Мальчик-капитальчик. Джим с Пиккадилли. Даровые деньги

Часть первая,

где читатель знакомится с Мальчиком-капитальчиком, на будущее которого строят планы заинтересованные стороны, затрагивая также и будущее Питера Бернса[1]. Результатом становится судьбоносный телефонный звонок.

Мальчик-капитальчик

Если бы управляющие отеля «Гвельф», этой лондонской достопримечательности, посетили одним январским днем номер люкс миссис Элмер Форд, недавно приехавшей из Нью-Йорка, то несколько огорчились бы, а склонные к философии предались бы размышлениям о тщетности человеческих усилий, поскольку гостье не было отказано ни в чем.

Ее разместили в прекрасном номере, подают лучшие блюда, а усердные слуги предупреждают любые ее желания. Тем не менее окруженная столь исчерпывающей заботой, она беспокойно и нетерпеливо мечется по комнатам, ни дать ни взять тигрица в клетке или узница Бастилии.

Устав мерить шагами гостиную, она присела, взяла в руки роман, но тут же отбросила. Снова вскочила и заметалась из угла в угол. Услыхала бой часов и сверилась с наручными, хотя смотрела на них всего пару минут назад. Раскрыла медальон на золотой цепочке, висевший на шее, заглянула внутрь и тяжко вздохнула.

Затем устремилась в спальню, достала из чемодана портрет в рамке и, вернувшись, пристроила на стуле. Отступила на шаг, жадно вглядываясь. Ее большие карие глаза, обычно твердые и властные, странно смягчились, губы задрожали.

– Огден! – прошептала она.

Картина, вызвавшая такой прилив чувств, едва ли потрясла бы до такой степени стороннего зрителя. Он увидел бы всего лишь кривоватый любительский портрет на редкость отталкивающего мальчишки лет одиннадцати с вялым и капризным лицом. Пухлый и перекормленный, он имел вид типичного избалованного отпрыска состоятельных родителей, которым богатство не идет впрок.

Пока миссис Форд любовалась изображением, встречая хмурый ответный взгляд, задребезжал телефон, и она торопливо схватила трубку. Звонил портье с известием, что явился посетитель.

– Алло?.. Кто? – переспросила она упавшим голосом, будто надеялась услышать совсем другое имя. – Да, конечно. Попросите лорда Маунтри подняться в номер.

Она вернулась к портрету. Нетерпение, исчезнувшее было при звонке, появилось на лице вновь. Усилием воли она подавила его, когда вошел посетитель.

Лорд Маунтри, плотный розоволицый блондин лет двадцати восьми со светлыми усами, был серьезен и деловит. Поймав тяжелый взгляд с портрета, он вздрогнул и отвел глаза.

– Что ж, миссис Форд, все улажено. – Он был из тех, кто не теряет времени на лишние приветствия. – Я заполучил его.

– Заполучили?! – Голос ее дрогнул.

– В смысле, Стэнборо.

– А! Я… я подумала о другом. Будьте добры, присаживайтесь.

Лорд Маунтри воспользовался приглашением.

– Того художника, – пояснил он. – Вы говорили как-то за обедом, что у вас есть портрет сына только в одиннадцатилетнем возрасте и пора бы заказать новый.

– Вот старый портрет Огдена, я рисовала его сама.

Лорд Маунтри нарочно сел боком к картине и старался не оборачиваться, подобно тому путнику из поэмы Кольриджа, который чувствовал, что позади «ужасный дух ночной», однако теперь был вынужден, изо всех сил изображая беспечность, снова встретить неприятный взгляд.

– Э-э… м-да… Замечательный мальчик – с характером, знаете ли.

– О да!

Лорд поспешно отвернулся.

– Если помните, я уже рекомендовал вам этого Стэнборо. Он мой большой приятель, и я был бы рад оказать ему услугу. Говорят, художник он – высший класс. Сам-то я в этом не разбираюсь. Вы просили привести его сегодня, он ждет внизу.

– Ах да, конечно! Я не забыла. Огромное спасибо, лорд Маунтри!

– Кстати, мне пришла в голову недурная мысль… то есть, если вы не боитесь умереть со скуки у меня на яхте. Как, не передумали еще насчет маленького круиза?

Миссис Форд мельком глянула на часы.

– Наоборот, жду с нетерпением!

– Тогда отчего бы не убить одним выстрелом двух зайцев? Объединим плавание и портрет, а? Возьмете сына с собой, – ему понравится, – а я приглашу Стэнборо! Ну как?

Это предложение не было результатом внезапного прилива щедрости. Подвергнув свою идею глубокому изучению, лорд пришел к выводу, что лучше не придумаешь, несмотря на некоторые изъяны, которые представились ему еще яснее при виде портрета.

Ребенок на яхте и так-то не слишком располагает к приятному плаванию, а тем более такой. Однако без Стэнборо в компании никак не обойтись. Что бы ни представлял собой мальчишка миссис Форд, весельчак и душа компании Билли Стэнборо сделает плавание поистине незабываемым.

Вот только не желает ни в какую художник устраивать себе такой долгий отпуск! В связи с чем его светлость, которого нечасто осеняли блестящие идеи, и породил к собственному удивлению только что изложенный план.

Выжидающе глянув на собеседницу, он с беспокойством отметил тень страдания на ее лице. Что такое? Он торопливо проанализировал свою последнюю реплику, но ничего огорчительного не нашел. Загадка, да и только!

Миссис Форд смотрела мимо него на портрет. В глазах у нее стояла боль.

– Боюсь, вы не совсем осознаете положение дел, – напряженно проговорила она.

– Вот как?

– Видите ли, я… – Миссис Форд помолчала. – Мой мальчик не… Огден пока не живет со мной.

– Э-э… он в школе?

– Нет, не в школе. Я объясню. Дело в том, что мы с мистером Фордом не очень ладили и год назад в Вашингтоне развелись. Не сошлись характерами, знаете ли, и… и… – Ее голос дрогнул.

Его светлость, по молодости лет испытывавший панический ужас перед глубокими чувствами, как женскими, так и мужскими, чертыхнулся про себя. Ох уж эти американцы, вечно всем досаждают своими разводами! Откуда ему было знать? Почему тот, кто их познакомил – теперь и не вспомнить, кто – не поставил его в известность? Казалось бы, обычная американка, раскатывает по Европе на денежки любящего муженька…

– Э-э… – протянул он, мучительно подыскивая уместные слова.

– И… и суд, – выдавила наконец миссис Форд, – отдал ему опеку над Огденом.

Лорд Маунтри сочувственно помычал, зарумянившись от смущения.

– С тех пор я Огдена не видела и потому так заинтересовалась, когда вы упомянули своего друга мистера Стэнборо. Мне пришло в голову, что мистер Форд едва ли сможет возразить, если с моего сына напишут портрет на мои собственные деньги. Конечно, придется ему объяснить… однако вы понимаете – строить сейчас планы еще и на морское путешествие несколько преждевременно.

– Да, пожалуй, это сокрушительный удар по моему замыслу, – обескураженно согласился лорд Маунтри.

– Не обязательно.

– Да?

– Обещать с определенностью я пока не могу, но, возможно, все-таки сумею взять с собой Огдена… попробую как-нибудь это устроить.

– Так вы думаете, все же получится?

– Я надеюсь.

Несмотря на сочувственное мычание, лорд Маунтри был слишком честен и прямолинеен, чтобы закрывать глаза на очевидные факты.

– Не совсем понимаю, как вы собираетесь обойти судебное решение. Оно действует и в Англии, не так ли?

– Я рассчитываю, что смогу кое-что… организовать.

– О, я тоже очень надеюсь! – Исполнив свой долг указать на факты, его светлость был снова готов к сочувствию. – Кстати, а где сейчас Огден?

– Он в загородном доме у мистера Форда, но…

Ее прервал телефонный звонок. Миссис Форд вскочила с кресла и метнулась через комнату, как показалось пораженному лорду, одним скачком. Поднеся трубку к уху, она вскрикнула с радостным волнением.

– Скорее проводите их сюда! – бросила она и повернулась к гостю, сияющая и преображенная. – Лорд Маунтри, не сочтите за грубость, но я прошу вас теперь удалиться. Ко мне пришли… я должна…

Его светлость поспешно вскочил.

– Конечно, конечно! Разумеется! Куда это я дел свою… А, вот она! – Подхватив шляпу, он заодно, сэкономив усилия, повалил на пол трость и вновь нагнулся, нашаривая ее. Миссис Форд наблюдала за его манипуляциями с растущим нетерпением. Наконец, он выпрямился, слегка раскрасневшись от усилий, но с полным набором в руках – трость, шляпа и перчатки.

– Тогда до свидания, миссис Форд. Дайте мне знать, если ваш мальчик присоединится к нашей компании.

– Да-да! Большое вам спасибо. До свидания!

– До свидания!

Подойдя к двери, лорд открыл ее, но тут же обернулся.

– Боже мой! А как же Стэнборо? Попросить, чтобы подождал? Он же внизу сидит!

– Да-да. Передайте мистеру Стэнборо мои искренние извинения и попросите обождать еще несколько минут в Пальмовом зале.

– Закажу ему выпить! – осенило лорда Маунтри.

– О да, как вам будет угодно! Лорд Маунтри, вам и правда пора… Как же грубо я себя веду, сама не понимаю, что говорю… но… мой мальчик возвращается ко мне!

Рыцарство, накопленное поколениями предков, пришпорило его светлость, и он смутно осознал, что в предстоящей сцене ему совершенно нет места. Встреча матери с давно потерянным сыном – это святое. Развернувшись, лорд Маунтри молнией бросился в дверь, но в нее как раз входили, и ему вновь пришлось бормотать извинения, привычно нагнувшись в поисках шляпы.

Новой гостьей оказалась красивая девушка высокого роста с жестким и слегка циничным выражением лица. Она вела за руку толстого мальчика лет четырнадцати, чье сходство с портретом на стуле не оставляло никаких сомнений. Столкновения мальчик избежал, но явно остался недоволен. С холодным отвращением глянув на согнувшегося лорда, он выразил свое мнение одним словом:

– Растяпа!

Лорд Маунтри разогнулся.

– Прошу прощения, – выговорил он, должно быть, уже в седьмой раз, совсем выбитый из колеи. Молодой человек всегда отличался стеснительностью, а сейчас причин для смущения было сразу несколько. Он оказался в перекрестье взглядов: глаза миссис Форд просили: «Уходите!», на лице Огдена читалось: «Олух!», а портрет вторил: «Идиот!» Наконец, глаза красотки, огромные, серые, прохладно насмешливые, презрительно вопрошали: «Что за странный краснолицый тип путается под ногами?»

– Прошу… прошу прощения, – вновь пробормотал он.

– Смотри, куда прешь! – сурово буркнул Огден.

– Ничего страшного, – отозвалась незнакомка. – Ты познакомишь нас, Неста?

– Лорд Маунтри – мисс Драссилис, – представила их друг другу миссис Форд.

– Боюсь, это из-за нас лорд Маунтри вынужден уйти, – заметила девушка, и серые глаза ее стали, казалось, еще огромнее, прохладнее, насмешливее и презрительнее. Лорд барахтался в них, словно пловец в бездонной пучине.

– Нет-нет, – пролепетал он, – честное слово, мне просто пора… До свидания! Значит, миссис Форд, вы дадите мне знать насчет яхты? Да? Весело проведем время и все такое. До свидания! До свидания, мисс Драссилис!

Он мельком глянул на Огдена, набираясь смелости попрощаться и с ним, но духу не хватило, и лорд Маунтри, развернувшись, выскочил в коридор. Оттуда донесся стук упавшей трости.

Синтия Драссилис закрыла дверь и улыбнулась:

– Какой нервный молодой человек! А что он такое сказал про яхту, Неста?

Миссис Форд с трудом оторвала от сына зачарованный взгляд.

– Да так, ерунда. На следующей неделе хотим сплавать на юг Франции.

– Какая чудесная идея! – В голосе девушки прозвучала задумчивая нотка. – Великолепно задумано.

Миссис Форд устремилась к Огдену, обрушилась на него шуршащим вихрем роскошных тканей и сжала в объятиях:

– Золотце мое!

Достойно перенести такую вспышку чувств способен далеко не всякий. Огден грубо вывернулся из материнских объятий.

– Лучше сигаретку дай, – буркнул он.

Портрет, написанный любящей рукой, явно льстил ему, сильно приукрашивая оригинал. Пухлый на картине, мальчишка был откровенно толст, смотрел еще угрюмее, и никакое искусство, тем более любительское, не могло воспроизвести даже отдаленно его отвратительных манер. Ребенок явно очень непростой, он выглядел так, будто успел взять от жизни все и теперь привычно маялся от скуки, напоминая речью и поведением скорее взрослого, причем довольно неприятного.

Даже мать на миг опешила и рассмеялась с дрожью в голосе:

– Не слишком ли ты практичен, дорогой?

Синтия окинула наследника Фордовских миллионов твердым, чуть презрительным взглядом.

– Он весь день такой. Можешь себе представить, как мне было с ним легко!

Миссис Форд порывисто обернулась.

– Синтия, милая, я тебя даже не поблагодарила…

– Вот-вот. – Девушка поджала губы.

– Ты – чудо, дорогая. Истинное чудо! Я повторяю это с тех пор, как получила твою телеграмму из Истнора… Огден, иди ко мне, сыночек!

Скривившись, мальчишка подался к протянутым рукам матери.

– Только не тискай больше! – выдвинул он условие, прежде чем позволить себя обнять.

– Скажи, Синтия, – вновь обратилась миссис Форд к девушке, – как тебе это удалось? Я сказала лорду Маунтри, что надеюсь скоро увидеть Огдена, но сама сомневалась. Успех казался слишком невероятным!

– Этот твой лорд Маунтри… – протянула Синтия. – Как ты с ним познакомилась? Я его прежде не видела.

– В Париже встретила, осенью. Он надолго уезжал из Лондона, ухаживал за больным отцом.

– Понятно.

– Такой любезный молодой человек. Договорился, чтобы написали портрет Огдена. Да ладно, теперь не до лорда Маунтри, не будем отвлекаться. Расскажи лучше, как ты сумела увезти мальчика!

Синтия зевнула.

– Да легче легкого все оказалось.

– Огден, милый, – обернулась миссис Форд, – куда ты? Хочу, чтобы ты был рядом.

– Да ладно…

– Побудь со мной, ангелочек!

– Опять сопли, – буркнул ангелочек себе под нос. – Вообще-то, я чертовски голодный, – добавил он.

Миссис Форд будто током ударило. Она вскочила на ноги.

– Бедное мое дитя! Конечно, тебе надо пообедать… Синтия, позвони, я что-нибудь закажу в номер.

– Я бы тоже не отказалась, – заметила Синтия.

– Ах да, ты ведь тоже ничего не ела. Я и позабыла.

– Ну еще бы.

– Пообедаете тут оба.

– А может, пускай Огден сходит вниз, в ресторан?

– Хотите посплетничать? – язвительно хмыкнул мальчишка.

– Ну что ты, милый! – укорила его миссис Форд. – Хорошо, Синтия… Ступай, Огден. Закажи себе чего-нибудь посытнее!

– А то! – лаконично заверил сын и наследник.

Когда дверь за ним закрылась, наступила короткая пауза. Синтия выразительно глянула на подругу.

– Ну что ж, дорогая, я это сделала.

– О да! Ты просто чудо, милая!

– Да.

Они вновь помолчали.

– Кстати, – начала миссис Форд, – ты упоминала какую-то мелочь, небольшой долг, который тебя беспокоит?

– Разве? Ах да, есть такой, и довольно срочный. На самом деле, заслоняет мне всю перспективу. Вот он, счет.

– Сколько там? – Глянув на листок бумаги, миссис Форд невольно охнула. Затем подошла к бюро и достала чековую книжку.

– Ты очень добра, Неста, – сказала Синтия. – А то уже запахло неприятностями. – Аккуратно сложив чек, она убрала его в сумочку.

– А теперь расскажи наконец, как все вышло! – потребовала миссис Форд.

Упав в кресло и откинувшись на спинку, она сцепила руки на затылке и прикрыла глаза, будто ожидая услышать любимую музыку. Казалось, она впервые обрела спокойствие души. – Расскажи все с самого начала!

Синтия подавила зевок.

– Хорошо, дорогая… В Истнор я отправилась поездом в 10:20 – он удобнее всего. Приехала в четверть первого и сразу пошла искать дом. Ты ведь никогда его не видела? Совершенно очаровательный… Сказала дворецкому, что хочу видеть мистера Форда по делу. Заранее удостоверилась, что он уехал на курорт в Дройтвич…

– Ревматизм, – кивнула миссис Форд. – У него бывают приступы.

– Дворецкий ответил, что хозяина нет дома, и собирался меня выпроводить, но я пристала как банный лист. Велела позвать домашнего учителя, его зовут Бростер, Реджи Бростер. Очень приятный молодой человек – статный, широкие плечи, и лицо такое добродушное…

– Ну, дорогая, ну?

– Ему я сказала, что делаю для журнала зарисовки интерьеров известных загородных особняков.

– Неужто поверил?

– Каждому слову! Он из таких. Поверил даже, что мой издатель особо просил зарисовать парадную лестницу – о ней мне рассказали в местной гостинице. Какая-то интересная лестница – не помню уже, чем именно.

– Итак, ты вошла…

– Итак, я вошла.

– И увидела Огдена?

– Сначала мельком, потому что Реджи…

– Кто?

– Бростер. В моих мыслях он только Реджи. Он создан быть Реджи, с таким добрым наивным лицом. Короче, Реджи вспомнил, что пора начинать уроки, и отослал Огдена наверх.

– Одного?

– Одного. А мы с Реджи немного поболтали.

Миссис Форд приподняла веки, ее большие карие глаза гневно сверкнули.

– Мистер Бростер не годится в учителя для моего мальчика, – холодно процедила она.

– Да, наверное, он был неправ, – признала Синтия, – но на мне была эта шляпка…

– Продолжай.

– В конце концов я объявила, что приступаю к рисованию. Он предложил начать с комнаты, где мы сидели, но я решила сначала набросать общий вид здания с восточной стороны. Само собой, восток я выбрала, потому что оттуда ближе к железной дороге. Добавила еще, что они с Огденом, должно быть, гуляют иногда в саду. А как же, согласился Реджи – как раз и время для прогулки настало, – и сказал, что пойдут они в мою сторону, мальчику интересно будет взглянуть. Похоже, он усматривает у Огдена тягу к искусству.

– Этот Бростер никак не подходит моему сыну в учителя!

– Ну, думаю, учительское место он уже потерял. Так ведь, дорогая?

– А что было потом?

– Я взяла рисовальные принадлежности и ушла. Вскоре явились Реджи с Огденом, но я объяснила, что ничего не успела нарисовать, потому что испугалась быка.

– Он и этому поверил?

– Ну конечно! Он такой добрый и чуткий. Мы очень мило поболтали. Он рассказал о себе все. Прежде увлекался футболом, а теперь больше не играет, но часто вспоминает прошлое.

– Он мог заметить, что рисовать ты не умеешь. Что тогда стало бы с твоей легендой насчет журнала?

– Ну, про это мы больше не вспоминали, я даже не начала рисовать. Просто болтали. Реджи рассказывал про футбол, как играл за команду Оксфорда. Хотел показать газетную заметку о матче, и я ответила, что с удовольствием почитаю. Сказал, что заметка в чемодане, и я пообещала присмотреть за Огденом, пока он за ней сбегает. Как раз оставалось время успеть на поезд. Реджи ушел, и вот мы здесь… А теперь можешь заказать обед, как обещала. Я умираю с голоду!

Миссис Форд поднялась на ноги. На полдороге к телефону она вдруг остановилась.

– Мое дорогое дитя… Как я сразу не сообразила! Мы должны немедленно отсюда уехать. Учитель наверняка кинулся вдогонку, он же догадался, что Огдена похитили!

Синтия презрительно усмехнулась.

– Поверь мне, Реджи требуется много времени, чтобы догадаться о чем бы то ни было, а следующего поезда еще ждать и ждать. Мы в полной безопасности!

– Ты уверена?

– Абсолютно. Я проверила, прежде чем ехать.

Миссис Форд пылко расцеловала ее.

– О Синтия, ты настоящее чудо!

Она вскрикнула и отшатнулась, услышав резкий звонок в дверь.

– Боже мой, Неста! – раздраженно бросила Синтия. – Держи себя в руках. Бояться нечего. Говорю же тебе, Бростер никак не мог успеть, даже если бы знал, куда ехать. А откуда ему знать? Скорее всего, это Огден.

Краски вернулись на лицо миссис Форд.

– Да, конечно.

Синтия открыла дверь.

– Входи, дорогой, – ласково позвала миссис Форд, но вошел жилистый седой коротышка в очках.

– Добрый день, миссис Форд! – заговорил он. – Я приехал забрать Огдена.

Бывают ситуации настолько внезапные и непреодолимые, что не дают права судить о личности угодившего в них, какие бы действия он ни предпринял.

Великий полководец вправе обратиться в бегство без ущерба для своей славы, повстречав бешеного быка, а уважаемый епископ, который поскользнулся зимой на льду и насмешил прохожих коленцами из регтайма, не утратит ни капли своего достоинства.

Точно так же приходится отнестись к реакции Синтии Драссилис, когда та открыла дверь и впустила в гостиную вовсе не Огдена, а незнакомца, который сопроводил свой приход примечательными словами, завершившими предыдущую главу.

Сколь ни гордилась Синтия своим умудренно-высокомерным отношением к жизненным неурядицам, такая неожиданная подмена привела в замешательство даже ее. С невнятным возгласом изумления она попятилась и застыла на месте, вытаращив глаза и раскрыв рот.

На миссис Форд это невероятное вторжение произвело иной эффект. Глуповатую сладкую улыбку будто стерли с ее лица, а взгляд, в котором застыл страх, как у затравленного зверя, впился в незнакомца. Задыхаясь, она шагнула вперед.

– Что вы себе позволяете?! Как смеете врываться ко мне в номер?

Незваный гость не сдавал позиций, хотя к агрессивности его странно примешивалась робость, а решительный вид был в то же время слегка виноватым. Ни дать ни взять, средневековый наемный убийца, намеренный честно выполнить заказ, но сознающий, что причинит жертве определенные неудобства.

– Сожалею, – буркнул он, – но я вынужден просить вас, миссис Форд, отдать мне мальчика.

Синтия уже пришла в себя. Ее ледяной взгляд, столь обескураживший лорда Маунтри, скользнул по фигуре незваного гостя.

– Кто этот джентльмен? – обронила она со скучающим видом.

Однако гость был покрепче, чем его светлость, и встретил взгляд со спокойной твердостью.

– Моя фамилия Мэнник. Я личный секретарь Элмера Форда.

– Что вам угодно? – спросила миссис Форд.

– Я уже объяснил. Мне нужен Огден.

Синтия вскинула брови.

– О чем он, Неста? Огдена здесь нет.

Гость вынул из нагрудного кармана телеграфный бланк и со спокойной деловитостью развернул его.

– Вот телеграмма от мистера Бростера, учителя мальчика. Его обязанность – срочно телеграфировать мне в случае неуверенности в местонахождении Огдена. Здесь он сообщает, что сегодня днем оставил мальчика в обществе незнакомой молодой особы, – очки мистера Мэнника сверкнули, обратившись на миг к Синтии, – а когда вернулся, оба они исчезли. Мистер Бростер навел справки и выяснил, что молодая особа, а вместе с ней и Огден отбыли в Лондон на экспрессе в 13:20. Получив эту информацию, я немедленно телеграфировал мистеру Форду и получил ответ. – Мэнник достал еще одну телеграмму. – Вот он.

– Я все-таки не понимаю, что привело вас сюда, – перебила миссис Форд. – По вопиющему небрежению служащих его отца мой сын похищен, но это не причина…

– Позвольте, я прочитаю телеграмму мистера Форда, – невозмутимо продолжил Мэнник. – Она довольно длинная – похоже, мистер Форд несколько раздосадован. «Мальчика наверняка украли наймиты его матери…» Я читаю подлинные слова мистера Форда, – обернулся он к Синтии все с тем же чуть виноватым видом.

– Не извиняйтесь, – с коротким смешком бросила Синтия. – Вы не в ответе за грубость мистера Форда.

Секретарь поклонился.

– Читаю дальше: «Освободите Огдена от ее незаконной опеки. При необходимости вызовите полицию и примените силу».

– Очаровательно! – фыркнула миссис Форд.

– Практично, – возразил Мэнник. – Это еще не все. «Но прежде всего увольте болвана-учителя, потом зайдите в агентство и подберите хорошую частную школу. Ни в коем случае не нанимайте нового учителя, я от них устал. Сделайте все сегодня. Отошлите Огдена в Истнор с миссис Шеридан. Пусть она остается там до дальнейших распоряжений». Такова воля мистера Форда. – Аккуратно сложив телеграмму, секретарь вновь убрал ее в карман.

Миссис Форд глянула на часы.

– А теперь мистер Мэнник, я прошу вас удалиться!

– Боюсь показаться невежливым, миссис Форд, но без Огдена я уйти не могу.

– Я позвоню охране, и вас выведут!

– А я воспользуюсь этим и попрошу вызвать полисмена!

В пылу битвы секретарь понемногу терял робость и уже выказывал раздражение. Синтия со скучающим видом принцессы, снисходящей до спора с конюхом, воззвала к его разуму: