Две тысячи лет от второго сотворения мира. Книга 4. Ворн. Искатель

© Вэй Катэр

© ИДДК

Книга 1. По дорогам Империи

Книга 2. Меня зовут Ворн

Книга 3. Ворн

Книга 4. Ворн. Искатель

Глава 1

Вокруг простиралась бескрайняя пустыня. Солнце било нещадно, заставляя горизонт дрожать в знойном мареве. Ворн огляделся – ни души, ни намека на цивилизацию. Лишь песок, камни и раскаленное небо. «Куда, черт возьми, меня занесло?» – промелькнуло в голове. Осмотрел себя. Все на месте: одежда привычная, кукри при нем. А вот шлем тю-тю. Интуиция вопила, что расслабляться рано. Вспомнив обрывки слов о каком-то испытании, напрягся. Какое еще испытание? И что они имели в виду, говоря о перемещениях между мирами? Вопросов – как звезд на небе, а ответов – ни одного.

Ворн решил двигать вперед в надежде наткнуться хоть на что-то, что прольет свет на эту чертовщину. Бредя по пустыне, он умирал от жажды. Солнце, словно вампир, высасывало последние капли влаги. Парень понимал – без воды он долго не протянет. Вглядывался вдаль, молясь о том, чтобы увидеть хоть слабый признак жизни. И вдруг в мареве заметил какое-то движение. Прищурившись, разглядел несколько темных силуэтов, надвигающихся на него. «Люди!» – промелькнула робкая надежда, и он ускорил шаг.

Но чем ближе подходили силуэты, тем сильнее радость сменялась тревогой. Это были не люди. Это были… твари. Высоченные, под два с лишним метра ростом, тощие, жилистые, с непропорционально длинными конечностями и вытянутыми мордами. Передвигались они на двух ногах, будто люди, но звериный огонь в глазах и оскал острых зубов, с которых капала слюна, не оставляли сомнений – перед ним хищники. Когти длинные, черные. Двигались эти существа плавно и быстро, как гончие, почуявшие добычу. Ворн понял: влип.

«Ну что ж, – подумал он, – посмотрим, что это за хрень». Выхватил кукри из ножен и приготовился к бою. Сердце колотилось как бешеное, но страха не было. Только ледяная решимость и готовность драться за свою жизнь. Твари окружили Ворна, издавая хриплые, утробные звуки.

– Привет, обед, – заухал, загыгыкал один из них на ломаном, едва понятном языке. Остальные поддержали товарища низким, утробным гыгыканьем.

Но это была речь! Значит, они разумны… Ворн, ошалев от удивления, чуть не пропустил момент нападения. Едва увернулся.

– Смешно вам, уроды? Ну-ну, – мотнул он головой, стряхивая с лица капли пота. – Посмотрим, как вы ржать будете, когда этот обед у вас в глотке застрянет.

Твари переминались с ноги на ногу, словно оценивая противника, выжидая момент для нападения. Ворн крепко сжал кукри, чувствуя приятную тяжесть металла и тепло верного клинка. Кукри жаждал крови.

Один из монстров бросился вперед, размахивая своими когтистыми лапами. Ворн уклонился от удара и тут же контратаковал, полоснув кукри по морде нападавшего.

– Что, сладенько? – сквозь стиснутые зубы процедил он.

Тварь взвыла от боли и отшатнулась назад, прикрывая рану лапами. Остальные, увидев, что их сородич получил отпор, замялись.

– Чего стесняетесь? – поманил подросток их рукой, зло усмехаясь. – Подходите, угощайтесь. – Кукри мелко дрожал в его руке, требуя еще крови.

Переглянувшись, твари ринулись в атаку разом. Ворн уворачивался, парировал удары, наносил ответные выпады. Кукри сверкал в лучах палящего солнца, оставляя за собой росчерки света и кровавые отметины на телах чудовищ. Но их было слишком много. Один из них все же зацепил его когтем за руку, оставив глубокую рваную рану. Ворн почувствовал острую боль, но, не обращая внимания, продолжил рубиться. Силы таяли, а твари наседали все яростнее. Они рычали, визжали, скулили, издыхая, но их все еще было чертовски много.

Собрав остатки сил, Ворн совершил отчаянный рывок вперед, пронзив кукри грудь одного из существ, одним взмахом снес голову второму, полоснул наотмашь третьего… Твари падали, бились в конвульсиях, орошая песок своей мерзкой кровью. Остальные монстры, казалось, немного притормозили, ошарашенные такой стремительной расправой над сородичами. И Ворн не упустил момент, добив последних двоих столь же быстро и безжалостно. Но и сам рухнул на горячий песок, обессилев.

По руке разливалось пульсирующее тепло – это кукри делился с ним своей силой. Раны затягивались прямо на глазах, но он этого даже не заметил. Ворн отер ладонью залитое кровью лицо.

– Ну что, сучье вымя, наелись? – сплюнул он вязкую слюну, окидывая взглядом поле брани. – Козлы! – пнул ногой один из трупов. – Хоть бы воды принесли, паразиты. – Ворн тяжело дышал, сердце все еще колотилось как сумасшедшее. Немного отдышавшись, поднялся на ноги, осмотрелся. Вдалеке, на востоке, виднелись скалы, а на западе, откуда приперлись эти твари, показалась еще одна группа таких же ублюдков.

– Да откуда ж вы лезете-то, черти драные, – зло выругался Ворн, понимая, что еще один бой он просто не вытянет, и бросился бежать, надеясь затеряться в скалах.

Он несся по раскаленной пустыне словно одержимый, не замечая ни усталости, ни боли. Адреналин хлестал в кровь, подгоняя его вперед. Пронзительный вой, полный звериной тоски, заставил Ворна обернуться. Прибывшие твари, рухнув на колени, голосили над телами павших сородичей. Другие, оцепенев, просто таращились на распростертые трупы. Но скорбь их была недолгой.

Заметив мелькнувшую вдалеке фигуру, твари с яростным кличем ринулись в погоню. Они неслись, сокращая расстояние между собой и жертвой. До спасительных скал оставалось всего ничего.

Ворн бросился к ним, надеясь найти хоть какую-то защиту. Добравшись до камней, он юркнул за огромный валун, пытаясь отдышаться. Сердце бешено колотилось в груди, дыхание сбивалось. Он выглянул из-за укрытия. Твари приближались. Они рыскали вокруг скал, вынюхивая его след. Ворн понимал, что это ненадежное убежище и рано или поздно они его вычислят. Нужно что-то придумать.

Его взгляд случайно упал на узкую расщелину в скале. Темная и неприметная, но достаточно большая для него. Не раздумывая, Ворн кинулся к ней, отчаянно пытаясь втиснуться внутрь. С трудом, но ему это удалось.

Он оказался в тесном, мрачном туннеле. Твари, заметив, куда он делся, бросились к расщелине, едва не зацепив его когтями, но пролезть внутрь не смогли – их тела, хоть и худые, оказались слишком крупными для этой дыры. Они злобно рычали и выли, яростно царапая скалу когтями, пытаясь протиснуться вперед, отпихивая друг друга.

– А вот хрен вам! – Ворн показал им кукиш и расхохотался. – Выкусите, твари!

– Выйди и ср-разись как мужчина! – прорычал один из монстров, коверкая слова и делая упор на рычащие звуки. Видимо, его огромные зубы мешали нормальной дикции.

– Ага, ща-аз! Уже бегу! – усмехнулся подросток. – Нашли дурака.

Ворн облегченно вздохнул. Кажется, ему удалось оторваться. Он оглядел свое убежище. Расщелина уходила куда-то вглубь скалы. Оттуда тянуло сыростью и прохладой. Мальчишка облизнул пересохшие губы. Внезапно появилась надежда – а вдруг там удастся найти источник воды?

Ворн напряг слух. Снаружи все еще слышалось рычание и царапанье, но постепенно звуки стихали. Видимо, твари потеряли надежду достать его и решили поискать вход в другом месте. Он затаился в туннеле, стараясь не шевелиться, пока не убедился, что опасность миновала.

Наконец тишина стала абсолютной. Ворн медленно выдохнул и снова попытался осмотреться. В туннеле царила кромешная тьма, и он ничего не видел. Он задумался: выйти наружу или двинуться вглубь? Снаружи его могли поджидать твари, устроив засаду. А в глубине расщелины могла быть вода. Недолго думая, он решил поискать воду.

Проход оказался довольно узким, едва позволяя ему двигаться вперед. Ворн осторожно протискивался вглубь расщелины. С каждым шагом становилось все холоднее и сырее. В воздухе витал запах плесени и влажной земли. Через какое-то время проход начал расширяться. Парень увидел впереди слабый проблеск света. Он ускорил шаг и вскоре вышел в небольшую пещеру.

Свет проникал через отверстие в потолке, освещая пространство тусклыми, призрачными отблесками. Небо стремительно темнело, и пещера погружалась во мрак. Услышав редкие звуки капающей воды, Ворн, ликуя в душе, бросился в сторону звука.

Осмотревшись, он заметил, что в одном из углов пещеры есть еще один туннель. Источник воды нашелся рядом. Небольшое углубление в скальной породе, заполненное спасительной влагой, манило прохладой.

Напившись до отвала, он опустился на пол, раскинув ноги, и прислонился к холодной стене. Напряжение постепенно отпускало, накатила усталость, и его сморило. Как заснул, он даже не заметил.

Ворн проснулся от пронизывающего холода. Лунный свет, пробивающийся сквозь расщелину в потолке, едва освещал пространство, создавая причудливые тени на стенах. Но какое это было зрелище!

С потолка свисали длинные, тонкие сталактиты, похожие на ледяные сосульки. Некоторые из них, словно живые, светились мягким, призрачным светом. Стены пещеры были покрыты причудливыми узорами, созданными водой и временем. А вдоль стен росли невиданные им доселе растения. Они тоже светились, излучая мягкий зеленоватый свет. Это были какие-то грибы, похожие на опята, только больше размером, и цветы, напоминающие орхидеи, но с более крупными и яркими лепестками.

«Вот это красота!» – подумал Ворн, пораженный увиденным. Он встал и подошел к одному из светящихся растений, осторожно коснулся лепестка. Тот был мягким и бархатистым на ощупь. Цветок в ответ засветился еще ярче, словно приветствуя его.

Ворн улыбнулся. Он ощутил прилив сил и какое-то необъяснимое умиротворение. Ему вдруг стало спокойно и хорошо. Юноша принялся исследовать пещеру, рассматривая светящиеся растения и причудливые скальные образования. Звуки капающей воды создавали успокаивающую мелодию.

Ворн почувствовал себя в другом мире, в сказке. Забылись и чудовища, и погоня, даже притупилось ощущение голода. Остались только красота и спокойствие. Он знал, что ему нужно двигаться дальше, искать выход, но ему не хотелось покидать это волшебное место.

Парень решил еще немного отдохнуть и набраться сил перед следующим испытанием. Он вернулся к углублению с водой, снова напился, умылся. Вода была холодной и освежающей. Затем он нашел себе удобное место у стены, улегся в позе эмбриона и закрыл глаза. Усталость взяла свое, и он быстро уснул, окруженный тишиной и призрачным сиянием светящихся растений.

Сквозь сон Ворну почудилось, будто его кто-то зовет. Тихий, мелодичный голос, словно шелест листьев на ветру, проникал в его сознание. Он открыл один глаз, затем второй. Светящиеся растения сияли еще ярче, а тени на стенах будто танцевали в такт невидимой музыке. Сначала он подумал, что это ему приснилось, но ощущение присутствия чего-то еще не покинуло его.

Ворн поднялся и огляделся. Никого. Только он, пещера и ее волшебное освещение. И все же голос… Он снова прислушался.

Теперь он слышал его отчетливее. Голос шел откуда-то из глубины пещеры, из-за большого скального выступа, поросшего светящимися грибами. Заинтригованный, Ворн осторожно направился туда.

За выступом оказался небольшой грот. В центре грота, на возвышении, росла самая прекрасная из всех виденных им орхидей. Ее лепестки переливались всеми цветами радуги, а от цветка шло мягкое, теплое свечение. И именно оттуда, от этого цветка, исходил голос.

– Не бойся, – прошептал цветок. – Я ждала тебя.

Ворн замер в изумлении. Цветок говорил с ним! Он подошел ближе, не в силах отвести взгляд от этого чуда.

– Кто ты? – спросил Ворн, чувствуя, как по спине пробегают мурашки.

– Я хранительница этой пещеры, – ответил цветок.

Ворн недоверчиво взглянул на цветок, медленно перевел взгляд на источник воды, задумчиво почесывая затылок…

– Хранительница? Это что, типа, ты тут главная? – недоверчиво хмыкнул Ворн, стараясь скрыть охватившее его замешательство.

Он присел на корточки, стараясь разглядеть цветок получше. Может, это просто какая-то галлюцинация? Может, вода какая-то не такая или жара совсем мозги расплавила?

– Именно, – прозвучал в ответ мелодичный голос. – Я слежу за этим местом и за теми, кто сюда попадает. И я знаю, что ты ищешь.

Ворн нахмурился. Что она имеет в виду? И как вообще цветок может разговаривать? Он снова посмотрел на воду. Нет, вроде обычная вода. Но что-то тут явно не так. Может, это все-таки перегрев? Надо будет меньше бегать по пустыне. Или вообще не бегать.

– Я не понимаю, – признался он, чувствуя себя немного глупо. – Что я ищу? И как ты… разговариваешь? Это розыгрыш какой-то?

Цветок слегка покачнулся, словно улыбаясь.

– Ты ищешь путь. Путь к себе, путь к пониманию. А разговариваю я… по-разному. Для каждого по-своему. Главное – уметь слушать. Хотя, может, ты просто псих, которому везде цветы мерещатся. Но пока не похоже. Ты хотя бы сомневаешься. И это уже неплохо.

Ворн выпрямился, отряхивая штаны. Путь к себе? Звучит как какая-то эзотерическая чушь, которой потчуют заплутавших в жизни богачей. Но, с другой стороны, разговаривающий цветок в пещере со светящимися грибами… что еще ожидать? Может, орхидея и права. Может, он действительно ищет какой-то смысл во всем этом дерьме, что с ним приключилось?

– Ладно, допустим, я ищу этот самый «путь», – сказал Ворн, скрестив руки на груди. – И как ты собираешься мне помочь, говорящий цветочек? У тебя есть карта с подписью «Твой счастливый путь – тут»? Или ты просто будешь философски изрекать банальности, пока я тут от голода не помру?

Цветок снова покачнулся, и Ворну показалось, что в его голосе прозвучало что-то вроде смеха.

– Я могу указать направление. Могу помочь увидеть то, что ты сам не замечаешь. Но идти по этому пути тебе придется самому. И да, если ты будешь стоять столбом и жаловаться на голод, то умрешь гораздо быстрее, чем найдешь свой «счастливый путь». Так что двигайся.

Ворн вздохнул. Ну вот, только начал надеяться на чудо, а тут опять все сам. Но, черт возьми, в словах цветка было что-то такое… убедительное. И потом, у него ведь не было особого выбора. Либо он продолжает бродить по каменным лабиринтам вслепую, либо прислушивается к говорящему цветку.

– Ладно, куда идти, мудрая хранительница? И что я должен искать? Кроме еды, разумеется.

Цветок слегка повернулся в сторону, куда-то вглубь грота.

– Иди туда, где камни говорят. Ищи место, где эхо хранит секреты прошлого. Там ты найдешь то, что ищешь. И не забудь смотреть по сторонам, Ворн. Путь часто скрывается в самых неожиданных местах.

Ворн посмотрел в указанном направлении. Камни, эхо, секреты… Звучит как ребус для идиотов. Но что ему оставалось? Он поправил свой ремень с кукри, скривился от боли в заживающих ранах и двинулся вперед.

Через несколько часов блужданий среди однообразных скал Ворн начал сомневаться в мудрости говорящего цветка и в своей адекватности. Может, он просто двинулся рассудком, надышавшийся каких-то паров или пыльцы от светящихся растений? Но он продолжал идти, упрямо цепляясь за слабую надежду. И вдруг вдалеке он увидел нечто, отличающееся от привычного ландшафта.

Это оказалось чем-то вроде узкого, но рукотворного тоннеля, стены которого были покрыты странными рисунками и символами. «Камни говорят…», – вспомнились слова цветка. Ворн, чувствуя прилив адреналина, ускорил шаг. Может быть, это и есть то самое место, где эхо хранит секреты?

Он вошел в тоннель, и его сразу же окутала прохлада. Стены, испещренные древними знаками, казались живыми. Он провел рукой по одному из рисунков, и ему показалось, что он услышал тихий шепот. Может быть, цветок все-таки был прав? Путь, который он так долго искал, мог начинаться именно здесь. Может, тут есть портал или телепорт, на худой конец, и он сможет вернуться в знакомые ему места?

Ворн не знал, куда ему больше хочется попасть – домой к Доку или к Кириллу, Боргу и остальным друзьям. А как же Полкаша – его верный и горячо любимый пет?

Ворн шел не спеша, внимательно разглядывал каждый камень, каждую трещинку. Рисунки становились все более четкими, словно кто-то специально выделил их для него.

Здесь были изображения животных, которых он никогда не видел, символы, похожие на созвездия, и странные геометрические фигуры. Он чувствовал, как его разум постепенно заполняется обрывками информации, как будто кто-то пытается передать ему знания. Голова ныла в висках.

Внезапно ущелье расширилось, образуя небольшую пещеру. В центре пещеры стоял каменный алтарь, на котором лежал старый, истлевший свиток. «Неожиданное место», – пронеслось в голове у Ворна.

Он подошел к алтарю и осторожно взял свиток в руки. Бумага рассыпалась от прикосновения, но он успел заметить несколько слов, написанных на неизвестном ему языке. Остатки свитка преобразились в серое облачко, которое, зависнув в воздухе, начало втягиваться в пальцы Ворна, быстро заползая на кисти рук, а на коже появлялись символ за символом, образуя письмена.

– А-а-а!!! – замахал Ворн руками, стараясь стряхнуть с себя это странное облако, которое увеличивалось прямо на глазах и упорно окутывало все его тело, причиняя адскую боль.

Ворн взвыл, упав на колени. Содрав с себя рубаху дрожащими от боли руками, он расширенными от шока глазами смотрел, как какой-то безумный невидимый писарь изукрашивает его тело.

Боль стала невыносимой, она пронзила все его существо, каждая клетка тела горела, будто в огне. Он чувствовал, как символы врезаются в кожу, словно их выжигают каленым железом. Он катался по земле, пытаясь унять невыносимые муки, но облачко продолжало пожирать его, оставляя на теле причудливые узоры.

Ворн ощущал, как буквы и символы выжигаются прямо на его коже, словно клеймо. Он пытался кричать, но из горла вырывались лишь хрипы и стоны. В какой-то момент сознание Ворна начало угасать. Он перестал чувствовать землю под собой, слышать собственные хрипы. Перед глазами плясали неясные тени, а в голове звучали обрывки фраз на незнакомом языке. Он чувствовал, как что-то меняется внутри него, как чужая сила наполняет его тело. Последнее, что он увидел перед тем, как погрузиться во тьму, – это собственные руки, полностью покрытые светящимися рунами. В глазах потемнело, мир вокруг расплылся, и он провалился в бездну, наполненную хаотичными образами и голосами.

Ему казалось, что он одновременно видит прошлое, настоящее и будущее, что он присутствует во всех местах и временах. Это было невыносимо мучительно, будто его душу распылило на молекулы и каждая клетка его существа прожила отдельную жизнь, а потом все вновь собралось воедино.

Ворн очнулся, лежа на холодном каменном полу пещеры. Он тяжело дышал и пытался осознать, что произошло. Тело ныло, но боль, которая чуть не убила его, отступила. Он медленно поднялся и осмотрел себя. Руки покрыты сложным узором из незнакомых символов. То же самое было и на его торсе. Они мерцали призрачным светом, постепенно угасая, сливаясь с нормальным оттенком кожи. Ворн коснулся пальцами одного из символов, и в голове полыхнула короткая яркая вспышка. Он увидел себя, но в каком-то другом месте, в окружении странных существ. Затем видение исчезло, оставив лишь ощущение потерянности и удивления. Что это было? Что теперь с ним будет?

Он с ужасом и любопытством разглядывал свое новое «украшение». Символы казались знакомыми и в то же время совершенно чужими. Ворн попытался вспомнить, что произошло, но в голове осталась лишь путаница из обрывков воспоминаний и ощущений. Он вспомнил бабку Взору и ее предсказание: «Обретшего вторую жизнь отметят письменами боги. Багряный закат иного мира откроет дорогу домой».

В этот момент из-за алтаря выскочила небольшая ящерица. Она тоже была покрыта светящимися символами, точно такими же, как на стенах ущелья и теперь на теле Ворна. Ящерица посмотрела на человека, моргнула и мотнула головой вглубь пещеры. Парень нахмурился, не понимая, что она хочет ему сказать. Но потом сообразил, что его куда-то зовут. Он огляделся и заметил, что за алтарем есть проход, который раньше был скрыт от глаз. Ворн, немного поколебавшись, решился пойти за ящеркой.

Внутри было мрачно и влажно, воздух пах сырой землей и чем-то еще неуловимо знакомым, но позабытым. Стены тускло мерцали геометрическими фигурами и символами, давая слабый свет. Проход вел вниз, под землю. Ворн осторожно спускался, ощупывая каждый камень, боясь оступиться.

С каждым шагом воздух становился все теплее, и Ворн начал слышать тихий, монотонный гул, словно где-то впереди работала огромная машина. Наконец проход вывел его в просторный зал, озаренный мягким, пульсирующим светом.

В центре зала стоял огромный кристалл, испускающий этот свет. Он был похож на сердце, бьющееся в груди земли. От кристалла во все стороны расходились тонкие нити, сплетающиеся в сложную сеть, покрывающую стены и потолок.

Ворн почувствовал, как его разум наполняется спокойствием и ясностью. Он понял, что это и есть источник той энергии, которую он теперь ощущал в себе.

Внезапно свет кристалла стал ярче и перед Ворном возникла голографическая фигура. Это было лицо человека с глубокими морщинами и мудрым взглядом.

– Добро пожаловать, искатель, – произнес голос, эхом отдающийся в зале. – Ты прошел долгий путь, чтобы найти это место.

Ворн замер, не в силах вымолвить ни слова.

– Тебе предстоит выбор, Ворн. Два пути открыты перед тобой, как две двери в разные реальности. Первый ведет обратно в мир Дока, к научной рациональности и привычному комфорту. Это твой старый дом, место, где ты нашел приют и понимание. Второй – к Кириллу, Боргу и остальным твоим друзьям. К новому миру, полному опасностей и приключений, но и крепкой дружбы и настоящей любви, пусть и слегка странной. К Полкаше, в конце концов, который наверняка заждался своего хозяина.

Голографическая фигура замолчала, давая Ворну время обдумать услышанное. Выбор и правда был мучительным. Сердце разрывалось между двумя столь разными, но одинаково дорогими мирами. С одной стороны, Док и ставший родным домом Стикс. С другой – Кирилл, Борг и предстоящая война. А если они проиграют ту войну, потому что Ворн не вернется? Что тогда будет со всеми, кто стал ему дорог? И Полкаша, конечно. Как можно бросить своего верного друга?

– Какой же путь ты изберешь, Ворн? Куда направишь свои стопы? – Голос фигуры эхом прозвучал в голове.

Ворн закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. Он вспомнил лицо Дока, его добрую улыбку и бесконечное терпение. Потом перед глазами возник образ Гоблы, его бесшабашная храбрость и заразительный смех. Вспомнил и Полкашу, его преданные глаза и наглую натуру. Ворн открыл глаза и взглянул на голографическую фигуру.

– Я… я не знаю, – прошептал он. – Оба этих мира стали для меня домом. Я не могу выбрать между ними.

Фигура улыбнулась.

– Тогда, возможно, тебе не придется выбирать. Может быть, ты сможешь найти способ объединить их. Но это уже другая история, искатель. Сейчас тебе нужно решить, куда ты хочешь вернуться в первую очередь.

В зале засияло два портала, один излучал холодный синий цвет, напоминая стерильные лаборатории, второй – красный, теплый, словно отблеск костра.

Путь был открыт. Выбор за ним.

Глава 2

Ворн сидел на самом краю берега, вглядываясь в чернильную бездну, расцвеченную мириадами звездных искр. «Боги прогневались. Похитили, не иначе», – ворчливо пробурчал бы Лаки или старый дед Карман. А Ворн подозревал, что мир – всего лишь очередная чашка Петри под любопытным взглядом вселенских наблюдателей.

В памяти словно сквозь туман проступила пещера и мерцающая голограмма старика. Он помнил, как жадно глотал спертый воздух, чувствуя, как кристалл вливает в него небывалую силу. И вот снова перед ним замаячили манящие порталы.

Синий отзывался тоской, красный же обещал взрыв адреналина, бурю эмоций. «Первым делом надо узнать, что с ребятами», – прошептал он одними губами. И тотчас же возник образ: Полкаша – одинокий силуэт у двери таверны, в глазах бездонная тоска, ждет его возвращения. Борг… Кирилл и Гриня с Гоблой. «Ты, малой, ничего не бойся, – эхом отдавался в голове хриплый голос Гоблы и его вечно довольная рожа, – даже если тебя сожрут, у тебя все равно есть два выхода».

– Я выбираю красный, – отрезал он не раздумывая.

Фигура едва заметно кивнула, и багряный портал вспыхнул с утроенной силой.

– Тогда иди, Ворн. Друзья ждут. И помни: твой выбор сейчас – не приговор. Судьба переменчива, как морская погода, да и ты не лыком шит.

Ворн коротко кивнул и шагнул в бушующее пламя цвета. Мир взорвался калейдоскопом красок, а затем схлопнулся, оставив после себя лишь пустоту.

Соленый ветер хлестнул по лицу. Его выкинуло на прибрежный песок, а за спиной с шипением растаяла брешь в ткани пространства. В воздухе пахло озоном и йодом.