Что ты знаешь, чего мы не знаем?

Я сглотнул. Ком в горле мешал дышать. В голове пронеслись все мои познания о других мирах — история, физика, технологии. Но что могло заинтересовать демонов?

— Я знаю рецепт сладкой еды, — сказал я. — У нас её называют «шоколад». Она вызывает привыкание и очень ценится. Если вы научитесь её делать, сможете торговать ею с другими мирами.

Бандиты переглянулись. Дубинный хмыкнул:

— Сладкой? Ну-ка, рассказывай.

Я быстро выдал рецепт: какао-бобы, сахар, жир, конширование, темперирование. Заменил неизвестные ингредиенты на те, что могли быть в аду. Бандиты слушали с открытыми ртами, потом дубинный кивнул:

— Звучит интересно. Иди.

Он отодвинул мох, открывая тёмный лаз вниз.

— Там руины, потом канализация. Иди прямо, налево, второй люк. Если ошибёшься — выйдешь к инсектоидам. А они не любят гостей.

Я шагнул в дыру и начал спускаться по скользким камням. Через минуту я оказался в просторном помещении с упавшими колоннами и обломками статуй. Сверху виднелось багровое небо, но сюда почти не проникал свет. Пройдя по узкому коридору, я вышел в канализационную трубу, где по стенам стекала тёмная жидкость. На одной из стен я заметил свежую руну, начерченную кровью, и мысленно запомнил её.

Второй люк нашёлся быстро. Я выбрался на поверхность и оказался на площади, окружённой высокими чёрными домами с окнами, светящимися красным и жёлтым. Вокруг толпились демоны — сотни, тысячи. Рынок бурлил: мясо, кристаллы, оружие, свитки.

Я сразу заметил иерархию. Обычные граждане — с корзинами, занятые торгом. Рабы — с клеймами, в цепях, сидящие у стен. Аристократы — в одежде с золотыми нитями, драгоценностями, перед которыми все расступались. Между ними — слуги аристократов, с эмблемами хозяев, стоящие выше простых граждан, но ниже самих хозяев. Всё напоминало жёсткий феодальный строй.

Мне нужно было найти поддельщика документов. Я прошёл мимо лавки с амулетами, где старый демон с козлиной бородой продавал защитные символы, и спросил его:

— Где можно восстановить утерянные документы?

Старик уставился на меня с подозрением.

— Восстановить? Ты что, новенький? Если потерял — иди в храм Корон, там дадут временное разрешение. А искать подделку — смерть. Инквизиторы не дремлют.

Я снова услышал это слово. Инквизиторы.

— Кто они? — спросил я.

— Слуги Дабуры. Лучшие воины ада. У них святое оружие, они убивают всех, кто нарушает закон. Без документов — ты труп. — старик перекрестился, что было странно для демона.

Я поблагодарил его и пошёл дальше. Мысли путались. Храм? Временное разрешение? Но что я там скажу? «Я из другого мира, дайте мне бумаги»? Нет. Не сработает. Да ладно если только не сработает. Меня же убьют сразу.

Я бродил по городу ещё час, рассматривая вывески, ища намёки. Нужно было найти кого-то, кто мог бы помочь. Может, бард знает больше. Я повернул обратно, чтобы поискать его, и в тот момент, когда я обернулся, я увидел его.

Мужчина в чёрной форме стоял в трёх шагах. Высокий, худощавый, с седыми волосами. На плече — эмблема: меч, пронзающий круг. Глаза — абсолютно белые, без зрачков.

— Ты новенький? — спросил он. Голос — низкий, спокойный, без угрозы, но с металлическим оттенком.

Я молчал. Сердце бешено колотилось.

— Я не новенький, — выдавил я, стараясь звучать уверенно. — Ищу, где можно восстановить документы. Потерял в дороге.

Инквизитор усмехнулся.

— Потерял? В аду не теряют документы. Их крадут, уничтожают или продают. Ты не похож на того, у кого их могли украсть. Ты слишком… чужой.

Он шагнул ближе, и я отступил к стене.

— Позволь, я проверю твою кровь, — сказал он, и в его руке появился тонкий стилет. — Один укол, и я узнаю, кто ты.

Я лихорадочно соображал. Кровь выдаст всё — и мою человеческую основу, и примесь крови трёх королей. Это был приговор.

— Моя кровь не даст тебе ответов, — сказал я. — Я родился вне этого мира. В измерении, где нет демонов. Моя родословная не известна вашим архивам.

Инквизитор остановился. Его белые глаза сузились.

— Вне этого мира? — он наклонил голову. — Это интересно. Расскажи подробнее.

Я импровизировал.

— Я попал сюда через разрыв. Ищу способ вернуться или хотя бы выжить. Мне нужна информация. Библиотека.

Инквизитор молчал целую минуту. Я видел, как его белые глаза сузились ещё сильнее, как он обдумывал мои слова, как взвешивал каждый слог. Вокруг нас стояла тишина — такая плотная, что я слышал собственное дыхание. А потом он убрал стилет. Я выдохнул, расслабил плечи, готовясь услышать условия сделки. Но инквизитор не сказал ни слова. Вместо этого он медленно, почти церемониально, потянулся за спину. Я подумал: сейчас он достанет какую-то бумагу, печать, может быть, даже договор. Я был наивен.

В его руке оказался клинок. Огромный. Просто гигантский. Двуручный меч, который в человеческом мире весил бы килограммов тридцать, — он держал его одной рукой, ровно, без напряжения, будто это была не оружие, а трость. Лезвие мерцало серебряным светом, от которого слезились глаза и начинала кружиться голова. На нём были выгравированы руны — те же самые, что я видел в канализации, только они двигались. Пульсировали, как живые, перетекая с одного края клинка на другой. И от них исходил холод. Не физический — внутренний. Он пробирал до костей, высасывал тепло из груди, заставлял кровь стыть в жилах.

Первым побежал рынок. Я видел, как демоны, которые только что торговали, спорили, смеялись, вдруг побледнели — насколько это было возможно при их цвете кожи — и начали разбегаться. Кто-то бросил корзину с кристаллами, и они покатились по брусчатке, раскалываясь на мелкие осколки, которые тут же рассыпались в пыль. Кто-то просто исчез — растворился в воздухе, не дожидаясь, пока его убьют. Старик с амулетами захлопнул свою лавку так быстро, что стекла в витрине треснули, и прыгнул в окно на втором этаже, даже не открывая дверь. Я видел, как его козлиная борода мелькнула в проёме и исчезла.