Отражение в разбитом стекле

ПРЕДЫСТОРИЯ АННЫ ВОРОНЦОВОЙ

Анна Сергеевна Воронцова, 34 года. Родилась в московской семье юристов. Отец – прокурор, мать – адвокат. С детства впитала принципы справедливости, но также научилась видеть тёмную сторону человеческой природы.

Образование: МГУ, юридический факультет, красный диплом. Курсы повышения квалификации по криминальной психологии.

Карьера в Москве (2011-2023):

Младший следователь в районной прокуратуре

Следователь по особо важным делам в ГСУ СК РФ

Специализация: преступления против личности, серийные убийства

Личная трагедия (2023):

Расследовала дело о серийном убийце, который охотился на молодых женщин. Маньяк начал угрожать близким Анны. Её младшая сестра Елена (25 лет, художница) погибла при загадочных обстоятельствах – официально самоубийство, но Анна была уверена в причастности преступника. Дело закрыли по недостатку улик.

Бегство от прошлого:

После смерти сестры Анна подала рапорт о переводе. Выбрала небольшой приморский городок Лазурное, надеясь найти покой. Но даже там её настигли тени…

Дело Савичей (2024):

Раскрыла убийство антиквара Петра Савича и рыбака Григория. Преступник – сын антиквара Алексей Савич – получил пожизненное заключение. Дело прославило Анну, но оставило тяжёлый осадок.

Настоящее (2025):

Переведена в областной центр, работает в отделе по расследованию тяжких преступлений. Живёт одна, избегает близких отношений. Страдает от бессонницы и ночных кошмаров. Пьёт больше кофе, чем следовало бы.

Характер:

Принципиальная, но циничная

Острый ум, хорошая интуиция

Скрывает уязвимость за профессиональной маской

Чувство вины за смерть сестры

Недоверие к людям, страх сближения

Курит в стрессовых ситуациях (бросила после смерти сестры, но иногда срывается)

ПРОЛОГ

Московская область, следственный изолятор, октябрь 2025

Алексей Савич сидел в одиночной камере и рисовал. На листе бумаги появлялся знакомый символ – круг, пересечённый тремя линиями. Те же линии, что он когда-то царапал ножом на пирсе в Лазурном, стоя над телом старого рыбака.

Год в заключении не сломил его. Наоборот – время научило планировать, вынашивать идеи, как драгоценные камни в тёмной шкатулке разума.

Он знал, что следователь Воронцова думает, будто дело закрыто. Она ошибалась. Савичи никогда не оставляли дела незавершёнными.

Алексей отложил карандаш и посмотрел в окно с решёткой. Где-то там, в свободном мире, его ждала коллекция отца. Настоящая коллекция, о которой глупая девчонка-следователь даже не догадывалась.

Он улыбнулся и начал новый рисунок.

ГЛАВА 1. УТРЕННИЙ КОФЕ И СТАРЫЕ РАНЫ

Звук разбивающегося стекла пронзил сознание Анны Воронцовой, как нож. Она рывком села в постели, сердце колотилось где-то в горле, а холодный пот покрывал лоб. Несколько секунд она не могла понять, где находится – в подземном туннеле под Лазурным, где капюшон медленно поворачивался к ней, обнажая пустоту вместо лица, или в своей съёмной однушке в областном центре.

Солнце пробивалось сквозь жалюзи тонкими полосками, рисуя решётку света на противоположной стене. Анна провела рукой по лицу, стирая остатки кошмара. Цифры на будильнике светились красным: 7:15. Четверг, 24 октября 2025 года. Ещё один день в бесконечной череде одинаковых дней.

Она поднялась с кровати и направилась в ванную, избегая взгляда на своё отражение в зеркале. Отражения в последнее время стали её врагами – они показывали не ту женщину, которой она была год назад в Москве, а этот новый вариант себя: усталый, осторожный, с глазами, в которых засел страх.

Душ не помог прогнать остатки сна. Горячая вода стекала по плечам, но кожа оставалась холодной. Анна закрыла глаза и снова увидела тот туннель, услышала скрежет металла о камень, почувствовала запах сырости и старой крови. Год назад она думала, что дело Савичей закрыто навсегда. Алексей в тюрьме, тайники найдены, справедливость восторжествовала. Наивная глупость.

Кухня встретила её запахом вчерашнего ужина – разогретые пельмени, которые она так и не доела. Анна открыла окно, впуская октябрьский воздух. Город просыпался медленно и неохотно: редкие машины на дорогах, пустые автобусные остановки, серые многоэтажки, утопающие в осенней хмури.

Она насыпала кофе в турку больше обычного. Крепкий, почти горький – как привыкла ещё в Москве, когда сутками просиживала над делами в Главном следственном управлении. Тогда кофе был топливом, энергией, способом не сдаться. Теперь это было просто ритуалом, якорем, который удерживал её в реальности.

Первый глоток обжёг язык. Анна поморщилась и отошла к окну. Внизу, во дворе, старушка кормила кошек, рассыпая корм из пластикового пакета. Каждое утро одна и та же картина. Что-то успокаивающее было в этой рутине – жизнь продолжается, несмотря ни на что.

Она взяла вторую чашку и вернулась в комнату. На тумбочке лежали документы – новые дела, старые отчёты, служебные записки. Работа следователя в областном центре оказалась совсем не такой, как в Москве. Здесь не было резонансных убийств, изощрённых преступлений, погонь за маньяками. Бытовые драки, кражи, мелкое мошенничество. Анна часто думала, что это наказание – за то, что не смогла защитить Елену, за то, что позволила втянуть себя в игру, правил которой не понимала.

Елена. Анна закрыла глаза, и перед ней снова возникло лицо сестры – смеющееся, молодое, полное надежд. Елена мечтала стать художницей, писала акварели, которые Анна до сих пор хранила в шкафу. После смерти сестры она больше не могла на них смотреть – слишком больно.

Официальная версия: самоубийство. Елена якобы не выдержала давления, связи с тем делом о серийном убийце, которое расследовала Анна. Но Анна знала – знала где-то глубоко в душе, – что это неправда. Елена не была склонна к депрессии, не оставляла предсмертных записок, не говорила о желании умереть. Кто-то убил её и очень умело замёл следы.

Анна допила кофе и посмотрела на часы. 7:40. Ещё двадцать минут до того, как нужно ехать на работу. Она включила телевизор, переключая каналы в поисках новостей. Всё как обычно: политика, экономика, прогноз погоды. Обычная жизнь обычных людей, которые не знают, что где-то в тени скрываются монстры.

Телефон зазвонил резко, прерывая утреннюю тишину. Анна вздрогнула и посмотрела на экран. Номер дежурной части.

– Воронцова слушаю, – её голос прозвучал устало даже для неё самой.

– Анна Сергеевна, это старший лейтенант Петров с дежурки. У нас тело. Галерея "Арт-Люкс" на Пушкинской, 47. Можете выехать?

Анна почувствовала знакомый укол адреналина. Наконец-то что-то серьёзное.

– Что известно?

– Владелец галереи, Дмитрий Анатольевич Кольцов. Нашла уборщица около семи утра. Предварительно – ограбление с убийством, но лучше посмотрите сами. Место происшествия оцеплено, экспертов вызвали.

– Еду. Двадцать минут.

Она отключилась и потянулась за джинсами. Галерея "Арт-Люкс" – название показалось знакомым. Анна припомнила: пару месяцев назад читала в местной газете интервью с владельцем. Кольцов рассказывал о планах превратить областной центр в культурную столицу региона.

Она быстро оделась, проверила, есть ли в сумке диктофон, блокнот, ручка. Пистолет в кобуре под курткой – привычка, от которой она не могла избавиться с московских времён. В областном центре стрельба требовалась редко, но Анна помнила: лучше иметь оружие и не использовать, чем нуждаться в нём и не иметь.

Выходя из квартиры, она бросила взгляд в зеркало в прихожей. Отражение показало ей женщину тридцати четырёх лет, которая выглядела старше своих лет. Тёмные волосы собраны в строгий пучок, никакой косметики, серый пиджак, который скрывал фигуру. Анна старалась быть незаметной, не привлекать внимания. После дела Савичей она поняла: чем меньше о тебе знают другие, тем безопаснее.

Машина завелась не сразу – старая "Лада", которую она купила, приехав в область. В Москве у неё была "Тойота", но прошлая жизнь осталась в прошлом. Всё пришлось менять: машину, квартиру, привычки, даже стиль одежды.

Ехать до галереи было минут пятнадцать по пустынным утренним улицам. Анна включила радио – звучала классическая музыка, что-то печальное и торжественное одновременно. Музыка напомнила ей о Елене, которая обожала классику и часами слушала Шопена, рисуя свои акварели.

Галерея "Арт-Люкс" располагалась в историческом центре города, в старом особняке XIX века. Анна помнила это здание с детства – родители иногда привозили её сюда, когда посещали область по работе. Тогда здесь был музей краеведения, а в подвале – лавка букинистов.

Перед зданием уже собралась небольшая толпа зевак. Люди стояли за оцепительной лентой, тыкали пальцами в сторону входа, что-то обсуждали приглушёнными голосами. Анна припарковалась и показала удостоверение оперативнику у входа.

– Следователь Воронцова. Что у нас?

– Хозяин мёртв, в центральном зале. Экспертов ждём. Первоначальный осмотр провёл Громов.

Анна кивнула и вошла внутрь. Галерея встретила её запахом дорогой краски, лака и чего-то ещё – сладковатого, металлического. Запах крови, который она научилась распознавать за годы работы.

Лейтенант Громов стоял у дальней стены, записывая что-то в блокнот. Молодой, лет двадцати семи, работал с ней уже полгода. Толковый, но без опыта в серьёзных делах.

– Громов, докладывай.

– Дмитрий Анатольевич Кольцов, пятьдесят три года. Удар в затылок, орудие не найдено. Уборщица обнаружила тело в семь утра. Дверь была заперта, ключи у покойного в кармане.

Анна подошла к телу. Кольцов лежал на спине, раскинув руки, словно обнимая что-то невидимое. Лицо застыло в выражении удивления – он явно не ожидал нападения. Одет дорого: костюм-тройка, золотая цепочка, швейцарские часы. На руке обручальное кольцо.

– Семья есть?

– Вдовец. Детей нет. Жил один, в квартире над галереей.

Анна обошла тело, изучая обстановку. Несколько картин лежали на полу, рамы треснуты. Но основная экспозиция была нетронута. Странно для ограбления.

– Что украли?

– Вот тут интересно, – Громов подвёл её к дальнему углу зала. – Были витрины с антиквариатом. Древнегреческие вазы, римские статуэтки, византийские украшения. Всё подчистую вынесли.

Анна нахмурилась. Профессиональные воры обычно брали самое дорогое и лёгкое для транспортировки. Антиквариат тяжёлый, его сложно сбыть…

– А это что? – Она указала на разбитую витрину у противоположной стены.

Осколки стекла усыпали пол, отражая утренний свет. Среди них блестели обломки чего-то металлического.

– Коллекция часов была. Старинных. Хозяин очень ими гордился.

Сердце Анны пропустило удар. Часы. Как у Петра Савича в Лазурном.

Она присела на корточки и внимательно осмотрела осколки. Большинство были от стекла витрины, но некоторые – от самих часов. Циферблаты, стрелки, механизмы…

И тут она увидела его.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.