Дело об украденных драгоценностях

Вещие сны, или Папка с важными документами

Развалившись на диване, Данька мечтательно смотрел в потолок, не прислушиваясь к разговору Ульяны и Филиппа. Куда больше его волновали собственные мысли, вернее, мечты. Даньке отчётливо привиделось, что он разоблачил банду злоумышленников. Генерал полиции лично пожал ему руку, произнёс слова благодарности и вручил грамоту.

– Дань, ты что, уснул? – обратился к другу Филипп.

– Оставь его, – отмахнулась Ульяна. – Он опять размечтался.

– Много мечтать – вредно, – сказал Филипп.

– А, по-моему, наоборот, полезно.

– Что полезно, Уля, расскажи? – в гостиную вбежала четырёхлетняя Лиза – двоюродная сестра Филиппа.

Несколько дней назад она вместе с мамой (тётей Филиппа) и визгливой собачонкой Жукой, приехала погостить к родственникам. В силу возраста Лиза была настолько любопытна и непоседлива, что Филипп был готов на стену лезть от отчаянья.

– Лизка, тебя же спать уложили, – прикрикнул мальчик. – Что ты здесь делаешь?

– А я уже выспалась. Я не сплю долго днём, потому что спать надо ночью. Понятно тебе?

– Ребят, давайте поднимемся ко мне, – предложил Филипп.

– И я с вами, – заявила Лиза.

– Нет уж, ты здесь останешься.

– А что я буду одна делать?

– С дивана прыгать, – пошутил Филипп.

Лиза насупилась, а потом перевела взгляд на Даньку и спросила у брата:

– А Даня с открытыми глазами спит, да?

– Ага. Вот такой он уникальный экземпляр. Эй, Данька, – Филипп толкнул друга в плечо. – Хватить витать в облаках, вставай.

Вздрогнув, Данька быстро встал и на полном серьёзе сообщил:

– Нам в срочном порядке необходимо приступить к какому-нибудь расследованию!

– Рассмешил, – хмыкнула Ульяна. – Чего расследовать-то? В посёлке ничего не происходит. Скука смертная.

– Не может быть, чтобы ничего не произошло, просто мы не обладаем информацией. Надо хорошенько оглядеться, просканировать обстановку.

Лиза начала бегать по гостиной и мотать головой.

– Даня, я оглядываюсь, но ничего не вижу. Скажи, что искать надо?

– Поищи Жуку, – посоветовал Филипп.

– Я её мигом найду, – пообещала Лиза и выбежала в коридор.

Поднявшись на второй этаж, Филипп сказал:

– Я слышал, у Николаевых на днях пропала кошка. Можно заняться её поисками.

– Всю жизнь мечтал кошек искать, – буркнул Данька. – Да и не пропадала она вовсе, я их Муську сегодня утром видел.

– Значит, нашлась, – тихо проговорил Филипп.

– Просто нам не везёт на происшествия, – сказала Ульяна. – Дни даром проходят.

– Можем во что-нибудь поиграть.

– Да ну, Филипп, надоело играть.

В коридоре послышались торопливые шажочки и радостный голос Лизы:

– Филипп! Филипп, ты где? Я нашла Жуку.

Филипп быстро щёлкнул замком и приложил указательный палец к губам.

– Тихо, ребят! – прошептал он.

Вскоре дверная ручка задёргалась.

– Филипп, открой дверь, – кричала Лиза. – Филипп, вы здесь?

– Нет, нас тут нет.

– А кто это сказал? – допытывалась Лиза.

– Привидение.

– Не пугай сестру, – Уля толкнула Филиппа в бок, но он отмахнулся и, стараясь сдержать сметь, сообщил грозным голосом:

– В доме много привидений. Если маленькие дети не слушаются своих старших братьев, мы их забираем с собой. У-у-у! Понятно тебе?

– Понятно, – крикнула Лиза. – А можно на вас посмотреть?

– Нет.

– Почему?

– По кочану! Разозлился Филипп. – Лизка, проваливай к себе.

– А-а, это ты, Филипп. Ты меня обманул. Открой дверь!

– Тебе не жалко сестру? – шёпотом спросила Ульяна.

– Была бы у тебя такая сестра, посмотрел бы я, как ты запела. Лизка любого с ума сведёт.

Какое-то время Лиза теребила ручку, затем, устав от этого занятия, развернулась и спустилась на первый этаж.

– Ушла, – улыбнулся Филипп.

– Вижу ещё одну гостью, – сказал Данька, облокотившись о подоконник. – Наташа идёт.

Наташа была чем-то сильно расстроена. Чуть погодя выяснилось, у её папы из кабинета пропала папка с важными документами.

– Он должен был поехать с ними в офис, а папка исчезла. Папа весь кабинет перерыл, она как сквозь землю провалилась.

– А кто же мог взять папку? – удивился Филипп. – В доме кроме вашей семьи нет посторонних.

– В том-то и дело, – вздохнула Наташа. – Никогда не видела папу таким сердитым.

– Вот вам и подходящее дело, – сказал Данька. – Наташ, мы попытаемся отыскать папку.

– Дань, мне сейчас не до шуток, – скривилась Наташа.

– А кто шутит? Я говорю на полном серьёзе.

Ульяна и Филипп подняли Даньку на смех. Назвали его излишне самоуверенным и заявили, что Анатолий Романович даже разговаривать с ним не станет.

– Пошли, – Данька кивнул Наташе и, с усмешкой посмотрев на друзей, выдал: – Для настоящих сыщиков не существует преград.

На улице Наташа пыталась отговорить Даньку от его неудачной затеи.

– Дань, Ульяна права, мой папа не станет тебя слушать. Ну сам подумай, как ты отыщешь папку? Папа искал, мама, я, Валентина, даже дедушка.

Данька молчал, а на крыльце, прежде чем Наташа открыла дверь, взял её за руку и прошептал:

– Не говори пока своим, что я решил им помочь. Пусть думают, пришёл к тебе в гости.

В гостиной сидела Ольга Николаевна. Держа в руках тетрадь, она вносила в неё записи. Перед ней на журнальном столике лежало несколько книг и журналов.

– Мам, папка так и не нашлась? – поинтересовалась Наташа.

– Нет, – удручённо вздохнула Ольга Николаевна.

– А папа дома?

– Он в кабинете. Сегодня уже никуда не поедет. Здравствуй, Даня. Как твои дела?

– Всё хорошо, – кивнул Данька, взяв со столика сонник. – Можно посмотреть, Ольга Николаевна?

– Конечно. А что конкретно тебя интересует?

– Мне сегодня снились муравьи, хочу посмотреть, к чему бы это.

– Какие муравьи тебе снились: черные или рыжие? Их было много? А муравейник во сне был? – забросала Даньку вопросами Ольга Николаевна.

– Мама помешана на сновидениях, – засмеялась Наташа. – Напрасно ты, Данька, заговорил с ней о снах, теперь она тебя не отпустит.

– Наташа! Как тебе не стыдно, – укорила дочь Ольга Николаевна. – Я всего лишь хочу помочь Дане правильно истолковать его сон.

– А я в сны не верю, – поморщилась Наташа. – Чушь это!

– Тогда сходи на кухню, попроси, чтобы Валентина приготовила нам чай.

Наташа пожала плечами и вышла из гостиной.

– Иногда она бывает невыносима, – призналась Ольга Николаевна. – Как можно не верить снам?! Знаешь, Даня, я вижу исключительно вещие сны. Сколько раз благодаря моим снам мне и моим близким удавалось избежать неприятностей. Но ни муж, ни дочь меня не поддерживают. Насмехаются. А зря! Вот сегодня я прилегла после обеда, и мне приснился ужасный сон, якобы Анатолий Романович попал в автокатастрофу. Я проснулась в холодном поту, сразу отправилась его предупредить, чтобы никуда не выезжал. Так он назвал меня паникёршей. Как тебе такое нравится?

– Должно быть, вам обидно.

– Не то слово, Даня.

Данька сел в кресло и осторожно произнёс:

– Наташа сказала, у Анатолия Романовича пропала папка с важными документами.

– Как в воду канула, – Ольга Николаевна схватила со столика толстую книгу о толковании сновидений и начала быстро листать страницы. – Ты не ответил, в твоём сне присутствовал муравейник?

– Я уже не помню.

Вернулась Наташа.

– Чай скоро будет готов. Дань, давай поднимемся ко мне.

– Нет, – запротестовала Ольга Николаевна, – мы заняты. Даня, скажи, не заметил ли ты, что некоторые муравьи, были настроены к тебе агрессивно?

– Ну и вопросики, – прыснула Наташа. – Интересно, как он мог это понять? Муравьи должны были Даньке кулаками, что ли, грозить?

Даня тоже улыбнулся, и в этот момент из кабинета вышел Анатолий Романович.

– Толя, – позвала мужа Ольга Николаевна, но тот резко отмахнулся.

– Не сейчас.

– Дядя Толя, – Данька встал с кресла. – Можно с вами поговорить?

– Дань, давай отложим разговор до лучших времён. У меня неприятности.

– Я знаю, – кивнул Данька. – И как раз хочу помочь вам их решить.

Анатолий Романович вскинул брови, а Ольга Николаевна застыла с открытым ртом. Лишь Наташа продолжала загадочно улыбаться.

– Хм, – хмыкнул Анатолий Романович. – Что ж, проходи в кабинет.

Стоило Даньке закрыть дверь, он спросил:

– Где лежала ваша папка?

– На столе.

– Когда вы видели её последний раз?

– После обеда.

– Дядя Толя, вы можете назвать точное время?

– Без четверти три мы пообедали, я зашел в кабинет, папка лежала на столе. Потом я поднялся в спальню, Ольга как раз собиралась вздремнуть.

– Долго она спала?

– Вскочила минут через пятнадцать, выбежала на улицу, я разговаривал по телефону, заявила, что мне нельзя сегодня садиться в машину. Как увлеклась сонниками, так голову потеряла.

– Что было дальше? – деловито поинтересовался Данька.

– Я отправился в кабинет за папкой…

– Сразу?

– Нет, перед этим сделал ещё пару звонков.

– А Ольга Николаевна продолжала стоять рядом с вами на улице?

– Нет. Я очень резко с ней поговорил, она обиделась и вернулась в дом.

– Понятно – прошептал Данька.

– Что тебе понятно? – развеселился Анатолий Романович. – Эх, Данька-Данька, ты всё грезишь о славе великого сыщика?

– А разве это плохо, когда есть мечта?

– Напротив, но…

– Мы отвлеклись, дядя Толя, – перебил Наташиного папу Данька. – Вас ведь интересует, где находится ваша папка? Советую задать этот вопрос Ольге Николаевне. Именно она взяла папку из кабинета. Ей приснился сон, в котором с вами происходит несчастный случай. Она испугалась и решила вас обезопасить. Но вы проигнорировали её слова, Ольге Николаевне не оставалось ничего другого, как спрятать папку, без которой вам не было смысла ехать в офис.

Анатолий Романович с минуту смотрел на Даньку, а затем резко встал и вышел в гостиную

– Оля, – обратился он к жене. – Куда ты спрятала документы?

Ольга Николаевна вздрогнула и выронила из рук книгу.

– Значит, это правда, – поразился Анатолий Романович. – Твоя реакция говорит сама за себя.

– Толя, я… как ты догадался?

– Где папка?

– Я… я сейчас её принесу. Пойми, у меня не было выхода… сон… Мои сны меня никогда не обманывают.

Анатолий Романович обнял жену за плечи и провёл ладонью по волосам.

– Я понимаю, ты хотела, как лучше.

– Обещаешь, что сегодня никуда не поедешь?

– Поздно ехать. Да и встречу я уже перенёс на завтра.

Улыбнувшись, Ольга Николаевна начала подниматься по лестнице на второй этаж.

Анатолий Романович подозвал к себе Даньку и протянул ему руку.

– Ну, брат, ну удивил ты меня. Не ожидал. Честное слово, не ожидал! Теперь я твой должник.

Данька смутился и покосился на Наташу.

– А скажи, Дань, ты любишь цирк? – спросил Анатолий Романович.

– Кто же его не любит.

– Вот и отлично. Ты, наверное, уже знаешь, что вблизи посёлка на протяжении месяца будет работать передвижной цирк. Ты и твои друзья можете ходить на представления хоть каждый день. Это мой подарок.

– Дядя Толя, а какое вы имеете отношение к передвижному цирку? – удивился Данька.

– Ой, Данька, ну какой же ты несообразительный, – засмеялась Наташа. – Забыл, где и кем работает мой папа? Он лично занимался организацией гастролей передвижного цирка в наших краях.

– Ясно, – закивал Данька. – Наташ, бежим, обрадуем Ульку и Филиппа.

Добро пожаловать в цирк, или Знакомая незнакомка

Прошло несколько дней, в пятницу ребята отправились в цирк на вечернее представление. И если Данька с Ульяной находились в предвкушении, то на лицах Филиппа и Наташи читалось недовольство и разочарование. Филиппа понять можно, ему навязали Лизу. И как ни пытался он доказать маме и тёте Римме, что Лизке в цирке не понравится, они были непреклонны. Да и сама Лиза прыгала вокруг и, хлопая в ладоши, кричала: «Хочу в цирк». Делать нечего, пришлось брать сестру с собой. Потому и шёл сейчас Филипп, надутый как пузырь.

Лиза держала брата за руку, вертела головой и ела булку.

– Ты можешь не чавкать?! – прикрикнул Филипп.

– Как это? – удивилась Лиза.

– Молча. Есть надо с закрытым ртом. Ты же человек, а не поросёнок.

– Не кричи на ребёнка, – хохотнула Ульяна.

– Не умничай, – буркнул Филипп.

Лиза нахмурила брови, внимательно посмотрела на булку, а затем спросила:

– Я не поняла, Филипп, как же можно есть с закрытым ртом? Если я зарою рот, как туда засунется булка?

– Рот надо закрывать, когда жуёшь, – пояснил Данька.

– А-а, – протянула Лиза. – Ну я попробую.

– Да ладно тебе, Филипп, – Данька похлопал друга по плечу. – Расслабься. Не создавай проблем на ровном месте.

– Свалилась на мою голову, – продолжал бурчать Филипп. – Какой с ней отдых, она будет постоянно канючить, крутиться, вопросы задавать.

– Ничего. Анатолий Романович сказал, мы можем бывать в цирке хоть каждый день. Завтра рванём туда без Лизы.

– Лиза сама не захочет больше в цирк идти, – сказала Наташа. – Вот увидите.

Все посмотрели на неё.

– Почему ты так говоришь, Наташ?

– Там же эти… Наташа скривилась. – Клоуны.

– И что?

– А ничего. Я их с детства боюсь. Бр-р-р! Как вспомню, так мурашки по коже бегут и дыхание перехватывает. Терпеть не могу их разукрашенные лица, эти нарисованные улыбки до ушей, цветные парики, носы.

– Наташ, да ты, оказывается, трусиха. Вернее, я знала, что ты трусиха, но не думала, что даже клоунов боишься, – усмехнулась Уля.

– Ничего я не трусиха, – вспыхнула Наташа. – Клоунов многие боятся.

– А я не боюсь, – заявила Лиза.

– Молодец! – одобрил Данька.

– Это она сейчас так говорит, – не унималась Наташа. – Она просто со злыми клоунами не сталкивалась.

– А злые это какие? – допытывалась Лиза.

– Подойдет к тебе близко-близко, и будет буравить глазками, а потом схватит за руку и…

– О-ой, – насупилась Лиза. – Я не хочу таких клоунов смотреть.

– Не слушай её, она шутит, – Улька засмеялась и подмигнула Лизе. – Понятно всё с тобой, Наташка. А я гадаю, почему ты не в настроении, вроде в цирк идём, а ты сама не своя.

– Между прочим, вы зря шутите, боязнь клоунов – это одна из распространённых фобий. Она называется, – Наташа задумалась. – Забыла.

– Сейчас проверим, – Данька вооружился телефоном. – Коулрофобия.

– Точно! Очень многие люди страдают этой фобией.

– Никогда не слышал о такой фобии, – Филипп зевнул и достал из кармана сушку. – Про клаустрофобию слышал, ещё про боязнь пауков, арахнофобия вроде, тоже знаю, а про твою коулрофобию… Тьфу ты, даже название какое-то дурацкое.

– Ешь свою сушку и помалкивай, – отмахнулась Наташа.

– Ребят, мы всё-таки в цирк идём, а вы о фобиях разговариваете.

– Цирк, – вздохнула Наташа. – Хоть бы там клоунов не было

– Обязательно будут, – заулыбался Филипп, выудив вторую сушку.

– Злые? – спросила Лиза.

– Ага. Будешь плохо себя вести, откусят тебе ухо.

– Филипп! – прикрикнула Ульяна. – Прекрати пугать сестру. Не стыдно?

– Она же знает, я пошутил. Правда, Лиз?

Лиза сглотнула, шмыгнула носом, дотронулась до уха и молча кивнула.

Вскоре ребята увидели огромный купол цирка. Недалеко от входа их ждал низкорослый круглолицый работник цирка – Сергей Михайлович. Стоило Даньке сказать, что они от Анатолия Романовича, как на лице Сергея Михайловича появилась широкая улыбка.

– Рад знакомству, молодые люди.

Сергей Михайлович устроил друзьям экскурсию по территории, которую временно занимал передвижной цирк. Артисты готовились к представлению, они сновали туда-сюда, кивая на ходу Сергею Михайловичу. На территории было много фургонов, в которых проживали клоуны и жонглеры, акробаты и шпагоглотатели, дрессировщики и иллюзионисты. Чуть вдалеке стояли фуры, в них перевозили животных.

Окунувшись в эту суетливую атмосферу, Данька вдруг пожалел, что он не цирковой артист. Сказав об этом друзьям, услышал смех Филиппа.

– Ты бы не смог работать в передвижном цирке.

– Это ещё почему?

– Не каждый выдержит кочевую жизнь, я прав, Сергей Михайлович?

– Артисты цирка не мыслят своей жизни без постоянных гастролей вдали от дома. К этому привыкаешь. Но изначально у тебя должно быть призвание, только так, а не иначе, ты сможешь одиннадцать месяцев в году кочевать из города в город.

– Понял? – улыбался Филипп. – А у тебя другое призвание. Он у нас мечтает стать великим сыщиком.

– О-о! – протянул Сергей Михайлович. – Тоже неплохо.

– А кто там в клетках сидит? – спросила Лиза, ткнув пальцем в сторону шатра.

– А пойдем, я познакомлю тебя с нашими питомцами.

Ребята поспешили за Сергеем Михайловичем, а Данька, продолжая стоять на месте, зачарованно смотрел по сторонам. Вот мимо пробежал высокий парень, держа в руках объемный пакет, за ним промчалась девушка в серебристом цирковом костюме. Тучный мужчина, едва не налетел на Даньку, таща в руках здоровенный переливающийся всеми цветами радуги шар.

– Извини, – произнёс толстяк и, как ни в чём ни бывало двинулся дальше.

Вдруг над самым ухом заржала лошадь. Данька вздрогнул, а женщина, в костюме наездницы, улыбнулась и помахала ему рукой.

Одни люди кричали, вторые громко смеялись, третьи отдавали распоряжения, четвёртые спешно их выполняли, пятые спокойно передвигались по территории, не обращая внимания на суматоху.

Данька не спеша побрёл к фургонам. У одного из них он увидел двух молодых мужчин, похожих друг на друга как братья-близнецы. А присмотревшись, мальчик подавил смешок. Жонглёры были самыми настоящими близнецами. Один жонглировал булавами, второй подбрасывал мячи и кольца. Заметив Даньку, тот, что работал с булавами, весело поинтересовался:

– Ты кто?

– Меня зовут Даня.

– А я Всеволод.

– Очень приятно, – Данька посмотрел на второго жонглёра, ожидая, что тот тоже представится.

Брат Всеволода продолжал молча жонглировать. Его лицо было излишне серьёзным, взгляд сосредоточен на мячах.

– А он Вениамин.

– Кончай болтать, – осадил брата Вениамин.

– Разговор работе не помеха, – ответил Всеволод.

Данька постоял с минуту и отправился дальше. Заглянув в распахнутую дверь небольшого фургончика, он увидел пожилого мужчину. Тот сидел перед зеркалом и наносил на лицо клоунский грим. Совершенно не вовремя Данька чихнул. Мужчина резко обернулся, и округлил накрашенные глаза.

– С кем имею честь? – спросил клоун.

– Я… Извините, я не хотел вам мешать.

– Ты не помешал. Хочешь, можешь даже зайти в фургон.

Дважды Даньку приглашать не пришлось. Пять минут спустя он знал, что клоуна зовут дядей Пашей (Павлом Павловичем, если полностью), а на арене он превращается в весельчака и балагура Непоседу. А ещё у него есть напарник, клоун Умник, с которым он дружит и работает на протяжении двадцати пяти лет.

– Старый совсем стал, – пожаловался дядя Паша. Потом внимательно посмотрел на своё отражение в зеркале, схватил рыжий парик, нахлобучил его на голову и громко закричал: – Но я не унываю! Мальчишки и девчонки, сейчас мы с вами будем смеяться и веселиться.

Данька засмеялся. Дядя Паша снял парик и откинулся на спинку стула.

От Непоседы Данька побрел в сторону тесно стоявших друг к другу небольших фургончиков. Они почему-то находились под навесом. Там было темно и пустынно. Лишь в одном фургоне горел свет, дверца была приоткрыта. Данька проходил мимо, когда услышал доносившийся из фургона мужской голос:

– А я тебя предупреждаю в последний раз. Ты меня знаешь, со мной шутки плохи.

– Оставьте меня в покое! – послышался совсем молоденький, почти детский женский голосок.

– Долги, дорогуша, надо возвращать.

– Я ничего вам не должна.

– Это ты так считаешь. Неблагодарная!

Данька услышал хлопок. И сразу же взвизгнула девушка.

Он её ударил по щеке, догадался мальчик.

– Не играй с огнём, – взревел мужчина.

Услышав шаги, Данька быстро юркнул за угол соседнего фургона и сел на корточки. Прошла секунда, вторая, дверь распахнулась, Данька увидел широкую мужскую спину в серой ветровке. Странной, какой-то неестественной походкой, мужчина скрылся за фургоном, с силой саданув по нему кулаком.

Выждав минуту, Данька вышел из укрытия, а едва поравнялся с распахнутой дверью, увидел, как оттуда, словно ошпаренная, выскочила девушка. Невысокого роста, худенькая, с зачесанными назад короткими волосами и огромными испуганными глазами, она показалась Даньке знакомой. Не замечая ничего вокруг, девушка налетела на Даньку и выронила из рук сумочку.

– Ох! – вскрикнула она.

– Я помогу вам… тебе, – поправился Данька.

– Спасибо, – девушка тоже нагнулась и бросила в сумку связку ключей, пудреницу, пачку жевательной резинки.

Данька протянул ей губную помаду и ручку.

– Спасибо! – ещё раз поблагодарила девушка, смахнув со щеки слезу.

– У вас… тебя, – Даньки никак не мог сообразить, как обращаться к знакомой незнакомке. – У тебя всё в порядке?

– Да.

– Помощь не нужна?

– Нет, – девушка встала, расправила плечи и, сделав несколько шагов, резко обернулась. – Да! Мне нужна твоя помощь.

– Что нужно сделать? – с готовностью спросил Данька.

Прежде чем ответить, девушка взяла его за руку, завела за фургон, отдышалась и лишь потом спешно заговорила:

Записка, или Фургон гимнастки Вероники

– Сможешь передать записку? – слетели с её губ тихие слова.

– Смогу, – заверил Данька.

Девушка открыла сумочку, достала блокнот и ручку. Текс был написан за полминуты, после чего она оторвала лист, сложила его и вручила Даньке.

– Найди акробата Алика. Передай лично ему в руки, и скажи… Впрочем, ничего говорить не нужно.

– А если он поинтересуется, от кого записка?

– Алик поймёт. Иди, и помни, лично Алику.

– Не волнуйтесь, я всё сделаю.

– Ты меня очень выручил, – напоминая затравленного зверька, девушка вытянула шею, быстро посмотрела вправо, затем влево и, тяжело вздохнув, бросилась бежать.

Данька смотрел ей вслед, гадая, где они могли встречаться раньше? Определённо, он её уже видел, эти огромные гарусные глаза, зачёсанные назад волосы…

– Вот ты где! – услышал мальчик недовольный голос Ульяны. – Мы решили, ты потерялся. Филипп вообще предположил, что тобой поужинал тигр.

– На это можете не рассчитывать, – шутливым тоном ответил Даня.

Улька подошла к Даньке, вопросительно посмотрев на сложенный вдвое листок.

– Что это у тебя?

– Уль, ту такое дело…

– Какое дело, Данька, представление скоро начнётся.

– Знаю, но прежде мне необходимо отыскать одного человека, акробата Алика, – Данька спешно ввел Ульяну в курс дела, сделал пару шагов, как вдруг его внимание привлекла блестящая упаковка таблеток.

Нагнувшись, он поднёс таблетки к глазам и закусил губу.

– Скорее всего, они выпал из её сумочки.

– Ты уверен, что мужчина ей угрожал, а потом ударил по щеке? – недоверчиво спросила Уля, когда ребята отправились на поиски акробата.

– Не сомневайся, Улька.

– Как странно. А почему эта девушка сама не смогла передать записку Алику?

– Не знаю.

– Странно, – повторила Улька и выхватила у Даньки блокнотный лист. – Давай хоть полюбопытствуем, что она там написала.

– Ты что, Улька, нельзя! Это чужая записка.

Но Ульяна, отбежав от Даньки, развернула лист и прочитала вслух:

– Ал, нам надо срочно встретиться. Дело жизни и смерти. Завтра в десять вечера у старого дуба, что растёт недалеко от купола.

– Отдай! – потребовал Данька.

– На! Прям тайны мадридского двора.

– Читать чужие письма – подло.

– Это не письмо, а записка.

– Какая разница, Уль?!

– Большая. Если бы я выхватила у тебя запечатанный конверт с письмом, открыла его и прочитала послание, тогда я бы поступила подло. А прочитать записку можно, даже нужно. Мало ли что она там написала? Вдруг твоя знакомая опасная преступница?

– Не оправдывай себя. Лучше признайся, что хотела удовлетворить любопытство.

– Самую малость, – хохотнула Ульяна.

Убрав записку в карман, Данька увидел Всеволода и поспешил к нему.

– Привет, это опять я. Не подскажите, где мне найти Алика?

– Алика? – Всеволод вскинул брови.

– Он акробат, – на всякий случай сказала Ульяна.

Смерив её недобрым взглядом, Всеволод кивнул в сторону длинного фургона.