Странное чувство

Начало истории произошло без меня, за долго до моего появления в нем. Подруга детства и одноклассница, которой я безмерно верила и которую ценила, нарвалась на слух о школьном сумасшедшем, что водит людей по заброшенным "базам пришельцев". Каждый кто побывал на тех базах вернулись будто с экскурсионного аттракциона.

Подруга любитель подобного, интересного и нового, потому принялась искать его. Сходила с ним, и ещё одним другом, на одну из таких заброшек, после чего только ещё больше сблизилась с "другом". Она была той ещё лисой и спланировала сближение с объектом своей симпатии ещё когда только услышала этот слух. Успешно выполнив свой план, начала хвастаться всем и вся об этом аттракционе, парни могут поиграть со своими нервами, ведь проводник "прекрасно вжился в роль", а девушки могут воспользоваться им как способ сближения.

Так в один из дней, спустя полгода, она потащил туда меня и парня, с которым хотела свести свою подругу детства. Естественно, не зная о её изначально плане, я пошла, так как её уговорки меня уже просто выбесили. Это человек, что добьётся всего чего захочет, просто используя слова. Таким образом ей и манипулировать людьми удаётся.

Встреча была назначена на вечер четверга. Была середина лета, хотя ночи, хоть и не жаркие, но и не холодные. У всех в руках были куртки и кофты. Точнее, как у всех… у меня и парня, а Лиса отдала вещи ему. Мне же было не удобно, при этом мы не знакомы. Ужасная неловкость повисла уже в начале сбора, до прихода главного героя "квеста".

На улице стемнело. Мы включили фонарики и всё ещё ждали Его. Со стороны кустов и зарослей послышались шорох и шаги. Весь в листве и репьяхах, вышел мальчик…или парень. Он был низким, но по внешности может чуть старше меня, хотя ростом выше на сантиметров десять. Уставший, зажатый и будто запуганный. Блеклые глаза, огромные темные круги под глазами, лохматый и в странной потрепанной одежде.

Мне хотелось его утешить, ведь видеть улыбки на таких людях самое лучшее, что может произойти в моей жизни.

Вот только его образ в мгновенье разрушился в моих глазах, когда тот увидел Лису.

Стеклянные глаза заблестели, наигранно пугающая, бешеная улыбка и смех. Он смотрел на неё как обычно смотрят на объект отвращения. Осмотрев всех быстрым взглядом, принялся "играть" свою роль.

– Приветствую вас. – он говорил с таким возбуждением и предвкушением будущих событий.

Произнося эти слова, Он стал подходить к нам. Размеренно, вальяжно и как муха, потирая лапки. В тот момент, когда он приближался ко мне, покоя не давали эти листики в его запутанных длинных волосах. Без сомненья и неловкости, я протянула руку, дабы убрать мусор с его головы, но он дернулся и его взгляд прояснили мои мысли. «С чего вообще потянулась к нему? Это выглядело очень странно?»

– Мне просто хотелось убрать листики с твоих волос, они мозоли глаза, просите если помешала. – попытавшись объясниться, я навлекла неловкую тишину себе в наказание за необдуманные действия.

– Все в норме! – не могу описать его выражения лица. Это было что-то неопределённое. Он широко улыбнулся, прямо как маньяк, но при этом все ещё был шокирован моими действиями.

– Чего медлим?! Скорее пойдёмте смотреть на базу пришельцев! – она крикнула такую чушь с таким воодушевлением, что мне и её другу стало неловко.

Проводнику это не понравилось. Его стеклянные глаза отражали мысли и отвращение, с которым он терпел её. Ухмылка была такой естественной и мирной по сравнению с тем, что он показывал до. Но исчезла в миг, когда заметил мой взгляд на нем.

– Ты тоже этого ждёшь? Хехе. – маньячность и психопатия, что веяли от него, не давали покоя.

– Ещё не знаю… – чувствовалось что-то грядущем и пугающие. Будто это не закончится простым квестом.

Увидев мою неуверенность, что-то поменялось в его отношении ко мне.

– Вперёд! В этот раз есть кое-что новенькое. – хитрость с которой он это сказал насторожили ещё больше, но никто не обращал внимание. Поддавшись эффекту толпы, я тоже пропустила этот звоночек.

Либо он такой хороший актёр, либо настоящий маньяк, что готовится к новому акту.

Мы зашли на заброшенный завод, что стоял таким уже больше двадцати лет, но правительству до него нет дела. Только планирование его перестройки или сноса начиналось, сразу его закрывали. Кто-то мешал этому и очень настойчиво. Разработку проекта по реконструкции начинали девять раз, снос поднимался на совете шестнадцать, из них только пять приняли, но после отклоняли даже без объяснения или оправданий.

Мы прошли весь первый этаж и второй, оставив подвал напоследок. Но только пройдя их, уже чувствуется гнетущая атмосфера. Это просто одни сплошные длинные коридоры, запутанные как лабиринт. Колонны, стоящие каждые 5 метров, и создающие иллюзию бесконечного пространства, выглядели явно лишними для заводского помещения, но идеальными для квеста.

Проводник же прекрасно ориентировался в этих лабиринтах и заводил нас иногда в помещения обманки, где будто исчезал, а после появлялся в другой части коридора. Так же хорошо он знал и подвал. Настолько, что убегал вперёд нас, во тьму, и в слепую находил нужный поворот.

К тому моменту я уже чуть ли не засыпала, бродила в полудреме. Все уже казалось сном. Не было реакции на подколки подруги или подставки проводника. Просто хвостиком плевать за новообразованной парочкой и проводником, что внимательно следил за мной, заметив моё состояние.

Но вот он оставил меня чуть позади других, заведя в отдельный тупик, поставив к окошку. Смотря на звезды, реальность не воспринималась таковой, я уже "спала". И сон, что я видела, оказался кошмаром.

В дальней комнате куда пошли те двое, прогремел сильный звонкий скрежет, а через секунду женский крик и жуткий хруст. С того коридора бежала Лиса на каблуках, по которым её было легко определить, а за ней приближался металлический липкий шум. Он был ужасно не понятным и не похожий ни на что.

– Мари!! Ма-ари-ии! Ик?! Маша! НЕТ! Не приближайся! – её визг доносился эхом по коридорам, и явно слышен был даже за толстыми стенами завода. Она истерично звала меня и явно кто-то преследовал её. То с каким страхом Лиса кричала, заставило сердце задрожать.

Стук каблуков и шум приближался ко мне, но все равно не заставил меня проснуться. Завидев свет моего фонарика, Лиса светила на меня, и часто оглядывалась, освещая коридоры позади.

В мельком освещенном коридоре, трясущийся свет от фонаря, запечатлел тёмную фигуру и множество трубок, похожих на щупальца, что заполонили весь проем коридора. Так как мы находились в подвале, под пятиметровым потолком, крохотные подвальные окна не пропускали достаточно света, что бы я хорошо рассмотрела следующую картину.

Скорость преследуемого Лису нечта была намного выше человеческой, а тем более девушки на каблуках. Но оно игралось с ней, то ускоряясь, то замедляясь, будто давая ей ложную надежду на спасение. Вот только когда до меня осталось пару метров и Лиса, запыхавшись, тянулась ко мне, оно ускорилось

Лиса дотянулась до меня и прокричав:

– Машенька!

С зарёванным и ошеломленным лицом схватила за руку и оттолкнула назад, к нему. Ради спасения собственной шкуры.

– Прости-и!

Она разрыдалась ещё больше за чувствуемую ей вину передо мной.

Упав от такого неожиданного рывка, подняв взгляд, мне было любопытно узнать продолжение этого кошмара. Не сказать, что я ничего не ощущала. Было страшно, зрелище будто из хорошей хоррор игры или ужастика.

Так же присутствовало ощущение наблюдателя.

С металлическим грохотом, оно пронеслось мимо меня, оставив бреж в месте где упала я. Пустив щупальца в сторону Лисы, схватил её за конечности, сковав движение, и поднял над землёй.

Я встала и в момент, когда тот разрывал её рот, стала подходить к ним из любопытства, увидеть, что же происходит. Оно заметило это и повернулась в мою сторону. Фонарик Лисы упал и осветил голову нечта, чёрную и блестящую как масло, кожу, и светящиеся жёлто-рыжие огоньки, похожих на глаза…

Глаза проводника.

Как слизь, чёрная масса сползла до торса парня. Ухватив фонарик щупальцем, он поднял его и осветил картину получше, с хорошего ракурса. С которого прекрасно видно его лицо, с маньячной улыбкой и довольное, что избавился от надоевшего отребья, выполнив свой изначальный план. Щупальца, или трубки, торчали от спины до нижней части, за ноги так же были они, но внизу, где было большее скопление трубок, начала сползает слизь, с металлическим скрежетом, и открывать «пасть». Выгнувшись, будто оса, что выставила свое жало, он выставил ее из тени. Отверстие с закрученными лезвием открылось, а внутренняя часть больше была похожа на мясорубку, куда и потащили, уже обессиленную от криков Лису, щупальца.

Он же смотря вниз был в предвкушении зрелища и крови.

Но её не было.

Пол тела уже было там, но не пролилось и капли крови. Он рассмеялся, злорадствуя.

Я все ещё не осознала реальность, потому без капли страха или сомнения подошла к, опустившемуся на пол, перед туфлей Лисы, проводнику. В полудреме стала тыкать дважды на воздух, а после и на лицо самого проводника, дабы отмотать время назад и получше рассмотреть, как он поглотил её. Рассматривая свой костюм, он пытался не замечать меня, но когда уже в десятый раз я тыкнула по его голове, что возможно было не больно, но очень раздражительно, он пробормотал:

– Хватит. – зырнув на меня раздраженно исподлобья, тыкнул пару раз дважды, с осторожностью, по моей руке.

Этим действием он запустил процесс осознания в моей голове. Ведь я почувствовала его прикосновения.

Но, до того, как окончательно проснуться от "кошмара", я привлекла его внимание своим пристальным взглядом.

Освободившись от верхней и нижней частей костюма, что уменьшился до размера моего пальто, и, оставив щупальца только на спине, коими управлял будто собственными руками, он приблизился ко мне, дотронувшись рукой до щеки. Маньячно улыбнувшись, произнёс фразу:

– Как тебе теперь здесь? В предвкушении продолжения?

Коленки задрожали и ноги подкосило, что повалило меня на пол. Медленно и аккуратно, дабы не спровоцировать психа, я стала отползать. Неизвестно что у него на уме.

Он присел на корточки и уставился на меня, наклонив голову на бок.

– Ты забавная. Мария, да? Вик. Что ж…– он протянул руку к моей щеке и, как кота, почесал по подбородку.

Особенностью моего тела является кошачья реакция на подобные ласки. По всему телу проходит будоражащее приятное ощущение, от чего тело как будто вибрирует. Все кто знал об этом считали, что обязаны погладить меня при встрече или проходя мимо. Но таких было от силы пять человек. А теперь об этом узнал Он.

–…– в его стеклянных глазах загорелся интерес. Протянув руку к макушке, подушечками пальцев, будто массажными движениями, почесал голову, от чего я аж зажмурилась и дрожь усилилась, это было приятнее предыдущего. – Как кошка, хи-хи! Ха-ха-ха!!!– он залился громки, жутким смехом, найдя во мне что-то интересное.

Задыхаясь от смеху, Вик вытирал слезы и о чем-то думал. Вот только его улыбка все больше стала отдавать чем-то похабным и извращенным.

А ведь он может и насильником быть, психу может, что угодно в голову прийти.

Обескураженно сидя, перед ним, было чёткое понятие – ему не приятны люди. Каждое движение, слово или звук нужно продумать, иначе это может быть последним, что я сделаю. Потому даже дрожать себе позволять нельзя, увидев страх в моих глазах, он может слететь с катушек.

– Как еще ты можешь меня развлечь? – этот мутный взгляд и надменная похабная ухмылка были звоночком, – Какие еще особенности скрывает это тело, хе-хе? Что, предположим, будет, если ударить по бедру? – замахнувшись одним из щупалец, он продолжил хихикать в предвкушении моей реакции.

В этот момент все до этого сказанные слова и здравомыслие разбились на осколки под натиском жуткого взгляда и страха, накрывшего с головой.

– НЕТ! – сжавшись и дрожа в его тени, я пыталась спрятать все, что может спровоцировать Вика.

Кроме рук, шеи и щиколоток, не было оголенных участков кожи. На мне были спортивные штаны и футболка. Мой вид не должен его провоцировать, если только он не извращенец или фетишист.

Округлив глаза, Вик прикрыл рукой лицо и резко отвернулся, будто его начало тошнить. Он выключил фонарик, но перед этим я заметила смятение и неуверенность на лице.

Резкое погружение во тьму вызвало белую пелену перед глазами. Зажмуривая глаза и открывая их, избавило от этого эффекта и помогло немного привыкнуть к темноте, вот только к этому моменту силуэта Вика не оказалось на прежнем месте.

Расслабив спину, она уперлась во что-то твердое, но эта не могла быть стена… резко обернувшись, меня встретили те же рыжеватые огоньки из кромешной тьмы, смотревшие с высока. Он схватил меня за плечи.

– Что ж, у меня есть не законченный дело. Хотел отп…ха! Точно! – хлопнул перед моим лицом и продолжил, – Я вернусь, как только закончу с третьим. Фонарь заберу! ~ Удачи! – крикнул, когда уже был у поворота, с которого они пришли.

Его силуэт издалека был похож на персонажа старой хоррор игры – «слендера». Хотя схожесть только в этих щупальцах со спины.

Что он задумал? Что делать мне? Какое решение или вариант будет лучше? Чего он хочет? Что бы я послушно дожидалась его здесь или же попыталась сбежать? Любитель послушных жертв или погонь?!

– …каждое движение…

Но даже если мне дали шанс убежать, есть проблема. Это место – лабиринт, как человек впервые пребывающий здесь, я не смогу быстро найти выход. Если это его план погонять жертву, дабы интереснее было, мне выгоды тут нет.

И есть ещё проблема. Сейчас меня переполняет непонятные чувства, чем-то похожие на азарт, но не он. Что-то жаждало другого, чего понять мне пока что не дано.

За время раздумий глаза привыкли к темноте и свет из окон стал прекрасным освещением, а также путеводителем. Ожидая Вика, еще в самом начале, от скуки, я рассматривала звезды, и некоторые созвездия могут указать мне в какой стороне выход или хотя бы лестница на первый этаж.

Место, в которое, и из которого, Вик гнал Лису, по звуку было близко и шаги вполне можно было услышать. Но гарантии, что он именно там, а не где-то за стеной, абсолютно нет. Потому, прислушиваясь к дыханию и ветру, медленно и не спеша, я пошла по стеночке к предполагаемому месту лестницы. Каждый шорох, каждый писк мыши или звук сверчка настораживал. Блуждая по коридорам, мне удалось найти её! Вот только уже долгое время на затылке чувствуется чей-то взгляд. Хотя возможно это иллюзия и игра моего воображения.

Лестница была в центре здания и до ближайших окон мне было ещё очень далеко. Осознавая это, краем взгляда, я заметила блеск. Он был у края лестницы со стороны подвала. Значит либо это какой-то осколок, либо это слежка и его щупальца могут отдаляться от костюма достаточно далеко, ибо ни шагов, ни металлического шума не было слышно.

Тогда он контролирует ситуацию и, так же как с Лисой, даёт мне ложную надежду…

Вот только то чувство, что переполнило меня, затмило страх, и поселило во мне сомненья. Без зазрения совести я готова ринуться на поиски окна, а после и забора, что за зелёнкой оградой, из ели и кустов, ограждает завод.

На первом этаже меня ещё не клонило в сон, так что пару мест и знаков на стенах помню. И хоть кажется, что коридоры одинаковые, на самом деле очень маленькие детали, что не особо заметны ночью, там были. Наощупь, пытаясь их найти ногами или нащупать руками, я продолжила путь.

Пробилась через закрученные коридоры, высматривая в кромешной тьме хоть что-то, увидела свет. Тусклый, но все же это был свет! Окна близко! Ускорив шаг, залетая в повороты будто в дрифте, наконец-таки добралась до окон! Вот только…

На одном из них лежала туфля. Ярко синяя, отливаясь желтоватым светом луны, туфля Лисы. Не зря он прослыл гениальным организатором, у него однозначно есть талант накалять атмосферу.

Хоть Лиса кинула меня, все же мы были слишком долго вместе, и многое знали друг о друге. Такого близкого человека больше нет, и, от осознания, в груди запылало желание сбежать с этого злополучного места. С уверенностью, я выпрыгнула из окна, и даже умудрилась удачно приземлиться с трехметровой высоты. Побежала, что есть силы, через кусты и заросли цепкой лозы. Царапины и ожоги, от крапивы и другой подобной травы, покрыли кожу ног и лица. Добравшись до ограды, с трясущимися руками и ногами стала забираться по пятиметровому литому забору, цеплять за штыки и выступы со всей силы, после прилива адреналина.

Сделав последний рывок, я увидела улицы города, огни ночных фонарей и мерцающие фары машин. У забора завода проходила трехполосная трасса, где даже ночью часто проезжали дальнобойщики. Чуть ли не каждую минуту, пока забиралась, слышался гул фур. И одна из них совсем близко, мне стоит лишь помахать руками и прелесть через забор, чтоб меня заметили, но как только водитель обернул свой взгляд в мою сторону…я спряталась…

Это не то чего мне хочется на самом деле. Я не хочу сбегать? До этого мне казалось, что это стокгольмский, надуманный, синдром, но он должен проявляться в опасной ситуации и месте под контролем определённого человека, когда нет уверенности в побеге или безопасности. Это не оно…очень странное чувство.

Ослабив защиту и признав свое желание, накопленный стресс и усталость дали о себе знать, руки ослабли, и я полетела вниз. В полусознании было видно, что меня подхватило одно из щупалец, наблюдавших издали. И затащило обратно в подвал.

***

Я очнулась уже на первом этаже у окон. Мы не были в этом месте раньше, в одном из полётов колонн был карман, созданный углублением в стене. Место прямо у поворота на углу здания. Моя голова лежала на чем-то мягком и теплом.

Внезапно голову почесала рука из тени. Из-за слепившего солнца, лучи которого попадали на глаза, а также Вика, что сидел в тени в углу углубления, дрожь и спазм усилились от странной ситуации.

– Все же, что ты такое? – тот хищный взгляд наполнился глубоким сожалением и корением за что-то, будто он сделал нечто ужасное.

Я приподнялась со спокойным выражением лица и осмотрелась.

Ни в коем случае нельзя дать почуять ему мой страх.

Со мной ничего не случилось, только ранки ссадят со вчерашнего дня, и то они обработаны. Не смертельные и не глубокие, а все равно обработал… Он не собирается меня ни убивать, ни опускать?

– О чем ты, Вик? – как можно чаще стоит обращаться по имени. Как с ребенком, нежным спокойным тоном, не провоцируя его.

– У меня жуткое желание оставить тебя рядом! Но ты можешь сбежать. Может связать тебя по рукам и ногам вот этим? Нет! Так ты можешь ещё больше покалечиться…не хочу видеть твою боль или кровь…но, если оставлю тебя рядом, могу собственными руками покалечить ещё страшнее. Тогда…Может стоит отрубить себе руки, дабы эти извращения в моей голове пропали?! ДА! Точно! – схватив щупальцу и нажав большим пальцем на сенсор на ней, появившимся лезвием замахнулся на левую свою руку.

– Стой! – ухватившись обеими руками за его руку, всеми силами и весом пыталась оттянуть её от левой, предотвратив безумие. – Да подожди ты! Не надо! – с одной стороны мне страшно увидеть такое зрелище вновь, а с другой будет больно смотреть на его страдания, – Это тоже заденет меня! – мой крик дошёл до его ушей, и он ослабил руку.

Со стороны по его виду и не скажешь, что в нем столько силы. Худой как палка, бледный и на вид уставший. Будто забитый ребёнок или изгой. Но может это тот самый случай: "В тихом омуте черти водятся"? И эти его маньячные повадки… Может он псих, психопат?

– Тогда ты не против этого? Хе-хе.

– Против! Категорически против. Но давай сделаем так – может тут можно договориться по-детски. Я взяла верёвку и связала себе крепко ноги, – Честно не знаю никаких крепких узлов, потому обойдёмся двойным…– завязав узлы, поверх по привычке завязала бантик.

– Пха-ха-ха! – он прикрыл лицо рукой, – Очень миленький, пха-ха! Но это только раздразнило меня. И вовсе не подходит, ты натрешь себе лодыжки. – с легкой улыбкой погладил меня по голове.

Работает!

– Все в порядке. Я завязала не настолько сильно. – это ужасно абсурдные действия, но раз уж решила идти по воле чувства, то дойду до конца. Тем более у него нет пока намерения убить меня. Но есть другие…

– …Допустим. – та же ухмылка, как когда он смотрел на Лису, но без отвращения. Это его биполярное расстройство… То смеётся, то себя винит, то надо мной издевается. Хрен поймёшь его настроение. – На доверие поиграем, так? – только что он витал в мыслях, после корил, а после вновь смеётся, – Но если ты и вправду против, то не давай мне поводов.

Вик двинулся от стены и похлопал по одеялу, на котором сидел, рядом с собой. Кроме как доползти до него мне ничего не осталось. Моя ложь уже начала проявлять себя, веревка легко натирала лодыжки.

Место куда он меня уложил было теплым и достаточно «безопасным». Он полностью загородил проход. Разве Вик не был меньше?

Будем послушной жертвой и сыграем в эту игру.

Интересно, если та сторона проснется, как обернется моя дальнейшая судьба?

***

Утро. Отдалённое щебетание птиц. Запах цветущей сирени и сырого бетона. Было бы не плохо заменить бетон на свежезаваренный кофе, и утро можно было бы назвать идеальным. Так как спросонья, на таком мягком одеяле, забываешь в каком месте засыпал. Надеешься открыть глаза и увидеть до боли знакомые стены и потолок, что все то, пережитое вчера, было просто кошмаром, а твои необдуманные, иногда стыдные, абсурдные действия, не произошли наяву. Но жизнь бросает с прогиба в жестокую реальность, разбивая все надежды.

Первым, что встречает меня в новом дне, была не птица, не насекомое, а тёмный силуэт из-за угла, пристально следящий за мной своими стеклянными глазами сверху вниз.

– Как твоё самочувствие? – Вик не выходил из-за угла, будто что-то прятал, и был явно перевозбужден. – Я принёс решение нашей проблемы! – он выпрыгнул с костюмом, что был похож на кожу,– Это защитит тебя от ранений, а меня от переживания! Разве не прекрасно? Эта ткань та же, что и в моем костюме. Она настолько прочная, что даже от ядерного взрыва не повредится! Хоть и не пробовал еще, но уверен в этом. – он как безумный ученый, что хвалит свое творение. И…он всегда был таким высоким?!

Он ростом в половину коридора! Раньше ведь был чуть выше меня, а мой рост 1.63! Вик же не мог так вымахать всего за одну ночь? Или может он и вправду не человек.

Глупость. Хотя с тем, что мне довелось уже увидеть, будет не удивительно, если это окажется правдой.

– Его прочность можно продемонстрировать! Кинь мне, пожалуйста, тот осколок рядом с тобой. – аккуратно подкинув ему осколок, от стекла, к ногам, Вик начал тыкать и проводить острием по ткани, но, с какой бы силой не давил, та не повреждалась. – Видишь? Но перед тем как его надеть нужно проверить все тело на наличие любых ран. Всё к чему будет прилегать ткань. – по лицу было видно, что сказано это без сарказма или какого-либо подтекста. Полная серьезность, только не могу того же сказать про мысли.

В данном случае не сбежать, не как-либо возразить у меня не выйдет. Я загнана в угол. Своими же действиями, своим азартом. Пошла на риск, осознавая возможность такой ситуации, и все же не желала оказаться в ней.

Понимая безвыходность ситуации, не в силах сдерживать эмоции из-за настигающей паники, глаза наполнились слезами. В такой положении, гордость и здравомыслие просто уходят на второй план, не выдерживая давления страха.

– Н-нет…кхыг…Не хочу… – судорожно вытирая слезы, дрожащими руками, что кое-как поддаются контролю, шмыгая носом, и, всхлипывая все громче, я потеряла контроль над ситуацией, поддавшись панике, и, сделав самую грубую ошибку в данном случае.

В школе, ВУЗе или других учебных заведениях не учат главным и нужным вещам в подобных ситуациях. Оказаться может каждый, а выжить нет. Вероятность мала и все же, как учат теории всевозможных наук, можно было бы и такую теорию поднять. Ведь она универсальна. Может пригодиться где угодно, хоть в школе, хоть при нападении, хоть при сдаче экзамена.

«Не поддавайся панике» – самое главное правило жизни.

Когда нам говорили о пожарах и пожарной безопасности, из-за редкости случаев, они относились со скепсисом, а дети, чувствуя это, не воспринимали опасность в серьез. Контроли ставили превыше практики эвакуации, после чего все отразилось на графиках смертности от пожаров и других несчастных случаев.

Загорелся дом. Человек запаниковал. Забыл о всевозможных правилах и теории, открыл окно или дверь. Погиб.

Землетрясение. Паника. Человек застыл на месте. Булыга, люстра, шкаф или дерево упало на него. Погиб.