Эра Ортена. Том I

Пробуждение

Темно… Холодно… Сыро… Что за шум? Вода? Странные ощущения: я вроде бы лежу, но так неудобно. Медленно открыв свои веки, глаза озарило синее небо за кронами елей. Оно было настолько ярким, что казалось даже ослепительным.

«Неужели я выжил?»

Нет, это невозможно, после такого никто не выживет, но все же я вижу, слышу, ощущаю и даже осознаю себя. Поднявшись и протерев глаза, просторный лес и бурная река предстали перед ними. Это быстро прояснило мое затуманенное сознание.

«Что? Как я оказался в лесу? Все же ведь произошло в моей квартире? А до ближайшего леса километров шесть-семь как минимум. Он принес меня сюда? Зачем?»

Множество вопросов сразу захватили все мои мысли, но здравый смысл подсказывал мне, что не надо сейчас забивать свою голову вопросами, на которые не можешь ответить. Вместо этого лучше вернуться домой, а потом строить теории. Успокоившись, я начал осматривать свое тело на наличие ран. Опустив голову вниз и попытавшись быстро ощупать живот, мое внимание привлекла одежда. Вместо привычных шортов и футболки на мне была серая рубаха и штаны, причем потрепанные и грязные. Помимо этого на поясе висел кожаный подсумок и заправлен нож. Он был явно сделан вручную, на нем виднелись вмятины от грубых ударов молотом, а также с обратной стороны было выбито несколько непонятных символов. В сумке же лежала горсть ягод, похожих на ежевику. Каждое действие подталкивало к вопросам, которые я игнорировал. Подняв рубаху, я удивился, осмотрев свой живот, и не увидел там никаких ран. Удивление мое вызвало не только отсутствие ран, а также значительной части жира, накопленного мной за многие часы у компьютера.

«В одной из передач про выживание говорилось, что человек в стрессовых ситуациях может значительно потерять в весе», – так я отгонял лишние мысли, нежели привносил какую-то ясность в ситуацию. Будто причины таких изменений были слишком пугающими.

«Нужно проверить», – подумал я.

Тут же я вспоминаю про реку и быстро пошел к ней. Встав на колени и нагнувшись, я начал пристально рассматривать свое лицо: брюнет с растрепанными грязными патлами до плеч, щетиной, на вид примерно лет 20—25, ярко-алые глаза, шрам, идущий по диагонали от основания правой щеки до переносицы, и немного искривленная перегородка носа, явно когда-то сломанного. Пытаясь осознать свое нынешнее состояние, я свалился на спину и пролежал так около получаса, смотря в небо. Ни одна сколь бы то ни было цельная мысль не посетила мою голову за это время. Наконец встал с единственной целью.

– Вернуться обратно домой, вернуться обратно домой, вернуться обратно домой… – постоянно бормотал я, направившись на место, где очнулся.

Идя обратно, я всмотрелся в странные ели, окружавшие меня. Они были выше, чем обычные, метра на четыре, и диаметр ствола был больше в полтора раза, однако это еще можно списать на крайне благоприятные условия для роста, но в замешательство вводила смола, что сочилась из редких деревьев, она была темно-фиолетового цвета.

«Не останавливайся, не задавай вопросы, не отвлекайся», – нервно подумал я и ускорил шаг. Пройдя так еще минуту, я был на месте. Неподалеку лежал кожаный сапог. Высотой до колена, обитый металлическими пластинами на лицевой стороне. Чуть дальше лежал такой же. Невооруженным глазом было видно множество царапин, потертостей и вмятин на пластинах, а также загибов на коже. Рассматривая их, я почувствовал холод, пробегающий по ногам, у меня не было обуви. Видно, в порыве эмоций я этого даже не заметил. Взяв ботинки, было крайне приятно их надеть, несмотря на их убогий вид. Ощущения были до боли знакомыми, они сидели как влитые, будто достал свои старые колоши, что давно носил. Меня смутили лишь перерезанные с тыльной стороны ремешки, что в этих ботинках были заместо шнурков. Из-за чего железные пластины плохо прилегали к голени, а пряжки, болтаясь и ударяясь о них, издавали раздражающий лязг. Дальше в нескольких шагах лежали наручи. Еще чуть дальше легкая стеганка. Я продолжал идти от одной вещи к другой, собирая и надевая их. Все они выполнены в одном стиле: полностью из кожи, с металлическими вставками, почти у всех были перерезаны стягивающие ремешки, из-за чего они болтались. Собрав, как мне казалось, все вещи, я вышел на широкую грунтовую дорогу. Неподалеку стояла крытая повозка. Подойдя к ней, я нашел пару перчаток из того же комплекта, что и вся остальная экипировка на мне. Поднимая перчатки, лошадиное ржание прервало лесную тишину. Обойдя повозку, я увидел две черные лошади в упряжке и подошел к ним.

– И где же ваш хозяин? Неужели он оставил вас тут? – тихо прошептал я, поглаживая одной гриву.

Отойдя обратно и оглядываясь вокруг, я решаюсь осмотреть содержимое повозки.

– Я не вор и красть ничего не буду, лишь посмотрю, – оправдывался я перед самим собой, залезая внутрь.

На полу лежала куча сена, завернутая в грубую ткань, стоял обшарпанный деревянный ящик, и на полу лежал откупоренный флакон. Нагнувшись и осмотрев его, стало понятно, что содержимое вылилось, оставив темное пятно на полу. Сам флакон источал запах какой-то очень крепкой травяной настойки. Сморщившись и положив его обратно, мое внимание переключилось на сундук. Открыв его, я увидел пару рубашек, штанов и мешочек с дюжиной разных металлических пластинок размером с палец. Осматривая содержимое ящика, краем глаза я увидел ножны. Около ящика лежал меч. Оглядываясь, я достал его из ножен. Это был обоюдоострый меч с равномерным сужением лезвия от гарды и до острия. Прикоснувшись к острию, я отдернул руку. Будто иглой был проколот мой палец. После этого я вернул меч в ножны и положил обратно. Сделав глубокий вдох и выдох, я отодвинул небольшую шторку в передней части телеги. Она вела к месту извозчика. Мельком осмотрев небольшую деревянную скамью, я сел и взял поводья в руки.

«Неподалеку точно должно быть какое-нибудь село, не могут же эта телега и кони быть бесхозными. Доеду туда и верну телегу владельцу. А там уже сориентируюсь, как вернуться обратно домой», – с этими мыслями я взял поводья в руки и погнал лошадей, пародируя движения из всех известных мне вестернов.

Лошади потихоньку пошли. Управлять повозкой оказалось на удивление просто. Я даже забылся на несколько минут и успокоился, пока мысли снова не скомкались в бесконечный клубок из вопросов о том, что происходит. Так я ехал на протяжении часа наедине с мыслями и тишиной.

Казалось, что лес умер, не было ни щебетания птиц, ни шороха листьев, и за полчаса поездки я не увидел ни одной животины в абсолютно диком на вид лесу. Гнетущее чувство неизвестности все больше и больше наполняло мою душу, пока я не увидел дальше по дороге металлические отблески. Это были двое мужчин в легкой кожаной броне, стоящие с копьями, чьи наконечники так успокаивающе поблескивали. Несмотря на их весьма грозный вид, они вселяли в меня теплое чувство спокойствия. «Наконец люди», – подумал я про себя, подъехав к ним.

– Здравствуйте, вам может показаться мой вопрос странным, но где мы находимся? – спросил я, разглядывая того, кто подходил ко мне. Это был крупный лысый мужчина.

– Нвац уваш угиврол пивор? – сказал один из них, подходя ко мне.

– Я не понимаю. I don’t understand, – почти рефлекторно продублировав на английском, быстро сказал я.

– Нвиг парнч лива! – все тот же мужчина сказал мне, пока второй, оглядываясь на меня, шел за телегу. – Нвиг парнч лива!!! – уже с криком повторил он, встав в боевую стойку и направив на меня копье.

Никогда не слышал подобного языка раньше. По звучанию похож на смесь русского и немецкого. Не понятно ни слова, даже ассоциации не появляются, как это обычно бывает, когда слышишь схожий с твоим язык. Единственное, что точно было понятно, так это то, что он чем-то был недоволен.

– Спокойно, спокойно, – повторял я тихим успокаивающим голосом, вставая с места и поднимая руки вверх.

Спустившись с повозки, он снова прокричал что-то, махая копьем к земле.

– Я не понимаю, что ты… – Меня прервал грохот, доносящийся из повозки. Обернувшись, я вижу, как из повозки вылетают вещи. И вдруг острая боль. Мужчина, кричавший на меня, вонзил копье мне в ногу. Наконечник не прошел насквозь, но я чувствовал, как он уперся в мою кость. Резким движением он отдергивает копье обратно. Пронзенный чувством боли, я падаю на колено, хватаясь за свою левую ногу. Я начинаю кричать. После чего сразу чувствую глухой удар сапогом в живот от копейщика. От этого у меня скрутило живот, и я перестал кричать, безуспешно борясь с рвотными позывами, сблевывая отвратительную массу перед ним. Сзади послышался крик:

– Марв кула!

Мужчина пошел за телегу на зов, оставив меня в этом унизительном положении. Спустя несколько минут, сопровождаемых энергичными разговорами между этими двумя, я начал приходить в себя и потихоньку вставать. Как вдруг за спиной послышались звуки шагов, а за ними последовала очередная порция боли. Схватившись за патлы, он потянул меня назад – за телегу. Боль в ноге не позволила мне встать, и тот тащил меня за волосы, пока я пытался разжать его руку. Подойдя несколько шагов, он швырнул меня к ногам своего спутника. Упав на землю, перед моими глазами лежал черный как деготь кристалл. Размером около 18—20 сантиметров. В ту же секунду избивший меня мужчина громко сказал:

– Илин кар авде?

Он повторил это несколько раз, пока я вглядывался в кристалл. Он завораживал меня, вглядевшись, я понял, он не просто черный. Внутри бушует поток черного дыма, очень плотного, густого и мощного. Словно еще немного – и он вырвется из заточения. Мое любопытство прервала острая боль в левой ноге. Это ранее говоривший со мной мужчина, крепко схватившись за ногу, вдавливал большой палец в мою рану. Наклонившись ближе к моему лицу, он снова повторил, но уже медленно фразу, что я слышал от него много раз:

– Ил ин кар ав де?

Страх, что я испытывал, начал уходить, а на его место приходил гнев от непонимания. В голове начала зреть мысль о том, чтобы полоснуть его ножом, заправленным у меня за поясом.

«А если он умрет? Ты ведь не убийца, ты не можешь этого сделать», – думал я, сжимая кулак все сильнее и сильнее, чувствуя свое бессилие.

– Я тебя не понимаю, идиот! – выкрикнул я сквозь стиснутые зубы.

Тот, в свою очередь, встал, вынув палец из моей раны и подняв кристалл, сказал что-то и начал уходить. После был глухой удар в голову и последовавшая за ним темнота. Снова.

Кап… кап… кап… кап. Звуки капающей воды и гул в голове привели меня в чувство.

– Снова? Почему все вокруг норовят меня убить! – приговаривал я, медленно поднимаясь. Случайно встав на больную ногу, меня подкосило, и, падая, я оперся на ближайшую стену. Я был абсолютно голым. Уже в этом положении я начал осматривать помещение, в котором находился. Это была темница, полностью выложенная камнем, а заместо одной из стен от пола до потолка были вбиты железные прутья. За решеткой был коридор, освещаемый парой тусклых факелов. Саму комнату же освещало маленькое окошко под самым потолком (не больше половины ладони в высоту и две в ширину). Комната была абсолютно пуста, из удобств была лишь дыра в полу, что источала отвратительный запах, вдобавок еще и перемешивающийся с запахом отсыревшей извести. Стены были влажными и с белыми подтеками у потолка. Стараясь не дышать носом, я, прихрамывая, подошел к решетке. Прутья были заржавевшими, с кучей засечек от чего-то острого. Подергав один из прутьев, стало понятно, что, несмотря на убогий вид, сломать или вырвать их было бы очень сложно. За решеткой стояла стена узкого коридора, такого, что, протянув руку, можно было практически коснуться ее. Все из-за редких прутьев решетки, что позволяли протиснуть руку по самое плечо. Осматривая прутья, я увидел справа в самом конце коридора небольшой деревянный стол с лампадкой в центре и три табурета, стоящие рядом. У стены также стояла знакомая пика и лежали ножны на столе. Дальше коридор заворачивал влево. «Этой пикой мне проткнули ногу», – подумал я, взглянул налево и увидел большую деревянную дверь всего в шаге от моей камеры. За ней слышались тяжелые и нерасторопные шаги, сопровождающиеся тарабарщиной. По мере приближения шагов я отходил от решетки, пока не уперся в стену и не сел. Вскоре дверь открылась и вошли двое мужчин с небольшим бочонком наперевес. Это были те самые стражники, что избили меня ранее. Они переговаривались между собой на каком-то языке и явно были в приподнятом настроении. Широко улыбались и громко смеялись. Тот, что ранил меня, остановился, достал из мешка на поясе тот самый кристалл и показал его, издевательски смеясь и корча лицо. Тогда я не мог рассмотреть его из-за шока, но теперь даже в полумраке были видны его маленький рост, тучное тело, блестящая от жира лысина, морщины и те немногие зубы, что у него остались. В неприязни, что я испытывал к нему, было сложно сдержаться и не указать на то, что, в отличие от него, у меня все зубы на месте. Лицо второго разглядеть не удалось, он пошел дальше. Было видно, тот гораздо выше меня, хотя мы были практически одного роста. Спустя еще минуту кривляний мужчина ушел. Снова подойдя к решетке, было видно, как они пьют что-то из принесенной ими бочки и обсуждают что-то. Это длилось довольно долго, потому я сел у стены напротив их застолья и смотрел. Пока я сидел и наблюдал за ними, в голове крутилось множество мыслей: «Зачем они меня здесь заперли? Что это за кристалл? Как вернуться домой?… Нет, это всего лишь кошмар, вскоре я проснусь, как будто ничего и не было».

– Хватит делать вид, что ты ничего не понимаешь, – раздался голос из противоположного угла камеры.

В полумраке стояла высокая фигура, свет задевал лишь часть его шлема, но и этого было достаточно, чтобы понять, кто это. Ржавчина, падающая хлопьями с его глухого забрала, и характерный металлический скрежет вызвали у меня страх, отозвавшийся эхом по всему телу.

– Ты понял все еще у реки, когда увидел свой новый облик, – сказал он.

– Что тогда произошло? Что тебе от меня нужно? Кто ты? Как ты здесь оказался? – говорил я, все сильнее вжимаясь в угол.

– Ты не в том положении, чтобы задавать мне вопросы, – сказал он, медленно подходя и доставая ржавый и сколотый меч.

– Уйди, нет-нет, только не снова! – схватившись за живот, я начал кричать.

Он подошел вплотную и медленно вонзил кончик меча мне в ногу.

– У тебя все такой же жалкий вид. Ты так отчаянно игнорируешь очевидное, что аж тошно. Скажи мне, где ты сейчас находишься?

– Ах… ах… в те… мн… ице, я не пони… маю, что ты от ме… ня хо… чешь? – сказал я со спертым от паники дыханием.

– Неверно, – он вдавил лезвие глубже, и боль многократно усилилась. Я закричал.

Один из стражником направился на крик.

– Ты все понимаешь. Так почему притворяешься идиотом? Странный лес, люди в доспехах и с мечами, тело, что тебе не принадлежит, незнакомый язык и сотни других мелочей, что ты так старательно игнорируешь, тебе ни о чем не говорят?! Неужели ты так боишься? – произносил он, с каждым предложением говоря громче и громче.

Он читал меня как открытую книгу. Эти слова задели мою гордость и заставили меня заглянуть в самые глубокие закоулки разума. Именно там я прятал настолько же очевидный, как и пугающий вывод.

– Я в другом мире, – с горечью сказал я.

– Верно, – он вытащит меч из раны и пошел обратно в темный угол. – Меня зовут Вальмир, – обернувшись, сказал он.

К камере подошел лысый мужчина и, достав меч, ударил по решетке и начал кричать на меня. Я указывал на угол в другом конце камеры, но рыцаря там уже не было. Страж кричал на меня еще несколько минут и вскоре ушел. Я же погрузился в свой разум, прямо в толщу мыслей, что ранее мной игнорировались. Взгляд притупился, а боль в ноге утихла.

«Как я мог оказаться в другом мире, это же просто невозможно. Почему именно я? В моей жизни все было хорошо, временами я даже мог назвать себя счастливым. Я всегда старался поступать правильно и не делать того, чего бы люди не заслужили. Почему этот мир стремится причинить мне боль, искалечить, унизить, оскорбить, ввергнуть в отчаяние? – Под глазами начали собираться слезы и стекать по обмякшему лицу. – За что он сделал это со мной?» – задавшись этим вопросом, я вспомнил ту ночь, когда впервые встретился с Вальмиром.

Многообещающее будущее

Ночь – это время, когда все начинается сначала.

Ночь – время, когда никто тебя не тревожит, где ты вдали от чужого взора и всех дневных проблем, какие бы они ни были. В это время я всегда любил сесть за компьютер и окончательно забыться. Впрочем, даже днем я не упускал такого шанса.

Сам из себя я, по сути, ничего не представляю. Обычный двадцатидвухлетний парень, уже больше четырех лет ищущий свое призвание, часто проводящий время в одиночестве, и не то чтобы у меня не было друзей, просто так сложилось, что мне гораздо проще проводить время наедине, нежели в шумной компании.

И вот очередной вечер обещал быль прекрасным. Ведь я уже стою на кассе своего дворового магазина с несколькими банками энергетика, что гарантируют еще одну бессонную ночь за любимым делом. Так проходят последние несколько лет.

После выпуска мне дали время определиться, кем я хочу стать, и последние четыре года я начал увлекаться физикой, переосмысливая все, пытаться найти ответы в ней. Она стала моим путеводителем по устройству всего мира. Меня вдохновляли ковчеги и громогласные лозунги: «Вперед – в новую эру, вперед – к звездам». Хотелось дотянуться до них или хотя бы понять, как это сделать. В школе она меня интересовала, как и другие технические предметы. Однако всегда находилось что-то гораздо интереснее: тусовки, игры, спорт и многое другое. Но сейчас, когда все друзья разъехались в другие города, а новых я заводить просто не умею, ибо все друзья, что у меня были, – это наследие раннего детства, когда я еще не был таким робким, как сейчас. Несмотря на то что в школе мне с трудом давались эти предметы, всего за год после выпуска я смог освоить всю школьную программу по прикладной физике, а также перешел на более узкоспециализированные направления. Термодинамика, механика, электродинамика, магнетизм, теория поля и другие. Удивительно, сколько всего можно сделать с огромным количеством свободного времени и полным отсутствием отвлекающих факторов.

– Следующий. Молодой человек, вы меня слышите? Следующий!

В потоке мыслей совсем забыл про очередь. Придя в себя, я быстро извинился и подошел к кассирше. Та, в свою очередь, окатила меня взглядом дохлой рыбы, будто говорящим: «Как вы мне надоели».

«Почему везде уже можно расплачиваться биометрией, просто взяв товар, а у нас до сих пор работают люди?» – подумал я. Она же, будто для завершения своего неприятного образа, вырвала у меня из рук несколько банок. «А можно повежливее?» – хотелось сказать мне, однако что-то остановило меня. Отстраняясь от вопроса, что именно меня остановило, я достал свой телефон и проверил, сколько осталось времени. Часы показали мне обратный отсчет на пяти часах и двадцати двух минутах. Идя к своему дому, я еще несколько раз прокрутил в голове, что именно я бы ей сказал. И вот, придя домой, эти мысли быстро покинули мою голову. Сегодня особенный день. День, когда придет ответ.

140 лет назад встал вопрос о перенаселении и нехватке ресурсов. Государства впервые за множество лет объединились для решения этой проблемы. Перспективу увидели в других звездах и начали проектировать корабли, что смогут их достичь. За какие-то 30 лет они смогли разработать такой корабль. На постройку трех таких кораблей ушло 80 лет. Эти корабли отличались своими монструозными размерами, больше походя на города с вместительностью в сотни тысяч человек, из которых около тридцати – обслуживающий персонал. Каждый из них был отправлен сразу после постройки с интервалами в три года. Экипажем и пассажирами были добровольцы, собравшиеся еще до конца строительства. По достижении своих точек назначения они должны будут отправить сигнал с сообщением, как они приземлились. И вот сегодня сигнал наконец должен прийти.

Войдя в комнату, я включил компьютер и, закрыв вкладку с конспектом по лекции, открыл стрим с обратным отсчетом. Дабы скоротать время, я решил зайти в свою любимую игру. Запустил ее на втором мониторе и полностью забылся. Спустя несколько часов беспрерывной игры я слышу звуки шагов в коридоре. Услышать я их смог только из-за старой привычки надевать лишь один наушник, ибо раньше меня часто ругали из-за поздних посиделок за компом.

«Наверное, родители уже встали и собираются на работу, – эта мысль мгновенно промелькнула у меня в голове. – Да, надо бы уже ложиться спать, а то опять собью свой и без того шаткий режим сна, дождусь сообщения и сразу лягу». До обратного отсчета оставалось всего несколько минут. Окинув взглядом стол и не найдя ни одной целой банки с энергетиком, я решил пойти и заварить себе кофе. Сняв наушники, собираясь вставать из-за стола, я вспомнил: родители еще позавчера уехали в совместную командировку на две недели. Прошло еще мгновение, как меня пробрала дрожь. Я обернулся, посмотрел на закрытую дверь комнаты и прислушался. Помимо тяжелого звука шагов было дребезжание железа, нет, скорее трение металла о металл.

«Что или кто это мог быть? Вор? Нет, тогда бы я услышал звук открывающейся двери, да и не стал бы вор так шуметь, не проверив квартиру на наличие жильцов», – подумал я.

Этот звук, он кажется мне до боли знакомым, где-то я уже его слышал, но где?.. Вспомнил! Это звук доспехов. Я часто слышал его, когда играл. Вот только понимание того, что это за звук, мне ничего не дало. Скорее наоборот – лишь больше запутало. Не может же в моей квартире ходить средневековый рыцарь. Это абсурд. Просидев так минуты две, не отводя глаз от двери, звук перетекал из одной стороны в другую. Из коридора в родительскую спальню, из нее – в кухню, из кухни – в гостиную. Оно ходит по моему дому. В момент чувство безопасности, присущее дому, улетучилось. Звук становился все громче и отчетливее. Направляется сюда. Я быстро вскочил с кресла, рванул к двери и задвинул щеколду. Шаги за дверью прекратились, а ручка медленно провернулась. Кажется, успел. Я знал, что дверь не открыть с задвинутой щеколдой, от этого мне не стало спокойней. Ручка остановилась, медленно вернувшись в свое изначальное положение, тем самым ознаменовав несколько мучительно долгих секунд. «Что дальше?» – подумал я. В эти мгновения меня охватил ступор. Простояв несколько секунд, я выдохнул, а мою голову посетила иная мысль, что это мне всего лишь показалось из-за переутомления.

«Да, наверное, звуки игры и реальности просто перемешались за эту бессонную ночь».

Развернувшись, я пошел обратно к компьютеру, ведь до ответа осталось меньше минуты. Не успел я сделать и шагу, как сзади раздался едва уловимый звук рассекающегося воздуха, после оглушительный грохот, за которым последовал глухой удар в спину. Меня вместе с куском двери откинуло к тумбе, стоящей возле стола. Ударившись прямо об угол нижней губой, я почувствовал сильную боль, но гораздо хуже было то, что я задыхался. Из-за сильного удара в спину весь воздух вышел из легких. Рефлекторно я перевернулся и сел лицом к двери, чтобы наладить дыхание. И тут моим глазам предстала сюрреалистичная картина. В проходе стоял человек высотой с дверной проем, в доспехах, закрывавших все его тело. Они были узкими и полностью повторяли человеческий силуэт, как будто крепились вплотную к коже. Поражало их состояние, они были ржавыми и осыпались множеством хлопьев, казалось, вот-вот – и они рассыпятся в труху. Из-под доспехов также торчали грязные тряпки в кровавых пятнах. Меч был под стать доспеху, полуторка вся в зазубринах, обломленная на одну треть и полностью проржавевшая. Его лица не было видно из-за шлема, и он не просто мешал его увидеть, нет, он был сплошным, состоящим из наслаивающихся друг на друга пластин.

В то время как я осматривал его, он повернулся на меня. Создавалось ощущение, будто он смотрит прямо мне в глаза. Спустя секунду он направился в мою сторону, не отводя взгляда. От дверного проема до стола оставалось всего четыре шага.

ШАГ

Первый его шаг ознаменовал неминуемую панику. Мой взгляд начал бегать по всей комнате, ища спасения.

ШАГ

«Думай! Думай! Думай!.. – бесконечно повторял я про себя. В отчаянии я начал перечислять все предметы у меня в комнате: – Тумба, принтер, компьютер, кровать, монитор, банки, стул, стол, тетради, пенал, книги…»