Паучок

Паучок

– Мой дорогой Кро! В день твоей первой линьки я подготовил сюрприз! – дедушка Боу сиял от радости. – Правда, до него далековато добираться, но на моем новом гиперкатере мы долетим за пол-оборота.

– Значит, ты решил подарить мне не катер? – немного разочарованно произнес Кро.

– Нет, малыш, не катер. Это гораздо лучше, поверь. А катер ты скоро сам себе сможешь купить, какой захочешь.

– Спасибо, дедушка, я уверен, что твой подарок великолепен, – Кро вяло улыбался, изображая признательность.

Вот это облом! С того момента, как дед купил гиперкатер последней модели, Кро был уверен, что это подарок к его первой линьке. Он уже успел растрепать о катере всем друзьям, обещал устроить крутые покатушки. И даже чуть не записался на ближайшие гонки.

– Ну что ты надулся? Да, я хотел подарить катер. Но тут вдруг так повезло, так кстати… Ладно, я все расскажу и ты сам решишь, что тебе нужнее.

– Так вот, как только ты вылупился, я сразу же записался в очередь на покупку нооресурса. Наша галактика уже исследована вдоль и поперек, новые планеты с разумной жизнью встречаются редко. Я уж и не рассчитывал даже, что получу что-нибудь хотя бы к твоей свадьбе. Но тут в музее связи один из древних локаторов поймал радиосигнал. Представляешь, радио! Конечно, к источнику сигнала тут же отправили оценочную комиссию, зафиксировали разумную жизнь, внесли планету в реестр. И как раз подошла моя очередь, я ее купил! Для тебя! И это случилось накануне твоей линьки. Просто удивительно, как кстати. Но, если ты хочешь катер, я не возражаю. А планета подождет моих правнуков, я ее пока не спеша настрою…

– Нет! Дедушка, я же не знал! Не надо катер! Дед, ты гений! Это самый лучший подарок на свете!

Кро ликовал. Надо же, собственный нооресурс. Нооэнергостанции это практически бесплатный вечный источник энергии. Если, конечно, с носителями разума ничего не случится. Но это уже забота владельцев планеты – следить за цивилизацией, повышать уровень интеллекта, поддерживать планету в порядке. Большие хлопоты, зато огромные доходы.

– Если ты готов, тогда летим, – поторопил внука дед – Да, возьми свои учебники по ноотехнологиям. Раз уж это твоя планета, все настройки будешь делать сам. Не волнуйся, я тебе буду помогать.

***

Они подлетали к планетной системе желтого карлика, когда Боу подозвал внука к иллюминатору.

– Обрати внимание на эти газовые гиганты. Как только настроишь энергостанцию, сразу регистрируй добычу метана, водорода и гелия.

– Нооресурс далеко от них?

– Совсем рядом. Третья планета от звезды. Сейчас будем садиться на ее орбиту.

Боу заложил изящный вираж вокруг небольшой голубой планеты.

– Какое буйство разума! Посмотри в нооскоп. Конечно, кремниевые структуры гораздо стабильней органических, но при правильной настройке органика дает более сильные импульсы.

Кро в немом восхищении оглядывал свои новые владения.

– Сделай максимальное увеличение в нооскопе. Так, чтоб были различимы отдельные носители. Подберем первую подходящую пару и начнем синхронизацию.

– Как? Так сразу? Я думал, сначала проведем разведку.

– Разведаешь в процессе, – небрежно отмахнулся дед. – Не будем терять времени.

Кро сканировал поверхность планеты нооскопом.

– Носители распределены по поверхности очень неравномерно. В некоторых местах они собираются в большие группы, а другие территории пусты.

– Выбирай изолированную пару, но недалеко от какого-нибудь крупного скопления, – дед хитро прищурился. – Ну-ка скажи, почему рекомендуется выбирать именно так?

– Да знаю! Изолированные – это чтобы не было лишних помех для установки первой связки, а много других носителей рядом позволят быстрее запустить цепную реакцию.

– Верно. Ну что, выбрал?

– Вот, например, двое сидят на берегу водоема.

– Отлично. Надевай скафандр и спускайся.

– У нас есть скафандр с подходящей мимикрией? – удивился Кро.

– Конечно, я все предусмотрел, – гордо сказал Боу. – Оценочная комиссия составила список биологических видов. Я выбрал из него пауков. Они широко распространены, анатомическое строение позволяет подключить восемь манипуляторов. Да и тело паука похоже на наше. Спускайся смелее, я буду на связи.

Подобравшись поближе к намеченной паре носителей разума, Кро вызвал деда:

– Я на месте. Рядом пара гуманоидов, самец и самка. Что дальше?

– Слушай их мысли. Как только они подумают об одном и том же, стреляй в них нооконнекторами и связывай разумы. О чем они сейчас думают?

– Ну, самец смотрит на молочные железы самки…

– Да нет, о чем он думает?

– Похоже, ни о чем. Просто смотрит на молочные железы и все.

– Хм, понятно. А она?

– Сейчас попробую ретранслировать один из потоков. «Жарко. Зря я надела эту кофточку. Хотя Ирка говорит, что я в ней секси. Интересно, Олегу она нравится? Не Ирка, конечно, а кофточка. То есть, не кофточка, а я в кофточке. Наверняка нравлюсь, вон как смотрит. Целый час уже смотрит и молчит. Даже скучновато становится. Лучше б я к завтрашнему экзамену сейчас готовилась. Как там? Теорема Вейр… Вер… Как его там? Не Версаче точно. Ага, Дольче и Габбана мне больше нравится. Что мне Олег подарит на день рождения – сумочку или духи?…»

– Стоп, стоп! Достаточно. В общем, это довольно типично для самок живородящих. Для них важно обеспечить себе поддержку самца на период вынашивания и выкармливания детенышей.

– Ну и как это синхронизировать?

– Вот что. Покажись им. Попрыгай, подергай манипуляторами. Главное, чтобы они тебя заметили. Как только начнут думать о тебе – готовься стрелять.

– Попробую.

Кро перебрался на ветку, раскачивающуюся над головами гуманоидов, и начал подпрыгивать. Ветка качалась все сильнее и сильнее. Наконец, самка его заметила.

– Ай! Паук! – вскрикнула Маша.

– Они не кусаются, – не отрывая взгляда от Машиного декольте, произнес Олег.

– Да посмотри же! Почему он так прыгает?

Олег поднял голову. По ветке прыгал серебристый паучок размером примерно с рублевую монету и странно выбрасывал ножки в разные стороны.

– Паучок-здоровячок зацепился за крючок, – сказал Олег.

– Кро, ты слышал? – заволновался дедушка. – Эта фраза – то, что нужно. Как только самка ее повторит, стреляй.

– За какой крючок? – удивленно спросила Маша.

– Ни за какой. Это я просто так, чтоб в рифму было.

– Ты стихи пишешь? – девушка улыбнулась.

– Да так, баловался когда-то.

– Паучок-здоровячок зацепился за крючок. Смешно, – сказала Маша.

Кро выстрелил.

– И правда, смешно получилось. Паучок-здоровячок зацепился за крючок, – Олег рассмеялся.

– Отлично! Пошла синхронизация! – ликовал Боу.

– Ха-ха-ха! Паучок-здоровячок зацепился за крючок! – Олег и Маша покатывались со смеху, хором повторяя забавный стишок.

– Поздравляю тебя, Кро, с первой порцией нооэнергии, – торжественно произнес дед.

– Неужели энергоемкости начали наполняться? – не веря в успех спросил Кро.

– Самую малость. Но для первого этапа более чем достаточно. Снизь частоту импульсов. Надо стабилизировать систему.

– Фух! Смешинка в рот попала, – отдышавшись, Маша поднялась на ноги и потянулась.

– Мне тоже. Маш, искупаться не хочешь? – Олег начал расстегивать рубашку.

– Да ну, вода холодная! Пойдем потихоньку на электричку. Вечер скоро.

– Машуль, рано еще. Успеем.

– Олег! У меня завтра экзамен. Пора.

– Ладно, пошли.

Молодые люди выбрались на тропинку и направились к станции. По дороге они смеялись, на разные лады декламируя потешку про паучка.

– Дед, они уходят в сторону ближайшего скопления носителей. Что делать?

– Следуй за ними. Надо подсоединить к системе третий разум. Как только замкнем контур, начнется цепная реакция и, считай, дело сделано.

***

Анна Семеновна, кассир станции Гребешки, скучала. Несмотря на хорошую погоду пассажиров почти не было. Все-таки будний день.

На платформу поднялась хохочущая парочка.

– Два до Москвы, пожалуйста, – отсмеявшись, попросил парень.

– Хи-хи-хи! Паучок! – девушка продолжала веселиться, – паучок-здоровячок!

– Зацепился за крючок, – подхватил парень. – Ха-ха-ха! Не могу больше.

– Что это с вами, молодые люди? Перегрелись, что ли? – Анна Семеновна даже высунулась из окошка кассы.

– Спа… ха-ха! Спасибо, – парень забрал билеты и потащил девушку в начало платформы.

– Паучок-здоровячок зацепился за крючок, – услышала кассирша в очередной раз.

– Ну и ну! – старушка покачала головой.

Кро пристроился на станционных часах.

– Дед, почему они так хохочут? Мы не переборщили с эндорфинами?

– Не думаю. Это же молодые особи, к тому же испытывают половое влечение. У них в крови своих эндорфинов в избытке, вот и веселятся. Присоединяй третий разум и уменьши еще немного частоту.

– Еще уменьшить? Но ведь, чем меньше частота, тем меньше нооэнергии.

– Не будь жадиной, – усмехнулся Боу. – Носителям надо оставить время для развития интеллекта, иначе они деградируют. Запомни, лучше реже, но интенсивнее.

– Понятно. Насколько уменьшить?

– Пожалуй, двадцати импульсов за оборот планеты вокруг оси будет достаточно. Ты не успел заметить, какие у них тут хронометры?

– Как раз на одном из них я сижу. Местные гуманоиды делят один оборот планеты на 24 части и каждую из этих частей еще на 60, – Кро сверился с расписанием электричек, – Части называются часы и минуты.

– Прекрасно. Настрой импульсы на начало каждого часа.

– Зачем так точно? Они же будут знать, когда ждать импульс и могут попытаться его предотвратить.

– Ха, мой мальчик! Это же основы ноотехнологии. Пусть попробуют не думать о паучке, глядя, как приближается нулевая минута. Уверяю тебя, импульс получится гораздо мощнее. Ну что там с третьим носителем?

– Сейчас.

Анна Семеновна взялась за кроссворд.

«Наставник Буратино, 7 букв. Сверчок. Подходит, – она вписала ответ. – Сверчок-паучок. Паучок-здоровячок зацепился за крючок. Тьфу ты! Привязалось!»

– Готово, – отрапортовал Кро.

– Видишь, эта самка не смеется, значит, уровень эндорфинов в норме. Контур замкнулся, теперь энергии хватает для автоматической генерации и самонаведения нооконнекторов. Поздравляю, цепная реакция началась!

– Что теперь?

– Слетай за первыми двумя. Там слишком большое скопление носителей. Может потребоваться дополнительная настройка.

***

Маша плакала в коридоре университета.

– Выгнал! На пересдачу! Все из-за этого дурацкого стишка…

– Что за стишок? – Ира утешала подругу, как могла.

– Олег вчера придумал, – всхлипывала Маша, – про паучка. В голове засело, все время выскакивает. Паучок-здоровячок зацепился за крючок. Ну вот, опять! Представляешь, я вместо формулы это написала…

– Бывает, – посочувствовала Ира. – Я тоже иногда как зациклюсь на какой-нибудь песенке! Ничем не перебить. Это ты перенервничала, наверное.

***

Валерий Петрович шел мимо детской площадки. Ватага ребятишек окружила нескладного мальчугана.

– Паучок-здоровячок зацепился за крючок! – кричали дети, толкая мальчишку.

Малыш всхлипывал, но повторял вслед за остальными:

– Паучок, паучок, паучок-здоровячок.

– Зачем вы его дразните? – решил вмешаться Валерий Петрович.

– Мы не дразним, мы играем.

Мужчина вытащил ребенка из толпы.

– Тебя обижают?

– Нет, мы играем, – мальчик еще раз всхлипнул и побежал в сторону подъезда.

Немного гордясь своим добрым поступком Валерий Петрович пошел к остановке.

В маршрутке он раскрыл книгу «Неврозы» и погрузился в чтение. Какая-то дама в салоне щебетала по телефону и мешала сосредоточиться.

«Неврозы – обратимые пограничные психические нарушения, осознаваемые больными, обусловленные воздействием психотравмирующих факторов и протекающие с эмоциональными и соматовегетативными расстройствами», – читал Валерий Петрович, стараясь не обращать внимания на рассказ дамочки о посещении парикмахерской.

Вдруг одна фраза привлекла его внимание.

– Аллочка, ты не знаешь, что это за новая песенка про паучка? Может быть, это не песенка, может, это из нового фильма… не знаю… все вокруг повторяют «Паучок-здоровячок»…

– Паучок-здоровячок зацепился за крючок, – дружно подхватили задние ряды маршрутки.

«Однако», – подумал врач-психиатр.

***

– Кро, как у тебя дела?

– Вроде все идет по плану, дедушка.

– Попробуй разузнать, есть ли у них какие-нибудь способы оповещения или общие каналы связи.

– Уже узнал. Называются «средства массовой информации». Это радио, телевидение, пресса. Еще есть глобальная сеть Интернет.

– Отлично. Надо, чтобы наша волшебная фраза прошла по всем возможным каналам. Тогда цепная реакция пойдет быстрее. Сможешь это устроить?

– Постараюсь.

***

– Машка! – кричал Олег в трубку, – Мой комикс про паучка на всех развлекательных порталах платину взял!

– Дурак ты со своим паучком! Я из-за него экзамен завалила. И до сих пор от него отвязаться не могу. Так и вертится в голове.

– Маш, ты ж сама говорила, что смешно, – Олег даже растерялся.

– Подумаешь, говорила! Это я просто так, из вежливости. И совсем даже не смешно. Просто глупость навязчивая. Не звони мне больше. Паучку будешь в декольте заглядывать, – Маша бросила трубку.

***

– Забавная считалочка овладела умами миллионов россиян, – вещал с экрана телевизора диктор, – В течение последней недели фраза о паучке для многих стала просто навязчивой идеей. «Паучок-здоровячок зацепился за крючок» – эта незамысловатая рифмованная строчка раздается сейчас на улицах, в транспорте, в офисах и учебных заведениях. Что означает эта фраза и откуда она взялась, нашим корреспондентам пока установить не удалось.

– Валерий Петрович, уже по телевизору про паучка говорят, – дежурная медсестра заглянула в кабинет главврача психиатрического отделения.

– Журналистам лишь бы раздуть сенсацию. О последствиях не задумываются, – раздраженно отозвался Валерий Петрович, – Сколько сегодня амбулаторных с этим паучком прошло?

– 32 человека.

– Ого! Прямо эпидемия невроза какая-то.

– Я и сама все время про паучка вспоминаю. Неврозы ведь не заразны, да?

– Ну, как сказать. Массовая истерия в современном мире не редкость. А СМИ только усугубляют ситуацию. Елена Дмитриевна, давайте-ка проведем с вами эксперимент. Выключите сейчас телевизор и занимайтесь обычными делами. Как только вспомните о паучке, фиксируйте время. Согласны?

– Хорошо, Валерий Петрович.

Медсестра вернулась на пост.

Главврач устало потер виски и снова взглянул на лежащий перед ним ежедневник. Фраза о паучке преследовала его также как и многих пациентов. Три дня назад он решил записывать, когда и при каких обстоятельствах появляется эта навязчивая мысль. Листы первых двух дней наблюдений были исчирканы галочками: в транспорте, на улице, на приеме – воспоминания о паучке не давали покоя. Сегодня он резко ограничил общение, практически заперся у себя в кабинете, взвалив работу с пациентами на подчиненных. На листе за сегодняшнее число галочки оказались расставлены аккуратно в начале каждого часа.

«Не может быть. Совершенно нетипично, – Валерий Петрович взглянул на часы. – 16:53, уже скоро. Не думать о паучке, не думать».

Минутная стрелка безжалостно завершала очередной круг.

***

– Дед, кажется, у нас проблемы, – Кро вызвал Боу на связь.

– Проблемы? По-моему, все идет отлично. Подключено уже больше ста миллионов носителей по всей планете. Хотя в последние дни скорость распространения упала. Это странно, должно быть наоборот. Так в чем дело?

– Что-то не так с нооконнекторами. Они не всех цепляют.

– Невозможно. Нооконнекторы – простой и надежный механизм. Там просто нечему ломаться.

– Тогда что-то не так с носителями. Те, которых не зацепило, не понимают фразу про паучка.

– Что значит «не понимают»?

– Здесь это называется «иностранный язык». То, что для одних имеет смысл, для других просто набор звуков.

– Они живут рядом и не понимают друг друга? Как такое возможно?

– Не знаю, но это факт.

– Хм, никогда с таким не сталкивался. Чего только не бывает на свете. Ну что ж, попробуем найти невербальные точки соединения. Подбери какой-нибудь зрительный образ, достаточно яркий и запоминающийся для местных гуманоидов. Все-таки они принадлежат к одному виду, органы зрения должны работать одинаково.

– Дед, а зачем подключать всех? Все-таки сто миллионов это уже прилично. Не каждый нооресурс содержит столько носителей.

– Как ты себе это представляешь? Сто миллионов импульсов против семи миллиардов помех! Даже один источник помех за определенное время может вывести стабилизаторы из строя. Полистай еще раз учебники, там ясно сказано: в систему должны быть объединены все носители разума нооресурса, иначе катастрофа неизбежна.

– Да читал я! Ладно, подберу что-нибудь визуальное.

***

– По сообщению агентства Рейтер русскоязычное население планеты охвачено неизвестной эпидемией нейропсихического характера, – волновался на экране очередной ведущий новостной программы, – Вчера на приеме в Белом Доме президент Российской Федерации дважды произнес некую фразу о паучке, которая является основным симптомом и пусковым механизмом нервного расстройства, распространившегося в России и ряде других стран. Мировое сообщество встревожено.

***

– Не могу подобрать образ, – пожаловался Кро, – Не знаю, с какой стороны за это браться.

– Ну что тут сложного? – снисходительно усмехнулся Боу, – Они же живут на одной планете, должно у них быть что-то общее.

– Например?

– Надежнее всего религия. Ведь здесь есть храмы. Надо выбрать самое популярное и могущественное с их точки зрения божество и раскручивать его образ.

– На этой планете четыре наиболее распространенных религии и пару сотен всяких других. И даже четыре основных делятся на какие-то секты, течения, ответвления. Кроме того, значительная часть гуманоидов религией не интересуется вообще.

– Ладно. Тогда возьмем их вождя. Кто верховный правитель планеты?

– Здесь около двухсот стран, в каждой из них свой правитель, во многих даже не один.

– Может быть, у них есть общепризнанные кумиры искусства? Шедевры живописи?

– Есть, очень много. Но я сомневаюсь, что можно выбрать единственный образ. Я слышал местную поговорку: «На вкус и цвет товарищей нет». Так что это тоже не подойдет.

– Мда, с положительными образами что-то не получается. Зайдем с другой стороны. Наверняка здесь были войны. Как насчет общего врага?

– Извне на них пока еще никто не нападал, планета удаленная. А между собой они воюют постоянно. Но ведь это не то, да?

– Это просто заповедник непуганых гуманоидов, – обескуражено произнес Боу, – Похоже, зрительные образы тоже отпадают. Используем слух. Подберем какую-нибудь простенькую мелодию.

– Я уже думал об этом. Не у всех есть музыкальный слух. Мотив всего из нескольких нот многие будут коверкать до неузнаваемости. К тому же, есть и совсем глухие особи. Слепые, кстати, тоже.

– Придумал! У них есть сердце. Уж без него-то они не могут существовать. Подстроимся под сердечный ритм.

– Не выйдет. Частота сердечных сокращений может меняться от любой ерунды.

Дед и внук надолго задумались.

– Дедушка, – наконец нерешительно начал Кро, – а что, если убрать лишних носителей?

– Это преступление. Даже если провернуть все незаметно, например, с помощью эпидемии, все равно придется убирать почти семь миллиардов. Ведь объединить получилось всего около ста пятидесяти миллионов. Ни одна комиссия не поверит в естественность такой массовой гибели носителей.

– Думаю, можно собрать новую цепь из других носителей. Я прикинул, получится около двух миллиардов. Они говорят на одном языке. И еще почти столько же говорят на похожих диалектах. У большинства из них общая религия. Да и живут они в одной стране или, по крайней мере, считают ее своей родиной. Четыре миллиарда – это ведь совсем неплохо, верно?

– Лучше, чем сто пятьдесят миллионов. Но что делать с остальными?

– Ты ведь сам говорил – эпидемия.

– Нет, три миллиарда это слишком много. Почти половина. Нас казнят за растрату. Несколько тысяч внезапно умерших при освоении нооресурса – на такое еще могут закрыть глаза. Да многие так и делают, выбраковывают неподходящих особей, тех же слепых, глухих или слабоумных, например. Один – два процента потерь допускаются почти легально.

– Неужели раньше не попадалось ресурсов с похожими проблемами? – с отчаянием спросил Кро.

– Я тут покопался в архивах, прецеденты были. Для подобных случаев даже предусмотрен регламент, – невесело произнес Боу.

– Регламент? Какой? – в голосе Кро появилась надежда.

– Отселение. Надо найти пустую планету с подходящим климатом и отселить туда лишних особей.

– Давай так и сделаем! – радостно воскликнул Кро.

– Это очень дорого, мой мальчик. За каждого отселяемого придется платить пошлину в Ресурсный надзор. Я не потяну такой проект.

– Так что же делать?

– Они слишком разные. Это их защищает, – Боу наконец решился признать поражение, – Летим домой. Я подарю тебе другую планету.