Девочка для снежного принца

Глава 1

Раннее утро, мокрый снег, тяжёлая сумка и настроение ниже нуля – ну, здравствуй, Питер! Как я здесь очутилась? Мой начальник Грибов Елисей Саныч отправил меня на экономический форум, мол, молодым специалистам у нас везде дорога! Мне двадцать пять лет, я не замужем, даже кошечку не успела завести, поэтому честь представлять наш завод выпала на мою долю.

– Питер – чудесный город! – тараторил Елисей Саныч, подписывая мне приказ на командировку. Заодно в наше представительство заглянешь, опять у Холодцова дебет с кредитом не сходится.

– Так пусть бухгалтерия его и проверяет, – возмутилась я.

– Виктория, – укоризненно посмотрел на меня Елисей Саныч. – И ты с этим прекрасно справишься. Надо деньги на новогодний банкет сэкономить. Давай поезжай и дуйся на меня, как мышь на крупу.

– Елисей Саныч, я же никогда публично не выступала!

– Вот и наберёшься опыта. Всё, иди Виктория и не мешай мне работать.

Вот я и пошла. А теперь стою и жду, когда меня встретит Холодцов, который, видимо, ещё дрыхнет в постели. Чтобы не мокнуть под снегом, я пошла на вокзал. Сбросила Холодцову снимок колонны, где я с тяжёлой сумкой припарковалась. В ответ опять тишина. Может, стоило ему позвонить? А вдруг он за рулём? Я тяжко вздохнула и вдруг уловила запах свежесваренного кофе. «И булочку с шоколадной глазурью», – мечтательно подумала я, на секунду зажмурившись, а когда открыла глаза, то увидела прямо перед собой высокого мужчину. Холодцов! Он был похож на колонну, холодный, пронзительный взгляд тёмных глаз, плотно сжатые губы.

– Доброе утро, Максим Данилович, – я заставила себя улыбнуться.

– Не могла вечерним рейсом приехать?

– На какой поезд были свободные билеты, те и взяла, – я ещё и оправдываться должна перед ним.

– Ладно, поехали, – недовольно пробурчал он. – Закинем твои вещи в гостиницу и сразу в офис. У меня с утра совещание.

Я взяла свою сумку и поплелась за Холодцовым, мысленно желая найти побольше косяков при проверке. Тогда посмотрим, как он запоёт! Только вот первой запела я. Меня угораздило задремать в автомобиле Холодцова, к тому же я не пристегнулась, и когда он поворачивал, то качнулась и ударилась со всей силы лбом о бардачок.

– Боже! – презрительно проговорил он.

– Ай! – я прижала ладонь ко лбу, думая лишь о том, как бы ни выскочила шишка.

А вторым моим непростительным поступком стала отмена брони в гостинице. Я стояла и хлопала глазами, девушка-администратор рассыпалась в извинениях, но свободных номеров не было. Ни в этой гостинице, ни в какой другой. Экономический форум, будь он трижды неладен!

– Как ты заказывала гостиницу? – прошипел мне в ухо Холодцов.

– Молча, – как будто мне самой было приятно очутиться зимой на улице.

– Понаберут по объявлению, а потом другие мучаются, – Холодцов грубо схватил меня за локоть и потащил к выходу.

Конечно, это был мой косяк, но слова Максима Даниловича показались мне чересчур обидными. Но в то же время я облегчённо выдохнула, ведь сейчас я просто вернусь домой. И не надо читать никакого доклада! У Холодцова были другие планы…

– Разве мы едем не на вокзал? – робко поинтересовалась я, когда мы увязли в потоке автомобилей.

– В офис, – коротко ответил он. – Сейчас некогда искать тебе гостиницу. Вечером что-нибудь придумаем.

– Может, я лучше домой поеду?

– А с документами кто будет разбираться?

– У вас есть штатный бухгалтер.

– Виктория, не испытывайте моё терпение! – рявкнул на меня Холодцов.

И я послушно замолчала, чувствуя себя униженной и оскорблённой до глубины души. Холодцов не собирался потакать мне, как молодому и перспективному специалисту. Кажется, он вознамерился довести меня до нервного срыва. Мы подъехали к офису, Максим Данилович вышел первым. Я замешкалась, не зная, то ли взять с собой сумку, то ли…

– Оставь её в салоне! – нетерпеливо крикнул Холодцов. – Чёрт, у меня через две минуты начнётся совещание!

Я вышла из его автомобиля и захлопнула дверцу.

– А ещё сильнее не могла это сделать?! – взъелся на меня Холодцов.

– Да что вы кричите на меня всё утро? – возможно, мне не стоило дерзить Максиму Даниловичу, но я ведь не изо льда сделана.

– Идём! – он направился к крыльцу делового центра.

Мне пришлось побежать за ним, чтобы догнать. И я поняла, почему Елисей Саныч никого из «старичков» не отправил вместе со мной. Они все панически боялись Холодцова!

Глава 2

Растворимый кофе оказался очень мерзким на вкус, но другого в офисе не было. Холодцов ушёл на совещание, оставив меня на попечение Тамары Львовны. Миловидная женщина предпенсионного возраста смотрела на меня поверх своих очков в толстой роговой оправе. Я нисколько не сомневалась, что Тамара Львовна лучший специалист в представительстве, но вот с обновлением программы она не справилась. А ещё она путалась в номенклатуре, явно не представляя, что и как выглядит в реальности. Почему Холодцов её не уволил, оставалось для меня загадкой.

– Вика, – улыбнулась Тамара Львовна. – Ты, наверное, проголодалась с дороги.

Я неуверенно пожала плечам, а мой желудок заурчал, выдав меня с головой. Да у меня же живот к спине прилип!

– Иди сюда, – махнула рукой Тамара Львовна.

– А как же проверка? – неуверенно спросила я.

– Подождёт, – Тамара Львовна откатилась на кресле к столику, где стоял электрический белый чайник, включила его, а потом стала вытаскивать из тумбочки пластиковые боксы.

Бутерброда с колбасой, с сыром и зеленью, жареная мойва, хрустящие рисовые хлебцы, кажется, она следила за уровнем холестерина в крови, два огромных красных помидора и малосольные огурчики. Всё это никак не вязалось у меня с образом утончённой питерской дамы, но отказываться от угощения я не стала.

– Я ведь четыре года назад переехала к сыну, – призналась Тамара Львовна, подсунув мне самый большой бутерброд с колбасой. – Сперва с внуком нянчилась, а когда он пошёл в детский садик, то устроилась на работу. Со старой программой я хорошо справлялась, Максим Данилович меня даже хвалил. Но вот после установки всех этих обновлений, что-то пошло не так.

Тамара Львовна разлила кипяток по кружкам и порезала помидор. Многие жаловались на новую бухгалтерскую программу, мол, раньше всё было интуитивно понятно, а сейчас приходится сидеть со справочником или наугад тыкать кнопки.

– Вика, ты не подумай, я не жалуюсь, – печально вздохнула Тамара Львовна. – Наверное, другой бы на месте Максима Даниловича меня уже выгнал, а он заставляет учиться. Я по четвергам хожу на курсы повышения квалификации. Мне до пенсии осталось три года.

Я чуть не подавилась колбасой. Тамара Львовна похлопала меня по спине и продолжила:

– Вика, но если у меня много ошибок, то ты так и пиши в отчёте. Договорились? Я не хочу подставлять Максима Даниловича перед руководством.

Я кивнула, с одной стороны, сейчас Тамара Львовна описывала Холодцова, как рыцаря в сияющих доспехах, а вот с другой, он выглядел надменным хамом, который принижает других людей. Впрочем, в мою проверку не входило давать личную оценку качествам Максима Даниловича. Плотно позавтракав, мы вернулись к многострадальной программе. Тамара Львовна вела подробные записи всех поступивших к ней документов, а также в отдельной тетради записывала всё, что не сумела внести в бухгалтерскую базу. Это очень сильно помогло мне при восстановлении данных. Ошибки нашлись ближе к обеду. Во-первых, Тамаре Львовне неправильно прописали права доступа, и она попросту не смогла провести все обновления. А во-вторых, кое-кто забыл сдать отчёт о командировочных расходах.

– Вика, ты золотце! – Тамара Львовна крепко сжала меня в своих объятьях. – Я две ночи не спала, думала, что подвела Максима Даниловича.

– В следующий раз лучше мне позвоните, – прохрипела я, не в силах высвободиться.

– Что тут происходит?! – ледяной тон Холодцова застал нас врасплох.

– Максим Данилович, а мы тут разобрались с программой! – Тамара Львовна, наконец-то, перестала меня душить.

Я повернулась к Холодцову, вместо радости на его лице отразилось презрение.

– Это её работа, – произнёс он таким тоном, будто я вовсе не проверку устраивала, а приехала по его зову.

– Максим Данилович, вы бы сводили Вику на обед, – попросила Тамара Львовна, заставив меня смутиться. – Она ведь первый раз в Питере.

Холодцов поджал губы, он явно не хотел возиться со мной, но почему-то не отказал.

– Идём! – опять этот приказной тон.

Я хотела возмутиться, а Тамара Львовна подтолкнула меня в спину, так что пришлось идти вслед за хмурым Холодцовым.

– Кафе на первом этаже, там сносно кормят, – он снизошёл до общения со мной.

– Спасибо, – поблагодарила я Холодцова.

Мы дошли до лифта, он нажал на круглую кнопку вызова и засунул руки в карманы брюк.

– Максим Данилович! – к нам подбежала девушка с платиновыми волосами, собранными в хвост на затылке.

Уточнённые черты лица, прямой нос, чётко очерченные губы и огромные, миндалевидные глаза цвета карамели. Ей бы на обложках журналов красоваться, а не бегать за Холодцовым.

– Матильда? – хмуро произнёс тот.

– Максим Данилович, вы опять забыли согласовать вопросы для интервью, – девушка окинула меня оценивающим взглядом, убедившись, что я не представляю никакой опасности, спросила у Холодцова: – Что мне им ответить?

– Матильда, я же сказал, набросайте сами, потом я подпишу.

– Вы в кафе? – поинтересовалась девушка.

Холодцов утвердительно кивнул. Я немного замешкалась, а потом представилась:

– Виктория Захарова, экономист.

– Вы с завода? – уточнила Матильда.

– Да, сегодня утром приехала.

– Приятно познакомиться, – холодно улыбнулась девушка.

«Быстрей бы вернуться домой», – подумала я, входя в кабину подъехавшего лифта.

Глава 3

Кафе было сделано по типу столовой, длинный раздаточный стол, два повара и кассир. Холодцов взял поднос и встал в очередь, пропустив вперёд себя Матильду. Я на подобной чести настаивать не стала, тем более что запахи свежесваренного кофе и ароматных булочек с корицей полностью завладели мной. На моём подносе появилась тарелка с борщом, тарелка с картофельным пюре и отбивной, пиала с салатом из пекинской капусты и крабовых палочек. Конечно, я взяла и кофе, и две булочки.

– Иди за мной, – приказал Холодцов.

Я послушно кивнула и двинулась следом за ним, Матильда уже успела сесть за столик. Мне досталось место с краю, Холодцов и здесь не пропустил меня к окошку. Когда я поставила свой поднос на столик, то испытала дикое смущение. Матильда ограничилась салатом из свежих овощей, заправленных оливковым маслом, и тощего хвостика рыбки. Холодцов, как истинный мужчина, взял два хороших кусочка мясо с гречкой. Матильда усмехнулась, посмотрев на мой поднос. Максим Данилович машинально проследил за взглядом коллеги и пробурчал нечто похожее на «приятного аппетита». Мне захотелось провалиться под землю от смущения, но желудок напомнил о себе урчанием. Я втянула голову в плечи, взяла ложку и принялась есть борщ.

– Максим Данилович, мы же в офисе устроим банкет для своих? – спросила Матильда, подцепив вилкой листик салата. – После форума, разумеется?

– И кто будет всех развозить по домам?

– Попросим Пашу, – улыбнулась Матильда. – Он всё равно не пьёт.

Я слишком шумно втянула борщ с ложки, Холодцов взглянул на меня, видимо, подумал, что я настучу руководству, и отрицательно замотал головой.

– Ну, Максим Данилович, – если бы ко мне обратились с такой нежностью в голосе, то я бы точно растаяла, но Холодцов оказался неприступен.

– Матильда, лучше подождём более подходящего случая, – промолвил Максим Данилович.

«Ага, когда я уеду, – подумала я и потянулась к отбивной и картофельному пюре. – Чтобы меньше свидетелей попойки было».

– Виктория, – Матильда повернула голову ко мне. – А вы как относитесь к банкету?

Моя рука дрогнула, и кусочек отбивной очутился на брюках Холодцова.

– Никак, – испуганно пролепетала я.

Холодцов скривился, взял салфетку и убрал отбивную со своих брюк, но жирное пятно осталось красоваться на них. Это был позор! Мало того, что я больше всех набрала еды, так ещё и Холодцову испачкала одежду. Сегодня самый худший день в моей жизни!

– Я всё же выступаю за банкет, – Матильду было не сбить с выбранного курса.

– Поговорим об этом завтра, – поставил точку в споре Максим Данилович.

Я же с удовольствием сделала глоток кофе. Еда была вкусной, а булочки просто таяли во рту. Матильда первой упорхнула, а я запоздало заметила, что Холодцов терпеливо дожидается, когда я завершу трапезу. Я быстро доела булочку и поднялась из-за стола, Максим Данилович подсказал, куда отнести грязную посуду, а потом мы вернулись в офис.

– У меня сегодня ещё два совещания, когда закончишь с Тамарой Львовной, подождёшь меня на ресепшене.

– Хорошо, – всё равно бы я никуда не делась, ведь мои вещи остались в его автомобиле.

Остаток дня пролетел быстро, мокрый снег продолжал атаковать город. Я задумчиво смотрела то в окно, то на часы, висевшие на стене. Шесть часов, семь часов, восемь… Мне не хватило смелости прийти в кабинет Холодцова и напомнить о своём существовании. Он был занят, а мне следовало лучше бронировать гостиницу. Когда Максим Данилович освободился, я была похожа на варёную рыбу.

– Вика, вы обзвонили в гостиницы? – Холодцов сразу же набросился на меня с упрёками.

– Да, – ответила я. – Есть свободные номера вот здесь.

Я открыла карту города, где сделала пометку о гостинице. Холодцов тяжко вздохнул и подтолкнул меня к выходу. Мы самыми последними покинули представительство, и тут же из-за непогоды попали в пробку.

– Ладно, меняем план, – Холодцов вывернул руль, автомобиль свернул с освещённой дороги куда-то во дворы.

Я вжалась в сиденье, переживая, что всю ночь мы будем мотаться по этим узким переулкам и искать из них спасительный выход. Холодцов же хорошо ориентировался среди одинаковых домов, и вскоре мы очутились около новостройки.

– Выходи!

– Куда? – у меня глаза заслезились от ужаса.

– Приехали, – Холодцов открыл дверцу и первым вылез из автомобиля.

Пока я копалась, он успел достать мои вещи и ждал меня возле подъезда.

– Разве здесь гостиница? – засомневалась я, не найдя вывески.

– Переночуешь у меня, – Холодцов открыл дверь и оглянулся.

Я же стояла под мокрым снегом с открытым ртом.

– Ты идёшь? – рявкнул он на меня.

– Но это же неудобно, – мои щёки опять начали полыхать от стыда.

– Вика, у меня нет времени таскаться по всему Питеру, чтобы отвезти тебя в гостиницу. Я устал и хочу спать!

«Маньяк»! – подумала я и осторожно приблизилась к Холодцову.

– Да не съем я тебя, – усмехнулся он и придержал дверь, давая мне войти в подъезд.

Мы поднялись на лифте, я дрожала, кажется, от холода, а может быть, и от страха. Как я вообще смогу заснуть в квартире Холодцова?! Моя реакция его ещё больше раздражала, и когда мы вышли из лифта, то он был на взводе. Я поскользнулась на ровном месте и выронила сумочку, звук получился оглушительным.

– Ты кирпичи носишь? – насмешливо поинтересовался Холодцов.

– Извините, – смущённо пробормотала я, чувствуя себя раком, брошенным в чан с кипящей водой.

Глава 4

Я с замиранием сердца переступила порог квартиры Холодцова. Ничего страшного не произошло. Я даже смогла спокойно вздохнуть, но когда его руки сомкнулись на моих плечах, то испуганно взвизгнула.

– Хотел помочь снять пальто, – презрительно фыркнул Холодцов. – А ты что подумала?

– Ничего, – пролепетала я, быстро разделась и подальше отодвинулась от мужчины.

– Чёрт! – вдруг выругался он. – Забыл, что у меня ничего нет для гостей.

Я сообразила, что Холодцов намекает на ужин и поспешно ответила:

– Всё в порядке, я не голодна.

И именно в этот момент мой желудок буквально взвыл от голода. Я, кажется, позеленела от стыда, Холодцов усмехнулся, ничего не говоря, развернулся и ушёл, оставив меня одну в квартире. Ну, почему у меня всё идёт наперекосяк?! Самобичевание не придало мне душевных сил, я отыскала кухню, взяла чистый стакан и набрала воды из-под крана. Всё познаётся в сравнении, у нас в городе из труб текла явно минеральная вода, а не хлорка. Я заглянула в зал и в спальню, и куда бы я ни пошла, меня везде сопровождало чувство, будто за мной пристально следят. Спасаясь от навязчивого ощущения, я вышла на балкон.

Нева величественно несла льдинки, похожие на крохотные айсберги. Тёмная вода будоражила воображение. Холодный воздух пронзал меня насквозь, чужой город не торопился поделиться теплом, и вдруг что-то бархатистое коснулось моей ноги. Я посмотрела вниз и увидела кота. Лысого кота! Вот же подлец Холодцов! Разве можно так издеваться над животными?! Я взяла несчастного кота на руки и занесла в квартиру, укутала в шарфик, который нашла в прихожей, а потом усадила бедное животное на стул.

– Сейчас мы тебя покормим, малыш!

После непродолжительных поисков я нашла в одном из шкафчиков пакетики с влажным кормом. Кот мгновенно оживился, довольно заурчал и потянулся ко мне. Я выдавила содержимое пакетика в мисочку и поставила её перед ним.

– Ешь, бедненький, – моё сердце разрывалось от жалости к голодному животному.

Кот управился с порцией и снова посмотрел на меня голодным взглядом. Я не смогла устоять, опустилась на пол, и он получил ещё один пакетик корма.

– Ты что творишь?! – заорал за моей спиной Холодцов.

Я от неожиданности резко выпрямилась и угодила макушкой прямо ему в подбородок.

– Васька же лопнет! – Холодцов грубо оттолкнул меня и отобрал миску у кота.

Несчастное животное завопило от негодования, но Максим Данилович был непреклонен.

– Он же голодный, – заступилась я за кота. – И к тому же болен.

– И как ты это определила? – Холодцов бросил пакеты с едой на стол.

– Вы разве не видите, что котик лысый? – вот и настала минута моего позора.

– Это сфинкс, – с пренебрежением произнёс Максим Данилович.

Я абсолютно ничего не поняла, впрочем, Холодцов это понял по моему недоумённому виду.

– Это порода такая, у них нет шерсти, – снизошёл он до объяснений.

Я посмотрела на кота, а тот печально склонил голову.

– Он сытый, не ведись на его провокации, – предупредил меня Холодцов. – Давай лучше поужинаем.

Я начала выкладывать из пакетов добычу Максима Даниловича. Курочка-гриль, несколько видов салатов в пластиковых контейнерах, ржаной хлеб, который безумно вкусно источал аромат, разделанная селёдка с икоркой, два соуса и поджаренные гренки с чесночком. У меня потекли слюнки, но в то же время стало неловко.

– Мало? – обеспокоенно спросил Холодцов.

– Я не обжора! – это был вопль отчаянья.

– Ты чего кричишь? – удивился Максим Данилович.

Я была готова провалиться сквозь пол от стыда.

– Вика, я устал, – Холодцов стиснул свои пальцы на моём предплечье. – Просто скажи, чего не хватает. Я могу сходить ещё раз в магазин, он неподалёку…

– Всё в порядке, – промолвила я и опустилась на стул.

– Ты меня стесняешься? – вдруг выдал Холодцов.

Я посмотрела на него снизу вверх и нервно сглотнула. Кажется, это его даже обрадовало, он заулыбался и проговорил:

– Ну хоть не станешь меня обвинять в том, что я наедаюсь на ночь.

– Вы сидите на диете? – удивилась я.

– Поджелудочная, – неожиданно признался Максим Данилович. – Днём придерживаюсь правильного питания, а вечером всё ем с лекарствами. У моего Васьки тоже проблемы с желудком, поэтому покупаю ему специальный корм.

Вот тебе и надменный Холодцов, который всем недоволен. Дома же у него голодный, лысый котик, которого он обожает. Признание Максима Даниловича растопило между нами лёд. Я разломала курицу на удобные кусочки, выложила салаты на тарелки, и мы начали есть.

– Почему Грибов прислал тебя на проверку? – поинтересовался Холодцов, уминая куриную ножку.

– Никто не захотел ехать, – я с удовольствием поглощала куриные крылышки, на которые не позарился Максим Данилович.

– Вот же черти! – рассмеялся он.

– Вас все боятся, – я облизнула пальцы и потянулась к куриной шейке.

– Меня?! – искренне изумился Холодцов.

– Вы очень неприятный… – наверное, этого не стоило произносить вслух.

Максим Данилович опередил меня и завладел куриной шейкой, показывая, кто хозяин положения. Я сделала вид, будто изначально нацелилась на грудки курицы. Пять минут мы молча ели, а потом Холодцов не выдержал.

– Я нормальный руководитель!

– Кто бы сомневался, – я хотела сказать это со всем уважением, но вышло оскорбительно.

– Будешь спать в зале на диване, – резко произнёс Холодцов, пылая от праведного гнева.

И это только было начало моих злоключений…

Глава 5

Холодцов сдержал своё обещание, бросил на диван постельное бельё и подушку с одеялом, а потом демонстративно удалился в свою спальню. Что же, это намного лучше, чем спать на улице. Я достала из сумки халатик, приняла душ, нагло воспользовавшись гелем и шампунем Холодцова. Конечно, теперь от моих волос исходил мужской аромат. Я вернулась в зал, погасила верхний свет и улеглась на диван. Было наивно полагать, что сон мгновенно снизойдёт на меня. Во-первых, запахи, не противные, но всё равно чужие, а во-вторых, кот. Васька припёрся ко мне и плюхнулся поверх одеяла на живот. Я спихнула его к ногам, но кот презрительно фыркнул и снова взобрался на меня.

– Васька, – злобно прошипела я, пытаясь воззвать к совести наглого животного.

Котяра остался глух к моим мольбам. Я честно закрыла глаза и попыталась в уме сосчитать розовых овец. Фигушки! Свет зажёгся в коридоре, послышались шаги Холодцова. Васька вскочил с меня и полетел за хозяином на кухню. Я облегчённо вздохнула и повернулась на правый бок. Холодцов включил чайник, что-то забулькало, видимо, наливал минеральную воду в стакан, затем он, кажется, со всей силы стукнул бутылку о стол. Васька принялся надрывно мяукать, выпрашивая еду.

– Хватит! – рявкнул на него Холодцов. – Ты и так съел двойную порцию.

Кот с этим оказался категорически несогласен. Я насчитала сто две розовых овцы и поняла, что не могу уснуть в таком шуме. Вскипел чайник, Холодцов зачем-то попёрся в спальню, хлопнула дверь, и Васька вернулся ко мне.

– Всё прекрасно, – прошептала я и потянулась к своему телефону.

Максим Данилович вышел из спальни и поплёлся на кухню, ужасно шаркая ногами. Васька снова оживился, соскочил с дивана и понёсся следом за ним.

– Ничего не дам!

– Мяу! Мя-я-я-у!

– Васька, отвали!

Я поднялась и пятернёй пригладила растрёпанные волосы, надела халатик и направилась на кухню. Холодцов сидел за столом, на нём из одежды были только спортивные штаны. Я сделала вид, будто вовсе не смущена его голым торсом, достала из шкафчика влажный корм и выдавила его на блюдце.

– Ему будет плохо, – укоризненно проговорил Максим Данилович.

– Я больше не могу слушать его вопли.

– Надо было взять с собой беруши.

– Почему вы такой злой? – я налила в кружку чай и села напротив мужчины.

– Давай, ещё начни меня жизни учить!

– Вы сами не спите, и мне не даёте.

Мы замолчали, сверля друг друга взглядами. Холодцов усмехнулся и толкнул в мою сторону вазочку с печеньем. Когда чай закончился, я спросила:

– А что вы делаете, когда у вас бессонница?

– Фильмы смотрю, – пожал плечами Максим Данилович.

Я почесала затылок, всё теперь утыкалось в меня. Но он же сам отправил меня спать на диван. Гордость не позволила Холодцову предложить мне перебраться в спальню. Я взвесила свои шансы и поняла, что всё равно не смогу заснуть, если он будет бродить по дому.

– Давайте посмотрим вместе, – компромисс лучше, чем ничего.

Холодцов заметно повеселел, мы запаслись булочками и чаем, а затем переместились в зал.

– Пожалуйста, только не ужасы, – попросила я, забираясь под одеяло.

– Фантастика подойдёт? – Максим Данилович вооружился пультом и стал прыгать по каналам.

– Только чтобы там никого не убивали.

– Какие ещё будут пожелания? – повысил голос Максим Данилович.

– Я бы посмотрела лёгкую комедию.

Холодцов презрительно поджал губы. Я тяжко вздохнула и больше ничего не говорила ему под руку. Он выбрал фантастический фильм про инопланетную тварь, пожирающую всех на корабле. Разве после такого можно уснуть?! Васька забрался на меня и заурчал, по экрану скакали перепуганные до смерти члены экипажа, и мои глазки закрылись сами собой.

Ночью стало тяжело, одеяло почему-то пыталось уползти от меня. Я подтянула его до шеи, пнула ногой кота и снова провалилась в сон. Утром проснулась от ощущения, что кто-то тычется мне в лицо и щекочет усами.