Заоконье: случайный код

Глава 1

Здоровенный вогнутый игровой монитор транслировал ванную комнату, отделанную контрастной плиткой. Блестящие черные и белые квадраты облицовывали в шахматном порядке все стены до ряби в глазах. Крекер в очередной раз стащил с носа запотевшие очки, крепко зажмурился и потер веки. Затем вернул очки на место, всматриваясь в экран: взгляд вроде удалось сфокусировать. Парень вальяжно откинулся на высокую спинку компьютерного кресла, и та, слегка качнувшись, подстроилась под его позу.

Конечно, Крекера интересовала не облицовка стен ванной, а то, что сейчас происходило внутри. Жуткая, раздражающая глаза плитка мешала обзору, отвлекала на себя внимание, но просматривать заново очередную порцию незнакомых окон в поисках нужной ситуации Димону не хотелось. Он и так уже кучу времени угробил, дожидаясь, пока молодая женщина, живущая в квартире, за которой он наблюдал, наконец отправится в душ.

Открыв кран, видимо, чтобы подогреть дно ванны, женщина разделась, неспешно и неаккуратно стянув с себя домашнюю футболку, бриджи, трусы и носки. Одежду она скомкала всю вместе и запихнула в корзину для белья, забитую уже почти под завязку. Крекер, внимательно следивший за ее действиями, поморщился и перевел взгляд на стройную обнаженную фигурку, перешагивающую через край ванной. Переключив поток воды на душ, девушка встала под лейку и с наслаждением подставила лицо водяным струйкам.

Димон непроизвольно подался вперед, кресло тихонько скрипнуло. Очки снова запотели, и он, быстрым привычным движением сняв и протерев, снова водрузил их на нос. В его комнате царила полная тишина, нарушаемая лишь шумом воды, доносящимся из колонок. Крекер облизнул сухие губы, жадно водя взглядом вверх и вниз по женской фигуре. На его лице забрезжила жиденькая улыбочка.

Женщина тем временем отодвинулась от водяных струй, набрала в пригоршню шампунь и принялась вбивать его в волосы. К шуму воды вдруг примешалось негромкое пение.

– Что? – пробормотал Дима, словно очнувшись. Девушка, намыливая голову, продолжала петь, постепенно увеличивая громкость.

– Парней так много холостых, а я люблю женатого! – наконец разобрал Крекер. Если бы он не услышал слова, он бы даже не понял, о чем она голосит: у «певицы» совершенно не было музыкального слуха, и она не попадала почти ни в одну ноту.

Дима уперся локтями в стол, опустив лицо в ладони, и тупо пережидал, пока у девушки иссякнет вдохновение. Фальшивые звуки почти до боли впивались в уши: у парня был абсолютный слух. Когда-то он очень серьезно занимался гитарой, которая совсем не мешала второму его увлечению – программированию. А потом вдруг пристрастился к играм и потерял интерес к музыке. А может быть, надежду.

В конце концов песня действительно оборвалась, и певица немузыкально крякнула. Крекер оторвал руки от лица: женщина, раскорячившись в несексуальной позе и высунув от натуги язык, старательно брила ногу, задранную на край ванны. Легкий прилив возбуждения, что нахлынул на Димона в самом начале слежки, уже давно и безвозвратно исчез. Вернуть настрой мог бы разве только виртуозный эротический танец, исполненный женщиной у черно-белой стенки, но вместо него она просто принялась брить вторую ногу. Жирок на животе, который она, не зная, что за ней подглядывают, даже не пыталась втянуть, свисал унылыми складками.

Крекер угрюмо вздохнул и закрыл окошко с видео. Диск в системном блоке тут же откликнулся непродолжительным жужжанием, а затем выехал из дисковода.

– Не понимаю, чего его так заклинило на этих «Окнах»? – проговорил Димон себе под нос. – Да на что тут вообще смотреть? Просто какие-то никчемные люди со своими убогими жизнями. И так убиваться из-за этого?

Здесь Крекер несколько кривил душой. Иногда после очень долгих поисков и последующего ожидания ему удавалось наткнуться на интересный «сюжетец», как он это теперь называл. Но стоила ли овчинка выделки, он пока еще не решил. Слишком много времени тратилось ради недолгого удовольствия, причем, по большей части, сомнительного.

Дима спрятал диск в коробку с небрежной надписью от руки «Окна, № 3» и бросил ее в выдвижной ящик стола. Затем он отъехал на кресле, поднялся и пошаркал в кухню за пивом, пнув по пути несвежую толстовку, почему-то валявшуюся на полу. Остановившись на полпути и вздохнув, Крекер вернулся, поднял грязную одежду и отнес ее в ванную. Там он застрял, с отвращением уставившись в зеркало на свое худое, заросшее жиденькой рыжеватой щетиной лицо. Неожиданно ему захотелось чего-то покрепче, чем пиво, но для этого пришлось бы выползать на улицу. Дима махнул рукой и отправился на кухню.

Когда-то к нему притащился его «нулевой пациент» – игрок Иван, которому досталось опробовать самый первый диск. Он умудрился запороть экспериментальную игру, и в глазах его была такая мольба, такая боль! Крекер не пошел ему навстречу, соврав, что диск был в единственном экземпляре, но потом часто вспоминал своего гостя. Что такого он увидел в этой игре, от чего не мог отказаться? Потеряв ее, он был просто сломан, растоптан. Вышел из квартиры Димона с потухшим взором, словно ему больше не на что было смотреть в этом мире. Но что же он увидел в том?

Крекер до сих пор не разобрался, какой мир транслировался через «Окна». Игра ли это была с виртуальными персонажами, к которой он случайно подобрал код, или же он просто получил возможность подглядывать в чужие окна? Может быть, он имел доступ только к тем, у кого к компьютеру была подключена вебка? Но тогда каким образом попадал он внутрь квартир, мог ходить следом за их жильцами, проникать в те места, где обычно не принято устанавливать камеры наблюдения? Неужели это все-таки до такой степени продуманная и детализированная видеоигра? Недоделанная, недоработанная, поэтому и глючит диск каждый раз при разных обстоятельствах?

«Окна» не давали Крекеру покоя почти с тех самых пор, как на пороге его квартиры возник жалкий в своих мольбах Иван. «Окна» и пугали Димона до чертиков, и одновременно манили, поэтому он двигался с ними по принципу «шаг вперед – два назад». И все хотел понять, что же так зацепило его мимолетного знакомого?

Все осложнялось тем, что из квартир через окна не было вообще никаких видов, словно за ними находился вакуум, а не улицы. Так можно было бы хоть картинки получить и потом поискать их в сети. Хотя какие картинки! По непонятной причине, от которой больше веяло мистификацией, чем наукой и техникой, происходящее в заоконном мире не получалось фотографировать ни на телефон, ни даже на пленочный фотоаппарат, не говоря уж о том, что компьютер, погружаясь в «Окна», прекращал работу всех остальных программ. Нельзя было даже сохранить в процессе игры скриншот экрана. Оставался лишь единственный вариант – делать зарисовки, но если с музыкой у Димы было все хорошо, то с карандашом и красками он так и не смог подружиться. Приходилось полагаться лишь на вещи, находящиеся в квартирах, и на свою зрительную память.

* * *

– Черт, ну не может быть это нарисовано, – в очередной раз прошипел Димон себе под нос, досадуя, что никак не мог увериться на сто процентов ни в одном предположении.

Несмотря на то, что ему почти ни разу не удалось найти квартиру, где происходящее сильно увлекло бы его и захватило с головой, Крекер не оставлял своих попыток. Он просматривал окна одно за другим, слушал чужие, неинтересные ему разговоры, разглядывал людей и каждый раз недоумевал, почему Ивану это так нравилось. Обычные люди, обычные жизни, выдранные из контекста ситуации. Ну да, попалось несколько неплохих постельных сцен. Недавно он напоролся на квартиру, где одного молодого парня развлекало сразу три пьяненьких девчонки. Дима наблюдал за их оргией, пока не поймал себя на том, что снисходительно посмеивается над потехами юных придурков.

– Веду себя как дед-пердед! – скривился он, «выходя» из квартиры. Сразу стихла ритмичная примитивная музыка, гремевшая из колонок. Что ни говори, смотреть поставленный, пусть даже любительский, порнофильм было как-то интереснее. За окнами же все было очень реально и естественно, но при этом словно упрощенно, неумело, слишком по-человечески. Неэстетичные позы, неудачные попытки, разговоры не к месту. От этого процесс подглядывания почему-то терял свою изюминку и даже оставлял чувство неловкости. Оказывается, Крекеру не интересны были чужие жизни, грязные секреты, скелеты, тщательно спрятанные в шкафах почти каждой квартиры.

– Да этого добра и так везде хватает, – Дима по давнишней привычке разговаривал сам с собой. – Что там в компьютере смотреть, если я то во дворе это вижу, то от соседей слышу, что там и у кого там. И для этого еще надо было морочиться и создавать компьютерную игру потрясающей проработки? Да хрень какая-то!

Никак не складывались у него последние пазлы. Если это игра, то созданная гением уж намного выше его рангом, ведь заоконных героев невозможно отличить от реальных людей. Но если это сделали искусственно, то зачем тогда столько «пробелов в повествовании», столько пустых и скучных мест? Зачем придумывать обыденность, если можно сразу открыть доступ к интересным локациям? Крекер не мог поверить, что кто-то в здравом уме стал бы заниматься этой разработкой. Тогда, выходит, это не игра, но что? Доступ ко всем квартирам мира? Ну или, пусть, страны или города? Но даже если предположить, что все квартиры напичканы камерами, все равно не сходится! Ведь игрок-наблюдатель может видеть жителя квартиры постоянно и где угодно, словно на том конце оператор бегает вслед за ним, снимая каждый шаг. Такой обзор возможен, только если это игра.

Каждый раз Крекер вставал после «Окон» с ощутимой головной болью. Нестыкующиеся пазлы болтались в усталой голове. Дима почему-то хорошо и образно представлял, как они с грохотом перекатываются у него в черепной коробке, вызывая мигрень и шум в ушах. Приходил ему на ум и третий вариант, объясняющий «Окна», но поначалу он отметал его как абсолютный бред, к тому же из-за отсутствия обзора за окнами он никак не мог представить, как проверить эту безумную теорию. Но подобные мысли обычно бывают очень навязчивыми, так что однажды они достали Крекера, и он кое-что придумал.

* * *

Этот «симсанутый», как прозвал своего гостя Дима за чрезмерное увлечение искусственными жизнями, был уверен, что «Окна» – просто игрушка, однако сам Крекер с каждым разом все больше убеждался в обратном. Больше всего его смущал почему-то вид за окнами. Вернее, полное отсутствие видов. «Ну, допустим, это игра, – размышлял он снова и снова. – Тогда еще можно понять, ну, поленился разработчик пейзажи рисовать, смысл-то был в подглядывании. Но если это обычная съемка, то почему тогда за окнами все серое? Это невозможно!»

Он мог, конечно, скачать к себе тогда только часть программы, что не позволяло теперь видеть пространство за окнами, но это не имело смысла. Отсутствие куска кода вряд ли бы так четко ограничивало возможности игры (или доступа к слежке за людьми), скорее, та просто бы развалилась. Концы не сходились.

– Блин, не вяжется. Никак не вяжется.

Крекер в раздумьях бродил взад-вперед по замусоренной комнате и, сам того не замечая, подбирал скомканную одежду, какие-то драные пакетики, наверное, от соленого кальмара, пивные пробки. Видимо, неприсущие ему действия неожиданно помогли сосредоточиться. Когда он закончил ходить туда-сюда, его комната приобрела более-менее приличный вид, а в голове тоже кое-что прояснилось. Оставалось только подмести да вытереть со стола засохшую липкую лужицу пива и круги от кофейных чашек. Да и груду бутылок из-под стола неплохо было бы выгрести. Подивившись своему внезапному рвению, Дима решил доделать начатое, вынес бутылки и мусор на помойку и даже прошелся по полу и ковру щеткой пылесоса.

Уборка его ненадолго отвлекла, но затем Дима опять уселся за свой великолепный игровой стол, быстро окинул удивленным взглядом внезапно посвежевшую комнату и вновь уткнулся в монитор.

Материалист до мозга костей, Крекер любым, даже совсем странным событиям обычно придумывал вполне логичные объяснения. «Врач не может всерьез верить во всякую потустороннюю хтонь», – с умным видом любил он когда-то говорить. Правда, врачом он так и не стал. Отучился примерно половину курса в медицинском на нейрохирурга и потерял интерес. Нет, в мозгах ковыряться было еще, может, и ничего, но ему совершенно не хотелось помогать людям. Можно, конечно, было бы стать ученым, избегая той самой нежеланной помощи: просто изучать себе процессы, происходящие в человеческом организме. Тем более что получалось это у юного дарования лучше некуда. Но ковырянию в человеческих мозгах он предпочел копание в мозгах железных и никогда об этом не жалел.

Но ни в человеческих, ни в компьютерных внутренностях нет ничего мистического, и можно найти причину любого сбоя. Поэтому то, что творилось со странной программой, не укладывалось в привычную картину.

Дима все больше уверялся в том, что досталась эта «забава» ему по ошибке, совершенно случайно. Она вообще не предназначалась для чужих глаз. Такие выводы снова и снова возвращали его к убеждению, что это не игра, ведь какой смысл угрохать уйму времени, сил и, возможно, денег на вещь, которую не собираешься никому показывать? Тогда для чего была написана эта программа и кому она предназначалась? Если это государство следит за своими подданными, то разве не делает оно это через уйму всевозможных гаджетов? Мобильный слышит каждое твое слово, через него так легко за тобой следить. Но эта вещь – не съемка через мобильный. Это неудобно, в конце концов. Непонятно же, в какое вообще окно ты лезешь в очередной раз!

– А-а, я больше не могу! – Крекер схватился за голову и взъерошил блеклые жидкие волосы. Грязные прядки сложились в кривую и дикую прическу. От вопросов, на которые не было ответов, снова начинало ныть в висках. – Ну хорошо. Допустим. На минуточку представим. Я в это не верю и не поверю, но вот просто чисто гипотетически если… А, собственно, почему нет? Это же не волшебство и не религиозное что-то, я же не говорю, что в рай заглядываю!

Он вдруг хихикнул, оборвав себя, и снова задумался. Затем загрузил диск с «Окнами» и стал методично шерстить квартиры. Для начала он принялся рассматривать все подряд вещи в комнатах, куда заходил, в надежде отыскать ярлычок с производителем. Оказалось, что это не так просто. Можно было пользоваться компьютером в виртуальной комнате, но каким-то образом взять предмет, как в обычном квесте, у него не получалось. Искать что-то в заоконной «всемирной паутине» Дима в этот раз даже пытаться не стал: он давно уже опробовал такой вариант. Ему было дозволено видеть личную переписку жителей квартир, лазить по их записям, смотреть страницы соцсетей, но как только он пытался выйти через интернет в общественное пространство, что-то сразу сбивалось, заоконный компьютер вис, и сеть отключалась. Словно стоял некий запрет на поиск информации о месте, которым он интересовался.

– Это ничего не доказывает, – бросил в пустоту Крекер. – Та же история, что с видами из окна. Их просто не доработали. Только вроде я уже решил, что это не игра…

Дима перескакивал из одного окна в другое, бегло осматривал очередную квартиру и двигался дальше, пока в одной из комнат его взгляд не привлек огромный, во всю стену, книжный шкаф.

– Так-так, а книжечки ваши вы мне тоже не покажете? – с ехидцей процедил Димон и потянулся курсором к одному из томиков, стоящих на полке. Он даже удивился, когда ему легко удалось заполучить книгу и открыть ее на заглавной странице. Даже не глядя на название, потому что чтение художественной литературы не было его сильной стороной, он с интересом уставился на выходные данные.

Книжное издательство «Диагональ». Ни города, ни года, но можно поискать это название в сети. Со своего компьютера, разумеется. В нормальном родном интернете. Что там следующее?

КИ «Прописная».

Издательство «ЧТИ».

«Хорошо, что хоть ручкой записывать найденную информацию можно, – ядовито подумал Димон, оставляя корявые заметки на клочке бумаги. – Аж удивительно: ни чернила не текут, ни пружинка не выскакивает, ни стержень не взрывается».

Для успокоения совести парень полистал еще несколько книг, не особо вчитываясь в мелкие печатные строчки. Фамилий авторов он никогда не слышал и на всякий случай выписал их тоже.

* * *

За окнами давно стемнело, а Дима все пытался найти хоть какую-то информацию в интернете о книгах и издательствах. Ни единого совпадения.

– Итак. Если это все-таки игра, – угрюмым голосом человека, уверенного, что несет чушь, пробормотал Димон, – то, значит, совершенно чокнутый разработчик придумал издательство и автора для каждой книги в этом шкафу, а их тут огромное количество. И это только единственная квартира, и был ничтожный шанс, что я ткнусь и стану проверять книги именно там. Значит, для достоверности ему пришлось бы придумать названия книг и для всех остальных шкафов? Да кого я убеждаю, я же уже решил, что это не игра! – как мантру повторил он.

Сгорбившись за столом, Дима стащил очки, зажмурился, прикрыл глаза ладонью, массируя веки, и продолжил рассуждать:

– А что, если у меня просто нет выбора? То есть он есть, но фальшивый. Это я считаю, что выбираю окна, квартиры, захожу в них по своему желанию. А на самом деле куда бы я ни ткнул, мне подсунут то, что заранее заготовлено?

Эта мысль сверкнула в мозгу как вспышка, и Крекер радостно распрямился в кресле. Несколько секунд поглядев в никуда торжествующим взором, Дима вдруг обмяк и загрустил.

– Не важно, что там мне подсовывают. Все равно уйма вариантов, которые надо проработать. Уйма тех же книг. Хотя, может, все эти названия в книгах генерируются сразу на ходу с помощью особого алгоритма?.. Ха! Как же, и тексты книг тоже генерируются?

Он вернулся в «Окна» и сразу же принялся искать книги. Одну из них, раскрыв наугад где-то посередине, он даже немного прочел. Автор, конечно, был ему неизвестен, но слог показался очень легким и складным, не похожим на сгенерированную белиберду, которую он ожидал там найти. Под конец Крекер не поленился и выписал из книги несколько фраз, чтобы потом по точному поиску обнаружить полный текст на страницах всемирной сети. Ничего. Ноль. Если кто-то и писал книгу, то непосредственно для мира, что находился за окнами. Но это не могло быть разработанной кем-то игрой.

Глава 2

Крекер, вытянув длинные тощие ноги, сидел, точнее, полулежал на лавочке в ближайшем сквере. Близился вечер, небо потихоньку темнело. Сумерки, поглощая с одной стороны небосклона сочную дневную бирюзу, наползали на него блекло-фиолетовым покрывалом. Быстро остывающий сентябрьский воздух проскальзывал за воротник, неуютно холодил кожу.

Идти домой не хотелось. Непривычно вылизанная квартира, во-первых, казалась чужой, а, во-вторых, Дима боялся, что, находясь там, обязательно снова насвинячит, захламит ее за считанные часы, а ему было жалко своих трудов. А еще ему в кои-то веки не хотелось сейчас таращиться в монитор, а именно этим Крекер бы и занялся, останься он дома. Холодное пиво в банке давно выдохлось и казалось безвкусным. Дима, сделав маленький глоток, скривился, слил остатки под скамейку и, прицелившись, бросил банку в урну, в которой покоилось уже три или четыре пустых жестянки. Попал.

Мысли рассеивались, Димон буквально не позволял себе сосредоточиться, чтобы снова не думать об одном и том же. Он уже давно от этого устал. А еще ему вообще не нравился сам факт того, что приходится думать о таких вещах. Только вывод все равно напрашивался один: там, за «Окнами», нечто иное, отличное от настоящего нынешнего мира. В этом месте все слишком обычное, чтобы бросаться в глаза, но все же там какая-то иная реальность. Параллельный мир, другое измерение, можно назвать как угодно. И это, конечно, звучит как бред.

Дима проверял и искал долго, потратив на эти проверки не один день. Он кропотливо выписывал от руки фразы, факты, целые абзацы текста из разных найденных источников. Но совпадений практически не было. И вот именно это «почти» больше всего не давало ему покоя. Словно что-то похожее здесь тоже случалось, но всегда немного иначе. А иногда и с довольно сильными различиями. Но никогда не совпадало полностью.

Забавно, если кто-то нарочно хотел спрятать всю информацию о том мире и старательно блокировал доступ в местную сеть, откуда в последнее время основная масса народа черпает информацию, то этот кто-то совершенно забыл о книгах? Или оставил их как подсказку? Как говорится, имеющий уши да услышит. Кто ищет, тот всегда найдет. Многие ли пытаются читать книги в компьютерных играх, если они не помечены специально особым цветом? А попадая в другое измерение, вы обычно первым делом листаете местные книги? Ах, да. Вы же не верите в другие измерения.

Мысль о параллельном мире раньше уже приходила Крекеру в голову. Когда-то, еще в самом начале знакомства со странной программой, он уже думал на эту тему, но, во-первых, в тот момент он был очень пьян, а, во-вторых, протрезвев, Дима струсил и, подсунув диск незнакомому человеку, стал ждать результатов. Возможно, он просто не доверял своим суждениям и ему нужен был взгляд со стороны. Как бы то ни было, кроме того, что Иван «подсел» на эту программу, Крекер так и не узнал ничего особо нового. А теперь, видимо, пришла пора вернуться и разобраться самому.

Когда были найдены не прямые, но все же доказательства, что это – нечто отличное от привычного Крекеру материального мира, остальные знаки и сигналы вдруг стали появляться сами собой. Все, что смущало и заставляло метаться между выбором «игра или слежка», теперь оказалось на своем месте и стало понятным и очевидным. Абсолютных доказательств пока не было, но как-то и не хотелось их искать. И без них было очевидно, что третья – самая бредовая и безумная – версия и есть верная. По крайней мере, она была ближе всего к правде. Дима не находил себе места, не зная, радоваться найденным ответам или огорчаться тому, что рушится его мировоззрение.

Продрогнув, Дима наконец нехотя засобирался домой. Там он опять должен был оказаться один на один со своими странными выводами, не считая возможным поделиться хоть с кем-то своими мыслями. Но и удерживать самостоятельно этот груз становилось уже невыносимо. Крекер поймал себя на том, что часто вспоминает того парня, что пришел к нему с просьбой, столь важной для него. Сейчас Дима на себя злился. Может, было бы все намного проще, если бы он отдал Ивану еще один диск? Или, вообще, они бы попробовали посмотреть его вместе. Уже понятно, что он почему-то не запускается при гостях, но если при первом включении у монитора окажется два человека, вдруг все включится и можно будет работать вдвоем?

* * *

– Алло, Лех, привет. Ты еще работаешь в своей «Компо-Новке»?

На другом конце провода повисла пауза, а затем заспанный голос промычал:

– А это кто?

– Димон. Крекер, если понятнее.

– Ух ты, блин! – собеседник оживился. – Я уже забыл, как твой голос звучит.

– Ну прости, что напомнил. Так как?

– Сто лет уже не работаю, – радостно ответил Леха. – Я нормальную работу нашел, а не в этой забегаловке. Даже не знаю, жива ли эта шарага.

Крекер выматерился сквозь зубы.

– А что тебе нужно? Продать что-то? Так подгони мне, я найду кому впарить, без проблем.

– Нет, человека найти надо, он там закупался у вас.

Собеседник разочарованно присвистнул.

– Тут не помогу, чел.

– Да понял уж. – Крекер помолчал. – Хотя погоди, ты же ему и продал мой диск один! Я тебя еще просил наплести, что это супер-новинка, эксперимент и всякое такое.

– А, точно, припоминаю, – протянул Леха, зевая. – Тот чувак часто захаживал, постоянно какие-то шутеры допотопные покупал, может, у него комп не тянул, потом резко на квесты переключился. Я ему поэтому и предложил твою игруху, сразу решил, что он заинтересуется.

– Ясненько. Часто, значит, приходил. Хорошо. Ну, спасибо.

Димон попрощался и отключился, не дав Лехе договорить фразу о том, что он готов всегда что-то перепродать. Тащиться в магазин не хотелось, да и шансы, что Иван продолжает ходить в одно и то же место за старыми дисками в то время, когда все игры можно найти в интернете, были ничтожно малы. Но проверить стоило.

* * *

Чернявый парнишка сидел за прилавком, уткнувшись в телефон и почти клюя его носом. На звук шагов он оторвал голову от гаджета и равнодушно посмотрел на неказистого тощего парня, вошедшего в магазин и быстрым взглядом окинувшего витрины через очки с толстенными линзами.

– Что-то интересует конкретное? – спросил продавец, прикидывая, за чем пришел посетитель. Крекер еще какое-то время покрутился у витрин, близоруко разглядывая адаптеры и запчасти, затем повернулся к чернявому.