- -
- 100%
- +
Пленников повели по некоему подобию улицы. Здесь были улицы – сравнительно широкие, что шли вдоль бортов, и узенькие «авеню» с проулками и тупиками, через которые едва мог протиснуться человек. На «улицах» царило оживление: здесь было полно не только пешеходов, но и повозок, – как на пешей человеческой тяге, так и со скрипучим велосипедным приводом. Особенно поражала канатная дорога, протянувшаяся через всю палубу. Высоко над головой на неказистых воздушных «тротуарах» располагались подобия станций, возле которых утлые вагончики застывали, выбрасывая и принимая пассажиров.
Жизнь здесь просто кипела. Центральный «проспект» был самым широким и протянулся от самого носа к кормовой надстройке. Видимо, в силу каких-то ассоциаций надстройка сразу же показалась Лео настоящим дворцом, вознесшимся над хижинами бедняков. Тем более что у «дворца» была неплохая охрана: высоко над головой на железном мостике стояли вооруженные люди. Один из них, с биноклем у глаз, оглядывал горизонт. Другие взирали на толпу под ногами с отрешенным видом небожителей.
Видимо, надстройка и называлась у местных «ратушей». Пленников подвели к ее основанию. Теперь уже Лео почувствовал себя в зверинце. Местное население рассматривало их с любопытством, как экзотических животных.
– Это какое-то безумие, – оглядываясь, произнес Тесей. – Что за чертовщина здесь творится?
– Все на этой планете – сумасшедшие, – тихо сказал Ясон. Он ослаб еще больше: сказывалась потеря крови и чужеродная инфекция. Если бы не «умная» ткань полетного сьюта, что противодействовала заражению и критической потере крови, пилот давно бы погиб. Но и сейчас он нуждался в срочной медицинской помощи.
Их протолкнули в широкий корабельный люк с запыленным иллюминатором. Поднявшись на несколько уровней по путаным железным трапам, вышли в просторное светлое помещение, застекленное с одной стороны. Помещение резко контрастировало со всем встреченным до этого на Земле. Здесь все блистало чистотой и порядком. Многочисленные приборы, рычаги и поверхности были начищены до блеска, как перед адмиральским смотром. Заметив небольшой, архаичного вида штурвал, Лео понял: их привели на капитанский мостик. Когда-то отсюда управляли этой плавучей громадой. Теперь мостик больше напоминал зал приемов, правда, изрядно обветшалый. Всюду были выцветшие ковры, ветхая мебель, канделябры с оплывшими свечами, какие-то темные картины в рамах и книги, множество книг, – на полках вдоль стен, сложенных штабелями, лежащих на столе. Лео забыл, когда в последний раз видел бумажную книгу: на Селене они стали редкостью, уступив место легким и дешевым электронным носителям. Сейчас же дико захотелось взять в руку настоящий бумажный том, полистать страницы, ощутить настоящую вещь, живой, не требующий батареек носитель информации.
Полюбоваться экзотической обстановкой не дали. Сопровождающие вытолкнули пришельцев в центр помещения, застыв вокруг с оружием наизготовку.
Только теперь Лео заметил хозяев. В глубоких креслах сидели трое довольно пожилых мужчин, видимо, тех самых старейшин. Двое были незнакомы и поглядывали на пришельцев равнодушно, не отрываясь от своих занятий. Один, в массивных очках, съехавших на нос, был покружен в чтение толстой книги в потрепанной обложке. Время от времени, не поднимая взгляда, он нашаривал рукой стакан в потемневшем подстаканнике и отхлебывал из него бурую жидкость. Занятие другого было более экзотичным: он рисовал. Точнее, писал густыми красками на холсте, установленном на небольшом мольберте. Видна была только оборотная сторона мольберта, и Лео вдруг снова одолело любопытство – что же там малюет этот местный Да Винчи, однофамильцу которого он был обязан своим полным именем – Леонардо? Неизвестно, почему мать дала ему это имя, тем более что особых художественных способностей Лео за собой не замечал.
Странно, что сейчас в голову лезли отвлеченные мысли. Ведь эти люди должны были решить их судьбу. Тот седоголовый, которого именовали отцом Никоном, был единственным, кто проявил интерес к вошедшим.
– А, лунные гости, – сдержанно улыбнувшись, сказал он. – Что же вы стоите? Присаживайтесь, в ногах правды нет.
Селениты огляделись. Ничего, кроме рифленой металлической палубы, рядом не было. На нее и указал ружейным стволом ближайший охранник. Ничего не оставалось, кроме как сесть на жесткую поверхность. Веста, независимо сложив на груди руки, осталась стоять в стороне. Ясон тут же лег и уткнулся лицом в прохладный металл.
– Ему нужна помощь! – сказал Тесей. – Он потерял много крови.
– Чего вы его притащили сюда? – не отрываясь от чтения, недовольно бросил тот, что был с книгой. – В лазарет его!
Двое охранников тут же подхватили бесчувственное тело пилота и утащили за дверь. Седовласый проводил его взглядом и многозначительно посмотрел на Весту.
– Доставила ж ты нам хлопот, Хранительница, – сказал он. – Притащила чужаков, поссорилась с охотниками…
– А что я должна была делать? – устало спросила она.
– Не показываться чужакам на глаза и сразу же сообщить мне, – наставительно сказал седовласый. – Ты же знаешь о запрете.
– Раньше не было повода для его соблюдения, – вступился за девушку «художник». – Гостей сверху у нас еще не было.
– Как не появлялось связанных с ними проблем, – заметил седой.
– Мы требуем объяснений! – вмешался Тесей. Он глядел на старейшин исподлобья, насупившись. Лео впервые видел, как тренированный пилот начинает терять самообладание. – Кто вы такие и почему с нами так обращаются?
Все трое хозяев разом уставились на пленников.
– Они – непосвященные, – негромко сказал тот, что был с книгой.
– И не наше дело их посвящать, – непонятно ответил «художник».
– Все так, – отозвался седой. Наверное, он был главой этого небольшого совета. Он обратился к пленникам – подчеркнуто вежливо, даже официально: – Произошло недоразумение. Впрочем, для вас это не имеет никакого значения. Мы сообщим вашим, что вы находитесь здесь, под нашей защитой. В самое ближайшее время за вами прибудут, и инцидент можно считать исчерпанным. Прошу прощения за наших людей. Они действительно не знали, как себя вести в данной ситуации.
– И все-таки нам непонятно… – произнес Лео и запнулся. – Почему ваши люди хотели нас убить?
Седой замялся, оглянулся, ища поддержки, но его коллеги словно нарочно углубились в свои отвлеченные занятия. Седой поморщился, отвел взгляд, поерзал в кресле.
– Все вопросы задавайте своим землякам. Я же не спрашиваю, кто послал вас на наши земли.
– Так тут нет никакого секрета, – Лео недоуменно пожал плечами. – Мы сразу сказали вашей… Хранительнице: произошла катастрофа, мы – уцелевшая часть экипажа рейдера «Олимп». Спасательная капсула упала на ваших землях – мы просто не могли повлиять на траекторию и совершить мягкую посадку…
– Не надо подробностей! – седой протестующе вскинул руку. – Нам не положено этого знать, как вам не положено здесь находиться. Информация о вашем местонахождении уже отправлена представителям Селены, и вам остается просто немного подождать. Я гарантирую вам безопасность при условии соблюдения простых правил: не покидать пределы отведенного вам помещения и не общаться ни с кем из местных. Договорились?
– И все же странно… – начал было Персей.
Но его оборвал резкий звук захлопнувшейся книги.
– Давайте прекратим этот разговор, – дребезжащим голосом произнес любитель чтения, нервно поправляя очки. – И без того мы вышли за все дозволенные рамки.
– Ведь вам тоже не нужны неприятности, верно? – примирительно добавил «художник». – Вот и ведите себя тихо и не задавайте ненужных вопросов.
– Тем более что ответы на них никому не понравятся, – непонятно добавил очкастый.
– Это касается и тебя, Хранительница, – сказал седой Весте. – Просто забудь об этой истории.
– Мне все равно, – подчеркнуто равнодушно сказала девушка. И отчего-то Лео ей не поверил.
В полнейшем недоумении селениты покинули мостик. Их долго вели узкими переходами, спускаясь все ниже, пока за очередной железной дверью не открылось обширное, но мрачное и грязное пространство машинного отделения.
Дверь с грохотом закрылась. Пространственники остались во мраке.
– Кто-нибудь может объяснить, что происходит? – глухо проговорил Персей.
– Не имеет значения, – отозвался Тесей. – Тебе же сказали: скоро прибудут спасатели и заберут нас.
– И все же, – упрямо повторил Персей. – Что это за чертовщина? Почему одни хотели нас убить, а другие принялись любезничать и приносить извинения? Они явно не хотят ничего объяснять, будто чего-то боятся.
– И кто такие «посвященные»? – тихо добавил Лео.
– Я предлагаю не забивать голову вопросами, на которые сейчас нет ответа, – сказал Тесей. – Меня больше волнует, что с Ясоном.
– Эта дикарка подстрелила его не раздумывая, безо всякой причины, – мрачно проговорил Персей. – Вы заметили, что ее совершенно не волнует, что станет с тем, кого она ранила?
– Такие уж здесь нравы, – сказал Лео, понимая, что неоправданно защищает девушку. И сам себе удивился: с чего бы это? Ведь он не одобряет ее действий. Даже стыдно стало за свои мысли. Да еще за то, что жестокая девушка нравилась ему все сильней. В этой жестокости не было порочности. Не назовешь ведь жестоким котенка, съевшего мышь.
– Но его же отправили в местный лазарет, – виновато добавил он.
– Уморят они его, – сказал Персей. – Это я вам как врач заявляю. Никого здесь не волнуют наши жизни.
– Я выясню, что с ним, – заявил Лео. Он развернулся и заколотил в дверь. – Эй, проводите меня в лазарет – я хочу проведать товарища!
Ответом была тишина. Он колотил снова и снова, пока с той стороны ни донесся злобный голос:
– Сидите там тихо! Не то грохну вас при попытке к бегству! Старейшины у нас шибко добрые, а я с вами, кровососами, нянчиться не стану! Всех перебью, твари!
Под таким напором Лео аж подался назад.
В полумраке, разбиваемом только одинокой тусклой лампочкой где-то над головой, едва виднелись силуэты товарищей. Лео поглядел на них, затем на эту лампочку в вышине. И вдруг сказал:
– А может, здесь есть еще какой-нибудь выход?
– Это глупо, – ответил Тесей. – Если эти трое не соврали, за нами скоро прибудут. Хотелось бы сразу убраться отсюда, а не искать тебя и выяснять отношения с местными.
– Я быстро, – уже сверху, ловко взбираясь по металлическим конструкциям, отозвался Лео. – Только Ясона проведаю – и назад!
Стыдно признаться, но он лгал сам себе. Конечно, хотелось проведать раненого товарища. Но еще больше тянуло поглазеть на этот удивительный мир, который они вскоре покинут навсегда. Второго такого шанса не будет.
Правда, в какой-то момент показалось, что он был слишком самонадеян: второго выхода из этого железного мешка не было. Он излазил пространство вокруг громоздкой туши старого дизеля, сложной системы шатунов и валов, словно сошедших с картинки старинного кино, – но не нашел ни единой лазейки. Единственный дополнительный люк, который он обнаружил, был наглухо заварен. Когда стало казаться, что попытка окончательно провалилась, взгляд упал на широкую трубу, шедшую вдоль железного помоста под верхней палубой и уходившую сквозь нее вертикально вверх. Наверно, эта железная кишка была связана с вентиляцией. Оставалось только найти хоть какой-то лаз внутрь. Обшарив трубу, Лео не смог сдержать довольного смешка: в трубе обнаружился насквозь проржавевший участок – видимо, здесь сверху годами капало что-то едкое. По резкому запаху можно было догадаться, что именно. Любопытство оказалось сильнее брезгливости, и, разбив ботинком трухлявый металл, стажер ловко нырнул в трубу.
Лезть по узкой и душной железной кишке было тяжело и страшно. Спасибо пространственной подготовке, учившей ориентироваться в замкнутом пространстве космических аппаратов и преодолевать самые неожиданные препятствия. Главное – не застрять в душной тесноте и не дать волю панике. К этому парень был близок, когда преодолевал вертикальный изгиб железной норы. Он несколько раз поднимался и, не удержавшись, съезжал обратно, чувствуя себя крысой, загнанной в смертельную ловушку. Наконец, ему удалось ухватиться за край какого-то бокового отверстия. Насквозь мокрый, смертельно уставший, он вывалился на палубу. Даже этот земной, пропитанный железом воздух показался сладким. Лео лежал на спине, раскинув руки, и не мог надышаться. Он долго бы еще валялся на ржавом железе, воображая его ромашковым полем, если бы поблизости не послышались голоса.
Попадаться было нельзя. Все еще не представляя толком, что происходит на этой негостеприимной планете, Лео прекрасно понимал, чем может обернуться расправа «при попытке к бегству», как выразился охранник. Парень быстро перекатился, вскочил на ноги и нырнул за какой-то железный ящик. Здесь были горы разного хлама; сразу же вспомнилась история Ноева ковчега, собравшего на борт все, что тот был в состоянии поднять. Непонятно только, куда собирался плыть по пескам этот корабль-призрак.
Голоса тем временем приблизились, и Лео из своего укрытия увидел пару вооруженных людей – похоже, патруль.
– …Говорю тебе, это добром не кончится, – бубнил один. – Кровососы теперь нас достанут.
– Да на черта мы им сдались? – отмахивался другой. – Что им с нас взять? Я больше стервятников опасаюсь.
– А что – стервятники? Сколько они уже здесь не появлялись…
– Ты этот «бах» слышал, огонь в небе видел? Это же самая для них приманка!
– Ну уж и приманка. Подумаешь – огонь в небе!
– Помяни мое слово: стервятники добычу за дневной переход чуют. Как бы не пришлось снова пережить осаду.
– Типун тебе на язык… Давай про осаду не будем.
– Да, хреново тогда было. Вот я и говорю: зря с кровососами связались. Дурной это знак.
– Это точно. Дурной…
Лео мало что понял из сказанного, не понравилось только упоминание каких-то «кровососов». И без того жизнь на Земле не выглядела благополучной, только «кровососов» еще не хватало.
Оглядевшись, Лео прокрался к ближайшему трапу, стремительно взлетел на уровень выше и осторожно двинулся вдоль надстройки. Отсюда, с высоты, он мог получше разглядеть поселок. Теперь его вид вызывал еще большее недоумение. Конечно, было известно, что Земля сильно отстала в развитии, над землянами было принято беззлобно шутить, но история их цивилизации не могла не вызывать уважение. Ведь именно отсюда пошел человеческий род. Более того, именно отсюда человечество устремилось в космос, исследовало планеты Солнечной системы и заселило Селену. Как тогда можно объяснить подобный упадок? Возможно, конечно, картина страшного бедствия наблюдается лишь в этом уголке планеты. Но куда, скажите на милость, ушло море? Не мог же уровень океана понизиться на отдельно взятом участке акватории? Или здесь было всего лишь большое озеро? Возможно. Но отчего погиб город вместе со всеми жителями? Вопросов много. Особенно странным кажется то, что все это стало для пространственников сюрпризом. Ведь на Селене даже в школах преподают историю и географию планеты-прародительницы…
Все эти мысли враз будто ветром сдуло: взгляд зацепился за крохотную фигурку внизу, на сухой, потрескавшейся земле. Она направлялась в сторону подсвеченного вечерним солнцем мертвого города, куда, по словам Весты, ходить было никак нельзя. Но этот запрет, видимо, имел свои исключения. Даже на таком расстоянии стажер без труда узнал маленького Пашку. Снова подивившись его смелости и подвижности, Лео собрался было отправиться на поиски Ясона, когда заметил на палубе еще одну фигуру – на этот раз женскую.
Весту было трудно спутать с другими местными женщинами: она выделялась легкой, пружинящей походкой, была вооружена, да и одета получше. Сейчас она быстро направлялась к трапу, ведущему к земле. У самого спуска сцепилась с вооруженным громилой, который почему-то попытался ее остановить, но вырвалась и быстро сбежала по трапу вниз. Теперь тонкая фигурка направлялась в противоположном от города направлении – в сторону Мертвых холмов. Что-то подсказало: девушка снова отправилась искать брата, но идет она явно не туда. Это настолько взволновало Лео, что он мигом слетел с надстройки до уровня палубы, умудрившись не наткнуться ни на кого из местных. Его не остановила даже высота борта. На ходу сдернув какую-то веревку, стряхнув с нее влажное тряпье и закрепив прочным узлом, стажер, не раздумывая, сиганул за борт.
Подумать все-таки стоило. Узел не подвел, подвела сама веревка. Нельзя было забывать про земную гравитацию. На Селене такой бечевой можно поднять грузовик. Здесь же она лопнула, не дав преодолеть даже половину пути.
Спасла удача и большая куча мусора у борта. Ошалевший стажер на четвереньках выбрался из нее и, стряхивая с себя какие-то растительные ошметки, бросился за Вестой. Нагнать ее удалось лишь через пару километров: девушка двигалась быстро, у Лео же сил почти не осталось.
– Эй! – задыхаясь от бега, позвал он.
И даже не удивился реакции на свой окрик: хищным прыжком Веста ушла в сторону, и через секунду Лео снова оказался у нее на прицеле. Сердце екнуло: трудно привыкнуть к тому, что в тебя целятся из настоящего смертоносного оружия. На Селене такое невозможно даже представить. Убить человека – нечто немыслимое для селенита. Видимо, на Земле ценность человеческой жизни была не столь очевидна.
– Это я! – Лео попытался придать лицу все обаяние, на которое был способен. Трудно сказать, насколько удачно это получилось, но Веста опустила оружие.
– Чего надо? – нетерпеливо спросила она, опуская дробовик.
– Да ничего… – Лео растерялся. Действительно, чего он бежал за малознакомой дикаркой, не проявлявшей особого дружелюбия и к тому же ранившей его товарища? – Просто смотрю – ты в город идешь. А я никогда в таких городах не был. Можно с тобой? Я мешать не буду…
– Пашка пропал, – неожиданно сказала Веста, глядя в сторону Мертвых холмов.
– Знаю, – сказал Лео. – Только он не туда пошел.
Девушка недоверчиво глянула на него.
– Я видел, – пояснил Лео. – Он пошел в сторону города.
– Что?! – и без того упругая фигура напряглась, как кошка перед прыжком. – Это правда?
– Я помогу тебе его найти, – с готовностью сказал Лео. – Он ведь вроде как спас меня – разогнал этих ночных тварей. Так что я, можно сказать, его должник.
Веста с сомнением оглядела парня и, отвернувшись, молча продолжила путь. Лео воспринял это как знак согласия. Так, вместе, они и двинулись в сторону покинутого города.
– А название у города есть? – спросил стажер, когда пауза слишком затянулась.
– Есть, – ответила Веста. – Но мы его не произносим вслух. Плохая примета.
– А-а… – отозвался Лео. Он в приметы не верил.
– Надо поторопиться, – озабоченно сказала Веста. – Скоро стемнеет.
– Я подсвечу, – Лео показал ладонь в перчатке со встроенным фонарем.
– Ты не понимаешь, – Веста пронзительно глянула на него. – Ночью там – смерть.
Лео молча посмотрел в сторону городских кварталов. В свете заката город надвигался на них мрачной громадой. Вблизи он выглядел еще более мертвым, страшным остовом былой жизни. Дома предстали голыми бетонными скелетами с полностью облетевшими стеклами, осыпавшейся краской. Это странным образом контрастировало с обильной зеленью, разросшейся в тени стен. Словно городская черта была проведена травой, мхом и кустарником, отделявшими город от окружавшей его степи.
– Тут прямо лес какой-то, – заметил Лео. – Неудивительно, что мальчишку тянет сюда из пустыни.
– Это злой лес, – глухо отозвалась Веста. – Здесь пропадают люди.
– Он не пропадет, – уверенно сказал парень. – Мне кажется, он знает, что делает.
– Он всего лишь мальчишка, – возразила Веста.
– Но ведь и ты… – Лео хотел сказать, что она – всего лишь хрупкая девушка, но вспомнил простреленную ногу Ясона и прикусил язык. – Ведь он не впервые сюда пошел?
– Это точно, не впервые. Сколько бы я ему ни запрещала, он продолжает сюда лазить и таскать разные вещи.
– Вещи-то хоть нужные?
– Дело не в том, нужные они или нет, а в том, что они убивают.
Стажера осенило. Он бросил взгляд на полоску дозиметра и увидел, как та налилась оранжевой краской. Эти улицы здорово фонили.
– Жители, наверное, погибли от радиации? – спросил Лео.
– Все как раз наоборот, – Веста криво усмехнулась. – Радиацией пытались их спасти. Убить вирус.
– Эпидемия?
– Это долгая история.
– Так я никуда не тороплюсь.
– Я вижу, ты любишь задавать вопросы.
– Конечно. Любопытство – лучшая черта человека.
– Может, это так там, у вас. Здесь любопытство ведет в могилу.
– Здесь тоже есть хищники, вроде тех гиен?
– Есть и хищники. А есть кое-что и похуже.
– Что именно?
Веста бросила на него сердитый взгляд:
– Тебя не учили не кликать беду, отправляясь в опасное место?
– Нет, – Лео встретил ее взгляд спокойно, пожал плечами. – Меня учили заранее выяснять обстановку. Так все-таки – что произошло в этом городе?
– Не только в этом городе. Бунт генов.
– Как ты сказала? – непонимающе поморщился Лео.
– С ума сойти… – Веста изумленно посмотрела на спутника. – Ты даже про это не слышал. Что ты вообще знаешь?
Лео пожал плечами:
– Звездную навигацию, пилотирование космических аппаратов, основы планетологии. На любительском уровне – историю Земли…
– Ни черта ты не знаешь про историю Земли, – отрезала Веста, отвернувшись.
– Что-то могу не знать, – немного растерялся Лео. – Так что это за бунт генов?
– Есть разные версии, – нехотя сказала Веста. – Некоторые считают, что ученые напортачили – хотели вывести универсальную вакцину от всех болезней. Создали специальный ген, подсадили в вирус и стали проводить опыты на крысах. А одна крыса возьми да и сбеги. И началось: вирус распространился, мутировал и вместо того, чтобы улучшать генофонд, стал его уродовать.
– И люди стали умирать?
– Лучше бы они умирали. Они стали превращаться в монстров.
Лео недоверчиво глянул на спутницу. Ему показалось, что он ослышался:
– В монстров?
– В мутантов. Злобных, агрессивных тварей. Вроде зомби, только умнее и опаснее.
– Зомби – это же вроде ходячие мертвецы?
– Наверное. Мутанты – вполне себе живые и к тому же способны к размножению. Если бы вовремя не спохватились – мутанты быстро бы расправились с нами.
– Зачем это им?
– Ну, какой же ты тупой… – Веста обреченно покачала головой. – Да потому что человечество – конкурирующий вид. Эти мутанты уже не были людьми. У них другие чувства, мысли, мораль и абсолютная ненависть к нам. Нелюди, понимаешь?
Лео слушал в каком-то оцепенении. Он просто не мог поверить в услышанное.
– Есть и еще одна версия, – глядя в сторону, сказала Веста. – Все это устроили кровососы.
– Я как раз хотел узнать про кровососов, – подхватил Лео. – Я уже слышал про них. Кто это?
– Вы, – просто сказал Веста.
Лео остановился как вкопанный:
– Кто – «мы»?!
– Те, кто там, – она указала в небо.
– Но почему?
– Не прикидывайся, что и этого не знаешь.
– Я не…
– Ладно, хватит болтать, – оборвала его Веста. – Смотри лучше по сторонам. Заметишь что – сразу скажи.
– А что я должен заметить? – растерянно спросил Лео.
– Любое движение, все, что покажется странным.
– Да тут все для меня странное… – пробормотал стажер.
И принялся глазеть по сторонам, как указала Веста. Они уже двигались между высоких бетонных зданий, нависающих над ними в багровой подсветке заката. Во многих местах бетон был изъеден коррозией, и из серой массы торчали неряшливые ржавые прутья, словно эти стены глодали гигантские чудовища. Ощущение было не из приятных. Еще неприятнее были звуки, наполнявшие этот бетонный каньон. Вокруг была жизнь – незнакомая, чужая и, вероятно, враждебная.
– Ты вообще представляешь, где его здесь искать? – растерянно озираясь, спросил парень.
– Есть одно место, – сказала девушка. – Мы уже близко.
Они прошли еще пару кварталов. Под ногами хрустел полопавшийся асфальт, из трещин пробивались неряшливые пучки травы. Стены домов ближе к фундаменту заросли вьющимися растениями и лишайником. Было влажно и душно. Становилось понятно, отчего люди сторонятся этих мест: эта дикая жизнь своим напором попросту вытесняла цивилизацию, словно забирая у нее все, что было отобрано у природы раньше.
Щелкнул затвор. Теперь Веста продвигалась с дробовиком, поднятым на уровень глаз, направляя ствол на каждый шорох. Впервые Лео ощутил себя неуютно без привычного на этих землях оружия. Сам он и стрелял-то всего несколько раз, в тире, в рамках общей подготовки. И даже подумать не мог, что когда-то окажется в местах, где оружие действительно необходимо. Общество Селены почти не знало насилия. И становилось понятно, почему селениты не особо стремились к общению с родительской планетой. Нравы здесь отстали так же безнадежно, как и технологии.