- -
- 100%
- +
Глава 1
Кофе уже давно остыл, но я продолжал держать стакан для маскировки. Длинный коридор с рядами дверей пустовал, лишь за одной из них раздавалась приглушенная ругань. Часы тянулись. Серые стены, изрезанные граффити и шрамами от велосипедных рулей, стали моей вселенной. Даже выучил наизусть каждую трещину в штукатурке, каждое непристойное слово, нацарапанное чьей-то злой рукой.
Внезапно микронаушник ожил тихим треском:
– Макс, приём.
– На связи.
– Они зашли в здание. Но есть проблема, – голос напарника звучал напряжённо. – С ними пацан. Выглядит на восемнадцать, максимум. Группа захвата прибудет через четверть часа.
– Принято.
Проклятье! Вскоре начнётся штурм апартаментов, в которых обитают наркоторговцы. Как правило, крайне тяжело предсказать результат, но зачастую он приводит к ликвидации преступников. Наши штурмовики не церемонятся и открывают огонь на поражение при малейшей опасности. Драгдилеры – народ непредсказуемый. Многие сами сидят на игле, что делает их поведение совершенно неадекватным.
Нужно срочно выводить пацана из-под удара.
Лифт остановился на моём этаже с характерным «динь». Послышались тяжёлые шаги и мужской смех.
Я сделал вид, что листаю новости в смартфоне, и двинулся навстречу. На повороте коридора врезался в худощавого паренька в белоснежной олимпийке. Остатки холодного кофе расплескались по ткани коричневым пятном.
Он отшатнулся. Глаза округлились от неожиданности. За секунду в них промелькнули растерянность, обида, злость.
– Куда прёшь, детина? Ты что, ослеп? – рыкнул здоровяк, вцепившись в мою куртку на уровне груди.
Почувствовался запах перегара и нечищенных зубов. Его разноцветный худи слегка задрался, и я заметил пистолет, спрятанный за поясом спереди.
– Прошу прощения, – я поднял ладони, изображая покорность. – Позвольте заплатить за химчистку. Мне не нужны проблемы.
– Так-то лучше! – хватка ослабла. – С тебя пятьсот евро.
Принялся шарить по карманам, лихорадочно соображая. Тянул время, как мог.
Третий драгдилер, горбатый мужичок с выпученными глазами, молча наблюдал за сценой. Его правая рука сжимала ручку тяжёлой спортивной сумки. Наверняка внутри находился «товар». Отметил для себя, что этот тип самый опасный. Слишком спокоен, слишком внимателен.
Я достал из заднего кармана джинс мятый полтинник. Здоровяк моментально выхватил купюру.
– Мало! Ищи лучше! Знаешь, сколько эта лимитированная олимпийка стоит?
– Одну минутку. Вечно забываю, куда деньги положил.
Продолжил обшаривать карманы. Взгляд скользнул по обуви паренька.
– Вижу, кроссовки тоже лимитированные, – обратился я к нему. – Это же страйкеры из серии «Альфа»?
– Ага! – лицо мальчишки озарилось улыбкой. Впервые за весь разговор.
В его наивных голубых глазах читались гордость и детская радость.
Смартфон горбатого издал трель. Тот переглянулся с подельниками и коротко бросил:
– Нам пора.
Наркоторговец двинулся вперёд, остальные потянулись следом. Я как бы невзначай преградил дорогу пацану, который плёлся последним.
– Вот, ещё сотку нашёл, держи, – протянул банкноту. – Как-то неудобно получилось, такую красоту испортил. Слушай, я этажом ниже живу. Давай подгоню тебе мои золотые страйкеры из первой серии на недельку погонять. Их всего десять штук по всей Барселоне.
Глаза паренька мгновенно загорелись.
– Сынок, шевелись, – прохрипел горбатый, остановившись.
– Да сейчас, сейчас! Идите, догоню через минуту.
Драгдилеры зашагали вперёд и скрылись за поворотом.
Никакой он не сын этому уродцу, конечно. Обычный подросток, который попал в дурную компанию. Таких я видел сотни за три года службы. Их вербуют наркокартели для розничного сбыта возле школ и высших учебных заведений.
– Правда из первой серии? Они же стоят как новая машина!
– Конечно. Не веришь? Пошли, покажу.
Парень сделал шаг, но тут же замер.
– Блин, может, потом? Отец будет ругаться. Ты из какой квартиры?
Похоже, придётся по-тихому вырубить пацана. Только я вознамерился применить удушающий захват с контролем сонной артерии, как из коридора выскользнула сутулая фигура.
– Я тебе чё сказал?
– Да иду, иду!
– Из сто сорок первой, – соврал я, чтобы не вызвать подозрений.
План провалился. Остаётся верить, что мальчишка не сделает глупостей во время штурма.
Я дождался, пока троица скроется из виду, и тенью прокрался следом. Определил, в какую именно дверь они вошли. У меня было достаточно времени, чтобы выучить наизусть номера апартаментов и прочие детали на всём этаже.
Свернул возле лифта и принялся ожидать группу захвата у лестничного пролёта.
– Мигель, приём.
– На связи.
– Информация подтверждена. Квартира сто шестьдесят семь. Металлическая дверь, два сувальдных замка модели «Гардиан». Преступники вооружены.
– Принял. Скоро будем.
Я встал возле окна, устремил взгляд вдаль и погрузился в мысли. Две недели выслеживал парочку этих ублюдков. Посетил не один вонючий притон с голыми лампочками и протёртым линолеумом. Наркоманы с гнилыми зубами мямлили сквозь ломку про новый товар, а один мелкий барыга с трясущимися руками в конце концов раскрыл все детали в допросной. Ребята из сто шестьдесят седьмой квартиры продают новый дизайнерский продукт, из-за которого произошло множество летальных исходов после употребления. Именно по этой причине я и решил их выследить.
Едва слышный топот эхом поднимался по лестничной клетке. Через щель между пролётами мелькнули знакомые фигуры. Группа захвата в полной выкладке. За ними Мигель с дурацкой улыбкой во все тридцать два зуба. Густые усы топорщились, из-под бронежилета выглядывала любимая чёрная водолазка с красными ромбами.
В академии этот балбес едва диплом получил. До сих пор удивляюсь, как он живой остался.
В правой руке у напарника угрожающе поблёскивал крупнокалиберный пистолет, в левой он держал бронежилет для меня.
Я натянул защиту под куртку и достал тактический ствол из-за поясницы.
Обратил внимание на троих спецназовцев в чёрном. Штурмовые винтовки, баллистический щит, ручной таран. Стандартный набор для вскрытия наркопритонов.
ХРУСТЬ!
Дверь снесло с первого удара. Металл с грохотом врезался в стену, осыпав серую штукатурку крошкой.
– СТОЯТЬ! НИ С МЕСТА! – рявкнул штурмовик, залетевший внутрь апартамента студийной планировки.
Я ворвался следом за группой. Время растянулось, как в замедленной съёмке.
Здоровяк застыл с бутылкой виски в волосатой лапе. Стекло выскользнуло, разбилось о пол лужей и осколками. Руки медленно поползли вверх.
Пацан сидел на диване с опустошённым ингалятором, зажатым в ладони. Изо рта тянулась тонкая струйка дыма. Зрачки расширены до предела. Только что принял дозу. «Люцид» в первые минуты отключает сознание напрочь.
Горбатый потянулся к автомату, лежавшему на столе среди пёстрого набора наркотиков и пустых пакетов для расфасовки.
Штурмовая винтовка тихо чихнула короткой очередью. Тело наркоторговца дёрнулось и забилось в конвульсиях. Кровь потекла по грязному ковру.
Спецназовцы мгновенно скрутили оставшихся двоих и вдавили мордами в пол.
– Чёрт, опять придётся вызывать криминалистов и судмедэксперта, – буркнул Мигель.
Эх, снова писать бесконечные отчёты. Как назло, сегодня моя очередь.
– Вы все покойники! – процедил здоровяк, забрызгав пол слюной.
Штурмовик, державший паренька, отпрянул и врезал крепышу ботинком в живот. Не рассчитал силу, задел ножку стеклянного столика. Тот качнулся. Таблетки разноцветным дождём посыпались на пол.
Одно из колёс подкатилось к губам пацана, и он мгновенно его заглотил. Явно находился в наркотическом угаре и не понимал, что делает.
Мы слишком поздно осознали, что у молодого человека случилась передозировка… Судя по всему он сожрал тот самый дизайнерский наркотик, из-за которого произошло множество летальных исходов.
Я присел рядом и начал массаж сердца. Мигель воткнул в бедро шприц с блокаторами токсинов. Напарник матерился вполголоса, руки тряслись.
Всё бесполезно. Голубые глаза медленно мутнели, теряя фокус.
Я закрыл пацану веки и встал. Колени ныли, в груди что-то сжималось.
Покинул апартамент и прислонился спиной к холодной стене. Отсюда хорошо просматривался коридор, да и места для манёвра хватало. Соседям тоже незачем глазеть на результаты нашей работы. Такое зрелище даже крепким мужикам спать спокойно не даёт, не то что обычным людям.
Началось томительное ожидание. Следственно-оперативная группа добиралась через весь город.
Пацан с голубыми глазами не выходил из головы. В его взгляде читалась такая детская радость, когда мы говорили про кроссовки…
Время тянулось медленно, мысли сами собой потекли в прошлое.
Обострённое чувство справедливости и привычка грызть себя за каждое неправильное решение передались мне от матери – вместе с рыжими волосами и разными русскими поговорками, которые я постоянно неправильно озвучиваю. Часто ловлю себя на мысли, что всё больше становлюсь её копией.
А вот суровость и медвежью стать явно унаследовал от отца. Все мужчины рода Фаталь были под два метра ростом, широкие в плечах и с хмурым нравом. Наша родословная глубоко вросла корнями в историю. Прадеды были испанскими конкистадорами – прокладывали путь в Новый Свет шпагой и отвагой.
От всего былого величия осталась лишь семейная реликвия – серебряный медальон-ключ на простой цепочке. Отец никогда не снимал его, верил, что это его оберег. А дед… Дед любил усаживать меня на колени и рассказывать удивительные истории о том, что ключ может открыть дверь к величайшему сокровищу мира. Его глаза при этом загорались таким неподдельным восторгом, что я, будучи маленьким, верил каждому слову.
Теперь медальон висел на моей груди.
Грустно осознавать, что род оборвётся на мне. Какая семья, какие дети? С такой профессией строить долгосрочные планы – не самая лучшая затея. Слишком много друзей не дожили до свадьбы.
Помню, как отец настоял на полицейской академии. «Сын, эти твои игрушки – не дело для настоящего мужчины», – говорил он, глядя, как первенец готовится к очередному киберспортивному турниру. Однако я решил пойти по своему пути и стал пожарником, где проработал более десяти лет. Когда родители погибли в авиакатастрофе, всё же решился исполнить мечту отца и стал копом.
Из размышления вывели появившиеся криминалисты, которые сразу принялись опечатывать периметр.
– Макс, подготовь отчёты, сегодня твоя очередь, – напомнил мне Мигель.
– Постараюсь до вечера управиться, – ответил я и двинулся к выходу.
***
По-быстрому разобраться с делами не получилось. К тому моменту, как покинул полицейский участок, наступила поздняя ночь. Капитан рвал и метал от того, что мы слишком топорно выполнили работу. Раньше за ним такого не замечал. Сложилось впечатление, что кто-то сверху настучал ему по голове, и он теперь срывался на мне. До сих пор не понял, в чём была ошибка, и отправился домой.
Брутальный масл-кар мчал меня по улицам Барселоны. Тяжёлый металл кузова вздрагивал на каждой выбоине, пока я проносился мимо древних соборов и модерновых высоток. Восьмицилиндровый монстр под капотом ревел, как разъярённый зверь, выплёвывая сизый дым из раздвоенного выхлопа.
Скорость и ночные огни опьяняли до дрожи. Настолько растворился в процессе, что заметил опасность слишком поздно. Из переулка, визжа покрышками, вылетел огромный бронированный грузовик. Ржавое чудовище с решёткой-тараном впечаталось в правый борт моего «Доджа».
Удар был такой силы, что масл-кар подбросило в воздух, как игрушку. Мир превратился в безумную карусель. Небо и земля менялись местами, пока искорёженный металл кувыркался по улице. Финальным аккордом прозвучал оглушительный лязг – машина боком влетела в фонарный столб. Крыша сложилась, как бумажная, прямо над моей головой. Осколки лобового стекла брызнули в лицо острым дождём, оставляя многочисленные порезы.
Последнее, что ощутил, – тепло крови на щеке. Потом всё поглотила темнота.
Пришёл в себя от приступа боли. Я не чувствовал ног, пошевелить мог лишь левой рукой и шеей. Неужели позвоночник сломан? Как и правая плечевая кость…
С трудом разлепил глаза и увидел, как лысый амбал тащит меня на плече в каком-то тёмном коридоре с бетонными стенами. Позади слышались шаги ещё как минимум двух человек.
Овальная лампа в плафоне мигала, давая скудное освещение. Что это за бункер?
Мы подошли к лифту. Я прищурился, стараясь выглядеть безучастным, словно не до конца пришёл в себя. Глупая попытка, конечно, потому что боль исказила моё лицо до такой степени, что любой идиот бы догадался.
Металлические створки лифта разошлись с тихим скрипом. Пространство внутри оказалось тесным и скверно пахнущим. В нос ударил запах ржавого железа и влаги. Один из мужчин, пузатый и с покрасневшим лицом, ткнул пальцем в панель. Его грязный и обломанный ноготь нажал на кнопку с надписью «B7».
Мозг тут же начал лихорадочно работать: зачем мы едем так глубоко под землю? Что за подвалы? Что за чёртово логово? Но времени на раздумья не оставалось. Лифт дёрнулся и поехал вниз.
Тот, кто меня нёс, явно устал. Он переменил позу, неаккуратно перекинув тело на другое плечо. Едва не вскрикнул от адской боли. Тусклый свет в кабине помог рассмотреть детали его внешности: грубый, словно вырубленный ржавым топором, квадратный череп, глубокие морщины, сжатые губы. Перетаскивать сто килограммов живого, хоть и поломанного, веса, очевидно, выматывало даже такого детину.
От приступа боли вновь начал терять сознание. Картинка в глазах расплылась. В последний момент, перед тем как провалиться в тёмную пустоту, уловил приглушённый женский смех. Уж не сама ли смерть хохотала надо мной?
Вновь пришёл в себя от пощёчины. Свинцовые веки приподнялись, и я увидел разъярённую красавицу. Дёрнул руками, но тщетно. Они были прикованы цепями к стене.
– Готовься страдать, ублюдок! – злобно пророкотала бестия.
Я невольно засмотрелся на неё. Чёрные, как ночь, волосы струились по плечам, а в тёмных глазах плясали черти. Смуглое лицо с точёными скулами и яркими губами могло бы украсить обложку журнала, если бы не бешеный взгляд. Её тело было чистым соблазном – высокая грудь, талия, как песочные часы, и крутые бёдра в обтягивающем костюме. Тонкий шрам на скуле как бы намекал: эта малышка наверняка могла разбивать не только сердца, но и головы. Она явно была той самой роковой женщиной, от которой матери предостерегали сыновей.
– Какое необычное свидание. Может, здоровяки оставят нас наедине? – одними губами прошептал я и попытался улыбнуться. Вышло так себе.
От внезапного удара зрение вновь помутилось. А она с характером!
– Из-за тебя погиб мой младший братишка! Да Серхио за жизнь и мухи не обидел!
Полагаю, речь шла о том голубоглазом пареньке. Чёрт. Будто в этом была моя вина… но доказать всё равно ничего не смогу. Осталось мне недолго. Умирать, пытаясь оправдаться, не входило в планы, поэтому я просто презрительно сплюнул кровью в ответ.
– Тащи её сюда, – властно приказала она одному из своих миньонов.
Морщинистый амбал, который приволок меня в бункер, покинул комнату. Вскоре послышался панический женский крик.
Меня пробрало не по-детски. Качок за волосы притащил Габриэлу и бросил передо мной. Неужели эти уроды схватили единственную мою родственницу, двоюродную сестру? Видеть следы свежих побоев на её лице было невыносимо. Когда истязательница принялась керамбитом медленно резать ей шею, я закрыл глаза. Выключил психику, спрятался под бронёй и тяжело выдохнул.
– Мы ещё только на-ча-ли! – звонко протянула по слогам эта чертовка.
Голос безумной женщины, упивающейся местью, так и не вывел меня из состояния отрешённости. Посыпались многочисленные удары плетьми, резиновыми дубинками, электрошокером и прочими малоприятными предметами. Через пару минут моё тело безвольно свисало с цепей. От адреналина почти не чувствовал боли, но и отключиться не мог.
– Скоро он подохнет, – мерзко пробулькал чей-то голос.
– Тащите копа в капсулу, – крикнула мучительница. – И мою подготовьте, продолжу пытки в виртуале!
– Как скажешь, Флоренция. Чувства включаю на максимум?
– На все пятьсот процентов! – подытожила она.
– Да он же и двадцати минут не выдержит, мозг сгорит!
– НЕ ЗЛИ МЕНЯ! – завопила вышедшая из себя стерва.
Флоренция, значит. Неоднократно слышал это имя ранее. Так величали любовницу лидера крупнейшего в Европе наркокартеля. Какой неожиданный поворот судьбы…
От полученных повреждений уже ничего не мог видеть. Почувствовал, как тело грубо закинули в ложемент. Подключили какие-то провода и нацепили обод на лоб. Адреналин потихоньку рассасывался в крови, отчего всё тело заныло дикой болью. Спустя несколько минут меня переместило в виртуальную симуляцию.
Я оказался на пыточном столе в комнате, напоминающей омерзительное логово из жутких кошмаров. Стены из спрессованных черепов и костей неведомых существ наводили на один вопрос: какой извращенец всё это придумал? С потолка свисала едва светящая лампа, позволяя увидеть пару металлических столов по бокам от меня. Они были уставлены инструментами: ржавыми клещами, грубыми крюками и прочими предметами для нанесения тяжкого вреда здоровью.
Уже лет пятнадцать не посещал виртуал. Насколько же игровая индустрия шагнула вперёд, если выдаёт столь чёткую детализацию. Не о том думать надо… Насколько понял из диалога, предстоит пережить двадцать минут пятикратных страданий. Вот ведь ситуация… Судя по всему, успел нагрешить, если ухожу именно таким способом.
Вскоре прямо из пустоты возле меня возникла мучительница. Её виртуальный аватар с поразительной точностью передавал каждую мельчайшую деталь внешности. Разве что наряд был более откровенным, да и косметики на лице добавилось.
– Капсула, в которую тебя поместили, – это новейшая военная разработка. Мы используем её для добычи информации, – рассказывала она, как ни в чём не бывало, выбирая орудие для пытки.
– Вы психи! Достану тебя с того света, дура бешеная, ты поняла? – взревел я и попытался дёрнуть руками, но те были намертво зафиксированы.
Роковая женщина выбрала строительный молоток, после чего рассмеялась и со всего размаха засадила по моему колену. От боли все краски вокруг приняли багровые оттенки. Комната наполнилась криком.
– Прежде чем подохнешь, тебе стоит узнать кое-что важное. Твои же сотрудники тебя и сдали! За жалких тридцать серебряников! Ты совершил главную ошибку в своей жалкой жизни, когда выследил этих болванов. Мой божий одуванчик Серхио умирал в муках! Но тебе будет ещё хуже…
Вот ведь продажные твари! А эта бандитская подстилка ещё и психически хочет меня сломать!
Внезапно произошло что-то странное. Картинка замерцала, намекая на скорый дисконнект. Лицо мучительницы выражало истинное удивление. Словно почуяв что-то неладное, она взмахнула молотком и ударила меня в лицо. Оружие не долетело нескольких сантиметров до моего лба, как всё вырубилось.
На фоне тьмы вспыхнули непонятные символы на неизвестном языке с кучей восклицательных знаков.
Глава 2
Этим же утром, окрестности Йеллоустонского заповедника.
Обычное весеннее утро стало особенным для администрации заповедника. Один из богатейших людей современности, шейх Хашим Аль-Азам, решил лично взглянуть на природное чудо – знаменитый супервулкан. Накануне он прибыл в США в сопровождении внушительной свиты телохранителей и советников, создавая ажиотаж среди местного персонала.
В 2055 году вход в кальдеру вулкана был закрыт для обычных посетителей из-за участившихся подземных толчков и выбросов газа. Однако шейх, чьё состояние измерялось сотнями триллионов долларов, без колебаний пожертвовал заповеднику внушительную сумму. Эти деньги могли бы обеспечить безбедное существование целого штата, но для него они были каплей в море богатств. Администрация удовлетворила желание шейха свободно перемещаться по заповеднику.
Статную фигуру высокопоставленного гостя облачал роскошный чёрный бишт из тончайшей ткани, искусно расшитый серебряными узорами. Голову венчала белоснежная куфия, украшенная затейливой вязью из чистого золота. Традиционный головной убор арабской знати больше напоминал музейный экспонат. Однако в его облике было что-то странное. Неестественно выпяченный живот, словно у женщины на последних месяцах беременности, резко контрастировал с подтянутой фигурой и создавал пугающее впечатление. Некоторые сотрудники заповедника украдкой перешёптывались, гадая о причине столь необычной внешности высокопоставленного гостя.
Визит такого уровня налагал огромную ответственность на весь персонал заповедника. Каждый понимал, что этот день точно запомнится всем.
Однако вскоре стало очевидно, что со здоровьем высокого гостя что-то не так. Хашим Аль-Азам, несмотря на величественный вид, быстро утомился от прогулки. Его смуглое лицо покрылось болезненным румянцем, а крупные капли пота прочертили дорожки по вискам и щекам, впитываясь в золотую вязь куфии. Встревоженные провожатые переглянулись.
По приказу распорядителя подогнали вездеходы, напоминающие футуристические гольф-кары.
Выбор места назначения заставил нервно вздрогнуть штатных специалистов. Один из ближайших советников шейха, худощавый мужчина с ястребиным взглядом, склонился к водителю машины и вполголоса назвал координаты. Американец едва сдержал удивление. Маршрут вёл к самой сейсмоопасной зоне кальдеры. Это место даже опытные рейнджеры старались обходить стороной.
На пути к указанной точке водитель всё же решился возразить и остановил транспортное средство. Он попытался что-то сказать в рацию, но шейх дал сигнал телохранителю. Профессиональный военный ловко свернул шею водителю, сбросил тело и повёл машину дальше. Позади послышались панические крики. Результат оказался предсказуемым. Ещё пять мертвецов вывалилось из гольф-каров.
Добравшись до кратера, шейх распахнул бишт и достал предмет, похожий на баскетбольный мяч. Охранник ловко снял экранирующую обёртку, не позволяющую просканировать содержимое. Взгляду предстало нечто, похожее на морскую мину: металлический шар с выступами и одной-единственной красной кнопкой.
Где-то на горизонте виднелись рои боевых дронов, готовых уничтожить нарушителей.
Шейх не стал медлить и осуществил задуманное, нажав на кнопку.
Новейшее оружие массового поражения с потенциалом в тысячу килотонн загудело. Частота звуков нарастала и в один момент слилась в монотонный писк.
Аль-Азам устремил взгляд в небеса и прошептал:
– Пришло время миру очиститься. Каждая великая эпоха начинается с пепла. Да будет так!
БУ-У-У-УМ!
Земля содрогнулась. Древний супервулкан пробудился от тысячелетнего сна. Раскалённая магма, словно кровь разгневанного титана, хлынула из недр планеты. За считанные минуты тектонические плиты сдвинулись, подобно карточному домику. Северная Америка, колыбель технологической цивилизации, стремительно погружалась в пучину океана.
Но даже перед лицом неминуемой гибели могущественная держава не собиралась уходить молча. Искусственный интеллект военных комплексов, оценив ситуацию как критическую, активировал протокол «Судного дня». Тысячи ядерных боеголовок взмыли в небо. В ответ пробудился российский «Периметр». Легендарная система возмездия, которую Запад со страхом окрестил «Мёртвой рукой», сделала ответный шаг. Все остальные страны, обладающие ядерным оружием, тоже внесли свою лепту и нанесли удары по давним врагам.
Десять минут. Всего десять минут потребовалось, чтобы население планеты сократилось с двадцати миллиардов до трёх. А через несколько часов, гигантская волна цунами, порождённая йеллоустоунским взрывом, дважды обогнула земной шар, смывая последние очаги цивилизации.
Барселона, жемчужина Средиземноморья, исчезла в пламени. Термоядерные взрывы превратили древний город в радиоактивную пустыню. Даже глубоко под землёй, на уровне Б7, ударная волна собрала жатву, прикончив охранников.
Но в этом жутком хаосе теплилась искра надежды. Две экспериментальные игровые капсулы, шедевры военной инженерии, продолжали функционировать. Когда глобальная энергосистема рухнула, их автономные системы мгновенно активировались. Революционные алмазные накопители с плутониевыми сердечниками могли десятилетиями поддерживать минимально необходимое электроснабжение, сохраняя жизнь находящимся внутри людям. В этих технологических коконах, под присмотром сверхразумного военного ИИ, теплилась надежда на возрождение человечества.