Письма узелковые: между любовью и литературой

С себя снимаешь закончившиеся отношения

ВВК

С себя снимаешь закончившиеся отношения,

Как слои потрескавшейся краски тупым ножом с деревянной рамы,

С созревшего сыра корку, показания кардиограммы.

Непонятно, что ожидает: повешение или повышение,

Но однозначно хочется понижения

Градуса драмы.

Впрочем, вернее будет: корейской дорамы.

Душа устала биться

Между непониманием и отчужденностью.

Альфа – всем неосуществившимся планам,

Омега – всем нереализованным амбициям.

Там, за спиной, все абстрактно теперь,

Как в Зазеркалье дверь.

Там, за спиной, все липко:

Слепилось в грязный ком разноцветного пластилина,

Вонзилось в губы фривольно

Высохшей солью,

Царапает ноги озлившейся кошкой,

Не получившей рыбку.

Что было любовью,

Стало ошибкой?

Нет, лишь прошлым.

Там, впереди, что будет – не знаю точно,

Я не гадалка, не пророчица, не фокусник,

Даже не фарфоровая балерина.

Но непременно случится главное:

Жизнь, разъятая на лопасти,

Рассыпавшаяся на бусины,

Осколки фальшивого драгоценного камня,

Соединится в бутон лотоса.

Плавно,

Почти рустикально

Создастся новое будущее,

Припудренное избытой навеки болью.

И точно будет другая нежность –

Нержавой комолью.

А сейчас – замри.

Не свались со своей земли,

Которая пока – болотная кочка,

Для Куллерво – дубовая бочка,

Не вытканная еще материя, пишущаяся сцена

Продолжающегося сериала.

Засохшее Мировое Древо

Вот-вот выпустит лист

Весенний.

Да, да, в июле.

И разбегутся тени.

Мой реалистичный фатализм

С ароматом пачули –

Лучшее удобрение,

Незаменимое покрывало.

Из будней сверни оригами.

Пей свое начинающееся счастье

Крошечными глотками.

2 августа 2019 г.

Кицунэ

2

Всё длится ровно столько, сколько длится:

Секунду, три аккорда, пару актов

Старинной пьесы.

Переход с вуали на лица,

Морды лисьи,

Клавишами проваливающиеся, проявляющиеся на фотографиях

Утопающего в тумане японского леса,

Кислоту расплавленного дюшеса

Не смыть с языка.

Кицунэ становится женщиной.

Ее поступь легка,

Заманчива и изменчива вязь слов.

Мужчины к ней – мухи на варенье

Из лепестков морского шиповника,

Что будет отнесено в храм.

Дзинь колокольчик, дзинь.

Бам колокол, бам.

Глупость какая – инь,

И несусветная – ян.

Кицунэ изыскивает вдохновенье

Для не вытканных пока ею холстов,

Рассматривает цветные нити

С влечением садовника

К семенам самых ароматных цветов.

Аппроксимация

Жизней не чудо разве?

Не чудо разве выращивание ветвями соцветий

В подтверждение истинного регламента?

Уязвленное самолюбие, самолюбивое любование

Перечеркнуто. Сублимация

Судеб без передышки –

Как из рояля настырное ля –

Вываривается в огромной кастрюле,

Лишенной крышки,

Именуемой попросту – планета Земля.

Поднимаемся на палубу. Нам пора к чистому морю плыть.

Впереди секунда, три аккорда, пара актов старинной пьесы?

Нет, четыре счастливых десятилетия.

Именно так выбито на железе,

Выведено палочками на папирусе, пером белого гуся на пергаменте.

Все давным-давно предначертано. Не изменить.

Ветер попутный. Небо зигзагами от крика чаек,

Все теплее свет от рассыпанных неловкой ночью звезд.

Взаимная нежность – верная направленность подголовника.

Просачивается сквозь сети,

В море заброшенные,

Жизненная коллизия

Растворяется куском рафинада в горячем чае.

Выткан с благословением и оживлен очередной холст.

Звук удаляющихся гэта

Камешками по склону, по ткацкому станку сухими горошинами.

Заворожившая была сама заворожена.

Где-то в кустах зацветающего морского шиповника

Сквозь вьюнковые плети

Лисий

Мелькает хвост.

3-4 августа 2019 г.

Зачем я тебе?

ВВК

Зачем я тебе?

Заветных три слова

Иные,

Но эти сейчас – аксиома.

Я выбралась из своего горя.

Гризайль из трагически серого станет кораллово-нежным.

И утро, как море, безбрежным

И сладким, словно, черешня.

Нет, утро теперь больше моря.

А ты мне зачем?

Пустые замолкли отзвучья,

И так очевидны ответы, что верить не смеешь.

Отброшены маски стальные,

Экраны исписанных вееров сомкнуты в прочные струны.

Леденчиком нежно лелеешь

Обрéтенный смысл бытия,

Надежду, мечту, что-то проще.

С чутьем ослепленной собаки

Привычные издавна буквы заменим на новые руны.

И в чашу судьбы или просто в проржавленный ковшик

Нацедим из вымени облака белого

До самого края прозрачной воды.

Отправим в горнило на обжиг,

Прочтем проступившие знаки:

Ты всплыл на поверхность к звенящему солнцу

Из ртутной своей беды.

Что делать нам дальше?

Радарами найдена зона,

Где счастье возможно

Без тщетных усилий и фальши,

Апатии или страданья,

Цветастых цикад кортизола.

Заглянем в блокнотик судьбы осторожно,

В нем каждый стремящийся день

Предначертан всему мирозданью:

Девочкам из одуванчиков сплести венок,

Мальчику – для малины кузовок,

Паучку свою паутинку без пяльцев

Из ниток серебряных выплесть,

Цапле – гнездо, чтобы птенчикам ее не выпасть,

Нам с тобою – сплести все пальцы.

8 августа 2019 г.

Икитааль

ВВК

Имя мне – Икитааль –

На вашем языке – Претворяющая Слово.

Я из тех, что поют с ветром,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Отсылка к гениальному рассказу В. Набокова «Благость».

2

Кицунэ превращается в женщину, чтобы привлечь мужчину. Умеющая завораживать, сама оказывается завороженной. После происходит необыкновенное: мужчина забирает с собой в совместное плавание женщину, а Лиса, отделенная от женщины, части ее самой, создав долгое счастье, уходит.