Сказка На Ночь II: Имаго

Глава 2.5

Морок тёмным облаком плавал в пустоте подпространства, выбирая мир. Уроборос под ним висел неподвижно. «Как состав стоит на перроне, и будет стоять пока машинисту не известно, куда ехать. Но разве можно съехать с рельс? А я? Это выбор или всё предопределено? Но я же сам решил посетить Арену, ни Кайер, ни Авийя меня к этому не подстрекали. И оборотня найти решил сам… Который из них родной мир Люка? Ни названия не знаю, ни как выглядит. Попаду к демону на рога. А, к чертям собачьим всё!» И Максим вынырнул.

Он стоял посреди ночной чащи. «На первый взгляд похоже.» Снова став лёгким призраком, Макс взобрался на верхушку ближайшего дерева. Бесконечные ряды деревьев, насколько хватало глаз, от горизонта до горизонта, освещались жёлтым светом огромной луны, ещё одна, небольшая и красная, как уголёк, показывалась из-за края планеты. Лес шумел, как живой океан, перешёптывался листьями, вздыхал со скрипом стволами деревьев, насвистывал себе колыбельную птичьими трелями. Морок вместе с ночью полетел над ним, касаясь верхушек, в поисках живых существ. Вскоре ощущения от мира изменились. В рядах деревьев стали появляться проплешины, как язвы на коже, от них пахло кровью и смертью. Последний раз Максим чувствовал такой запах на Поцелуе Смерти. «Опять вампиры! Что за надоедливые твари! Наверняка они произошли от комаров – и от тех, и от других никакого покоя нет!» Стоило Мороку задуматься, как что-то, с силой пушечного ядра, ударило ему в бок и потащило к земле. Макс по инерции принял вещественный вид, покрывшись антрацитовой чешуёй. Оказалось, что до его горла пытается добраться крупный серый волк. Отталкивая от себя руками его морду, мужчина летел вниз, ломая спиной ветки. До столкновения с землёй оставались считанные мгновения. Морок расслабился, обращаясь в дым, волк пролетел сквозь него, впечатавшись в землю головой, правда успев погасить большую часть инерции мускулистыми лапами. Максим приземлился рядом, снова приняв человеческий вид. Зверь молниеносно обернулся, зарычал и бросился на Макса. Тот увернулся, волк попал на широкий ствол дерева и вонзил в него когти. Передние лапы, теперь больше напоминавшие руки, цепко держались за кору. «И тут волколаки,» – Морок досадливо поморщился.

Оттолкнувшись от дерева, зверь снова кинулся на противника. Максим встретил его мощным ударом кулака в грудь. Судя по хрусту костей – попал что надо. Волколак отлетел, но тут же снова вскочил, как ни в чём не бывало. Макс создал меч. Зверь не торопился нападать, обходил по кругу на четырёх лапах, изредка поднимаясь на задние. В этом случае он становился ростом с Морока. Этот волколак был гораздо крупнее виденных им ранее. Наконец зверь снова бросился в атаку, мужчина рубанул, уходя в сторону. Меч почти отделил волколаку правую лапу от туловища, но та тут же приросла на место. Максим засомневался.

– Ты оборотень или волколак? – крикнул он зверю, представляя, как глупо выглядит со стороны. Но волколак остановился.

– Оборрротень, – проревел зверь.

Макс развоплотил клинок и выставил перед собой руки с открытыми ладонями.

– Я не враг! Я ищу Люка!

Оборотень зарычал, но нападать не стал.

– Люка! Знаешь такого?

Зверь мотнул головой и оскалился.

Морок открыл лицо.

– Тысяча демонов, с кем я разговариваю, с животным! Успокойся, а? Давай поговорим по-человечески!

Оборотень ещё раз зарычал, но уже глуше, будто бы ворча, встал на задние лапы и вдруг как-то скукожился, превращаясь в паренька лет тринадцати–пятнадцати. Худенькая фигура стояла прямо, выпрямившись, как струна, и не смущаясь наготы.

– Не знаю я такого, – угрюмо сказал он, глядя исподлобья на Максима.

– Люк, белый оборотень, – ещё раз тупо повторил тот, не зная, что ещё сказать. Пропутешествовав вместе с оборотнем, он так практически ничего о нём и не узнал.

– Ты не вампир? – подозрительно спросил парень и потянул носом воздух.

– Нет, – ответил Макс, улыбнувшись.

– Тогда пойдём, у брата спросим, он старше, может, знает…

Мужчина кивнул, соглашаясь, и паренёк обернулся в волка. Стрельнув жёлтым глазом, он скрылся за деревьями. Морок принял форму облака чёрного тумана и заскользил по ветвям следом. Оборотень иногда останавливался, чтобы пришелец не потерял его из виду. Наконец, они оказались около одной из проплешин.

Макс встал на её краю. Впереди были останки деревни: старые брёвна домов, раскиданные там и тут, уже успели покрыться мхом, кое-где наросла трава, и её зелёные пучки казались плесенью по сравнению с остальным мертвенно серым пространством. Справа, у самого края стояли два новых дома. В один из них забежал парень. Вскоре он показался, уже одетый в синие штаны и красно-белую клетчатую рубаху. Вслед за ним из дома вышел мужчина, в белой майке и джинсах. Невысокий, до подбородка Максиму, но кряжистый, размахом плеч не уступающий великану Кайеру. Светлые волосы подстрижены коротко, только чёлка всё равно то и дело на глаза падала, в одном ухе кольцо. Он остановился напротив Морока, внимательно его разглядывая.

– С чем пожаловал? – старший брат паренька был так же неприветлив.

– Ищу Люка.

– Нет у нас таких. – Оборотень смотрел прямо в глаза, не мигая.

– Люк. Белый оборотень. – Максим, как заезженная пластинка, повторял одно и тоже. – Рос без матери, отец кто-то важный, вроде из вожаков.

– Белый? – мужчина нахмурился. – Люк? Может, не белый, а альбинос? Глаза в форме волка красные?

Морок кивнул.

– Может Лука? – Макс пожал плечами. – Лука дар Тоовин? Ни о чём не говорит?

– Нет, – Максим изобразил виноватую улыбку.

– Тогда ничем помочь не могу. – Оборотень развернулся, чтобы уйти.

– Подожди, скажи хоть где этого Луку найти, вдруг это всё же он?

Мужчина задумался. С подозрением оглядел чужака, словно не доверял. Сильно втянул воздух, закрыл глаза и долго молчал. Наконец ответил:

– Мир Терродвар, город Гамаджо.

– Спасибо огромное! Ещё вопрос: где тут у вас портал?

Оборотень насмешливо посмотрел на Максима.

– У нас его нет.

– А как же мне тогда покинуть ваш мир?

– Так же, как пришёл.

– Пришёл-то я из портала…

– Мои соболезнования.

Старший брат пошёл к дому. Морок растерянно смотрел ему вслед. «Вот, попал… Надо думать… А что думать? Думай не думай, других способов я не знаю… А оборотни наверняка знают, но говорить не хотят. Ладно, воля их, буду жить здесь.»

Паренёк подошёл к старшему брату.

– Варгас, кто это такой? – шёпотом спросил он.

– Не знаю. Не вампир, не оборотень, не человек, не маг, не альв. Запах у него… странный… так пахнет безлунная ночь… – старший фыркнул.

– Что он здесь ищет? – парень прижался к брату.

– Похоже, ищет Отступника. – Очень тихо ответил тот.

Меньшой охнул, закрыв ладошкой рот.

Тем временем Макс обернулся к лесу, ударами Чёрного Марева сломал несколько деревьев, плетями разделил их на части и начал неаккуратно складывать их них сруб. Тут к нему подскочили оба брата.

– Что ты творришь, чужак? – зарычал старший, начиная трансформацию.

– Дом себе делаю, как у вас, – как ни в чём не бывало, ответил Максим. – Выбраться я из вашего мира не могу, значит, буду тут жить. Вас это не устраивает?

– Не устррраивает! Ты не можешь жить здесь!!

– Почему это не могу, сейчас вот построю дом, разобью огород, может, жену заведу, из ваших. – Максим встал, широко расставив ноги, уперев кулаки в бока. – Обожаю диких девчонок, и буду себе жить-поживать!

Оборотни разом кинулись на него, Морок разметал их Маревом и быстро укрыл голову бронёй, только глазницы алым сверкнули. Звери рычали и ходили кругами, чужак стоял не шевелясь. Но стоило им прыгнуть на пришельца, как волна тёмного колеблющегося воздуха снова ударила, отбросив одного на землю, другого на ствол дерева, ломая кости и разрывая внутренности. Оборотни тяжело поднялись, уже не делая попытки напасть. Даже рычать сил не было, меньший только поскуливал тихо. Морок тоже стоял, тяжело опираясь на меч. Плети Марева казались отлитыми из металла, ворочать ими было всё равно что якорными цепями.

– Алаторрр! Иди в дом, скажи матеррри, что я отлучусь ненадолго! – вдруг прорычал тот, что покрупнее. Меньший зверь поскулил, но под взглядом старшего брата заковылял к дому, прихрамывая на все лапы.

– Будь ты пррроклят, чужак! – зарычал Варгас. Похоже, он практически восстановился. – Я отвезу тебя в Террродваррр!!

– Отвезёшь? В чём подвох? – Максим не убирал броню.

– Садись на меня!

Морок осторожно приблизился к зверю и медленно забрался на серую спину. Оборотень был крупный, ноги Макса не доставали до земли. Зверь скосил взгляд, удостоверяясь, что ненавистный пассажир на месте, а затем задрал голову к луне и завыл. Морок невольно проследил взглядом. Спустя какое-то время ему стало казаться, что вой несёт его вверх вместе с оборотнем, и луна приближается, заполняя собой всё небо. Затем наваждение кончилось, луна стала прежней, и они по-прежнему стояли на земле. Вот только земля уже была другая, гладкая, асфальтовая. И окружал их теперь совсем другой лес: многоглазые каменные стволы городских домов, жёлтыми зрачками электрических ламп взирающие на гостей.

– Мы на месте! Пррроваливай! – рыкнул оборотень, встряхиваясь всем телом.

– Спасибо, – пробормотал Максим, неловко слез со спины зверя и пошёл прочь из переулка, провожаемый сверлящим взглядом Варгаса. Стоило Мороку завернуть за угол, как раздался долгий вой. Оборотень вернулся в свой мир.

«Наверное, именно так путешествовал Иван-Царевич на Сером Волке…» – промелькнула мысль у Макса, в то время как его броня изменялась, принимая вид обычной одежды. Обычной для какого-нибудь персонажа фантастического фильма: длинный чёрный современный плащ, тяжёлые ботинки с высокой шнуровкой, тёмные джинсы, водолазка им в цвет. Мужчина вышел из путаницы дворов на освещённую фонарями улицу. За широким тротуаром неслись по многополосной дороге автомобили, посверкивая фарами, справа и слева мигали кислотными красками магазины и бары. Людей было мало, две парочки прогуливались, трое пацанов сидели на скамейке, усевшись на её спинку, а ноги поставив на сиденье, и тянули пивко из бутылок тёмного стекла. Максим с испугом подумал, что вернулся в Реальность. «Чушь! Не может быть! Хотя озлобленный оборотень мог такую шутку сотворить… Буду надеяться на лучшее, где-то в этом мире должен быть этот самый Лука. И как его искать?! Через местный Интернет?!» Морок засунул руки в карманы и зашагал по тротуару, куда глаза глядят.

В это же время из одного бара, чью вывеску, гласившую «Полнолуние», украшало стилизованное изображение белой волчьей морды, с красными горящими глазами, и тёмным еловым лесом в качестве фона, вышли двое. Один высокий, другой пониже, но с одинаковыми мощными фигурами качков. Один одет в чёрную косуху, синие джинсы и ботинки военного типа, другой – в серый деловой костюм, белую рубашку, галстук, дорогие ботинки. У одного чёрные длинные волосы и бледная, с лёгкой нездоровой зеленцой кожа, у другого – коротко стриженные белые, будто седые, волосы и смуглая кожа. Они быстро шли по улице, о чём-то споря яростным шёпотом. Идущий им навстречу высокий мужчина в чёрном плаще вдруг остановился. Его губы растянулись в глупую улыбку до ушей. Когда те двое оказались рядом с Максом, он окликнул их:

– Не подскажете, где находится нофелет?

Зеленокожий с раздражённым видом посмотрел на посмевшего прервать его и застыл с отвалившейся нижней челюстью. Максу даже показалось, что он слышал, как она стукнулась об асфальт. Тот, что в деловом костюме, зарычал, не обращая внимания на испуганно отшатнувшихся прохожих, и прыгнул на мужчину. Морок от неожиданности упал на спину, придавленный громадной тушей матёрого белого волка. Мощные лапы с чёрными когтями упёрлись Максиму в грудь, пасть с сахарно-белыми клыками, выпирающими из-под губ, приблизилась к лицу. Морок двумя руками схватил Зверя за шею, не давая вцепиться в горло.

– Фу! Нельзя! Плохая собака! – заорал Макс. Оборотень зарычал ещё громче и тут его за шкирку схватил зеленокожий, и отволок в сторону. Когда Морок поднялся на ноги перед ним стоял сорокалетний мужчина в обрывках дорогого костюма. Он хмурился и рассматривал растянутый и измятый браслет дорогих часов. Его спутник же просто протянул руку в перчатке с обрезанными пальцами.

– Приветствую, Мрак. Давненько не виделись.

Максим крепко пожал протянутую руку.

– Приветствую, Кренг. Да, наверное, давно.

Люк руки не протянул.

– Всё, всё, успокойся, – усмехнулся зеленокожий вампир. – Ты его извини, это от одиночества, да и старый стал.

– Сколько же времени прошло с нашей последней встречи?

– Да уж, поди, лет шестьдесят.

Морок обалдел. Внимательно оглядел одевшегося как панка Кренга, потом покрытого с ног до головы шрамами Люка, и схватился руками за голову.

– С ума сойти… А для меня и года не прошло. Я же из Игры вылетел. Думаю, мужики, вам есть что мне рассказать…

Вампир ухмыльнулся, показав клыки.

– Ты в своём репертуаре: ничего не знаешь, и всё самое интересное пропустил. Я тебе просто завидую: никаких проблем, и каждый день новости!

– Лучше и не говори, – простонал Максим.

– Идёмте, что ль, ко мне в клуб? Там и поговорим, – проворчал оборотень.

– Ведите! – согласился Макс.

Троица, провожаемая взглядами случайных свидетелей невероятной сцены, зашла в «Полнолуние». Люк распорядился принести ему новый костюм и поднялся на второй этаж, где над танцполом располагался его кабинет. Кренг и Морок поднялись следом. Прикрыв за собой толстую металлическую, только для декора оправленную в дерево, дверь, отсекая музыку, Максим осмотрелся. В небольшом помещении был минимум мебели: тяжёлый письменный стол, крутящееся мягкое кресло рядом с ним, кожаный диван, на который уже завалился Кренг, стеллаж с книгами у одной стены и пять штук мониторов на другой. На них поступала информация с внутренних камер. В третьей стене сделали окно, наверно тонированное с другой стороны, чтобы можно было напрямую наблюдать за посетителями. Пол покрывал малиновый ковёр, стены серебристого цвета с нарисованными чёрными розами.

– Стильно тут у тебя! – похвалил Макс.

Люк пожал плечами, раздражённо срывая с себя тряпки. Но вот золотому браслету часов было уделено особое внимание. Выправив пальцами звенья, он бросил часы на стол. Хмуро посмотрел на вампира.

– Что лыбишься, кровосос?

– Я тебе говорил, покупай карманные, на цепочке. Ты уже третий раз забываешь их снять!

Люк только отмахнулся в ответ. Уселся голым на кресло, заворотив на стол ноги.

Морок подошёл к дивану, Кренг подвинулся, и он сел.

– Ты что, под газонокосилку попал? – спросил мужчина, имея в виду белые росчерки шрамов, разукрашивающие смуглую кожу оборотня.

– Не, это он котёнка купал! – заржал вампир.

Люк опять проигнорировал, достал из стола толстую сигару, откусил клыками кончик, закурил. Тут в кабинет зашла девушка, из персонала клуба, принесла новый костюм, ещё в целлофановом пакете. Оборотень удовлетворённо рыкнул, вскочил с кресла. Девушка подала одежду и удалилась, ничуть не смущённая экстравагантным поведением начальства. Знать, привыкла. Люк переоделся, нацепил часы, превратившись в мелкого бизнесмена или респектабельного бандита.

– Вы что, маскируетесь? Имидж-то сменили?

– Нет, просто так захотелось. Интересно же ломать стереотипы… – ответил оборотень, повязывая галстук.

– Ладно, не томите, рассказывайте! – не выдержал Макс.

– Эх, с чего начать-то, – потянулся Кренг. На него тут же накинулся Люк:

– Я тебе сколько рраз говоррил – снимай косуху! Ещё поррви мне диван!

– Ты не представляешь, каким мелочным стал этот старый пердун, – пожаловался вампир, но куртку снял, оставив, правда, шипастый напульсник. – Короче слушай. Ты, наверное, не в курсе, но эта самка комара, Белла, украла у нас Сердце Уробороса…

– В курсе, – мрачно перебил его Максим. – Ещё как в курсе.

– Да? А ты случаем не из-за этого тогда пропал? Тебя как Параллельного выдавило из Игры?

– Нет, меня «выдавило» не так. Меня в Чёрную Дыру засосало. – Морок увидел заинтересованный вид вампира и оборотня и тут же сказал. – Я потом расскажу! Сначала вы!

– Без проблем. – Согласился Кренг. Люк уселся на столешницу и дымил сигарой, не вмешиваясь.

– После в Игре наступила тишина. Белла куда-то пропал, ты куда-то пропал… Красота, да и только! Веро, правда, была какая-то нервная, дёрганая, но это поначалу, потом тоже успокоилась. Шли годы, в Игре появились маги. Ну, появились и появились. Сил маловато, Вселенную уничтожить не пытаются, кровь не лучше и не хуже, чем у других людей – не достойны внимания. Потом вдруг все стали замечать, что труднее путешествовать между мирами, как будто пространство густело, и приходилось через него продираться. Решили, кроме экстренных случаев, пользоваться порталами. А потом и они забарахлили, через раз срабатывали. И вот где-то лет сорок назад пропала Вероника. Кто-то шепнул Клану Немесиса, что в этом виноваты оборотни. А эти отморозки только того и ждали, чтобы устроить маленькую победоносную войну. Поначалу у них не очень получалось, но потом другие Дома, кроме Дома Виты, присоединились, и дело пошло на лад. Я в это время нашёл Веро.

– И как она? Я хотел к ней наведаться на Поцелуй Смерти, – спросил Максим.

– Она мертва. Погибла. – Без эмоций ответил вампир.

– Прости…

– Забей. Я не сказал о самом весёлом. Оборотни тоже считали, что это мы на них первыми напали.

– Кто-то охотился на наш молодняк и высасывал досуха. Какие могли быть варианты? – вклинился Люк.

– Банальная подстава, но тогда никто об этом не задумался. Все с радостью кинулись раздувать костёр войны, вспыхнувший из этой искры. Война вампиров и оборотней, пронёсшаяся по всем обитаемым мирам! Да о нас слагали легенды! И вампиры, кстати, побеждали!

Морок глянул на оборотня, но тот не воспротивился такой версии, видать, действительно так всё и было.

– И тут мы зарвались! Решили атаковать родной мир оборотней, Дорон’Босн…

– В прошлый раз ты говорил какое-то длинное название, – перебил его Максим.

– Да никто его так длинно не называет, просто Отец-Зверей, или Дорон’Босн на их языке. Вот. На чём я остановился?.. Чё ты меня перебиваешь?!

– Вы атаковали домашний мир оборотней, – спокойно напомнил Макс. Люк усмехнулся.

– Славная была схватка! – выдохнул он клуб дыма.

– Угу, славная. – Кренг нахмурился. – У меня до сих пор подозрение, что эти зверюги специально нам проигрывали, чтобы заманить к себе.

Люк старательно делал вид, что не понимает о чём речь.

– Я был на Дорон’Босне, и тоже почувствовал себя как-то странно, – вспомнил Морок.

– Мы поначалу ничего не почувствовали… У нас же как? На Поцелуе Смерти всё просто и понятно: кровь бурлит, смерть подталкивает в спину, хочется рвать на куски, убивать. А на Отце-Зверей? Ничего! Пока не начнёшь атаковать. Он поглощает большую часть враждебной энергии, словно в пустоту бьёшь. Усилий прикладываешь уйму, а толку чуть. Короче, тут наши силы сравнялись. К тому же обнаружилось, что раны, нанесённые вампиру оборотнем и наоборот, очень болезненны. Не как серебро, но близко. Такого раньше не было. Ну и вырезали мы друг друга почти подчистую… – вампир потёр подбородок.

– А потом стало ещё интересней, – продолжил хриплым голосом оборотень. – У трупов пропала кровь. И вампирская и наша куда-то исчезла. Миры оказались закрыты, возможно стало попасть только в те, где были порталы, причём последние открывались, только если принести кровавую жертву. А мы… те что послабее – выродились до состояния животных… Стали волколаками… истинных оборотней остались от силы десятки…

– Нас тоже не пощадило, все, кто не аристократия, изменились. Не знаю даже как это объяснить…

– Что-то вроде: не могут перейти бегущую воду, не могут войти без приглашения, боятся чеснока? – с невинным видом осведомился Макс.

– Да… как догадался?..

– Встречался уже и с волколаками и с вампирами новыми, мороями…

– В общем, аристократов осталось примерно столько же, сколько и истинных оборотней. Наш мозговой центр, – вампир указал рукой на Люка, – заподозрил неладное. Мы тут поразнюхали, изображая из себя частных детективов. Итог – во всём виновата Белла!

Люк фыркнул.

– Прямых доказательств нет, только косвенные. Помнишь её эксперименты, что она на мне и на крови Вторых проводила?

– В Грифонхарте? Помню, как разгромил там всё. – Морок сжал кулак. – Может и Белла… С Сердцем Уробороса она вполне могла реальность Игры подправить. Патч, так сказать, выпустить, повернув всё в нужную ей сторону.

– Мы тоже так подумали, – оборотень наклонился вперёд, сцепив руки в замок, один в один директор на собеседовании. – Те, кто участвовал в прошлой заварушке с Сердцем, дисквалифицированы: Игроки, вампиры, оборотни. Опять же: магия крови. Ею можно было и свойства существ в Игре изменить, плюс, как ты верно заметил, у неё Сердце… Вот и стали другими люди, вампиры и оборотни. Игроков ей не изменить, поэтому она их уничтожает. Упыри из аристократии деградируют быстрее. Я стареть начал раньше, чем должен.

– Ага. Ещё каких-то пять-шесть десятилетий, и ты лапки склеишь! – усмехнулся Кренг.

– Вот ты обррадуешься, моррда зелёная…

Вампир промолчал.

– Впрочем, даже если и не Белла – я не прочь с ней поквитаться. Если б не она, я б не пропустил всё веселье, – глаза Максима залила тьма.

– Да у нас у всех в ней должок, – ощерился Кренг.

– Это от неё у Люка шрамы? – Макс указал подбородком на оборотня.

– Неудачно побрился, – проворчал тот.

– Это я виноват. Решил остановить войну, поиграть в блаародного хероя. Наверное, после спасения Уробороса от Параллельных ещё не отпустило. Вызвался парламентёром к оборотням, через Люка договаривался, – вампир удлинил когти, – а они решили не упускать возможности убрать боевика Королевы Вампиров.

Он сделал хватающее движение когтями, как кот ловит мышь.

– Чуть не порвали меня…

–… Как Тузики грелку? – хмыкнул Макс.

– Очень точное сравнение. Люк вмешался. Итог: я жив, насколько это слово подходит для нежити, а он – предатель, изгой, отступник. Преследовать не стали, просто изгнали из стаи.

– Ты бы закрыл свой рот, пиявка, – зарычал оборотень.

– Так Лука дар Тоовин – это ты? – перебил его Морок.

– Да, – ответил тот. – Но лучше зови меня Люком.

Чёрные глаза Игрока изучали оборотня. «По виду не скажешь, что он сильно расстраивается. Но ни за что не поверю, что это так. Обречённый на одиночество до смерти, без семьи, без дома. Как с таким грузом жить? Может, все эмоции уже давно перегорели, душа покрылась шрамами так же, как и шкура? Оборотень смог выжить после тех ран, справится и с этими.»

– А почему «Люк»?

– Да я себя так называл, когда маленький был и говорил плохо. И матушка так звала. А потом пристала как кличка. Привык уже.

– Понятно. А я теперь – Морок, – сказал Максим и удивился, как незнакомо прозвучала его прозвище, как будто пришедшее из другого языка.

– А что это означает? – спросил Кренг.

– Ну «морок» – это то же самое, что и «мрак», только на другом языке.

– То есть тебя зовут так же, как и раньше? – усмехнулся вампир. – А зачем тогда менять?

– Ну, тут смысл больше… – Макс подбирал слова, защищая выбор ника6. – Морок – это не только мрак, но ещё и нереальное видение, наваждение, призрак… вот…

– Это, типа, чтобы все поняли, что ты стал круче? – ещё шире улыбнулся Кренг. – Бойтесь все, я уже не Мрак, я – ужасный Морок!

– Да иди ты, – насупился Максим.

– Не обижайся! Хочешь, буду звать тебя Морок, хочешь – Принцесса София! – заржал вампир.

Макс достал из воздуха крис.

– Эй, не порртите мне апарртаменты!! Хотите подрраться – пшли вон на улицу! – рявкнул Люк.

Кренг всё так же развалился на диване, не обращая внимания на воинственный вид Морока.

– Не волнуйся, волчара, это мы так, играемся. Этой зубочисткой только хомячков пугать, – и он, как ни в чём не бывало, обратился Мороку. – Теперь твоя очередь рассказывать.