Виртуальная кома
- -
- 100%
- +
– Да, давай.
Где-то в небе закричала вдруг чайка. Офицер ожил и с удивлением посмотрел на капитана. Егор не успел спросить его о причине, так как позади затопали сапоги боцмана.
– Капитан, сэр!
– Что еще, Хэйтон?
– Не пора ли достать юнгу?
– Вы ей бросили канат? – переспросил Егор.
– Мы ее привязали, – боцмана вдруг охватила странная робость. – Решили, что вдруг вы передумаете. Вы же не сказали утопить, просто бросить…
– Вытаскивайте, если ее не сорвало штормом и акулы не сожрали еще.
Егор повернулся к первому офицеру.
– Откуда здесь чайка? Наблюдателя на мачту! Паруса ставить!
Офицер сорвался с места, с палубы донеслись окрики и команды. Егор вернулся к молчаливому и невозмутимому рулевому.
– Каким курсом мы шли перед штормом?
– Норд-норд-вест, капитан, сэр!
– Вернись на этот курс!
Матросы у фальшборта тянули из воды канат. Рядом стоял боцман. Вот он вытащили из моря и подняли на мостик продрогшего юнгу.
– Куда его… ее… – поправился боцман, обратившись к капитану.
– В мою каюту, – хмуро распорядился Егор. – Бутылку рома туда и сухую одежду. И передайте первому офицеру, пусть вернется на мостик.
– Мичман на гауптвахте, – решился напомнить боцман.
– Пусть до утра посидит, остынет, завтра с ним разберусь…
Каюта за время ненастья не пострадала. Какая-то мелочь рассыпалась по палубе, но в целом все выглядело по-прежнему красиво, даже богато, тяжелые портьеры, прикрывающие большие кормовые окна-иллюминаторы, стол на резных выгнутых ножках, у переборки большая кровать под балдахином.
Посреди каюты стояла в натекающей с нее лужице замерзшая и стучащая зубами юнга.
– Капитан, сэр! – в дверь вошел корабельный кок. – Ром, закуски! И ребята прислали сухую робу и штаны…
Кок скользнул взглядом по юнге и хотел было что-то сказать, но осекся, заметив суровый взгляд капитана.
– Вон! И до утра меня не беспокоить! – Егор дождался, пока кок выйдет и запер дверь на задвижку.
Юнга продолжала дрожать.
– К… ка… с… с… паси… бо… – простучала она лязгавшими зубами.
Егор поднял с палубы металлический стакан, налил в него из бутылки жидкость с сивушным запахом, которую здесь почему-то считали ромом, подошел к юнге.
– Пей, – поднес он стакан к ее лицу.
– Я не… Я не… – попыталась отказаться девушка.
– Пей, говорю, это тебя согреет! – Егор взял ее рукой за затылок и поднес стакан ко рту.
Ром полился между красивых алых губ.
– Аг… кхр… буль…
– Глотай не держи во рту! – приказал капитан.
– Ох… – девушка сморщилась с непривычки.
– Раздевайся!
– Я? – румянец проступил на бледных щеках.
«Как быстро она смущается и краснеет!»
– Как ты жила среди матросов в кубрике? Раздевайся, я сказал! – приказал Егор. – Простудишься, твой брат вообще с ума сойдет.
– Я не… не-не-не… – юнга все еще пыталась отказаться.
Егор поставил стакан на стол.
– Подними руки!
Как только юнга подняла руки, он дернул за рукава, стаскивая с нее мокрую робу.
– Ай! – девушка стыдливо прикрыла грудь руками.
– Поздно айкать, – сурово произнес капитан. – Повернись спиной!
Он спустил ей штаны, уставившись на мягкую розовую попку.
– Вылезай из башмаков! И живо в кровать!
– Ой! – для придания ускорения капитан таки хлопнул по симпатичной ягодице ладонью.
Девушка бросилась к кровати и плюхнулась на нее, отвернувшись лицом к переборке и вся дрожа поджала ноги.
– Ну, вот и все, теперь… – произнес Егор, но от койки донеслось тихое всхлипывание. – Ты там чего себе выдумала? Забудь свои фантазии.
Он подошел к кровати, расправил большое и теплое пуховое одеяло, накрыл обнаженную девушку и подоткнул со всех сторон.
– Одежда будет рядом с подушкой, – предупредил Егор. – Выходить из каюты запрещаю.
Девушка продолжала всхлипывать, но через пару минут всхлипывания сменились мерным сопением. Юнга согрелась и заснула, или ром помог, или пуховое одеяло.
Егор поднял упавшее во время шторма кресло, подсел к столу, посмотрел в сторону кровати.
– Какого вообще… – но, не закончив мысль, пододвинул поближе блюдо с закусками и бутылку.
Во время ужина он полистал оказавшиеся на столе книги, библию и навигационный справочник, внимательно рассмотрел развернутую на столе карту. Курс норд-норд-вест, проведенный карандашом по морю, упирался в небольшой остров. На карте он был небольшой, но масштаб был Егору неизвестен.
За окнами темнело. Наступал вечер. Тихо скрипели снасти, хлопал парус на успокоившемся ветре. Доносились команды первого офицера с мостика. Захотелось спать.
Егор покосился на растянутый между крючьями в углу гамак. Кто бы мог еще тут ночевать кроме капитана? Что ж, гамак, так гамак, не хуже сна в скафандре… Кое-как устроившись в висевшей болтающейся конструкции Егор закрыл глаза.
– Лика, выход!
В каюте было темно, горел только одинокий ночник.
– С возвращением, Егор, – поприветствовала пассажира искин. – Первое погружение прошло успешно.
Егор вынул изо рта пустой пластиковый шланг, выбрался из камеры.
– А у нас тут тоже ночь уже? Мне показалось всего пара часов пролетело…
– Время в гибернаторе идет медленнее, чем в реале. Обычно в виртуальных мирах, в игровых проектах, оно такое же, как «снаружи», но это режим комы, тут все немного иначе.
– Я там вроде что-то ел и пил, – припомнил Егор.
– Так и есть, – подтвердила искин. – Пусть и в меньших количествах, но еда и питание все же необходимы. Я еще терминал диагноста добавлю к гибернатору, для наблюдения за состоянием.
– А как у нас вообще дела обстоят?
– По-прежнему. Ремонтные работы продолжаются, других опасностей, кроме уже случившихся, пока не предвидится. Состояние корабля, то есть того, что от него осталось, стабильно. Стабильно тяжелое, как говорят у людей врачи.
– Но есть подвижки? Вроде стало прохладнее?
– Малый радиатор смонтирован. Мы начали отводить тепло. Пока этого достаточно, чтобы внутри все не сварилось, – порадовала Лика. – Сейчас занимаюсь трюмом и репликатором.
– А мы можем сблизиться с какой-нибудь замерзшей кометой, набрать льда, камня, если нужен стройматериал?
– Пока нет ничего в пределах досягаемости. Но я учту эту возможность на будущее, – пообещала искин.
– Я могу помочь, я работал на астероидах…
– Я ознакомилась с твоим личным делом, – сообщила Лика.
– Хорошо, как буду полезен, ты знаешь, где меня искать, – улыбнулся Егор и зевнул. – А спать все равно хочется.
– Здесь ляжешь или вернешься в симуляцию?
– А что и там можно спать? – удивился Егор. – Тогда лучше вернуться, надо же выяснить, что это за чучело в моей кровати сопит…
– Тебе не нравится эта девушка? – спросила Лика.
– Почему же… нравится. Она такая…
– Симпатичная?
– Беззащитная, – поправил Егор. – И как она вообще попала в симуляцию на парусный корабль? Она не соответствует эпохе, ходит в штанах, без всех этих… женских штучек, корсетов там…
– Я отметила, чем ты интересовался, когда знакомился с библиотекой, – сообщила Лика.
– То есть это мои… гм… и я могу вернуться туда и…
– И ты можешь там делать все что захочешь, – голос искина стал глубоким и завораживающим.
– А нельзя сменить симуляцию? Хотя не надо, давай просто промотаем все эти влажные фантазии, просто ночь без сновидений и потом сразу утро! Я как-то не готов пока спать с симуляцией!
– Жаль… – было похоже, что искин огорчилась. – Будет сон без сновидений и потом утро… Капсула готова к продолжению работы.
Мир мерно покачивался. Что-то поскрипывало. Егор открыл глаза. «Что-то я не понял!» Он лежал в кровати капитана. На его плече мирно посапывала прелестная юнга. Качалась под подволоком висячая лампа. «Ну, Лика, я тебе все потом выскажу!»
– А как я сюда попал? – Егор не заметил как произнес это вслух.
Девушка проснулась, открыла глаза, ойкнула и потянула на себя одеяло, стараясь прикрыться.
– Стой, стой! – Егор уронил руку на прикрывавший его край, придерживая его на себе. – Я тоже… слегка не одет и чувствую себя неуютно. Как я здесь оказался, я же в гамаке спал!
– Капитан, сэр!
– Зови меня Егор и на «ты»! Это приказ!
– Егор… вы… ты… ночью выпал из гамака, встал, разделся, пришел и лег, не просыпаясь… или в полусне.
– Вот как! И мы с тобой?..
– Нет-нет! Ничего не было, вы… ты спал как убитый! – начала оправдываться девушка.
– Все, отвернись, мне надо встать и одеться… – попросил Егор.
– Ты же видел меня голой, – улыбнулась наконец-то девушка.
– Ага, а также мокрой, замерзшей и пьяной… И ты тоже меня видела… гм… все, отворачивайся, а то я чувствую себя неловко. Будешь пялиться, сдеру одеяло и…
– Все, все, меня уже нет, – девушка перевернулась лицом к переборке и укрылась с головой одеялом, из-под которого донеслось едкое хихиканье.
Егор встал, собрал разбросанную по палубе одежду, привел себя в порядок.
– Юнга! Я ушел, вставай, приберись тут. Вернусь, будем завтракать. Из каюты ни ногой, останешься здесь… до следующего шторма.
– А что будет во время шторма! – раздался с кровати испуганный голос.
– Повесим гамак под кормой, положим тебя туда…
– Я не хочу в гамак!..
Но Егор уже не слушал. Он вышел из каюты. Поймал пробегавшего мимо матроса.
– Передай коку, завтрак на двоих в мою каюту!
– Ай-ай, сэр! – матрос с широченной улыбкой от уха до уха бросился выполнять поручение.
На трапе стоял с видимым напряжением боцман.
– Что с тобой, Хэйтон? – заметил его состояние Егор.
– Капитан, сэр! Я хотел спросить… девушка…
– С ней все хорошо, она выспалась и похоже не заболеет, – лицо боцмана прояснилось. – Вы знали, что она… что наш юнга… девушка?
– Да все знали, капитан… простите, сэр! Кроме вас, сэр!
– Вот как! Кто, тысяча дохлых акул, командует на этом корабле?
– Вы, сэр! Команда благодарна вам, что вы не выбросили юнгу. Ура капитану! – заорал вдруг боцман.
– Гип-гип-ура!!! – донеслось с палубы.
– Шуты гороховые! – улыбнулся Егор. – Иди уже, работа не ждет.
Первый офицер оказался уже на мостике, с двумя лейтенантами, которых Егор вчера не заметил.
– Ты где спал сегодня?
– В кают-компании, сэр. Оказалось там достаточно удобно… – ответил первый офицер.
– Мне не хотелось бы причинять неудобства собственным офицерам…
– Все в порядке, капитан, сэр! Наши лейтенанты с радостью потеснятся и предоставят мне место в своей каюте.
– Ну, если только так… – протянул Егор.
– Земля! – раздалось сверху, с восстановленного на мачте вороньего гнезда.
Глава 3. Таинственный остров
– Кой черт послал меня на эти галеры? – Егор уже замучался обходить палубы, выясняя нанесенные штормом повреждения. – Да и завтракать пора…
Он вышел наверх и направился к мостику. Первый офицер все еще был там, вместе с одним из лейтенантов.
– Сэр! – обратился он к Егору. – Через час подойдем к острову, надо бы определить место стоянки.
– А у нас есть его карта? – удивился Егор.
– Капитан! Сэр! Вас вчера сильно приложило реей, вы забыли? В вашей каюте в шкафчике! Вы же сами мне показывали странную карту с непонятными символами…
– Да? Не помню. Пойдем, проверим… Лейтенант – остаетесь старшим на мостике!
В каюте было свежо от залетавшего в раскрытые створки окон-иллюминаторов морского ветра. На столе было прибрано и накрыто на двоих. Разбросанные по палубе вещи убраны. Кровать застелена. Егор заметил, как первый офицер бросил быстрый взгляд на юнгу, отскочившую к переборке и на кровать, но оба промолчали.
– Вот в шкафчике внизу рундук, в рундуке шкатулка, – указал первый офицер. – А в шкатулке была карта… Сэр!
Егор полез в стоявший в шкафу сундучок.
– Ага, вот она, – он вытащил и перенес к столу небольшую металлическую шкатулку с красивой резьбой и чернением на боках. – А вот и карта!
Сложенный в несколько раз плотный, приятный на ощупь лист толстой желтоватой от возраста бумаги. И подробная карта острова, слишком подробная, не для этой эпохи. Как будто ее составлял опытный топограф.
– А вот это те самые символы, какая-то шифровка, – ткнул пальцем в карту первый офицер. – Вроде похоже на буквы, но ни смысл ни язык непонятен. Как дневники Леонардо да Винчи…
– Леонардо писал глядя на отражение в зеркале, – сообщил Егор внезапно всплывшие в памяти сведения, чем немало удивил своего офицера, и символы на карте сложились в знакомую кирилицу. – А тут как раз все проще, «На острове крута гора, в горе – дыра, в дыре – кротовая нора, в норе…», хм…, странно, «…в норе беда».
– Тут так написано? – спросил офицер.
– Да, и похоже нам туда и надо. Там могут быть сундуки с золотом?
– Да там что угодно может быть! – обрадовался первый офицер. – Тут же кто только не грабил галеоны… Могли спрятать сокровища. И раз уж мы на остров будем высаживаться, неплохо бы воды набрать…
Юнга молча приблизилась, стараясь все же держаться позади офицеров и тоже разглядывала странную карту.
– Мы с юга подходим? – припомнил курс корабля Егор. – Обойдем с запада, тут есть удобная бухточка, и как раз ручей обозначен. Там воды и наберем.
– До горы далеко будет идти, почти через весь остров, – заметил первый офицер.
– Нам что важнее вода или сокровища? – улыбнулся Егор. – Если будет много сундуков, пригоним шлюпку и перевезем на корабль.
– И то верно, – согласился офицер.
– Есть будешь, – указал на накрытый стол капитан.
– Нет, спасибо, я уже… Сэр! – отказался офицер. – Вернусь на мостик.
Он бросил еще один взгляд на юнгу и направился к выходу.
– Мичмана с гауптвахты отпустить, накормить и пусть в сухое переоденется, – вспомнил капитан. – Пойдет с нами на остров…
Офицер кивнул и молча вышел. Егор уселся за стол.
– Ты уже ела? – обратился он к стоявшей рядом со столом юнгой, та молча потрясла головой. – Садись тогда, или ты как лошадь любишь есть стоя?
Юнга подтащила стул и, усевшись, схватила с блюда на столе какой-то большой красивый фрукт. Егор с интересом наблюдал, как изголодавшаяся девушка вгрызлась в сочный ароматный бок плода. Хмыкнув, капитан разлил из чайника в чашки какой-то травяной настой, похожий на чай.
– Давай, рассказывай! – произнес Егор.
– Фто рафкавывать? – бросила на него настороженный взгляд юнга, и проглотила кусок. – Капитан, сэр!
– Как ты дошла до жизни такой? Как тебя зовут?
– Джереми… – в который уже раз зарделась девушка.
– Вот упрямое создание, хорошо, будешь Дженни, – махнул рукой Егор. – Как вы с братом попали на корабль?
– Так на Торгтуге набор был, мы записались…
– А что, испанцы все еще сидят на Эспаньоле и не могут переплыть пролив и выбить пиратов с острова? Там же всего ничего, четыре мили.*
-–
*Торгтуга (в наст. время остров Тортю) отделена от Эспаньлоы (Гаити) узким морским проливом.
– Рядом с Торгтугой нет других островов, – произнесла Дженни.
– Правда? Ну, хорошо. Так как вы с братом попали к пиратам?
– Мы плыли в Джейстаун, попали в шторм, потом нас носило по волнам два месяца, люди начали умирать… когда на горизонте появился парус, мы были рады любой помощи. Нас подобрал какой-то капер и отвез на Тортугу. Там мы с братом попытались найти работу, но увидели вербовщика. Это все…
– И ты смело взошла на борт, переодевшись в мужское платье? А ничего, что любой матрос может затащить тебя в трюм… – сердито спросил Егор.
– О, нет, нет, они все были очень добры и предупредительны, вежливы… в меру своих способностей. Конечно, когда матросу падал на ногу молоток, он не говорил «прошу меня извинить», но в остальном они все относились ко мне достаточно дружелюбно, – поспешила похвалить команду Дженни.
– Просто какое-то сборище импотентов, – пробурчал Егор. – Впрочем, чего еще ждать от симуляции…
– Что-что? – не расслышала Дженни.
– Не обращай внимания. Это я так, просто мысли вслух…
История была сляпана на коленке и сшита белыми нитками, но, как понимал Егор, у Лики не было лишних ресурсов, чтобы создавать что-то более реалистичное. Море, солнце, свежий ветер, парусный корабль под ногами, что еще нужно для бесполезного пассажира. Занять его, чтоб под ногами не путался и не мешал работе…
– А как ты прочитал надпись на карте? – Дженни оказывается не только грызла фрукты, а и разглядывала плотный лист, лежавший на столе.
– А ты грамотная что ли? Удивительно! – впрочем, осекся Егор, чему тут удивляться. – Это надпись на другом языке, детская скороговорка, для обучения правильному произношению. Я понятно объясняю?
– Очень! – кивнула Дженни. – А откуда ты знаешь этот язык?
– Много будешь знать, скоро состаришься! – отмахнулся Егор.
Остров, к которому они подошли, был невелик. Одинокая гора, вздымающаяся над зарослями джунглей, выходящих к самой воде. Уютная бухточка, где и бросили якорь. Палубная команда забила шлюпку бочками и спустила ее на воду. Боцман отобрал несколько крепких матросов и отправился к устью ручья набирать воду.
Егор спустился во вторую шлюпку, где уже собрался экспедиционный отряд, с лопатами, мотыгами и с оружием. Хотя на первый взгляд остров был совершенно необитаем, но кто знает, что скрывается под тенью деревьев. Было жарко. Солнце поднялось уже высоко, и тропики наслаждались теплом.
Отряд высадился и направился вдоль ручья к центру острова, прорубая себе дорогу через заросли. В сторону прыснуло стадо диких свиней. Кричали птицы. Егор поднял срубленную ветку, разглядывая листья.
– Удивительно, какой реализм, – произнес он.
– Вы что-то сказали, капитан, сэр! – обернулся к нему молодой мичман, недавно выпущенный с гауптвахты.
– Я хотел спросить, почему ты не оставил сестру на Тортуге?
– Она, – мичман остановился, пропуская вперед матросов, и покраснел, совсем как его сестра.
– Давай, не стесняйся, – остановился рядом с ним капитан. – Нас сейчас никто не слышит.
– Она боялась остаться одна, – начал мичман. – А потом вдруг внезапно безумно влюбилась… Безнадежно… и когда узнала на каком корабле служит…
– Кажется, я понял, – произнес Егор. – А объект ее… вожделения, он в курсе?
– Что вы, капитан, сэр! Нет, конечно, нет!
– Идем, а то матросы нас потеряют… – Егор решил отложить разборки на потом.
Удивительный райский остров, тихое и безмятежное чудесное место, расстилался перед ними. Лет через сто, когда пройдут дивные пиратские деньки, какой-нибудь плантатор высадится здесь и выкорчует леса под поля табака или сахарного тростника. А еще лет через сто здесь организуют шахту или начнут добывать камень, построят порт, выловят вокруг всю рыбу, загадят побережье и только после этого решат, что неплохо бы устроить здесь курорт для богатых туристов с континента… Егор хлопнул севшего на шею москита. «О чем я думаю, это всего лишь симуляция…»
– Лика, может быть убрать москитов, зачем тратить вычисления на столь подробную детализацию?
Ему показалось, что кто-то засмеялся, но писк насекомых вокруг стих.
Лес оказался не таким уж и густым или непроходимым. Ручей вывел их на склон горы, с которой и стекал.
– Куда дальше, капитан? – спросил мичман.
– Сейчас узнаем, – Егор развернул карту, но не успел разглядеть ориентиры, как с моря донесся пушечный выстрел.
– Наши?
– Нет! Это с другой стороны острова! – заволновались матросы.
Егор заметил на гребне несколько камней.
– К тем скалам, бегом, укроемся за ними!
Отряд припустил вверх по склону. От камней была хорошо видна противоположная сторона острова. Матросы укрылись за скалой, осторожно наблюдая за берегом.
В широкой бухте стоял на якоре красавец-фрегат, а с моря на него наседали два вертлявых брига, только что давшие по полному бортовому залпу. Оба брига уходили на разворот, чтобы разрядить и пушки второго борта.
На фрегате царила суматоха, но поднимать паруса и выбирать якорь никто не спешил.
– Что-то я плохо понимаю, почему они не уходят, – произнес Егор.
– Французский фрегат? – переспросил подобравшийся поближе мичман.
– Французский?
– Да, флаг же на корме… Его тоже штормом потрепало, мачта сломана. Они сюда и зашли, чтобы ремонтом заняться…
– Все беды от баб, – Егор стукнул кулаком о ладонь, мичман от неожиданности поперхнулся. – А мелкие чьи?
– Английские… они постоянно друг с другом режутся, если вместе испанцев не грабят. А то еще с Голландией воевали как-то. Помогать будем?
– Кому? – удивился Егор. – Мы-то сами кто?
– Мы вольные флибустьеры, то есть торговцы, – поправился мичман. – Мы можем любую сторону принять. Но можно не спешить, тут у них надолго затянется. У фрегата двадцать пушек на борту…
Как раз в это время фрегат дал залп по одному из бригов. Вокруг англичанина заплясали столбы воды от падающих ядер.
– Плохо стреляют, неточно… – посетовал мичман. – Ничего, второй залп будет лучше, они ж на месте стоят.
– Не будем мы в чужую драку лезть, – решил Егор. – Без нас разберутся. Ты!
Он выбрал невысокого, легкого и, судя по всему, самого быстрого матроса и ткнул в него пальцем.
– Бегом на берег предупреди боцмана, пусть быстрее заканчивает с водой и все на корабль. Потом пусть подойдут поближе к горе и вышлют шлюпку. Мы не пойдем обратно через остров, спустимся сразу вниз к морю.
Матрос кивнул и убежал.
– В горе дыра… – Егор крутил в руках лист с картой. – Так, нам вниз и на южную сторону, похоже вон к тем черным камням.
Капитан бросил последний взгляд на морской бой, один из бригов развернулся и, пройдя мимо фрегата, как раз дал залп. Грохот пушечных выстрелов отразился от склона, море заволокло дымом. Фрегат не остался в долгу, дав пару выстрелов картечью по бортам брига. Веер смертоносных горошин пронесся над палубой, сметая паруса, такелаж и попавших под залп матросов.
Егор спустился вниз и поспешил вслед за своими моряками.
– Зря они так, – произнес мичман. – Надо было сразу на абордаж идти. У французов часть команды должна быть на берегу, деревья рубить…
Егор только хмыкнул, оставив свои мысли при себе. Почему вдруг здесь оказался чужой корабль, а потом и еще два… Что опять готовит ему эта необычная реальность?
Между лежащих на склоне черных и, как выяснилось покрытых сажей, камней действительно оказалась дыра. Именно круглая дыра, а не пещера, высотой в человеческий рост, с оплавившимися и покрытыми копотью стенами. Матросы в нерешительности остановились. Но Егора странный вид дыры не остановил.
– Факелы взяли? Зажигай, я пойду первым!
И он смело шагнул в ведущий в глубину горы проход. Далеко идти не пришлось, всего через несколько десятков шагов прямой тоннель вывел отряд в большую пещеру.
– Тут оно и взорвалось! – поднял Егор факел и обвел вокруг, разглядывая увиденное.
– Что взорвалось? – приблизился к нему мичман.
– Пока не знаю, но сам смотри, куски металла, разрушенные обломки какие-то, камни расколотые. Что бы это ни было. Оно прожгло дыру в горе и взорвалось тут, внутри. Обыщите здесь все!
Егор повернулся к матросам.
– Обойти все углы, все хоть немного похожее на сундук или ящик складывать у выхода. И где-то еще должен быть проход в другую пещеру или нора.
– Есть нора! – один из матросов осветил факелом узкий лаз.
– Кто проверит? – мичман обвел взглядом моряков, но они только отводили глаза.
– Не надо! Я сам! – подошел к норе Егор. – Факел мне и веревку!
Он обвязал веревку вокруг пояса и, присев, полез в щель, светя перед собой факелом. Нора или отнорок была тесной, но не настолько, чтобы человек не мог пробраться стоя на четвереньках. Сверху сыпался песок, но каменный свод был прочным. Было боязно, подумалось вдруг, что если застрять тут, то уже назад будет не выбраться…
…Металлические стены разошлись и стало просторнее. Картинка сузилась, поле зрения охватывало не более шестидесяти градусов. Внизу заморгал индикатор энергии, она заканчивалась. Егор шагнул вперед, картинка на экране зарябила. Пошла странная помеха. Он отшатнулся назад, изображение очистилось.
«Что-то здесь не так!» Гравитация еще была, и он передвинулся на шаг вправо. Клочья рваного металла и разодранных контейнеров заваливали палубу, в правой переборке красовалась здоровенная, будто прорубленная гигантским лезвием широкая щель. Егор повернулся влево, но света фонаря не хватало, чтобы достать до противоположной переборки, там все утопало во тьме, кроме еще одной дыры, сквозь которую светили яркие звезды.
«Так я вроде в трюме!» – догадался Егор и шагнул от стены к центру. Тут же по картинке побежали полосы. В верхнем углу загорелся неяркий пока значок радиации. «Вот в чем дело!» Он начал перемещаться влево-вправо, поворачиваясь и то шагая вперед, то отступая назад, пока наконец по усиливающимся помехам не определил направление на источник радиации. Посветив туда фонарем, Егор заметил то ли камень, то ли кусок оплавленного металла лежавший на палубе рядом с раскрывшимся контейнером из тусклого металла, возможно свинцового.