Хирург-4. Ученье – свет, а неученье – тьма

Глава 1

Точка отправления: Северное казначейство.

Выбрать точку назначения:

Центральная площадь

Арсенал (заблокировано)

Восточные ворота

Биржа труда

Южный предел

Городской сад

Западный двор

Порталом Цитадели я пользовался третий раз и примерно понимал, что и как делать.

К тому же, большого ума и не требовалось – встать на платформу, мысленно выбрать нужную локацию, переждать приступ головокружения и сойти с платформы.

Да и восстановленная Сеть постоянно давала подсказки.

Я кивнул дежурившему на портале магику и не спеша побрёл к фонтану на Центральной площади – внезапно захотелось просто постоять и посмотреть на бесконечный бег воды.

Успокоиться, приглушить горечь вины и уже потом идти в Академию, благо маршрут был знакомый. Гард лично провожал меня от Северного казначейства, где находилась штаб-квартира контрразведки, до Академии Цитадели.

Казалось, бой с псами и нежитью Зарыша произошёл буквально вчера – я до сих пор ощущал нечеловеческий голод нежити, злость некроманта и… боль своих товарищей.

Их смерти, каждая из которых оставила след в моей душе, их эмоции: от отчаяния и праведной ярости до затаённой надежды и… непоколебимости.

Я чувствовал несбывшиеся мечты каждого из смертников, отдавших свои жизни за то, чтобы жил их мир… И на душе у меня до сих пор было муторно и паршиво.

Да, они бы всё равно умерли, да, они остались по своей воле, но я понимал, что в тот день я перешёл грань. И пусть Фрейя стояла за плечом каждого из них, но решение принял я.

Я безразлично скользнул взглядом по фонтану, в центре которого стоял длиннобородый маг. Из его глаз текла вода, а из открытой каменной книги, которую маг держал в руках, лился едва видимый тёплый, спокойный свет. Я вздохнул.

Увы, но на этот раз журчащая вода лишь раззадоривала память, подсовывая одно воспоминание за другим.

Ещё раз вздохнув, я окинул взглядом всю площадь – то тут, то там играли на различных музыкальных инструментах барды.

Мальчишки-продавцы вовсю нахваливали румяную выпечку.

Стройными рядами стояли палатки с книгами и вещами, лотки с фруктами и даже сувенирные лавки.

Саму площадь окружали монументальные мраморные здания, удивительным образом сочетающие в себе тяжеловесную мощь и античную грацию.

И шпили.

Они венчали каждое здание, соревнуясь в высоте. Город шпилей. Город… магов.

В любое другое время я бы с удовольствием прогулялся по Цитадели, с головой погружаясь в её атмосферу, историю и архитектуру.

Угостился бы пирожком или ватрушкой, послушал игру бардов или даже купил обзорную экскурсию у подрабатывающих студентов – я видел, как минимум, несколько туристических групп.

Вот только сейчас мне было не до окружающей красоты. Не знаю, как передать словами, но я чувствовал себя здесь… чужим.

Умом я, вроде, понимал, что окружающие меня люди слыхом не слыхивали про случившуюся в Лютиках трагедию, но принять этого не мог.

Как могут люди так беззаботно радоваться жизни, когда буквально в нескольких десятках километров идёт самая настоящая война?

Да, нежить рассыпалась прахом, а псы умылись кровью, но я до сих пор был там – на войне. И всё никак не мог расслабиться.

Улыбающиеся прохожие вызывали во мне тревогу и непонимание, шпили зданий удивляли своей непрактичностью, а хлопки редких вечерних салютов заставляли каждый раз хвататься за кинжал.

А ещё я теперь очень хорошо понимал Аша, Людвига, Асира, Германа и Гарда – раньше меня удивляло, почему эти воины тянут лямку, и не думая уходить на покой.

Но сейчас, чувствуя себя чужим на этом празднике жизни, я тоже не находил себе места. Даже несмотря на беседы с Ашем и Германом, случившиеся после того дня.

А обратный отсчёт, который видел сейчас каждый разумный Порога, лишь ухудшал ситуацию, ежедневно подпитывая внутреннюю тревогу.

Вся последняя неделя, что бы я ни делал, куда бы ни ходил, оканчивалась одинаково – я рано или поздно проваливался в воспоминания последних дней, пытаясь нащупать там какой-то фундамент, что ли?

Зацепиться за какую-то идею? Удержаться на краю безумия?

Мне уже самому надоели все эти мысли и бесконечное пережёвывание одного и того же, но за эту неделю навалилось столько всего, что я банально потерялся.

Что дальше? Куда идти? Чего я хочу? Кто, в конце концов, я такой?

Вопросов было много, а ответы, судя по подсказкам Сети, лежали в Академии магов, где меня ждал… мой кровник – главный, а теперь и единственный Тёмный маг Цитадели, Самди Тэнебре Седьмой.

И сейчас я именно туда и направлялся.

Шёл не спеша, невидящим взглядом скользя по красотам столицы и, незаметно для себя, погружаясь в воспоминания.

После выпущенной «Волны Смерти» не нужно было добивать песьеголовых или сжигать немёртвых – от армии вторжения остался один лишь прах.

Как, впрочем, и от тех из гражданских, кто попал под «Волну».

И, если верить проведённой Налоговой переписи населения, таких оказалось более шестисот человек.

Впрочем, туда же попадали захваченные в плен или пропавшие без вести в первые дни Вторжения.

Но самое страшное – мне не было их жалко.

Дана, Зубоскала и даже Корзина было, а этих – нет. И если поначалу я злился на них, ведь бо́льшая часть простых жителей погибла по своей глупости, то очень скоро мне стало всё равно.

Эти люди, которые не ценили ни свои, ни наши жизни, просто перестали для меня существовать.

Возможно, так работала моя защитная реакция, а возможно, моя душа просто очерствела.

– Балласт, – прошептал я себе под нос пришедшую в голову аналогию.

Непонимающе огляделся по сторонам и, увидев знакомый ориентир, продолжил свой путь, вспоминая последовавший следом абсурд.

Как сейчас помню: несколько часов спустя в Лютики заявилась армия Цитадели.

Тогда я с трудом сдержал истеричный смех – ну, что им стоило прийти на день раньше? Да хотя бы на три-четыре часа?

И ведь я точно знаю, что Герасим с Ашем слали доклады каждый день!

Но это, оказывается, были ещё цветочки.

Вместе с армией прибыли крыло боевых магов и несколько шишек из Совета.

И если маги тут же нашли общий язык с Диксой, и с моей помощью принялись очищать магический фон Лютиков, то представители Совета с ходу показали себя, м-м-м, чудаками.

Во-первых, в случившемся обвинили Аша и немедленно устроили военный Трибунал.

Во-вторых, выкатили мне обвинение в убийстве граждан Цитадели, и через тот же самый Трибунал попытались забрать меня якобы на рудники.

В-третьих, всеми силами старались обелить имя Ков'Альдо и Лар'Тарго.

Как сейчас помню тот момент – я слушал провозглашаемую ими с самыми умными лицами ересь и не мог поверить, что эти напыщенные индюки всерьёз пытаются сделать нас козлами отпущения.

Ещё чуть-чуть, и я бы точно не сдержался.

Но от второй «Волны Смерти» и моего окончательного шага во Тьму Цитадель спасли Гард и начальник Герасима, достопочтимый Андрю.

Гарда я уже знал – контрразведчик прибыл на Трибунал в своём излюбленном сером мундире без знаков различий, а вот начальника Герасима вживую увидеть довелось впервые.

Белые волосы, красные глаза – глава Налоговой оказался альбиносом и модником, к его белоснежному костюму, казалось, не пристаёт никакая грязь.

Помимо них в Трибунале сидели военные, но решающее слово было за этими двумя.

По крайней мере, именно они, внимательно выслушав пятичасовую – явно заготовленную заранее – речь, вынесли оправдательный приговор.

Но, как я понял, партия Ков'Альдо в Совете была всё ещё сильна, поэтому вместо награды Аш получил понижение в звании и наказание в виде ссылки в Бункерк.

Там он должен будет принять участие в совместном походе против нежити, полезшей из недр гор.

Ну, а меня «в качестве наказания» отправили в Академию Цитадели.

Представители Совета от злости скрипели зубами, но поделать ничего не могли – Гард и Андрю выставили всё в таком свете, будто это станет величайшим наказанием.

В общем, почти всех нас «спрятали» от внимания Совета.

За те три дня, что заседал Трибунал, мы о многом успели поговорить с Ашем и Германом.

И про псов, и про грядущее Вторжение, и про восстановление Сети. И если бы не задание Сети и обещание, данное Корзину, я бы с удовольствием отправился в Бункерк с ними.

На четвёртый день Аша вместе со всеми выжившими защитниками в срочном порядке отправили в Бункерк, и я остался один.

И в эту же ночь на меня совершили покушение.

Трое магов – два огневика и воздушник – напали ночью и попытались захватить меня живым.

Вот только их магическая сеть, брошенная на мою койку, поймала лишь свёрнутое валиком одеяло, а я, не мудрствуя лукаво, воспользовался «Касанием Госпожи».

Один удар сердца – и маги обратились в прах, даже не успев понять, что произошло. Но самое главное – я не испытал ни малейшего укола совести!

Доктор во мне говорил, что так нельзя – ведь они же люди! Но дежавю, которое я поймал за несколько секунд до их появления, ясно дало понять, что это люди Ков'Альдо, а значит, враги.

И если я окажусь в плену, меня ждёт такая судьба, что я позавидую мёртвым. Плен, пытки, опыты, эксперименты…

Поэтому, отправляя их на встречу с Госпожой, я не колебался ни секунды.

А ещё меня так и подмывало оставить себе часть их силы, но я сумел сдержаться. Аш успел предупредить, что перед поступлением в Академию будет проведён экзамен, на котором меня будут рассматривать, как под микроскопом.

И что-то мне подсказывало, что маги сумеют увидеть поглощённые мною стихии.

Да и потом, несмотря на соблазн стать сильнее, я не собирался превращаться в Пожирателя.

По идее, можно было сделать вид, что ничего не произошло, но я достаточно хорошо знал Ков'Альдо, чтобы понимать – дальше будет хуже.

Поэтому я в ту же ночь пришёл к Гарду и Андрю, и у нас случился непростой разговор.

– Значит, у нас три трупа? – поморщился Гард, стоило мне закончить рассказ. – Андрю, что скажешь?

Эти двое до чёртиков напоминали мне Аша и де Грасса – тот же походный шатёр, тот же стол, та же карта.

– Трупов, как я понимаю, нет, – по сравнению с Гардом Андрю выглядел подростком, но стоило заглянуть в его красные глаза альбиноса, как становилось ясно, что перед тобой находится жестокий управленец. – Ведь так, Александр?

– Да, – подтвердил я, – только прах.

– Какой шустрый, – неодобрительно покачал головой Гард. – Ков'Альдо будет в ярости.

– Увы, но мы пока не можем позволить себе открытую конфронтацию, – вздохнул альбинос, поправляя белоснежный манжет. – Ждём хода нашего архимага.

– Бред, – поморщился Гард, – у меня уже семь заданий от Сети на проверку сильнейших родов Цитадели, а мы до сих пор спускаем всё на тормозах.

– Вы не хуже меня знаете, что зачистки среди дворян чреваты гражданской войной, Гард, – устало отозвался Андрю, видимо, контрразведчик и налоговик спорили об этом уже не первый раз. – Вы хотите этого?

– Нет, конечно, – скривился Гард. – Но…

– Значит, ждём подходящего момента, – отрезал Андрю. – Мне тоже не по душе это решение, но придётся проявить терпение.

– Да я понимаю, – проворчал Гард. – С ним-то что будем делать? До поступления в Академию ещё четыре дня, и Ков'Альдо явно не успокоится.

– Особенно после того, как Шизор дал показания, – кивнул Андрю. – Спрячем среди армейских?

– И его в Бункерк? – задумался Гард. – Я думал отправить Денебери на встречу Союза…

– Точно! – Андрю звонко щёлкнул пальцами. – У нас же запрос на обязательное присутствие Александра Емец Денебери фон Лютика! Вот и решение проблемы.

– Тогда забирай его с собой, – предложил Гард, который, в отличие от налоговика, не заморачивался вежливым обращением на «вы». – А после встречи – ко мне, в Северное казначейство. Мне как раз нужно обсудить с Денебери пару моментов.

И я даже знал, каких – наверняка про вербовку Гортана и про последние часы жизни фон Лютика.

– Так и сделаем, – кивнул Андрю. – А вы тем временем надавите на своих людей в канцелярии, к концу недели Денебери должен быть внесён в книгу родов, и про Лютики не забудьте.

– Да уж разберёмся…

Что Гард, что Андрю оказались людьми дела, и к утру мы с налоговиком были в Бастионе на встрече Союза.

Вообще, как я понял, эта встреча случилась только благодаря действиям Сети.

Очнувшись от долгого бездействия, Сеть мгновенно развела активную деятельность. Задания, выбор классов, подключение к мировому рынку и аукциону, доступ к тысячам уникальных умений и навыков…

И если большинство жителей Порога с интересом изучали открывшиеся им возможности, то главы государств, осознав масштаб надвигающейся беды, тут же отбросили распри в сторону и попытались объединиться перед лицом общего врага.

Крупнейшие государства Порога – Цитадель, Крепость, Бастион и Лес – провозгласили создание Союза и немедленно организовали встречу в Бастионе – там, где и была активирована Сеть.

Но, честно говоря, все эти движения мне были не особо интересны, и даже появившийся таймер обратного отсчёта, который видели все жители Порога, не вызвал у меня каких-либо эмоций.

Ведь я и так знал, что Вторжение состоится.

И если в той же самой Цитадели местные не сильно-то и переживали, видимо, надеясь на защиту своих магов, то на Совете было много интересных людей и докладов.

Чувствовалось, что попавшие сюда люди осознают серьёзность проблемы, свалившейся на их головы.

А ещё, как оказалось, не один я стал, м-м-м, избранником Сети.

Воины, маги, лидеры поселений, отличившиеся за последние несколько лет герои…

Сеть пригласила на подписание хартии самых одарённых людей, на плечи которых в скором времени должна будет лечь тяжкая ноша подготовки к войне.

Но больше всего мне запомнились четверо персонажей, увидев которых, я почувствовал странное чувство родства – будто знал их всю жизнь.

Первым оказался «летающий рыцарь» Крепости.

Этот здоровяк, закованный в тяжёлый мобильный доспех космического штурмовика, внушал уважение уже одним своим внешним видом.

А уж когда он взмыл в воздух, я и вовсе почувствовал приступ лёгкой зависти – в Вадиме, а именно так звали этого тяжа, не ощущалось ни капли магии.

И я никак не мог понять, откуда он взялся, – то, что он не с Земли, я был уверен на все сто. Ни у нас, ни у китайцев с американцами нет таких технологий.

Второй человек, который привлёк моё внимание, оказался… антимагом.

Широкоплечая фигура в сером плаще и надвинутом на лицо капюшоне вызывала иррациональное чувство опасности, а аура его походила на серую пелену, которой сторонились все без исключения маги.

Воин слегка прихрамывал на левую ногу, и от него едва заметно пахло высшей нежитью.

Но больше всего моё внимание привлёк его артефакт.

Два клинка, кольца, браслет – я ощущал их, как один сборный артефакт, от которого веяло такой силой, что я бы сто раз подумал, прежде чем переходить дорогу этому воину в сером.

Ну, и самое главное – Джам, а именно так его звали, умел телепортироваться на короткие расстояния!

Настоящий убийца магов…

Третьим человеком, которым я заинтересовался, оказался… монах по имени Ник.

Оранжевые одежды послушника, нефритовые чётки – от него шла тихая, спокойная сила.

В глазах монаха царила безмятежность, которая, впрочем, изредка сменялась всполохами задумчивости и даже тревоги.

А ещё, судя по ауре, этот человек многое пережил и понял про эту жизнь что-то важное.

И если артефактные клинки Серого так и полыхали опасной угрозой, то чётки монаха были… просто чётками.

Меня поразило странное чувство дежавю, которое я испытал, проходя мимо этого монаха.

Чем-то оно было похоже на перекрёстки Судьбы, на которые я попадал с завидным постоянством, но если единственное, что я мог, – совершать выбор, то монах, казалось, имеет возможность самостоятельно создавать эти перекрёстки.

И не только себе.

По крайней мере, по-другому объяснить, откуда в моей памяти всплыло посещение хосписов вместо работы на «скорой помощи», я не мог.

Моя память будто бы раздвоилась, и я с какой-то стати помнил две событийные нити – и «скорую», и хосписы.

И отчего-то воспоминания о хосписах, о детях, лежащих там, отзывались мне сейчас больше, чем мои «родные» воспоминания.

Наверное, именно в тот момент я и понял, чего хочу больше всего, – не убивать и калечить, а сделать так, чтобы хотя бы дети больше не умирали.

К тому же, хоть мой класс и оказался принудительно изменён, я не терял надежды его вернуть.

Последний заинтересовавший меня человек был тем самым Имперским магом, который и восстановил работу Сети.

Алексей Алый. Вот только почему «Алый», я так и не понял. Возможно, потому что был похож на горящий факел?

Молодой, с горящими глазами, чем-то он походил на меня самого, – в ауре отчётливо читалось желание изменить мир к лучшему – вот только Алый, в отличие от меня, не утратил веру в людей.

Эдакий Данко, своим сердцем освещающий людям путь!

Зуб даю, окажись этот маг в Лютиках, он попытался бы спасти всех без исключения гражданских. Даже самых тупых и неблагодарных.

А ещё он был силён.

В его ауре плескалось столько нераскрытой силы, что мне было больно смотреть на её сияние.

Что самое интересное – его аура оказалась связана с тем самым лысым мужчиной в классическом костюме, которого я увидел во время операции по восстановлению Сети.

И именно он и оказался инициатором сбора Союза.

А учитывая, что Цит, так к нему обращались все вокруг, оказался аватаром Сети Порога, в этом не было ничего удивительного.

В общем, встреча Союза мне понравилась, я успел пообщаться с несколькими интересными людьми, встретил своих соотечественников, да и вообще, немного отвлёкся от Лютиков, но всё хорошее рано или поздно подходит к концу.

После встречи мы с Андрю отправились в Цитадель, там он передал меня Гарду, и всё оставшееся время мы с контрразведчиком обсуждали случившееся в Лютиках.

Думаю, задайся я целью записать все наши разговоры, мог бы написать какой-нибудь остросюжетный детектив!

Но и этот бесконечный допрос, замаскированный под дружескую беседу, наконец-то закончился, и вот я здесь, иду по мощёным улочкам Цитадели и, вместо того чтобы любоваться красотой города, вновь и вновь ворошу свои воспоминания.

Вздохнув, я поднял глаза на изящные ворота Академии, до которой, оказывается, уже дошёл на автопилоте, и покачал головой.

– Что-то неохота снова садиться за парту…

Впрочем, моё желание никого не интересовало. Ни Сеть, ни Гарда, ни Самди.

Хочу я того или нет, мне придётся вникнуть во все грани своего таланта и сделать всё, чтобы обратить свой дар во благо.

А ещё разобраться со своими классом, характеристиками, навыками и умениями

Плюс именно здесь, если верить подсказкам Сети, я могу найти Основу Ваджры.

Ну, и последнее – необходимо было прояснить вопрос с Самди: попробовать пойти на мировую или, если не выйдет, схлестнуться в поединке…

За воротами меня ждала Академия магии Цитадели – очередная страница моей непростой жизни.

Но, вместо того чтобы шагнуть в приглашающе распахнутые ворота, я, немного помедлив, прошёл мимо.

Где-то недалеко отсюда находится улица Цветочная, а на ней – нужный мне дом под номером пять.

Пускай Корзин был не шибко приятным типом, но, во-первых, своей смертью он заслужил особое отношение, а во-вторых, я ему пообещал.

Посмотрев на ворота Академии, я решительно зашагал вперёд.

Ведь Денебери всегда выполняют данные обещания.

Глава 2

– Здравствуйте, чем могу вам помочь? – Открывшая мне дверь женщина выглядела неважно. Заплаканные глаза, мешки под глазами, сухой кашель.

Впрочем, несмотря на болезнь, она до сих пор не утратила природной привлекательности и миловидности.

А ещё она едва заметно походила на Корзина. Говорят, такое случается, когда два человека долго живут вместе.

– Здравствуйте, – я коротко поклонился. – Я сослуживец вашего мужа.

– Покойного мужа, – в голосе женщины прозвучала плохо скрываемая злость. – Почему от меня скрывают, как он погиб?!

– Как герой, – вздохнул я. – Разрешите войти? Я ненадолго.

Некоторое время женщина сверлила меня неприязненным взглядом, но в конце концов сдалась.

– Проходите, – отступив в сторону, она зашлась в кашле и махнула рукой вглубь помещения.

Не знаю, сколько зарабатывал Корзин, но явно неплохо, поскольку трёхэтажный дом чуть ли не в центре Цитадели явно стоил недёшево.

Обстановка, к слову, была более чем скромной. Кожаный диван, журнальный столик, камин, да, пожалуй, и всё.

На стенах угадывались места, где совсем недавно висели картины, и, судя по запаху, в доме находилась небольшая алхимическая мастерская.

– Куда-то собираетесь? – Я кивнул на деревянные ящики и картонные коробки, половина из которых была уже аккуратно заполнена.

– К маме в пригород, – вздохнула женщина, подходя к дивану. – Да вы присаживайтесь. Может быть, чаю?

– Нет, спасибо, – я покачал головой, не спеша присаживаться. – Простите, не знаю, как вас зовут.

– Рианна.

– А ваша дочь…

– Ди, то есть Диана… – Рианна нахмурилась. – Что же вы за друг такой, если не знаете, как нас зовут?

– А я и не говорил, что я друг, – не смутился я. – Сослуживец. Александр Емец Денебери фон Лютик.

– И что же вас ко мне привело?

– Обещание, – я посмотрел женщине в глаза, – я пришёл, чтобы помочь.

– Лучшие целители столицы не смогли, а вы сможете? – не поверила Рианна и тут же зашлась в приступе кашля.

– Смогу, – подтвердил я. – Могу продемонстрировать свои возможности на вас.

– То есть это не шутка? – Рианна вцепилась в спинку дивана.

– Абсолютно, – заверил я женщину. – Скажите, а алхимией занимаетесь вы или кто-то другой?

– Я, – вздохнула Рианна. – Последние два года…

– Не думал, что воздушникам хватает усидчивости для работы с алхимическим столом, – я уважительно покивал. – Это из-за Ди, да?

– Да, – Рианна тяжело вздохнула и невидящим взором уставилась в камин. – Дурацкая болезнь…

– Скорее, отрава, – я долго думал, говорить жене Корзина правду или нет, но после совета Гарда решил рассказать всё, как есть. – Вас с дочерью прокляли намеренно, а мужа шантажировали. Сегодня последний день, чтобы принять противоядие, не так ли?

– Так, – от женщины шла дикая смесь страха, надежды и неверия. – Так вы принесли противоядие или…

– Или, – я кивнул на диван. – Ложитесь.

Рианна с сомнением посмотрела на меня, а точнее, на мою ауру, но всё же улеглась на диван. Я же прикрыл глаза и потянулся в её ауру.

Тот, кто дал жене и дочери Корзина отраву, отлично разбирался в зельях.

Я видел эту пакость, как чёрную кляксу, расположившуюся под печенью и протянувшую свои щупальца ко всем жизненно важным органам.

И что-то мне подсказывало, что еженедельное противоядие не только не ослабляло эту «кляксу», но ещё и подпитывало её.

Эдакая бомба замедленного действия, которая с каждой неделей становилась всё сильнее, но взрыв постоянно откладывался.

– Сейчас может быть больно, – предупредил я, вооружаясь своим призрачным кинжалом.

Пусть мой класс был насильственно сменён, и исцелять так же эффективно, как раньше, я не мог, но умение уничтожать что бы то ни было никуда не делось.

И я, щедро зачерпнув энергию Смерти, плеснул её прямо в кляксу.

Рианна тут же выгнулась дугой и страшно закричала, но единственное, что я мог, – закончить эту пытку побыстрее.

Женщина кричала от боли, энергия Смерти послушно разбегалась по всей кляксе, пока что не уничтожая её, а я ждал подходящего момента.

– И раз, – пробормотал я, дождавшись, когда моя энергия доберётся до конца всех без исключения щупалец «кляксы».

Получив команду на активацию, энергия Смерти принялась уничтожать «кляксу» со всех сторон, – таким образом я хотел убедиться, что какое-нибудь щупальце не оторвётся и не затеряется в организме.

– И… два!

Дождавшись, когда вся без исключения клякса обратится в прах, я стремительно обогнул диван, упал на колени и, приподняв жену Корзина, вонзил кинжал ей в бок.

– Ох… – Женщина дёрнулась, но призрачный кинжал уже вытянул все оставшиеся после кляксы отходы. – Вы же…

– Всё, – я устало поднялся на ноги и просканировал её ауру. – Отрава уничтожена, что до вашей раны, прошу простить. Других способов вывести оставшиеся… шлаки, я не видел.