Заоконье: случайный код
- -
- 100%
- +
Поставив кота на полку, она вдруг решительным шагом прошла в коридор и, сдернув палантин с зеркала, взглянула в лицо отражению. В глазах сразу словно помутнело, раздвоилось, и взгляд потянуло внутрь, будто вглубь зеркального коридора, в котором мы ищем тупик и не находим. Только здесь не было зеркального коридора. В стеклянной глади отражалась входная дверь и сама Мица, но казалось, еще немного и отражение начнет расплываться, зеркало еще больше помутнеет, а затем в нем можно будет увидеть…
Мица в страхе отпрянула от зеркала и с силой ущипнула себя за запястье. Тут же сама и взвизгнула от боли, тупо уставившись на руку: на ее тыльной стороне набухали маленькие красные полумесяцы, оставленные ногтями. Она уж было подумала, что ночной кошмар продолжается, но что-то творилось с зеркалом. Мица снова завесила его темной накидкой и для верности накрыла сверху еще плотным широким шарфом.
«Надо рассказать Стелле», – подумала она первым делом, забывая, что еще утром считала свою соседку призраком. Впрочем, презумпцию невиновности никто не отменял. Возможно, Стелла действительно обычный человек, точнее, необычный, коль разбирается в таких особенных вещах. Но для верности стоит походить с ней на людях и посмотреть, замечают ли ее окружающие. Мица помнила, как странно отреагировали двое мужчин, которых она встретила в лесу на пикнике. Она-то была уверена, что отдыхает с Магдой и ее братом, но те люди увидели только ее одну и сильно удивились.
* * *
Впервые за долгое время Мица радовалась, что ей приходится ездить на работу. В суетливом офисном ритме удавалось отвлечься от ночных кошмаров и навязчивых мыслей про живые зеркала и мертвую соседку. Заодно потихоньку выветривалась непроизвольная неприязнь к Стелле, которая возникла после видения с кровавым пятном на ее голове. Четкие образы из страшного сна становились прозрачнее, эфемернее, обыденность заполняла все до последней минуты, а вечерняя усталость валила с ног. К следующей субботе Мица уже была не прочь снова пообщаться с новой знакомой. Желательно где-нибудь вне дома: заодно можно будет проверить, видят ли ее окружающие.
* * *
– Ты смотри, какой голубоглазенький. – Стелла почти неприлично показала рукой с зажатым в пальцах квадратиком шоколада на светлого худощавого парня. Тот только что вышел из магазина и, распаковав новую пачку сигарет, зажал одну губами. Долго чиркая непослушным окоченевшим пальцем колесико зажигалки, он наконец прикурил, глубоко затянулся и тут же, закашлявшись, с отвращением сплюнул и выбросил почти целую сигарету в урну. – И хочется, и колется.
Мица настороженно взглянула на Стеллу и тяжело вздохнула. Соседка, жуя шоколад, сочувственно следила за голубоглазым парнем. Сегодня девушки с подачи Мицы побывали уже и в кофейне, и в парочке близлежащих магазинов, и везде продавцы как ни в чем не бывало общались со Стеллой, принимали от нее деньги, наливали ей кофе и продавали шоколад. Если это все и мерещилось Мице, то в таком случае было настолько обширной галлюцинацией, что можно было просто в ней жить и ни о чем не беспокоиться.
– В смысле?
– Ну, хотел покурить и не смог. Потерянный какой-то. Но, боже мой, какой симпатичный! – Стелла без стеснения таращилась на молодого человека. Он так и стоял возле магазина, слегка сутулясь и дуя на руки, чтобы согреть заледеневшие пальцы. – Говорят, что блондинам блондины не нравятся, а мне так наоборот. Я уже почти готова к нему подойти сама, ты посмотри, какие глаза пронзительные. И почти синие!
– Вообще-то это мой бывший, – проворчала Мица вполголоса. – И да, я как раз собираюсь к нему подойти.
– Ой, – Стелла зажала рот рукой, виновато и испуганно глядя на новую подругу. – Я же не знала! Извини.
– Да ничего страшного, конечно, ты не могла знать. Пойдем со мной.
Мица схватила слабо сопротивлявшуюся Стеллу за рукав и потащила за собой. В этот момент Арт, кажется, заметил, что к нему направляются две девицы, и взгляд его голубых глаз заметался по сторонам, словно он искал пути отступления.
– Привет, Арт. Поговори со мной, пожалуйста. Хотя бы пять минут, – попросила Мица, внутренне сгорая от стыда. Но ей уже очень хотелось поставить точку хотя бы для себя. Понять, что случилось, почему он исчез из ее жизни, не попрощавшись. Пусть для этого ей придется испытать пятиминутный стыд.
Голубые глаза почти страдальчески смотрели на Мицу. Боже мой, что случилось, кто это с ним сделал? Арт выглядел таким несчастным и опустошенным, что у Мицы даже пропало ощущение стыда и неловкости, осталась только какая-то безусловная жалость в сердце.
– Простите, я же уже сказал, что вы меня с кем-то путаете. Я точно не тот, кто вам нужен.
– Только не говори опять, что ты меня не узнаешь. – Жалость Мицы быстро испарилась. – Просто скажи, где ты был. Я не собираюсь за тобой бегать и доставать тебя, мне просто хочется понять, почему ты пропал. Я вроде никогда не была липучкой, мне можно было объяснить, я бы поняла и ушла.
– Но я правда вас не знаю, – упавшим голосом произнес Арт, и Мица увидела перед собой такое знакомое и родное когда-то лицо и одновременно совершенно чужого человека. – Простите.
С этими словами он развернулся и пошел прочь. Вот так, опять без объяснений. Снова трусливо сбежал. У Мицы затряслись губы: от разочарования, от обиды, от вернувшегося стыда.
– Зачем я подошла? Я себя такой дурой чувствую, – пролепетала она, глядя ему вслед. – «Я не липучка, но объясни мне здесь и сейчас!» Столько времени уже прошло, он небось радовался, что я его не разыскиваю, а я нарисовалась и снова прилепилась.
Мица с надеждой взглянула на Стеллу, ожидая каких-нибудь подходящих случаю слов: пустых, лишних, бессмысленных, но, главное, утешительных. Она так давно уже никому не плакалась в жилетку, зарывшись в свое одиночество. Но реакция Стеллы поразила ее еще больше, чем бегство Арта.
– Какой же он странный, – протянула она задумчиво. – И его взгляд, он же просто жуткий. Молодые глаза и лицо – и настолько старческий взгляд. Словно у него за плечами вся жизнь. Как будто он уже смерти в глаза смотрит – той самой, что давно его ждет. Не внезапной.
– Чего? – вытаращилась на нее Мица. Только что ее подруга любовалась голубоглазым блондином, жеманно уплетая перед ним шоколадку, и тут же словно внутри как переключатель сработал. На серьезном лице – ни тени легкомыслия, лоб задумчиво нахмурен, и меж бровей пролегла скорбная складка.
– Ты же не хочешь сказать, что он всегда такой был, когда вы встречались? – сказала Стелла и покачала головой. Подруги не сговариваясь двинулись вдоль длинного дома с магазинами в сторону, куда удалился Арт.
– Какой такой?
– Я же говорю, у него взгляд как у древнего старика. Полумертвый. Неужели он тебе не кажется другим?
– Кажется, – прошептала Мица, замедляя шаг. – Мне даже его походка не знакома. И, кстати, он никогда не курил.
– Так он и сейчас не курит, – усмехнулась соседка. – Пытается только, но безуспешно.
– Боже мой! – вдруг воскликнула Мица так, что обернулась парочка прохожих. Подруги остановились.
– Что? О чем ты подумала?!
– А что, если это то самое? Что ты рассказывала по зеркала? – Мица с ужасом воззрилась на Стеллу. – Что, если это подмена?
Стелла несколько мгновений сосредоточенно смотрела словно сквозь Мицу, а затем снова обернулась на Арта, почти скрывшегося из вида. Она опять покачала головой.
– Нет, тут что-то другое. Если бы тут была подмена, он бы тебя еще как узнал! То есть не узнал, конечно, но вовсю притворялся бы твоим бывшим. Цеплялся бы за любую мелочь, лишь бы в доверие войти, что ты!
– Ну, мало ли. Может, сущности это совсем не нужно, – засомневалась Мица. – Может, у нее другие планы.
– Нет, нет, этого быть не может. Они не такие. Они никогда не признаются, что фальшивые. – Стелла зябко повела плечами. – Они излучают уверенность и довольство. А этот человек – он и правда словно потерялся. Мне его жалко почему-то до чертиков даже стало.
Девушки замолчали, затем как по команде двинулись в сторону своего дома.
– А что происходит с теми, с кем… – Мица запнулась, подбирая слово. – С кем поменялись?
– Не знаю. И надеюсь, что никогда не узнаю.
Подруги разошлись по домам в тусклом настроении. Сердце Мицы, успокоившись было, что ее соседка не призрак и не галлюцинация, снова заныло. Еще в прошлую встречу девушке показалось, что Арт сам на себя не похож, а слова Стеллы только усилили ее беспокойство. То, что, возможно, он был не виноват, оставив ее, не утешало. Не такой же ценой. Лучше бы просто бросил.
Только вернувшись домой, Мица ощутила, как продрогла на улице. Холод словно шел изнутри, сковывая тело. Стелла, совсем не зная Арта, увидела, как он изменился. Ее напугал его беспомощный взгляд. Старческий, как она сказала. Если даже она так переживает за незнакомого ей человека, то что говорить о Мице, которой этот мужчина был когда-то очень дорог? Да и сейчас она чувствовала, что сердце освободилось не до конца.
Мица включила ноутбук, терпеливо подождала, пока тот, кряхтя и охая, загрузит все свои приложения, и открыла страничку блога. Она долго сидела, уставившись на серенькую птичку-аватар, не решаясь начать новую запись. Стоило ли снова возвращаться к этим письменным отчетам о сверхъестественном в ее жизни? Поможет ли это ей разобраться или, наоборот, запутает? В прошлый раз не помогло. Мысли, оформленные на бумаге, пусть и виртуальной, оставляют материальный след. Они словно заканчивают набросок, рожденный в голове, делая его объемным и бессмертным. И этот набросок уже не скомкаешь и не выбросишь.
Пока Мица думала, замигал значок почтовой программы, сообщая о новых письмах. Девушка стала просматривать сообщения, попутно удаляя спам, и, быстро пробежав глазами очередное письмо от незнакомого адресата, вдруг нервно отодвинула от себя ноутбук. Тот парень с архаичным именем, что несколько месяцев назад пытался с ней познакомиться, внаглую отправляя письма с ее же собственного адреса, опять объявился! Как мило, у него наконец-то появилась личная почта. И, тем не менее, он продолжает трусливо скрывать, как его зовут: при всем разнообразии современных имен уже десятки лет никто не называет своих детей Иванами. Это точно сетевое прозвище. И он думает, что девушку может заинтересовать такое общение? Мица в один клик отправила разозлившее ее письмо в корзину и вернулась к дневнику.
Глава 15
– Как так – не было, не было – и вдруг он есть? – Крекер, сосредоточенно наморщив лоб, методично разворачивал на мониторе одно за другим окошки с набором непонятных Ване символов. – Ты же сказал, что не нашел?
– Так я буквы неправильно вводил. Я и так уже попробовал, и сяк. Думал, все варианты исчерпал. А оказывается, он вот как пишется.
На странице браузера, почти спрятанной под многочисленными окошками, виднелась маленькая рисованная птичка, смешно вывернувшая голову, и надпись «Дневник Sqwo».
Иван набирал на портале блогов и Sсvo, и Skwo, и даже Sqo. Пытался забивать в поиск по-русски «Скво», но ответ был один: «Данного пользователя не существует». Он уже решил было, что девушка удалила дневник, как вдруг, спустя какое-то время пребывания ребят в Заоконье, его осенило, какой вариант он пропустил. Сейчас они с Крекером сидели у Вани дома, и его друг-программист пытался взломать блог, чтобы хотя бы вытащить адрес почты, потому что доступ к самому дневнику Скво заблокировала.
Пока Крекер ковырялся в кодах, Ваня в нетерпении мерил шагами комнату.
– Да не маячь ты, – пробурчал Димон. – На тебе. Готово. Вот адрес, а вот можешь даже блог почитать.
Чуть не столкнув Крекера с кресла, Иван устремился к компьютеру.
– Дай встать-то хотя бы, – возмутился Димон, уступая место и пересаживаясь на диван. – Одержимый.
Ваня несколько минут старательно скрипел колесиком мышки, затем шумно и разочарованно вздохнул.
– Там нет новых записей, – расстроенно выдохнул он, отодвигаясь от стола. – Ни единой. Точнее, есть последняя, которую я не читал. Про фатальные ощущения какие-то. Но она написана в то же время, что и остальные. Старая совсем. Почту нашел?
– Я же сказал, есть адрес.
– Хоть что-то, – пробормотал Иван и, спохватившись, добавил: – Спасибо тебе.
– Пять баксов, – буркнул Крекер, поднимаясь и потягиваясь. В полированной стенке шкафа напротив отразилась его стройная фигура. Димон придирчиво осмотрел себя, задержав взгляд на новом лице. Оно искажалось в блестящей поверхности, но Крекеру все равно нравилось то, что он видел: кудрявые волосы и челка, падающая на прищуренные глаза, прямой нос и насмешливые губы. Димон теперь часто ощущал на себе заинтересованные женские взгляды. Вопреки собственным ожиданиям, он не пустился сразу во все тяжкие, словно смакуя само предвкушение, собирая, коллекционируя впечатления, которые он производит на разных женщин. Сама мысль, что теперь ему доступно намного больше, будоражила и возбуждала, но он не спешил заводить кучу новых знакомств. Приглядывался, выжидал, выбирал нечто совершенное, почти идеальное.
– Здесь, кстати, доллары почти не котируются, – ворвался в его мысли голос Ивана, который уже тем временем зашел в свою почту и набирал адрес Скво.
– Надо же, – отозвался Димон. – А что тут котируется?
– Как ни странно, рубли и валюты разных европейских стран. У них нет евро.
– Что еще выяснил?
Заранее специально определить, в чем расхождения у двух миров, у Ивана и Димы никак не получалось. Несовпадения каждый раз выяснялись случайно. Вроде все было так же, как и дома, но неожиданно всплывал какой-нибудь удивительный факт, присущий только Заоконью. И еще что-то не так было с именами и названиями некоторых городов.
– Да вроде ничего особенного пока, – растерянно процедил Ваня, пытаясь настроиться на письмо для Скво, и вдруг вспомнил: – А, у них тут тюрьмы частные!
– А это необычно? – удивился Димон. – У нас разве таких нет?
– В нашей стране нет, – развернувшись к нему на кресле, сказал Иван. – В других странах вроде существуют, но они не на сто процентов частные. Все равно какой-то контроль со стороны государства есть. Правила содержания, например, или финансирование. А здесь полностью! Частная тюрьма со своими порядками, способами воздействия и контроля, мерами наказания…
– Да ладно, не может быть. – Крекер заинтересованно подался вперед.
– Ну, может, я что-то неправильно понял. Но я читал целую статью про одно из таких заведений, оно специализированное – тюрьма для живодеров. И вот у них там такие меры… – Он деланно поперхнулся и закашлялся. – Называются «отзеркаливание». Типа, что посеешь, то и пожнешь.
– Черт, кто ж туда работать-то идет? – поразился Крекер. – Я вот всегда диву давался, как можно выбрать профессию палача. Это ж так надо людей ненавидеть.
– Ну, видимо, недостатка в рабочей силе они не испытывают. Потому что я что-то свободных вакансий не видел.
– А ты искал, что ли? – заржал Крекер, и Ваня возмущенно замотал головой. – С такими методами здесь, небось, и преступность почти на нуле.
– Как ни странно, все здесь нормально с преступностью. Ну, точнее, ее тут достаточно, – поправился Иван и снова развернулся к компьютеру, где висело раскрытое на весь экран пустое письмо для Скво.
– Ладно, пиши, – сказал Димон, поднимаясь.– А то ты так до вечера будешь в монитор пялиться.
С этими словами он вышел из комнаты, а Ваня принялся наконец что-то печатать двумя пальцами.
* * *
Они сидели друг напротив друга за уютным столиком возле небольшого окна с потемневшими деревянными рамами: высокий симпатичный брюнет и худенькая кареглазая шатенка с озорными ямочками на смуглых щеках. Оба сосредоточенно изучали буклеты меню, выбирая еду и напитки. На столе между ними, подрагивая и бросая пляшущие отблески на их лица, горела толстая кремовая свеча в плоском подсвечнике.
Еще несколько писем от Ивана улетели после прочтения в корзину, прежде чем Мица все-таки решила ответить настойчивому поклоннику. Рассудив, что ей просто уже необходимо отвлечься от мыслей об Арте и от мистификаций, которые снова стали просачиваться в ее жизнь, девушка наконец перестала игнорировать письма. Незнакомец писал о том, как жалеет, что вначале выбрал не очень-то красивый способ связи и что так внезапно потом исчез. Рассказывал, как увлеченно читал блог и переживал за нее. Как рисовал себе ее образ. Все его признания не вызывали особого доверия у Мицы, но она согласилась с ним на встречу просто ради того, чтобы хоть немного засорить голову новыми впечатлениями, иначе порой начинало казаться, что вокруг нее сужается круг безумия. Только ей удалось почти выбить из головы историю сгоревшего дома, как в жизнь полезли новые странные вещи, а ночные кошмары так и вовсе прочно заняли место в сновидениях.
Место встречи Мица выбрала сама, потому что ее новый знакомый, по его словам, совсем недавно прибыл из другого города и не знал еще, куда здесь можно сходить. Мица любила эту тихую одноэтажную кафешку недалеко от дома, стилизованную под деревенскую избу со столиками, которые прятались друг от друга за плетнями из лозы и живой изгородью. Самые лучшие места были, конечно, возле маленьких деревянных окошек с видом на мохнатые ели, посаженные вокруг здания. Сейчас на их лапах густыми белыми шапками лежал снег, искрящийся под фонарями, и при взгляде из окна действительно казалось, что ты находишься в далекой заснеженной деревне на краю леса.
Сначала Мица собиралась отправиться на встречу с незнакомцем в более шумное, открытое место, чтобы находиться на виду у людей. Но она так давно уже не приходила в свое любимое кафе, ведь оно, конечно же, напоминало ей о свиданиях с Артом. Пора было что-то менять. Глядя в окно на запушенные снегом ели, Мица радовалась, что заглянула сюда. Давно надо было это сделать. Могла бы и одна прийти. Но сейчас напротив сидел очень симпатичный молодой мужчина, который взирал на нее с таким искренним восторгом, что это даже пугало. Мица старательно прятала глаза в меню, чувствуя, как ее спутник, то и дело отрывая взгляд от своего буклета, пристально разглядывает ее лицо.
Наконец заказ был сделан, меню перекочевало на край стола, и Иван с Мицей сидели молча, не зная, как завязать разговор. Девушка вообще не представляла, с чего можно начать, ведь для нее собеседник был как чистый лист. А Ваня, напротив, вне себя от радости, что наконец нашел свою Скво, потерял дар речи. Ему хотелось сказать ей сразу столько всего, что он боялся случайно проговориться о том, как сюда попал. Начинать с таких подробностей точно не стоило. Скорее всего, это стало бы первой и последней встречей.
– Как называется город, откуда ты приехал? – наконец придумала Мица, разбив стену молчания, и оба вздохнули с заметным облегчением.
– Москва, – с готовностью ответил Ваня, внимательно наблюдая за реакцией. Девушка в ответ пожала плечами и опустила уголки губ, давая понять, что не знает, о чем речь.
– Никогда не слышала, – произнесла она извиняющимся тоном, свойственным жителям мегаполиса, когда им приходится признаваться в том, что они не знают об очередном далеком и маленьком «Кукуеве». – Прости.
– Да ничего страшного, это совсем маленький городок, его мало кто знает, – ободряюще улыбнулся Иван, внутренне поражаясь ответу Скво. Он предполагал, что город с таким названием все же существует в Заоконье, просто, может быть, находится где-то еще. Место, куда попали они с Крекером, тоже оказалось столицей, только называлось иначе. На карте оно находилось на том же месте, разве только с немного другими границами, и было очень похоже на Москву, но все-таки сразу чувствовалось, что это другой город. Димон окрестил его «альтернативной Москвой».
– А твое имя… – начала девушка и замялась.
– В смысле, реальное ли оно? – догадался Ваня, и Скво кивнула. – Да, меня правда так зовут. Ну, сама понимаешь, маленькие городки…
Его ответ убедил Мицу, и пропасть недоверия начала потихоньку уменьшаться. Все, что он говорил, звучало искренне. И его манеры, и неприкрытое восхищение, и радость, что они наконец встретились, – все это играло в пользу Вани.
Сам он сейчас был на седьмом небе от счастья, хотя никак не мог поверить своим глазам. Пока они перекидывались ничего не значащими фразами, еще не подобрав интересную тему для разговора, Ваня все возвращался мысленно к тому моменту, когда собака Лидкиной подруги испортила диск. Он думал, что потерял ее, а она – сидит напротив, живая и невредимая, настоящая, а не компьютерная! Их разделяет всего лишь небольшой столик с горящей свечой, и в реальности эта девушка в несколько раз симпатичнее и милее той, что видел он через монитор. В голову лезла история его старого товарища, который, познакомившись с девчонкой аж из другой страны и общавшись по скайпу несколько месяцев, наконец с ней встретился. Он все не мог наглядеться, глупо повторяя одну и ту же фразу: «Вот она ты, живая, можно потрогать». Впоследствии это стало их семейной историей, которую когда-то и услышал Иван.
А со Скво они жили не в разных странах. Даже не на разных континентах. Их разделяли не границы государства и не океан. Они были из разных миров! А когда-то Иван вообще считал девушку игровым персонажем, которым он умудрился увлечься. И вот она рядом. Такая милая, чудесная. Живая. Можно потрогать.
Они с Крекером торчали в Заоконье уже больше месяца, но Ивана пока больше всего занимали поиски Скво. Когда он нашел ее и принялся атаковать письмами, то вообще жил лишь предвкушением предстоящего знакомства, на которое не переставал надеяться. Он не сильно вникал в озабоченность Крекера тем, что «сменщики», попав на их места, так до сих пор и не вышли на связь. А вот Димона это все-таки беспокоило. Не то чтобы ему очень хотелось обратно. Вернее, ему вообще туда не хотелось: ни домой, ни в свое прежнее тщедушное тельце с ужасным зрением и жиденькими волосенками на голове. Но отсутствие вестей с той стороны почему-то напрягало.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.