- -
- 100%
- +
Часть первая
«Книга некромага»
Шёл 1844 год. Гроза. Люди стремятся укрыться под крышами домов. Человек в сером халате с капюшоном не стал исключением. Он добежал до переулка между двумя зданиями, где, пробежав пару метров, повернул налево и оказался перед деревянной тяжёлой дверью.
Зайдя во внутрь он оказался в просторном зале, самый низ которого был ниже уровня земли, а потолок совпадал с потолком самого здания. Внутри зала было ещё несколько людей, которых, кроме халата, объединяет ещё и пояс с металлической бляхой из осмия.
После непродолжительной беседы одному из них отдали книгу.
Тот посмотрел на скелет существа, напоминающего человека, но имеющие 4-е больший закруглённых рога, а после в спешке ушёл из зала.
***
Наши дни.
Мы с Лескудом стоим на пороге многоэтажного жилого дома, которому, с виду, лет тридцать. Я стою в своём фирменном наряде: кофта серая с пуговицами и двумя карманами по краям, как у какого-нибудь студента математика из английского детектива, под кофтой у меня белая рубашка с красным галстуком, на ногах чёрные брюки и чёрные туфли с заострённым носком. На плече висит чёрная сумка. Сам по себе у меня среднее телосложение, светло-русые волосы и нос с горбинкой. На Лескуде серое пальто, серая жилетка, белая рубашка, чёрные брюки и такие же туфли как у меня. Сам он тоже среднего телосложения, чуть выше меня ростом (172 см, а я 165 см), на пару месяцев старше меня (нам по 16) и у него чёрные волосы. За спиной у него висит кобура для меча и сам меч (если у кого возникнет вопрос, как же он достаёт меч, то ответ прост, кобура в начале имеет заострённый вырез, в который прекрасно помещается наконечник, поэтому доставать меч ему более чем удобно).
– Нам кто-нибудь откроет? – Спросил я его.
– Должны. Во всяком случае аванс, хоть и не большой, мы получили. – Ответил Лескуд.
Послышались шаги, кто-то спускается с лестницы.
– Слышишь? Я же говорил, нам откроют.
– Ты и в прошлый раз так говорил, в итоге мы простояли полтора часа. – Ответил я спокойным тоном, глядя на металлическую дверь со сломанным домофоном.
– Во-первых, не в прошлый, а в позапрошлый, а во-вторых я тогда не брал аванс. – Ответил он с небольшим ускорением.
Шаги стали громче, как будто некий вышел из-за угла.
Дверь открылась, и мы вошли в подъезд.
Ах да, совсем забыл представиться. Моё имя Александр Ынкин, моя фамилия начинается на букву «ы» чем она и выделяется, но в тоже время её всё время исправляют на «и» и поэтому мне легче скрыться но тяжелее заполнять важные документы через кого-то. Я работаю в агентстве «Гарейм», мы занимаемся тем, что изгоняем нечисть и нежить. Откуда взялась вся эта нечисть, нежить и магия? Всё началось из-за, так называемого «Сибирского Землетрясения» – период, когда появились разломы, через которые всё это стало проникать в наш мир (точнее, всё это и раньше было в нашем мире, но не в таком количестве). Это «Землетрясение» произошло где-то год назад, но за это время столько успело произойти… Так вот, мы убиваем нечисть и нежить. Это только звучит просто, но я с вами не соглашусь, большинство из них смертельно опасны, а некоторых мы не сможем победить, как не старайся. И даже наше оружие далеко не со всеми могут справиться. А учитывая то, что некоторые виды нечисти обладают разумом, то охота на них легко может превратиться в охоту на нас.
– Хорошо, что вы пришли! – Сказал нам старик, лет семидесяти, с белой бородой, в пуховой коричневой жилетке, клетчатой рубашке, красных штанах и ботинках, ему только двустволки не хватает, а так вылитый сторож «Василий Петрович». – А то я уж… короче ладно, держите ключи, вы тут сами, квартира номер сто шесть, лифт не работает. Удачи!
После этой фразы он отдал ключи Лескуду и вышел за дверь, а нам осталось пройти весь лестничный пролёт до шестого этажа.
Бывает и такие клиенты.
– Фак! – Сказал Лескуд.
Удивительно, как одно слово может так кардинально и точно описать всю сложившуюся ситуацию.
– После этого ты обязан поднять мне зарплату. – Сказал я ему и, вздохнув, начал подниматься по лестнице.
После ужасных мучений, мы всё-таки добрались до той двери. Лескуд достал ключ, который ему отдал тот старикашка, и вставил в дверной замок.
– Ну что? Вперёд! – Сказал он и повернул ключ.
– Пошли. – Неохотно ответил я, размяв спину, так как последние пару этажей поднимался скрючившись.
Я первый переступил порог, а Лескуд чуть отстал, чтобы сверить показатели термометра на лестничной площадке.
– Солнце почти скрылось за горизонтом. – Сообщил Лескуд.
– Люблю это время. На закате любой город красивым кажется. – Сказал я, посмотрев в окно.
– Ладно, Саня, ты пока рисуй круги. – Сказал Гена (так его зовут) деловым тоном. У него была такая привычка, включать делового, как будто мы не друзья, а просто босс и подчинённый. Хотя, как только мы с ним познакомились, первые пару часов так и было. – А я пока начну сверять показатели.
– Как обычно? Один круг в комнате?
– Да. Нет, в коридоре два нарисуй.
– Ха, мне бы здесь один нарисовать попробовать. Ты видишь этот коридорчик, даже коридочишечик. – Ответил я.
Лескуд пожал плечами.
Мы принялись за дело. Лескуд зашёл в первую комнату, как и я. Ею оказался зал. Босс начал ходить с термометром и смотреть показатели, а я в центре зала рисовал круг (пришлось убрать ковёр для этого). Так мы сделали и с оставшимися комнатами. В квартире одна спальня, зал, коридор, кухня, балкон (выполняющий роль ещё и мастерской) и туалет с ванной. Небольшая квартирка.
– Где самый низкий показатель? – Спросил я Лескуда.
– В зале, над диваном. – Ответил он, смотря на листок, куда он записывал показатели.
– Сколько?
– 11 градусов по Цельсию. Это чуть ниже чем на лестничной площадке. Примерно на два градуса.
– Думаешь призрак?
– Наверное, но кто его знает? Может и полтергейст. – С этими словами он достал из своего рюкзака термос. – Чай?
– Да, давай. А то просто смотреть на осеннюю улицу уже холодно. А тут отопление даже не работает. – Ответил я. – Что это за дом?
– А что ты ждал от Петербурга?
Я пожал плечами.
– Сахар?
– Нет, я без сахара.
– Ну да, точно. А что в Пензе не понравилось? – Спросил он, после того налил себе и мне, а затем отхлебнул. – Что сюда решил приехать, здесь холоднее.
– Обстоятельства вынудили. А так там и в правду теплее. И ещё оттуда пришли все Шауваю. – Ответил я, держа в руках стаканчик с горячим чаем, ожидая, когда тот остынет.
Раздался скрип.
– Что это? – Спросил я, немного с небольшим испугом из-за неожиданности.
– Наверное кто-то на верхних этажах ходит. – Ответил Лескуд, спокойно отхлёбывая чай.
Я уловил неприятный аромат.
– Ты чувствуешь? Миазмы? – Сказал я Лескуду, а сам посмотрел на термометр. Он показывал одиннадцать, а сейчас девять градусов. – И похолодало.
– Миазмы не чувствую, но вот что похолодало, с этим соглашусь. – Ответил он спокойно, затем допил чай и положил одноразовый стаканчик в рюкзак.
Я посмотрел на стаканчик.
– Блин, я только сейчас заметил во что ты налил чай. – Сказал я, забыв про холод. – Кто чай наливает в одноразовый стаканчик? – Я пошёл на кухню, вылил чай и выкинул стаканчик в мусорное ведро, которое находилось под умывальником и представлял из себя пластиковое ведро с чёрным пакетом, потом вернулся в зал. – Ты знаешь, что горячее в одноразовый стаканчик, всё равно что пластик расплавленный выпить. – Ну да я слишком высоко планку задрал, но всё ровно.
– А что такого? – Спросил он с ноткой недоумения.
– Теперь я понял откуда этот запах. Я уж подумал Миазмы. А это запах жидкого полиэтилена вперемешку с чаем.
– Он плавится?
– Нет, полиэтиленовые стаканчики плавятся при температуре плюс сто с чем-то градусов. Дело в том, что полиэтилен… – Я не успел договорить, как раздался треск.
Я быстро взял из мешочка Петерсит, который загорелся пурпурным огнём, а затем из него выросла палка (сам камень уменьшился в размерах). За которую я, впоследствии, схватился. Лескуд достал из рюкзака титановый меч, рукоять которого была усыпана гладкими эллипсоидами фиолетово-зелёного флюорита с белой полосой, а между рукоятью и лезвием вставлен китайский Петерсит, белый с оранжевыми полосками напоминающие реки лавы, текущие на берегах белого пепла.
Мы обернулись в сторону прохода в коридор.
Из-за прохода вылетело нечто, которое напоминало скелет, но без ног, тазовых костей, и копчиковых позвонков; на нём повешены куски из сине-прозрачной ткани в виде разорванного плаща с капюшоном, а под ладонями куски были длинными, из-за чего те волочились по полу; в левой руке этот летающий голубой и слегка прозрачный скелет держал боевую косу. А ещё у него есть костенные крылья за спиной.
– И какого хрена он тут забыл? Вестники же были почти все уничтожены ещё до сибирского землятрясения? – Сказал я и чуть не попал под удар косы.
– Давай потом разберёмся какого хрена он тут забыл? – Предложил Лескуд и, нажав скрытую кнопку на рукоятке меча, заставил его лезвие загореться белым пламенем.
Я быстро встал в круг и, взмахнув посохом сверху вниз, отправил молнию в вестника, но не попал. Тот прошёл сквозь стену и исчез.
– Саня, что там за стеной?
– Кухня.
Мы молча обошли через коридор стену и вошли в кухню, но там вестника не было.
– И что теперь? – Спросил я Лескуда, хотя и сам знал ответ.
– Нет, пока ломать стену не будем. Он мог просто быстро улетел в другую комнату. – Ответил Лескуд, который понял мои намерения, но в принципе понятно почему он не хотел ломать раньше времени. – А то заказчик не заплатит.
– Тогда приманку?
– Да.
Иногда, когда нечисть или нежить не хочет выходить из укрытия, мы используем прием «приманка». Суть приёма заключается в том, что кто-то из нас выходит за пределы круга, так сказать подаётся на блюдечке, а другой выжидает, и когда нечисть или нежить выходит, то тот, кто сидел в укрытии, нападает, но только после того как та уже напала на «приманку». Это сделано для того, что нечисть умеет оценивать ситуацию и не нападает, если шанс поражения слишком велик (только сильная нечисть может видеть через круг, а самая сильная может и проходить вовнутрь). Приманку мы выбираем через камень, ножницы, бумагу – это наше главное правило.
Мы вернулись в зал и встали в круг.
– Давай. Цу-ее-фа. – Сказал я и мы оба показали ножницы. – Цу-ее-фа. Блин! – В этот раз я показал бумагу, а он снова ножницы.
– Правила есть правила. – Сказал Лескуд.
– Некогда не любил это правило. Это же не рационально. Я ведь отвечаю за дальний бой, мне лучше быть в круге, а тебе приманкой, так как ты сражаешься в ближнем бою. – Оправдывался я.
Лескуд вытолкнул меня «наружу».
– Правила есть правила. – Сообщил он мне. – Не волнуйся. Я успею.
– Сколько на термометре? – Решил я перевести тему.
– Семь. – Ответил Лескуд и убрал термометр в рюкзак, а сам взялся двумя руками за свой меч, который потушил, когда вестник только скрылся за стеной.
– И как долго мне ждать? – Пробубнил я.
Ждать долго не пришлось.
Вестник вышел (вылетел) из-за стены и начал стремительно приближаться ко мне, размахивая косой. В один миг передо мной сверкнуло лезвие – это был меч Лескуда, который встал между мной и косой вестника, которое было в пару сантиметров от моего лица.
Дальше мы действовали так, по плану «Г», то есть пока Лескуд сражался, я отыскивал источник или разлом, из которого мог выйти, или быть привязанным, та нечисть или нежить с которой мы сражаемся. Этот раз не исключение.
Я отметил то самое место, откуда появился вестник и взял ломик. Точнее хотел, но его почему-то не оказалось в нашем наборе.
– Лескуд, твою бюретку! – В это время он отвёл вестника в большой дверной проём между коридором и залом. – Где лом? – Сегодня снаряжение по правилу цу-е-фа должен был собирать Лескуд…
– Блин, Саня, прости забыл. Я же говорил, нам нужна… ещё одна работница. – Сказал он уклоняясь от косы.
– Или работник. – Пробубнил я, а затем вздохнул. – Ладно. В прочем, обычный ломик всегда можно заменить. (в любом случае мы его всегда забываем).
Делать было нечего. Я открыл сумку, взял газету, которая лежала на столе и оторвал кусок, потом насыпал туда порох моего личного приготовления (чёрный разумеется) и завернул бумажку. Затем я взял свой нож и вырезал в гипсокартонной стене отверстие под бомбочку. Я отошёл и сделал посохом движение слева направо и в цель. Таким движением посох создал огненный шар, который полетел прямо в бомбочку, и та сначала загорелась, а затем взорвалась.
– Саня? А пробить или вырезать отверстие в гипсокартонной стене не верняк? – Спросил он, уклонившись от очередного удара. – Нам же не заплатят.
– Что-то я не подумал. – Ответил я, а потом сунул голову в отверстие, а затем пробубнил, смотря на поединок. – Лескуд сегодня не в форме.
Там оказался небольшой проём, в котором лежат человеческие кости.
– Тут останки чьи-то! Вроде как некромага времён из очень древних. – Сказал я, когда посмотрел на его халат, точнее на пояс его халата. Пояс с бляхой из осмия в виде черепа с костлявыми ладонями. Такие носили только некромаги (так называют магов, которые научились призывать нечисть и нежить из их мира).
– Давай быстрее! – Донёсся голос Лескуда из коридора.
Я взял из чемодана футляр с зелёной жидкостью и вылил на кости, которые загорелись зелёным огнём. Так теперь уничтожают источники, не источник не горит. Конечно можно поджечь обычным способом, но эту жидкость агентам пока выдают бесплатно.
Потом я заметил книгу рядом с телом и взял её, пока пламя до неё не добралось.
Вестник пропал.
Лескуд убрал меч за спину и бросил на меня взгляд.
– Зачем тебе она? – Спросил меня Лескуд.
– Ну узнаю что-нибудь новое. Ты чего? Такой шанс представляется один раз в жизни, найти книгу некромага, они редко когда писали книги, и поэтому такие книги бесценны, ведь все знания некромагии были сожжены вместе с их владельцами. – Ответил я Лескуду, которому видимо было всё ровно, а спросил просто так.
– Ага, во времена, когда нечисти и нежити почти не было… ладно, завтра перед Ариной отчитаюсь по работе. А сейчас пошли домой. Сколько время?
Я посмотрел на экран смартфона.
– 23:03.
– Отлично, сегодня даже раньше закончили. – Мы собрались и пошли домой, где нас ждал наш любимый диван для отдыха.
Часть вторая
«Агентство»
Ночь. За окном поезда видны звёзды и полная Луна.
Я хоть и в неестественной позе повернул голову, и как бы мне не было больно, я всё ровно смотрел на это зрелище, от которого трудно оторваться.
После я нормально лёг на спину.
Лежу я на верхней койке, в плацкарте.
Люблю ездить в поезде, но сегодня это стало мне унылым занятием. Всё, так сказать, из-за обстоятельств.
Я закрыл глаза и уснул.
На утро, точнее уже день. Поезд подъехал на вокзал в Санкт-Петербурге.
«Московский вокзал»
Я собрал вещи и проверил их по списку, который сам и составил, за день до того как сбежал от родителей (свободы захотелось), а потом сошёл с поезда на платформу.
– Ну привет Петроград. – Сказал я и поправил куртку, неся сумку с одеждой и вещами первой необходимости, например зубная паста и зубная щётка, полотенце, на плече сумка, за спиной рюкзак.
Я пошёл в здание вокзала, где на противоположной стене виднеется надпись, (Санкт-Петербург). Дальше я вышел из этого зала и вошёл в другой, где стояли лавки, а около самого входа, проверка багажа. Затем, простояв небольшую очередь, я вышел на улицу.
– Красотень! – Сказал я себе осматривая здания вокруг.
На против меня, здание, на котором поставлены буквы.
«Город герой – Ленинград».
А посередине площади между двумя зданиями и красивыми жилыми домами с резными окнами, балконами и всем прочим с лева, также с лева и чуть подальше находиться какой-то, то ли храм, то ли ещё что-то.
Ой, да что разбираться? Тут каждое здание как дворец. Я обогнул здание и пошёл по улице, точнее по проспекту.
До первой остановки я шёл очень долго, но на фонарном столбе я всё же нашёл вывески для работы.
Первое собеседование в агентстве «Феникс».
…
Будем считать, что те некоторые агентства не требовали моего внимания. Это агентства «Феникс, Грифон, ночные видящие, Доглер, третий апостол». Осталось последнее «Гарейм».
Я нашёл дом агентства. Это оказался двухэтажный дом с чердаком (на самом деле это был трёх-этажный дом, плюс мансарда, как четвёртый этаж). Это улица состоит из ряда домов соединённых друг с другом вдоль всей улицы и с другой стороны тоже.
Я проверил адрес и пошёл к двери одного из таких домов.
Сначала восходит каменная лестница боком вверх, прямо ко второму этажу, но на первом не было ни окон не дверей (поэтому, официально я не признал его этажом). Я поднялся, встал у двери, она деревянная, но с железной окантовкой, а наверху лампа, сделанная под стиль девятнадцатого века.
Я постучал.
Спустя пару минут мне открыли.
На пороге стояла девушка лет шестнадцати. В глазах у неё читалась злость. Она не стала долго себя ждать. Как только она открыла дверь, то ушла прочь стремительным шагом.
– «Ну да, не красавчик я, но зачем так реагировать-то?» – Подумал я в шутку, провожая девушку взглядом.
– Здравствуйте моё имя Геннадий Лескуд. О, простите, как это не вежливо с моей стороны, проходите. – Сказал симпатичный парень чуть выше меня и немного старше, который появился в дверном проходе после девушки.
После этой фразы он отступил назад и дал мне пройти.
Внутри домик выглядит просторным. Как я вошёл спереди боком расположены первые ступеньки лестницы на второй этаж, справа стоит диван, такой пышный и выдвижной, передом ближе ко мне, спереди дивана стоит журнальный столик, а спереди его, прикреплённый к стене, расположился большой изогнутый телевизор. Дверь открывается во внутрь почему-то, поэтому когда заходишь, тебе не видно телевизор, он загорожен дверью. А между дверью и телевизором находиться крючки для одежды и коврик для обуви. Дальше в право находиться кухня. Я не успел её разглядеть, потому что Лескуд отвёл меня влево, где сразу располагается комната, как позднее я выяснил, это его кабинет и библиотека по совместительству.
Ещё надо сказать, что если от двери пройти чуть дальше то окажешься в небольшом коридорчике, который кончается стеной, а под лестницей располагается душ с туалетом.
Такой, относительно маленький, дом, но зато в нём есть всё. Я так думаю спальни находиться наверху.
– Сюда мистер, э-э… – Сказал Лескуд и показал мне на дверь стоящая слева, ну вы поняли что там.
– Александр. Александр Ынкин. – Ответил я ему, поняв «проблему общения» – когда не знаешь имя и не знаешь как обратиться.
Мы прошли в его кабинет, стены со всех сторон, кроме окна, забиты полками с книгами, а посередине стоит стол с креслом и стулом, который ближе ко мне, ещё сбоку пристроился диванчик.
Я сел на стул, а на кресло сел Лескуд, почему-то я сразу забыл его имя.
– Чаю? – Спросил он меня.
– Нет благодарю. – Я решил промолчать что это не первое моё собеседование и чаю я уже напился. – Давайте сразу к делу.
– Правильно, потому что я бы вам чай всё равно не дал, так как он успел прямо перед вами закончиться. – Ответил он. – Александр, вы маг?
– Не знаю? – Ответил я честно и настороженно.
– Сейчас проверим. Вы знаете кто такие маги?
– Да, это люди со сверх способностями.
– Да. А вы знаете кто может стать магом?
– Только избранные, наверное. – Ответил я неуверенно.
– Нет. Любой человек, нужно лишь научиться.
– Теперь понятно. – Мне это было довольно таки важно. Почему? Потому что на некоторых прошлых собеседованиях мне дали пройти тест на наличие магических способностей. Те показали, что у меня их нет.
Лескуд поставил на стол хрустальный футляр с голубым и белым огнём, который вертелся будто в невесомости в виде тора, вокруг невидимого стержня, вращаясь вовремя полёта.
– Это проверит кто вы, он очень чувствителен к разным рангам существ. – Сказал Лескуд и протянул её мне.
– Что мне делать?
– Да ничего не надо, он сейчас перенастроится.
Так и произошло, он поменял свой цвет на пурпурный сразу, как только Лескуд облокотился на своё кресло и я стал к футляру ближе него..
– Что это значит?
– Это значит, мистер Александр, что у вас хороший шанс стать магом. – Сказал Лескуд и отложил футляр. – Чёрный цвет означает нечисть, зелёный – нежить, а голубой с белым это означает воин. Есть ещё бесцветный, означает пустоту.
– Ну, я этого, честно признаться, не знал.
Потом Лескуд достал три предмета (ложку, спицу и зеркальце) и положил их один за другим в одну полосу передо мной.
– Что вы можете сказать о них? – Спросил Лескуд, который видимо решил начать разговор с «перед вами три предмета», но понял, или кто-то подсказал, что это глупо.
Я решил сделать так, как обычно делали шарлатаны, провести рукой по ним, но их не касаясь.
Я вытянул руки и расправил ладонь и начал ею ''гладить'' воздух над предметами. Я решил позабавиться, так как потратил целый день на поиски работы и, честно, я уже жутко устал, так как всё это время таскал с собой вещи (в гостинице деньги оставлять не хотел, а такие агентства часто предоставляют место жительства).
– Совершенно ничего. – Сообщил я, уже ожидая, что мне и здесь ничего не светит.
– Ну хоть кто-то честно сказал… – Выдохнул он. – А то я уже с этими шарлатанами… извините.
– Ладно. Ещё будут тесты?
– Да. Один. – Сказал он и вытащил белую тыкву. – Что это?
Я посмотрел на тыкву, на ней вырезана рожица, стандартная, угловой рот, как молния, только боком, и три треугольника, два для глаз и один для носа, а в нутрии светился красный свет и периодически возникает вспышки пурпурного пламени.
– Такие тыквы раньше, вроде бы, использовали для очищения источников у призраков, в них клали источник и призрак постепенно смешивался с тыквой, а потом, когда источник полностью очищался, его вынимали и использовали. Но я думал, что все такие тыквы были уничтожены.
– Как видите не все. Ещё их использовали и против нечисти, но очистить опилки не получалось, да и если нечисть достаточно сильная, то она всё равно могла взаимодействовать с внешним миром. – Сказал он и убрал тыкву. – Вы приняты.
– А, ок, класс! – Не сразу поверил я.
– Пойдёмте, я вам покажу вашу комнату.
Мы вышли из кабинета и пошли по лестнице вверх.
Когда мы поднялись, то сразу упёрлись в стену и нам пришлось повернуть налево, чтобы обогнуть перила лестницы. Мы прошли только пару шагов и справа оказалась дверь, новая деревянная, такая же дверь, как у входа в кабинет.
– Это моя комната. – Сказал он, с подходящим жестом руки. – Туда вход воспрещён. Можно войти только с моего позволения.
Мы прошли ещё пару шагов. Под нами, по моим, на глаз, подсчётам и по лестнице, как ориентиру, находится зал или гостиная, не знаю как правильнее. И тут снова оказалась дверь, такая же, как и у предыдущей комнаты. Только сейчас я заметил стены, они оклеены обоями с рисунками всякой нечисти и нежити. Хотя внизу они зелёного цвета.
– Эта комната свободна. – Сказал он и показательно резко остановился. – Но я считаю нужным вам показать ещё пару комнат.
Блин, и как мы с ним уживёмся если он такой, официальный.
– Да пожалуй. – Ответил я и прошёл дальше. При этом мои руки были за спиной и я высоко приподнял голову, слегка передразнивая его официальный образ.
После этой комнаты коридор стал перпендикулярно к нам, то есть появился второй коридор. В конце его находится окно, которое ведёт на улицу, во двор, я так думаю, через него можно увидеть входную дверь. В этом коридоре, на противоположной от нас стороне, расположились две двери, как и те предыдущие. Эти комнаты находится скорее всего над кухней. Но такая расстановка не удачна, выходит у той комнаты, которая у другой стены и напротив лестницы, вообще нет окон.
– Вот ещё две свободных комнат, но у одной нет окон… – Сказал Лескуд.
– Спасибо, капитан очевидность. – Пробубнил я.
– Что вы сказали?
– Мне нравиться. – Ответил я, что бы дать ему понять, что он не прав, когда намекнул на то, что эта комната мне не подходит (да, я баран). – Я беру эту. С вашего позволения, конечно же.
– Конечно… Если так вам угодно.
Я открыл дверь, за ней абсолютно тёмная комната, но туда проникал солнечный свет, из соседней комнаты. В дальнем углу виден был просвет. Этого света хватило для того чтобы сказать о мебели. Кровать, шкаф, два стола и стул. Я спустился в низ, забрал вещи и понёс на вверх, в свою новую комнату.