Неожиданное замужество

Shock Marriage for the Powerful Spaniard © 2019 by Cathy Williams

«Неожиданное замужество» © «Центрполиграф», 2021

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2021

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Глава 1

– Дорогой мой, как же я рад, что, несмотря на большую занятость, ты все-таки нашел время навестить умирающего старика.

Рафаэль приподнял брови и с иронией посмотрел на своего крестного отца.

В круглых очках, с торчащими седыми волосами и внешностью, чем-то напоминающей Санта-Клауса, Дэвид Данмор мог показаться воплощением добродушия, но Рафаэль прекрасно знал, что за этим фасадом бьется сердце невероятно умного и проницательного человека, не брезговавшего эмоциональным шантажом.

Он также знал, что крестный отец никогда бы не потребовал встречи без серьезной на то причины. Дэвид уже час, как сыпал намеками и ходил вокруг да около, из чего Рафаэль понял, что его попросят оказать весьма серьезную услугу. Поэтому, не выпуская из руки стакана, он расслабленно откинулся на спинку кресла и приготовился к длительному разговору.

Прошло пару месяцев с тех пор, как он приезжал сюда в последний раз, до того, как старик оказался прикован к постели в этих четырех стенах. Обычно они встречались в старомодном мужском клубе, членом которого состоял Дэвид, любивший говаривать, что мужчина может услышать собственные мысли за приличным виски и едой, не испорченной каким-нибудь знаменитым поваром.

– Капуста и запеканка из мяса с картошкой – кому это надо? – как правило, возражал Рафаэль, чувствуя себя комфортно в этих дружеских отношениях, порожденных взаимным уважением и безграничной любовью.

– Я думал, тебе уже надоело изображать умирающего, – мягко заметил он, любуясь роскошным персидским ковром на полу гостиной. – Доктор ясно дал понять, что ты здоров как бык.

– Да что знают эти врачи?

– Много чего, учитывая, сколько лет они практикуются.

– Тебе только кажется, что я иду на поправку, потому что ты понятия не имеешь, что мне довелось пережить за последние несколько месяцев.

Улыбка исчезла с лица Рафаэля.

– Опять этот мерзавец Фрэдди? Только скажи, и я быстро разберусь с ним.

– Ты не можешь вмешиваться в дела моей компании, а простыми угрозами его не испугаешь. Так уж получилось, что он мой приемный сын, а после того как я развелся с его матерью, еще и крупный акционер этой компании. Боюсь, он замышляет сместить моих доверенных управляющих, но я ничего не могу поделать с ним. Пять лет назад у меня было бы больше сил и энергии приглядывать за этим мальчишкой, но сейчас… – Он тяжело вздохнул. – Старая гвардия готова уйти на покой. Конечно, нас выталкивают раньше времени. Но это так, к слову… Я пригласил тебя не по этому вопросу.

Дэвид помолчал, а потом достал из лежавшего на кофейном столике старомодного портфеля письмо и протянул его Рафаэлю.

– Что это?

– Читай.

Выражение лица старика оставалось непроницаемым.

Рафаэль открыл конверт и с удивлением обнаружил там послание, написанное от руки, и это в век электронных писем. Чувствуя на себе взгляд Дэвида, он прочитал письмо, а потом для надежности перечитал его еще раз, потому что впервые в жизни пережил такой шок, что потерял дар речи.

– Понимаю, ты немного удивлен содержанием письма.

– Немного удивлен? Это еще мягко сказано! Когда ты узнал эту новость, и во сколько она обойдется тебе?

– Рафаэль, не спеши с выводами. Во-первых, это правда. – Дэвид вздохнул, закрыл глаза на пару секунд, а потом снова посмотрел на своего крестника. – Я встретил Марию Суарес, когда мне было далеко за сорок. Она, в свои двадцать шесть лет, была самой красивой из женщин, которых я когда-либо знал. В то время я как раз развелся с Фионой, получившей после нашего развода небольшое состояние, и меня совсем не интересовал противоположный пол. Но я не смог устоять перед Марией. Она была… словно глоток свежего воздуха.

– Хорошо, – сдержанно кивнул Рафаэль, чувствуя, как в нем мгновенно пробудилось желание защитить старика, в свое время ставшего для него спасителем. – Давай обойдемся без лирических отступлений насчет красивых женщин и глотков свежего воздуха и перейдем к делу. Эта женщина, если только это она написала письмо, говорит, что у тебя есть дочь на другом конце света. Госпожа Суарес также сообщает, что скоро отдаст Богу душу, и хочет успокоить свою совесть. Откуда она вообще узнала, где ты живешь? А раз знает, где ты живешь, она также наверняка в курсе, насколько ты богат.

Дэвид смущенно заерзал на кровати и сердито глянул на Рафаэля.

– Как вы познакомились?

Нашедшаяся дочь?.. Наверняка бедна как церковная мышь и нуждается в деньгах… Если только у Дэвида в самом деле была какая-то дочь и автор письма говорил правду!

И если крестный отец собирался поверить в эту чушь, Рафаэль откроет ему глаза и убережет от недальновидных поступков и потенциальной охотницы за деньгами.

– Я тогда находился в Аргентине, – мечтательно ответил Дэвид. – Искал место для своих новых бутик-отелей. Там мы и познакомились. Мария была необыкновенно хороша собой и обладала таким чудесным характером. Я безумно влюбился в нее.

– Но счастливого конца не последовало, – заметил Рафаэль, возвращая его в реальность. – Ты вернулся в Лондон и почти сразу же женился на Ингрид, которая после развода оттяпала у тебя еще один приличный кусок состояния. Не говоря уже об акциях компании, которую намерен захватить твой дражайший пасынок. И ты так и не ответил на вопрос. Откуда эта женщина знает, где ты живешь?

– Она запросто могла узнать адрес в одном из моих отелей. И, мой дорогой мальчик, не забывай об Интернете. В мире больше не осталось таких вещей, как частная жизнь.

– Вернемся к делу. Что же случилось с твоей красавицей?

– Мне пришлось срочно вернуться домой, потому что у матери случился сердечный приступ. Я уехал ночью, без предупреждения. Попросил Антонио, моего главного помощника на то время, чтобы он предупредил Марию, объяснил ей, что случилось… Но когда я вернулся в Аргентину, она исчезла. Она решила, что мы не пара, что я слишком хорош для нее, и все закончится тем, что она будет цепляться за меня и удерживать всеми правдами и неправдами. Хотя я ни одним словом или поступком не дал ей повода сомневаться в моих чувствах. Скорее всего, она не любила меня так сильно, как я ее. Рафаэль, она разбила мне сердце…

– Она считала себя неровней?

– Она работала горничной в отеле, где я остановился. Рафаэль, она была любовью всей моей жизни, и сейчас… как гром среди ясного неба я получаю это письмо, где говорится, что у меня есть дочь. Моя собственная плоть и кровь.

Рафаэль ничего не сказал.

Горничная? Неужели крестный и правда думал, что сможет обрести счастье с горничной? Хотя горничная могла оказаться не намного хуже шведской амазонки, которая женила его на себе, потом изменила ему, а после развода лишила приличной суммы денег и трех особняков, а ее никчемный сын получил внушительный пакет акций его компании. Дэвид до сих пор платил цену за этот безумный поход к алтарю в поисках любви.

– Думаю, она сбежала, вернулась домой, потому что девочка находится именно там. Она работает няней в семье эмигрантов в пригороде.

Рафаэль не знал, что и сказать.

– Тест ДНК делали? – помолчав, спросил он.

– По времени все сходится.

– Не следует верить тому, чему хочется верить.

– Но я не хочу считать сложившуюся ситуацию бессмысленной, даже не проверив ее.

– Хорошо, – вздохнул Рафаэль. – Так ты связался с этой женщиной? Или ее дочерью?

– Мария умерла. – Глаза Дэвида затуманились. – Это все, что я знаю. Я, конечно же, принялся наводить справки о девочке, получил достаточно информации и подумал насчет нашей встречи.

– Как ты перенесешь длительный полет в Аргентину? Тебе следует посоветоваться с доктором. Тебе ни к чему еще одна сердечная рана, – заявил Рафаэль, чувствуя, как в его собственном сердце нарастают ужас и паника.

– Это была не просто рана!

– Дэвид, скажи, зачем ты позвал меня? – тихо спросил Рафаэль. – Чтобы поделиться случившимся или для чего-то другого?

– Я не могу поехать в Аргентину, но ты, мой дорогой мальчик, можешь, и ты должен. – Дэвид сел ровно в кровати и серьезно взглянул на своего крестника. – Я в долгу не останусь…

София Суарес нетерпеливо постукивала ногой и смотрела на внушительные кованые ворота, защищавшие владельцев этого потрясающего особняка в одном из фешенебельных районов Буэнос-Айреса от бродяг, которые могли наведаться сюда в поисках подаяния.

Но местные богачи позаботились о том, чтобы защитить себя, и редко открывали свои ворота незнакомцам. И они обладали достаточным количеством денег, чтобы платить прислуге за то, чтобы та делала работу, которую они считали ниже своего достоинства. Чем сейчас и занималась София, раздраженно поглядывая на часы в ожидании садовника, опаздывавшего на целых полтора часа.

– Не понимаю, что мне пришло в голову нанять садовника, если мы прекрасно обходились тем, что раз в неделю вызывали бригаду рабочих, – пожаловался Софии хозяин поместья, Джеймс Уолтерс, неделей ранее, когда без предупреждения появился на пороге ее спальни. – Но мой босс попросил меня взять этого парня, чтобы оказать услугу одному из своих лондонских друзей. В любом случае нас с Лизи не будет дома, так что тебе самой придется вводить его в курс дела.

– Да, конечно, но только вы говорили, что у меня будет отпуск, – ответила она, мысленно сосчитав до десяти. Джеймс и Элизабет очень любили диктовать ей, чем заниматься в свободное время, хотя ее рабочие часы были четко обозначены в договоре, который она подписывала год назад.

Но она нуждалась в этой работе. Платили ей баснословные деньги, и она уже внесла предоплату за бухгалтерские курсы. К тому же София помогала финансово своей тетушке, так что находилась не в том положении, чтобы диктовать условия.

– Мы с пониманием относились к тому, что ты уходила с работы, когда твоя тетя угодила в больницу, – не моргнув глазом, ответил ее босс. – Разве тебе есть на что жаловаться? Мы уедем на две недели. А ты будешь бездельничать и получать за это большие деньги, так что я не вижу тут никакой проблемы.

Он обвел ее с ног до головы взглядом, который граничил с сексуальными домогательствами.

– Этот парень пробудет здесь месяц, не больше. Ему вроде как нужны деньги, чтобы продолжить свое путешествие по Южной Америке. Одному богу известно, почему такие типчики не находят себе приличную работу, как все нормальные люди, но мне не оставили выбора.

Джеймс молча разглядывал ее, а она сделала то, что делала обычно, когда он заставлял ее почувствовать себя неуютно, – сцепила зубы и уставилась в пол, ожидая, пока босс не потеряет к ней интерес.

Что он и сделал, напомнив ей тысячу других обязанностей, которыми она должна заняться в их отсутствие. И это называется бездельничать?

Солнце начало клониться к горизонту, когда наконец включился домофон, оповещая о прибытии садовника.

– Вы опоздали, – резко бросила София, не утруждая себя любезностями. Мужчина разговаривал на английском, и она ответила на том же языке. Она выучила английский благодаря кочевой жизни, а еще помогало то, что ее теперешние работодатели отказывались говорить на испанском. – Я проторчала тут целых два часа, чтобы встретить вас.

Ей не терпелось поскорее ознакомить садовника с его обязанностями и заняться своими делами, засев за учебники.

– А с кем я разговариваю?

– Это сеньорита Суарес, и я должна ввести вас в курс дела, пока Уолтерсы в отъезде. – На секунду ей стало не по себе, но она быстро взяла себя в руки, потому что этот человек начинал действовать ей на нервы.

– Так вы впустите меня?

– Сначала я задам вам несколько контрольных вопросов.

– Для чего?

– Прошу прощения?

– Для чего? – повторил Рафаэль.

София посмотрел на окружавшую ее дорогущую мебель.

– Сеньор, владелец особняка, – нарочито любезно пояснила она, – немного переживает, когда в его доме появляются незнакомцы. Он любит, чтобы все его имущество оставалось на своих местах.

– Сеньору нечего бояться, – ответил Рафаэль. – Я очень сомневаюсь, что среди его имущества найдется хоть что-то, заслуживающее моего внимания. – Он держал в руках рекомендательное письмо, которое вручил ему Дэвид несколько дней назад. Старик с трудом сдерживал смех, представляя своего властного и внушающего страх крестника с газонокосилкой в руках. – Присмотритесь как следует, и вы сможете разглядеть, что я и есть тот самый садовник, которого вы ждете. Меня зовут Рафаэль, и я здесь, чтобы некоторое время ухаживать за садом сеньора. Будьте уверены, я не уйду отсюда, прихватив его газонокосилку и садовые ножницы.

– Вы испанец?

– Похоже на то. А теперь откройте ворота. Я провел в дороге несколько часов. Мне жарко, и я устал и не готов провести еще полчаса под палящим солнцем, отвечая на ваши бессмысленные вопросы.

София не верила своим ушам. На мгновение она почти пожалела, что Джеймса и его высокомерной женушки не оказалось на месте, чтобы они встретились лицом к лицу со своим дерзким и заносчивым работником, который не боялся говорить что думает.

Но они сейчас отдыхали на горнолыжном курорте. А она, как всегда, сверхурочно работала.

София открыла ворота и подождала, пока не раздался звонок в дверь, за которым сразу же послышался гулкий стук дверного молотка в виде головы льва, словно человек снаружи не мог дождаться, когда ему откроют.

Она резко распахнула дверь, впустив в дом благоухающий запах травы и деревьев, и замерла, увидев перед собой высокого, сногсшибательного красавца. У нее перехватило дыхание, и она тут же перешла в режим самозащиты, сложив руки на груди и сделав шаг назад, хотя в этот раз ощущала себя не так, как в те моменты, когда ее пожирал взглядом Джеймс.

На этот раз ее охватило внезапное возбуждение, которое повергло ее в шок.

Она не могла оторвать глаз от незнакомца. Его черные волосы были немного длинноваты и убраны назад с лица, идеальность черт которого не могла бы передать ни одна камера. Глаза цвета ночи обрамляли густые черные ресницы, нос был орлиным, а рот широким и до безумия чувственным. Все в этом человеке пробуждало такую страсть, что сердечко Софии пустилось вскачь, а нижнее белье тут же увлажнилось.

Эта мгновенная реакция привела ее в бешенство, потому что София с тринадцати лет знала, каково это – быть объектом внимания со стороны противоположного пола. В пятнадцать она научилась осаждать предпринимавших попытки приударить за ней парней, а приставания со стороны одного из женатых друзей матери навели на мысль о том, что ее внешность была не благословением, а проклятием.

С тех пор она всеми силами стремилась держаться подальше от мужчин, чтобы сохранить себя для того единственного, даже если он никогда не появится, решив, что не будет недооценивать себя и довольствоваться меньшим, чем заслуживала.

И она уж точно никогда не позволит своей внешности определять ее суть, как это случилось с ее матерью.

– Вам лучше войти, – немного резко бросила София. Она отошла в сторону, пропуская мужчину в дом и стараясь справиться с охватившим ее волнением.

– Где они? – оглядевшись в холле, спросил садовник.

– Кто?

– Уолтерсы. Где они? Разве они не должны быть на месте, чтобы встретить меня?

Софию потрясли дерзость и заносчивость незнакомца, который сейчас смотрел на нее оценивающим взглядом.

– Не думаю, что они планировали отложить отпуск в горах, чтобы встретить с почестями своего временного садовника.

– Красивый дом, – не обращая внимания на ее едкий комментарий, заметил Рафаэль.

– Это все ваши вещи? – кивнула на его потертую дорожную сумку София.

– Я люблю путешествовать налегке.

– Может, хотите выпить чего-нибудь?

– Вы работаете здесь домработницей?

Рафаэль прекрасно знал, кем она работала. Если честно, он знал намного больше, чем она могла себе представить, потому что сам навел справки о ней. Его крестный мог питать романтические иллюзии насчет судьбы, ниспославшей ему дочь. Но Рафаэль был менее доверчивым на этот счет.

Только он не ожидал, что девушка окажется такой невероятно красивой: высокой, с темными вьющимися волосами, небрежно собранными в хвостик, шелковистой кожей цвета кофе с молоком и миндалевидными ярко-зелеными глазами, обрамленными густыми ресницами.

Ничего общего с робкой пай-девочкой, которую, несомненно, ожидал увидеть его крестный. Разве жизнь не полна сюрпризов?

– Я работаю в этом доме няней, – отрезала София. Она не стыдилась своей работы, но понимала, что могла бы добиться намного большего в жизни. Но постоянные переезды не давали ей толком учиться, и с течением времени надежды на успешную карьеру канули в Лету. Да, она пыталась наверстать упущенное, но такие вещи не происходили за один день, и…

– А у этой няни есть имя?

– Меня зовут София. София Суарес. Вы так и не сказали, будете что-то пить или нет. Конечно, я не предложу вам что-то из алкогольных напитков. Но чай или кофе – пожалуйста. Еще могу сделать вам бутерброд.

– Никакого алкоголя? В таком случае я обойдусь водой и сэндвичем.

Он прошелся по кухне. Огромная кухня. Огромный дом. Богатые люди ведут богатый образ жизни.

– Пожалуйста, ничего не трогайте, – встревожилась София, когда он начал открывать ящики.

– Если они оставили вас тут за главную, они наверняка ожидают, что вы будете открывать ящики и шкафы, – медленно повернулся к ней Рафаэль.

– Конечно, но… – густо покраснела она.

– Но вы няня и согласно иерархии стоите выше садовника?

– Вы не похожи на садовника. – София поспешила сменить тему разговора и занялась приготовлением бутерброда с ветчиной и сыром. Точно такой же она готовила себе на обед. София еще не ужинала, и при мысли о том, чтобы делить трапезу с этим заносчивым субъектом, ей становилось не по себе.

Рафаэль молча любовался плавными движениями ее рук, ее стройностью и грацией.

– Тебе нужно разведать обстановку, – напутствовал его крестный. – Знаю, я начинаю питать романтические иллюзии насчет этой юной леди, но я не дурак. Я понятия не имею, что она собой представляет, какой у нее характер. Мой дорогой мальчик, я буду тебе обязан очень многим, если ты проверишь ее, но инкогнито. Девочка не должна знать, какое огромное наследство ее ждет, чтобы это не повлияло на ее реакцию.

Старик перевел дух и продолжил:

– Если честно, я не хочу, чтобы она начала притворяться, чтобы произвести впечатление. Мне хочется надеяться, что она добрая, рассудительная, умная… а если это не так, что ж, я все равно встречусь с ней, но не сейчас. Твоя задача номер один – узнать, что она за человек. И тогда… вот она пилюля к сделке, если только ты согласишься принять ее, мой дорогой мальчик… Я предлагаю тебе свою компанию. Все свои акции.

Ты можешь вмешаться в происходящее и поставить моего пасынка на место. Моя собственная плоть и кровь займет подобающее ей место, а ты будешь рядом с ней у руля, и тогда улягутся все мои тревоги. Ты сам говорил, что твоя империя практически работает самостоятельно. Значит, пришло время принять новый вызов.

Рафаэль не нуждался в акциях крестного, хотя они были бы существенным дополнением к его и без того обширному портфелю ценных бумаг. Нет, его волновало другое. На протяжении многих лет, когда родители покинули его, чтобы продолжить жить своей жизнью, Дэвид, его друг и наставник, всегда оставался рядом. Ранние счастливые воспоминания Рафаэля не были связаны с матерью и отцом, в них фигурировал только его крестный. Одному богу известно, как сложилась бы его судьба, не будь в ней Дэвида. Этот человек был единственным, кого Рафаэль любил по-настоящему, и он никогда в жизни не отказал бы ему. А пакет акций, с помощью которого он разберется с этим пакостником Фрэдди, будет вишенкой на торте.

– А вы… э-э-э… – София рассеянно смотрела на игру мышц, прятавшихся под видавшей виды футболкой и потертыми джинсами Рафаэля, когда он медленно подошел к кухонному столу, сделанному из стекла и хромированной стали и абсолютно не годившемуся для семьи с маленькими детьми.

– Что я – э-э-э?

– Давно работаете садовником? – с натянутой вежливостью спросила она, когда ее непослушные глаза остановились на его красивом лице, и тут же отвела взгляд, потому что никогда, никогда не глазела на мужчин. Особенно таких красавцев. София по собственному опыту знала, что красивая внешность – это всегда одни проблемы.

– Я только начинаю свою карьеру, – уклончиво ответил Рафаэль. – А что до несоответствия внешности человека и его должности, могу сказать, что вы тоже не похожи на няню.

София напряглась. Неужели он флиртует с ней?

– А вы эксперт по няням? Может, ожидали увидеть женщину постарше? С одной или двумя бородавками на подбородке?

– Мы могли бы общаться на испанском, но мне удобнее разговаривать на английском, а вы хорошо владеете этим языком. Что для меня весьма неожиданно. – Рафаэль отодвинул от себя пустую тарелку и откинулся на спинку кресла, сцепив руки за головой. – И раз уж мы заговорили об ожиданиях…

– Вижу, вы поели, – не дала закончить ему София. – Давайте я покажу, где вы будете жить. Вы сказали, что очень устали с дороги.

– Намекаете, что больше не хотите отвечать на мои вопросы?

– Похоже на то, – не стала увиливать она.

Но Рафаэль даже не шелохнулся. Он приехал сюда с миссией. И чем раньше он выполнит ее, тем скорее избавится от навязанной ему роли садовника. Его представление о садоводстве сводилось к прочитанному в книжонке, купленной за день до отлета из Лондона. Для него не составляло труда вскопать клочок земли или проехаться с газонокосилкой по лужайке, но вместе с тем Рафаэлю не хотелось задерживаться тут надолго.

Только сначала придется пробраться сквозь защитные заграждения, которые эта особа возвела вокруг себя, и выяснить, что она собой представляет.

А потом, если его новая знакомая успешно пройдет проверку…

Рафаэль медленно окинул ее взглядом. Грациозная, как лань, и такая же пугливая…

– Как вам работается здесь?

София едва сдерживала раздражение.

– Мне казалось, вы устали. Если я покажу вам ваши апартаменты, вы сможете пораньше лечь спать, а завтра я ознакомлю вас со списком обязанностей.

– Никогда не любил рано ложиться. А какие еще языки вы знаете?

– А вы?

– Французский. Испанский. Итальянский. Немного китайский. И еще несколько, но не на таком уровне…

– Очень необычно для садовника, – натянуто бросила София, и Рафаэль громко рассмеялся.

– Ваша правда. Я выучил их, занимаясь различными видами деятельности. А еще у меня пытливый ум, и, если люди вокруг разговаривают на иностранном языке, нужно понимать, что они говорят, я так считаю. А как насчет вас?

– Я много путешествовала, – нерешительно сказала она и села напротив него, подперев щеку ладонью. – Мы с матерью когда-то жили в этой части мира и в конце концов вернулись сюда, но  промежутке наша жизнь проходила на чемоданах.

– Вот как? Но почему? В этих местах очень красиво… подходящее место, чтобы пустить корни.

София пожала плечами. Каким бы располагающим к себе ни был этот абсолютно чужой для нее человек, она не желала изливать перед ним душу.

– Ну, мы переезжали с места на место, понемногу жили то там, то здесь. Длинная история, и, честно говоря, она не имеет к вам никакого отношения. А английский я выучила благодаря общению с людьми, которые попадались нам на пути, и практиковала его при каждом удобном случае.

К тому же в библиотеках всегда имелся огромный выбор звукозаписей. Всегда и везде первым пунктом назначения в списке Софии значилась местная библиотека. При постоянных переездах библиотеки были для нее островком безопасности. Ее ждал большой мир, и она считала свободный английский необходимым условием для того, чтобы добиться успеха.

– А ваша мать? Где она сейчас?

София отвела взгляд.

– Она умерла два месяца назад. А до этого несколько лет болела. Но мне бы не хотелось говорить на эту тему. – Она поднялась и вежливо улыбнулась. – Я провожу вас в ваши апартаменты.

Рафаэль поднялся с места и, подойдя к Софии, встал у нее за спиной, и она тут же ощутила силу его мужской притягательности.

София была довольно высокого роста, но новый садовник Уолтерсов оказался еще выше, и что-то в его исполинском росте, его мускулистости и мужском магнетизме заставляло ее почувствовать себя женственной и похожей на девочку, которая не имела ничего общего с дамой, решительно настроенной повлиять на исход своей жизни, потому что в прошлом от нее ничего не зависело.