Куда идёт твой трамвай?
- -
- 100%
- +
А что такое любовь между нами? Если я способен присоединить твоё желание к своему и сделать твоё желание важнее своего, — это показатель любви. Это можно обозвать «намерением присоединения», включения в другого, и оно уже работает на изменение в желании — исправление его с получения на отдачу.
Так разворачивать желание можно, только живя не в нём, а поверх него, то есть выше своего эгоистического желания только получать и наслаждаться.
А над желанием мы достигаем ви'дение высшей силы, создавшей всё, в чём живём. И если будем использовать материал желания лишь затем, чтобы «возноситься» над ним и формировать в себе дух, подобный высшей силе — мы будем выполнять программу, — волю Творца. Это то, о чём было сказано: «Сотворим человека по образу Нашему по подобию Нашему…». Только тут — важная поправка: это антагонистически не то «подобие», по которому человек сотворил себе образ Бога.
В этом заключается цель, и не будет покоя, пока мы её не достигнем. Остановимся в достижении — нас будут толкать по принципу: «хочешь — поможем, не хочешь — заставим».
Можно просто раскрыть в себе зародыш для духа, побуждение осветиться и познать. Начать его поливать и выставлять из тьмы своего эгоизма на свет. Вырастет! Может, не так быстро, как хотелось бы.
Если я пытаюсь изменить желание только себя обслуживать и наслаждаться, и самоутверждаться на желание насладить ближнего, то этим намерением начинаю уподобляться высшей силе. И в той мере, в какой ей уподоблюсь, она будет наполнять меня действием своего света. Будет наполнять в том самом желании, в котором я стремлюсь наполнить других.
Такая «методика» описана и в Библии, как путь ОТ «не возжелай жены ближнего своего» (на языке иносказаний жена — это свойство получения, а муж — отдачи) — ДО «возлюби ближнего своего как самого себя».
Другими словами, если я возьму всё своё желание насладиться и работаю над ним в направлении «возлюби ближнего как самого себя», стремясь хотя бы понемногу ставить своё желание насладиться на службу другим, на благо ближнего, — то такое желание называется душа. И душа — это то, что может воспринимать высший свет. Душа — это желание любить и отдавать, которое человек развивает в себе, начиная в нём ощущать духовный мир и его свет.
Сейчас у меня есть только желание получить и насладиться, заграбастать всё, что мне кажется желанным. А желание отдачи означает, что я включаюсь в желания других и начинаю наполнять их, этим обретая свою душу.
Получается, душа по образу действия находится ВНЕ моего тела, а не внутри него. Если я отождествляю себя не с этим миром, а со своим желанием отдачи — я «выхожу из себя» и ощущаю нетленную духовную реальность…
Пересадка из трамвая «Желание» в трамвай «Кладбище» не понадобится, потому что сущность человека будет не в трамвае. На кладбище поедет изношенная материя.
Но это ещё не хеппи-энд. Потому что мы не учитывали сил сопротивления, которые чаще всего оказываются сильнее всех благих порывов человеческого зародыша души. Как говорится, «и рад бы в рай, да грехи не пущают». Не случается изменения себя без своей отмены, а отменить себя обычный человечек не в состоянии.
Но! — ведь может та сила, которая меня тянет в новую реальность!
МОЯ ЗАДАЧА — ЭТОГО ПОЖЕЛАТЬ!
Ощущение драгоценного тела с его неуёмными потребностями постепенно будет меркнуть в растущем желании и более мощном ощущении. Это ощущение несопоставимо с удовлетворением обычных земных потребностей. Вызывает его устремление к постижению высшего мира и управляющей силы — Творца. В христианстве это называют благодатью.
Зародыш души наполняется духом и духовной информацией, которая как бы сама входит в пространство, освобождающееся от чувства собственной важности. Это новое желание уже не будет сжато эгоизмом в точку, а расширяется наружу.
Кроме того, в духовном мире желание сразу может стать наполнением! Единственное условие — должно быть течение наружу, отдача.
Человек как бы сам «растит» свою душу. Всё осознание, всё раскрытие, всё постижение он воспринимает как личное достижение. Он чувствует огромное наслаждение, наполнение. «Чувство глубокого удовлетворения» … А в какой-то момент он неожиданно как в яму проваливается! И ничего не видит, не чувствует, не ощущает! Все прежние житейские наслаждения уже потеряли привлекательность и смысл. Он знает, что они его не наполнят, потому что превратятся в неудовлетворённость и пустоту. А вновь пришедшие ощущения вдруг растворяются в тумане сомнений!
За что?! Почему?! Да я же…
Вот именно — опять «я». Но если я такой умный и продвинутый, смогу ли выбраться из этой ямы? Да вот как-то и не могу…
Возможность выбраться одна. Как и в нашем мире можно выбраться из ямы, ухватившись за верёвку. Эта верёвка есть, даже если сейчас ты её не видишь, она уже сброшена. А не видишь, потому что видеть нечем.
Нужно духовное зрение — верить, что верёвка есть. И если веришь, и готов ухватиться — она становится тебе видна. Она видна и ощущается, как вытягивающая сила.
Состояние «веришь и готов ухватиться» — это молитва. Но совсем не та молитва, которая наизусть и с поклонами перед иконами. Эта молитва может быть без слов. Это уже «работает», действует то, что внедрялось и было принято в душу. Своего рода «духовный ген», элемент управляющей программы, программы развития.
Проваливание предваряет подъём, это ощущение, как в воздушной яме — вниз, а потом опёрся на воздух — и вверх. И не только летишь, а взлетаешь вверх.
Осознание, что взлетел чуток повыше, приходит потом. Это осознание начинается с того, что всё твоё личное достижение — это только намерение и устремление. Этим ты только предваряешь своё развитие. Предваряешь ПОЛУЧЕНИЕ, а получаешь уже от Творца. Это получение — не твоя заслуга. У тебя в духовном плане не может быть заслуги. То, что ты получаешь — это не вознаграждение тебе. Получение — это наполнение тебя вместо тебя, — после того как ты освободился от себя силой веры. Причём веры не в получение, а с веры с полным доверием действующей системе, в которой ты — только часть. Но часть целого, а целое без части — уже не целое, как и часть без целого — уже не часть. Система эта красиво называется системой любви и света. Дух Святой — ещё выше звучит.
Если полагать, что такой системы нет, то тогда, извините, ЧЕМ и ЗАЧЕМ жить? Где тогда отдохнуть от этого дурдома, который человеками устроен в этом мире? Если и в высшем управлении так же всё построено на праве сильного, на эгоизме, на гневе и ненависти, на одних амбициях, то лучше — стереть себя на фиг и про всё забыть! Уйти в ближайшую нирвану…
Но ведь ты уже зацепился за уверенность в том, что есть и любовь, и добро, и высшая гармония. Эти проблески высшего мира проявляются даже здесь, в нашем самом тёмном и дебильном мире. Он тёмный и дебильный для того, чтобы почувствовать разницу и вырваться — своим устремлением, ухватившись за верёвку, которая размеренно и методично выбирается вверх мощной силой.
Но и от этого ещё далеко до хеппи-энда. Такие «качели» и «американские горки» будут много раз. Наверное, до тех пор, пока верёвку связи с Творцом уже не будешь выпускать из своей руки. И верёвка станет лестницей, а кому-то — может и лифтом. Трамвай остаётся где-то внизу…
Говорится: «Нет более мудрого, чем опытный». То есть сначала нужно пережить всевозможные ощущения, впечатления в своём желании, а потом из этого приобретёшь мудрость. Мудрость, а не ум, который дёргают и «колбасят» всякие эмоции и состояния.
В уме мы можем работать с тем, что не пережили в своём желании. Но тогда это уже называется философией, под которой нет никакой реальной основы. Ведь всё построено на материале желания, а всякие интеллектуальные конструкции построены либо на желании самоутвердиться, либо на иллюзии возможности познать через то, чего не ощутил. Иллюзии мы, конечно, очень любим, но что с них взять?
Вот когда ты пережил, почувствовал, ощутил… Когда тебя раз-другой уже вытянуло силой из провала и успокоило, и накормило, и согрело… От тебя требуется только позволить действовать силе, выразить своё согласие, просьбу, молитву, уговорить её выполнять свою работу в тебе. Тем более, что себя уговаривать уже не надо — ты понимаешь, что эта сила и есть управляющая программа, тот самый свет. Она — для тебя, как и ты — для неё.
Почему же так необходимо, чтобы желание обращалось к свету и просило, чтобы свет произвёл над ним какое-то действие? Потому что при «сеансе» обращения желание понимает, что собирается сделать свет, соглашается с этим. Оно приобретает разум, делает себя подобным свету. Желание не может само выполнить действие — действие происходит в духовной сфере и относится к работе Духа. От этого желание всё больше растёт.
Каждая такая просьба начинается с самоотмены: я хочу, чтобы во мне произвели изменение, но я точно не знаю какое — ведь это уже новое состояние, я не могу его распознать, увидеть заранее. Невозможно говорить о чём-то, чего ещё не достиг — поэтому и требуется самоотмена, как на физическом уровне организм функционирует и изменяется за счёт отмены отживших тканей и клеток.
Я не знаю, что свет (Дух) сделает и во что превратит меня. Главное — передать себя ему для того, чтобы он выполнил своё действие. Я должен быть готов на такое и желать этого больше всего на свете, захотеть отрезать себя от всего прошлого, чтобы не перетягивать в «нового себя» ни одного старого свойства. И даже, чтобы не существовало никакого перехода между прошлым, настоящим и будущим!
И это должно исходить уже не из желания сбежать из прежнего состояния, ставшего невыносимым. Я прошу изменения не потому, что мне плохо, не прошу меня спасти от проблем — это было бы эгоистичной просьбой, а не продвижением на духовную ступень. Я прошу одного: помочь мне стать для кого-то отдающим и значит подобным по свойству свету.
Только тогда это означает, что я готов к воздействию на меня света. Так я готовлю себя к истинной молитве. К молитве не словами, а ощущением готовности. Я ищу его, ведь я не знаю, каким должно быть это ощущение. Нужно быть чутким к тому, что тебе дают, чтобы продвигаться к «прорыву» в состояние правильной молитвы, приводящей к ответу на неё свыше.
Так я прихожу к отмене самого себя. Прихожу не потому, что хочу сбежать от проблем и у меня не остаётся другого выбора. Наоборот, у меня всё прекрасно, — но нет наполнения светом, и от этого муторно!
Я знаю, что всё, что сделает со мной Творец, будет правильно. Мне бы нужно передать себя в руки света и включиться в свойство отдачи, чтобы оно властвовало надо мной и позволило мне не думать о себе, стать по подобию Его отдающим.
Это называется правильной молитвой — просьбой о воздействии света, под которым начинается духовное развитие из зародыша к духовной сущности, чувствующей связь с Богом. Связь будет ближе в той мере, в какой отменил себя и в какой получил свойство отдачи.
Так и дошли до первого воздействия. Всего лишь? Нет, УЖЕ. Вместе с отдачей даётся любовь, которая определяет всё движение, которой рельсы (вспомним с чего начали — с трамвая) — не нужны.
Божественная трагикомедия
Акт 1. Глубокая задумчивость
Живут себе люди. Одни хорошо живут, другие как-то не то, чтобы хорошо, но и не то, чтобы плохо. Есть такие, кто совсем плохо живёт, и даже так, что «уж лучше не жить, чем так жить». Первых и последних мало, большинство же тех, кому местами хорошо, а временами плохо. В большинство входим и мы с вами, уважаемые читатели, ибо у тех, кому совсем хорошо, не возникает потребности вообще что-то читать, не говоря про около-философические опусы. А тем, кому совсем плохо, уже не до чтения.
Возьмём банально-обычный вариант. Жизнь вроде бы состоялась. Есть жильё, налажен быт, имеется доход, обеспечивающий сытость. Бывает удовлетворение от работы, от интима, от хобби, от прикосновений к эстетическим или культурным прелестям или к «духовным корням», от утоления жажды знаний. Кто самоутверждается и самоуспокаивается через религиозные «заморочки», кто через отдушины общения, общественной деятельности или неуёмной заботы об отпрысках.
Кто вкладывает себя: в дачу, в заботу о здоровье, в экзотический отдых. Кто в детей, которые потом будут должны (список прилагается). Заботы, проблемы — стандартный набор, немного различаются только способы их решения.
В этом моём мирке вроде бы можно жить, и даже хочется жить. Так же хочется, чтобы всё было хорошо, без особых тревог и волнений. Без них, конечно, не обходится, но «время лечит».
Если взглянуть чуть подальше, на весь наш мир, — как страшно жить! Войны, террористы, радикальные исламисты и отрезание голов, крах экономики и реванш нацистов на Украине, и всем этим дирижируют вашингтонские хищники…
Но меня-то как бы это не касается! Ужасаюсь перед телеящиком, как бы переживаю, а сам думаю: ну и пусть их, и чур меня! И надеюсь на президента и К°, или на «Боже, помилуй и сохрани».
Допустим, обойдут нас большие страдания и скорби. Сохраним себе относительный комфорт. Ещё съедим энное количество продуктов, запивая пивком, поудовлетворяемся умственно и генитально, поупражняемся в обсерании всего вокруг в переносном и прямом смыслах. Поржём над «Камеди клаб», посмотрим телесериальные страсти и телешоу со ставшими ох… как родными лицами, доводящие до ох… улётного состояния. Да, для инфантов, как благостных, так и нервных, ещё есть шопинг да жопинг клубных развлечений.
Ну а что дальше?! Жил-то зачем?!
Ну, кто-то жил не тужил, кто-то дом построил, кто-то дерево посадил, кто-то детей вырастил. Разве это плохо, разве зря жил?
Бобры тоже плотины строят, муравьи — муравейники, черви производят гумус, на котором ва-а-ще всё растёт. Деревья сами как-то вырастали ещё до того, как «гомик» умудрился их пересаживать и получил титул «сапиенс». А дети — так вся живность детей плодит. Тоже ведь не зря живут!
Но некоторые люди оставляют научные открытия, рукотворные чудеса техники. Некоторые — картины и скульптуры. Некоторые — удивительные стихи или чарующую музыку.
Но это — некоторые. О них и их делах остаётся память. А ты-то что, в их что ли числе?
Память остаётся и о политиках, полководцах. И также о маньяках-убийцах. Память — это информация, интересная субстанция с интересными и не до конца известными свойствами. Она, хоть и привязана к чему-то материальному, — но сама по себе. Может и отвязаться, а может быть привязана насильно. И может чьими-то стараниями отобразить то, чего не было и нет.
Ну и всё-таки? Жил-то зачем?!
Зачем, зачем… А затем! — может быть ответ, достойный гомы сапиенса.
Большие умники ещё могут предъявить неуёмные труды по продвижению процесса цивилизации, — обозначенному как прогресс. Причастность к делу добра, к заботе о всех людях, к борьбе за их свободу и «достойную жизнь». Радение до измождения за счастье тех, которые не по своей воле рождаются и умирают, но живут каждый для себя, не желая быть «с частью». Не знают, зачем живут, но смерти боятся. Смерти ужасаются настолько, что одни убегают в мифы и иллюзии, другие научно лезут в постижение свойств материи, чтобы «продлиться», а большинство ищет, как бы уколоться и забыться. Потому что не знают, зачем живут.
Здесь можно изобразить глубокую задумчивость.
Акт 2. Глубокая тоска
Сколь ни своди брови в кучу, изображая глубокую задумчивость, умнее от этого не станешь. И даже если от чего-то либо от кого-то станешь умнее, тебе это по большому счёту ничего не даст. По большому счёту — это для полного счастья.
Сам ум — это только инструмент, процессор с определёнными свойствами и программами. Задача операционной системы человека — выживание, а управляется с ресурсами она при помощи стереотипов мышления, — это у нас называется «здравый смысл».
Всё было-бы по-другому, если бы люди были «каждый сам по себе». Но когда сам по себе — это уже не человек. Потому что человек формируется социумом в первые дни и годы жизни. Если новорождённый формируется животными, он остаётся животным, и никакие методики потом не могут придать ему человеческие свойства. Киплинг в своей сказке о Маугли чересчур исказил действительность. А мы очень любим сказки.
Но по-любому получается, что разумом обладает не человек, а весь «муравейник» — как какой-то определённый социум, так и глобальный социум. Сравнение с муравейником весьма допустимо, ибо принцип тот же, разве что уровень ниже. Хотя, у кого и какой уровень ниже — ещё вопрос.
Социум вкладывает в людей управляющие установки в зависимости от своих потребностей. А мы потом бросаемся их выполнять с полной уверенностью в том, что по собственному неподкупному разумению выполняем великую миссию. Эти установки могут даже противоречить задаче выживания индивида и обламывают здравый смысл. Даже могут на время подавлять индивидуальный эгоизм в угоду коллективному, на что указывает так называемый «эффект толпы», совершенно подобный эффекту стада. О том, что коллективный эгоизм может приводить к коллективному безумию, наглядно свидетельствует история.
Чтобы стадо не впадало в крайности, не заснуло от благости или не взбесилось от безысходности, ему подбрасываются любимые «угощения» — иллюзии. Стойкие иллюзии крепче и непроницаемее самого высокого и крепкого забора.
Получаются сложные по составу энергоинформационные образования, прозванные коллективным разумом, пронизывающие одновременно все «облачка» индивидуальных мозгов. Они питаются эгоизмом, наполняются штампами, регулируются установками социума. Они в свою очередь пронизываются потоками более глобальных образований, а над нашей планетой вроде бы как «висит» туманный слой, названный ноосферой.
Но вернёмся в самый низ, к человеку с его умом. Чтобы этот процессор стал выдавать иной результат, нужно изменить его свойства и программы — иначе никак. Социум это делает легко. Сам человек — не может, не способен. Границы закрыты, везде туман, идти можно по уже протоптанным тропам, которые ведут туда, куда надо социуму. Разве что найти и ухватится за верёвку, которая вытянет его из липкой и вязкой субстанции под названием «наш мир». Но и это очень непросто. Надо увидеть верёвку, надо вовремя решиться, надо крепко ухватиться, да потом не отпускать. Да и все известные методики говорят, что одному это не по силам, можно только сообща, «за компанию».
Ум и его здравый смысл помогает обеспечить некий комфорт в этой жизни, но они же препятствуют подъёму на другой уровень. Потому что обеспечивают и обслуживают главное свойство человека и человекосоциума — эгоизм. Вся история, весь прогресс — это история развития эгоизма. Это так запрограммировано, без этого невозможно развитие.
Но только вот эгоизм, вырастая, не может сам себя ограничить. И доводит себя до абсурда, и изголяется. А человечество заводит в тупик. Становится видно, что в нём, неограниченном и неуёмном — причина всех несчастий, всех проблем. Он не даёт объединиться с теми, с кем ты хочешь жить и с кем ты вынужден жить. Он не даёт стать частью — и перейти к с-частью. Потому что, чтобы стать частью, надо отказаться от себя в пользу целого.
Понятно, что эгоизм — это не форма, а приданое свойство, и он подобен программе. Он растёт за счёт роста энергоинформационных образований, и всю эту «конструкцию» придавливает только то, что названо ноосферой.
Теперь, образно выражаясь, весь объём под «крышкой» заполнен, и происходит только увеличение плотности. И всё труднее наполниться каждому индивидуальному эгоистическому сосуду, наполниться тем, к чему чувствует стремление. Из-за высокой концентрации эгоизма и порождаемого зла нет доступа к «горлышку». И растёт тоска по добру, по красоте, по наслаждению от осмысленности, нужности существования, которая заложена в человеке в противовес эгоизму. Но заложена намного глубже, и часто и не видно её, и не слышно, только временами тоскливо стонет.
Маленькие дети, узнавая и постигая мир, спрашивают: «Зачем, для чего я живу»? Но потом начинается гормональное развитие, которое гасит все мысли, рождающие такие вопросы.
Отсутствие смысла жизни снова и снова будирует вопрос о наличии смысла. А ответов нет. И потом возникает уверенность в том, что смысла жизни действительно нет.
И некоторые продолжают жить без смысла. Ну нет его, и как же, и чего же? Надо просто жить. Но рано или поздно люди от кого-то слышат, что смысл есть. Им предлагают проникнуться, или незаметно подбрасывают выглядящее очень аппетитным «готовое блюдо» со смыслом. Бывает, что не подбрасывают или предлагают, а навязывают. Нередко даже с дубъём бегают, вколачивая свой смысл в другие головы.
Вбитый смысл растворяется сразу, как только пропадает дубина. Чужой смысл может прижиться, а потом уйти. Его, прижившегося, может вытолкнуть другой смысл, более сильный или наглый.
А если человек доживает до того возраста, когда лучше думается о душе на фоне маячащей перспективы небытия, он может ухватиться за самый многообещающий смысл, трястись над ним и его лелеять. И чем больше будет чувствовать, что этот смысл как-то «не того» — тем больше будет трястись и лелеять. Выронишь палочку, а ноги не идут, и на что опереться? А смысла своего так и нет…
Вся проблема, как я её вижу, в том, что мы не различаем смысла за его подменами. Эти подмены придумывает созданная в этом мире система — социум. Зачем придумывает? Да затем, чтобы легко было управлять, чтобы каждый «винтик» крутился только в нужную сторону.
Подмена понятий — любимое занятие любого по размерам социума и коллектива. В умах эти подмены так переплетены, что не распознаются, а как только распознаются — замещаются другими, наиболее приятными и близкими на данный момент.
Можно теперь поднять глаза к небу и возопить: «Как всё запутано, как всё ужасно! Нет нигде смысла и, значит, ни в чём нет смысла!»
Действительно, искать смысл в нашем мире — гиблая затея. Потому что здесь, в этом мире есть только материя и форма материи, а смысла нет по определению.
Смысл «находится» там, где находится всё. В Высшем Сознании, в управляющей программе и системе управления — силах, её реализующих. Существует программа управления. Этой программой не предусмотрено, чтобы человек оставался только на животном эгоистическом уровне. Система управления будет выталкивать его наверх, на следующую ступень развития. Всё сильнее и неприятнее для «тушки».
Мы тоскуем по этой ступени, но тоску относим к воздействиям того, что слышим, видим и ощущаем вокруг. Чего не видим, того не знаем и знать не хотим.
Мир входит в тупик, но люди ещё цепляются за иллюзии. В принципе, всё иллюзия, но человек умудряется лепить иллюзии внутри иллюзий. Потому что мало поднимать глаза к небу, нужно приложить усилия к тому, чтобы подняться выше себя. А это можно только из безнадёжного состояния.
«Американские стрелки», террористы, нацисты, радикалы и маргиналы — они ведь тоже ищут смысл, наполнение. И находят там, куда их толкает злая воля, которая везде: в Интернете, в кино, в телевизоре, в подворотне. Находят подмены смысла в обращении неверных, в сносе памятников, в желании стать известным и почитаемым через убийства.
Наша цивилизация, подобно раковой клетке, доходит до абсурда — уничтожения того, на чём и чем живёт. Из этого безнадёжного состояния мы можем подняться выше себя. Если не поднимемся через приданный нам разум — будем вылетать через серный дым со скрежетом зубов.
Здесь можно нервно посмеяться, потому как после глубокой тоски чувство страха наступает только с гибельным восторгом.
Акт 3. Туда, где нас нет
И вот мы вроде уговорили друга в том, что всё плохо. А куда б податься, чтоб было хорошо? Понятно куда — туда, где нас сейчас нет!
Нас нет уже в Египте и Турции, да и в других странах поубавилось. И в Америке, и в Европах уже не хорошо. Между Тигром и Евфратом, где когда-то обитал рай, — так и беспокойнее, чем у нас на Колыме.
Нет уже райских мест на Земле! А если ещё и есть, то как только мы там появимся, место перестаёт быть райским. Где мы есть — там уже плохо.