Закрытое сердце

Пролог

Вы когда-нибудь задумывались о том, что все события в нашей жизни не случайны?

Два года назад.

– Ко-о-окс! Ко-о-окс! – кричала я на пределе  своих возможностей, отчего случайные прохожие вздрагивали и спешили убраться с моего пути. Я бы тоже посторонилась, если бы увидела взлохмаченную пигалицу в пижамном костюме с изображением Тоторо.

Привет, меня зовут Алиса. И нет, я не наркоманка.

Я – сумасшедшая. Так меня называют люди, которые не разделяют моё пристрастие к «Зелёному движению».

Да! Я тот самый человек, который сортирует мусор, высаживает деревья два раза в год, а вместо пластиковых пакетов использует многоразовую авоську. Мне 19 лет и я студентка кафедры экологии и природопользования.

Правда, сейчас я полусонная девушка, пытающаяся поймать…

– Кокс, зараза! Стой, кому говорю! Хуже будет!

Убью Кокса, убью брата, который додумался назвать собаку в честь музыкальной группы The Kooks. Вот только Кукс вскоре превратился в Кокс. И теперь пёс с радостью оправдывал свою чудаковатую кличку.

Утро началось не с кофе, а с пробежки. Потому что мой недалёкий брат Илья случайно выпустил Кокса за дверь, а сам сбежал в университет, без зазрения совести прихватив мамин «Ярик». Я ведь по–человечески просила оставить машину мне. Ну ничего, я не злопамятная, но память у меня хорошая.

Радует, что один плюс начала сегодняшнего дня всё же имелся. Я практически выполнила дневную норму шагов, пока ловила неугомонного пса. А потом в темпе бешеного дятла «Вуди» собиралась на презентацию.

Когда я наконец–то была готова выйти из дома, заметила огромную затяжку на колготках и от досады взвыла раненым зверем. Похоже, получилось очень убедительно, потому что провожающий меня Кокс попытался забиться под полку для обуви. Я же поскакала в комнату переодеваться в брюки.

Эстафету «самого паршивого дня» подхватил автобус, уехавший прямо у меня из– под носа. Если бы на этом мои неприятности закончились…

Я неслась на важное мероприятие, от которого зависел итог проделанной мной работы за последние три месяца. И уже видела заветные двери, ведущие внутрь сверкающего на солнце делового центра. Как вдруг из наглухо тонированного внедорожника вылетела  бутылка из–под газировки. Она окатила меня остатками содержимого и плюхнулась на землю.

В другой день я бы молча подняла мусор и выкинула в урну. Но сегодня мой внутренний судья требовал справедливости. Я схватила бутылку с ярко–зелёной жидкостью и зашвырнула обратно в приоткрытое окно автомобиля.

Из салона раздались непечатные выражения и мужской смех, а затем дверь авто распахнулась и на дорогу вывалилось оскорбленное парнокопытное в забрызганном газировкой костюме. Его глаза покраснели, ноздри раздувались, и только он хотел открыть рот, как я сработала на опережение.

– Ещё раз мусор мимо урны кинешь, я тебе его за шиворот затолкаю! Понял? – холодным, громким голосом отчеканила я. Идеально скопировав интонации своего дедушки. Он у меня полковник в отставке. Судя по тому, как растерялся олень, получилось весьма убедительно. И пока он отскребал свою челюсть от асфальта, я начала тактическое отступление.

– Тупоголовая овца, – донеслось мне в спину.

– Да пошёл ты, – прошептала себе под нос и прибавила шаг. Мне папа говорил, что с моральными уродами лучше не связываться.

Сейчас для меня главное – защитить проект. Такой шанс выпадает раз в жизни. Для того чтобы попасть сюда я не спала ночами. Готовилась, искала информацию, выступала и защищала своё детище. Моя работа была признана лучшей среди семнадцати заявок в моём университете.

Сегодня я буду представлять свой проект перед инвесторами. Они рассмотрят идеи студентов со всех вузов города и лучшие проекты профинансируют.

Для меня это не только шанс выделиться и заработать лишние очки в глазах преподавателей, но и возможность сделать наш город лучше, а главное –  экологичнее.

Приближалась моя очередь. Сердце учащённо билось, а рука невольно трепала пуговицу на пиджаке. Я отчётливо понимала свою цель и старалась взять эмоции под контроль.

Десятиминутное выступление прошло как в тумане, кровь пульсировала в висках, но я справилась.

Я представила проект по открытию мини–завода по переработке пластиковых бутылок. А ещё предложила установить в жилых дворах контейнеры для сбора пластиковой тары. Наш город только начинал развиваться в этом направлении. По моим расчётам такой завод при полноценном использовании должен окупиться через 6–9 месяцев.

Теперь оставалось ждать результаты конкурса, их должны были огласить через двое суток.

Неожиданно на меня налетел ароматный персиковый вихрь и повис на моей многострадальной шее.

– Лиска, ты такая офигенская! Горжусь тобой! – возбуждённо щебетала мне в ухо моя лучшая подруга Тая. – Ты круче всех выступила, отвечаю. Я с самого начала смотрела.

– Да отпусти ты меня, задушишь! – я попыталась отбиться от крепких объятий подруги. В глубине души мне было дико приятно, что она пришла поддержать меня.

– Благодатских? – ко мне обратилась женщина с прилизанными волосами в светло-бежевом костюме. Именно она отмечала имена участников в списке перед выступлением.

– Да, – кивнула я, высвобождаясь из цепких рук Таи.

– Ваш проект отклонили, можете забрать раздаточный материал, – отведя глаза в сторону, сообщила она.

– Как отклонили? – опешила я.

– Один из членов комиссии выразил сомнения по поводу окупаемости вашего проекта. К сожалению, для вас у него оказался решающий голос. Сочувствую.

– Как зовут этого члена комиссии? Хочу задать ему пару вопросов.

– Секундочку, – женщина зашуршала бумагами, – Дмитрий Лихин.

Я кинулась к столам, где совсем недавно заседала комиссия, в надежде поговорить с этим человеком, но Дмитрия Лихина уже не было. Видимо, он успел уйти.

Мои руки подрагивали, к уголкам глаз подступили слёзы. Я не понимала, как такое могло произойти. Мне нестерпимо хотелось знать, что именно не понравилось этому члену.

Чёрт возьми, да над этим проектом трудилась не я одна. Меня поддерживала вся команда «зелёных». Мы предусмотрели все до малейших подробностей. Я была уверена в положительном результате. И поэтому было больнее осознавать своё поражение.

– Алиса, подожди! – позвала меня Тая, но я лишь ускорила шаг. Мне не хотелось, чтобы она видела мои слёзы.

– Лиса, ну ты чего? Ну, подумаешь, а? – подруга всё-таки догнала меня и теперь пружинистым шагом плелась рядом со мной.

– Подумаешь, а? – передразнила я её мультяшным голосом злодея.

– Козёл, урод! – сотрясала я гневными словами воздух. Тая, как самый верный друг, в знак согласия кивала головой. Отчего её непослушные русые волосы разлетались кудрявыми пружинками в разные стороны.

– Так! Не унывать! Уныние – смертный грех, – напомнила сама себе я.

– Ага, – поддакнула Тая.

– Посмотреть бы ему в глаза, – мечтательно протянула, представляя, как сдавливаю шею незнакомого мне мужчины.

– Ага, – снова раздалось рядом.

– Что делать? Где теперь искать средства? Полный крах. Надо найти господина Лихина и попытаться переубедить.

– Ага!

– Вот честное слово не понимаю. Неужели люди не могут расставить приоритеты правильно? Ещё чуть-чуть и планету будет не спасти!

– Ага!

– Чего ага? Ты другие слова знаешь?

– Я со всем согласна, – с серьёзным видом заключила подруга.

Я не выдержала и рассмеялась. Всё-таки прекрасно, когда у тебя есть близкие люди, и ты чувствуешь их поддержку.

– Почему ушла без меня? – хмуро спросила Тая.

– Прости, ты же знаешь, я быстро вспыхиваю, но и быстро отхожу.

– Знаю, знаю. Ты как кокос: сверху твёрдая, а внутри мягкая.

– Кокосом меня ещё никто не называл. Ну, спасибо, хоть не Кокс.

– А что? Ты реально как наркотик. У меня от тебя башню сносит, – рассмеялась подруга.

– У-у-у! Ну, ты и подлиза! Но как же я тебя люблю!

Самое главное, что рядом со мной друзья и близкие по духу люди, а с остальным я обязательно справлюсь.

Глава 1

Наше время.

Глеб

– Марина Борисовна, мы можем договориться? Я сожалею, что из–за работы у меня не получилось присутствовать на ваших лекциях. Понимаете, на мне большая ответственность…

– Я понимаю Вас молодой человек, но тут у каждого второго работа. Вы правильно заметили, что на Вас лежит ответственность! Ответственность быть достойным студентом, – светловолосая женщина средних лет поправила очки в тёмной оправе и устало посмотрела на меня.

– Да, конечно, но, может быть, я могу что– то сделать для кафедры или лично для Вас? Могу перевести пожертвование, назовите сумму, – предложил я.

– Молодой человек! – оскорбилась женщина. – Вы мне что, взятку предлагаете?

– Нет! – я почувствовал, что пошёл не по тому пути и отрицательно замотал головой, про себя проклиная принципиальную ведьму.

– Уходите, молодой человек, к зачёту я Вас не допущу, пока Вы мне не сдадите тетрадь с лекциями и реферат. Если не справляетесь,  мы тут никого не держим.

– Но ваш предмет даже не основной. Я не думал, что могут возникнуть трудности, – вспылил я. Ведьма переменилась в лице и оскорблённо поджала губы.

У меня возникло чувство, что стою на тонком льду, готовом в любую секунду проломиться под моими ногами и погрузить меня в ледяную воду. Как же не вовремя я бросил курить, стал слишком раздражительным.

– Хорошо, если вы горите желанием помочь родному университету, я могу пойти вам навстречу, – задумчиво произнесла женщина.

Бинго! Кажется, поезд сдвинулся с мёртвой точки.

– Сделаю всё, что в моих силах.

– Помогите «Зелёным» в весенней очистке территории от мусора, – довольно улыбнулась женщина.

– Что?

– Запишитесь в группу активистов и сделайте что– то действительно полезное. Или Вы были голословны, когда предлагали помощь?

– Нет, – сжимая кулаки, выдавил я. Мстительная стерва! Да она издевается?

– Так и быть, после того как окажете посильную помощь, я не только допущу Вас к зачету, я поставлю зачёт, – женщина бросила на меня хитрый взгляд. Она думала, что я откажусь?

Не дождётся.

Я был наслышан о том, как она тиранила студентов своей принципиальностью и валила  народ налево и направо.

– Хорошо, – сквозь зубы согласился я.

– Отлично, – кивнула преподавательница, продолжая улыбаться. – Найдите Благодатских Алису, 4 курс, на кафедре «Экологии и природопользования» и запишитесь на три ближайших мероприятия.

Я ритмично шагал по коридору, высматривая 517 аудиторию.

– Смотри, куда прёшь! – рявкнул на налетевшего на меня парня. Он прибавил ходу и поспешил убраться из моего поля зрения.

Если бы я только знал, во что ввязываюсь, когда подавал документы на машиностроительный факультет. Это всё из–за Азалии, вечно она с промыванием мозгов: «Ты должен найти своё призвание и делать то, что тебе нравится».

Теперь я студент первого курса. Поскорее бы закончился этот треклятый учебный год. Основные предметы мне нравились, я исправно их посещал, но дополнительные…

В моём представлении всё должно было быть просто. Там, где я не успевал, я бы давал взятки. Деньги решают многое, но, как оказалось, не всё. Встречались принципиальные индивиды с заскоками, которые трепетно относились к своим дисциплинам и изощрённо издевались над студентами. К счастью, таких преподавателей было меньшинство.

Я распахнул двери. В просторной аудитории стоял гул голосов. Кто-то ходил, кто-то сидел и даже были те, кто носились между рядов. Студенты…

И кто из них она?

– Благодатских! – громко рявкнул я, отчего в аудитории повисла гробовая тишина. Десятки глаз устремились в мою сторону.

– Тебе она зачем? – на меня вылупилась девчонка с первой парты.

– А тебе какое дело?

– Самое прямое, я она и есть. Что надо? – как-то совсем неприветливо спросила она.

– Записаться на сбор мусора, – я бесцеремонно уселся на её парту.

Это взлохмаченная выдра хмыкнула.

– Ты ничего не перепутал?

– Я бы с радостью перепутал, но нет. От Марины Борисовны, – пояснил я и окинул её оценивающим взглядом. Так себе, бледная и невзрачная в безразмерном свитере, с вороньим гнездом на голове, заколотым карандашами. Правда, глаза выразительные и обрамлённые длинными густыми ресницами. Кого– то она мне смутно напоминала.

– А-а-а-а, – засмеялась девушка и на её щеках вырисовались озорные ямочки. – Борисовна любит отправлять двоечников ко мне. А уж как я люблю двоечников … – девушка предвкушающе потёрла ладошки. Сразу видно сумасшедшая. Я всегда предпочитал обходить девушек со странностями стороной. От таких никогда не знаешь чего ждать. Я же любил просчитывать действия других людей.

– Суббота или воскресенье?

– Что? – не понял я.

– Когда сможешь? Так, в субботу в 17.00 убираем территорию университета. В воскресенье в 10.00 встречаемся на территории центрального парка.

– А может, я тебе денег дам и ты сама справишься? Сколько хочешь? – предложил я.

А что? Студентам деньги нужны, а судя по тому, как выглядела Алиса, ей бы точно не помешало посетить салон красоты или обновить гардероб.

– Заманчиво, но нет, – хмыкнула она.

– Почему? – удивился я, не ожидая такого ответа.

– Слушай, можешь валить к Борисовне и с ней договариваться. Моё дело маленькое и я его выполняю. Записываться будешь? – встала в позу принципиальная гордячка. Ладно, чёрт с ними.

– Мне субботу и воскресенье и ещё один день.

– О-о-о! Замечательно! Борисовна целых три наряда выписала? Чем же ты её так допёк? – девушка подалась вперёд, желая услышать историю моего провала. Огонёк интереса зажёгся в её глазах.

– Не твоё дело.

– Ок! Не опаздывай, понял? Я халтурщиков не люблю, – и снова стала безразлично-отстранённой.

И вот это её: «Понял?» вернуло меня на пару лет назад. Меня накрыло неприятным осознанием.

Я её вспомнил!

Как она с блеском в глазах защищала свой проект.

Как судьи потрясённо смотрели на меня, когда я вычеркнул её из списка кандидатов.

В тот день я присутствовал вместо своего отца. Он был главным спонсором этого конкурса.

К несчастью для неё у меня оказался решающий голос.

Лишь бы она не вспомнила меня. Такая церемониться не будет, сожжёт и пепел развеет.

Неприятная личность.

Я поспешил убраться от её внимательного серого взгляда.

Глава 2

Глеб

Такси припарковалось рядом с территорией университета. Я расплатился и покинул салон автомобиля, пропитанный запахом дешёвых сигарет.

Мне нестерпимо хотелось поднести к губам никотиновую палочку и протолкнуть в лёгкие густой дым. Как же всё это происходило не вовремя.

Если бы два года назад мне кто-нибудь сказал, что Глеб Лихин будет собирать мусор. Скорее всего, этот кто-то сильно пострадал не только морально, но и физически.

Попытался вспомнить, что читал в последней книге, которую мне рекомендовал мозгоправ. «Служение обществу помогает развивать смирение, переключить фокус внимания». Кто придумал этот бред? Чёрт, почему так сложно быть человеком?

Я неохотно направился вглубь сквера. Множество берёз и елей окружали стены величественного серо-зелёного здания, в котором грызли гранит науки разновозрастные студенты.

Осмотрелся по сторонам, насчитал семь человек. Они уже начали собирать мусор. Молодые ребята в тёмной, непримечательной одежде. Сложилось впечатление, что они специально оделись попроще. Похоже, я один припёрся на сбор мусора в пальто от «Brioni».

И где эта выскочка?

– Опоздал! – мне навстречу спешило чудо в жёлтых резиновых сапогах и коричневом флисовом костюме с чёрной жилеткой-дутиком поверх кофты. На её голове красовалась шапочка «бомжа». Сколько ей лет? Два годика?

– Пять минут не считается, – огрызнулся я.

– Доставай перчатки, мешок и собирай всё, что валяется. Снег сошёл, сам видишь, студенты – свиньи. – Она обвела рукой кучки разношёрстного мусора от пластмассовых бутылок до стаканчиков из-под кофе. – Ребята уже начали, помогай. Чего уставился?

– Перчатки? – растерянно переспросил я.

– Ну да. Но если хочешь, можешь, конечно, голыми руками собирать, но я бы не советовала…

– Мешок?

– Ты издеваешься? Мало того что вырядился как на свидание, так ещё и не подготовился? – отчитала она меня как нашкодившего мальчишку.

– Почему не предупредила?

– Я не думала, что ты такой безголовый! – взгляд её выразительных глаз прожигал насквозь, бескрайнее море надменности плескалось в них.

Кажется, она специально меня не предупредила. Неужели, мстила за предложенные деньги?

– А я не думал, что взрослые девушки могут одеваться в стиле бешеного шмеля.

– Что ты сейчас сказал? – она нахмурила лоб, отчего по его середине пролегла злобная морщинка.

– Проехали…

– Ребят! Тут один олень перчатки дома забыл. Кто–нибудь прихватил запасные? – крикнула девушка, обращаясь к студентам.

Я проглотил оскорбление.

Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два, один…

Вдох… Мне нельзя срываться.

К нам подошла миловидная девушка с копной светлых волос торчащими непослушными кудряшками в разные стороны. Она была одета в тёмно– синюю куртку и джинсы с чёрными ботинками. Девушка робко улыбнулась и протянула мне пару ярко– жёлтых перчаток.

Пожалуй, с такой я бы встретился пару раз. Но нет.

– Привет, я Тая. Я раньше тебя не видела, новенький?

– Глеб. Я временно.

– М-м-м, – как-то разом сникла девушка.

Я посмотрел на неё ожидающим взглядом.

– Мешок! – опомнилась она и, сняв рюкзак с плеч, стала рыться в его содержимом.

– Вот, держи: мусорные мешки. Если что-то будет нужно, обращайся. Я с радостью помогу.

– Так! Хватит стоять, работаем! – к нам подлетела Шмель и отстранила от меня милую девушку. – Ты направо, она налево!

– Надолго мы тут? – раздражённо спросил я.

– Пока весь мусор не соберём.

Первое время я озирался по сторонам. Мне казалось, что все наблюдают за тем, как я подбираю с земли грязные обертки и окурки, но в мою сторону никто не смотрел. Даже редкие случайные прохожие вели себя спокойно. Никто не смеялся и не тыкал в меня пальцем.

Я нагнулся и присел раз пятьсот, а грёбаные окурки, бумажки и бутылки не желали заканчиваться. Неприятным открытием стало то, что к седьмому мешку мусора икры ног стали ныть. А я считал себя спортивным человеком, регулярно посещающим спортзал.

Перчатки ужасно сдавливали руки, не мой размер. Я не понимал, чего мне хотелось больше: сделать глоток ледяной воды или затянуться сигаретой.

Сука, разве трудно выкинуть в урну?

Меня заполняло настойчивое желание настучать по голове всем тем, кто мусорит. Я вспомнил, как сам два года назад выкинул в открытое окно бутылку газировки и получил этой же бутылкой по голове от бешеного Шмеля. А сейчас был вынужден собирать в её ненормальной компании мусор. Азалия бы сказала, что это карма.

Я рассмеялся.

– Веселишься? – перед глазами возникли жёлтые сапоги. Вот, чёрт! Как у неё, получается, так бесшумно подкрадываться?

– Нет. Сошёл с ума от количества мусора. Теперь я, кажется, понимаю, почему ты такая.

– Давай заканчивай и тащи мешки к мульдам, – распорядилась ведьма.

Расстояние до мусорных баков было метров двести. И когда, совершая третий заход, я приволок остатки мусора, мои руки ныли, а состояние было такое, словно я пару часов занимался в спортзале.

Осмотрелся вокруг в поисках шмеля и увидел, как эта пигалица с каким– то парнем катила тележку, нагруженную мешками с мусором. Воздуха стало мало, к лицу прилила кровь. Я сжал кулаки.

Дышать, Азалия говорила дышать, чтобы успокоиться. Считать до десяти.

Один, два, три…

Когда тележка со шмелём поравнялась со мной, я угрожающе прошипел:

– Какого черта!? Если у вас была тележка, почему я ходил туда– сюда десять раз и тягал мешки с мусором на себе. Посмотри на мою одежду! На кого я похож?

– Упс! – Шмель пожала плечами и довольно улыбнулась.

– Сука!

– Олень!

– За базаром следи, – вступился за неё паренек, который катил тележку.

– А то что? – усмехнулся я. По моей крови заструился адреналин, требуя выхода.

– То! – огрызнулся он. Парень уступал мне в весовой категории, да и ростом был ниже. Прокатить его скалящуюся рожу по прошлогодним листьям не составило бы мне труда. Но нет. Нельзя, даже если очень хочется.

Вокруг нас стали собираться остальные ребята, с любопытством наблюдая за происходящим.

Я снял перчатки и швырнул в Шмеля, намереваясь уйти, пока ещё мог контролировать свою злость.

– Ну ты и урод! – возмутился смертник с тележкой.

Я подался ему навстречу, ведомый лишь одним желанием: заткнуть. Как вдруг мне наперерез кинулась Шмель и заключила в крепкие объятия. Да что там заключила, кажется, она полностью на мне повисла. Я опешил от её поступка.

– Отцепись! – рявкнул я.

– Ага, сейчас!

Попытался её стряхнуть, но она лишь крепче в меня вцепилась, закинув ноги мне за спину. Руками цепко обвила мою шею. Старательно изображая обезьяну, повисшую на пальме.

– Шиздец ты ненормальная! – выругался я.

Вокруг нас послышались несмелые смешки ребят.

– Тронешь его! Я тебя… Я тебя… Понял?!

Честно говоря, я ничего не понял. Все мои ощущения переключились на то, как она вжималась в меня, стараясь крепче ухватиться. Ощущал её тёплое, женское тело, приятный запах духов. Моя злость стала приобретать окраски острого желания.

– Да отцепись ты от меня, сумасшедшая! Не буду я его трогать!

– Даёшь слово?

– Даю!

Она спрыгнула с меня, наши взгляды схлестнулись. С такой злостью и разочарованием на меня смотрел только один человек: мой отец. Напоминание о нём задело кровоточащую рану, которая ещё не зажила, и, честно говоря, я не знал, заживёт ли когда– нибудь.

Я развернулся и зашагал прочь под нерешительные смешки ребят.

Замахнулся и ударил ствол крепкого дерева, отчего на костяшках выступили капельки крови. Боль слегка заглушила эмоции.

Ненавижу собирать мусор! Ненавижу Шмеля. Я так долго приходил к состоянию равновесия, а у неё за пару часов получилось вывести меня из себя.

Я запустил руку в карман и достал пачку, которую надеялся больше никогда не использовать по назначению. Щелчок зажигалки и желанный дым заполнил мои лёгкие, даря обманчивое спокойствие.

Все практики, всё обнулилось, и теперь предстояло начинать сначала.

А может бросить всё? – в голове билась заманчивая и желанная мысль, которая посещала меня всё чаще и чаще.

Перед глазами возник грустный образ Азалии, и я нажал на телефоне кнопку вызова.

– Здравствуйте! Мы можем встретиться? У меня случился срыв.

Глава 3

Между оптимистом и пессимистом есть забавное различие.

Оптимист видит пончик, пессимист дырку!

Оскар Уальд

Алиса

– Быстро отдал ключи! –  рыкнула я на брата, который вольготно развалился на удобном кресле в уютной гостиной. Кокс, преданно лежавший возле ног недалекого хозяина, обеспокоенно задрал морду.

– С чего вдруг? Они мне самому нужны, –  показушно удивился Илья и снова воткнулся в свой телефон.

– А ты не офигел? Вчера ты, сегодня тоже ты?

– Ага, и завтра тоже я.

– Завтра я, – вставила своё веское слово мама.

Они с папой завтракали, за столом в гостиной, аппетитными тостами с клубничным джемом, запивая их ароматным чаем и спокойно наблюдали за нашей перепалкой.

– Ма-а-ам! Ну, скажи ему! Я опаздываю! –  взмолилась я.

– Вы уже не маленькие дети и должны уметь договариваться и решать конфликтные ситуации сами. Желательно без применения физической силы, –  спокойно выдала она и сделала очередной глоток из белой фарфоровой кружечки.

В принципе такой ответ был ожидаем. Моя мама – один из самых востребованных психотерапевтов нашего города. Все её  рабочее время расписано на месяцы вперёд. Иногда она зарабатывается до такой степени, что в режиме «автопилот» начинает раздавать ценные указания всей семье. В такие моменты спрятаться пытается даже Кокс, что уж говорить о её детях и муже.

Семейка у меня разношёрстная и интересная.

Пожалуй, самый нормальный по меркам общества в ней папа. Он стоматолог и у него своя стоматологическая клиника. А ещё он очень заботливый, добрый и самый лучший отец на свете. Именно он мазал мои коленки зелёнкой, когда я их разбивала и водил меня вместе с братом на занятия карате, искренне считая, что его девочка должна уметь за себя постоять. Хотя, думаю, тут не обошлось без рекомендации дедушки – военного.