Театр рыжего демона I. «У меня есть план»

Пролог

Король Вандер из славного рода Готлордов стоял возле открытого окна и задумчиво всматривался в черное ночное небо, усыпанное звездами.

– Ваше величество! – громкий окрик заставил его обернуться.

В королевские покои влетел растрепанный седой старик в зеленой мантии. Умные голубые глаза горят, на морщинистом лице волнение и ликование одновременно – сразу видно, что придворному магу не терпится поделиться со своим повелителем какой-то потрясающей новостью.

– Что случилось, Леадор?

– Она родилась, ваше величество! – кричал старик, подпрыгивая на месте от нетерпения. – Она наконец-таки родилась! Скорее, скорее пойдемте же в мою башню! Вы должны сами ее увидеть!

Король и Леадор поспешно проследовали в самую высокую башню замка, где жил и работал старый маг.

Там, в небольшой нише висело громоздкое зеркало в бронзовой оправе. Король Вандер с интересом вгляделся в то, что оно показывало и, честно говоря, почувствовал разочарование.

Обычный новорожденный ребенок с маленьким, сморщенным личиком, точно такой же, как и другие младенцы, лежащие на большом подобии стола, разделенном на специальные ячейки. Спеленутые дети в чепчиках мирно спали, равно как и указанная новорожденная.

– Леадор, ты уверен, что это та самая девочка? – с сомнением спросил король. – Какая-то она… не очень. Мелкая какая-то. И это пятно на лбу, на неровную звезду похоже… Здесь нет ошибки?

Маг мягко улыбнулся и уверенно проговорил:

– О, нет, ваше величество! Пятно – это метка, и оно скоро исчезнет. Будьте спокойны, мой король, это именно ТА девочка. Пройдет время, и этот обычный младенец станет нашим спасением, хоть и нашим несчастьем одновременно. Поверьте, она станет великой женщиной, о ней будут слагать легенды!

– Где ты ее нашел? – прервал его восторженные восклицания Готлорд. – Странное какое-то место, и детей так много…

– Не я обнаружил девочку, а Зеркало Жизни. Я всего лишь скромный чародей. Малышка обнаружена в немагическом мире, в огромном городе под названием Москва. А младенцев так много, потому что это такое специальное место, роддом называется, там ежедневно не одна женщина производит на свет дитя.

– Мальчикам сообщим? И что насчет второй девочки? – деловито поинтересовался Вандер.

– Нет, ваше величество, ваши сыновья еще слишком малы, пока им незачем знать. А вторая девочка, я так думаю, родится года через три-четыре , исходя из времяисчисления того мира. А нам пока остается лишь набраться терпения и ждать…

Тут спящая малышка со «звездой» во лбу распахнула удивительно зеленые глазенки, открыла крохотный ротик и, видимо, разразилась сердитым, громогласным ревом. Мирно до этого момента спящие младенцы мигом присоединились к возмутительнице спокойствия.

– Характер! – восхищенно подметил Леадор. – А вы говорите ошибка! Какая тут может быть ошибка?!

Глава 1

Вас обрадует телефонный звонок в три часа ночи? Не думаю. Вы вроде бы и не спите, но и общаться ни с кем не намерены.

– Алло, – ответила Лана, не отрываясь от электронной книги, где читала очередное юмористическое фэнтези.

– Это я, – емко отозвались из трубки.

– Я бываю разные, – завредничала Лана, хотя и узнала низкий голос своей двоюродной сестры, да и на дисплее номер высветился, конечно же.

– Слушай, Кролик, я к тебе еду, – спокойно заявила Элька.

– Когда? Сейчас? На чем? На Эдике? – всполошилась Лана, прикидывая, как совместить приезд своей взбалмошной сестры с завтрашней работой.

– Не тарахти, – беззлобно отмахнулась нежная сестрица. – Отвечаю по порядку: приезжаю через два дня, стало быть, не сейчас. Далее, нет, не на Эдике, а на поезде. Пупсика вообще в Москве нет…

– А где твой Пупсик? – машинально спросила Лана.

– Откуда я знаю? – удивилась Элька. – А-а, кажется, припоминаю что-то… Похоже, поехал в Лондон. Он еще спросил, что мне оттуда привезти, а я ответила, что ничего, раз уж он мне не может привезти Эскалибур…

– Ну, ты, мать, даешь! – восхитилась младшая сестра. – Я бы тоже не отказалась не только от меча короля Артура, но и от какого-нибудь меча вообще, даже самого завалященького. Желательно с магическими свойствами. А заодно и лука эльфийского мне очень не хватает – есть парочка людишек, которых я с удовольствием бы того…

– Раз уж у нас нет ничего подобного, то и говорить об этом не стоит, – беззаботно прервала полет мечтаний Ланы её старшая кузина. – Главное, что Эдика не будет еще дней десять, Алекс учится, а я свободна, как электрон. Встречай через два дня…

– Я прямо как чувствовала и предложила мамке съездить к дяде Сереже в деревню, – усмехнулась Лана. – А ты тоже как чувствовала, раз собралась приехать ко мне именно через два дня. Причем, в аккурат к Хэллоуину.

– А я всегда говорила, что есть в нас с тобой нечто такое, экстраординарное, – радостно подхватила Эля. – Короче, жди. У меня куча новостей и еще большая куча тем для обсуждения. Все, маме, Тише, Васе привет, Кате чмоки в нос. Усё…

…Ровно через двое суток, неожиданно теплой октябрьской ночью, Лана встречала сестру на вокзале и уже подходила к вагону, когда из него появилась большая дорожная сумка Эльки (верхом на проводнике), а следом царственно выплыла сама госпожа Элеонора Снежина, изящно опиравшаяся на свой любимый зонтик-тросточку. Отпихнув проводника крутым бедром, она окинула перрон грозным взором.

– Носильщик!!! – её громогласный рык спугнул парочку привокзальных собак, безобидного бомжа и курившего стража порядка.

Элькины рыжие волосы как-то по-особенному, как настоящий огонь, вспыхнули в свете фонаря, глаза как-то неестественно и изумрудно сверкнули. Может, Лане это только показалось, но в сердце её вдруг закрались нехорошие предчувствия, а воздух вокруг наполнился чем-то опасным и мистическим.

Что такое? Честно говоря, от Элькиной сумасшедшей харизмы можно было ожидать всего, чего угодно. А уж если сестрицы собирались вместе, тут уж, как говорится, хоть святых выноси.

Отгоняя непонятное ощущение, Лана тряхнула своими длинными, очень светлыми волосами и, наконец, подала голос:

– Эль, носильщиков тут нет, ты забыла? Придется самим переть твою сумищу до такси. На кой черт тебе столько вещей?

– Нет носильщиков? – обиделась гостья из столицы и выкрикнула в лицо проводнику: – Пакость какая!

– Ведьма! – буркнул тот и поспешил скрыться в вагоне.

– Точно, – не стала спорить Элька и бросилась обнимать-целовать сестру.

Донести сумку им помог какой-то мужчинка. А рыжая возмутительница спокойствия трещала без умолку:

– У меня новость для тебя потрясающая! Ланка, ты не поверишь! Я рассказала Эдику про нашу книгу, то, что написано, уже прочитала. Пупсику очень понравилось, хоть он и не поклонник всяких там фэнтези. Так понравилось, что он решил её издать за свой счет. Представь только: наша собственная книга, с нашими фотографиями на обложке! Пустячок, а приятно. Но и это еще не все. Немного позже напишем сценарий для сериальчика. Эдькин брат заканчивал же режиссерский факультет, вот пусть и занимается делом. В сериале нас будем играть мы! А что, денег у моих братьев-акробатьев хватит. Может и не ахти какой сериальчик получится, но во всяком случае, не хуже всяких там… Эх, Ланка, мы с тобой зажжем! Потрясем всю московскую киноиндустрию. Нет, даже российскую… А, чего уж там убожничать – весь мир будет наш!

– Здорово! Одна беда – книги-то у нас нет, – Лана попыталась сбить с небес свою зарвавшуюся сестру. – Есть задумки, есть идеи, но не прет что-то…

– А я знаю, почему не прет, – не сдалась Элька.

– Простите, дамы, – бесцеремонно влез в разговор таксист. – По какому адресу едем-то?

– Какой назвали, по такому и едем! – огрызнулась Элька. – Так вот…

– Боюсь вам помешать, – снова вклинился водитель – вот ведь зануда! – Все дело в том, что вы никакого адреса не назвали.

После того, как этот надоедала получил нужную ему информацию, Элька продолжила:

– Знаю, почему никак не идет. Мы ввели, наряду с нами, главными персонажами наших музыкантишек, которые попали в параллельный мир, помолодевшими на двадцать лет. Вот в них-то и вся загвоздка. Сейчас мы знаем, что они старые, занудные, неинтересные, обычные дядьки. Они вдруг перестали быть нашими, родными, и никакие колдуны любого из миров не сделают их прежними. Короче, убираем старых перцев, делаем оставшимися двумя героями каких-нибудь обитателей того мира, и все будет в порядке. Я и приехала-то для того, чтобы обсудить все. У меня и план есть…

– И почему меня это не удивляет? – улыбнулась Лана.

Слова эти произносились уже тогда, когда пыхтящие сестры поднимались на пятый этаж дома, где жила Лана с матерью и тремя кошками. А продолжался разговор уже за накрытым столом, под водочку-винцо-закусочку.

Ажиатированная Элька, забыв о том, что она уже больше года не пила ничего крепче кефира, а сигарет не нюхала и того больше, лихо опрокидывала рюмки, частенько прикуривала от одной сигареты следующую и делилась тем, что не давало покоя её буйной головушке:

– Лан, я не понимаю, как это не пришло мне в голову раньше, но смотри, что получается. В нашей книге… Не в этой, а в предыдущей, которая тоже не пошла. Так вот, там я неизвестно зачем ввела проходным персонажем моего жениха Эдика. Заметь, что в то время у меня вообще никого не было, ни Эдиков, ни кого-то еще. И вот бац, у меня появляется Эдик в реальной жизни! Так, едем дальше. На самом деле были еще всяческие странные знаки. Разные мелочи я уже и не припомню. В конце концов, как и появление в моей жизни Эдика можно посчитать простым совпадением. Но были и еще три случая, гораздо более серьезные. Правда, мы с Алексом договорились никому не рассказывать об этом, но, думаю, что сын был бы непротив того, чтобы я поделилась с тобой. Ух, даже сейчас не по себе становится, и в желудке холодеет…

Короче, пошли мы с Алексом как-то гулять. Как обычно, ночью. Это было вскоре после Рождества. Классно так было: снежно, в меру морозно, звезд на небе масса и, кажется, было полнолуние. Пошли, куда глаза глядят, и мой ребенок сам выбрал направление. Помнишь, через дорогу от старого дома бабки Любы, мир её праху, стоит бывший Дом Культуры. Так вот, в другую сторону через дорогу стоят серые пятиэтажные дома, туда мы и пошли, за самый последний дом. С одной стороны – этот серый дом, с другой – пустынная проезжая часть, дальше – железная дорога за забором. И ни одного человека кругом. Вроде, ничего особенного: ну пустынно, ну тишина гробовая, ну кот какой-то странный в пакете с мусором роется. И вдруг вся атмосфера как бы сгустилась, откуда-то вышла псина и жутко завыла, а вдалеке раздался какой-то страшный звук, нечто среднее между гулом, гудком и воплем. Сама знаешь, меня испугать трудно, почти невозможно, но тут и тишина показалась ужасной, и кот каким-то инфернальным. Но самое главное, предчувствие какой-то опасности, осознание того, что останься мы там, случится нечто такое, что и в кошмарном сне не приснится. Если бы со мной была ты, а не сын, я бы осталась, и будь что будет. А так мы с Алексом оттуда ноги унесли. А за этим домом решили побыть на детской площадке, по горке там полазить и так далее. Так вот, Алекс на этой горке прочитал что-то такое, уже не помню что, но нам стало еще страшнее, и мы и оттуда ноги унесли. Потом долго еще гуляли, и эти странные ощущения нас не покидали. Ну а главное, это мое новое осознание себя. Как будто я прошла какое-то испытание, и меня переполняет осознание собственной невероятной внутренней силы. Да, и еще в этом месте мы прихватили какую-то суковатую палку, которая потом несколько раз помогала мне избавиться от недомоганий, и именно она облегчала самочувствие моей крыски, когда она уже умирать собралась и фигово себя чувствовала. Кстати, в это жуткое место мы еще пару раз ходили, и ощущения были те же. На фоне этого происшествия прогулка той же зимой по ночному парку с ощущением, что за тобой движется какая-то злобная сущность – просто цветочки. Ну и еще кое-что было: сны всякие, где я мир спасала и тому подобное. Но главное, тот первый случай.

– То есть ты намекаешь на то, что некто или нечто подает нам знак, что некоторое из того, что мы написали в своем неоконченном романе, сбудется? – спросила ошарашенная и немного пьяная Лана.

– Да не намекаю, а прямо так и говорю: неспроста всё. Понимаешь, тогда у меня была уверенность, что не уйди я оттуда, то и портал быв другой мир открылся и еще что-нибудь произошло бы… Наливай!

– Да, было бы неплохо с порталом, – вздохнула Лана, выполняя просьбу сестры

– Ну, с порталом – это чересчур, по-моему, Жизнь тебе это не наш роман. Но я уверена, что обязательно что-нибудь произойдет, поэтому я и приехала к тебе, как в романе. Будем ждать. А еще я приурочила свой приезд к Хэллоуину… Тиша, дьяволенок, перестань тырить у меня из тарелки ветчину! Ты уже до фига съел, а котики не люди, им нельзя хомячить всякую дрянь в неограниченных количествах.

– Тихон у нас уже не дьяволенок,а самый настоящий взрослый дьявол, – засмеялась Лана, – Кстати, о кошках… Будем вводить в новый роман магических животных? Без них скучно.

– Да, скучно, – согласилась Эля, элегически глядя в никуда и гладя Тишку по черному боку, – Но не знаю, как нам быть. С одной стороны, магических животных в фэнтези- романах нет только у ленивых, не хочется повторяться. С другой, животные могли бы стать самыми настоящими героями и даже более достойными, чем многие люди. И они самые искренние и преданные. Вот моя Лакуся, например. У нее как произошло запечатление на меня, так ей совершенно по барабану, что я вспыльчивая, грубая, неуправляемая. Для моей доченьки важно, чтобы я была рядом. Она меня просто любит и все, несмотря ни на что, вернее, вопреки всему.

– Да, это точно, – согласилась вторая сестра, снова наполняя рюмки, – Я взяла на работе три дня отгулов, так что свободна на целую неделю. Значит, сегодня пьем, спим, приходим в себя и за работу, пока твой Эдик не передумал.

– Не передумает, – криво усмехнулась Элька, – Он жить хочет.

– Да, пока мы еще не напились, и я еще вполне вменяема, – опомнилась Лана. – Знаешь, что меня в нашей книге напрягает?

– И что же? – Элька удивленно поставила одну бровь домиком.

– Вроде бы и нормально все, а если все задуманное в жизнь воплотится, вообще замечательно будет. Но мне кажется, что наши героини получаются какие-то уж слишком. И все-то у них получается, и способностей-то у них выше маковки, и везет постоянно. Просто Мэри Сью какие-то эти девицы. А уж героиня, написанная с тебя, особенно. Наглая, самовлюбленная, безбашенная, уверенная в своей исключительности. Не обижайся, но…

Элеонора как-то спокойно отреагировала на критику сестры.

– А чего мне обижаться? Творческий процесс всегда сопряжен со спорами.. Это я тебя попрошу не обижаться, так как сейчас разобью все твои сомнения и претензии в пух и прах. Понимаешь ли, сестренка, по моему мнению понятие Мэри Сью несколько несвоевременно. Мы живем в двадцать первом веке, так к чему эти гендерные стереотипы, предвзятое отношение к героиням-женщинам? Почему современная женщина должна быть слабой, несамостоятельной, трусливой и бездарной? Глупым неумехам нечего делать в параллельном мире вообще, а уж о том, чтобы этот мир спасать и бороться со злом, вообще речи идти не должно! Героини нашей книги не могут не обладать исключительными способностями, ведь они родились для этой миссии, они изначально Избранные. А что касается героини, списанной с меня… Лан, давай уж начистоту: я ведь на самом деле такая, чего уж делать из меня белую и пушистую.

– Ну, может, ты и права, – проговорила Лана.

– Я всегда права! – с обычной своей скромностью согласилась ее сестра. – Ладно, о работе потом, а сейчас давай продолжать пир…

Потом, как говорится, пошла плясать губерния. Маленький девичник плавно перетек в двухдневную пьянку. Хмельное веселье удалось на славу: много раз танцевали латино, гоу-гоу, танец живота, чуть не сшибли в гостиной люстру и попытались наблевать на коврик соседей.

К девяти вечера тридцать первого октября спиртное закончилось, что сестер очень огорчило. Во-первых, широта души каждой дамы требовала продолжения банкета, а, во-вторых, нужно же было отметить Хэллоуин. Ну и в-третьих, закончился корм для кошек, так что поход в магазин был неминуем.

Пока Лана переодевалась, Эля рыскала по дому в поисках больших и плотных пакетов, затем рассеяно сняла с бедер платок с монисто, натянула куртку, сунула ноги в первую попавшуюся обувь и сочла свой туалет завершенным…

Представьте себе не по-октябрьски теплую и очень звездную ночь, точнее, поздний вечер. На улице почему-то ни души, кроме двух девушек не самого юного возраста, но вполне молодой и привлекательной наружности. В руках у них по большому туго набитому пакету и зонтику-тросточке. Дамочки совсем уж нетрезвые и очень странно одеты.

На длинноволосой блондинке красовался длинный «тигровый» плащ, классические темные джинсы, футболочка с прикольной кошечкой и короткие черные сапоги с российским флагом. Ах, да, еще черная фетровая шляпа с широкими полями. На рыжей лохмушке были полупрозрачные фиолетовые восточные штанишки и короткая черная кожаная куртка, из-под которой кокетливо выглядывал ярко-желтый лифчик. Той первой попавшейся обувью оказались фиолетовые туфельки на высоченной шпильке. Ну а забытая на голове белая чалма очень странно смотрелась с рваными прядями удлиненного каскада.

– Все, надоело! – каркнула Элька, грохая пакет на землю. – Я же не кенгуру, то есть не верблюд. Таскать тяжеленные сумки – это так не женственно! Почему когда мне нужен мой Пупсик, его никогда нет рядом? Тащил бы сейчас все это безобразие. Где Пупсик? Нету Пупсика! В Лондоне Пупсик, мать его так-перетак! Слушай, Лан, забыла, как зовут моего Пупсика. Да это и не важно. Давай выпьем по коктейльчику и покурим, заодно и отдохнем.

Лана захихикала

– Твоего Пупсика зовут Эдик. Давай выпьем, закурим, но пойдем потихонечку. А то нам еще переодеваться в костюмы, что ты привезла для Хэллоуина. А потом можем сходить попугать кого-нибудь до смерти. Завтра нам обязательно нужно засесть за работу.

– Что-то мне уже слабо в это верится, – проворчала Элька так, словно весь мир был виноват в том, что они с сестрой напились, как хрюшки.

Эх, не надо было ей этого говорить! И ведь как в воду глядела…

Сестры открыли по банке коктейля, закурили и двинулись дальше. Конечно, было неудобно, но охота, как известно, пуще неволи.

Когда коктейли почти закончились, хмель напал на гулен с новой силой и вдруг…

Как-то разом погасли все фонари, с неба исчезли все звезды и Луна. Стало так темно, что сестры видели только огоньки тлеющих сигарет. Нарушая абсолютную тишину, где-то вдалеке засвистел ветер.

– Тьма, пришедшая со Средиземного моря, – вполне ожидаемо начала Элька, но не закончила.

Ветер добрался-таки до них, и декламаторша переключилась на другое известное произведение:

– Блин, на нас наступают дементоры! Ланка, быстро доставай волшебную палочку!

Лана хотела быстренько перехватить третьей рукой свой зонтик-тросточку, видимо решив, что он вполне может заменить волшебную палочку. Это у нее почему-то не получилось.

А потом сестер подхватило порывом ураганного ветра и, вертя, словно белье в стиральной машине, куда-то потащило…

Глава 2

Первой приземлилась Лана, слегка ушибив бедро при падении. Шляпа улетела вперед, рядом, нежно звякнув, мягко опустился пакет. Второй завершила «перелет» Элька, бережно прижимая к себе свою поклажу и зонт. Последней упала полупустая банка с коктейлем, слегка тюкнув Эльку по затылку, защищенному чалмой.

Сестры ошалелыми взорами уставились друг на друга. Неожиданная встряска прошла без особого ущерба для внешнего вида. Физиономии в порядке (спасибо мастерам татуажа), волосы растрепаны чуть больше обычного (за это уж спасибо матушке-природе).

– Черт, что-то жарко, – пробормотала Лана, сползала за своей шляпой и водрузила ее на голову.

И только теперь пьяные сестры поняли, что находятся…посреди бескрайней пустыни под палящими лучами солнца.

– Глюк! – авторитетно заявила Элька, снимая с уха повисший шнурок талисмана. – Совместный глюк на почве алкоголизма. Скоро сюда заявятся зеленые чертики, розовые мышки и голубые кролики, и, взявшись за лапки, станут водит вокруг нас хоровод.

– Ну и что будем делать? – фыркнула Лана. – Подождем мышек-кроликов-чертиков? Ох, не нравится мне все это!

Её сестра была женщиной решительной, и ждать «зверушек» она явно не собиралась.

– Я пошутила. Не до чертиков же мы напились. Просто мы уснули, сидим на улице, а может, даже и из дома вовсе не выходили, пустыня нам только снится. Скоро проснемся, а пока давай посмотрим сон дальше и еще выпьем. Ты согласна?

– А у меня есть выбор? – скривилась Лана. – Давай спрячемся под зонтиками, а то голову напечет. Так, посмотрим, что мы накупили…

Пакеты оказались «богатыми»: два блока сигарет, восемь банок с коктейлем «Амор», две бутылки вина, 6 бутылок водки и пицца «Четыре сыра».

– Эх, красота! – блаженно проговорила Лана, потягивая коктейль и прикуривая сигарету, – Жарко, конечно, просто адское пекло. Но, с другой стороны, много ты знаешь людей, которые могут похвастаться собственной пустыней? В нашем положении можно пережидать глюк сколько угодно: сидим, загораем, сигарет навалом, зажигалки есть, выпивки залейся. Повеселимся всласть!

– Радуйся, что я столько накупила, – не преминула похвалить себя ее сестра. – А кто говорил в магазине «зачем столько, зачем столько»? А еще радуйся, что мы не взяли с собой Тишку на шлейке. Что бы мы делали сейчас в такую жару в пустыне и с шебутным котиком?

Не знаю, как бы себя чувствовал шебутной котик, находясь в жаркой пустыне со своими, еще в большей степени, чем он, шебутными хозяйками. Неведомо мне так же, почему сестры не разделись, а продолжали изнывать от жары. Но эта самая жара, плюс алкоголь, плюс сигареты сделали свое черное дело: дамочки пьянели все больше и больше и все активнее веселились.

Банки с коктейлями опустели, сестры еще закурили, и вдруг Элька, смотря вдаль, спросила:

– А что это там за движуха? Никак всадники какие?

– У тебя глаз, как у орла, – прыснула Лана, – а все прикидываешься, что зрение плохое. Точно, всадники. Кажется, приближаются…

– Вроде, бабуины… – прокомментировала Элька.

– Не бабуины, а бедуины, – поправила ее сестра, различив на нескольких всадниках нечто, напоминающее бурнусы арабских кочевников

– Какая к черту разница, – рассвирепела Элька, вскакивая и отбрасывая банку с недопитым коктейлем и недокуренную сигарету. – Бедуины, бабуины, смешарики, или американские летчики! Не нравятся они мне. Какие-то агрессивные, и рожи у них свирепые.

Лана зачем-то стала подгребать к себе песок, а Элька перехватила по удобнее зонт-тросточку. Пьяные сестрицы явно собирались подороже продать свою жизнь

Но продажа не состоялась – метров пятьдесят не доехав до дамочек, всадники резко развернули лошадей и поскакали обратно. Раз, и свирепых бедуинов-бабуинов и след простыл

– Отвратный глюк! – пожаловалась Лана, – Весь кайф испортили эти бедуины.

– Нет, это точно не глюк, а страшный сон, – высказала свое мнение Эля, – Не знаю, может ли одинаковый сон двоим сниться, но другого объяснения я не вижу. Дай-ка сигарету…

Высказать свое мнение Лана не успела. Она протянула сестре сигарету, открытый коктейль и все, опять что-то случилось

Поднялся ураганный ветер, подхватил тонну песка, закружил смерчем вокруг сестер, втянул их в водоворот. И снова бедняжек куда-то потащило, завращало…

На этот раз они приземлились очень мягко, прямо на обе ноги. Рядом, даже не звякнув, на землю опустились пакеты. Последними завершили свое путешествие зонты и головные уборы.

Находились сестры на какой-то пустоши. Пахло вереском, а вдалеке темнел великолепный смешанный лес.

– О, смена декораций! – икнула Элька и захихикала. – Слава Богу, на этот раз климат умеренный – тепло, но нет опасности получить солнечный удар.

– И что самое интересное, у нас все никак не получается допить свои коктейли, – выказала недовольство Лана, – И ни разу мы не докурили до конца. Накладный какой-то глюк получается…

– Меня мутит от этих перелетов, – пожаловалась Элька, – Никогда еще во сне меня не мутило. Все, если не полежу полчасика, сон досматривать не смогу.

Сестры растянулись на травке, накрыли лица головными уборами, а сзади пристроили открытые зонтики. Хоть и было очень тепло, но дул легкий ветерок, вдалеке гомонили птички. Эля даже задремала…

– Блин! – Ланин вопль вырвал занедужившую сестру из сна.